Ведь он, несомненно, будет против того, чтобы его драгоценная дочь-архитектор пела в какой-то там группе. А так как он теперь их основной инвестор, ему будет достаточно только намекнуть Валере на то, что меня нужно убрать, и тот будет вынужден подчиниться.
Да… ситуация усложнилась, причём теперь я даже не представляла, чего стоит ждать от собственного родителя. Но нужно было срочно что-то решать… что-то придумывать. Да только, мысли как назло путались, накладываясь одна на одну. В общем, от мамы я уехала, так ничего и не надумав, хотя и они с Артурчиком были погружены почти в аналогичные мысленные кульбиты.
Сегодняшний день был просто безумно жарким. Казалось, что асфальт плавится и бурлит подобно раскалённой лаве, а собранные в громадную пробку авто и вовсе походят на странных разгорячённых драконов. Они медленно… очень медленно катились по улицам зелёного города, буквально проползали мимо парков, летних кафе и набережных. И в этом жутком пекле везло только тем, кто имел возможность валяться на пляже под навесом или являлся счастливым обладателем кондиционера.
Не знаю, как другим, но мне такая погода очень даже нравилась. И солнце вовсе не слепило, а освещало. И духоту я совсем не чувствовала, а просто наслаждалась ещё одним летним днём. В машине громко звучали давно затёртые песни из репертуара так любимого мной русского рока, а звуки электрогитар прогоняли из мозга все до единой лишние мысли. И так хотелось опустить стёкла, резко нажать на газ и на всех парах понестись навстречу свежему морскому бризу, но… к сожалению, реальность не позволяла мне сейчас воплотить эту простую мечту в жизнь.
Совершенно случайно, сквозь откровенно орущую музыку мой слух уловил какие-то посторонние звуки, а истерично мигающий экран телефона, только подтвердил, что меня кто-то упорно вызывает.
Честно говоря, трубку поднимать совсем не хотелось, как и прикручивать звук одной из моих самых любимых песен. Но… звонил Лер, а игнорировать его звонки мне не позволяла совесть.
- Слушаю тебя, о великий гуру музыки, - поприветствовала я, улыбнувшись сама себе.
- Вижу у тебя хорошее настроение, - ответил мне задумчивый голос в трубке. – Это прекрасно. Можешь сейчас заехать в студию?
- Я-то могу, да только кто-то вчера обещал, что сегодня у всех нас заслуженный выходной, - в моём голосе слышалась откровенная ирония, но Лер предпочёл не обратить на неё внимания.
- Ваш выходной никто не отменял. Но, нам нужно обсудить условия нового контракта, если тебе, конечно, интересно, - этот хитрюга прекрасно знал, на какие рычаги стоит давить, чтобы заставить всех делать то, что ему нужно. И, как бы печально это ни звучало, но я не была исключением из этого правила, а такое умение Кармина считала самым настоящим талантом. И даже несколько раз говорила ему, что при желании он мог бы легко стать отменным политиком. Возможно даже президентом. Если бы только захотел.
Вот и сейчас он, естественно, знал, что я практически сгораю от любопытства, а значит, обязательно примчусь на всех парах, и был прав. Это самое любопытство всегда было для меня одним из самых сильных пороков, вот и сейчас оно решило сыграть на руку Леру.
К тому же, этот его вызов очень кстати позволил мне покинуть порядком надоевшую пробку, которая уже почти перестала двигаться. И, в итоге, спустя каких-то десять минут, я уже поднималась по крутой лестнице на пятый этаж, напевая себе под нос, то, что играло до этого в машине.
Не знаю, в чём именно была причина, но езда по городу под любимую музыку довольно ощутимо подняла мне настроение, и даже сейчас, предвкушая «радушную» встречу с Тимом, я дала себе установку не накручивать нервы раньше времени, и по максимуму насладиться собственными приступами позитива.
- Buenos dios, amigos! – выпалила я, вваливаясь в благословенную прохладу просторной студии, где, к моему удивлению, собралось довольно много народу.
