Что он барашка даже бы осилил!
Ну, я и предложил ему пари,
А он возьми да согласись.
Я думал также, как и он,
Что чревом он силён,
А он на полпути с дистанции свалил.
Заныл,
Что боле не хватает ему сил.
Вот так он и… проиграл пари.
Да, к стати, барашка я-то оплатил.
Офелия
(с грустью)
– Всю ночь он мучился кишками.
Стонал от боли, плакал.
С горшка не слазил.
Так его мне было жалко.
Сознание терял, когда же приходил в себя,
То проклинал барашка и тебя.
Ну, а потом уж Йозеф накачал его касторкой.
Менгеле, наш эскулап придворный.
И вроде бы ему стало лучше.
Ещё он очень много пукал,
Прям, как из пушки!
К утру он, выбившись видать из сил, заснул.
Чашу горя он до дна испил свою…
Мы с отцом всю ночь не спали –
Очень потерять его боялись.
А на что хоть спорили?
На что-то стоящее?
Гамлет
– А это? Цыганку Эсмеральду знаешь,
Что всем на площади гадает?
Так вот, если проиграет,
Её обязан он будет соблазнить,
Ну и в альков свой затащить!
Офелия
(в ужасе)
– Эсмеральду? Она ж святая!
Ей пади в обед сто лет!
Вы что, в компании своей,
С ума там посходили все?
Гамлет
(оправдываясь)
– Так он же сам под это дело подписался!
Я его не уговаривал.
Видать, очень захотелось ему на халяву,
Покушать молодой баранинки!
Так он просил ещё бургундского к барашку!
Мол: «К мясу, полагается». –
Стал уговаривать меня. Так-то.
Но я сказал ему: «Я против,
Бургундское в пари не входит», –
Как будто в зеркало смотрел…
Офелия
– И всё же, Гамлет, мне ответь,
Что теперь будет с нами?
Гамлет
– Офелия, не молоды ли мы для брака?
Прям неожиданно всё это как-то…
Да и меня совсем не знаешь ты!
Порою, я и сам себя не узнаю.
Вдруг, как отмачу что ни будь такое!
Такое… Словом, я думаю:
И так всё хорошо у нас с тобою.
Чего же боле?
Нёс Гамлет какую-то чушь, уходя от прямого ответа. Гамлет не знает что и говорить дальше, как ему достойно, сохранив лицо, выйти из этой ситуации. И, о счастье! В дверь раздался спасительный твёрдый стук, три раза. Гамлет машинально отодвинулся от Офелии на почтительное расстояние. Офелия же, собравшись, твёрдым голосом произнесла: «Войдите».
Дверь отворилась, и на пороге появился дворецкий. Поклонившись, он обратился к Гамлету:
Дворецкий
– Принц Гамлет, спешу вам доложить,
Что вас разыскивает пьяный вдрызг.
Ваш брат Отелло… такое вот дело.
По моему, он даже, не в себе.
В слезах, в соплях весь!
Меня молил он немедля вас разыскать.
В покоях ваших он остался ждать…
Просил меня он вас к нему сопроводить,
Как только вас смогу найти.
Прошу вас поспешите, принц.
(и далее с сожалением)
Когда я уходил, его стошнило сильно.
На так любимый вами
Ваш ковёр персидский…
Гамлет в душе повеселел. После вопроса Офелии, ему не терпелось поскорее закрыть эту тему. Но он понимал, что это только на время. Гамлет облегчённо вздохнул и обратился к Офелии прекрасно понимая, что в этот момент и дворецкий тоже будет его слышать:
Гамлет
– Вот видите, сударыня, опять дела.
Ну, что могу поделать я,
Коль без меня не могут обойтись?
Такая вот у принца жизнь.
Он берёт со стола книг и продолжает
Спасибо вам за книгу,
Что так любезно
Вы согласились дать мне почитать.
Как прочитаю, занесу.
(и дальше уже шёпотом)
Люблю, люблю, люблю котёнка моего, люблю!
Офелия
Гамлет уходит. Офелия в замешательстве. Она представляла себе, что у них всё будет «как положено», как в тех книгах, что она прочла. Ведь в них сначала любовь, потом свадьба, семья, только потом секс, а тут всё наоборот.
«Не молоды ли мы для брака?
Вот гад! Что этим он хотел сказать?
Когда в альков увлёк меня,
В последнее свиданье наше,
Намного понятливее он выражался.
Сейчас же всё сплошной туман.
А я-то, я-то… тоже хороша.
Я думала: “К отцу отправимся,
Мы после этого… за благословеньем.
