Все герои вымышлены, все совпадения случайны.
- Он в своем уме? – Алина прошлась по кабинету, просматривая райдер Матвея Долматова, молодого певца, чья карьера пошла в рост два года назад. – Тонированный Майбах ему подавай! И где! В Саранске! Да оттуда из-за низкой прибыльности местное население стремится мигрировать в другие регионы!
- Ой, Алин, не говори мне ничего. - Инна, работая в команде певца и отвечая за финансы, с пониманием посмотрела на девушку. – Хорошо еще, что оплата тонированного Майбаха ложится не на мои плечи, а на плечи организаторов концертного тура. Мне и без этого хватает оплаты его бесконечных тусовок в ночных клубах и дорогих концертных костюмов.
- А Влад что говорит об этих… - Алина помедлила, подбирая нужные слова, - барских замашках нашей звезды?
- Хм, Влад, - усмехнулась Инна. – Что он может сказать? «Оплачивай, своди бюджет, Иннуся. Ты же не Александр Вертинский, который работал бухгалтером в гостинице «Европейской», откуда его уволили «за неспособность». Ты же, Инночка, способная!» - подделав голос концертного директора Матвея, ответила девушка. Попросту директора, потому как Владимир заправлял всем и всеми.
Алина улыбнулась. Да, с Владом сложно работать. Он потакает Матвею во всем, потому что деньги на нем делает. Всем известно, что когда на банковские счета капают приличные суммы (по нынешним меркам, очень даже приличные) сразу забывается такое слово как «невозможно». Для Влада, а уж тем более, талантливого Матвея, в этом мире возможно все! К слову сказать, Долматов и правда, талантлив. Его карьера стремительно набирает обороты на большой российской эстраде. Его называют самым ротируемым исполнителем. Поет о любви, о Родине… Больше всего, о любви, конечно, в связи, с этим он собрал вокруг себя миллионы влюбленных фанаток. Каждая его песня становится все более успешной, а билеты на концерты сметают задолго до назначенной даты. Матвей - полностью сформированный артист, уверенный в своей технике, умеющий подать песню смело, эмоционально и разнообразно. На сцене он погружается в исполнение и вовлекает слушателя, а возможности его голоса кажутся безграничными. У него нет неустойчивых и неуверенных нот. Как раз его первой фирменной фишкой Алина бы назвала сильную, ураганную подачу голоса. Да и не только Алина.
- Ты видела, как его зал принимает?! – восторженно, едва Долматов спел две песни на сольном концерте, спросил ее Влад, входя в гримерку. – Он продолжает всё больше удивлять слушателей безграничным диапазоном и каким-то бесконечным вокальным дыханием, как в песне «О ней».
- Да, талантливый. - Подтвердила Алина.
Она была юристом в команде Долматова, а потому всегда держалась спокойно и уверенно, не поддаваясь всеобщему сумасшествию по Матвею.
- Талантливый! – вторил ей Влад. – Он ни просто талантливый, Алиночка, он… он… - Директор так и не смог подобрать нужных слов, чтобы в очередной раз похвалить своего подопечного, а потому гордо сообщил. – Между прочим, на высших уровнях отметили, что у него потрясающе мощное дыхание в сочетании с филигранным управлением звуком. Подобного вообще никогда не слышали. Браво ему!
- Браво, браво. - Вторила за ним Крамер, просматривая рабочие бумаги. – У Матвея высочайший уровень артистического и эмоционального погружения в материал. Он делает это честно, с полной самоотдачей, поэтому имеет такой результат.
- Пять октав, Алина! Представляешь?! Пять! Так, - задумался Владимир, - следующий концерт пройдет в Санкт-Петербурге и нужно подумать о повышении стоимости за выступление. В конце концов, Матвей собрал множество наград и премий, его уровень повысился, - театрально развел руками Влад.
- Уровень в чем?
Крамер внимательно посмотрела на директора звезды.
- Социальный уровень, Алина!
- А-а-а, - протянула девушка. – Я и забыла. Мы же все по социальным меркам меряем. У кого больше денег, да?