Лер, по своему обыкновению, восседал на диване, попивая ароматно пахнущий кофе, и что-то сосредоточенно изучал на экране ноутбука. Гоша, кстати, сидел рядом с ним, и занимался ровно тем же самым, Сеня стоял напротив них, и был первым, кто ответил на моё приветствие коротким кивком, но почти сразу же поспешил присоединиться к парням, хотя места перед экраном больше не было. Но даже не это поразило меня больше всего, а то, что на втором диване, расположенном на другой стороне комнаты, бесцеремонно развалившись, сидел необычно весёлый Тим и вёл дружескую беседу с каким-то молодым мужчиной.
Он-то и показался мне смутно знакомым и, ведомая собственным любопытством, я направилась именно к ним.
- Добрый день, - проговорила, обращаясь к гостю (на Тима мне даже смотреть не хотелось, а видеть его довольную улыбку и подавно). Тот повернулся и, наткнувшись на мой холодный взгляд, сразу же изменился в лице.
О, да! Это было даже не удивление, а самый настоящий шок, потому что меня этот тип здесь точно не ожидал встретить, как, в прочем, и я его. Тем более, в таком, странном виде.
Честно говоря, в белой футболке и кепке, из-под которой почти не было видно его тёмных волос с лёгкой проседью, наш гость выглядел куда моложе, чем было на самом деле. А потёртые джинсы и белые брендовые кеды и вовсе превращали его в молодого мажора, но цепкий взгляд и россыпь мелких морщин у глаз всё-таки выдавали истинный возраст этого человека. Хотя…
Сегодня, впервые в своей жизни я смотрела на него, как на мужчину. Как на того, чью внешность могла оценить со стороны, и только сейчас поняла, что мой папочка, в свои сорок два года, мог дать фору и во внешности и в стиле многим молодым парням.
Разглядев, наконец, кто стоит перед ним, мой родитель странно улыбнулся, а в его серо-зелёных глазах появился неподдельный интерес. Но мне отчего–то стало жизненно необходимо, чтобы ребята не узнали, какие отношения связывают меня с ним. Почему? Сразу так и не отвечу. Наверно, это чистая интуиция, а значит, причины на то есть, а я просто пока не все их определила.
- Добрый день, Толик, - выпалила, решив сразу пояснить ему правила игры. Но сделать это нужно было так, чтобы ребята подвоха не поняли. И если трое из группы были чем-то явно увлечены, то Тим, напротив, уставился на меня таким ошарашенным взглядом, что сильно покоробило мою уверенность в успехе мероприятия. – Могу я узнать, каким попутным ветром тебя занесло в наши скромные небогатые и неперспективные края?
На долю секунды папа обомлел. Он явно не ожидал подобного приёма, но тут же я заметила, как он довольно ухмыльнулся и одарил меня таким взглядом, из которого было понятно только то, что сейчас он мне подыграет, но… от объяснений я всё равно не отверчусь.
- Привет, - ответил он, поднимаясь с места и делая шаг на встречу. Остановившись прямо напротив, родитель внимательно посмотрел мне в глаза, видимо ожидая ответных действий, но так и не дождавшись, решил взять инициативу в свои руки. – Что, даже меня не обнимешь? Даже не поцелуешь? Да? – наиграно обиженно проговорил он.
- Ладно тебе! – довольно улыбнулась я, переплетая руки перед грудью. - Раньше наши приветствия всегда ограничивались сухими словами, а теперь тебя вдруг пропёрло на нежности? Соскучился, что ли?
В моих словах сквозила усмешка, и ни капли лжи, ведь мы на самом деле всегда здоровались именно так. Ни поцелуев тебе, ни объятий. Такой уж он человек, да и я была в этом на него очень похожа. Но то, что мы не демонстрировали свои истинные чувства такими наглядными моментами, ни капли не мешало нам быть близкими друг другу людьми. Ведь, несмотря ни на что, он был моим отцом, и я его искренне любила.
