- Эдгар! Милый, дорогой Эдгар! Как я тебя люблю! Смерти нет, Эдгар. Есть – вечность!
И она расплакалась. Обняла любимого, прижала к себе и плакала. Эдгар был настолько тронут, что сам чуть было не расплакался. Так они стояли, пока Эдгар не сказал: «Сейчас начнётся закат, Камилла». Она вытерла слёзы, и они пошли в беседку. Сели, обнялись и стали смотреть на заходящее солнце.
- Вот, Камилла, когда я впервые побывал в этой беседке и передо мной открылась эта сказка, я тоже почувствовал, что смерти нет, есть – вечность. Словами это не выразишь, но внутри меня зародилось новое чувство – чувство единства души и природы, которую создал сам Бог.
- Да. Я чувствую, что душа моя не хочет возвращаться, а хочет остаться здесь. Она здесь поёт. Ты что-то хотел сказать, поведать какую-то тайну? Помнишь? Надеюсь, только мне…
- Камилла, когда я после первого посещения этого божественного места вернулся с братом Юрой домой, сразу написал завещание...
- Не рановато ли?
- В нём написано, кроме всего прочего, что если со мной что-то случится, то тело моё не хоронить, а кремировать. Привезти урну с моим прахом в бухту «Инал» и с этого места прах развеять по ветру, чтобы он развеялся по склону этой горы, усыпанной дикими цветами. И, конечно, ветер унесёт часть праха в море, которое так красиво и которое я так боюсь. И прах мой соединится с этой божественной природой, которую ты, увидев впервые, заплакала, ощутила чувства, ранее тебе неведомые, те, которые ощутил и я в первый раз, когда так же стоял и слёзы сами появлялись на моих глазах, и я почувствовал впервые свою душу. В этой беседке я в первые почувствовал: где у человека находится душа.
- Эдгар, - сильнее прижимаясь к нему, сказала Камилла, - как это романтично! Как красиво! Как ты чувствуешь природу, её правду, её замысел. Хочется поблагодарить Творца за то, что мы встретились. За то, что я зашла именно в тот магазин, взяла именно ту книгу и открыла страницу именно на том стихотворении – на стихотворении «Сон». Это провидение. Божественное вмешательство.
- Иначе не назовёшь, - еле сдерживая слёзы, подтвердил Эдгар. – Смотри, начинается закат. Медленно, если приглядишься, увидишь, как солнце опускается в море, и смотри, как будет изменяться цвет поверхности его, в какие цвета окрасит облака закат, и посмотри на цветы, которые растут по склону, как они будут «гореть», словно фосфорные. Смотри! Смотри, Камилла!
- Да, Эдгар! Но почему они «загорелись», словно лампочки? Удивительно. Ничего подобного я не видела и ни о чём таком не читала. Поразительно, Эдгар!
- Сам не знаю! Но такое происходит только здесь. В этом месте. Смотри, какими стали облака, поверхность моря!
Камилла встала и подошла к краю склона, словно неведомая сила подвела её к самому его краю. Она смотрела, как солнце перекрашивает всё вокруг, делает другим, более спокойным, божественным. Камилла подняла руки к небу и крикнула: «Я люблю тебя, Эдгар!»
Так они просидели в обнимку, пока солнце совсем не опустилось в море. Сидели и смотрели молча. Эдгар набросил на плечи Камиллы курточку. Сидели и ни о чём не думали, а наслаждались присутствием друг друга и вступающей в свои права ночью. Появились первые звёзды. На столбах зажглись фонари, но они продолжали сидеть.
* * *
ОНИ ВОЗВРАЩАЛИСЬ ДОМОЙ в десятом часу ночи. Уставшие, но довольные поездкой. Дорога была загружена, и скорость движения не превышала сорока километров в час, а порой и двадцати. Камиллу клонило ко сну. Она то засыпала, то просыпалась. Сквозь сон она что-то говорила.
- Камилла, не спи! Иначе я тоже засну. Не ровен час… Ну, ты понимаешь? Врежемся ещё куда-нибудь или в кого-нибудь. Не спи.
