- Помню. Из фильма «Амадей», - уточнила Камилла.
- Так что ты там?..
- Эдгар, - перебила его Камилла. – Ты всё в своё время увидишь.
Камилла лежала в постели. Эдгар подробно рассказывал ей о неожиданно прерванной поездке в Майкоп. Говорил, что их хорошо приняли. О том, как был в гостях у Мадина. Как его довёз со спецмигалкой депутат. Что ребята останутся там ещё на два дня. Мадин им всё объяснит, и они всё поймут.
Камилла спала. Меры, принятые Эдгаром и её подругой, подействовали положительным образом, что и вызвало такой глубокий и спокойный сон.
* * *
КАМИЛЛА ПРОСПАЛА ДО часу дня. И это радовало Эдгара, ибо сон – лучшее лекарство. Он приготовил завтрак. Позавтракал в одиннадцать часов и смотрел на картину, накрытую простыней. Но думал он не о ней, не о картине. Не о том, почему Камилла ему её не показывает. Думал он о другом – ехать ли на юбилей к Геннадию Андреевичу Дементьеву в Волгоград после того, что произошло с Камиллой? Дементьев и его супруга тётя Люба уже не в первый раз приглашают его к себе в гости. И тогда, когда сами приезжали в Горячий Ключ три раза приглашали Эдгара в гости. Говорили, что оплатят дорогу. Но у Эдгара никак не получалось. Но 80-летний юбилей, на который соберутся поэты Волгограда, писатели, словом, все творческие люди, знающие Геннадия Андреевича, - это другое дело.
Он вздохнул и хотел пойти посмотреть, как там его любовь, его солнце, его душа, его невеста… Но Камилла уже проснулась и спустилась в жёлтом халате в мастерскую.
- Ты сегодня другая! По твоему виду можно сказать, что ты в порядке, – и Эдгар сплюнул три раза через левое плечо и постучал по дереву.
- Ты же деист. Вы – несуеверные! – засмеялась Камилла, присаживаясь к столу.
- С тобой, душа моя, станешь и суеверным.
Они обнялись. Эдгар покружил её и поставил резко на ноги…
- Голова не кружится?
- Нет.
- Хорошо. Позавтракай. Я уже…
Камилла завтракала, кажется, у неё появился аппетит, а Эдгар смотрел на неё.
- Тебе не говорили, что нехорошо смотреть на девушку, когда она ест как...
- «Осень в Нью-Йорке», - это я уже слышал.
- И по возрасту мы подходим к героям фильма, - уточнила Камилла.
- А что это ты вспомнила о фильме?
- А он мне приснился. Ты не поверишь, но иногда мне снятся фильмы. Целиком. Сама удивляюсь.
- Фильм хороший, но финал…
- Что будем делать?
- Камилла, теперь я буду с тобой. И никуда, кроме как на неотложные дела, не отлучусь. А тебе необходимо больше проводить времени на свежем воздухе. Сегодня ты выглядишь, как всегда, - как звезда, которую я полюбил и с которой помолвлен.
- Продолжай, - намазывая на хлеб клубничное варенье, сказала невеста.
- Поэтому после завтрака ты работай, допиши заказ, а я на втором этаже, в зале, буду работать над стихами.
- Это мне нравится…
- А вечером поедем в ресторан, или, как его там,.. кафе «Восточный дворик». Мне показалось в прошлый раз, что тебе там понравилось.
- Да, хорошая кухня, профессиональные повара.
- После ужина погуляем по набережной и,- домой. Отдыхать. Организуем неделю отпуска. Мало работы, больше отдыха и свежего воздуха.
- Принимается. Тем более заказов осталось всего шесть. И два, которые заказал друг Адама Листа, я уже написала.
- Да! Вот они тебя и «посадили». Больше в таком режиме и темпе работать не будешь! Ещё целая жизнь впереди…
- Слушаюсь и повинуюсь, милый, - перебила она «доктора».
* * *
КАМИЛЛА РАБОТАЛА НАД ЗАКАЗОМ, а Эдгар – над стихами. Был тёплый, по-летнему осенний день. Ни ветерка, ни облачка.
- Милый, я дописала картину! Иди посмотри, как тебе?
- Ещё минут десять и я в твоём распоряжении,- отозвался Эдгар.
Всё, ты готова? И не забудь про курточку, к вечеру от реки потянет прохладой. Сейчас пять часов дня. Едем. А картина мне понравилась. Особенно краски.