- Ринка! – воскликнул папа, мигом теряя всю свою мажорную надменность и подхватывая меня на руки. – Козявка моя, мелкая! Конечно же, я соскучился!
Он сжал меня в объятиях и закружил по студии, а я только и могла, что шокировано моргать, глядя в его светящиеся настоящим счастьем глаза. И когда, Толик всё ж вернул меня в вертикальное положение, сама обняла его так крепко, как всегда хотела.
- И я… - честно проговорила, упираясь лицом в его плечо. Почему-то сейчас, в объятиях собственного отца, мне стало так хорошо и спокойно, как будто я на самом деле была маленькой девочкой, которая свято верила, что её папа супергерой.
- Маленькая моя, ну что ты? Правда, соскучилась? Почему же тогда не приехала, когда я звал? – заботливым тоном спросил Толик, медленно поглаживая меня по спине.
- Ты же знаешь, что я не могла, - ответила, немного отстраняясь и заглядывая в его глаза, которые сейчас светились той неподдельной теплотой, на которую мог быть способен только он. – Работу же не бросишь, да и мама всегда сильно нервничает, когда меня нет в городе. Плюс, за машину нужно было кредит доплатить.
Он лишь фыркнул и покачал головой.
- Мы же оба знаем, что это отмазки, - заявил он, чуть более грубым голосом. – И к веским причинам можно отнести, разве что бзики Ларисы. Но ты же знаешь, что при умелом подходе и с ней можно справиться. Ты просто сама не хотела ко мне ехать.
Честно говоря, меня конкретно взбесил этот явный упрёк и, выпутавшись из его родных объятий, я тут же сделала пару шагов назад.
- Так значит? А сам ты даже не позвонил мне, когда приехал, - выдала, вмиг похолодевшим голосом. – Более того, я вообще совершенно случайно узнала, что ты в городе. Может, и вовсе, рассчитывал по возможности со мной не встречаться?
- Ты на самом деле так думаешь? – он смотрел мне прямо в глаза, стараясь разглядеть хоть что-то за их холодным блеском.
- А что я должна думать? – мозг медленно застилала то ли обида, то ли жажда покапризничать. - Мы с тобой почти год не виделись и, приехав в мой город, ты всеми силами стараешься меня избегать. Знаешь, дорогой мой, это наталкивает на определённые, не совсем приятные мысли.
В повисшей после этих слов тишине, я очень отчётливо расслышала, как чашка Лера опустилась на поверхность журнального столика, как Тим грозно сжал в руке алюминиевую банку из-под колы, а Сеня и вовсе рухнул на диван, рядом с парнями. И при всём при этом, почти физически ощущала на себе сосредоточенный взгляд четырёх пар удивлённых глаз, и только сам Толик, смотрел на меня с подозрением.
- Рина, у тебя всё хорошо? – спросил он вдруг, а потом, подошёл ближе, и, приобняв меня за талию, бесцеремонно повёл в сторону выхода. И лишь у самой двери соизволил обернуться к ошарашенным парням и добавить: - Если что, я на телефоне. Будут вопросы – звоните. А ещё лучше, изучите контракт, внесите свои дополнения и отправьте мне.
Как только мы оказались за закрытыми дверьми коридора, папа одарил меня насмешливым взглядом и явно хотел высказать всё, что думает о произошедшем, но я его перебила.
- Давай поговорим не здесь, дорогой мой Толик. Поехали ко мне, там и спокойно и никто не помешает. Посмотришь, заодно, как я переделала твой подарок. А то давненько ты в гости не заглядывал.
- Толь! – раздался знакомый голос Тима за спиной. – Ты ключи забыл,- сказал тот, протягивая их моему папочке, и судя по его тщательно скрываемой злости, этот напыщенный блондин прекрасно слышал, куда мы собираемся ехать.