- Фу, какая ты! Настоящий юрист! Ни эмоций, ни радости. Вот что ты там перебираешь, сидишь? Что это за бумаги?
- А это, Влад, - с серьезным видом заявила Крамер. – Копия заявления из полицейского участка. Наша звезда разбила нос посетителю клуба.
- Что-о?! – опешил директор.
- Не знал?
- Когда Матвей успел? – бегло просматривая документ, удивленно спросил Владимир.
- Он же у нас любит отдыхать на широкую ногу, вот и отдохнул. Видимо, перебрал лишнего, сцепился в караоке с посетителем ну и…
- А, в караоке, значит… - с некоторым облегчением произнес Влад, чем удивил девушку.
- А что ты так успокоился сразу? Знаешь, кому он нос разбил? Сыну местного участкового.
- Тц, - закатив глаза, будто вообще не видит в скандальной ситуации никакой проблемы, цокнул языком Владимир. – Проще пареной репы! Если этот сынок не заберет заявление, я позвоню начальнику Главка и, решим вопрос. В конце концов, наш Матвей на Параде Победы в честь девятого мая петь будет! Между прочим, для правоохранительных органов.
Влад бросил на Алину заинтересованный мужской взгляд.
Или ей показалось?
Нет. Он, определенно, прошелся взглядом по ее фигуре, оценивая женские прелести, а затем посмотрел ей прямо в глаза.
- Так нельзя, - вмешалась Крамер. – Такие вопросы нужно решать по-человечески. Заткнем одного, второй объявится. Наш Матвей, - специально сделав акцент на этих словах, сказала Алина, - талантливый певец, но порой не умеет держать себя в руках. Ты же его директор, поговори с ним, охлади его пыл.
Владимир задумался. Крамер была права. Действовать неосмотрительно, на эмоциях, особенно учитывая уровень популярности певца, это все равно, что ставить под удар его карьеру, чего Влад, как директор, допустить не мог.
- Хорошо, - согласился он с Алиной. – Разберись с этой ситуацией.
И Алина разобралась.
Лично поговорила с участковым уполномоченным полиции и его сыном. Оба оказались сговорчивыми, не скандальными, поняли ее и решили вопрос мирно – потерпевший забрал свое заявление, а без него, как говорится, нет и дела. В конце концов, два билета на первый ряд на концерт ко Дню Победы – тоже на дороге не валяются (так решил потерпевший).
Долматов, узнав, что ситуация разрешилась для него благополучно, лично купил букет лилий Алине и доставил ей в офис, создав своим появлением бурный ажиотаж. Секретари и помощницы слетелись к ресепшену, ожидая звезду для автографа и фото, а звезда, смущенно опустив голову, проговаривал Крамер:
- Ты прости, что так вышло. Я перебрал в тот вечер, в клубе, но в драку лезть не хотел.
- Я читала твое письменное объяснение в отделе полиции, можешь не пересказывать.
- Отлично, - выдохнул Матвей, о чем-то подумал и добавил. – Алина, ты не думай, что я какая-то сволочь избалованная вниманием. Я нормальный человек. Просто у всех, порой, случаются всплески эмоций.
- Случаются, но бить людей не самое верное решение.
- Я согласен и обещаю, что впредь не доставлю тебе столько проблем.
- Матвей, решать такие проблемы – моя работа, - Алина внимательно посмотрела ему в глаза. - А ты, на самом деле, создаешь много проблем самому себе. За последний месяц я урегулировала с десяток скандалов связанных с твоим именем. Что происходит? Если ты не хочешь чем-то личным делиться с Владом, хорошо, расскажи мне. Я – никому, ничего не выдам.
- Почему ты решила, что я готов чем-то личным поделиться с тобой? – в его голосе прозвучали металлические нотки.
Кажется, Крамер попала в точку.
В жизни Долматова что-то происходит, о чем он ни с кем не делится. Безусловно, у каждого человека, даже у звезды такого уровня, как он, должна быть своя личная жизнь и в ней могут быть проблемы, но теперь это перерастает в масштабный клубок бесконечных юридических дел, который с каждым разом разрешать, не привлекая внимания прессы к его имени, становится сложнее.