* * *
ОНИ ЗАКАЗАЛИ ТЕ ЖЕ БЛЮДА, которые им понравились в прошлый раз. Сидели и рассуждали о философии, о душе человека. Камилла рассказывала Эдгару о творчестве Пикассо, Гогена, Ван Гога, Эль Греко, Моне, Кипренского, Айвазовского (Гайвазяна – авт.), Шишкина… Она рассказывала о художниках с большим знанием дела, словно читала лекцию Эдгару о великих творцах. Эдгар молча слушал. Но думал о том, с чего ему начать разговор о поездке в Волгоград. О последнем мероприятии этого года, где он просто обязан быть,- обязательно.
- Эдгар! Ты со мной? Где ты? Так вот, я прочитала первый том «Жизнь вечная», который написала твоя тётя и твой учитель в соавторстве с Натальей Лобуновой. Когда ты говорил об этих музах, духах, феноменальных элитах, духах из свиты Плутона и других, я не придавала этому значение. Но когда ты был в Ейске, на торжествах, я прочитала книгу – их, кажется, три тома. Но ты мне дал только первый том – там, где написано о тебе, о твоих стихах. И прочитав эти «Неожиданные сюжеты»: «Земная жизнь души, или как формировалась душа поэта Э. Загорского», много нашла схожего с тобой. То есть то, что им про тебя ответили духи, которые работают с тобой. И зная уже тебя достаточно, скажу, что я была потрясена точностью, с которой духи отвечали на вопросы авторов книги о тебе. Что ты жил в предыдущем воплощении в Центральной России, на границе 18-19 веков. Мужчина. Василий. Работал поваром. Хозяин был молодым и принадлежал к тем кругам, которые увлекались просвещением. Что ты прочитал большую книгу в одиннадцать лет. Может, это совпадение, но ты говорил мне, что начал понимать поэзию, скажем, в этом воплощении, в одиннадцать лет! Совпадение?.. Так о тебе говорит большой дух Сатурн. Далее дух рассказывает, что одному помещику в шутку сказали соседи, что есть интересный повар, который занимается искусством и пишет романы. Помещик поехал и выкупил тебя. Как странно это сейчас слышать – «и выкупил тебя»… Вечерами ты читал семье хозяина свои романы. Это о твоём предыдущем воплощении. После того, как ты умер в 47 лет, твоя душа, попав в Сферы, пожелала заниматься творчеством…
О сегодняшней твоей жизни, где почти всё время занимает только творчество, большой дух говорит, что с тобой в начале пути работали профессиональные поэты. Они помогли тебе увидеть себя, и ты начал работать с собственной душой. Музы тебе помогали. И была помощь души поэта Николаса Гильена. А беседа с музой заканчивается такими словами, если мне не изменяет память: «Ему нельзя лишь разочаровываться в своём назначении, иначе не получится положительного опыта. Он работает для того, чтобы Земля стала светлой, чтобы люди научились понимать души других людей, - продолжала цитировать отдельные отрывки Камилла. – Что ещё можно сказать? Пожелать ему успехов и страданий… А поэзия – это опыт души».
Как это точно. Они в Сферах всё про нас знают. Успехи у тебя есть. А страдания твои – это я! – завершила свои выводы Камилла.
- Я тоже в начале не верил тому, что написано в этой книге. Но в последнее время, страдание моё, я всё больше и больше стал понимать то, о чём написано в этой книге.
- И ещё я знаю по себе – когда я ленюсь, не хочется работать, даже подходить к мольберту, никто меня не заставит писать. Но стоит лень пересилить – и всё получается. И думаешь: как здорово получилось, а ведь если бы я не пересилила свою лень, то на полотне ничего бы и не появилось. Ещё в книге написано: если душа ленится, никто помогать ей не станет. Но как только человек пересилит себя и начнёт работать, то и духи, и музы начинают помогать. Я всегда чувствую это. Нужно перечитать её заново. С первого раза трудно всё понять. Но читая эту книгу, понимаешь её не разумом, а душой, чувствами, через них идёт общение…
- Вот и суть! Вот и Камилла! Именно – так.
- Ты был в предыдущем воплощении творческим человеком, писал романы. И твоя душа в этом воплощении продолжает этот путь. А я, страдание твоё, подтверждаю это!