Нетрудно догадаться, что извращённый ум Тимура быстро подкинул ему самый правдоподобный вариант того, зачем я зову Толика к себе. Да и вообще, какие между нами отношения. Ведь не далее, как вчера, мне довольно доходчиво объяснили, к какой категории девушек я отношусь. А тут, на тебе, явное подтверждение его слов, на блюдечке с голубой каемочкой. А если он ещё и понял, что подарок Толика – это квартира, то всё… Моё падение в глазах Тима станет полным и безвозвратным. И ему будет откровенно плевать, что на самом деле, всё совсем иначе.
- Спасибо, Тимур, - ответил папочка, принимая ключи. – А то пришлось бы сейчас за ними подниматься, - а потом повернулся ко мне и спросил, хитро прищурившись: - Надеюсь, у тебя лифт исправен? Потому что на шестнадцатый этаж я просто не доползу!
- Что, старый стал? – усмехнулась я. – Возраст… Понимаю. Песочек сыплется и всё такое, да и вообще, Толик, старость медленно наступает тебе на пятки.
- Рина, не могла бы ты не трогать мой возраст? – очень вежливо спросил папочка, а в голосе проскользнул такой угрожающий холод, что я быстро поняла свою оплошность. Пришлось мигом замаливать грехи.
- Нет, что ты, я-то тебя любого любить буду, и с морщинами и без, - пообещала я, обнимая его ещё сильнее. – Ты ж у меня самый лучший и навсегда таковым останешься.
Привстав на носочках, очень целомудренно, но с нотками кокетства, чмокнула его в щёку, вызвав при этом довольную улыбку на его идеально выбритом лице.
А вот Тим… Его реакция была совсем другой. Мне даже на долю секунды показалось, что сейчас он не сдержится и вмажет или мне, или самому Толику. Отчего-то, этого блондина почти безумно бесило происходящее, и что-то мне подсказывало – это всё не просто так.
В общем, скрипя зубами, Тимур всё же нашёл в себе силы и сдержаться, и промолчать, и даже мило улыбнулся Толику на прощанье. Да только когда мы уже почти прошли половину лестницы, со стороны пятого этажа послышался какой-то жуткий грохот, и я ни капли не сомневалась, чьи именно нервы в этот момент вымещались на стенах. Хотя, причин для подобных эмоций у него не было… Не должно было быть!
- И это мне тоже объясни, пожалуйста, дорогая дочурка, - тихо проговорил папа, многозначительно подняв глаза наверх. – Мне очень интересно как тебя занесло в «ОК» и то, почему Тимур теперь смотрит на меня, как на врага народа.
Я лишь подняла на него измученный взгляд, очень явно намекая, что говорить на эту тему совсем не хочу, но… как и следовало ожидать, в покое меня Толик не оставил. И всю дорогу до дома приставал со странными вопросами, буквально вынуждая рассказать ему всё по порядку. Но я пока не знала, о чём ему можно говорить, а о чём лучше пока промолчать. А он просто не давал мне времени на спокойные чёткие раздумья.
Пребывая в отличном расположении духа, папа отправил своего водителя отдыхать, отдав тому указание ехать на пляж и развлекаться. Но сказано это было с таким грозным выражением на смеющемся лице, что парень сразу понял – у босса замечательное настроение. Меня же он одарил коротким оценивающим взглядом, но сообразив, что я за ним наблюдаю, тут же поспешил отвернуться. Таким образом, мой дорогой папочка целиком и полностью решил посвятить сегодняшний день мне, что, честно говоря, очень радовало.
- Итак, Рина, мне просто до жути любопытно, как ты попала в группу к этим ребятам, и почему ни Тимур, ни Валера не посчитали нужным мне об этом сообщить, - спросил Толик, устав ждать, что я всё расскажу сама.
- Если что, папочка, у нас с тобой разные фамилии, и я стараюсь не распространяться направо и налево о том, кто мой отец. Думаю, ты прекрасно понимаешь, что это только добавит мне проблем и на работе, и в группе, да и в личной жизни. Поверь, даже того, что многим известно, что мы с Артурчиком вроде как родственники, существенно меняет отношение ко мне людей. Ведь для владеющих такой информацией я автоматически превращаюсь из простой девушки со своеобразным внутренним миром, в возможность улучшить чьё-то материальное положение. А в этом приятного мало.
