- Я нашел ее! – шепотом, словно боясь спугнуть свое счастье, восторженно поделился Джар, - Ты понимаешь, Асафар? Я ее нашел!! Рейяна возродилась!
Младший кивнул с серьезным видом. Отодвинул стул, уселся и положил ногу на ногу. Смерил брата неожиданно обвиняющим взглядом и безразлично, словно речь шла совсем не о Рейяне, ответил:
- Знаю, - и хмыкнул, - Ко мне приходила ДжалСарна.
Огонек ликования в глазах проклятого поугас, зато появилась настороженность и тревога. Он в глубине души надеялся, что старуха-фэйяла сохранит свой визит к Рейяне в тайне. Что ж, сам виноват. О молчании и тайне они с ДжалСарной не договаривались.
- Что хотела? – но нарочито равнодушный голос брата Асафара не обманул.
- Флакон для хранения божественной крови. Твоей, - и он помолчал, сделав очень впечатляющую паузу, - крови.
Джара обычно мало что могло смутить, но сейчас ему стало немного не по себе. Он отвел взгляд в сторону и начал усиленно разглядывать витражное окно. Импровизированный горный пейзаж из ярких стеклянных осколков выглядел почти как настоящий – напоминание о любимом Линдаре, ныне превратившемся в руины и пепел. Когда-то давно он сам подарил Асафару этот витраж – его ириты славились тонкой работой со стеклом. Сейчас же об этом мало кто помнил.
- Джар, зачем ей твоя кровь?
- Не знаю, - тот хмуро покачал головой.
- Много взяла?
- Пол-литра.
- Пол-литра, - медленно повторил за братом Асафар, мысленно прогоняя в голове все известные арканы, для которых требуется столько божественной крови. Что-то мелькнуло в дальних уголках памяти, но настолько эфемерное и призрачное, что Асафар даже не успел уловить, - Ладно, - кивнул, мол разберемся, - А за что ты ей заплатил своей кровью?
Джар перевел на брата тяжелый взгляд. Осознать мысль, что Рейяна может умереть в любую секунду ему было страшно, но еще сложнее рассказать об этом Асафару. Для того возрождение девушки тоже стало в каком-то роде смыслом жизни. Свои лаборатории он проектировал, чтобы найти способ наделить Рейяну магией и сделать из нее эллери. После смерти Тироса, бога-создателя людей, это стало непосильной задачей, но Асафар не терял надежду и работал, работал, работал...
- За жизнь Рейи. Я не могу ее потерять еще раз. И ты тоже!
Асафар прошипел ругательство и потребовал:
- Поясни.
Джар рассказал все, о чем рассказала ему старая шаманка. И про активацию войдской жемчужины в теле Рейяны, и про переход огненной стихии от Найи к девушке. И даже про то, что в сердцах проявил перед ДжалСарной свою земную стихию. И с каждой услышанной новой подробностью губы Асафара сжимались все сильнее, а желваки от скрытого бешенства вытанцовывали отчетливей. Побелевшие пальцы смяли в труху попавшийся под руку карандаш.
- Я правильно понимаю, единственным магом, кого ты додумался позвать на помощь, была ДжалСарна?
- ДжалСарна единственный сильный маг, кто мог прийти на помощь мне! Да, я рисковал, но…
- Она фейяла, Джар!!
- Она не…, - Джар горько вздохнул, - Я ей доверяю. Она не выдаст ни меня, ни Рейяну.
- Она служит Фэле, - жестко парировал Асафар, - А Фэла, узнав такие новости, сразу же побежит к Рантари. Можно подумать, ты не знаешь нашу младшую сестрицу! Представляю радость Первого среди Равных, когда он услышит, что Проклятый жив, здоров и владеет новой стихией.
- Я что-то не наблюдаю рядом стражей, - Джар показушно огляделся по сторонам, - а времени у Фэлы было предостаточно!
- Тебе позволили жить только при условии, что ты абсолютно бессилен! – тихий, еле слышный голос Асафара буквально кричал от ярости, - Что ты для них больше не представляешь угрозу! Даже Найя смирилась в своей ненависти к тебе и поверила, что ты безумен и прячешься где-то у Предела! А теперь они увидят, что ты не просто открыто шляешься по мирам, но еще и таскаешь за собой возрожденную жену, из-за смерти которой когда –то начал войну? Джар, ты - идиот, если считаешь, что вас оставят в покое!