- А я этому рад, что ты это подтверждаешь.
Раздался звонок. Камилла ответила:
- Папочка, где ты? Как ты?... В Магадане? Ты уладил свои очень важные дела, которые не дали нам пообщаться ещё два дня?.. Я? С Эдгаром. Мы сидим в кафе «Восточный дворик»... Папа хочет что-то тебе сказать, любимый, - передавая трубку, она намекнула Эдгару, чтобы он был поприветливее.
- Эдгар! Ты помнишь о нашем уговоре? Скоро уже зима. И в конце декабря я приеду за дочерью. Помни об этом…
Эдгар закрыл трубку рукой, чтобы отец Камиллы не услышал, и спросил Камиллу:
- Радость моя, может, следует сказать отцу о твоих обмороках?
– Нет, нет, Эдгар!
– Хорошо. Но всё-таки полтора года, как…
- Я всё помню, Пётр, - передавая трубку Камилле, пояснил Эдгар.
- Я тоже тебя люблю, пап!
- Камилла, может, всё же стоило сказать отцу про твои…
- Нет, нет, милый. Уже всё прошло.
Они гуляли по набережной. Наслаждались осенью, тёплым вечером. Эдгар то и дело здоровался со знакомыми. Когда стало прохладно, они поехали домой к Камилле.
* * *
- ТЫ КТО? – ТВОЯ СУДЬБА! – Так почему смеёшься таким ехидным голосом? – Смешно. Как посмотрю я на тебя, так смехом распирает. Такого вот, как ты,- лентяя, во всей Вселенной не сыскать! Ты послан небом, чтоб вершить дела… А ты что на Земле творишь? Лежишь, мечтаешь, унываешь, меня и жизнь – всех проклинаешь: «Не удалася жизнь, судьба тому виною, что жизнь прожил, словно зря…» – Не ври! Я много силы приложил к самовоспитанию и очищению своей души. Я зло искоренял… Никто не может мне сказать: «Ты, парень, - дрянь!»
- Ах, ах, ах, какие песни! Какая речь! Какие тексты!.. Ты даже те стихи, которые тебе надиктовали мы, в порядок привести не можешь. А всё – лень! Она в душе твоей – приказчица.
Указывает ей, душе твоей, что делать, что читать… Но больше всё-таки – лежать и дурака с утра до вечера валять. Да самоедством заниматься… Судьбу и время проклинать во всех грехах, что в жизни совершили вы на пару с ней…
Лень – твоя мать, и радость, и беда!
А сколько в Сферах работы было с душой твоей! Чтоб свет принёс ты людям, заблудшим истины открыл. Ну, словом, переделал этот алчный Мир, которым правят группы тщеславных и властолюбивых душ.
- Псы ненасытные, так что ли? Давай, ещё поиздевайся! А что же ты, моя судьба, не помогаешь мне? Возьми за шкирку, тресни лбом об стену, да так… Быть может, я в сознанье и приду. И стану выполнять заданье, с которым послан я сюда. Открою истины, зажгу огни – и люди полетят, как мотыльки, на свет небесной истины и станут добрыми, и веру обретут, которую с годами потеряли…
- Ты вспомни! Сколько раз я говорила: хватит причитать! Пора за дело приниматься в предназначении своём. Ведь нужно сколько дел свершить, а ты привык вольготно жить. И начал ты завидовать другим: «Вот это судьбы! Вот это жизнь! Мою же даже проживать не стоит».
- Смотри, гром грянет, не перекрестится мужик, – и молния судьбу твою сразит. Не станет у тебя – меня, и лень тебя раздавит, как клопа! И Сферы не придут к тебе на помощь.
Таланты Бог не раздаёт напрасно. И тех, кто выбрал лень, наказывает страшно!..
* * *
ЭДГАР, ПРОСНИСЬ! ТЫ ВЕСЬ в поту! Мечешься по постели, - щипая за руку, старалась разбудить Эдгара Камилла. – Ты не заболел? Ещё не хватало, чтобы…
Эдгар открыл глаза, восстановил дыхание, посмотрел на Камиллу. Огляделся вокруг. Вздохнул и спросил Камиллу:
- Я что – кричал?
- Ты весь мокрый. Может, тебя продуло там, у реки, вчера, - спросила она потрогав потный лоб Эдгара. – Нет, вроде ты холодный.- И она засмеялась от своих сказанных «неуклюжих» слов. – Вернее, температуры у тебя нет.