Да… ситуация усложнилась, причём теперь я даже не представляла, чего стоит ждать от собственного родителя. Но нужно было срочно что-то решать… что-то придумывать. Да только, мысли как назло путались, накладываясь одна на одну. В общем, от мамы я уехала, так ничего и не надумав, хотя и они с Артурчиком были погружены почти в аналогичные мысленные кульбиты.
Сегодняшний день был просто безумно жарким. Казалось, что асфальт плавится и бурлит подобно раскалённой лаве, а собранные в громадную пробку авто и вовсе походят на странных разгорячённых драконов. Они медленно… очень медленно катились по улицам зелёного города, буквально проползали мимо парков, летних кафе и набережных. И в этом жутком пекле везло только тем, кто имел возможность валяться на пляже под навесом или являлся счастливым обладателем кондиционера.
Не знаю, как другим, но мне такая погода очень даже нравилась. И солнце вовсе не слепило, а освещало. И духоту я совсем не чувствовала, а просто наслаждалась ещё одним летним днём. В машине громко звучали давно затёртые песни из репертуара так любимого мной русского рока, а звуки электрогитар прогоняли из мозга все до единой лишние мысли. И так хотелось опустить стёкла, резко нажать на газ и на всех парах понестись навстречу свежему морскому бризу, но… к сожалению, реальность не позволяла мне сейчас воплотить эту простую мечту в жизнь.
Совершенно случайно, сквозь откровенно орущую музыку мой слух уловил какие-то посторонние звуки, а истерично мигающий экран телефона, только подтвердил, что меня кто-то упорно вызывает.
Честно говоря, трубку поднимать совсем не хотелось, как и прикручивать звук одной из моих самых любимых песен. Но… звонил Лер, а игнорировать его звонки мне не позволяла совесть.
- Слушаю тебя, о великий гуру музыки, - поприветствовала я, улыбнувшись сама себе.
- Вижу у тебя хорошее настроение, - ответил мне задумчивый голос в трубке. – Это прекрасно. Можешь сейчас заехать в студию?
- Я-то могу, да только кто-то вчера обещал, что сегодня у всех нас заслуженный выходной, - в моём голосе слышалась откровенная ирония, но Лер предпочёл не обратить на неё внимания.
- Ваш выходной никто не отменял. Но, нам нужно обсудить условия нового контракта, если тебе, конечно, интересно, - этот хитрюга прекрасно знал, на какие рычаги стоит давить, чтобы заставить всех делать то, что ему нужно. И, как бы печально это ни звучало, но я не была исключением из этого правила, а такое умение Кармина считала самым настоящим талантом. И даже несколько раз говорила ему, что при желании он мог бы легко стать отменным политиком. Возможно даже президентом. Если бы только захотел.
Вот и сейчас он, естественно, знал, что я практически сгораю от любопытства, а значит, обязательно примчусь на всех парах, и был прав. Это самое любопытство всегда было для меня одним из самых сильных пороков, вот и сейчас оно решило сыграть на руку Леру.
К тому же, этот его вызов очень кстати позволил мне покинуть порядком надоевшую пробку, которая уже почти перестала двигаться. И, в итоге, спустя каких-то десять минут, я уже поднималась по крутой лестнице на пятый этаж, напевая себе под нос, то, что играло до этого в машине.
Не знаю, в чём именно была причина, но езда по городу под любимую музыку довольно ощутимо подняла мне настроение, и даже сейчас, предвкушая «радушную» встречу с Тимом, я дала себе установку не накручивать нервы раньше времени, и по максимуму насладиться собственными приступами позитива.
- Buenos dios, amigos! – выпалила я, вваливаясь в благословенную прохладу просторной студии, где, к моему удивлению, собралось довольно много народу.
