– Не хочу я никем руководить! – отпирался Меркар, когда они подходили к дому, где жил Ларнис. – У меня же опыта нет!
– А у кого он есть? Мы вообще простые бродячие наёмники. Кстати, вот и они. Тут всё держалось не на любви и доверии, как ты понимаешь. Плати им больше, чем предыдущий хозяин, и проблем быть не должно. В доме есть сундук с приличным запасом золота. Мы позаимствовали оттуда часть. Назовём это платой за освобождение. Если начнут брыкаться, просто напомни им, что мы скоро вернёмся. Мы с ними уже…обсудили вопрос дисциплины, скажем так.
– Вот ваш новый управляющий, сборщик налогов. – Гепард стоял у дома с разрушенным балконом. Выглядел он ещё хуже близнеца: весь в пыли, на плече паутина, кровь расплылась по штанине и заползла на сапог. Наёмник опирался на переливающийся всеми цветами радуги меч. Перед ним выстроились плечом к плечу дюжина человек в доспехах с мечами на поясе. За ними стояло три нестройных ряда громил с короткими дубинками.
С полсотни голов повернулось в сторону новоприбывших. Взгляд равнодушный, безразличный. Похоже, Сова прав. Таким всё равно, кого слушать, лишь бы платили исправно. В бытность свою охранником он успел поработать с людьми вроде них. Но где же Гепард умудрился раздобыть такой меч? Это же алтир, не иначе! Да если его продать внуки будут жить и бед не знать!
– Ещё недовольные имеются? – продолжал Гепард. Никто не отозвался. Несколько человек бросило опасливый взгляд в сторону дома. – Хорошо. Плату увеличат вдвое. Мы ещё заглянем, так что не шумите тут.
Гепард подошёл к близнецу, спрятал меч в ножны, окинул Меркара оценивающим взглядом.
– Оставляем город тебе. Исполняй свои мечты, охранник.
Наёмники зашагали прочь от дома. Меркар с тоской смотрел на две головы, вышитые на плащах. И как он умудрился ввязаться в подобное? Он ведь хотел освободить рабов, а не становиться во главе города. Дёрнуло же повстречать этих двоих. Надо было проводить их взглядом и всё. Но в голове всплыла картина увиденного прошлой ночью. Люди в лохмотьях, рассевшиеся вокруг костра. На ужин какие-то объедки.
«Ты хотел всё изменить, – услышал он внутренний голос, – так вперёд».Меркар отогнал мысли и повернулся к бандитам. Те по-прежнему стояли в ряд и молча разглядывали нового управляющего. Их, похоже, ничуть не заботило, кто он и откуда взялся. Бывший охранник вздохнул и направился к своим подчинённым.
– Значит, так. Я новый управляющий Визистоком, как вы только что слышали. Выберите себе главного, если такового ещё нет, я обсужу с ним…гхм…детали вашей работы. Остальные пусть займутся…своими обычными делами.
– Думаешь, он справится? – спросил Сова, слушая речь Меркара.
– Кто его знает, – пожал плечами Гепард. – Но мы остались в городе из-за него. Не встреть он нас на площади, ничего этого не было бы. Пожелал освободить рабов – вот пусть и освобождает. Мы ему дали всё необходимое.
– Тебя их судьба уже не волнует?
– Мы сделали всё, что могли, и даже больше. Если они сами не захотят освободиться – это не наша забота. Ради дураков я рисковать не стану.
– Куда мы идём?
– Вон в том доме без второго этажа спрятали наших лошадей. Или ты собрался идти в Ланметир пешком?
Лошади нашлись в небольшом загоне. Дорожные сумки остались нетронутыми. Из-за поднявшейся суматохи их не успели обыскать.
Сова пошарил среди запасов еды и вытащил небольшой мешочек. Размотал некогда серую ткань на ноге, смыл кровь водой из бурдюка и промыл рану. Затем достал из мешочка не самые приятно пахнущие травы, смочил, приложил к ране и наложил поверх свежую повязку. Гепард проделал тоже самое.
То, что раны появляются у обоих, крайне неудобно, но была и положительная сторона. Заживали они вдвое быстрее, при должном лечении.