- Мы скроемся и будем жить мирной спокойной жизнью в глуши. Мне другого не надо!
- Тебе – нет. А другим? – Асафар выразительно поднял бровь, явно на что-то намекая.
- Кому?
Асафар запнулся наконец решил рассказать брату то, о чем очень долго молчал. Он не хотел сыпать ложными обвинениями и рассказывать то, в чем был не очень уверен, но тревожные мысли его не отпускали.
- Ты давно отлучен от семьи. Ни с кем, кроме меня, не общаешься…
- Не нуждаюсь, - фыркнул Джар, с презрением кривя губы. Все необходимое о жизни божественного семейства, он, и правда, узнавал от Асафара и этих коротких редких новостей ему было достаточно.
- Никто не знает, что Шэмм согласился на возрождение Рейяны. Даже Роммона считает, что он отказал, мстя тебе за гибель своего мира. – Асафар задумчиво постучал пальцами по столешнице, - Так почему Шэмм, у которого нет ни единой причины идти тебе на встречу, разрешил возрождение Рейяны, но не сказал об этом никому из нашей семьи?
- Я не знаю, почему Шэмм умолчал о возрождении Рейяны…
- И мне это тоже очень не нравится, - продолжил свою мысль Асафар.
- Но я знаю, что Найя ее найдет и это лишь вопрос времени, - Джар следил сумрачными взглядом за братом, шагающим взад-вперед по кабинету. Было смутное и крайне неприятное ощущение, что идет какая-то тайная игра, но кто и что замышляет – непонятно. И жемчужина Саорта очень невовремя проснулась (или вовремя?), и пламя Найи неожиданно сменило хозяйку на совершенно неподходящую для этого смертную. - Я не позволю повториться той истории, Асафар. Рейяну я еще раз не потеряю, - для бОльшей убедительности Джар постучал костяшками пальцев по спинке стула.
Брат кивнул и продолжил мерять шагами комнату:
- Я тебя поддержу в любом случае. Но что мы можем сделать, если понятия не имеем, откуда ждать беды?
Проклятый тяжело вздохнул:
- Закрой мой контур.
Асафар кивнул, машинально сделал еще пару шагов и лишь потом остановился. Развернулся к брату. Поднял скептически бровь.
- Ты мне предлагаешь познакомиться с новой Рейей в тот момент, когда буду передавать ей твой труп для захоронения? - он всплеснул руками в фальшивом приступе горя и простонал, - Прости, Рейяна, милая, я убил твоего бывшего будущего мужа. Кстати, я его брат Асафар, приятно снова познакомиться. Так что ли?
- Познакомиться можно и пораньше, - Джар попытался перевести в шутку, но, судя по побелевшим глазам и так раздраженного Асафара, понял, что тот смеяться не намерен.
Проклятый досадливо поморщился. Он понимал опасения брата: земная стихия ему покорилась с большим трудом. Чужая сила не хотела принимать нового хозяина. Именно поэтому, ставя магическую татуировку, Асафар не стал завершать контурную линию рунного рисунка, который контролировал и удерживал магию стихии. Джар и так был на последнем издыхании, пытаясь совладать с мощью земли. Он не привык ворочать горами и управлять армиями каменных элементалей. Сила Тироса была подобна скале – тяжелая, грубая, монументальная. Это не яркий стремительный огонь, подчиняющийся легкому движению пальцев, льющийся водопадом пузырящейся лавы, весело брызгающий обжигающими каплями и жалящий едва заметными глазу искрами.
- Ты мелодрам, что ли, насмотрелся? Где возлюбленный трагично умирает на руках своей невесты...
- Успокойся, Асафар! Я не умру! – скривился Джэрехан.
- Надо будет сказать Фэле, чтобы ее киностудии сменили тематику.
- Асафар!!
- Бедная Рейяна! Возродиться в новой жизни только для того, чтобы похоронить суженного!
