Наконец-то получилось хоть что-то. Я сумел повторить первую часть плетения. На меня странно поглядывают в замке. Вряд ли из-за моих занятий, силы я трачу чуть. С чего бы такое внимание? Мне удалось привязать одну книгу к другой, осталось проделать обратное. Интересно, а если я зашифрую одну, плетение повторится на другой? Нужно будет проверить. Если что, создам копию дневника. Велрих начинает донимать меня. Постоянно лезет с расспросами, пытается наблюдать с помощью разрыва. Нужно поставить защитные барьеры. Нельзя допустить вмешательства со стороны. Это может плохо кончиться, в первую очередь для него. Снова начал читать о Лиэн Силт Ло. Полезных книг в библиотеке почти не осталось. Разберусь с плетением и отправлюсь на поиски монеты и посоха».
– Очередные бесполезные страницы, – проворчал Гепард. – Может, всё же стоило начать с середины или конца?
– И много мы там поймём? – вопросом на вопрос ответил Сова. – Нет уж, десять лет ждали, подождём ещё немного.
Гепард протянул руку, и Сова перебросил ему дневник. Когда дежурить оставался близнец, после чтения записей Гепард тренировался с вил зрения. В который раз он уселся перед раскрытой книгой и уставился на первую страницу.
Ничего. Вновь разболелась голова. Гепард раздражительно захлопнул Сборник мифов, и глаза его почернели. Всего на мгновение, один удар сердца.
– У тебя получилось! – удивился Сова. Не то, чтобы ему не верилось в такой исход, но для зрения нужна концентрация, а близнецу это знакомо лишь понаслышке. – И как, понравилось зрелище?
Гепард так и застыл с дневником в руках, ошарашено глядя перед собой, не слыша слов близнеца. За то единственное мгновение он успел увидеть облик Совы. Настоящий облик. Тело осталось человеческим, но в то же время проступили черты птицы. Глаза словно увеличились, брови выгнулись дугой, лицо и руки покрыло рыжее с белым оперение.
– Почему ты не сказал? – прошептал Гепард. – Почему не сказал, что можешь видеть души?
– Заметил-таки, – вздохнул Сова. – Ты сам знаешь ответ. Пусть наши виды не враждуют, но мы и не друзья, даже несмотря на связь. Разве не поэтому ты не стал учить меня пользоваться скоростью? Да, я помню твой ответ – сам освоишь, это просто. Но если это так просто, почему не стал учить?
– Это другое, – пробормотал Гепард.
Он прикрыл глаза, вызывая в памяти настоящий облик близнеца. Черты птицы слабо проступали из-под тела человека. Интересно, а как выглядит он?
– Не другое, – возразил Сова. – Это, возможно, самая полезная часть зрения. Видеть истинные души. Людей или летар, не важно. Ты же знаешь, чем дольше мы остаёмся в телах людей, тем больше становимся похожи на них. Привычки, слабости. Мы обрастаем этой шелухой, забывая, кто мы такие на самом деле. Но когда ты можешь видеть душу и каждый день видишь настоящего себя, этого не происходит. Я не стал тебе говорить об этой способности, потому что знал – ты бы непременно захотел увидеть себя. А я надеялся, что если ты станешь похожим на человека, станешь небрежнее, то…то тебя смогут убить и мы вернёмся в Летар.
– Убить, – горько рассмеялся Гепард. – Ты даже не представляешь, как бы я этого хотел. Но твоим надеждам не суждено исполниться. Поверь, лучше мне не забывать, кто я есть. Тогда я могу забыть и о контракте, и вместо возвращения в Летар мы станем людьми.
– Теперь это не важно. Раз сумел воспользоваться зрением в первый раз, дальше дело пойдёт легче, так что мой план провалился.
– Значит, если я научусь контролировать зрение, то смогу подавлять в себе чувства? Не впадать в безумие? – У Гепарда перед глазами стоял истинный облик близнеца. Неужели у него появился шанс управиться со зверем внутри?