– Ну что, едем дальше? – Сова взобрался на лошадь. Потрёпанный внешний вид их ничуть не смущал. Почистить одежду можно и на привале, а вот в городе лучше не задерживаться. Мало ли что ещё приготовила для них судьба. Или монета.
– Езжай, я догоню. – Гепард тоже уселся в седло. – Мне ещё надо встретиться кое с кем.
Сова только вздохнул, глядя вслед близнецу. Нет, зрение не поможет справиться с инстинктами, если поощрять их. Но разве это плохо?
Кабак наполовину пустовал, как и всегда в это время суток. Заведение простаивало недолго, и новый хозяин наводил порядок, брезгливо разглядывая доставшиеся от предыдущего владельца кружки и тарелки. Никто толком не знал, почему убили Ялена, но слухов набрался не один десяток. Начиная от простой пьяной драки и заканчивая убийством двумя наёмниками, пришедшими за ним из самого Вердила.
Новый кабатчик не верил слухам, пока не увидел приближающуюся фигуру, завёрнутую в зелёный потрёпанный плащ с поднятым капюшоном. Протираемая кружка выпала из рук и глухо ударилась о пол. Он повалился следом за ней, прячась за стойку.
Но неожиданный гость даже не посмотрел в его сторону. Он подошёл к одинокому мужику, сидящему в дальнем углу зала. Кабатчику, осторожно выглядывающему из-за стойки, этот посетитель не нравится. Хотя бы потому, что его приходилось угощать за свой счёт в качестве платы за безопасность. Такие сидят в каждом заведении, приглядывают, чтобы не устраивали погрома.
Незнакомец в плаще одной рукой схватил отбивающегося человека за длинные засаленные волосы, второй перехватил его руку, что потянулась к ножу на поясе. Раздался противный хруст, мужчина взвыл, хватаясь за сломанную кисть.
Незваный гость достал из-за пояса кинжал и начал медленно резать шею жертве. Вой быстро сменился хрипом, затем стих и он, но кинжал продолжал двигаться, пока голова не отделилась от тела.
От немногих посетителей, заглянувших в кабак, не осталось и следа, как и от платы за заказы. Кабатчик и сам бы предпочёл оказаться как можно дальше, но откуда-то появилась уверенность, что лично ему ничего не грозит.
Незнакомец разжал руку, и голова упала на стол. Совершенно спокойно, будто ничего не случилось, он вытер кинжал о рубашку мертвеца, повернулся, бросил на оцепеневшего кабатчика мимолётный взгляд, от которого затряслись поджилки, и ушёл.
Проводив молчаливого гостя взглядом, тот обвёл взглядом пару пустых кружек на столах – убраться спешили, но и дармовую выпивку не упустили, гады! – взял тряпку, и пошёл вытирать растекающуюся кровь.
Бейз ворчал всю обратную дорогу в Вердил. И чего Тромвалу вздумалось посылать его невесть куда? Чем эта деревушка такая примечательная? Ну, нашли там новую жилу, и что? Да, может, в этом замешаны эти треклятые наёмные убийцы, так на них сейчас все беды сваливают! Ещё и Авеан. Ноги его больше там не будет! Это ж насколько безумными надо быть, чтобы добровольно поселиться в таком городе!?
Стоило отказаться, когда Тромвал предложил работу. Кто его знает, в какие дела друг успел ввязаться, пока они не виделись. Всё-таки двадцать лет прошло с последней встречи. Конечно, если не считать короткий разговор четырёхлетней давности. Но тогда они особо не болтали, так, перекинулись парой фраз. И Тромвал сказал, где живёт. На всякий случай, как он выразился. Если бы не эта встреча, его наверняка поймали и кормил бы он сейчас червей. Вот если б не вступил в банду тогда, двадцать лет назад…
– Ну да, мечтай, – ухмыльнулся Бейз своим мыслям. – Сдох бы с голода или сгнил на рудниках.