Потом к его”.
А что теперь? Каков итог?..
Не знаю, что и думать.
Как кошка с мышкой, он со мной играет.
А что потом он скажет,
Что не создан он для брака?
А может быть была права цыганка Эсмеральда,
Когда в тот раз на площади базарной
Предо мною карты разложив,
Сказала мне: “Беги от Гамлета, беги…”
Что с Гамлетом не светит счастья мне.
И более того, чтоб лучше б мне его не знать совсем
И даже: «Опасна для тебя его любовь.
Держись подальше от него!»
(Далее Офелия, как бы, обращается к самой себе)
Давай-ка, милая, попридержи коней
И к Гамлету получше присмотрись,
А до тех пор терпенья наберись
И в свой альков ему закрой дорогу.
Стань, как и прежде, недотрогой,
Тогда узнаешь ты
Подлинную цену его словам.
Ещё вот карты что-то нехорошее сулят… »
Сцена XVIII
Жилище Горацио. После ухода Полония и солдат он немедленно приступает к изучению содержимого бочек. С одной стороны, его самого распирает любопытство, ведь он истинный учёный и не терпит неизвестности. А с другой стороны, шутки Полония могут оказаться и правдой. Ведь кто знает, что у Клавдия может быть на уме. Говорят, что новоиспечённый король очень вспыльчив. Кто ему судья?
Горацио подходит к первой бочке, аккуратно достаёт из неё мешочек из плотной ткани и идёт к своему рабочему столу. Положив мешочек на стол, он его аккуратно развязывает – ничего не случается. Гораций засовывает пальцы в мешочек, и зацепив там не большую щепотку вещества, извлекает его на свет божий. Затем внимательно начинает рассматривать его. На лице Горацио читается некое разочарование:
Горацио
«Похоже на пожухлую траву
Или на лист сухой.
Добра такого завались вон
В палисаднике моём.
Вопрос весь в том,
Зачем его так бережно запаковали?
Дальше он трет вещество между пальцами. Это ему ничего не даёт. И он отваживается понюхать его. Задумчиво:
Запах приятный,
Но незнакомый.
Такого запаха я прежде не встречал
В наших краях.
Есть голову над чем мне поломать.
А уж по запахам и ароматам я первый спец!
По обонянию у нас мне равных нет!
Полоний подсказал,
Что это может быть приправа.
Тогда, конечно, весть эта короля порадует.
А то он, говорят, совсем зажрался:
И курица невкусная ему,
Не лезет в горло мясо…
Ну что ж, такого исключать нельзя.
Адольфу надо будет показать,
Шеф повару, приправу эту.
Возможно, он найдёт ей применение.
Да и не забыть бы ему подсказать,
Чтоб он сначала на бродягах испытал,
Сей препарат,
И мнение потом бы их послушал.
Как, вкусно или нет?
Конечно, если выживут.
Затем Горацио решает испробовать, как горит это вещество. Вдруг это какая-то разновидность пороха. Он берёт небольшую мисочку, кладёт в неё щепотку вещества. Затем берёт длинную лучину, запаливает её с одного конца и отходит примерно на метр, считая что это достаточно безопасное расстояние для такого эксперимента. Он подносит огонёк к веществу, но ничего не происходит. Вещество даже не загорается. Горацио решает усложнить эксперимент. Он достаёт из мешочка уже небольшую пригоршню вещества, кладёт её в мисочку и опять отходит на такое же расстояние. Он вновь подносит лучину с огоньком к веществу. То еле-еле начинает тлеть.
Значит не порох, можно и поближе подойти.
Точно приправа, мать её ети…
Горацио, подойдя почти в плотную к столу, отчётливо учуял, что запах от вещества стал более плотным. Он наклонился ещё ниже над мисочкой.
А в это время на улице поднялся ни с того ни с сего сильный ветер. Он навалился на форточку окна, за которым работал Горацио. Форточка приоткрылась и небольшой ветерок ворвался в помещение. Он лихо пронёсся над столом, за котором трудился учёный, и своей природой раздул еле тлеющее вещество. Вещество на какое-то мгновение вспыхнуло. И этого оказалось достаточно, чтобы оно исторгло из себя добрую порцию дыма. Дым поспешил своим непривычным ароматом наполнить небольшое пространство над столом, как раз напротив носа Горацио. И учёный вдохнул в себя этот дым. Он показался ему прекрасным заморским благовонием.
Так вот оно что!
Не думал я, что ветерок
Поможет тайну мне раскрыть сию.
Теперь понятно, почему
Из далека его везли
Так бережно и аккуратно!
