– Сойдёт, – кивнул он. – А как быть с лошадьми?
– Тут уж не обессудьте, придётся запирать в доме. На улице сопрут, едва успеете отвернуться. А так дверь на засов запирается, и кровать есть, правда, только одна, но широкая. Я сюда ещё шкаф недавно приволок. Иногда оставляю там свои вещи. Между прочим, один из самых обустроенных домов в городе, – гордо закончил Меркар.
Он распрощался с наёмниками и заспешил обратно на площадь. Город оживал ночью, особенно после такого представления, и Меркар не собирался упускать шанс повеселиться.
Гепард хмуро разглядывал здание. Если это один из самых обустроенных домов, страшно представить, на что похожи остальные.
Первый этаж устилал дощатый пол. На стенах частично сохранилась мозаика. Наверное, раньше потолок и стены представляли единый узор, но теперь от него не осталось и следа. Никакой мебели, конечно же, не было. Лошадям насыпали корма и привязали к перилам лестницы, хотя при желании животные могли бы оторвать шаткую опору одним движением головы.
Летары пошли наверх, осторожно ступая по скрипящим ступеням. На втором этаже оказалось всего две комнаты. Одна пустовала, в другой стояла широченная кровать, явно принадлежавшая любителю плотских утех, судя по вырезанному на спинке неприличному рисунку с множеством девушек.
Помимо кровати обнаружился стул с причудливыми завитыми ножками и старинный шкаф. Как Меркар затащил его сюда, Сова не стал даже гадать. На одной дверце не хватало нижней петли, и она наполовину свисала, открывая взглядам чёрный провал. Два окна выходили на главную улицу.
– М-да, – протянул Гепард, оглядывая комнату. – Знаешь, я даже рад, что спать придётся тебе. Я бы не рискнул довериться этой рухляди.
Он осторожно опустился на стул. Тот жалобно скрипнул, но выдержал.
– Ничего, тут падать не высоко, – сказал Сова, припомнив остановку в Авеане. Он осторожно опустился на толстый матрас, подождал, и вытянулся целиком. Кровать прогнулась, охнула, но не развалилась. – Видишь, не всё так плохо.
– Нет, всё именно ТАК плохо.
Гепард с прежней осторожностью передвинул стул, устроившись рядом с входом в спальню. После наблюдения за представлением сил на чтение дневника не осталось.
Сова уснул почти сразу. Гепард прикрыл глаза, давая им отдохнуть, а сам слушал звуки ночного города.
Жизнь вокруг била ключом. Чаще всего слуха достигали песни и вопли, один раз он разобрал крик о помощи, но не двинулся с места. Хватит с них одного контракта. Больше никаких неожиданностей, переночуют и уедут утром.
Навязчивую мысль о том, какую охоту можно было бы здесь устроить, Гепард старательно гнал прочь.
Близнецы
После полуночи контроль над слухом ослаб, да и голова раскалывалась после применения зрения, и Гепард просто сидел, погружённый в свои мысли. Жаль, что им не стоит привлекать внимание. Какой отдых можно было бы устроить в этом городе воров.
Из мыслей выдернул едва слышный шорох, примечательный тем, что доносился он с первого этажа их дома. Чужаки миновали дремлющих лошадей. Под ногами не скрипнула ни одна доска, даже когда они поднимались по лестнице. Гепард и услышал их только потому, что сосредоточился на тишине дома.
Он бесшумно поднялся и скользнул к двери, открывающейся вовнутрь, собираясь дождаться незваных гостей, но в последний момент передумал. Едва дверь начала открываться, распахнул её, ухватил за шиворот двоих воришек, легко оторвал от пола и прижал к стене. Вот почему доски ни разу не скрипнули: грабители попались совсем маленькие и лёгкие.
Мальчишки перепугались до смерти. Они пытались разглядеть что-либо в полутьме широко распахнутыми глазами. Гепард слишком сильно приложил их о стену, и рот теперь открывался, словно у рыбы, хватая воздух. Он узнал их. Те самые мальчишки, что прислуживали в кабаке. Только белые замызганные одежды ночные гости сменили на серые. Кудрявые рыжие волосы были беспорядочно растрёпаны. Всё же близнецы, а не просто похожи.