- Мне сон приснился. Странный сон. Моя судьба меня обвиняла в том, что я – лентяй. Что в Сферах мною недовольны. Она ругала меня за то, что я не делаю того, что должен…
- Эдгар, странный сон. Но он, я в том уверена, является продолжением того, о чём с тобой мы говорили в кафе «Восточный дворик». О духах, о судьбе, о Сферах, о тебе…
- Возможно, любовь моя.
- Эдгар, уже светает. Ты много написал стихов, ты помогаешь людям и творчеством живёшь…
- Я так же думаю! Но сон, по крайней мере, странен.
- Всего лишь сон. Иди умойся и в постель вернись. Я буду ждать тебя. Ты понял? Забудь про сон и вспомни обо мне. Я буду ждать. Скорее приходи!.. Иди, иди…
* * *
УТРОМ ЗА СТОЛОМ ОНИ СИДЕЛИ и говорили о Ромео и Джульетте…
- Ах, милый! Отошёл ты ото сна? Всего лишь сон. Забудь о нём, а я весь день писать картину стану. А чем займёшься ты?
- Поеду выполнять заданье Сфер, пока они ещё благоволят ко мне, а то накажут страшно… Во сне мне говорила так судьба моя…
- Как страшно!
- О, полевой цветок мой! Мне скоро уезжать, ты не забыла? Проводишь ты до поезда меня, а там в вагон зайду я сам. Ты будешь ждать меня. Я ненадолго, лишь друга верного поздравлю, обниму…
- Как не люблю твоих отлучек я! Как я тоскую, если нет тебя! Порой болезни на меня находят, когда твой дух и тело где-то бродят!
- Вернусь я скоро. Ты ж не унывай, пиши картины, есть не забывай. Дильнара за тобой присмотрит, и если что – подруга мне позвонит. Двадцатого числа мне нужно ехать, уже подходит срок, любовь моя!
- Молиться стану я. И ждать тебя, мой милый, мой жених. Помолвлена с тобой, - она склонила голову, - мой ангел, сударь мой…
- А я с тобой – до самой смерти. Ну вот, поговорили…
- Ах, милый! Стихами мы с тобой заговорили. Не кажется тебе, что дух Шекспира сейчас присоединился к нам? Здесь, где-то рядом он…
- Возможно, милая, он служит всем богам, а этим утром заглянул и к нам…
- Так оставляешь ты меня, Ромео мой?
- Джульетта, ненадолго, и не спорь…
Они расхохотались. Больше смеялась до слёз Камилла, не ожидая такого, что они заговорят стихами.
- Эдгар, что это было? Я говорила с тобой стихами, соблюдая при этом средневековый этикет и сопровождая свои слова жестами. Как уникально у нас с тобой всё вышло. Скоро начну писать пьесы!..
- А я – картины, - добавил он.
* * *
ПРИБЛИЖАЛСЯ ДЕНЬ ОТЪЕЗДА Эдгара в г. Волгоград на 80-летний юбилей поэта Геннадия Андреевича Дементьева. Эдгар и Камилла часто ездили в зону отдыха погулять вдоль реки Псекупс – вдоль набережной. Подышать свежим воздухом, Камилле явно это шло на пользу. Эдгар готовился к поездке. Камилла писала заказы, читала книги.
Ездили в гости к Лидии Александровне. Пили кофе у Юры, брата Эдгара, вместе с его семьёй. Разговаривали о жизни, о планах. Камилле понравилась собачка Юли, дочери Юры, Лекса. И Камилла сказала Эдгару, что хочет купить такую же, когда Эдгар вернётся из Волгограда. Юля сказала, что собачка такой породы стоит 60 тысяч рублей, но если Камилла подождёт с полгода, то они подарят ей щенка.
Заезжали на кладбище на могилу отца Эдгара. Камилла положила большой букет цветов на мраморную плиту отца своего жениха…
Словом, жизнь шла своим чередом. Вот и сегодня, двадцатого октября, они гуляли вдоль набережной.
- Эдгар, ты хотел ехать двадцать второго числа. Почему ты изменил своё решение?
- Хочу приехать раньше, Камилла. Ещё до юбилея познакомиться с поэтами, с авторами литературного объединения, и сразу после юбилея уехать.
- Ты собирался пробыть в Волгограде неделю.