Лер, по своему обыкновению, восседал на диване, попивая ароматно пахнущий кофе, и что-то сосредоточенно изучал на экране ноутбука. Гоша, кстати, сидел рядом с ним, и занимался ровно тем же самым, Сеня стоял напротив них, и был первым, кто ответил на моё приветствие коротким кивком, но почти сразу же поспешил присоединиться к парням, хотя места перед экраном больше не было. Но даже не это поразило меня больше всего, а то, что на втором диване, расположенном на другой стороне комнаты, бесцеремонно развалившись, сидел необычно весёлый Тим и вёл дружескую беседу с каким-то молодым мужчиной.
Он-то и показался мне смутно знакомым и, ведомая собственным любопытством, я направилась именно к ним.
- Добрый день, - проговорила, обращаясь к гостю (на Тима мне даже смотреть не хотелось, а видеть его довольную улыбку и подавно). Тот повернулся и, наткнувшись на мой холодный взгляд, сразу же изменился в лице.
О, да! Это было даже не удивление, а самый настоящий шок, потому что меня этот тип здесь точно не ожидал встретить, как, в прочем, и я его. Тем более, в таком, странном виде.
Честно говоря, в белой футболке и кепке, из-под которой почти не было видно его тёмных волос с лёгкой проседью, наш гость выглядел куда моложе, чем было на самом деле. А потёртые джинсы и белые брендовые кеды и вовсе превращали его в молодого мажора, но цепкий взгляд и россыпь мелких морщин у глаз всё-таки выдавали истинный возраст этого человека. Хотя…
Сегодня, впервые в своей жизни я смотрела на него, как на мужчину. Как на того, чью внешность могла оценить со стороны, и только сейчас поняла, что мой папочка, в свои сорок два года, мог дать фору и во внешности и в стиле многим молодым парням.
Разглядев, наконец, кто стоит перед ним, мой родитель странно улыбнулся, а в его серо-зелёных глазах появился неподдельный интерес. Но мне отчего–то стало жизненно необходимо, чтобы ребята не узнали, какие отношения связывают меня с ним. Почему? Сразу так и не отвечу. Наверно, это чистая интуиция, а значит, причины на то есть, а я просто пока не все их определила.
- Добрый день, Толик, - выпалила, решив сразу пояснить ему правила игры. Но сделать это нужно было так, чтобы ребята подвоха не поняли. И если трое из группы были чем-то явно увлечены, то Тим, напротив, уставился на меня таким ошарашенным взглядом, что сильно покоробило мою уверенность в успехе мероприятия. – Могу я узнать, каким попутным ветром тебя занесло в наши скромные небогатые и неперспективные края?
На долю секунды папа обомлел. Он явно не ожидал подобного приёма, но тут же я заметила, как он довольно ухмыльнулся и одарил меня таким взглядом, из которого было понятно только то, что сейчас он мне подыграет, но… от объяснений я всё равно не отверчусь.
- Привет, - ответил он, поднимаясь с места и делая шаг на встречу. Остановившись прямо напротив, родитель внимательно посмотрел мне в глаза, видимо ожидая ответных действий, но так и не дождавшись, решил взять инициативу в свои руки. – Что, даже меня не обнимешь? Даже не поцелуешь? Да? – наиграно обиженно проговорил он.
- Ладно тебе! – довольно улыбнулась я, переплетая руки перед грудью. - Раньше наши приветствия всегда ограничивались сухими словами, а теперь тебя вдруг пропёрло на нежности? Соскучился, что ли?
В моих словах сквозила усмешка, и ни капли лжи, ведь мы на самом деле всегда здоровались именно так. Ни поцелуев тебе, ни объятий. Такой уж он человек, да и я была в этом на него очень похожа. Но то, что мы не демонстрировали свои истинные чувства такими наглядными моментами, ни капли не мешало нам быть близкими друг другу людьми. Ведь, несмотря ни на что, он был моим отцом, и я его искренне любила.
- Ринка! – воскликнул папа, мигом теряя всю свою мажорную надменность и подхватывая меня на руки. – Козявка моя, мелкая! Конечно же, я соскучился!