– Вы часом дома не перепутали? – спросил Гепард, разглядывая воришек.
Мальчишки не отвечали, испуганно глядя на отчётливо светящиеся в темноте яркие зелёные глаза. Гепард опустил их на пол и придвинул к себе стул. Вытащив из-за пояса нож, он выставил лезвие под тусклый свет луны.
– Не заставляйте меня спрашивать ещё раз.
– М-м-мы х-х-хотел-л-ли в-вас огр-р-рабить, – ответил стоящий слева мальчуган. Голос совсем тонкий, дрожащий. Зубы выбивали барабанную дробь. Мелким грабителям едва ли десять лет стукнуло.
– Уже лучше, – протянул Гепард. Занятный всё-таки городок. Если бы только не контракт… – Почему именно нас?
– В-в-во в-в-время п-представл-л-ления м-мы зап-п-поминали, кто б-б-больше з-золота д-даст, – произнёс второй и тут же жалобно добавил, – ум-моляем, н-не уб-б-бивайте н-н-нас!
– Тоже происходит во всех кабаках? – уточник Гепард. Два согласных кивка. – Хорошо.
Он выронил нож и наклонился за ним. Мальчишки отреагировали мгновенно. Один рванулся к двери, другой в окно. Высота второго этажа пугала куда меньше ножа и странных глаз незнакомца.
Позволив первому сделать шаг за порог, Гепард одним прыжком оказался рядом и схватил его за плечо. Второй почти вылез в окно, когда Сова вскочил с жалобно застонавшей кровати и ухватил воришку за шиворот.
– Это ещё кто такие? –грозно осведомился он, поднимая мальчишку. Тот походил на маленького обиженного щенка. Сова встряхнул его. – Ну, я кого спрашиваю? Залезли среди ночи, спать не даёте. Может, повесить вас и выставить за окном в назидание остальным?
– Не надо! – жалобно захныкал мальчишка. – Отпустите нас, пожалуйста!
– Рассказывайте всё, – сказал Гепард, опускаясь на стул и усаживая ребят на кровать. – А не то мой друг исполнит угрозу.
– Когда на площади устраивают большое представление, мы запоминаем, кто сколько платит, – наперебой заговорили они, утирая слёзы. – Потом советуем дома, где можно остановиться. Самых щедрых навещаем ночью и… ну… облегчаем им карманы. За время перерыва между представлениями гости меняются, и всё начинается сначала. Мы только делаем то, что нам велят! Ну, пожалуйста, отпустите нас! Нам приходится так поступать, чтобы вернуть долг.
– Вы отрабатываете плату за проезд?
– За проезд, еду, крышу над головой. Родители работают на ферме, а мы помогаем в кабаке.
– И много вас здесь? – от грозного тона Совы мальчишки втянули головы и опасливо посмотрели на стоящую у окна фигуру. У той глаза отливали тёмной зеленью.
– Всех, кто не может работать в поле, устраивают в подобных заведениях. Обычной работой расплачиваться очень долго, а так можно сразу вернуть часть долга. – Мальчишки почти успокоились, только продолжали поглядывать на Сову. Лица его не видели, но глаза вызывали оторопь. – Вы нас отпустите, правда ведь?
– Отпустим. – Гепард порылся в карманах и протянул две монеты. – Этого разговора не было. Вы вытащили пару золотых и сбежали, когда мы начали просыпаться. Всё понятно?
Мальчишки согласно закивали, схватили по монете и побежали вниз. Гепард сопроводил их задумчивым взглядом, потом повернулся к Сове. Темнота не помешала разглядеть улыбку близнеца.
– Не быть тебе лицедеем. Из рук вон плохо играешь.
– Да какая разница, – отмахнулся тот. – Чтобы запугать этих малых хватило и такого. Не могу я злиться по таким пустякам.
– Значит, здесь держат рабов.
Задумчивость сменилась угрюмостью, и Гепард торопливо отогнал наползающие воспоминания. Зверь внутри ворочался, но молчал. Передались только ощущения, будто шерсть встала дыбом. Нет, нельзя. Хватит с них проблем.
– Это не наше дело, – напомнил Сова. – У нас уже есть работа.