- Скажем так, что я в этом году уже перевыполнил план.
- Так что ты там?..
- Эдгар, - перебила его Камилла. – Ты всё в своё время увидишь.
Камилла лежала в постели. Эдгар подробно рассказывал ей о неожиданно прерванной поездке в Майкоп. Говорил, что их хорошо приняли. О том, как был в гостях у Мадина. Как его довёз со спецмигалкой депутат. Что ребята останутся там ещё на два дня. Мадин им всё объяснит, и они всё поймут.
Камилла спала. Меры, принятые Эдгаром и её подругой, подействовали положительным образом, что и вызвало такой глубокий и спокойный сон.
* * *
КАМИЛЛА ПРОСПАЛА ДО часу дня. И это радовало Эдгара, ибо сон – лучшее лекарство. Он приготовил завтрак. Позавтракал в одиннадцать часов и смотрел на картину, накрытую простыней. Но думал он не о ней, не о картине. Не о том, почему Камилла ему её не показывает. Думал он о другом – ехать ли на юбилей к Геннадию Андреевичу Дементьеву в Волгоград после того, что произошло с Камиллой? Дементьев и его супруга тётя Люба уже не в первый раз приглашают его к себе в гости. И тогда, когда сами приезжали в Горячий Ключ три раза приглашали Эдгара в гости. Говорили, что оплатят дорогу. Но у Эдгара никак не получалось. Но 80-летний юбилей, на который соберутся поэты Волгограда, писатели, словом, все творческие люди, знающие Геннадия Андреевича, - это другое дело.
Он вздохнул и хотел пойти посмотреть, как там его любовь, его солнце, его душа, его невеста… Но Камилла уже проснулась и спустилась в жёлтом халате в мастерскую.
- Ты сегодня другая! По твоему виду можно сказать, что ты в порядке, – и Эдгар сплюнул три раза через левое плечо и постучал по дереву.
- Ты же деист. Вы – несуеверные! – засмеялась Камилла, присаживаясь к столу.
- С тобой, душа моя, станешь и суеверным.
Они обнялись. Эдгар покружил её и поставил резко на ноги…
- Голова не кружится?
- Нет.
- Хорошо. Позавтракай. Я уже…
Камилла завтракала, кажется, у неё появился аппетит, а Эдгар смотрел на неё.
- Тебе не говорили, что нехорошо смотреть на девушку, когда она ест как...
- «Осень в Нью-Йорке», - это я уже слышал.
- И по возрасту мы подходим к героям фильма, - уточнила Камилла.
- А что это ты вспомнила о фильме?
- А он мне приснился. Ты не поверишь, но иногда мне снятся фильмы. Целиком. Сама удивляюсь.
- Фильм хороший, но финал…
- Что будем делать?
- Камилла, теперь я буду с тобой. И никуда, кроме как на неотложные дела, не отлучусь. А тебе необходимо больше проводить времени на свежем воздухе. Сегодня ты выглядишь, как всегда, - как звезда, которую я полюбил и с которой помолвлен.
- Продолжай, - намазывая на хлеб клубничное варенье, сказала невеста.
- Поэтому после завтрака ты работай, допиши заказ, а я на втором этаже, в зале, буду работать над стихами.
- Это мне нравится…
- А вечером поедем в ресторан, или, как его там,.. кафе «Восточный дворик». Мне показалось в прошлый раз, что тебе там понравилось.
- Да, хорошая кухня, профессиональные повара.
- После ужина погуляем по набережной и,- домой. Отдыхать. Организуем неделю отпуска. Мало работы, больше отдыха и свежего воздуха.
- Принимается. Тем более заказов осталось всего шесть. И два, которые заказал друг Адама Листа, я уже написала.
- Да! Вот они тебя и «посадили». Больше в таком режиме и темпе работать не будешь! Ещё целая жизнь впереди…
- Слушаюсь и повинуюсь, милый, - перебила она «доктора».
* * *
КАМИЛЛА РАБОТАЛА НАД ЗАКАЗОМ, а Эдгар – над стихами. Был тёплый, по-летнему осенний день. Ни ветерка, ни облачка.
- Милый, я дописала картину! Иди посмотри, как тебе?
- Ещё минут десять и я в твоём распоряжении,- отозвался Эдгар.
Всё, ты готова? И не забудь про курточку, к вечеру от реки потянет прохладой. Сейчас пять часов дня. Едем. А картина мне понравилась. Особенно краски.