- Я так не решила, просто хочу помочь.
- Чем? Совет дать? Спасибо, не надо. У меня для этого есть мои многочисленные родственники, - усмехнулся Матвей и занял место в кресле напротив окна.
Алина обошла Долматова и встала к нему лицом. У парня на лице играли желваки. Нервничал. Переживал. Внутри будто огненная лава бурлила, которую он сдерживал в себе. Пока сдерживал.
- Ты знаешь, в моей жизни тоже не все было гладко. Я стала спокойно жить и спать последние несколько месяцев. До этого – вся моя жизнь была на нервах, лишних эмоциях и переживаниях. Я знаю, как это убивает изнутри, особенно, когда поговорить не с кем.
- У меня есть друзья.
- Может быть, твой лучший друг и знает о том, что происходит, но его не бывает рядом двадцать четыре на семь, как меня, к примеру. По своему опыту скажу, в постоянном окружении должен быть человек, к которому в любой момент можно подойти и поговорить.
- Зачем?
- К примеру, остановить себя от необдуманных поступков.
Матвей резко поднялся на ноги и, подойдя ко мне почти вплотную, зло произнес:
- Слушай, ты, спасительница-юрист, меня не интересуют твои примеры. Ты работаешь на меня и твоя работа, как правильно заметила, разрешать все спорные вопросы, вот и решай. Ты не психолог и не моя девушка, чтобы я тебе тут душу изливал. Ясно?
Крамер не моргнув, смотря ему прямо в глаза, спокойно произнесла:
- Ясно.
- Давай, работай. Перебирай бумажки свои, по папочкам все раскладывай! Занимайся своими прямыми обязанностями. Не лезь мне в душу! Нянька нашлась, тоже мне!
С этими словами, громко хлопнув дверью, Матвей вышел из кабинета Алины, по пути разбросав документы, сложенные на ее рабочем столе. Крамер не удивилась его поведению. В последнее время, там, где он, там всегда хаос и теперь ей особенно было важно разобраться в причинах такого поведения.
К концу третьего часа сборного концерта, проводимого в одном из городов России, у Алины уже раскалывалась голова, то ли от слишком яркого света, бьющего прямо в глаза, то ли от бурных оваций, коими без устали награждали зрители любимых исполнителей, встречая и провожая их со сцены.
- Я сюда с мужем пришла, чтобы Долматова увидеть! Какой хороший мальчик, а как поет! – произнесла рядом сидящая женщина, склонившись к Крамер. Поддавшись всеобщей радости и эйфории от происходящего, женщина уже не могла сдерживать в себе накопившиеся эмоции, вот и решила – поговорить с соседкой по партеру, кем и являлась Алина. Она только кивнула в ответ, награждая счастливую, от всего происходящего, женщину своей улыбкой. Да уж, в зале собрались поклонники артистов разных лет и до нее частенько долетали примерные возгласы: «Ой, как постарел то, как постарел!», «Посмотри, как хорошо сохранилась или же пластическую операцию сделала?», «Ну опять одни и те же лица. Ну почему новых артистов нет?», «Замечательный концерт!». В общем, всем не угодишь, всем мил не будешь. За то когда на сцену вышел Долматов со своими песнями-хитами, зал аплодировал чуть ли не стоя, и было чему. Сегодня Матвей выглядел по-особенному модно и строго. Классический пиджак, джинсы, кожаные ботинки, начищенные до блеска, придавали ему плюсом несколько лет, и его это только украшало, что не удивительно в отношении мужчин. Вряд ли в его адрес полетит ранее брошенная фраза об одной из исполнительниц советской эстрады: «Посмотри, как хорошо сохранилась или же пластическую операцию сделала?». Долматов пел проникновенно, по-особенному, проживая каждый текст песни, а под конец на его глаза навернулись слезы.
Вот это да!
У Матвея?
Слезы?
Вот же театрал!