Что ни говори, единственный его настоящий дом – армия. Слишком много времени он там провёл, слишком много друзей встретил и похоронил. А всё из-за треклятой Первой волны. И чего летарам не сиделось в их мирке? Ходили слухи, что это силт ло призвали их, но Бейз не придавал им большого значения. Силт ло или нет, но дрался-то он с летарами. И выжил. Не многие могут похвастаться подобным. И до сих пор ночью будят кошмары, когда пятидесятитысячная армия вступает в бой с несколькими сотнями летар. Даже с таким огромным преимуществом, как оказалось, победить не просто. Уцелело не больше десятой части войска.
Земля под ногами задрожала. Бейз взглянул на юг. Там, в нескольких днях пути, напомнил о себе никогда не спящий вулкан. Порой он впадал в дрёму, но никогда – надолго. Пару раз в год напоминал о себе извержениями и землетрясениями, порой весьма ощутимыми. Вот тут волей-неволей зауважаешь силт ло, сумевших оградить город от потоков лавы. Как и того, другого.
К горлу подступил ком, когда вспомнилась битва у Вердила. Их должны были смять, отбросить, растоптать. Но Силт Ло воздвиг стену вокруг города, вселил уверенность в сердца солдат, дал возможность отстаивать свои дома, а не трусливо прятаться за стенами замка. И он же стал первой линией обороны. Правда, те, кто увидел его методы, поделились завтраком со стеной. С летарами наступали люди, и от них мало что осталось после его удара.
Нет, прочь! И так кошмаров хватает. Мысли вернулись к Тромвалу. Платит он щедро, спору нет, но подобные странные приказы Бейз никогда не любил. Ему ещё предстоит разобраться кое с чем. Точнее с кем. Найти того ублюдка, из-за которого его хотели бросить на арену. Не ахти какая цель, но всё же.
Работая с грабителями, обворовывая беспомощных жителей, он позволил себе расслабиться. Размяк, не ожидал подобного трюка от очередной жертвы. А жертва превратилась в охотника, да ещё и его подставила. Но теперь он будет готов. Отыщет и поговорит, для начала. Узнает, зачем понадобилось подбрасывать ему золото. А потом можно и убить.
О расставании с шайкой бандитов он не сожалел. Друзей среди них нет, да и какие могут быть друзья. Вместе зарабатывали на хлеб, пили и ели. Но за двадцать лет Бейз убедился, что любой из них продаст его за серебряный при первом удобном случае. Ни о каком доверии, как в армии, там не могло быть и речи.
Вулкан вновь загудел, дрожь прокатилась по земле. Лошадь испуганно заржала. Бейз успокаивающе погладил животное, поглядывая на далёкую вершину. Из жерла вырывались клубы дыма, но распадались, едва поднявшись в небо.
И так, Тромвал. Вернуться, рассказать всё, что удалось выяснить об этих наёмниках. И это не его дело, почему Тромвал ими интересуется. Когда он ввалился к нему посреди ночи, окровавленный и избитый, Тромвал не задал ни единого вопроса. Он ответит тем же. А после получит плату и свалит на поиски того, кто подставил его.
В центре просторного зала стоял огромный круглый стол. Его окружал десяток кресел, массивных, с мягкими сиденьями и спинками. Шесть из них пустовали, на остальных сидели фигуры, скрытые полумраком. Чёрные плащи с капюшонами укрывали лица. Делали это скорее по привычке, все прекрасно знали друг друга. И даже более того, успели надоесть.
– Я же говорила – вершители вмешаются. – Женский мелодичный голос звучал подобно флейте. – Даже не покидая Вердила, они умудрялись мешать нам, а теперь вообще могут всё испортить. И это сейчас, когда большая часть приготовлений завершена.
– Потому что следовало сделать по моему. – Громогласный раскат наполнил зал, гуляя среди колонн у стен. – Поймать их сразу после призыва и дело с концом.
– А ты можешь гарантировать, что они не смогут покончить с жизнью? – тут же ухватился за возможность поспорить женский голосок. В него закралась изрядная доля ехидства. – Представь, как неудобно получится. Старались, столько лет выжидали момента, а потом – бац, и пленники свернут себе шею, потому что им позволит монета. Или откажутся есть и помрут с голода. Нехорошо получится, тебе так не кажется?