* * *
ОНИ ЗАКАЗАЛИ ТЕ ЖЕ БЛЮДА, которые им понравились в прошлый раз. Сидели и рассуждали о философии, о душе человека. Камилла рассказывала Эдгару о творчестве Пикассо, Гогена, Ван Гога, Эль Греко, Моне, Кипренского, Айвазовского (Гайвазяна – авт.), Шишкина… Она рассказывала о художниках с большим знанием дела, словно читала лекцию Эдгару о великих творцах. Эдгар молча слушал. Но думал о том, с чего ему начать разговор о поездке в Волгоград. О последнем мероприятии этого года, где он просто обязан быть,- обязательно.
- Эдгар! Ты со мной? Где ты? Так вот, я прочитала первый том «Жизнь вечная», который написала твоя тётя и твой учитель в соавторстве с Натальей Лобуновой. Когда ты говорил об этих музах, духах, феноменальных элитах, духах из свиты Плутона и других, я не придавала этому значение. Но когда ты был в Ейске, на торжествах, я прочитала книгу – их, кажется, три тома. Но ты мне дал только первый том – там, где написано о тебе, о твоих стихах. И прочитав эти «Неожиданные сюжеты»: «Земная жизнь души, или как формировалась душа поэта Э. Загорского», много нашла схожего с тобой. То есть то, что им про тебя ответили духи, которые работают с тобой. И зная уже тебя достаточно, скажу, что я была потрясена точностью, с которой духи отвечали на вопросы авторов книги о тебе. Что ты жил в предыдущем воплощении в Центральной России, на границе 18-19 веков. Мужчина. Василий. Работал поваром. Хозяин был молодым и принадлежал к тем кругам, которые увлекались просвещением. Что ты прочитал большую книгу в одиннадцать лет. Может, это совпадение, но ты говорил мне, что начал понимать поэзию, скажем, в этом воплощении, в одиннадцать лет! Совпадение?.. Так о тебе говорит большой дух Сатурн. Далее дух рассказывает, что одному помещику в шутку сказали соседи, что есть интересный повар, который занимается искусством и пишет романы. Помещик поехал и выкупил тебя. Как странно это сейчас слышать – «и выкупил тебя»… Вечерами ты читал семье хозяина свои романы. Это о твоём предыдущем воплощении. После того, как ты умер в 47 лет, твоя душа, попав в Сферы, пожелала заниматься творчеством…
О сегодняшней твоей жизни, где почти всё время занимает только творчество, большой дух говорит, что с тобой в начале пути работали профессиональные поэты. Они помогли тебе увидеть себя, и ты начал работать с собственной душой. Музы тебе помогали. И была помощь души поэта Николаса Гильена. А беседа с музой заканчивается такими словами, если мне не изменяет память: «Ему нельзя лишь разочаровываться в своём назначении, иначе не получится положительного опыта. Он работает для того, чтобы Земля стала светлой, чтобы люди научились понимать души других людей, - продолжала цитировать отдельные отрывки Камилла. – Что ещё можно сказать? Пожелать ему успехов и страданий… А поэзия – это опыт души».
Как это точно. Они в Сферах всё про нас знают. Успехи у тебя есть. А страдания твои – это я! – завершила свои выводы Камилла.
- Я тоже в начале не верил тому, что написано в этой книге. Но в последнее время, страдание моё, я всё больше и больше стал понимать то, о чём написано в этой книге.
- И ещё я знаю по себе – когда я ленюсь, не хочется работать, даже подходить к мольберту, никто меня не заставит писать. Но стоит лень пересилить – и всё получается. И думаешь: как здорово получилось, а ведь если бы я не пересилила свою лень, то на полотне ничего бы и не появилось. Ещё в книге написано: если душа ленится, никто помогать ей не станет. Но как только человек пересилит себя и начнёт работать, то и духи, и музы начинают помогать. Я всегда чувствую это. Нужно перечитать её заново. С первого раза трудно всё понять. Но читая эту книгу, понимаешь её не разумом, а душой, чувствами, через них идёт общение…
- Вот и суть! Вот и Камилла! Именно – так.
- Ты был в предыдущем воплощении творческим человеком, писал романы. И твоя душа в этом воплощении продолжает этот путь. А я, страдание твоё, подтверждаю это!
- А я этому рад, что ты это подтверждаешь.