– Работа тут не причём, – мрачно произнёс Гепард. Он поднялся и подошёл к окну. – Но ты прав. Лучше убраться отсюда поскорее. Сначала выполним контракт, но потом обязательно заглянем сюда ещё раз.
– Меня другое беспокоит, – сказал Сова, осторожно устраиваясь на кровати. – Меркар наверняка знает о происходящем в городе. И он видел, сколько мы дали этим воришкам. Тогда почему не предупредил нас?
– Навестим его утром. – Гепард хмуро разглядывал окрестные дома. Если так отрабатывают проезд, в городе, должно быть, сотни рабов. Нет, не думать. Это не их проблема. – Лучше выспись, а не загадки решай.
Сова не стал пренебрегать советом. За эти десять лет они приучились быстро засыпать. Поначалу сильно мешала их связь: даже малейший ушиб одного приводил к мгновенному пробуждению второго. Но, как оказалось, привыкнуть можно даже к такому. Постепенно отсеивание ощущений близнеца вошло в привычку, а теперь и вовсе не замечалось. Жить, а особенно засыпать, стало куда проще.
Когда Сова проснулся, Гепард сидел у окна с закрытыми глазами.
– Сделай лицо попроще, а то не знаю, пугаться или смеяться с такой сосредоточенности.
– Я пытаюсь найти Меркара. Я точно слышал его на площади, но точнее определить не получается.
Сова прикрыл глаза и тоже прислушался к шуму центра города. Сотни, если не тысячи голосов кричали и призывали купить товар. Но найти среди них один, не затыкающийся ни на миг, оказалось не сложно.
– Южная часть площади, около того места, где мы встретились вчера. Точнее не скажу, слишком много людей шумит.
– Издеваешься, – проворчал Гепард.
Они спустились вниз и поехали на площадь. Лошадей оставили у того же кабака, где сидели вечером. Здесь их не знали, чтобы пугаться одного вида, и постоянно следить за седельными сумами не хотелось. А воровали их частенько, судя по крикам с площади.
Ялен же намекал на защиту своей таверны, и Сова попросил кабатчика приглядеть за животными, подкрепив просьбу золотым. В ответ получил заверения, что с ними ничего не случится. Маленьких помощников нигде не было видно. Видимо, отдыхали после ночных визитов.
После коротких раздумий, Сова всё же прихватил с собой сумку, где лежал дневник с плащами. Расставаться с единственной надеждой на возвращение домой после десяти лет поисков даже на короткое время не хотелось. Он перекинул её через плечо, но повесил спереди, чтобы постоянно следить за содержимым.
Найти Меркара не составило труда. Несмотря на работу охранником, болтал он без умолку. Улыбка на его лице быстро угасла, стоило увидеть в толпе приближающуюся парочку. Бросив пару слов торговцу, Меркар поспешил навстречу.
– Я так понимаю, ограбить вас не удалось? – Под пристальными взглядами наёмников он смутился и уставился на красные кирпичи под ногами. – Мальчишки-то целы?
– Целы, конечно, мы же не звери. – На лице Гепарда возникла кровожадная ухмылка. – Висят за окном дома, что ты нам посоветовал. И ты к ним присоединишься, если не расскажешь всё.
– Вы их убили? – ужаснулся Меркар. В глазах отразился испуг, но не за себя.
– А ты чего ждал? Что мы им золота дадим и отпустим? Ты забыл, кто мы?
– Нет, я помню, но…
– Живы они, – вмешался Сова. – Но тебе стоит объясниться, иначе точно будешь висеть за окошком. Ты ведь знал, что нас попытаются ограбить?
– Да, конечно, я всё объясню. – Меркар испустил вздох облегчения, но всё же с подозрением покосился на Гепарда. – А вы точно не убили их?
– Учись, как надо людей пугать, – самодовольно ухмыльнулся тот близнецу. – Живы они, живы. Рассказывай давай.
– Хорошо. Кхм… так вот, зачем я это сделал. Хотел показать вам, как обстоят дела в городе. Вы не откажетесь заключить ещё один контракт? В чём дело, что-то не так? – быстро добавил он, увидев, как напряглись наёмники.