– Я бы на это не рассчитывал. Мы всё же остаёмся хищниками. Но ты сможешь сдерживать себя и свои порывы, особенно те, что исходят от человеческого тела.
– В зеркале можно увидеть себя?
– Конечно.
– Я хочу попытаться. – Гепард бросил дневник Сове. – Я бы уже слился с человеческой сущностью, если бы не наша связь. Здесь, в Вердиле, есть вещи, напоминающие о том, кто я. Даже эта проклятая статуя Силт Ло на площади. Каждый раз так и тянет разбить её на тысячи кусочков, но она напоминает, что я не человек, что меня призвали в это тело. Во время прошлых призывов такого не было. Животные инстинкты брали верх над разумом. И теперь, когда мы покидаем Вердил, боюсь, одной нашей связи не хватит, чтобы удержать над собой контроль. А я не хочу снова потерять себя. Если с помощью зрения получится остаться…
Гепард оборвал себя, сообразив, что сам не понимает, о чём говорит. Мысли бежали слишком быстро, но главной оставалась одна – вил зрения может изменить обычное положение вещей.
– Можешь сегодня спать, – наконец произнёс он.
– Поменяешь мягкую кровать на внеочередное дежурство? – хмыкнул Сова. – Учти, ты сам это предложил. Сколько бы ночей ты не угробил за этими тренировками, потом опять будем дежурить по очереди.
Гепард не обратил на слова близнеца никакого внимания, молча поднялся и вышел из комнаты. Сова принялся укладываться спать. Да, он отлично понимал состояние близнеца. Некоторые из его младших братьев нарочно не пользовались зрением, пытаясь насладиться прелестями жизни в человеческом теле, когда им выпадал такой шанс. Другие прожили в человеческом теле слишком долго и позабыли, кто они на самом деле. Но только не он.
Каждый аларни знает, как важно сохранять над собой контроль. Некоторые инстинкты слишком опасны, чтобы отпускать их на волю, особенно у хищников. Не удивительно, что Гепард так обрадовался возможностям зрения. Аларни обречены помнить свои поступки вечно. Хотя порой так хочется забыть. Казалось бы, какая разница, что случилось пару тысяч лет назад? Но воспоминания не уходят, и избавиться от них не получается. Вот и остаётся только спрятать в самом дальнем уголку памяти все подлости, предательства и нарушенные обещания.
Гепард вернулся с небольшим зеркальцем. Усевшись за стол, он уставился на своё отражение. Но случайность, благодаря которой он воспользовался зрением в первый раз, больше не повторилась. Светло-зелёные глаза ярко горели в отражении, но не видели ничего, кроме обычного человеческого лица.
Скупщик
Когда Сова проснулся, Гепард всё так же сидел у окна. Зеркало лежало на столе, но смотрел близнец в сторону болот.
– Не получилось? – Ответом стало молчание. – Не удивительно, должно пройти время. Не зря же я столько отдыхаю между чтением. – Покровительственный тон тоже оставили без внимания. – Ладно, давай завтракать и выдвигаться.
Зал по-прежнему пустовал. Наёмники заказали ещё горячего. Хотя достаточно поесть одному, горячая пища согревала, чем выгодно отличалась от их сухого дорожного пайка.
– Пустовато тут, – сказал Сова, уплетая завтрак.
– Я бы предложил вам заглянуть осенью, но вы, уж простите за откровенность, не те гости, которых хочется видеть почаще, – ухмыльнулся Скупщик. – Тогда даже в конюшнях приходится стелить, а порой народ и вовсе на лавочках спит.
Сова достал золотой и положил на стойку.
– Нужно что-то ещё? – подозрительно осведомился трактирщик.
– Только пополнить запасы.
– Тогда здесь слишком много.
– Мы ещё заглянем на обратном пути. Как ты сказал – дорога здесь одна. Можешь записать это на счёт будущих расходов, если не хочешь брать лишнего.
Скупщик покачал головой, но отказываться не стал. Забрал монету со стойки, украдкой попробовал на зуб. Ничего не поделаешь, сила привычки. Затем сходил в конюшни, наполнил седельные сумы и бурдюки.