Раздался звонок. Камилла ответила:
- Папочка, где ты? Как ты?... В Магадане? Ты уладил свои очень важные дела, которые не дали нам пообщаться ещё два дня?.. Я? С Эдгаром. Мы сидим в кафе «Восточный дворик»... Папа хочет что-то тебе сказать, любимый, - передавая трубку, она намекнула Эдгару, чтобы он был поприветливее.
- Эдгар! Ты помнишь о нашем уговоре? Скоро уже зима. И в конце декабря я приеду за дочерью. Помни об этом…
Эдгар закрыл трубку рукой, чтобы отец Камиллы не услышал, и спросил Камиллу:
- Радость моя, может, следует сказать отцу о твоих обмороках?
– Нет, нет, Эдгар!
– Хорошо. Но всё-таки полтора года, как…
- Я всё помню, Пётр, - передавая трубку Камилле, пояснил Эдгар.
- Я тоже тебя люблю, пап!
- Камилла, может, всё же стоило сказать отцу про твои…
- Нет, нет, милый. Уже всё прошло.
Они гуляли по набережной. Наслаждались осенью, тёплым вечером. Эдгар то и дело здоровался со знакомыми. Когда стало прохладно, они поехали домой к Камилле.
* * *
- ТЫ КТО? – ТВОЯ СУДЬБА! – Так почему смеёшься таким ехидным голосом? – Смешно. Как посмотрю я на тебя, так смехом распирает. Такого вот, как ты,- лентяя, во всей Вселенной не сыскать! Ты послан небом, чтоб вершить дела… А ты что на Земле творишь? Лежишь, мечтаешь, унываешь, меня и жизнь – всех проклинаешь: «Не удалася жизнь, судьба тому виною, что жизнь прожил, словно зря…» – Не ври! Я много силы приложил к самовоспитанию и очищению своей души. Я зло искоренял… Никто не может мне сказать: «Ты, парень, - дрянь!»
- Ах, ах, ах, какие песни! Какая речь! Какие тексты!.. Ты даже те стихи, которые тебе надиктовали мы, в порядок привести не можешь. А всё – лень! Она в душе твоей – приказчица.
Указывает ей, душе твоей, что делать, что читать… Но больше всё-таки – лежать и дурака с утра до вечера валять. Да самоедством заниматься… Судьбу и время проклинать во всех грехах, что в жизни совершили вы на пару с ней…
Лень – твоя мать, и радость, и беда!
А сколько в Сферах работы было с душой твоей! Чтоб свет принёс ты людям, заблудшим истины открыл. Ну, словом, переделал этот алчный Мир, которым правят группы тщеславных и властолюбивых душ.
- Псы ненасытные, так что ли? Давай, ещё поиздевайся! А что же ты, моя судьба, не помогаешь мне? Возьми за шкирку, тресни лбом об стену, да так… Быть может, я в сознанье и приду. И стану выполнять заданье, с которым послан я сюда. Открою истины, зажгу огни – и люди полетят, как мотыльки, на свет небесной истины и станут добрыми, и веру обретут, которую с годами потеряли…
- Ты вспомни! Сколько раз я говорила: хватит причитать! Пора за дело приниматься в предназначении своём. Ведь нужно сколько дел свершить, а ты привык вольготно жить. И начал ты завидовать другим: «Вот это судьбы! Вот это жизнь! Мою же даже проживать не стоит».
- Смотри, гром грянет, не перекрестится мужик, – и молния судьбу твою сразит. Не станет у тебя – меня, и лень тебя раздавит, как клопа! И Сферы не придут к тебе на помощь.
Таланты Бог не раздаёт напрасно. И тех, кто выбрал лень, наказывает страшно!..
* * *
ЭДГАР, ПРОСНИСЬ! ТЫ ВЕСЬ в поту! Мечешься по постели, - щипая за руку, старалась разбудить Эдгара Камилла. – Ты не заболел? Ещё не хватало, чтобы…
Эдгар открыл глаза, восстановил дыхание, посмотрел на Камиллу. Огляделся вокруг. Вздохнул и спросил Камиллу:
- Я что – кричал?
- Ты весь мокрый. Может, тебя продуло там, у реки, вчера, - спросила она потрогав потный лоб Эдгара. – Нет, вроде ты холодный.- И она засмеялась от своих сказанных «неуклюжих» слов. – Вернее, температуры у тебя нет.