- Хорошо, милый! Ты такой день мне сегодня подарил. И такое у тебя вот завещание красивое, лиричное такое. Необычное. У меня тоже такое чувство, словно моя душа осталась там. Осталась навсегда в этой красоте и будет ждать моего возвращения. Стоя на краю утёса я сказала себе: что составлю такое же завещание, как у Эдгара. Чтобы мой прах соединился с твоим, когда придёт время... Или твой с моим, - последние слова Камилла произнесла с какой-то скорбью, болью, словно что-то в её сердце сидит и тревожит её временами. Но что?
- Камилла, о чём ты говоришь? Смешно! Молодая, красивая, талантливая. Тебе-то рано говорить об этом. Завещание пишут люди, страхуя себя от несчастного случая. И всё. У нас много времени. Ты напишешь ещё много картин. Я увижу ещё не одну твою выставку. Твои картины будут смотреть в Интернете. Новые, конечно, картины и читать мои новые стихи, на которые ты напишешь, без всякого сомнения - шедевры. Уверен, их тут же раскупят твои многочисленные поклонники.
Камилла улыбнулась и сказала:
- В жизни всё по-другому. Не знаешь, что тебя ждёт завтра, но надо жить и работать. Быть полезной людям, любить, наслаждаться счастьем и беречь друг друга, Эдгар. Помогать нуждающимся и мечтать, мечтать...
Камилла снова уснула минут на двадцать. Эдгар, глядя на неё, улыбался. И не тревожил её. Так они ехали минут тридцать-сорок. Проехали посёлок Мирный. До Горячего Ключа осталось немного. Камилла проснулась. Улыбнулась. И Эдгар задал ей вопрос:
- Ты про завещание своё серьёзно?
- Вполне. Ты же сам говоришь, что я серьёзная девочка, - улыбнулась она.
- Хочешь расскажу тебе историю на эту тему, которую мне тётя, Ольга Лебединская, поведала?
- Расскажи, чтобы мы не уснули.
- Поехали они вчетвером на одной машине в гости к её подруге в глухую, как говорят в России, деревню из Ленинграда. Приехали. Природа их очаровала. Они пошли на кладбище, где похоронена одна из знакомых Ольги. Когда её подруга, приехавшая с ними, увидела это кладбище, оно её так потрясло своей красотой и живописным местом, где оно находилось, что она невольно сказала: « Я бы хотела быть похороненной на этом кладбище. Как тут красиво! Берёзы, ели, осины, липы – и такая тишина». Ну, поговорили и забыли. Пришло время уезжать. Ольга с подругой поблагодарили друзей за то, что привезли их. Попрощались. А утром узнали, что друзья попали в аварию и в живых остался только муж. Подруга погибла. Думали, где похоронить. Долго решали ведь она жила с мужем в Ленинграде и была прописана там. Решили выполнить её последнее желание. Похоронили на том кладбище, на котором она хотела быть похороненной. Вот как бывает.
- Печально и возвышенно... Романтическая трагедия. По другому не назовёшь. Леопольдина Гюго и Шарль Викери. Трагедия достойная пера.
- Они ведь утонули...
- Дорогой, смотри вперёд! Чёрный дрозд дорогу перебежал!
- И что? Сплюнь через плечо и постучи по дереву, если в тебе проснулось суеверие. Это же птица, а не кошка, - засмеялся Эдгар.
Они приехали домой в одиннадцать часов ночи. Усталые, довольные и счастливые. Поднялись на второй этаж, в спальную комнату Камиллы, и, не раздеваясь, буквально упали в кровать и заснули глубоким сном.