- Заканчивай цирк!
- Наверное, у вас карма одна на двоих! – Асафар кивнул, словно до него только что дошло, - Мои шеннары верят во всякие глупые совпадения и считают, что это судьба! Точно! У вас несчастливая карма! Сначала ты хоронишь жену, потом, когда она возродилась, Рейя будет хоронить тебя! Круг замкнулся, все расходимся!
- Ты еще попкорн возьми на это посмотреть! – раздраженно рявкнул на него Джар, которого порядком утомили причитания брата.
- Попкорн возьмут все остальные! – съязвил Асафар, - А Найя еще притащит мягкие креслица для бОльшего комфорта! – и решив, что сарказма на сегодня достаточно, уже более серьезно продолжил, - Это гарантированная смерть, Джар! В прошлый раз я тебя еле выходил! Закрою контур – и ты сдохнешь в тот же миг! Это не твоя стихия! Я не буду тебя убивать!
Асафар прекрасно помнил тот эксперимент. И сколько у него ушло сил на то, чтобы заключить стихию в рунный контур, нарисованный на груди и спине старшего брата. И сколько ушло сил самого Джара, пытавшегося совладать с инородной для него магией. Проклятый действительно был в паре шагов от Садов ФраАшталит.
Узнай о подобном эксперименте Рантари, сказал бы, что это невозможно. Роммона – что это безумие. Шэмм просто пожал бы плечами и посоветовал не тратить бесполезно время. Но Асафар смог. Он создал редчайший по своей силе и мощи аркан, нарисованный на живом теле и содержащий в себе наивысшую элементальную магию.
- Я бог! - выразительно поднял брови Джар.
- Бывший бог. У тебя нет больше своих собственных сил, а сил Тироса и так оставалось немного. Ты просто не справишься!
- Справлюсь! Я должен защитить Рейю!
- Есть другие способы. Мы можем вывезти ее сюда, в Каракот, поселим в лабораториях. Я приставлю к ней шеннаров, ты – своих иритов. Попробую вывести огонь из ее тела через артефакты… Можно найти другие способы, Джар!
- Она не зверек, чтобы всю жизнь сидеть взаперти! – качнул упрямо подбородком Проклятый.
Асафар был категорически против. Джэрехан настаивал.
Асафар упрямился, но Джэрехан был еще упрямей.
Асафар умолял подумать о жене, но Джэрехан только о ней и думал каждую секунду.
В общем… Асафар психанул, наорал на брата, разогнал всех сотрудников лабораторного комплекса по домам, потом опять их вызвал на работу, понимая (и бесясь от этого понимания), что один он не сможет выполнить просьбу Проклятого. Самоубийственную просьбу, но…
Но Джар прав. Он - бог. И когда-то был сильнейшим в семье.
Шансы есть. Небольшие, но когда на кону стоит исполнение самого заветного желания в такой долгой жизни…
В медицинском корпусе Проклятому отвели целое крыло, половину которого занимали различные технические устройства, умело сплавленные с магическими артефактами. В палате были лишь кровать, небольшой шкаф и столик. Никаких излишеств и развлечений. Ни телевизора с выходом в интернет, ни гала-проекторов, ни банального радио. Джар безрадостно хмыкнул, глядя на такую стерильность, но промолчал.
- На закрытие контура уйдет несколько дней, - устав спорить, проговорил младший брат, наблюдая как Джэрехана подключают к мобильной аппаратуре и снимают показания сердца, крови, легких. - И это будет бесконечно больно.
- Я знаю, - тихо проговорил Джар, - Помню. Но оставить Рейю без защиты не могу. Больше она не возродится, понимаешь?
Асафар сосредоточенно кивнул, просматривая результаты. Он больше не был братом, он стал ученым-практиком, который готовился завершить начатый когда-то опасный эксперимент.
Вышколенный медперсонал был незаметен и понимал действия бога земли без слов. Рядом с кроватью на столике уже были разложены шприцы, скальпели, непонятного вида трубочки. Тонкая кисть для рисования, несколько флаконов с зельями для самого Проклятого, чтобы унимать боль, и для Асафара, чтобы поддержать его силы в долгой кропотливой работе над рисунком. Расчет был на двое суток, но кто знает, как все пройдет. Двое шеннарских целителей в ослепительно белых одеждах застыли по бокам кровати, готовые в любой момент перехватить работу над рунным контуром, хотя Асафар надеялся справиться сам.