– Видишь ли, – осторожно подбирая слова, произнёс Сова. – Наши контракты сейчас очень плохо заканчиваются. Плохо для нанимателей. И мы не можем заключать два раза контракт с одним человеком, так что радуйся. Кроме того, у нас уже есть работа.
– Да-да, я всё понимаю, но поймите и вы. Город прогнил насквозь. Я помню ваши слова, один человек – один контракт. Потому я искал недовольных в городе. И нашёл, два года назад. Привести их к вам я не мог, а вы бы со мной не пошли, пришлось ждать и надеяться, что мы встретимся здесь. Эти люди ещё в городе. Они не могут выйти к вам, но вы ведь пойдёте со мной? Им больше не на кого надеяться. Вы же сами видели, как тут всё устроено!
Из Меркара мог получиться прекрасный оратор. Он гневно восклицал, потрясал руками, игнорируя недоумевающие и насмешливые взгляды прохожих, считающих его пьяным. И, что не укрылось от Совы, порой врал напропалую. Но всё же говорил искренне, надеясь на помощь. И будь у него такая возможность, без колебаний заключил бы контракт второй раз.
– Попроси они лично, у нас не осталось бы выбора, – сказал Гепард. Взгляд его снова сделался мрачным. Нельзя им в это лезть сейчас. Сначала нужно вернуть принца. – Пусть здесь держат рабов, но нас это не касается. Мы уже исполняем контракт. Пошли.
Гепард развернулся и быстрым шагом двинулся к кабаку. Попадавшиеся на пути прохожие разлетались в разные стороны, но кроме гневных угроз никто ничего не рискнул предпринять. Какое-то внутреннее чувство подсказывало, что не стоит задирать наглеца. А может они просто замечали побелевшие от напряжения пальцы на рукояти меча.
Меркар растерянно глядел вслед наёмникам. Он не мог привести людей. Не только из-за того, что с них не спускали глаз, а ещё и потому, что никто не хотел заключать контракт. Стоило озвучить цену, которую придётся заплатить, и число желающих уменьшалось до нуля.
Пленники верили и надеялись, что ещё немного, и они расплатятся с долгами, вернут свободу. Сколько не твердил им Меркар, что не будет этого, они не слушали. Надежда ослепила их и подарила веру, которая всех их и погубит.
Он обречённо вздохнул и поплёлся обратно к навесу торговца. По крайне мере он сделал всё, что мог. Последняя надежда рухнула.
Лошадей у кабака не оказалось. Гепард застыл, увидев пустую коновязь.
– Это что-то новенькое, – пробормотал Сова. – Нас ограбили.
Гепард, не тратя времени на раздумья, направился к стойке, где протирал кружки Ялен.
– Мы оставили тебе пару вороных лошадей. Где они?
– А, породистые такие, из Террады небось? – Кабатчик осклабился. – Увели их, уж не обессудьте. Я приглядывал за ними, но у меня только два глаза, а приходится ещё и людей обслуживать. – Он кивнул в сторону пустого зала, где только в дальнем углу сидел вчерашний мужичок, потягивая кружку пива. – Я ведь предупреждал – здесь можно забрать всё, если…
Договорить Ялен не успел. Гепард схватил его за волосы и впечатал лицом в стойку. Из носа хлынула кровь, заливая потускневшее дерево. Кабатчик попытался освободиться, но воткнувшийся у самого уха нож оборвал трепыхания.
– Значит так, – шёпотом произнёс Гепард, наклонившись к другому уху. Голос дрожал от подступающей ярости. Зверь затих, ожидая продолжения. – Мы спешим, потому советуем поспешить и тебе. Сейчас ты пойдёшь и приведёшь лошадей обратно, иначе я тебе глотку вырву. Всё понял?
Приняв неразборчивое ворчание за согласие, Гепард отпустил голову. Ялен зажал разбитый нос фартуком и выскочил на площадь. Сова наблюдал за улепётывающим кабатчиком, облокотившись на часть разрушенной стены. Заглянув за стойку, Гепард выбрал вино поприличнее и налил себе кружку.
– Что? – раздражённо бросил он.
– Да так, – ответил Сова. – Тебя так сильно задевает происходящее в городе? Почему тогда не принял предложение Меркара?
– Ты и сам прекрасно знаешь. Даже если нас на коленях будут умолять помочь, монета может решить иначе.