Наёмники тем временем покончили с завтраком. Скупщик грелся в солнечных лучах на лавочке и наблюдал за сборами. Эти двое не походили на тех, о ком ходит столько слухов. На кровожадных убийц, готовых убить за один косой взгляд. И предложенный контракт. Рисковать головой ради ответа на вопрос? Неужели он того стоит? Или они просто издевались?
Дождавшись, когда наёмники отъедут подальше, Скупщик вернулся в таверну, пересёк кухню и вошёл в ещё одну комнатку, совсем крохотную: тут поместилась только кровать да небольшая тумбочка. Он отодвинул последнюю в сторону и открыл потайную нишу в стене. Несколько мгновений Скупщик разглядывал содержимое.
Здесь скопилась впечатляющая коллекция монет. На первый взгляд они ничем не отличались друг от друга, но не для него. Эта, с тоненькой царапиной через всю грань, досталась ему от придворного силт ло Велриха. Другую, чуть вытянутую, оставил в уплату за постой король Стурмад Второй, когда приезжал на церемонию в Вердил. Каждая монета хранила кусочек истории, связанный с титулованной или просто примечательной личностью. Как и заведение, они достались ему от брата.
Разглядывая полученную от наёмников монету, Скупщик в качестве отличительной черты выделил её размеры и вес – немногим больше, чем у остальных – и добавил в коллекцию.
Вдруг Скупщик ощутил, что в комнате он больше не один. Быстро обернувшись, он увидел старика в синем балахоне, стоящего на кухне боком к нему. Тот демонстративно разглядывал, несомненно, очень интересную печь. На синей ткани поблескивали звёзды, правое плечо украшала луна.
– Ты кто такой? Что ты здесь делаешь? – резким тоном спросил Скупщик. Он поднялся и теперь разглядывал незваного гостя с высоты своего немалого роста. То, что незнакомцу удалось подкрасться незаметно, говорило о многом и наводило на неприятные мысли.
– Ну-ну, по одному вопросу за раз. – Старик повернулся к нему и улыбнулся, но синие глаза оставались серьёзными.
– Обойдёмся вообще без вопросов. Просто проваливай отсюда.
– И тебе совершенно не интересно, зачем я пришёл?
– Люди с честными предложениями подкрадываться не станут.
– Тут ты меня поймал, признаю. – Старик поднял вверх руки. – Но предложение для тебя совершенно безопасное. Ты отдашь гостям вот эту монету, – в руке незнакомца появился золотой. – Скажешь, что тебе не нужно их золото, или придумай любую другую причину. И получишь вместо неё десять других.
– Ты уверен, что они вернутся?
– Просто сею семена. Так как, согласен?
– Нет. От твоей затеи за милю разит неприятностями. Я простой трактирщик и не собираюсь влезать в ваши игры.
– Как же, простой трактирщик. – Улыбка на лице незнакомца стала шире. – Ну, не надо на меня так смотреть, продырявишь ещё. Подобные тебе никогда не станут простыми обывателями, как бы им не хотелось.
Скупщик сделал шаг вперёд, рука сама потянулась к поясу, но сразу одёрнулась. Старик поспешно отступил на два шага.
– Ну, хорошо, хорошо, я ухожу. Кстати, на заметку. Простой трактирщик согласился бы.
Балахон качнулся, и старик так же бесшумно скрылся за дверью. Скупщик остался стоять у открытого тайника. Слова незнакомца напомнили о прошлом, которое так хотелось забыть. О службе в отряде охотников на силт ло под личным командованием короля. И о том, как его отправили домой после Первой волны, на заслуженный отдых. Ведь отряд не может состоять из одного человека, последнего выжившего. Да и силт ло почти не осталось. Но этот наглый старикан явный пример того, что почти – не считается.
Скупщик задвинул нишу, вернул на место тумбочку и вышел на улицу. На равнине в округе никого не было видно. Таинственный гость просто исчез.
– Могут вернуться, значит, – пробормотал он, обойдя таверну кругом и убедившись, что того нигде нет. – Ладно, наше дело маленькое. Всего лишь трактирщик.