Он взял в руки кисть. Мягкая, тонкая и… чрезвычайно острая. Миралитовые волоски металлически блеснули в свете ярких ламп. Кто бы мог подумать, что единственный металл, сдерживающий магию, будет добываться только на джэрехановом Линдаре.
Джар разделся до пояса и улегся на живот. Выдохнул, пытаясь подготовится к той боли, что его ждет.
- Готов? – шепнул Асафар.
- Да.
Аспект земли склонился над спиной брата, умело накладывая новые руны в уже готовый рисунок, усложняя его.
- Она действительно точь-в-точь как прежняя? – под умелой рукой из-под кисти выходили тонкие кровавые линии. Они чуть вспыхивали и тут же покрывались ослепляюще яркой прозеленью. Синий оттенок линии обретут позже, когда Асафар начнет читать заклинания. Некоторые капли потекли вниз тонкими струйками и Асафар властно протянул руку ближайшему помощнику за салфетками. Промокнул лужицы и продолжил рисовать. Простыня под Джаром становилась все красней и красней. Он лишь морщился, порой коротко постанывал, но терпел.
- И да, и нет. Внешне – вылитая Рейяна, но характер все-таки изменился, - усмехнулся Проклятый, - Она стала более дерзкая, смелая, острая на язык.
- Думаешь, вспомнит прошлую жизнь?
- Очень на это надеюсь.
- Хм, может быть дать ей настойку лунного огня?
- Думал об этом, но пока не надо. Пока время еще есть и … пусть она лучше сама вспомнит, что было, чем под действием наркотика.
- Тебе решать, - кивнул Асафар и выпрямился, держа окровавленную кисть на весу, - Самый главный вопрос, Джар. А она-то тебя любит?
Проклятый замолчал.
Он знал, что Рейяна Мальтис - та самая Рейяна Фило, его единственная и нежно любимая жена, но он видел и мельчайшие отличия второй Рейяны от первой. Эта была более язвительна и иронична. Там, где первая Рейяна заплакала бы от отчаяния, современная лишь зло сжимала зубы и говорила «ничего, прорвемся». Если первая Рейяна порой раздражала неуместной добротой, вторая цинично усмехалась и ядовито шутила. Первой Рейяне иногда было сложно признавать свои ошибки, вторая говорила о них открыто, признавалась, что сама виновата, и была готова все исправить.
Джар безумно любил первую Рейяну, тосковал по ней и жаждал ее ночами. Но вторая безжалостно завладевала его сердцем как совершенно новый сторонний человек. И временами он не понимал, кого же больше любит: ту, безвинно убитую семьей, или эту, возрожденную.
Но что к нему чувствует сама Рейяна, Джар не знал. И очень боялся даже просто предположить, что она к нему равнодушна.
- Ула, идешь домой? Я уже собралась!
Звонкий голосок Рейяны сегодня ее бесил как никогда.
Особенно после того разговора с Мейлором.
Они сидели в одном из небольших кафе на окраине Эдды. Взяли по пиву, чтобы не привлекать излишнего внимания (хотя на красавца-эллери поглядывали все) и Мейлор объяснил, какую услугу Улисса ему может оказать.
То, о чем он ее попросил… Ну как – попросил? Фактически поставил перед выбором – либо исполнение его приказа и полное возвращение магии и крыльев, либо жить свою долгую жизнь рыжая эри будет как простой человек без малейшего шанса на реабилитацию. Выбором это не назовешь.
Все нужно было сделать быстро, точечно и неожиданно для Рейяны. Спутник Светлейшей объяснил, что девушка ничего не должна заподозрить, иначе Улисса первой же и пострадает. А то и умрет.
- А почему это должна сделать именно я? – озадаченно спросила эри. – Ведь есть гаруски. В конце концов, защита граждан - это их задача, а никак не бескрылой эри.