Это сработало на «ура» для всего зрительного зала. Особенно ярые поклонники его творчества и его, как мужчины, бесконечно кричали ему «Браво!» и «Молодец!», скандируя отдельные слова из песни, а Алина вновь заподозрила неладное в поведении звезды. Как бы после этого вечера у Матвея вновь не снесло тормоза, и не вляпался бы он в очередное, так скажем, приключение.
На этот раз обошлось.
На следующий день, самолетом, они спокойно вернулись домой.
Крамер, согласно подписанного договора, была обязана присутствовать на каждом выступлении Долматова и сопровождать его в поездках на случай экстренной ситуации, а такие случались и без скандалов с участием Матвея. Благодаря умению Алины вести переговоры и ее миловидной внешности, она умела уговорить и произвести впечатление, за что Влад ее особенно ценил. Так ценил, что в последнее время стал проявлять к ней мужское внимание. Порой излишнее. Однажды Крамер пришла на работу, а в приемной ее ждал букет цветов от него. В один из своих выходных она получила доставку ужина на дом, с бутылкой дорогого шампанского Боланже Blanc De Noirs Vieilles Vignes Francaises и запиской: «Желаю приятного вечера и надеюсь когда-нибудь провести его с тобой».
- Оригинально! – Алина усмехнулась, оценив послание Влада, и обратной доставкой вернула ему и ужин, и шампанское, на обороте его записки, написав: «Вечера я посвящаю только себе».
После такого ответа у Влада зуб оскалился на девушку, но через несколько дней, когда вновь пришла пора спасать Матвея, все его обиды как ветром сдуло.
- Матвей, приди в себя!
Влад пытался привести в чувство пьяного Долматова, но у него ничего не получалось. Парень одаривал его пьяным смехом и бесконечным: «Пошли вон из моего дома», раз за разом обращаясь ко всем присутствующим.
- С ума сошел! – резюмировал Владимир.
- Может ему «Скорую» вызвать? Приедут, прочистят желудок, укольчик сделают, отоспится, - предложила Галина Ивановна, его домработница, милая женщина в годах.
Крамер не представляла, как она терпит заносчивого Долматова, но знала, он для нее, как сын. Галина Ивановна и кормила его, и поила, и терпела.
- Молодежь, что с нее взять! - разводила руками женщина и добавляла, вытирая накрахмаленным платком набежавшие на глаза слезы: - Матвей, он же у меня хороший. Это сейчас так все складывается у него в жизни. Ну что, вызвать «Скорую»?
- Нет! Никого лишнего в дом не звать, - скомандовал Влад. – Сами разберемся!
Набрал номер телефона знакомого врача из частной клиники и попросил срочно приехать.
За хорошее вознаграждение, разумеется.
Воспользовавшись суетой, Алина подошла к Галине Ивановне и отвела ее в сторонку, предложив приготовить для нее чая.
- Ой, да что вы, я сама все вам сделаю. Заходите в кухню. Вы какой будете: жасминовый, с чабрецом или Иван-чай? Иван-чай полезный. У меня он ферментированный, очень ароматный, крепкий, с фруктовыми нотками. Правда он немного терпковат, но чувствуется вкус чернослива. Хотите?
- Хочу, - улыбнулась Алина, одарив эту теплую женщину улыбкой. Она не любила Иван-чай, но отказать Галине Ивановне не могла. Обращаясь к Крамер, в ее глазах была такая надежда, такие участие и забота, что волей-неволей Алина почувствовала себя как дома: у мамы или у бабушки. - Галина Ивановна, что происходит с Матвеем? Я же понимаю, что вы знаете причину его поведения. Расскажите мне.
- Ой, Алинушка, - разливая чай по чашкам, начала разговор заботливая женщина. – Матвей с девушкой своей расстался, а какая была пара!
- С Софией? – уточнила Алина.
Она предполагала подобное, поскольку их совместные фотографии перестали появляться с завидной регулярностью на его личной странице в социальной сети.
- Да. Она в социальных сетях удалила все их совместные фото и отписалась от него. Ему очень трудно пережить этот разрыв. Он даже обмолвился, что теперь вообще не может доверять девушкам в вопросах, касающихся любви.