Конец первой части
ИСТОРИЯ ГОРОДА-КУРОРТА Горячий Ключ, в котором проживали два влюблённых друг в друга человека – Камилла Белоцерковская, приехавшая в город Горячий Ключ из Магадана в надежде найти здесь своё счастье и воплотить в жизнь свои творческие планы, и Эдгар Загорский, переехавший в этот живописный город из солнечного Узбекистана, города Андижана, который находится в Ферганской долине, где он родился и вырос, откуда пошёл служить на Тихоокеанский флот; в котором он женился, работал, где впервые, в десятилетнем возрасте, написал несколько стихотворений, которые и предопределили в дальнейшем его творческий путь. Город, в котором родился его сын Андрей, у которого в Орске родилась дочь Дарина, внучка Эдгара. Семья Эдгара (к тому времени Эдгар уже был разведён) переехала на Кубань как вынужденные переселенцы, как и миллионы других русскоязычных семей, гонимых новым временем и перестройкой из среднеазиатских республик. Начался развал СССР.
Именно в этом городе эти два человека нашли свою любовь.
История курорта Горячий Ключ началась 15 июля 1864 года освящением минеральных источников у подножья Абадзехской горы. Горячий Ключ – это прежде всего курорт. Люди приезжают сюда поправить своё здоровье. Первая церковь Горячего Ключа была освящена в честь святого Пантелеймона. В наше время в честь мученика святого Пантелеймона открыта часовня.
Природа Горячего Ключа и доступная близость к основным транспортным магистралям, к побережью Чёрного моря и столицы Кубани делают Горячий Ключ прекрасным местом отдыха. Неповторима по красоте и разнообразию дикая природа Горячего Ключа. Буковые и дубовые леса покрывают склоны невысоких гор. Очарование не покидает эти места в любое время года – золотистую осень сменяет недолгая зима, а с наступлением весеннего тепла буйство зелени окрашивает его волнами цветения. Лето кипит разнотравьем, и прощальным аккордом в пустующем лесу розовеет в конце ноября цветок безвременника. Среди достопримечательностей долины Чепси является большая Фанагорийская пещера, Мёртвое озеро, Монастырские и Медвежьи скалы, водопад Кесух и урочище Поднавислы и множество пещер. Согласно легенде, в этих пещерах в давние времена жили великаны. Один из них будто бы похитил красавицу черкешенку, но девушка не желала мириться со своей участью. Тогда похититель замуровал её в песчанике рядом со своим жилищем. Красавица в отчаянии стала скрести стены и почувствовала, что они поддаются. Тогда, сорвав с себя серебряные украшения, проделала ими выход из своей тюрьмы и убежала ночью. Но бегство не избавило девушку от смерти. В ту ночь бушевала гроза. Молния ударила в дерево, под которым спряталась беглянка. Похититель нашёл свою несчастную жертву под ветками рухнувшего дуба.
Ежегодно во второе воскресенье августа в Горячем Ключе отмечают День города. В этом городе, который им нравился ещё и потому, что здесь проживает много творческих людей, где до сих пор находится творческая дача Союза художников, которая существует более полувека и где художники, студенты художественных училищ и художественно-графических факультетов проводят свою творческую практику, они познакомились и полюбили друг друга.
Так прошёл год их первого знакомства. Они встретили свой первый Новый год у Камиллы, отметили 7 января – её 23-летие в ресторане «Ё – моё!» Эдгар помог Камилле с организацией выставок в Майкопе и в Сочи, куда Камиллу пригласили после того, как они провели выставку её картин в городском музее. В Сочи и Майкопе она познакомилась с новыми художниками. Теперь они перезваниваются, общаются в Интернете, приезжают друг к другу в гости. Выставки в Майкопе и в Сочи, их организация, реклама, размещение картин в Интернете на сайтах, в выставочных залах очень понравились Камилле. Она продала девять картин, получила семь заказов.
Всё это время Эдгар был рядом и помогал ей, и, конечно, видел, и был рад за Камиллу, что она была счастлива, что её творчество признали, и она не зря так серьёзно и тщательно готовилась к выставкам, переживала… После этих выставок Камилла стала готовиться к выставке в Краснодаре, в большом Выставочном зале изобразительных искусств. Она считала, что эта выставка станет главной в её жизни – жизни начинающего своё творческое восхождение человека. Человека, выбравшего своей профессией искусство, служение искусству. «Нет спасения вне лона искусства», - говорит часто Эдгар. И Камилле нравились эти слова, их смысл, наполненный до краёв только работой – работой над собой и работой в мастерской.