Он сжал меня в объятиях и закружил по студии, а я только и могла, что шокировано моргать, глядя в его светящиеся настоящим счастьем глаза. И когда, Толик всё ж вернул меня в вертикальное положение, сама обняла его так крепко, как всегда хотела.
- И я… - честно проговорила, упираясь лицом в его плечо. Почему-то сейчас, в объятиях собственного отца, мне стало так хорошо и спокойно, как будто я на самом деле была маленькой девочкой, которая свято верила, что её папа супергерой.
- Маленькая моя, ну что ты? Правда, соскучилась? Почему же тогда не приехала, когда я звал? – заботливым тоном спросил Толик, медленно поглаживая меня по спине.
- Ты же знаешь, что я не могла, - ответила, немного отстраняясь и заглядывая в его глаза, которые сейчас светились той неподдельной теплотой, на которую мог быть способен только он. – Работу же не бросишь, да и мама всегда сильно нервничает, когда меня нет в городе. Плюс, за машину нужно было кредит доплатить.
Он лишь фыркнул и покачал головой.
- Мы же оба знаем, что это отмазки, - заявил он, чуть более грубым голосом. – И к веским причинам можно отнести, разве что бзики Ларисы. Но ты же знаешь, что при умелом подходе и с ней можно справиться. Ты просто сама не хотела ко мне ехать.
Честно говоря, меня конкретно взбесил этот явный упрёк и, выпутавшись из его родных объятий, я тут же сделала пару шагов назад.
- Так значит? А сам ты даже не позвонил мне, когда приехал, - выдала, вмиг похолодевшим голосом. – Более того, я вообще совершенно случайно узнала, что ты в городе. Может, и вовсе, рассчитывал по возможности со мной не встречаться?
- Ты на самом деле так думаешь? – он смотрел мне прямо в глаза, стараясь разглядеть хоть что-то за их холодным блеском.
- А что я должна думать? – мозг медленно застилала то ли обида, то ли жажда покапризничать. - Мы с тобой почти год не виделись и, приехав в мой город, ты всеми силами стараешься меня избегать. Знаешь, дорогой мой, это наталкивает на определённые, не совсем приятные мысли.
В повисшей после этих слов тишине, я очень отчётливо расслышала, как чашка Лера опустилась на поверхность журнального столика, как Тим грозно сжал в руке алюминиевую банку из-под колы, а Сеня и вовсе рухнул на диван, рядом с парнями. И при всём при этом, почти физически ощущала на себе сосредоточенный взгляд четырёх пар удивлённых глаз, и только сам Толик, смотрел на меня с подозрением.
- Рина, у тебя всё хорошо? – спросил он вдруг, а потом, подошёл ближе, и, приобняв меня за талию, бесцеремонно повёл в сторону выхода. И лишь у самой двери соизволил обернуться к ошарашенным парням и добавить: - Если что, я на телефоне. Будут вопросы – звоните. А ещё лучше, изучите контракт, внесите свои дополнения и отправьте мне.
Как только мы оказались за закрытыми дверьми коридора, папа одарил меня насмешливым взглядом и явно хотел высказать всё, что думает о произошедшем, но я его перебила.
- Давай поговорим не здесь, дорогой мой Толик. Поехали ко мне, там и спокойно и никто не помешает. Посмотришь, заодно, как я переделала твой подарок. А то давненько ты в гости не заглядывал.
- Толь! – раздался знакомый голос Тима за спиной. – Ты ключи забыл,- сказал тот, протягивая их моему папочке, и судя по его тщательно скрываемой злости, этот напыщенный блондин прекрасно слышал, куда мы собираемся ехать.
Нетрудно догадаться, что извращённый ум Тимура быстро подкинул ему самый правдоподобный вариант того, зачем я зову Толика к себе. Да и вообще, какие между нами отношения. Ведь не далее, как вчера, мне довольно доходчиво объяснили, к какой категории девушек я отношусь. А тут, на тебе, явное подтверждение его слов, на блюдечке с голубой каемочкой. А если он ещё и понял, что подарок Толика – это квартира, то всё… Моё падение в глазах Тима станет полным и безвозвратным. И ему будет откровенно плевать, что на самом деле, всё совсем иначе.