Ну, я и предложил ему пари,
А он возьми да согласись.
Я думал также, как и он,
Что чревом он силён,
А он на полпути с дистанции свалил.
Заныл,
Что боле не хватает ему сил.
Вот так он и… проиграл пари.
Да, к стати, барашка я-то оплатил.
Офелия
(с грустью)
– Всю ночь он мучился кишками.
Стонал от боли, плакал.
С горшка не слазил.
Так его мне было жалко.
Сознание терял, когда же приходил в себя,
То проклинал барашка и тебя.
Ну, а потом уж Йозеф накачал его касторкой.
Менгеле, наш эскулап придворный.
И вроде бы ему стало лучше.
Ещё он очень много пукал,
Прям, как из пушки!
К утру он, выбившись видать из сил, заснул.
Чашу горя он до дна испил свою…
Мы с отцом всю ночь не спали –
Очень потерять его боялись.
А на что хоть спорили?
На что-то стоящее?
Гамлет
– А это? Цыганку Эсмеральду знаешь,
Что всем на площади гадает?
Так вот, если проиграет,
Её обязан он будет соблазнить,
Ну и в альков свой затащить!
Офелия
(в ужасе)
– Эсмеральду? Она ж святая!
Ей пади в обед сто лет!
Вы что, в компании своей,
С ума там посходили все?
Гамлет
(оправдываясь)
– Так он же сам под это дело подписался!
Я его не уговаривал.
Видать, очень захотелось ему на халяву,
Покушать молодой баранинки!
Так он просил ещё бургундского к барашку!
Мол: «К мясу, полагается». –
Стал уговаривать меня. Так-то.
Но я сказал ему: «Я против,
Бургундское в пари не входит», –
Как будто в зеркало смотрел…
Офелия
– И всё же, Гамлет, мне ответь,
Что теперь будет с нами?
Гамлет
– Офелия, не молоды ли мы для брака?
Прям неожиданно всё это как-то…
Да и меня совсем не знаешь ты!
Порою, я и сам себя не узнаю.
Вдруг, как отмачу что ни будь такое!
Такое… Словом, я думаю:
И так всё хорошо у нас с тобою.
Чего же боле?
Нёс Гамлет какую-то чушь, уходя от прямого ответа. Гамлет не знает что и говорить дальше, как ему достойно, сохранив лицо, выйти из этой ситуации. И, о счастье! В дверь раздался спасительный твёрдый стук, три раза. Гамлет машинально отодвинулся от Офелии на почтительное расстояние. Офелия же, собравшись, твёрдым голосом произнесла: «Войдите».
Дверь отворилась, и на пороге появился дворецкий. Поклонившись, он обратился к Гамлету:
Дворецкий
– Принц Гамлет, спешу вам доложить,
Что вас разыскивает пьяный вдрызг.
Ваш брат Отелло… такое вот дело.
По моему, он даже, не в себе.
В слезах, в соплях весь!
Меня молил он немедля вас разыскать.
В покоях ваших он остался ждать…
Просил меня он вас к нему сопроводить,
Как только вас смогу найти.
Прошу вас поспешите, принц.
(и далее с сожалением)
Когда я уходил, его стошнило сильно.
На так любимый вами
Ваш ковёр персидский…
Гамлет в душе повеселел. После вопроса Офелии, ему не терпелось поскорее закрыть эту тему. Но он понимал, что это только на время. Гамлет облегчённо вздохнул и обратился к Офелии прекрасно понимая, что в этот момент и дворецкий тоже будет его слышать:
Гамлет
– Вот видите, сударыня, опять дела.
Ну, что могу поделать я,
Коль без меня не могут обойтись?
Такая вот у принца жизнь.
Он берёт со стола книг и продолжает
Спасибо вам за книгу,
Что так любезно
Вы согласились дать мне почитать.
Как прочитаю, занесу.
(и дальше уже шёпотом)
Люблю, люблю, люблю котёнка моего, люблю!
Офелия
Гамлет уходит. Офелия в замешательстве. Она представляла себе, что у них всё будет «как положено», как в тех книгах, что она прочла. Ведь в них сначала любовь, потом свадьба, семья, только потом секс, а тут всё наоборот.
«Не молоды ли мы для брака?
Вот гад! Что этим он хотел сказать?
Когда в альков увлёк меня,
В последнее свиданье наше,
Намного понятливее он выражался.
Сейчас же всё сплошной туман.
А я-то, я-то… тоже хороша.
Я думала: “К отцу отправимся,
Мы после этого… за благословеньем.
Потом к его”.