- Мне сон приснился. Странный сон. Моя судьба меня обвиняла в том, что я – лентяй. Что в Сферах мною недовольны. Она ругала меня за то, что я не делаю того, что должен…
- Эдгар, странный сон. Но он, я в том уверена, является продолжением того, о чём с тобой мы говорили в кафе «Восточный дворик». О духах, о судьбе, о Сферах, о тебе…
- Возможно, любовь моя.
- Эдгар, уже светает. Ты много написал стихов, ты помогаешь людям и творчеством живёшь…
- Я так же думаю! Но сон, по крайней мере, странен.
- Всего лишь сон. Иди умойся и в постель вернись. Я буду ждать тебя. Ты понял? Забудь про сон и вспомни обо мне. Я буду ждать. Скорее приходи!.. Иди, иди…
* * *
УТРОМ ЗА СТОЛОМ ОНИ СИДЕЛИ и говорили о Ромео и Джульетте…
- Ах, милый! Отошёл ты ото сна? Всего лишь сон. Забудь о нём, а я весь день писать картину стану. А чем займёшься ты?
- Поеду выполнять заданье Сфер, пока они ещё благоволят ко мне, а то накажут страшно… Во сне мне говорила так судьба моя…
- Как страшно!
- О, полевой цветок мой! Мне скоро уезжать, ты не забыла? Проводишь ты до поезда меня, а там в вагон зайду я сам. Ты будешь ждать меня. Я ненадолго, лишь друга верного поздравлю, обниму…
- Как не люблю твоих отлучек я! Как я тоскую, если нет тебя! Порой болезни на меня находят, когда твой дух и тело где-то бродят!
- Вернусь я скоро. Ты ж не унывай, пиши картины, есть не забывай. Дильнара за тобой присмотрит, и если что – подруга мне позвонит. Двадцатого числа мне нужно ехать, уже подходит срок, любовь моя!
- Молиться стану я. И ждать тебя, мой милый, мой жених. Помолвлена с тобой, - она склонила голову, - мой ангел, сударь мой…
- А я с тобой – до самой смерти. Ну вот, поговорили…
- Ах, милый! Стихами мы с тобой заговорили. Не кажется тебе, что дух Шекспира сейчас присоединился к нам? Здесь, где-то рядом он…
- Возможно, милая, он служит всем богам, а этим утром заглянул и к нам…
- Так оставляешь ты меня, Ромео мой?
- Джульетта, ненадолго, и не спорь…
Они расхохотались. Больше смеялась до слёз Камилла, не ожидая такого, что они заговорят стихами.
- Эдгар, что это было? Я говорила с тобой стихами, соблюдая при этом средневековый этикет и сопровождая свои слова жестами. Как уникально у нас с тобой всё вышло. Скоро начну писать пьесы!..
- А я – картины, - добавил он.
* * *
ПРИБЛИЖАЛСЯ ДЕНЬ ОТЪЕЗДА Эдгара в г. Волгоград на 80-летний юбилей поэта Геннадия Андреевича Дементьева. Эдгар и Камилла часто ездили в зону отдыха погулять вдоль реки Псекупс – вдоль набережной. Подышать свежим воздухом, Камилле явно это шло на пользу. Эдгар готовился к поездке. Камилла писала заказы, читала книги.
Ездили в гости к Лидии Александровне. Пили кофе у Юры, брата Эдгара, вместе с его семьёй. Разговаривали о жизни, о планах. Камилле понравилась собачка Юли, дочери Юры, Лекса. И Камилла сказала Эдгару, что хочет купить такую же, когда Эдгар вернётся из Волгограда. Юля сказала, что собачка такой породы стоит 60 тысяч рублей, но если Камилла подождёт с полгода, то они подарят ей щенка.
Заезжали на кладбище на могилу отца Эдгара. Камилла положила большой букет цветов на мраморную плиту отца своего жениха…
Словом, жизнь шла своим чередом. Вот и сегодня, двадцатого октября, они гуляли вдоль набережной.
- Эдгар, ты хотел ехать двадцать второго числа. Почему ты изменил своё решение?
- Хочу приехать раньше, Камилла. Ещё до юбилея познакомиться с поэтами, с авторами литературного объединения, и сразу после юбилея уехать.
- Ты собирался пробыть в Волгограде неделю.
- Скажем так, что я в этом году уже перевыполнил план.