Камилла готовилась к этой выставке всем сердцем и душой. Она много писала, делала эскизы своих новых произведений, часть из которых написана на стихи Эдгара. Она сама выбирала из сборников Эдгара стихи, а затем делала эскизы, а по эскизам рождались картины. Она пригласила (и хотела этого очень) и родителей, чтобы они посмотрели, чего добилась за полтора года их дочь в этом городке, который она полюбила, в котором она снова стала творить.
Эдгар заказал буклеты, как и все художники, желающие представить свои произведения на суд публики, и в первую очередь - художникам. Сто экземпляров буклетов на мелованной бумаге лежали на столе в мастерской Камиллы и ждали своего часа, чтобы быть розданными пришедшим на выставку посетителям. Буклеты, которые должны были познакомить творческий люд с её автобиографией, с её картинами. Они лежали на столе и ждали своих дней. В подготовке буклетов участвовала Татьяна Плешакова. Это она верстала их, сначала в компьютере вместе с Камиллой у Татьяны дома, а потом отправила по Интернет-почте в Печатный двор, к услугам которого часто прибегали и авторы ЛИТО, когда нужно было отпечатать грамоты, или скрепить альманах, или чей-нибудь личный сборник стихов поэтов литературного объединения.
Но, к сожалению, пришло письмо из Краснодара от дирекции краевого Выставочного зала изобразительных искусств, в котором Камиллу уведомляли в том, что в связи с предстоящим ремонтом всего выставочного комплекса на время ремонта выставки проводиться не будут. Выставочный комплекс возобновит свою работу летом следующего года. «Мы Вам заранее вышлем график работы Большого выставочного зала», - заканчивалось письмо такими жестокими словами.
- Что делать, Эдгар? Я так серьёзно готовилась к показу своих работ. Ждала…
- Работай дальше! Всё, что ни делается, делается к лучшему. Выполняй заказы, пиши новые картины. Словом, работай, дерзай! – подбадривал Эдгар упавшую духом художницу. – Всё бывает. Нужно привыкать. В жизни творческого человека, поверь мне, много страданий и разочарований, - обнимая Камиллу, заключил Эдгар.
- На лето следующего года! Когда? В июне, июле, августе? Тоже не сообщается.
- Мы попросим Сергея Тимофеевича Тузова, он позвонит и узнает, когда они запланируют твою выставку. Скажем, чтобы попросил поставить твою выставку в график работ на июль месяц. Я поговорю с ним. Он не откажет.
- Эдгар, спасибо! И за то, что помогал в организации, и за то, что мы готовы, хоть завтра… И за то, что успокоил меня. Значит, выставка с осени перелетает на другое время года, - улыбнулась она.
- Принимается, - ответил Эдгар, - а сейчас неплохо было бы поехать в Дантово ущелье. Всё-таки осень – наша любимая пора. Побродим по аллеям, зайдём к художникам, поднимемся на скалу Петушок, посидим около речки, - продолжал Эдгар настраивать Камиллу на лирический лад. – Что ты? Собирайся! Едем!
- Это отличная идея, Эдгар, на природу. На природу, так на природу!
И они поехали, конечно же, на машине Камиллы в самый живописный уголок Горячего Ключа.
* * *
ЭДГАР СОБИРАЛСЯ на день рождения Камиллы. Купил накануне цветы и подарок – чайный сервиз. Зима выдалась холодной. Мороз не отступал уже пятнадцатый день. Как начался до Нового года, так и продолжался по сей день. Эдгар собирался на день рождения и вспоминал, как Камилла, Дильнара и он встречали Новый год у Камиллы. После двенадцати часов поехали посмотреть на новогоднюю ёлку, которую администрация города устанавливает каждый год, и горожане приходят посмотреть на это чудо, послушать поздравление главы города и, конечно же, посмотреть новогодний салют. Было минус пятнадцать, и все прыгали и двигались, согревались горячим кофе, продаваемом на новогодней ярмарке.