ГЛАВА 1
- Он в своем уме? – Алина прошлась по кабинету, просматривая райдер Матвея Долматова, молодого певца, чья карьера пошла в рост два года назад. – Тонированный Майбах ему подавай! И где! В Саранске! Да оттуда из-за низкой прибыльности местное население стремится мигрировать в другие регионы!
- Ой, Алин, не говори мне ничего. - Инна, работая в команде певца и отвечая за финансы, с пониманием посмотрела на девушку. – Хорошо еще, что оплата тонированного Майбаха ложится не на мои плечи, а на плечи организаторов концертного тура. Мне и без этого хватает оплаты его бесконечных тусовок в ночных клубах и дорогих концертных костюмов.
- А Влад что говорит об этих… - Алина помедлила, подбирая нужные слова, - барских замашках нашей звезды?
- Хм, Влад, - усмехнулась Инна. – Что он может сказать? «Оплачивай, своди бюджет, Иннуся. Ты же не Александр Вертинский, который работал бухгалтером в гостинице «Европейской», откуда его уволили «за неспособность». Ты же, Инночка, способная!» - подделав голос концертного директора Матвея, ответила девушка. Попросту директора, потому как Владимир заправлял всем и всеми.
Алина улыбнулась. Да, с Владом сложно работать. Он потакает Матвею во всем, потому что деньги на нем делает. Всем известно, что когда на банковские счета капают приличные суммы (по нынешним меркам, очень даже приличные) сразу забывается такое слово как «невозможно». Для Влада, а уж тем более, талантливого Матвея, в этом мире возможно все! К слову сказать, Долматов и правда, талантлив. Его карьера стремительно набирает обороты на большой российской эстраде. Его называют самым ротируемым исполнителем. Поет о любви, о Родине… Больше всего, о любви, конечно, в связи, с этим он собрал вокруг себя миллионы влюбленных фанаток. Каждая его песня становится все более успешной, а билеты на концерты сметают задолго до назначенной даты. Матвей - полностью сформированный артист, уверенный в своей технике, умеющий подать песню смело, эмоционально и разнообразно. На сцене он погружается в исполнение и вовлекает слушателя, а возможности его голоса кажутся безграничными. У него нет неустойчивых и неуверенных нот. Как раз его первой фирменной фишкой Алина бы назвала сильную, ураганную подачу голоса. Да и не только Алина.
- Ты видела, как его зал принимает?! – восторженно, едва Долматов спел две песни на сольном концерте, спросил ее Влад, входя в гримерку. – Он продолжает всё больше удивлять слушателей безграничным диапазоном и каким-то бесконечным вокальным дыханием, как в песне «О ней».
- Да, талантливый. - Подтвердила Алина.
Она была юристом в команде Долматова, а потому всегда держалась спокойно и уверенно, не поддаваясь всеобщему сумасшествию по Матвею.
- Талантливый! – вторил ей Влад. – Он ни просто талантливый, Алиночка, он… он… - Директор так и не смог подобрать нужных слов, чтобы в очередной раз похвалить своего подопечного, а потому гордо сообщил. – Между прочим, на высших уровнях отметили, что у него потрясающе мощное дыхание в сочетании с филигранным управлением звуком. Подобного вообще никогда не слышали. Браво ему!
- Браво, браво. - Вторила за ним Крамер, просматривая рабочие бумаги. – У Матвея высочайший уровень артистического и эмоционального погружения в материал. Он делает это честно, с полной самоотдачей, поэтому имеет такой результат.
- Пять октав, Алина! Представляешь?! Пять! Так, - задумался Владимир, - следующий концерт пройдет в Санкт-Петербурге и нужно подумать о повышении стоимости за выступление. В конце концов, Матвей собрал множество наград и премий, его уровень повысился, - театрально развел руками Влад.
- Уровень в чем?
Крамер внимательно посмотрела на директора звезды.
- Социальный уровень, Алина!
- А-а-а, - протянула девушка. – Я и забыла. Мы же все по социальным меркам меряем. У кого больше денег, да?