– Тут уж не обессудьте, придётся запирать в доме. На улице сопрут, едва успеете отвернуться. А так дверь на засов запирается, и кровать есть, правда, только одна, но широкая. Я сюда ещё шкаф недавно приволок. Иногда оставляю там свои вещи. Между прочим, один из самых обустроенных домов в городе, – гордо закончил Меркар.
Он распрощался с наёмниками и заспешил обратно на площадь. Город оживал ночью, особенно после такого представления, и Меркар не собирался упускать шанс повеселиться.
Гепард хмуро разглядывал здание. Если это один из самых обустроенных домов, страшно представить, на что похожи остальные.
Первый этаж устилал дощатый пол. На стенах частично сохранилась мозаика. Наверное, раньше потолок и стены представляли единый узор, но теперь от него не осталось и следа. Никакой мебели, конечно же, не было. Лошадям насыпали корма и привязали к перилам лестницы, хотя при желании животные могли бы оторвать шаткую опору одним движением головы.
Летары пошли наверх, осторожно ступая по скрипящим ступеням. На втором этаже оказалось всего две комнаты. Одна пустовала, в другой стояла широченная кровать, явно принадлежавшая любителю плотских утех, судя по вырезанному на спинке неприличному рисунку с множеством девушек.
Помимо кровати обнаружился стул с причудливыми завитыми ножками и старинный шкаф. Как Меркар затащил его сюда, Сова не стал даже гадать. На одной дверце не хватало нижней петли, и она наполовину свисала, открывая взглядам чёрный провал. Два окна выходили на главную улицу.
– М-да, – протянул Гепард, оглядывая комнату. – Знаешь, я даже рад, что спать придётся тебе. Я бы не рискнул довериться этой рухляди.
Он осторожно опустился на стул. Тот жалобно скрипнул, но выдержал.
– Ничего, тут падать не высоко, – сказал Сова, припомнив остановку в Авеане. Он осторожно опустился на толстый матрас, подождал, и вытянулся целиком. Кровать прогнулась, охнула, но не развалилась. – Видишь, не всё так плохо.
– Нет, всё именно ТАК плохо.
Гепард с прежней осторожностью передвинул стул, устроившись рядом с входом в спальню. После наблюдения за представлением сил на чтение дневника не осталось.
Сова уснул почти сразу. Гепард прикрыл глаза, давая им отдохнуть, а сам слушал звуки ночного города.
Жизнь вокруг била ключом. Чаще всего слуха достигали песни и вопли, один раз он разобрал крик о помощи, но не двинулся с места. Хватит с них одного контракта. Больше никаких неожиданностей, переночуют и уедут утром.
Навязчивую мысль о том, какую охоту можно было бы здесь устроить, Гепард старательно гнал прочь.
Глава 18
Близнецы
После полуночи контроль над слухом ослаб, да и голова раскалывалась после применения зрения, и Гепард просто сидел, погружённый в свои мысли. Жаль, что им не стоит привлекать внимание. Какой отдых можно было бы устроить в этом городе воров.
Из мыслей выдернул едва слышный шорох, примечательный тем, что доносился он с первого этажа их дома. Чужаки миновали дремлющих лошадей. Под ногами не скрипнула ни одна доска, даже когда они поднимались по лестнице. Гепард и услышал их только потому, что сосредоточился на тишине дома.
Он бесшумно поднялся и скользнул к двери, открывающейся вовнутрь, собираясь дождаться незваных гостей, но в последний момент передумал. Едва дверь начала открываться, распахнул её, ухватил за шиворот двоих воришек, легко оторвал от пола и прижал к стене. Вот почему доски ни разу не скрипнули: грабители попались совсем маленькие и лёгкие.
Мальчишки перепугались до смерти. Они пытались разглядеть что-либо в полутьме широко распахнутыми глазами. Гепард слишком сильно приложил их о стену, и рот теперь открывался, словно у рыбы, хватая воздух. Он узнал их. Те самые мальчишки, что прислуживали в кабаке. Только белые замызганные одежды ночные гости сменили на серые. Кудрявые рыжие волосы были беспорядочно растрёпаны. Всё же близнецы, а не просто похожи.