И она расплакалась. Обняла любимого, прижала к себе и плакала. Эдгар был настолько тронут, что сам чуть было не расплакался. Так они стояли, пока Эдгар не сказал: «Сейчас начнётся закат, Камилла». Она вытерла слёзы, и они пошли в беседку. Сели, обнялись и стали смотреть на заходящее солнце.
- Вот, Камилла, когда я впервые побывал в этой беседке и передо мной открылась эта сказка, я тоже почувствовал, что смерти нет, есть – вечность. Словами это не выразишь, но внутри меня зародилось новое чувство – чувство единства души и природы, которую создал сам Бог.
- Да. Я чувствую, что душа моя не хочет возвращаться, а хочет остаться здесь. Она здесь поёт. Ты что-то хотел сказать, поведать какую-то тайну? Помнишь? Надеюсь, только мне…
- Камилла, когда я после первого посещения этого божественного места вернулся с братом Юрой домой, сразу написал завещание...
- Не рановато ли?
- В нём написано, кроме всего прочего, что если со мной что-то случится, то тело моё не хоронить, а кремировать. Привезти урну с моим прахом в бухту «Инал» и с этого места прах развеять по ветру, чтобы он развеялся по склону этой горы, усыпанной дикими цветами. И, конечно, ветер унесёт часть праха в море, которое так красиво и которое я так боюсь. И прах мой соединится с этой божественной природой, которую ты, увидев впервые, заплакала, ощутила чувства, ранее тебе неведомые, те, которые ощутил и я в первый раз, когда так же стоял и слёзы сами появлялись на моих глазах, и я почувствовал впервые свою душу. В этой беседке я в первые почувствовал: где у человека находится душа.
- Эдгар, - сильнее прижимаясь к нему, сказала Камилла, - как это романтично! Как красиво! Как ты чувствуешь природу, её правду, её замысел. Хочется поблагодарить Творца за то, что мы встретились. За то, что я зашла именно в тот магазин, взяла именно ту книгу и открыла страницу именно на том стихотворении – на стихотворении «Сон». Это провидение. Божественное вмешательство.
- Иначе не назовёшь, - еле сдерживая слёзы, подтвердил Эдгар. – Смотри, начинается закат. Медленно, если приглядишься, увидишь, как солнце опускается в море, и смотри, как будет изменяться цвет поверхности его, в какие цвета окрасит облака закат, и посмотри на цветы, которые растут по склону, как они будут «гореть», словно фосфорные. Смотри! Смотри, Камилла!
- Да, Эдгар! Но почему они «загорелись», словно лампочки? Удивительно. Ничего подобного я не видела и ни о чём таком не читала. Поразительно, Эдгар!
- Сам не знаю! Но такое происходит только здесь. В этом месте. Смотри, какими стали облака, поверхность моря!
Камилла встала и подошла к краю склона, словно неведомая сила подвела её к самому его краю. Она смотрела, как солнце перекрашивает всё вокруг, делает другим, более спокойным, божественным. Камилла подняла руки к небу и крикнула: «Я люблю тебя, Эдгар!»
Так они просидели в обнимку, пока солнце совсем не опустилось в море. Сидели и смотрели молча. Эдгар набросил на плечи Камиллы курточку. Сидели и ни о чём не думали, а наслаждались присутствием друг друга и вступающей в свои права ночью. Появились первые звёзды. На столбах зажглись фонари, но они продолжали сидеть.
* * *
ОНИ ВОЗВРАЩАЛИСЬ ДОМОЙ в десятом часу ночи. Уставшие, но довольные поездкой. Дорога была загружена, и скорость движения не превышала сорока километров в час, а порой и двадцати. Камиллу клонило ко сну. Она то засыпала, то просыпалась. Сквозь сон она что-то говорила.
- Камилла, не спи! Иначе я тоже засну. Не ровен час… Ну, ты понимаешь? Врежемся ещё куда-нибудь или в кого-нибудь. Не спи.