- Фу, какая ты! Настоящий юрист! Ни эмоций, ни радости. Вот что ты там перебираешь, сидишь? Что это за бумаги?
- А это, Влад, - с серьезным видом заявила Крамер. – Копия заявления из полицейского участка. Наша звезда разбила нос посетителю клуба.
- Что-о?! – опешил директор.
- Не знал?
- Когда Матвей успел? – бегло просматривая документ, удивленно спросил Владимир.
- Он же у нас любит отдыхать на широкую ногу, вот и отдохнул. Видимо, перебрал лишнего, сцепился в караоке с посетителем ну и…
- А, в караоке, значит… - с некоторым облегчением произнес Влад, чем удивил девушку.
- А что ты так успокоился сразу? Знаешь, кому он нос разбил? Сыну местного участкового.
- Тц, - закатив глаза, будто вообще не видит в скандальной ситуации никакой проблемы, цокнул языком Владимир. – Проще пареной репы! Если этот сынок не заберет заявление, я позвоню начальнику Главка и, решим вопрос. В конце концов, наш Матвей на Параде Победы в честь девятого мая петь будет! Между прочим, для правоохранительных органов.
Влад бросил на Алину заинтересованный мужской взгляд.
Или ей показалось?
Нет. Он, определенно, прошелся взглядом по ее фигуре, оценивая женские прелести, а затем посмотрел ей прямо в глаза.
- Так нельзя, - вмешалась Крамер. – Такие вопросы нужно решать по-человечески. Заткнем одного, второй объявится. Наш Матвей, - специально сделав акцент на этих словах, сказала Алина, - талантливый певец, но порой не умеет держать себя в руках. Ты же его директор, поговори с ним, охлади его пыл.
Владимир задумался. Крамер была права. Действовать неосмотрительно, на эмоциях, особенно учитывая уровень популярности певца, это все равно, что ставить под удар его карьеру, чего Влад, как директор, допустить не мог.
- Хорошо, - согласился он с Алиной. – Разберись с этой ситуацией.
И Алина разобралась.
Лично поговорила с участковым уполномоченным полиции и его сыном. Оба оказались сговорчивыми, не скандальными, поняли ее и решили вопрос мирно – потерпевший забрал свое заявление, а без него, как говорится, нет и дела. В конце концов, два билета на первый ряд на концерт ко Дню Победы – тоже на дороге не валяются (так решил потерпевший).
Долматов, узнав, что ситуация разрешилась для него благополучно, лично купил букет лилий Алине и доставил ей в офис, создав своим появлением бурный ажиотаж. Секретари и помощницы слетелись к ресепшену, ожидая звезду для автографа и фото, а звезда, смущенно опустив голову, проговаривал Крамер:
- Ты прости, что так вышло. Я перебрал в тот вечер, в клубе, но в драку лезть не хотел.
- Я читала твое письменное объяснение в отделе полиции, можешь не пересказывать.
- Отлично, - выдохнул Матвей, о чем-то подумал и добавил. – Алина, ты не думай, что я какая-то сволочь избалованная вниманием. Я нормальный человек. Просто у всех, порой, случаются всплески эмоций.
- Случаются, но бить людей не самое верное решение.
- Я согласен и обещаю, что впредь не доставлю тебе столько проблем.
- Матвей, решать такие проблемы – моя работа, - Алина внимательно посмотрела ему в глаза. - А ты, на самом деле, создаешь много проблем самому себе. За последний месяц я урегулировала с десяток скандалов связанных с твоим именем. Что происходит? Если ты не хочешь чем-то личным делиться с Владом, хорошо, расскажи мне. Я – никому, ничего не выдам.
- Почему ты решила, что я готов чем-то личным поделиться с тобой? – в его голосе прозвучали металлические нотки.
Кажется, Крамер попала в точку.
В жизни Долматова что-то происходит, о чем он ни с кем не делится. Безусловно, у каждого человека, даже у звезды такого уровня, как он, должна быть своя личная жизнь и в ней могут быть проблемы, но теперь это перерастает в масштабный клубок бесконечных юридических дел, который с каждым разом разрешать, не привлекая внимания прессы к его имени, становится сложнее.