– Лучше так, чем смотреть, что они вытворяют. Из-за них мы лишились Визистока! Ещё месяц и к нам бы пришла последняя партия мечей и амулетов!
– Успокойтесь, Алира, Крелтон. Всё и так хорошо. – Новый голос выговаривал слова с едва заметным шипением. – Вы прекрасно знаете, что потеря города уже не важна, зачем эта грызня? Или вы не можете и дня прожить без споров?
– Лучше спорить, чем слушать твоё монотонное бубнение, – огрызнулась Алира.
– Можете поспорить после собрания. А пока надо сообщить Кларду, что у него появился последний шанс искупить свою вину. Уверен, он с радостью согласится. И нужно подыскать замену Повешенному. Кого-нибудь не столь преданного. Никогда не понимал этого в псах.
– Идиотская привязанность, – согласился Крелтон. – Он ведь знал, что не справится. Слишком мало времени провёл в этом теле, чтобы тягаться с боевыми аларни.
– А ты считаешь, что справишься? – хихикнула Алира. – Давай предложим Кларду помощника в поход. Посмотрим, как всё обернётся, если…
– Ну, хватит. – Поднялся четвёртый член собрания. Алира замолчала, все повернулись к нему. – Мы потеряли одного товарища, вам мало? Хотите поубивать друг друга? Так я могу помочь.
Алира и Крелтон склонили голову, бормоча извинения.
– Отправляйте Кларда и ищите нового члена круга. На сегодня всё, расходимся.
Размышления
Гепард догнал близнеца за городскими стенами. После бессонной ночи, применений вил, да ещё и полученного ранения, меньше всего хотелось провести остаток дня на лошади, но обоим не терпелось убраться подальше от города.
Сову не терзали угрызения совести или нечто подобное, только глубоко внутри сидел голосок, твердящий, что воришки погибли по их вине. Они взяли мальчишек под свою защиту и не справились. Им ещё повезло, что не заключили контракт. Да и рассказ Ларниса не шёл из головы. Сова не сомневался, что сборщик налогов сказал правду.
Значит, все эти десять лет они убивали людей просто так? Из-за своего страха? Да нет, не может быть. Порой монета сама сводила их с людьми, а несколько раз даже заставляла сорваться с места и ехать в деревни, о существовании которых они раньше и не догадывались. Но всё же…
Гепард ехал рядом довольный и спокойный. Подобные мысли не тревожили его. Случилась одна неприятность, виновные найдены и наказаны. Всё, что можно, для освобождения рабов сделано. Об остальном нечего беспокоиться. Так он пытался успокоить себя.
Но тот же голосок, что и у близнеца, ворочался и нашёптывал, что этого мало. Они – аларни. И пусть люди не их родной вид, сейчас они в человеческих телах. А ещё вместе с этими мыслями всплывала память о прошлой жизни, которую Гепард старательно прятал в самый дальний уголок памяти.
Летары ехали молча. Мрачные мысли, слабость и головная боль в довесок к обычной усталости отбили всё желание разговоров. То один, то другой, задрёмывали в седле. Сова пытался оставаться настороже, но когда после очередного моргания солнце заметно сдвинулось на небе, бросил это дело.
На привал остановились рано, звёзды только появлялись на небе. Повязки сменили, раны обработали мазью, заодно переодели штаны. Пара запасных наборов одежды всегда хранилась в сумках, на всякий случай. Не раз приходилось вступать в бой в самых неожиданных местах, вдали от поселений. Реки в Вердиле явление редкое, и почистить одежду удавалось далеко не всегда, а путешествовать перепачканными в крови не хотелось. Один раз их увидели в таком виде, и появился новый слух, будто они поедают убитых врагов.
После переодевания пришлось отмывать только плащи. Но, не считая пыли и земли, они оказались сравнительно чистыми.
Насобирав сушняка в близлежащем лесу, близнецы устроились у костра. Гепард заглянул на рынок, когда возвращался на площадь, и запасов еды у них заметно прибавилось, как и разнообразия. Нашёлся даже мясной пирог, который летар теперь уплетал с едва слышным урчанием. Привычная ночёвка под открытым небом с плащом вместо кровати постепенно привела в обычное расположение духа.