Мейлор отпил пива и поморщился на его вкус. Он явно привык к напиткам другого уровня качества, чем этот разбавленный водой горький синтетик.
Младший кивнул с серьезным видом. Отодвинул стул, уселся и положил ногу на ногу. Смерил брата неожиданно обвиняющим взглядом и безразлично, словно речь шла совсем не о Рейяне, ответил:
- Знаю, - и хмыкнул, - Ко мне приходила ДжалСарна.
Огонек ликования в глазах проклятого поугас, зато появилась настороженность и тревога. Он в глубине души надеялся, что старуха-фэйяла сохранит свой визит к Рейяне в тайне. Что ж, сам виноват. О молчании и тайне они с ДжалСарной не договаривались.
- Что хотела? – но нарочито равнодушный голос брата Асафара не обманул.
- Флакон для хранения божественной крови. Твоей, - и он помолчал, сделав очень впечатляющую паузу, - крови.
Джара обычно мало что могло смутить, но сейчас ему стало немного не по себе. Он отвел взгляд в сторону и начал усиленно разглядывать витражное окно. Импровизированный горный пейзаж из ярких стеклянных осколков выглядел почти как настоящий – напоминание о любимом Линдаре, ныне превратившемся в руины и пепел. Когда-то давно он сам подарил Асафару этот витраж – его ириты славились тонкой работой со стеклом. Сейчас же об этом мало кто помнил.
- Джар, зачем ей твоя кровь?
- Не знаю, - тот хмуро покачал головой.
- Много взяла?
- Пол-литра.
- Пол-литра, - медленно повторил за братом Асафар, мысленно прогоняя в голове все известные арканы, для которых требуется столько божественной крови. Что-то мелькнуло в дальних уголках памяти, но настолько эфемерное и призрачное, что Асафар даже не успел уловить, - Ладно, - кивнул, мол разберемся, - А за что ты ей заплатил своей кровью?
Джар перевел на брата тяжелый взгляд. Осознать мысль, что Рейяна может умереть в любую секунду ему было страшно, но еще сложнее рассказать об этом Асафару. Для того возрождение девушки тоже стало в каком-то роде смыслом жизни. Свои лаборатории он проектировал, чтобы найти способ наделить Рейяну магией и сделать из нее эллери. После смерти Тироса, бога-создателя людей, это стало непосильной задачей, но Асафар не терял надежду и работал, работал, работал...
- За жизнь Рейи. Я не могу ее потерять еще раз. И ты тоже!
Асафар прошипел ругательство и потребовал:
- Поясни.
Джар рассказал все, о чем рассказала ему старая шаманка. И про активацию войдской жемчужины в теле Рейяны, и про переход огненной стихии от Найи к девушке. И даже про то, что в сердцах проявил перед ДжалСарной свою земную стихию. И с каждой услышанной новой подробностью губы Асафара сжимались все сильнее, а желваки от скрытого бешенства вытанцовывали отчетливей. Побелевшие пальцы смяли в труху попавшийся под руку карандаш.
- Я правильно понимаю, единственным магом, кого ты додумался позвать на помощь, была ДжалСарна?
- ДжалСарна единственный сильный маг, кто мог прийти на помощь мне! Да, я рисковал, но…
- Она фейяла, Джар!!
- Она не…, - Джар горько вздохнул, - Я ей доверяю. Она не выдаст ни меня, ни Рейяну.
- Она служит Фэле, - жестко парировал Асафар, - А Фэла, узнав такие новости, сразу же побежит к Рантари. Можно подумать, ты не знаешь нашу младшую сестрицу! Представляю радость Первого среди Равных, когда он услышит, что Проклятый жив, здоров и владеет новой стихией.
- Я что-то не наблюдаю рядом стражей, - Джар показушно огляделся по сторонам, - а времени у Фэлы было предостаточно!
- Тебе позволили жить только при условии, что ты абсолютно бессилен! – тихий, еле слышный голос Асафара буквально кричал от ярости, - Что ты для них больше не представляешь угрозу! Даже Найя смирилась в своей ненависти к тебе и поверила, что ты безумен и прячешься где-то у Предела! А теперь они увидят, что ты не просто открыто шляешься по мирам, но еще и таскаешь за собой возрожденную жену, из-за смерти которой когда –то начал войну? Джар, ты - идиот, если считаешь, что вас оставят в покое!