- Я так не решила, просто хочу помочь.
- Чем? Совет дать? Спасибо, не надо. У меня для этого есть мои многочисленные родственники, - усмехнулся Матвей и занял место в кресле напротив окна.
Алина обошла Долматова и встала к нему лицом. У парня на лице играли желваки. Нервничал. Переживал. Внутри будто огненная лава бурлила, которую он сдерживал в себе. Пока сдерживал.
- Ты знаешь, в моей жизни тоже не все было гладко. Я стала спокойно жить и спать последние несколько месяцев. До этого – вся моя жизнь была на нервах, лишних эмоциях и переживаниях. Я знаю, как это убивает изнутри, особенно, когда поговорить не с кем.
- У меня есть друзья.
- Может быть, твой лучший друг и знает о том, что происходит, но его не бывает рядом двадцать четыре на семь, как меня, к примеру. По своему опыту скажу, в постоянном окружении должен быть человек, к которому в любой момент можно подойти и поговорить.
- Зачем?
- К примеру, остановить себя от необдуманных поступков.
Матвей резко поднялся на ноги и, подойдя ко мне почти вплотную, зло произнес:
- Слушай, ты, спасительница-юрист, меня не интересуют твои примеры. Ты работаешь на меня и твоя работа, как правильно заметила, разрешать все спорные вопросы, вот и решай. Ты не психолог и не моя девушка, чтобы я тебе тут душу изливал. Ясно?
Крамер не моргнув, смотря ему прямо в глаза, спокойно произнесла:
- Ясно.
- Давай, работай. Перебирай бумажки свои, по папочкам все раскладывай! Занимайся своими прямыми обязанностями. Не лезь мне в душу! Нянька нашлась, тоже мне!
С этими словами, громко хлопнув дверью, Матвей вышел из кабинета Алины, по пути разбросав документы, сложенные на ее рабочем столе. Крамер не удивилась его поведению. В последнее время, там, где он, там всегда хаос и теперь ей особенно было важно разобраться в причинах такого поведения.
ГЛАВА 2
К концу третьего часа сборного концерта, проводимого в одном из городов России, у Алины уже раскалывалась голова, то ли от слишком яркого света, бьющего прямо в глаза, то ли от бурных оваций, коими без устали награждали зрители любимых исполнителей, встречая и провожая их со сцены.
- Я сюда с мужем пришла, чтобы Долматова увидеть! Какой хороший мальчик, а как поет! – произнесла рядом сидящая женщина, склонившись к Крамер. Поддавшись всеобщей радости и эйфории от происходящего, женщина уже не могла сдерживать в себе накопившиеся эмоции, вот и решила – поговорить с соседкой по партеру, кем и являлась Алина. Она только кивнула в ответ, награждая счастливую, от всего происходящего, женщину своей улыбкой. Да уж, в зале собрались поклонники артистов разных лет и до нее частенько долетали примерные возгласы: «Ой, как постарел то, как постарел!», «Посмотри, как хорошо сохранилась или же пластическую операцию сделала?», «Ну опять одни и те же лица. Ну почему новых артистов нет?», «Замечательный концерт!». В общем, всем не угодишь, всем мил не будешь. За то когда на сцену вышел Долматов со своими песнями-хитами, зал аплодировал чуть ли не стоя, и было чему. Сегодня Матвей выглядел по-особенному модно и строго. Классический пиджак, джинсы, кожаные ботинки, начищенные до блеска, придавали ему плюсом несколько лет, и его это только украшало, что не удивительно в отношении мужчин. Вряд ли в его адрес полетит ранее брошенная фраза об одной из исполнительниц советской эстрады: «Посмотри, как хорошо сохранилась или же пластическую операцию сделала?». Долматов пел проникновенно, по-особенному, проживая каждый текст песни, а под конец на его глаза навернулись слезы.
Вот это да!
У Матвея?
Слезы?
Вот же театрал!