– А у кого он есть? Мы вообще простые бродячие наёмники. Кстати, вот и они. Тут всё держалось не на любви и доверии, как ты понимаешь. Плати им больше, чем предыдущий хозяин, и проблем быть не должно. В доме есть сундук с приличным запасом золота. Мы позаимствовали оттуда часть. Назовём это платой за освобождение. Если начнут брыкаться, просто напомни им, что мы скоро вернёмся. Мы с ними уже…обсудили вопрос дисциплины, скажем так.
– Вот ваш новый управляющий, сборщик налогов. – Гепард стоял у дома с разрушенным балконом. Выглядел он ещё хуже близнеца: весь в пыли, на плече паутина, кровь расплылась по штанине и заползла на сапог. Наёмник опирался на переливающийся всеми цветами радуги меч. Перед ним выстроились плечом к плечу дюжина человек в доспехах с мечами на поясе. За ними стояло три нестройных ряда громил с короткими дубинками.
С полсотни голов повернулось в сторону новоприбывших. Взгляд равнодушный, безразличный. Похоже, Сова прав. Таким всё равно, кого слушать, лишь бы платили исправно. В бытность свою охранником он успел поработать с людьми вроде них. Но где же Гепард умудрился раздобыть такой меч? Это же алтир, не иначе! Да если его продать внуки будут жить и бед не знать!
– Ещё недовольные имеются? – продолжал Гепард. Никто не отозвался. Несколько человек бросило опасливый взгляд в сторону дома. – Хорошо. Плату увеличат вдвое. Мы ещё заглянем, так что не шумите тут.
Гепард подошёл к близнецу, спрятал меч в ножны, окинул Меркара оценивающим взглядом.
– Оставляем город тебе. Исполняй свои мечты, охранник.
Наёмники зашагали прочь от дома. Меркар с тоской смотрел на две головы, вышитые на плащах. И как он умудрился ввязаться в подобное? Он ведь хотел освободить рабов, а не становиться во главе города. Дёрнуло же повстречать этих двоих. Надо было проводить их взглядом и всё. Но в голове всплыла картина увиденного прошлой ночью. Люди в лохмотьях, рассевшиеся вокруг костра. На ужин какие-то объедки.
«Ты хотел всё изменить, – услышал он внутренний голос, – так вперёд».Меркар отогнал мысли и повернулся к бандитам. Те по-прежнему стояли в ряд и молча разглядывали нового управляющего. Их, похоже, ничуть не заботило, кто он и откуда взялся. Бывший охранник вздохнул и направился к своим подчинённым.
– Значит, так. Я новый управляющий Визистоком, как вы только что слышали. Выберите себе главного, если такового ещё нет, я обсужу с ним…гхм…детали вашей работы. Остальные пусть займутся…своими обычными делами.
– Думаешь, он справится? – спросил Сова, слушая речь Меркара.
– Кто его знает, – пожал плечами Гепард. – Но мы остались в городе из-за него. Не встреть он нас на площади, ничего этого не было бы. Пожелал освободить рабов – вот пусть и освобождает. Мы ему дали всё необходимое.
– Тебя их судьба уже не волнует?
– Мы сделали всё, что могли, и даже больше. Если они сами не захотят освободиться – это не наша забота. Ради дураков я рисковать не стану.
– Куда мы идём?
– Вон в том доме без второго этажа спрятали наших лошадей. Или ты собрался идти в Ланметир пешком?
Лошади нашлись в небольшом загоне. Дорожные сумки остались нетронутыми. Из-за поднявшейся суматохи их не успели обыскать.
Сова пошарил среди запасов еды и вытащил небольшой мешочек. Размотал некогда серую ткань на ноге, смыл кровь водой из бурдюка и промыл рану. Затем достал из мешочка не самые приятно пахнущие травы, смочил, приложил к ране и наложил поверх свежую повязку. Гепард проделал тоже самое.
То, что раны появляются у обоих, крайне неудобно, но была и положительная сторона. Заживали они вдвое быстрее, при должном лечении.