- Мы скроемся и будем жить мирной спокойной жизнью в глуши. Мне другого не надо!
- Тебе – нет. А другим? – Асафар выразительно поднял бровь, явно на что-то намекая.
- Кому?
Асафар запнулся наконец решил рассказать брату то, о чем очень долго молчал. Он не хотел сыпать ложными обвинениями и рассказывать то, в чем был не очень уверен, но тревожные мысли его не отпускали.
- Ты давно отлучен от семьи. Ни с кем, кроме меня, не общаешься…
- Не нуждаюсь, - фыркнул Джар, с презрением кривя губы. Все необходимое о жизни божественного семейства, он, и правда, узнавал от Асафара и этих коротких редких новостей ему было достаточно.
- Никто не знает, что Шэмм согласился на возрождение Рейяны. Даже Роммона считает, что он отказал, мстя тебе за гибель своего мира. – Асафар задумчиво постучал пальцами по столешнице, - Так почему Шэмм, у которого нет ни единой причины идти тебе на встречу, разрешил возрождение Рейяны, но не сказал об этом никому из нашей семьи?
***
- Я не знаю, почему Шэмм умолчал о возрождении Рейяны…
- И мне это тоже очень не нравится, - продолжил свою мысль Асафар.
- Но я знаю, что Найя ее найдет и это лишь вопрос времени, - Джар следил сумрачными взглядом за братом, шагающим взад-вперед по кабинету. Было смутное и крайне неприятное ощущение, что идет какая-то тайная игра, но кто и что замышляет – непонятно. И жемчужина Саорта очень невовремя проснулась (или вовремя?), и пламя Найи неожиданно сменило хозяйку на совершенно неподходящую для этого смертную. - Я не позволю повториться той истории, Асафар. Рейяну я еще раз не потеряю, - для бОльшей убедительности Джар постучал костяшками пальцев по спинке стула.
Брат кивнул и продолжил мерять шагами комнату:
- Я тебя поддержу в любом случае. Но что мы можем сделать, если понятия не имеем, откуда ждать беды?
Проклятый тяжело вздохнул:
- Закрой мой контур.
Асафар кивнул, машинально сделал еще пару шагов и лишь потом остановился. Развернулся к брату. Поднял скептически бровь.
- Ты мне предлагаешь познакомиться с новой Рейей в тот момент, когда буду передавать ей твой труп для захоронения? - он всплеснул руками в фальшивом приступе горя и простонал, - Прости, Рейяна, милая, я убил твоего бывшего будущего мужа. Кстати, я его брат Асафар, приятно снова познакомиться. Так что ли?
- Познакомиться можно и пораньше, - Джар попытался перевести в шутку, но, судя по побелевшим глазам и так раздраженного Асафара, понял, что тот смеяться не намерен.
Проклятый досадливо поморщился. Он понимал опасения брата: земная стихия ему покорилась с большим трудом. Чужая сила не хотела принимать нового хозяина. Именно поэтому, ставя магическую татуировку, Асафар не стал завершать контурную линию рунного рисунка, который контролировал и удерживал магию стихии. Джар и так был на последнем издыхании, пытаясь совладать с мощью земли. Он не привык ворочать горами и управлять армиями каменных элементалей. Сила Тироса была подобна скале – тяжелая, грубая, монументальная. Это не яркий стремительный огонь, подчиняющийся легкому движению пальцев, льющийся водопадом пузырящейся лавы, весело брызгающий обжигающими каплями и жалящий едва заметными глазу искрами.
- Ты мелодрам, что ли, насмотрелся? Где возлюбленный трагично умирает на руках своей невесты...
- Успокойся, Асафар! Я не умру! – скривился Джэрехан.
- Надо будет сказать Фэле, чтобы ее киностудии сменили тематику.
- Асафар!!
- Бедная Рейяна! Возродиться в новой жизни только для того, чтобы похоронить суженного!
- Заканчивай цирк!