Отъехав от таверны, Гепард нарушил молчание.
– Похоже, вчера мне просто повезло. Со зрением.
– Скорее всего, – согласился Сова. Он смотрел вперёд, изучая далёкую заставу.– Но самый сложный шаг сделан. Дальше пойдёт легче.
– Хотелось бы верить, – вздохнул Гепард. Голова до сих пор болела после ночных попыток воспользоваться зрением ещё раз.
– С таким настроем точно ничего не получится. Радовался бы, самое сложное – начать.
На фоне окружающей гнили и плесени, гладкая и чистая дорога выбивалась из окружения. На Пути Мира не оставалось совершенно никаких следов. Сова даже начал подумывать слезть с лошади и попробовать выпачкать дорогу нарочно. Просто посмотреть, что случится с грязью.
Зато болота выглядели впечатляюще. Тина, островки пожухлой травы с редкими деревцами, сырость и отвратительный запах. Силт ло потрудились на славу. Таких топей он не встречал за всю жизнь.
Застава показалась спустя пару часов пути. По обе стороны от дороги стояли две пузатые башни высотой в три человеческих роста; между ними арка с опущенной железной решёткой. С вершин башен за дорогой следили по три арбалетчика. Обойти башни получилось бы только через болота, начинавшиеся в шаге от Пути, но кто его знает, какая там глубина.
Десяток солдат стоял у ворот. Один из них, с нашивками капитана, разговаривал, или, скорее, орал на беженцев. На лысой голове поблескивали лучи полуденного солнца. Серо-коричневая толпа сгрудилась у ворот, смиренно выслушивая крики капитана. До всадников донёсся хриплый голос:
– Я вам ещё раз повторяю – никто не пройдёт и точка! Хватит меня донимать с самого утра! Ещё одно слово – и я отдам приказ вон тем парням наверху, – он махнул в сторону арбалетчиков, – и вам придётся собирать на пару золотых меньше.
Люди молча топтались у ворот. Парой золотых больше или меньше для них не имело значения, у всех вместе не набралось бы и одного. При виде всадников толпа расступилась, давая дорогу. Капитан нахмурился ещё больше, увидев приближающуюся парочку в зелёных плащах.
– А с вами разговор ещё короче – разворачивайтесь и уезжайте. Для вас дорога закрыта.
– Почему? – удивился Сова. Им впервые понадобилось покидать Вердил, и о подобных запретах они не слышали.
– Приказ Его Величества Стурмада Второго. Вы расценены как особо опасные преступники, которые могут угрожать жизни короля. Вам нет хода в Терраду.
– А если вместо пары золотых мы найдём пару десятков?
Сова вытащил из-под плаща увесистый мешочек, развязал тесёмки и протянул его капитану. Тот вытаращил глаза, увидев содержимое. Столько золота ему не приходилось видеть раньше. После мучительной борьбы, явно отобразившейся на его лице, он всё же с сожалением произнёс:
– Нет, нельзя. Кто-нибудь может донести, и тогда все мы распрощаемся с головой. Такой риск не стоит золота.
– Мы не станем у вас задерживаться, – Сова не отступал, видя сомнения на лице капитана. – Проедем на север, даже не сойдём с Пути Мира. Нам нужно в Ланметир, мы и близко не подойдём к Терраде.
– Всё равно нет. – Капитан с трудом оторвал взгляд от мешочка с золотом. Не давая соблазну завладеть собой, он набросился на беженцев. – Ну, чего встали?! Я что, непонятно изъясняюсь?! Валите отсюда!
Гепард, у которого от криков ещё больше разболелась голова, потянулся к мечу. Сова успел остановить его раньше, чем движение заметили стражники.
– Не надо, – прошептал он. – Не стоит начинать знакомство со страной с убийства её солдат. Нам ещё обратно ехать. Давай вернёмся и расспросим трактирщика. За столько лет вполне могла отыскаться тропа через болота, о которой не знают стражники.
Гепард угрюмо взглянул на близнеца и стряхнул руку.