– Вы часом дома не перепутали? – спросил Гепард, разглядывая воришек.
Мальчишки не отвечали, испуганно глядя на отчётливо светящиеся в темноте яркие зелёные глаза. Гепард опустил их на пол и придвинул к себе стул. Вытащив из-за пояса нож, он выставил лезвие под тусклый свет луны.
– Не заставляйте меня спрашивать ещё раз.
– М-м-мы х-х-хотел-л-ли в-вас огр-р-рабить, – ответил стоящий слева мальчуган. Голос совсем тонкий, дрожащий. Зубы выбивали барабанную дробь. Мелким грабителям едва ли десять лет стукнуло.
– Уже лучше, – протянул Гепард. Занятный всё-таки городок. Если бы только не контракт… – Почему именно нас?
– В-в-во в-в-время п-представл-л-ления м-мы зап-п-поминали, кто б-б-больше з-золота д-даст, – произнёс второй и тут же жалобно добавил, – ум-моляем, н-не уб-б-бивайте н-н-нас!
– Тоже происходит во всех кабаках? – уточник Гепард. Два согласных кивка. – Хорошо.
Он выронил нож и наклонился за ним. Мальчишки отреагировали мгновенно. Один рванулся к двери, другой в окно. Высота второго этажа пугала куда меньше ножа и странных глаз незнакомца.
Позволив первому сделать шаг за порог, Гепард одним прыжком оказался рядом и схватил его за плечо. Второй почти вылез в окно, когда Сова вскочил с жалобно застонавшей кровати и ухватил воришку за шиворот.
– Это ещё кто такие? –грозно осведомился он, поднимая мальчишку. Тот походил на маленького обиженного щенка. Сова встряхнул его. – Ну, я кого спрашиваю? Залезли среди ночи, спать не даёте. Может, повесить вас и выставить за окном в назидание остальным?
– Не надо! – жалобно захныкал мальчишка. – Отпустите нас, пожалуйста!
– Рассказывайте всё, – сказал Гепард, опускаясь на стул и усаживая ребят на кровать. – А не то мой друг исполнит угрозу.
– Когда на площади устраивают большое представление, мы запоминаем, кто сколько платит, – наперебой заговорили они, утирая слёзы. – Потом советуем дома, где можно остановиться. Самых щедрых навещаем ночью и… ну… облегчаем им карманы. За время перерыва между представлениями гости меняются, и всё начинается сначала. Мы только делаем то, что нам велят! Ну, пожалуйста, отпустите нас! Нам приходится так поступать, чтобы вернуть долг.
– Вы отрабатываете плату за проезд?
– За проезд, еду, крышу над головой. Родители работают на ферме, а мы помогаем в кабаке.
– И много вас здесь? – от грозного тона Совы мальчишки втянули головы и опасливо посмотрели на стоящую у окна фигуру. У той глаза отливали тёмной зеленью.
– Всех, кто не может работать в поле, устраивают в подобных заведениях. Обычной работой расплачиваться очень долго, а так можно сразу вернуть часть долга. – Мальчишки почти успокоились, только продолжали поглядывать на Сову. Лица его не видели, но глаза вызывали оторопь. – Вы нас отпустите, правда ведь?
– Отпустим. – Гепард порылся в карманах и протянул две монеты. – Этого разговора не было. Вы вытащили пару золотых и сбежали, когда мы начали просыпаться. Всё понятно?
Мальчишки согласно закивали, схватили по монете и побежали вниз. Гепард сопроводил их задумчивым взглядом, потом повернулся к Сове. Темнота не помешала разглядеть улыбку близнеца.
– Не быть тебе лицедеем. Из рук вон плохо играешь.
– Да какая разница, – отмахнулся тот. – Чтобы запугать этих малых хватило и такого. Не могу я злиться по таким пустякам.
– Значит, здесь держат рабов.
Задумчивость сменилась угрюмостью, и Гепард торопливо отогнал наползающие воспоминания. Зверь внутри ворочался, но молчал. Передались только ощущения, будто шерсть встала дыбом. Нет, нельзя. Хватит с них проблем.
– Это не наше дело, – напомнил Сова. – У нас уже есть работа.