- Наверное, у вас карма одна на двоих! – Асафар кивнул, словно до него только что дошло, - Мои шеннары верят во всякие глупые совпадения и считают, что это судьба! Точно! У вас несчастливая карма! Сначала ты хоронишь жену, потом, когда она возродилась, Рейя будет хоронить тебя! Круг замкнулся, все расходимся!
- Ты еще попкорн возьми на это посмотреть! – раздраженно рявкнул на него Джар, которого порядком утомили причитания брата.
- Попкорн возьмут все остальные! – съязвил Асафар, - А Найя еще притащит мягкие креслица для бОльшего комфорта! – и решив, что сарказма на сегодня достаточно, уже более серьезно продолжил, - Это гарантированная смерть, Джар! В прошлый раз я тебя еле выходил! Закрою контур – и ты сдохнешь в тот же миг! Это не твоя стихия! Я не буду тебя убивать!
Асафар прекрасно помнил тот эксперимент. И сколько у него ушло сил на то, чтобы заключить стихию в рунный контур, нарисованный на груди и спине старшего брата. И сколько ушло сил самого Джара, пытавшегося совладать с инородной для него магией. Проклятый действительно был в паре шагов от Садов ФраАшталит.
Узнай о подобном эксперименте Рантари, сказал бы, что это невозможно. Роммона – что это безумие. Шэмм просто пожал бы плечами и посоветовал не тратить бесполезно время. Но Асафар смог. Он создал редчайший по своей силе и мощи аркан, нарисованный на живом теле и содержащий в себе наивысшую элементальную магию.
- Я бог! - выразительно поднял брови Джар.
- Бывший бог. У тебя нет больше своих собственных сил, а сил Тироса и так оставалось немного. Ты просто не справишься!
- Справлюсь! Я должен защитить Рейю!
- Есть другие способы. Мы можем вывезти ее сюда, в Каракот, поселим в лабораториях. Я приставлю к ней шеннаров, ты – своих иритов. Попробую вывести огонь из ее тела через артефакты… Можно найти другие способы, Джар!
- Она не зверек, чтобы всю жизнь сидеть взаперти! – качнул упрямо подбородком Проклятый.
Асафар был категорически против. Джэрехан настаивал.
Асафар упрямился, но Джэрехан был еще упрямей.
Асафар умолял подумать о жене, но Джэрехан только о ней и думал каждую секунду.
В общем… Асафар психанул, наорал на брата, разогнал всех сотрудников лабораторного комплекса по домам, потом опять их вызвал на работу, понимая (и бесясь от этого понимания), что один он не сможет выполнить просьбу Проклятого. Самоубийственную просьбу, но…
Но Джар прав. Он - бог. И когда-то был сильнейшим в семье.
Шансы есть. Небольшие, но когда на кону стоит исполнение самого заветного желания в такой долгой жизни…
В медицинском корпусе Проклятому отвели целое крыло, половину которого занимали различные технические устройства, умело сплавленные с магическими артефактами. В палате были лишь кровать, небольшой шкаф и столик. Никаких излишеств и развлечений. Ни телевизора с выходом в интернет, ни гала-проекторов, ни банального радио. Джар безрадостно хмыкнул, глядя на такую стерильность, но промолчал.
- На закрытие контура уйдет несколько дней, - устав спорить, проговорил младший брат, наблюдая как Джэрехана подключают к мобильной аппаратуре и снимают показания сердца, крови, легких. - И это будет бесконечно больно.
- Я знаю, - тихо проговорил Джар, - Помню. Но оставить Рейю без защиты не могу. Больше она не возродится, понимаешь?
Асафар сосредоточенно кивнул, просматривая результаты. Он больше не был братом, он стал ученым-практиком, который готовился завершить начатый когда-то опасный эксперимент.
Вышколенный медперсонал был незаметен и понимал действия бога земли без слов. Рядом с кроватью на столике уже были разложены шприцы, скальпели, непонятного вида трубочки. Тонкая кисть для рисования, несколько флаконов с зельями для самого Проклятого, чтобы унимать боль, и для Асафара, чтобы поддержать его силы в долгой кропотливой работе над рисунком. Расчет был на двое суток, но кто знает, как все пройдет. Двое шеннарских целителей в ослепительно белых одеждах застыли по бокам кровати, готовые в любой момент перехватить работу над рунным контуром, хотя Асафар надеялся справиться сам.