– Ну что, едем дальше? – Сова взобрался на лошадь. Потрёпанный внешний вид их ничуть не смущал. Почистить одежду можно и на привале, а вот в городе лучше не задерживаться. Мало ли что ещё приготовила для них судьба. Или монета.
– Езжай, я догоню. – Гепард тоже уселся в седло. – Мне ещё надо встретиться кое с кем.
Сова только вздохнул, глядя вслед близнецу. Нет, зрение не поможет справиться с инстинктами, если поощрять их. Но разве это плохо?
Кабак наполовину пустовал, как и всегда в это время суток. Заведение простаивало недолго, и новый хозяин наводил порядок, брезгливо разглядывая доставшиеся от предыдущего владельца кружки и тарелки. Никто толком не знал, почему убили Ялена, но слухов набрался не один десяток. Начиная от простой пьяной драки и заканчивая убийством двумя наёмниками, пришедшими за ним из самого Вердила.
Новый кабатчик не верил слухам, пока не увидел приближающуюся фигуру, завёрнутую в зелёный потрёпанный плащ с поднятым капюшоном. Протираемая кружка выпала из рук и глухо ударилась о пол. Он повалился следом за ней, прячась за стойку.
Но неожиданный гость даже не посмотрел в его сторону. Он подошёл к одинокому мужику, сидящему в дальнем углу зала. Кабатчику, осторожно выглядывающему из-за стойки, этот посетитель не нравится. Хотя бы потому, что его приходилось угощать за свой счёт в качестве платы за безопасность. Такие сидят в каждом заведении, приглядывают, чтобы не устраивали погрома.
Незнакомец в плаще одной рукой схватил отбивающегося человека за длинные засаленные волосы, второй перехватил его руку, что потянулась к ножу на поясе. Раздался противный хруст, мужчина взвыл, хватаясь за сломанную кисть.
Незваный гость достал из-за пояса кинжал и начал медленно резать шею жертве. Вой быстро сменился хрипом, затем стих и он, но кинжал продолжал двигаться, пока голова не отделилась от тела.
От немногих посетителей, заглянувших в кабак, не осталось и следа, как и от платы за заказы. Кабатчик и сам бы предпочёл оказаться как можно дальше, но откуда-то появилась уверенность, что лично ему ничего не грозит.
Незнакомец разжал руку, и голова упала на стол. Совершенно спокойно, будто ничего не случилось, он вытер кинжал о рубашку мертвеца, повернулся, бросил на оцепеневшего кабатчика мимолётный взгляд, от которого затряслись поджилки, и ушёл.
Проводив молчаливого гостя взглядом, тот обвёл взглядом пару пустых кружек на столах – убраться спешили, но и дармовую выпивку не упустили, гады! – взял тряпку, и пошёл вытирать растекающуюся кровь.
Бейз ворчал всю обратную дорогу в Вердил. И чего Тромвалу вздумалось посылать его невесть куда? Чем эта деревушка такая примечательная? Ну, нашли там новую жилу, и что? Да, может, в этом замешаны эти треклятые наёмные убийцы, так на них сейчас все беды сваливают! Ещё и Авеан. Ноги его больше там не будет! Это ж насколько безумными надо быть, чтобы добровольно поселиться в таком городе!?
Стоило отказаться, когда Тромвал предложил работу. Кто его знает, в какие дела друг успел ввязаться, пока они не виделись. Всё-таки двадцать лет прошло с последней встречи. Конечно, если не считать короткий разговор четырёхлетней давности. Но тогда они особо не болтали, так, перекинулись парой фраз. И Тромвал сказал, где живёт. На всякий случай, как он выразился. Если бы не эта встреча, его наверняка поймали и кормил бы он сейчас червей. Вот если б не вступил в банду тогда, двадцать лет назад…
– Ну да, мечтай, – ухмыльнулся Бейз своим мыслям. – Сдох бы с голода или сгнил на рудниках.