– Ты сам-то в это веришь?
– Пройти силой мы всегда успеем.
– Тогда чего тянуть?
– Того, что ехать обратно придётся по этой же дороге, с принцем. И я не хочу наживать врагов, если этого можно избежать.
Заметив, как на них поглядывают стражники, Сова развернул лошадь и направился обратно, увлекая за собой Гепарда. Тот, хотя и неохотно, позволил себя увести.
– Очередные бесполезные страницы, – проворчал Гепард. – Может, всё же стоило начать с середины или конца?
– И много мы там поймём? – вопросом на вопрос ответил Сова. – Нет уж, десять лет ждали, подождём ещё немного.
Гепард протянул руку, и Сова перебросил ему дневник. Когда дежурить оставался близнец, после чтения записей Гепард тренировался с вил зрения. В который раз он уселся перед раскрытой книгой и уставился на первую страницу.
Ничего. Вновь разболелась голова. Гепард раздражительно захлопнул Сборник мифов, и глаза его почернели. Всего на мгновение, один удар сердца.
– У тебя получилось! – удивился Сова. Не то, чтобы ему не верилось в такой исход, но для зрения нужна концентрация, а близнецу это знакомо лишь понаслышке. – И как, понравилось зрелище?
Гепард так и застыл с дневником в руках, ошарашено глядя перед собой, не слыша слов близнеца. За то единственное мгновение он успел увидеть облик Совы. Настоящий облик. Тело осталось человеческим, но в то же время проступили черты птицы. Глаза словно увеличились, брови выгнулись дугой, лицо и руки покрыло рыжее с белым оперение.
– Почему ты не сказал? – прошептал Гепард. – Почему не сказал, что можешь видеть души?
– Заметил-таки, – вздохнул Сова. – Ты сам знаешь ответ. Пусть наши виды не враждуют, но мы и не друзья, даже несмотря на связь. Разве не поэтому ты не стал учить меня пользоваться скоростью? Да, я помню твой ответ – сам освоишь, это просто. Но если это так просто, почему не стал учить?
– Это другое, – пробормотал Гепард.
Он прикрыл глаза, вызывая в памяти настоящий облик близнеца. Черты птицы слабо проступали из-под тела человека. Интересно, а как выглядит он?
– Не другое, – возразил Сова. – Это, возможно, самая полезная часть зрения. Видеть истинные души. Людей или летар, не важно. Ты же знаешь, чем дольше мы остаёмся в телах людей, тем больше становимся похожи на них. Привычки, слабости. Мы обрастаем этой шелухой, забывая, кто мы такие на самом деле. Но когда ты можешь видеть душу и каждый день видишь настоящего себя, этого не происходит. Я не стал тебе говорить об этой способности, потому что знал – ты бы непременно захотел увидеть себя. А я надеялся, что если ты станешь похожим на человека, станешь небрежнее, то…то тебя смогут убить и мы вернёмся в Летар.
– Убить, – горько рассмеялся Гепард. – Ты даже не представляешь, как бы я этого хотел. Но твоим надеждам не суждено исполниться. Поверь, лучше мне не забывать, кто я есть. Тогда я могу забыть и о контракте, и вместо возвращения в Летар мы станем людьми.
– Теперь это не важно. Раз сумел воспользоваться зрением в первый раз, дальше дело пойдёт легче, так что мой план провалился.
– Значит, если я научусь контролировать зрение, то смогу подавлять в себе чувства? Не впадать в безумие? – У Гепарда перед глазами стоял истинный облик близнеца. Неужели у него появился шанс управиться со зверем внутри?
– Я бы на это не рассчитывал. Мы всё же остаёмся хищниками. Но ты сможешь сдерживать себя и свои порывы, особенно те, что исходят от человеческого тела.
– В зеркале можно увидеть себя?
– Конечно.