– Работа тут не причём, – мрачно произнёс Гепард. Он поднялся и подошёл к окну. – Но ты прав. Лучше убраться отсюда поскорее. Сначала выполним контракт, но потом обязательно заглянем сюда ещё раз.
– Меня другое беспокоит, – сказал Сова, осторожно устраиваясь на кровати. – Меркар наверняка знает о происходящем в городе. И он видел, сколько мы дали этим воришкам. Тогда почему не предупредил нас?
– Навестим его утром. – Гепард хмуро разглядывал окрестные дома. Если так отрабатывают проезд, в городе, должно быть, сотни рабов. Нет, не думать. Это не их проблема. – Лучше выспись, а не загадки решай.
Сова не стал пренебрегать советом. За эти десять лет они приучились быстро засыпать. Поначалу сильно мешала их связь: даже малейший ушиб одного приводил к мгновенному пробуждению второго. Но, как оказалось, привыкнуть можно даже к такому. Постепенно отсеивание ощущений близнеца вошло в привычку, а теперь и вовсе не замечалось. Жить, а особенно засыпать, стало куда проще.
Когда Сова проснулся, Гепард сидел у окна с закрытыми глазами.
– Сделай лицо попроще, а то не знаю, пугаться или смеяться с такой сосредоточенности.
– Я пытаюсь найти Меркара. Я точно слышал его на площади, но точнее определить не получается.
Сова прикрыл глаза и тоже прислушался к шуму центра города. Сотни, если не тысячи голосов кричали и призывали купить товар. Но найти среди них один, не затыкающийся ни на миг, оказалось не сложно.
– Южная часть площади, около того места, где мы встретились вчера. Точнее не скажу, слишком много людей шумит.
– Издеваешься, – проворчал Гепард.
Они спустились вниз и поехали на площадь. Лошадей оставили у того же кабака, где сидели вечером. Здесь их не знали, чтобы пугаться одного вида, и постоянно следить за седельными сумами не хотелось. А воровали их частенько, судя по крикам с площади.
Ялен же намекал на защиту своей таверны, и Сова попросил кабатчика приглядеть за животными, подкрепив просьбу золотым. В ответ получил заверения, что с ними ничего не случится. Маленьких помощников нигде не было видно. Видимо, отдыхали после ночных визитов.
После коротких раздумий, Сова всё же прихватил с собой сумку, где лежал дневник с плащами. Расставаться с единственной надеждой на возвращение домой после десяти лет поисков даже на короткое время не хотелось. Он перекинул её через плечо, но повесил спереди, чтобы постоянно следить за содержимым.
Найти Меркара не составило труда. Несмотря на работу охранником, болтал он без умолку. Улыбка на его лице быстро угасла, стоило увидеть в толпе приближающуюся парочку. Бросив пару слов торговцу, Меркар поспешил навстречу.
– Я так понимаю, ограбить вас не удалось? – Под пристальными взглядами наёмников он смутился и уставился на красные кирпичи под ногами. – Мальчишки-то целы?
– Целы, конечно, мы же не звери. – На лице Гепарда возникла кровожадная ухмылка. – Висят за окном дома, что ты нам посоветовал. И ты к ним присоединишься, если не расскажешь всё.
– Вы их убили? – ужаснулся Меркар. В глазах отразился испуг, но не за себя.
– А ты чего ждал? Что мы им золота дадим и отпустим? Ты забыл, кто мы?
– Нет, я помню, но…
– Живы они, – вмешался Сова. – Но тебе стоит объясниться, иначе точно будешь висеть за окошком. Ты ведь знал, что нас попытаются ограбить?
– Да, конечно, я всё объясню. – Меркар испустил вздох облегчения, но всё же с подозрением покосился на Гепарда. – А вы точно не убили их?
– Учись, как надо людей пугать, – самодовольно ухмыльнулся тот близнецу. – Живы они, живы. Рассказывай давай.
– Хорошо. Кхм… так вот, зачем я это сделал. Хотел показать вам, как обстоят дела в городе. Вы не откажетесь заключить ещё один контракт? В чём дело, что-то не так? – быстро добавил он, увидев, как напряглись наёмники.
– Видишь ли, – осторожно подбирая слова, произнёс Сова. – Наши контракты сейчас очень плохо заканчиваются. Плохо для нанимателей. И мы не можем заключать два раза контракт с одним человеком, так что радуйся. Кроме того, у нас уже есть работа.