Что ни говори, единственный его настоящий дом – армия. Слишком много времени он там провёл, слишком много друзей встретил и похоронил. А всё из-за треклятой Первой волны. И чего летарам не сиделось в их мирке? Ходили слухи, что это силт ло призвали их, но Бейз не придавал им большого значения. Силт ло или нет, но дрался-то он с летарами. И выжил. Не многие могут похвастаться подобным. И до сих пор ночью будят кошмары, когда пятидесятитысячная армия вступает в бой с несколькими сотнями летар. Даже с таким огромным преимуществом, как оказалось, победить не просто. Уцелело не больше десятой части войска.
Земля под ногами задрожала. Бейз взглянул на юг. Там, в нескольких днях пути, напомнил о себе никогда не спящий вулкан. Порой он впадал в дрёму, но никогда – надолго. Пару раз в год напоминал о себе извержениями и землетрясениями, порой весьма ощутимыми. Вот тут волей-неволей зауважаешь силт ло, сумевших оградить город от потоков лавы. Как и того, другого.
К горлу подступил ком, когда вспомнилась битва у Вердила. Их должны были смять, отбросить, растоптать. Но Силт Ло воздвиг стену вокруг города, вселил уверенность в сердца солдат, дал возможность отстаивать свои дома, а не трусливо прятаться за стенами замка. И он же стал первой линией обороны. Правда, те, кто увидел его методы, поделились завтраком со стеной. С летарами наступали люди, и от них мало что осталось после его удара.
Нет, прочь! И так кошмаров хватает. Мысли вернулись к Тромвалу. Платит он щедро, спору нет, но подобные странные приказы Бейз никогда не любил. Ему ещё предстоит разобраться кое с чем. Точнее с кем. Найти того ублюдка, из-за которого его хотели бросить на арену. Не ахти какая цель, но всё же.
Работая с грабителями, обворовывая беспомощных жителей, он позволил себе расслабиться. Размяк, не ожидал подобного трюка от очередной жертвы. А жертва превратилась в охотника, да ещё и его подставила. Но теперь он будет готов. Отыщет и поговорит, для начала. Узнает, зачем понадобилось подбрасывать ему золото. А потом можно и убить.
О расставании с шайкой бандитов он не сожалел. Друзей среди них нет, да и какие могут быть друзья. Вместе зарабатывали на хлеб, пили и ели. Но за двадцать лет Бейз убедился, что любой из них продаст его за серебряный при первом удобном случае. Ни о каком доверии, как в армии, там не могло быть и речи.
Вулкан вновь загудел, дрожь прокатилась по земле. Лошадь испуганно заржала. Бейз успокаивающе погладил животное, поглядывая на далёкую вершину. Из жерла вырывались клубы дыма, но распадались, едва поднявшись в небо.
И так, Тромвал. Вернуться, рассказать всё, что удалось выяснить об этих наёмниках. И это не его дело, почему Тромвал ими интересуется. Когда он ввалился к нему посреди ночи, окровавленный и избитый, Тромвал не задал ни единого вопроса. Он ответит тем же. А после получит плату и свалит на поиски того, кто подставил его.
В центре просторного зала стоял огромный круглый стол. Его окружал десяток кресел, массивных, с мягкими сиденьями и спинками. Шесть из них пустовали, на остальных сидели фигуры, скрытые полумраком. Чёрные плащи с капюшонами укрывали лица. Делали это скорее по привычке, все прекрасно знали друг друга. И даже более того, успели надоесть.
– Я же говорила – вершители вмешаются. – Женский мелодичный голос звучал подобно флейте. – Даже не покидая Вердила, они умудрялись мешать нам, а теперь вообще могут всё испортить. И это сейчас, когда большая часть приготовлений завершена.
– Потому что следовало сделать по моему. – Громогласный раскат наполнил зал, гуляя среди колонн у стен. – Поймать их сразу после призыва и дело с концом.
– А ты можешь гарантировать, что они не смогут покончить с жизнью? – тут же ухватился за возможность поспорить женский голосок. В него закралась изрядная доля ехидства. – Представь, как неудобно получится. Старались, столько лет выжидали момента, а потом – бац, и пленники свернут себе шею, потому что им позволит монета. Или откажутся есть и помрут с голода. Нехорошо получится, тебе так не кажется?
– Лучше так, чем смотреть, что они вытворяют. Из-за них мы лишились Визистока! Ещё месяц и к нам бы пришла последняя партия мечей и амулетов!