– Я хочу попытаться. – Гепард бросил дневник Сове. – Я бы уже слился с человеческой сущностью, если бы не наша связь. Здесь, в Вердиле, есть вещи, напоминающие о том, кто я. Даже эта проклятая статуя Силт Ло на площади. Каждый раз так и тянет разбить её на тысячи кусочков, но она напоминает, что я не человек, что меня призвали в это тело. Во время прошлых призывов такого не было. Животные инстинкты брали верх над разумом. И теперь, когда мы покидаем Вердил, боюсь, одной нашей связи не хватит, чтобы удержать над собой контроль. А я не хочу снова потерять себя. Если с помощью зрения получится остаться…
Гепард оборвал себя, сообразив, что сам не понимает, о чём говорит. Мысли бежали слишком быстро, но главной оставалась одна – вил зрения может изменить обычное положение вещей.
– Можешь сегодня спать, – наконец произнёс он.
– Поменяешь мягкую кровать на внеочередное дежурство? – хмыкнул Сова. – Учти, ты сам это предложил. Сколько бы ночей ты не угробил за этими тренировками, потом опять будем дежурить по очереди.
Гепард не обратил на слова близнеца никакого внимания, молча поднялся и вышел из комнаты. Сова принялся укладываться спать. Да, он отлично понимал состояние близнеца. Некоторые из его младших братьев нарочно не пользовались зрением, пытаясь насладиться прелестями жизни в человеческом теле, когда им выпадал такой шанс. Другие прожили в человеческом теле слишком долго и позабыли, кто они на самом деле. Но только не он.
Каждый аларни знает, как важно сохранять над собой контроль. Некоторые инстинкты слишком опасны, чтобы отпускать их на волю, особенно у хищников. Не удивительно, что Гепард так обрадовался возможностям зрения. Аларни обречены помнить свои поступки вечно. Хотя порой так хочется забыть. Казалось бы, какая разница, что случилось пару тысяч лет назад? Но воспоминания не уходят, и избавиться от них не получается. Вот и остаётся только спрятать в самом дальнем уголку памяти все подлости, предательства и нарушенные обещания.
Гепард вернулся с небольшим зеркальцем. Усевшись за стол, он уставился на своё отражение. Но случайность, благодаря которой он воспользовался зрением в первый раз, больше не повторилась. Светло-зелёные глаза ярко горели в отражении, но не видели ничего, кроме обычного человеческого лица.
Глава 14
Скупщик
Когда Сова проснулся, Гепард всё так же сидел у окна. Зеркало лежало на столе, но смотрел близнец в сторону болот.
– Не получилось? – Ответом стало молчание. – Не удивительно, должно пройти время. Не зря же я столько отдыхаю между чтением. – Покровительственный тон тоже оставили без внимания. – Ладно, давай завтракать и выдвигаться.
Зал по-прежнему пустовал. Наёмники заказали ещё горячего. Хотя достаточно поесть одному, горячая пища согревала, чем выгодно отличалась от их сухого дорожного пайка.
– Пустовато тут, – сказал Сова, уплетая завтрак.
– Я бы предложил вам заглянуть осенью, но вы, уж простите за откровенность, не те гости, которых хочется видеть почаще, – ухмыльнулся Скупщик. – Тогда даже в конюшнях приходится стелить, а порой народ и вовсе на лавочках спит.
Сова достал золотой и положил на стойку.
– Нужно что-то ещё? – подозрительно осведомился трактирщик.
– Только пополнить запасы.
– Тогда здесь слишком много.
– Мы ещё заглянем на обратном пути. Как ты сказал – дорога здесь одна. Можешь записать это на счёт будущих расходов, если не хочешь брать лишнего.
Скупщик покачал головой, но отказываться не стал. Забрал монету со стойки, украдкой попробовал на зуб. Ничего не поделаешь, сила привычки. Затем сходил в конюшни, наполнил седельные сумы и бурдюки.
Наёмники тем временем покончили с завтраком. Скупщик грелся в солнечных лучах на лавочке и наблюдал за сборами. Эти двое не походили на тех, о ком ходит столько слухов. На кровожадных убийц, готовых убить за один косой взгляд. И предложенный контракт. Рисковать головой ради ответа на вопрос? Неужели он того стоит? Или они просто издевались?