- Хорошо, милый! Ты такой день мне сегодня подарил. И такое у тебя вот завещание красивое, лиричное такое. Необычное. У меня тоже такое чувство, словно моя душа осталась там. Осталась навсегда в этой красоте и будет ждать моего возвращения. Стоя на краю утёса я сказала себе: что составлю такое же завещание, как у Эдгара. Чтобы мой прах соединился с твоим, когда придёт время... Или твой с моим, - последние слова Камилла произнесла с какой-то скорбью, болью, словно что-то в её сердце сидит и тревожит её временами. Но что?
- Камилла, о чём ты говоришь? Смешно! Молодая, красивая, талантливая. Тебе-то рано говорить об этом. Завещание пишут люди, страхуя себя от несчастного случая. И всё. У нас много времени. Ты напишешь ещё много картин. Я увижу ещё не одну твою выставку. Твои картины будут смотреть в Интернете. Новые, конечно, картины и читать мои новые стихи, на которые ты напишешь, без всякого сомнения - шедевры. Уверен, их тут же раскупят твои многочисленные поклонники.
Камилла улыбнулась и сказала:
- В жизни всё по-другому. Не знаешь, что тебя ждёт завтра, но надо жить и работать. Быть полезной людям, любить, наслаждаться счастьем и беречь друг друга, Эдгар. Помогать нуждающимся и мечтать, мечтать...
Камилла снова уснула минут на двадцать. Эдгар, глядя на неё, улыбался. И не тревожил её. Так они ехали минут тридцать-сорок. Проехали посёлок Мирный. До Горячего Ключа осталось немного. Камилла проснулась. Улыбнулась. И Эдгар задал ей вопрос:
- Ты про завещание своё серьёзно?
- Вполне. Ты же сам говоришь, что я серьёзная девочка, - улыбнулась она.
- Хочешь расскажу тебе историю на эту тему, которую мне тётя, Ольга Лебединская, поведала?
- Расскажи, чтобы мы не уснули.
- Поехали они вчетвером на одной машине в гости к её подруге в глухую, как говорят в России, деревню из Ленинграда. Приехали. Природа их очаровала. Они пошли на кладбище, где похоронена одна из знакомых Ольги. Когда её подруга, приехавшая с ними, увидела это кладбище, оно её так потрясло своей красотой и живописным местом, где оно находилось, что она невольно сказала: « Я бы хотела быть похороненной на этом кладбище. Как тут красиво! Берёзы, ели, осины, липы – и такая тишина». Ну, поговорили и забыли. Пришло время уезжать. Ольга с подругой поблагодарили друзей за то, что привезли их. Попрощались. А утром узнали, что друзья попали в аварию и в живых остался только муж. Подруга погибла. Думали, где похоронить. Долго решали ведь она жила с мужем в Ленинграде и была прописана там. Решили выполнить её последнее желание. Похоронили на том кладбище, на котором она хотела быть похороненной. Вот как бывает.
- Печально и возвышенно... Романтическая трагедия. По другому не назовёшь. Леопольдина Гюго и Шарль Викери. Трагедия достойная пера.
- Они ведь утонули...
- Дорогой, смотри вперёд! Чёрный дрозд дорогу перебежал!
- И что? Сплюнь через плечо и постучи по дереву, если в тебе проснулось суеверие. Это же птица, а не кошка, - засмеялся Эдгар.
Они приехали домой в одиннадцать часов ночи. Усталые, довольные и счастливые. Поднялись на второй этаж, в спальную комнату Камиллы, и, не раздеваясь, буквально упали в кровать и заснули глубоким сном.