– Да-да, я всё понимаю, но поймите и вы. Город прогнил насквозь. Я помню ваши слова, один человек – один контракт. Потому я искал недовольных в городе. И нашёл, два года назад. Привести их к вам я не мог, а вы бы со мной не пошли, пришлось ждать и надеяться, что мы встретимся здесь. Эти люди ещё в городе. Они не могут выйти к вам, но вы ведь пойдёте со мной? Им больше не на кого надеяться. Вы же сами видели, как тут всё устроено!
Из Меркара мог получиться прекрасный оратор. Он гневно восклицал, потрясал руками, игнорируя недоумевающие и насмешливые взгляды прохожих, считающих его пьяным. И, что не укрылось от Совы, порой врал напропалую. Но всё же говорил искренне, надеясь на помощь. И будь у него такая возможность, без колебаний заключил бы контракт второй раз.
– Попроси они лично, у нас не осталось бы выбора, – сказал Гепард. Взгляд его снова сделался мрачным. Нельзя им в это лезть сейчас. Сначала нужно вернуть принца. – Пусть здесь держат рабов, но нас это не касается. Мы уже исполняем контракт. Пошли.
Гепард развернулся и быстрым шагом двинулся к кабаку. Попадавшиеся на пути прохожие разлетались в разные стороны, но кроме гневных угроз никто ничего не рискнул предпринять. Какое-то внутреннее чувство подсказывало, что не стоит задирать наглеца. А может они просто замечали побелевшие от напряжения пальцы на рукояти меча.
Меркар растерянно глядел вслед наёмникам. Он не мог привести людей. Не только из-за того, что с них не спускали глаз, а ещё и потому, что никто не хотел заключать контракт. Стоило озвучить цену, которую придётся заплатить, и число желающих уменьшалось до нуля.
Пленники верили и надеялись, что ещё немного, и они расплатятся с долгами, вернут свободу. Сколько не твердил им Меркар, что не будет этого, они не слушали. Надежда ослепила их и подарила веру, которая всех их и погубит.
Он обречённо вздохнул и поплёлся обратно к навесу торговца. По крайне мере он сделал всё, что мог. Последняя надежда рухнула.
Лошадей у кабака не оказалось. Гепард застыл, увидев пустую коновязь.
– Это что-то новенькое, – пробормотал Сова. – Нас ограбили.
Гепард, не тратя времени на раздумья, направился к стойке, где протирал кружки Ялен.
– Мы оставили тебе пару вороных лошадей. Где они?
– А, породистые такие, из Террады небось? – Кабатчик осклабился. – Увели их, уж не обессудьте. Я приглядывал за ними, но у меня только два глаза, а приходится ещё и людей обслуживать. – Он кивнул в сторону пустого зала, где только в дальнем углу сидел вчерашний мужичок, потягивая кружку пива. – Я ведь предупреждал – здесь можно забрать всё, если…
Договорить Ялен не успел. Гепард схватил его за волосы и впечатал лицом в стойку. Из носа хлынула кровь, заливая потускневшее дерево. Кабатчик попытался освободиться, но воткнувшийся у самого уха нож оборвал трепыхания.
– Значит так, – шёпотом произнёс Гепард, наклонившись к другому уху. Голос дрожал от подступающей ярости. Зверь затих, ожидая продолжения. – Мы спешим, потому советуем поспешить и тебе. Сейчас ты пойдёшь и приведёшь лошадей обратно, иначе я тебе глотку вырву. Всё понял?
Приняв неразборчивое ворчание за согласие, Гепард отпустил голову. Ялен зажал разбитый нос фартуком и выскочил на площадь. Сова наблюдал за улепётывающим кабатчиком, облокотившись на часть разрушенной стены. Заглянув за стойку, Гепард выбрал вино поприличнее и налил себе кружку.
– Что? – раздражённо бросил он.
– Да так, – ответил Сова. – Тебя так сильно задевает происходящее в городе? Почему тогда не принял предложение Меркара?
– Ты и сам прекрасно знаешь. Даже если нас на коленях будут умолять помочь, монета может решить иначе.