Дождавшись, когда наёмники отъедут подальше, Скупщик вернулся в таверну, пересёк кухню и вошёл в ещё одну комнатку, совсем крохотную: тут поместилась только кровать да небольшая тумбочка. Он отодвинул последнюю в сторону и открыл потайную нишу в стене. Несколько мгновений Скупщик разглядывал содержимое.
Здесь скопилась впечатляющая коллекция монет. На первый взгляд они ничем не отличались друг от друга, но не для него. Эта, с тоненькой царапиной через всю грань, досталась ему от придворного силт ло Велриха. Другую, чуть вытянутую, оставил в уплату за постой король Стурмад Второй, когда приезжал на церемонию в Вердил. Каждая монета хранила кусочек истории, связанный с титулованной или просто примечательной личностью. Как и заведение, они достались ему от брата.
Разглядывая полученную от наёмников монету, Скупщик в качестве отличительной черты выделил её размеры и вес – немногим больше, чем у остальных – и добавил в коллекцию.
Вдруг Скупщик ощутил, что в комнате он больше не один. Быстро обернувшись, он увидел старика в синем балахоне, стоящего на кухне боком к нему. Тот демонстративно разглядывал, несомненно, очень интересную печь. На синей ткани поблескивали звёзды, правое плечо украшала луна.
– Ты кто такой? Что ты здесь делаешь? – резким тоном спросил Скупщик. Он поднялся и теперь разглядывал незваного гостя с высоты своего немалого роста. То, что незнакомцу удалось подкрасться незаметно, говорило о многом и наводило на неприятные мысли.
– Ну-ну, по одному вопросу за раз. – Старик повернулся к нему и улыбнулся, но синие глаза оставались серьёзными.
– Обойдёмся вообще без вопросов. Просто проваливай отсюда.
– И тебе совершенно не интересно, зачем я пришёл?
– Люди с честными предложениями подкрадываться не станут.
– Тут ты меня поймал, признаю. – Старик поднял вверх руки. – Но предложение для тебя совершенно безопасное. Ты отдашь гостям вот эту монету, – в руке незнакомца появился золотой. – Скажешь, что тебе не нужно их золото, или придумай любую другую причину. И получишь вместо неё десять других.
– Ты уверен, что они вернутся?
– Просто сею семена. Так как, согласен?
– Нет. От твоей затеи за милю разит неприятностями. Я простой трактирщик и не собираюсь влезать в ваши игры.
– Как же, простой трактирщик. – Улыбка на лице незнакомца стала шире. – Ну, не надо на меня так смотреть, продырявишь ещё. Подобные тебе никогда не станут простыми обывателями, как бы им не хотелось.
Скупщик сделал шаг вперёд, рука сама потянулась к поясу, но сразу одёрнулась. Старик поспешно отступил на два шага.
– Ну, хорошо, хорошо, я ухожу. Кстати, на заметку. Простой трактирщик согласился бы.
Балахон качнулся, и старик так же бесшумно скрылся за дверью. Скупщик остался стоять у открытого тайника. Слова незнакомца напомнили о прошлом, которое так хотелось забыть. О службе в отряде охотников на силт ло под личным командованием короля. И о том, как его отправили домой после Первой волны, на заслуженный отдых. Ведь отряд не может состоять из одного человека, последнего выжившего. Да и силт ло почти не осталось. Но этот наглый старикан явный пример того, что почти – не считается.
Скупщик задвинул нишу, вернул на место тумбочку и вышел на улицу. На равнине в округе никого не было видно. Таинственный гость просто исчез.
– Могут вернуться, значит, – пробормотал он, обойдя таверну кругом и убедившись, что того нигде нет. – Ладно, наше дело маленькое. Всего лишь трактирщик.
Отъехав от таверны, Гепард нарушил молчание.
– Похоже, вчера мне просто повезло. Со зрением.
– Скорее всего, – согласился Сова. Он смотрел вперёд, изучая далёкую заставу.– Но самый сложный шаг сделан. Дальше пойдёт легче.
– Хотелось бы верить, – вздохнул Гепард. Голова до сих пор болела после ночных попыток воспользоваться зрением ещё раз.