А что теперь? Каков итог?..
Не знаю, что и думать.
Как кошка с мышкой, он со мной играет.
А что потом он скажет,
Что не создан он для брака?
А может быть была права цыганка Эсмеральда,
Когда в тот раз на площади базарной
Предо мною карты разложив,
Сказала мне: “Беги от Гамлета, беги…”
Что с Гамлетом не светит счастья мне.
И более того, чтоб лучше б мне его не знать совсем
И даже: «Опасна для тебя его любовь.
Держись подальше от него!»
(Далее Офелия, как бы, обращается к самой себе)
Давай-ка, милая, попридержи коней
И к Гамлету получше присмотрись,
А до тех пор терпенья наберись
И в свой альков ему закрой дорогу.
Стань, как и прежде, недотрогой,
Тогда узнаешь ты
Подлинную цену его словам.
Ещё вот карты что-то нехорошее сулят… »
Сцена XVIII
Жилище Горацио. После ухода Полония и солдат он немедленно приступает к изучению содержимого бочек. С одной стороны, его самого распирает любопытство, ведь он истинный учёный и не терпит неизвестности. А с другой стороны, шутки Полония могут оказаться и правдой. Ведь кто знает, что у Клавдия может быть на уме. Говорят, что новоиспечённый король очень вспыльчив. Кто ему судья?
Горацио подходит к первой бочке, аккуратно достаёт из неё мешочек из плотной ткани и идёт к своему рабочему столу. Положив мешочек на стол, он его аккуратно развязывает – ничего не случается. Гораций засовывает пальцы в мешочек, и зацепив там не большую щепотку вещества, извлекает его на свет божий. Затем внимательно начинает рассматривать его. На лице Горацио читается некое разочарование:
Горацио
«Похоже на пожухлую траву
Или на лист сухой.
Добра такого завались вон
В палисаднике моём.
Вопрос весь в том,
Зачем его так бережно запаковали?
Дальше он трет вещество между пальцами. Это ему ничего не даёт. И он отваживается понюхать его. Задумчиво:
Запах приятный,
Но незнакомый.
Такого запаха я прежде не встречал
В наших краях.
Есть голову над чем мне поломать.
А уж по запахам и ароматам я первый спец!
По обонянию у нас мне равных нет!
Полоний подсказал,
Что это может быть приправа.
Тогда, конечно, весть эта короля порадует.
А то он, говорят, совсем зажрался:
И курица невкусная ему,
Не лезет в горло мясо…
Ну что ж, такого исключать нельзя.
Адольфу надо будет показать,
Шеф повару, приправу эту.
Возможно, он найдёт ей применение.
Да и не забыть бы ему подсказать,
Чтоб он сначала на бродягах испытал,
Сей препарат,
И мнение потом бы их послушал.
Как, вкусно или нет?
Конечно, если выживут.
Затем Горацио решает испробовать, как горит это вещество. Вдруг это какая-то разновидность пороха. Он берёт небольшую мисочку, кладёт в неё щепотку вещества. Затем берёт длинную лучину, запаливает её с одного конца и отходит примерно на метр, считая что это достаточно безопасное расстояние для такого эксперимента. Он подносит огонёк к веществу, но ничего не происходит. Вещество даже не загорается. Горацио решает усложнить эксперимент. Он достаёт из мешочка уже небольшую пригоршню вещества, кладёт её в мисочку и опять отходит на такое же расстояние. Он вновь подносит лучину с огоньком к веществу. То еле-еле начинает тлеть.
Значит не порох, можно и поближе подойти.
Точно приправа, мать её ети…
Горацио, подойдя почти в плотную к столу, отчётливо учуял, что запах от вещества стал более плотным. Он наклонился ещё ниже над мисочкой.
А в это время на улице поднялся ни с того ни с сего сильный ветер. Он навалился на форточку окна, за которым работал Горацио. Форточка приоткрылась и небольшой ветерок ворвался в помещение. Он лихо пронёсся над столом, за котором трудился учёный, и своей природой раздул еле тлеющее вещество. Вещество на какое-то мгновение вспыхнуло. И этого оказалось достаточно, чтобы оно исторгло из себя добрую порцию дыма. Дым поспешил своим непривычным ароматом наполнить небольшое пространство над столом, как раз напротив носа Горацио. И учёный вдохнул в себя этот дым. Он показался ему прекрасным заморским благовонием.
Так вот оно что!
Не думал я, что ветерок
Поможет тайну мне раскрыть сию.
Теперь понятно, почему
Из далека его везли
Так бережно и аккуратно!