- Спасибо, Тимур, - ответил папочка, принимая ключи. – А то пришлось бы сейчас за ними подниматься, - а потом повернулся ко мне и спросил, хитро прищурившись: - Надеюсь, у тебя лифт исправен? Потому что на шестнадцатый этаж я просто не доползу!
- Что, старый стал? – усмехнулась я. – Возраст… Понимаю. Песочек сыплется и всё такое, да и вообще, Толик, старость медленно наступает тебе на пятки.
- Рина, не могла бы ты не трогать мой возраст? – очень вежливо спросил папочка, а в голосе проскользнул такой угрожающий холод, что я быстро поняла свою оплошность. Пришлось мигом замаливать грехи.
- Нет, что ты, я-то тебя любого любить буду, и с морщинами и без, - пообещала я, обнимая его ещё сильнее. – Ты ж у меня самый лучший и навсегда таковым останешься.
Привстав на носочках, очень целомудренно, но с нотками кокетства, чмокнула его в щёку, вызвав при этом довольную улыбку на его идеально выбритом лице.
А вот Тим… Его реакция была совсем другой. Мне даже на долю секунды показалось, что сейчас он не сдержится и вмажет или мне, или самому Толику. Отчего-то, этого блондина почти безумно бесило происходящее, и что-то мне подсказывало – это всё не просто так.
В общем, скрипя зубами, Тимур всё же нашёл в себе силы и сдержаться, и промолчать, и даже мило улыбнулся Толику на прощанье. Да только когда мы уже почти прошли половину лестницы, со стороны пятого этажа послышался какой-то жуткий грохот, и я ни капли не сомневалась, чьи именно нервы в этот момент вымещались на стенах. Хотя, причин для подобных эмоций у него не было… Не должно было быть!
- И это мне тоже объясни, пожалуйста, дорогая дочурка, - тихо проговорил папа, многозначительно подняв глаза наверх. – Мне очень интересно как тебя занесло в «ОК» и то, почему Тимур теперь смотрит на меня, как на врага народа.
Я лишь подняла на него измученный взгляд, очень явно намекая, что говорить на эту тему совсем не хочу, но… как и следовало ожидать, в покое меня Толик не оставил. И всю дорогу до дома приставал со странными вопросами, буквально вынуждая рассказать ему всё по порядку. Но я пока не знала, о чём ему можно говорить, а о чём лучше пока промолчать. А он просто не давал мне времени на спокойные чёткие раздумья.
Пребывая в отличном расположении духа, папа отправил своего водителя отдыхать, отдав тому указание ехать на пляж и развлекаться. Но сказано это было с таким грозным выражением на смеющемся лице, что парень сразу понял – у босса замечательное настроение. Меня же он одарил коротким оценивающим взглядом, но сообразив, что я за ним наблюдаю, тут же поспешил отвернуться. Таким образом, мой дорогой папочка целиком и полностью решил посвятить сегодняшний день мне, что, честно говоря, очень радовало.
- Итак, Рина, мне просто до жути любопытно, как ты попала в группу к этим ребятам, и почему ни Тимур, ни Валера не посчитали нужным мне об этом сообщить, - спросил Толик, устав ждать, что я всё расскажу сама.
- Если что, папочка, у нас с тобой разные фамилии, и я стараюсь не распространяться направо и налево о том, кто мой отец. Думаю, ты прекрасно понимаешь, что это только добавит мне проблем и на работе, и в группе, да и в личной жизни. Поверь, даже того, что многим известно, что мы с Артурчиком вроде как родственники, существенно меняет отношение ко мне людей. Ведь для владеющих такой информацией я автоматически превращаюсь из простой девушки со своеобразным внутренним миром, в возможность улучшить чьё-то материальное положение. А в этом приятного мало.