– С таким настроем точно ничего не получится. Радовался бы, самое сложное – начать.
На фоне окружающей гнили и плесени, гладкая и чистая дорога выбивалась из окружения. На Пути Мира не оставалось совершенно никаких следов. Сова даже начал подумывать слезть с лошади и попробовать выпачкать дорогу нарочно. Просто посмотреть, что случится с грязью.
Зато болота выглядели впечатляюще. Тина, островки пожухлой травы с редкими деревцами, сырость и отвратительный запах. Силт ло потрудились на славу. Таких топей он не встречал за всю жизнь.
Застава показалась спустя пару часов пути. По обе стороны от дороги стояли две пузатые башни высотой в три человеческих роста; между ними арка с опущенной железной решёткой. С вершин башен за дорогой следили по три арбалетчика. Обойти башни получилось бы только через болота, начинавшиеся в шаге от Пути, но кто его знает, какая там глубина.
Десяток солдат стоял у ворот. Один из них, с нашивками капитана, разговаривал, или, скорее, орал на беженцев. На лысой голове поблескивали лучи полуденного солнца. Серо-коричневая толпа сгрудилась у ворот, смиренно выслушивая крики капитана. До всадников донёсся хриплый голос:
– Я вам ещё раз повторяю – никто не пройдёт и точка! Хватит меня донимать с самого утра! Ещё одно слово – и я отдам приказ вон тем парням наверху, – он махнул в сторону арбалетчиков, – и вам придётся собирать на пару золотых меньше.
Люди молча топтались у ворот. Парой золотых больше или меньше для них не имело значения, у всех вместе не набралось бы и одного. При виде всадников толпа расступилась, давая дорогу. Капитан нахмурился ещё больше, увидев приближающуюся парочку в зелёных плащах.
– А с вами разговор ещё короче – разворачивайтесь и уезжайте. Для вас дорога закрыта.
– Почему? – удивился Сова. Им впервые понадобилось покидать Вердил, и о подобных запретах они не слышали.
– Приказ Его Величества Стурмада Второго. Вы расценены как особо опасные преступники, которые могут угрожать жизни короля. Вам нет хода в Терраду.
– А если вместо пары золотых мы найдём пару десятков?
Сова вытащил из-под плаща увесистый мешочек, развязал тесёмки и протянул его капитану. Тот вытаращил глаза, увидев содержимое. Столько золота ему не приходилось видеть раньше. После мучительной борьбы, явно отобразившейся на его лице, он всё же с сожалением произнёс:
– Нет, нельзя. Кто-нибудь может донести, и тогда все мы распрощаемся с головой. Такой риск не стоит золота.
– Мы не станем у вас задерживаться, – Сова не отступал, видя сомнения на лице капитана. – Проедем на север, даже не сойдём с Пути Мира. Нам нужно в Ланметир, мы и близко не подойдём к Терраде.
– Всё равно нет. – Капитан с трудом оторвал взгляд от мешочка с золотом. Не давая соблазну завладеть собой, он набросился на беженцев. – Ну, чего встали?! Я что, непонятно изъясняюсь?! Валите отсюда!
Гепард, у которого от криков ещё больше разболелась голова, потянулся к мечу. Сова успел остановить его раньше, чем движение заметили стражники.
– Не надо, – прошептал он. – Не стоит начинать знакомство со страной с убийства её солдат. Нам ещё обратно ехать. Давай вернёмся и расспросим трактирщика. За столько лет вполне могла отыскаться тропа через болота, о которой не знают стражники.
Гепард угрюмо взглянул на близнеца и стряхнул руку.
– Ты сам-то в это веришь?
– Пройти силой мы всегда успеем.
– Тогда чего тянуть?
– Того, что ехать обратно придётся по этой же дороге, с принцем. И я не хочу наживать врагов, если этого можно избежать.
Заметив, как на них поглядывают стражники, Сова развернул лошадь и направился обратно, увлекая за собой Гепарда. Тот, хотя и неохотно, позволил себя увести.