Конец первой части
Часть 2
ИСТОРИЯ ГОРОДА-КУРОРТА Горячий Ключ, в котором проживали два влюблённых друг в друга человека – Камилла Белоцерковская, приехавшая в город Горячий Ключ из Магадана в надежде найти здесь своё счастье и воплотить в жизнь свои творческие планы, и Эдгар Загорский, переехавший в этот живописный город из солнечного Узбекистана, города Андижана, который находится в Ферганской долине, где он родился и вырос, откуда пошёл служить на Тихоокеанский флот; в котором он женился, работал, где впервые, в десятилетнем возрасте, написал несколько стихотворений, которые и предопределили в дальнейшем его творческий путь. Город, в котором родился его сын Андрей, у которого в Орске родилась дочь Дарина, внучка Эдгара. Семья Эдгара (к тому времени Эдгар уже был разведён) переехала на Кубань как вынужденные переселенцы, как и миллионы других русскоязычных семей, гонимых новым временем и перестройкой из среднеазиатских республик. Начался развал СССР.
Именно в этом городе эти два человека нашли свою любовь.
История курорта Горячий Ключ началась 15 июля 1864 года освящением минеральных источников у подножья Абадзехской горы. Горячий Ключ – это прежде всего курорт. Люди приезжают сюда поправить своё здоровье. Первая церковь Горячего Ключа была освящена в честь святого Пантелеймона. В наше время в честь мученика святого Пантелеймона открыта часовня.
Природа Горячего Ключа и доступная близость к основным транспортным магистралям, к побережью Чёрного моря и столицы Кубани делают Горячий Ключ прекрасным местом отдыха. Неповторима по красоте и разнообразию дикая природа Горячего Ключа. Буковые и дубовые леса покрывают склоны невысоких гор. Очарование не покидает эти места в любое время года – золотистую осень сменяет недолгая зима, а с наступлением весеннего тепла буйство зелени окрашивает его волнами цветения. Лето кипит разнотравьем, и прощальным аккордом в пустующем лесу розовеет в конце ноября цветок безвременника. Среди достопримечательностей долины Чепси является большая Фанагорийская пещера, Мёртвое озеро, Монастырские и Медвежьи скалы, водопад Кесух и урочище Поднавислы и множество пещер. Согласно легенде, в этих пещерах в давние времена жили великаны. Один из них будто бы похитил красавицу черкешенку, но девушка не желала мириться со своей участью. Тогда похититель замуровал её в песчанике рядом со своим жилищем. Красавица в отчаянии стала скрести стены и почувствовала, что они поддаются. Тогда, сорвав с себя серебряные украшения, проделала ими выход из своей тюрьмы и убежала ночью. Но бегство не избавило девушку от смерти. В ту ночь бушевала гроза. Молния ударила в дерево, под которым спряталась беглянка. Похититель нашёл свою несчастную жертву под ветками рухнувшего дуба.
Ежегодно во второе воскресенье августа в Горячем Ключе отмечают День города. В этом городе, который им нравился ещё и потому, что здесь проживает много творческих людей, где до сих пор находится творческая дача Союза художников, которая существует более полувека и где художники, студенты художественных училищ и художественно-графических факультетов проводят свою творческую практику, они познакомились и полюбили друг друга.
Так прошёл год их первого знакомства. Они встретили свой первый Новый год у Камиллы, отметили 7 января – её 23-летие в ресторане «Ё – моё!» Эдгар помог Камилле с организацией выставок в Майкопе и в Сочи, куда Камиллу пригласили после того, как они провели выставку её картин в городском музее. В Сочи и Майкопе она познакомилась с новыми художниками. Теперь они перезваниваются, общаются в Интернете, приезжают друг к другу в гости. Выставки в Майкопе и в Сочи, их организация, реклама, размещение картин в Интернете на сайтах, в выставочных залах очень понравились Камилле. Она продала девять картин, получила семь заказов.
Всё это время Эдгар был рядом и помогал ей, и, конечно, видел, и был рад за Камиллу, что она была счастлива, что её творчество признали, и она не зря так серьёзно и тщательно готовилась к выставкам, переживала… После этих выставок Камилла стала готовиться к выставке в Краснодаре, в большом Выставочном зале изобразительных искусств. Она считала, что эта выставка станет главной в её жизни – жизни начинающего своё творческое восхождение человека. Человека, выбравшего своей профессией искусство, служение искусству. «Нет спасения вне лона искусства», - говорит часто Эдгар. И Камилле нравились эти слова, их смысл, наполненный до краёв только работой – работой над собой и работой в мастерской.