Он взял в руки кисть. Мягкая, тонкая и… чрезвычайно острая. Миралитовые волоски металлически блеснули в свете ярких ламп. Кто бы мог подумать, что единственный металл, сдерживающий магию, будет добываться только на джэрехановом Линдаре.
Джар разделся до пояса и улегся на живот. Выдохнул, пытаясь подготовится к той боли, что его ждет.
- Готов? – шепнул Асафар.
- Да.
Аспект земли склонился над спиной брата, умело накладывая новые руны в уже готовый рисунок, усложняя его.
- Она действительно точь-в-точь как прежняя? – под умелой рукой из-под кисти выходили тонкие кровавые линии. Они чуть вспыхивали и тут же покрывались ослепляюще яркой прозеленью. Синий оттенок линии обретут позже, когда Асафар начнет читать заклинания. Некоторые капли потекли вниз тонкими струйками и Асафар властно протянул руку ближайшему помощнику за салфетками. Промокнул лужицы и продолжил рисовать. Простыня под Джаром становилась все красней и красней. Он лишь морщился, порой коротко постанывал, но терпел.
- И да, и нет. Внешне – вылитая Рейяна, но характер все-таки изменился, - усмехнулся Проклятый, - Она стала более дерзкая, смелая, острая на язык.
- Думаешь, вспомнит прошлую жизнь?
- Очень на это надеюсь.
- Хм, может быть дать ей настойку лунного огня?
- Думал об этом, но пока не надо. Пока время еще есть и … пусть она лучше сама вспомнит, что было, чем под действием наркотика.
- Тебе решать, - кивнул Асафар и выпрямился, держа окровавленную кисть на весу, - Самый главный вопрос, Джар. А она-то тебя любит?
Проклятый замолчал.
Он знал, что Рейяна Мальтис - та самая Рейяна Фило, его единственная и нежно любимая жена, но он видел и мельчайшие отличия второй Рейяны от первой. Эта была более язвительна и иронична. Там, где первая Рейяна заплакала бы от отчаяния, современная лишь зло сжимала зубы и говорила «ничего, прорвемся». Если первая Рейяна порой раздражала неуместной добротой, вторая цинично усмехалась и ядовито шутила. Первой Рейяне иногда было сложно признавать свои ошибки, вторая говорила о них открыто, признавалась, что сама виновата, и была готова все исправить.
Джар безумно любил первую Рейяну, тосковал по ней и жаждал ее ночами. Но вторая безжалостно завладевала его сердцем как совершенно новый сторонний человек. И временами он не понимал, кого же больше любит: ту, безвинно убитую семьей, или эту, возрожденную.
Но что к нему чувствует сама Рейяна, Джар не знал. И очень боялся даже просто предположить, что она к нему равнодушна.
Глава 21
- Ула, идешь домой? Я уже собралась!
Звонкий голосок Рейяны сегодня ее бесил как никогда.
Особенно после того разговора с Мейлором.
Они сидели в одном из небольших кафе на окраине Эдды. Взяли по пиву, чтобы не привлекать излишнего внимания (хотя на красавца-эллери поглядывали все) и Мейлор объяснил, какую услугу Улисса ему может оказать.
То, о чем он ее попросил… Ну как – попросил? Фактически поставил перед выбором – либо исполнение его приказа и полное возвращение магии и крыльев, либо жить свою долгую жизнь рыжая эри будет как простой человек без малейшего шанса на реабилитацию. Выбором это не назовешь.
Все нужно было сделать быстро, точечно и неожиданно для Рейяны. Спутник Светлейшей объяснил, что девушка ничего не должна заподозрить, иначе Улисса первой же и пострадает. А то и умрет.
- А почему это должна сделать именно я? – озадаченно спросила эри. – Ведь есть гаруски. В конце концов, защита граждан - это их задача, а никак не бескрылой эри.
Мейлор отпил пива и поморщился на его вкус. Он явно привык к напиткам другого уровня качества, чем этот разбавленный водой горький синтетик.