Это сработало на «ура» для всего зрительного зала. Особенно ярые поклонники его творчества и его, как мужчины, бесконечно кричали ему «Браво!» и «Молодец!», скандируя отдельные слова из песни, а Алина вновь заподозрила неладное в поведении звезды. Как бы после этого вечера у Матвея вновь не снесло тормоза, и не вляпался бы он в очередное, так скажем, приключение.
На этот раз обошлось.
На следующий день, самолетом, они спокойно вернулись домой.
Крамер, согласно подписанного договора, была обязана присутствовать на каждом выступлении Долматова и сопровождать его в поездках на случай экстренной ситуации, а такие случались и без скандалов с участием Матвея. Благодаря умению Алины вести переговоры и ее миловидной внешности, она умела уговорить и произвести впечатление, за что Влад ее особенно ценил. Так ценил, что в последнее время стал проявлять к ней мужское внимание. Порой излишнее. Однажды Крамер пришла на работу, а в приемной ее ждал букет цветов от него. В один из своих выходных она получила доставку ужина на дом, с бутылкой дорогого шампанского Боланже Blanc De Noirs Vieilles Vignes Francaises и запиской: «Желаю приятного вечера и надеюсь когда-нибудь провести его с тобой».
- Оригинально! – Алина усмехнулась, оценив послание Влада, и обратной доставкой вернула ему и ужин, и шампанское, на обороте его записки, написав: «Вечера я посвящаю только себе».
После такого ответа у Влада зуб оскалился на девушку, но через несколько дней, когда вновь пришла пора спасать Матвея, все его обиды как ветром сдуло.
***
- Матвей, приди в себя!
Влад пытался привести в чувство пьяного Долматова, но у него ничего не получалось. Парень одаривал его пьяным смехом и бесконечным: «Пошли вон из моего дома», раз за разом обращаясь ко всем присутствующим.
- С ума сошел! – резюмировал Владимир.
- Может ему «Скорую» вызвать? Приедут, прочистят желудок, укольчик сделают, отоспится, - предложила Галина Ивановна, его домработница, милая женщина в годах.
Крамер не представляла, как она терпит заносчивого Долматова, но знала, он для нее, как сын. Галина Ивановна и кормила его, и поила, и терпела.
- Молодежь, что с нее взять! - разводила руками женщина и добавляла, вытирая накрахмаленным платком набежавшие на глаза слезы: - Матвей, он же у меня хороший. Это сейчас так все складывается у него в жизни. Ну что, вызвать «Скорую»?
- Нет! Никого лишнего в дом не звать, - скомандовал Влад. – Сами разберемся!
Набрал номер телефона знакомого врача из частной клиники и попросил срочно приехать.
За хорошее вознаграждение, разумеется.
Воспользовавшись суетой, Алина подошла к Галине Ивановне и отвела ее в сторонку, предложив приготовить для нее чая.
- Ой, да что вы, я сама все вам сделаю. Заходите в кухню. Вы какой будете: жасминовый, с чабрецом или Иван-чай? Иван-чай полезный. У меня он ферментированный, очень ароматный, крепкий, с фруктовыми нотками. Правда он немного терпковат, но чувствуется вкус чернослива. Хотите?
- Хочу, - улыбнулась Алина, одарив эту теплую женщину улыбкой. Она не любила Иван-чай, но отказать Галине Ивановне не могла. Обращаясь к Крамер, в ее глазах была такая надежда, такие участие и забота, что волей-неволей Алина почувствовала себя как дома: у мамы или у бабушки. - Галина Ивановна, что происходит с Матвеем? Я же понимаю, что вы знаете причину его поведения. Расскажите мне.
- Ой, Алинушка, - разливая чай по чашкам, начала разговор заботливая женщина. – Матвей с девушкой своей расстался, а какая была пара!
- С Софией? – уточнила Алина.
Она предполагала подобное, поскольку их совместные фотографии перестали появляться с завидной регулярностью на его личной странице в социальной сети.
- Да. Она в социальных сетях удалила все их совместные фото и отписалась от него. Ему очень трудно пережить этот разрыв. Он даже обмолвился, что теперь вообще не может доверять девушкам в вопросах, касающихся любви.