Камилла готовилась к этой выставке всем сердцем и душой. Она много писала, делала эскизы своих новых произведений, часть из которых написана на стихи Эдгара. Она сама выбирала из сборников Эдгара стихи, а затем делала эскизы, а по эскизам рождались картины. Она пригласила (и хотела этого очень) и родителей, чтобы они посмотрели, чего добилась за полтора года их дочь в этом городке, который она полюбила, в котором она снова стала творить.
Эдгар заказал буклеты, как и все художники, желающие представить свои произведения на суд публики, и в первую очередь - художникам. Сто экземпляров буклетов на мелованной бумаге лежали на столе в мастерской Камиллы и ждали своего часа, чтобы быть розданными пришедшим на выставку посетителям. Буклеты, которые должны были познакомить творческий люд с её автобиографией, с её картинами. Они лежали на столе и ждали своих дней. В подготовке буклетов участвовала Татьяна Плешакова. Это она верстала их, сначала в компьютере вместе с Камиллой у Татьяны дома, а потом отправила по Интернет-почте в Печатный двор, к услугам которого часто прибегали и авторы ЛИТО, когда нужно было отпечатать грамоты, или скрепить альманах, или чей-нибудь личный сборник стихов поэтов литературного объединения.
Но, к сожалению, пришло письмо из Краснодара от дирекции краевого Выставочного зала изобразительных искусств, в котором Камиллу уведомляли в том, что в связи с предстоящим ремонтом всего выставочного комплекса на время ремонта выставки проводиться не будут. Выставочный комплекс возобновит свою работу летом следующего года. «Мы Вам заранее вышлем график работы Большого выставочного зала», - заканчивалось письмо такими жестокими словами.
- Что делать, Эдгар? Я так серьёзно готовилась к показу своих работ. Ждала…
- Работай дальше! Всё, что ни делается, делается к лучшему. Выполняй заказы, пиши новые картины. Словом, работай, дерзай! – подбадривал Эдгар упавшую духом художницу. – Всё бывает. Нужно привыкать. В жизни творческого человека, поверь мне, много страданий и разочарований, - обнимая Камиллу, заключил Эдгар.
- На лето следующего года! Когда? В июне, июле, августе? Тоже не сообщается.
- Мы попросим Сергея Тимофеевича Тузова, он позвонит и узнает, когда они запланируют твою выставку. Скажем, чтобы попросил поставить твою выставку в график работ на июль месяц. Я поговорю с ним. Он не откажет.
- Эдгар, спасибо! И за то, что помогал в организации, и за то, что мы готовы, хоть завтра… И за то, что успокоил меня. Значит, выставка с осени перелетает на другое время года, - улыбнулась она.
- Принимается, - ответил Эдгар, - а сейчас неплохо было бы поехать в Дантово ущелье. Всё-таки осень – наша любимая пора. Побродим по аллеям, зайдём к художникам, поднимемся на скалу Петушок, посидим около речки, - продолжал Эдгар настраивать Камиллу на лирический лад. – Что ты? Собирайся! Едем!
- Это отличная идея, Эдгар, на природу. На природу, так на природу!
И они поехали, конечно же, на машине Камиллы в самый живописный уголок Горячего Ключа.
* * *
ЭДГАР СОБИРАЛСЯ на день рождения Камиллы. Купил накануне цветы и подарок – чайный сервиз. Зима выдалась холодной. Мороз не отступал уже пятнадцатый день. Как начался до Нового года, так и продолжался по сей день. Эдгар собирался на день рождения и вспоминал, как Камилла, Дильнара и он встречали Новый год у Камиллы. После двенадцати часов поехали посмотреть на новогоднюю ёлку, которую администрация города устанавливает каждый год, и горожане приходят посмотреть на это чудо, послушать поздравление главы города и, конечно же, посмотреть новогодний салют. Было минус пятнадцать, и все прыгали и двигались, согревались горячим кофе, продаваемом на новогодней ярмарке.