– Успокойтесь, Алира, Крелтон. Всё и так хорошо. – Новый голос выговаривал слова с едва заметным шипением. – Вы прекрасно знаете, что потеря города уже не важна, зачем эта грызня? Или вы не можете и дня прожить без споров?
– Лучше спорить, чем слушать твоё монотонное бубнение, – огрызнулась Алира.
– Можете поспорить после собрания. А пока надо сообщить Кларду, что у него появился последний шанс искупить свою вину. Уверен, он с радостью согласится. И нужно подыскать замену Повешенному. Кого-нибудь не столь преданного. Никогда не понимал этого в псах.
– Идиотская привязанность, – согласился Крелтон. – Он ведь знал, что не справится. Слишком мало времени провёл в этом теле, чтобы тягаться с боевыми аларни.
– А ты считаешь, что справишься? – хихикнула Алира. – Давай предложим Кларду помощника в поход. Посмотрим, как всё обернётся, если…
– Ну, хватит. – Поднялся четвёртый член собрания. Алира замолчала, все повернулись к нему. – Мы потеряли одного товарища, вам мало? Хотите поубивать друг друга? Так я могу помочь.
Алира и Крелтон склонили голову, бормоча извинения.
– Отправляйте Кларда и ищите нового члена круга. На сегодня всё, расходимся.
Глава 24
Размышления
Гепард догнал близнеца за городскими стенами. После бессонной ночи, применений вил, да ещё и полученного ранения, меньше всего хотелось провести остаток дня на лошади, но обоим не терпелось убраться подальше от города.
Сову не терзали угрызения совести или нечто подобное, только глубоко внутри сидел голосок, твердящий, что воришки погибли по их вине. Они взяли мальчишек под свою защиту и не справились. Им ещё повезло, что не заключили контракт. Да и рассказ Ларниса не шёл из головы. Сова не сомневался, что сборщик налогов сказал правду.
Значит, все эти десять лет они убивали людей просто так? Из-за своего страха? Да нет, не может быть. Порой монета сама сводила их с людьми, а несколько раз даже заставляла сорваться с места и ехать в деревни, о существовании которых они раньше и не догадывались. Но всё же…
Гепард ехал рядом довольный и спокойный. Подобные мысли не тревожили его. Случилась одна неприятность, виновные найдены и наказаны. Всё, что можно, для освобождения рабов сделано. Об остальном нечего беспокоиться. Так он пытался успокоить себя.
Но тот же голосок, что и у близнеца, ворочался и нашёптывал, что этого мало. Они – аларни. И пусть люди не их родной вид, сейчас они в человеческих телах. А ещё вместе с этими мыслями всплывала память о прошлой жизни, которую Гепард старательно прятал в самый дальний уголок памяти.
Летары ехали молча. Мрачные мысли, слабость и головная боль в довесок к обычной усталости отбили всё желание разговоров. То один, то другой, задрёмывали в седле. Сова пытался оставаться настороже, но когда после очередного моргания солнце заметно сдвинулось на небе, бросил это дело.
На привал остановились рано, звёзды только появлялись на небе. Повязки сменили, раны обработали мазью, заодно переодели штаны. Пара запасных наборов одежды всегда хранилась в сумках, на всякий случай. Не раз приходилось вступать в бой в самых неожиданных местах, вдали от поселений. Реки в Вердиле явление редкое, и почистить одежду удавалось далеко не всегда, а путешествовать перепачканными в крови не хотелось. Один раз их увидели в таком виде, и появился новый слух, будто они поедают убитых врагов.
После переодевания пришлось отмывать только плащи. Но, не считая пыли и земли, они оказались сравнительно чистыми.
Насобирав сушняка в близлежащем лесу, близнецы устроились у костра. Гепард заглянул на рынок, когда возвращался на площадь, и запасов еды у них заметно прибавилось, как и разнообразия. Нашёлся даже мясной пирог, который летар теперь уплетал с едва слышным урчанием. Привычная ночёвка под открытым небом с плащом вместо кровати постепенно привела в обычное расположение духа.
