- И так, - заключил командир Фаэн, - у нас теперь появилась задача, которой должны заняться все, кто имеет отношение к проблеме нарушения Космического Кодекса чавинцами. А это... – он зорко оглядел присутствующих.
- Археологи и историки готовы, - поднял руку профессор Вотэн. – Мы приложим все силы, чтобы восстановить истинную картину нарушений.
– Согласен! - поднял руку профессор Лаонэл Ютуни. – Не может быть, чтобы не осталось никаких уличающих чавинцев артефактов. Мы сегодня вспомнили уже немало фактов. Теперь осталось их проверить, подтвердить и систематизировать.
- Астрофизики, само собой, тоже готовы к восстановлению законности, - кивнул профессор Конэл. – Будем изучать близлежащие космические объекты. У них где-то тут обязательно должна быть база. Действующая или законсервированная. И, внутреннее чутье мне подсказывает, что это Марс. Он наиболее удобен и близок к Земле.
- Думаю, наша помощь также пригодится, - сказал политолог доктор Фонэл Зануни. – Надо выяснить, не отыщется ли влияния космических пришельцев-перевёртышей в глобальных политических процессах? Мне тоже что-то подсказывает, что сумасшедшая тяга к военным игрушкам возникла в последнее время на Земле неспроста. Кому-то на руку военная неразбериха, в которой исчезает население целых городов. С чего бы это у землян появилась ядерная бомба, если мы им такой технологии не давали? И мировые войны никому не были нужны, в том числе и землянам, а произошли. Да ещё и с применением атомного оружия. Причём – именно в наше отсутствие. Как бы после нашего отлёта тут не замутилось новое противостояние, в котором исчезнут остальные земляне. Превратившись в космических рабов.
- М-да, чувствую, наша экспедиция на этот раз затянется, - почесал в затылке командир Фаэн. – Не пришлось бы вызывать дополнительный грузовой корабль. К тому же, всё же, необходимо присутствие здесь специально обученных наблюдателей из СКиК - Служб Контроля за исполнением Кодекса. Ну, это уж, как говорится, технические тонкости. Главное – поймать за руку этих негодяев. Или что там у них – лапы, щупальца, ласты?
- У меня предложение! – сказала профессор биологии Паэла Биуни. – На мой взгляд, те... люди, ольмеки, которые родились и выросли в условиях колоний, излучениях и биологических факторах, должны заметно отличаться от землян. Не внешне, конечно, но по своим биологическим показателям. А особенно – по ауре. У нас есть прибор, который на расстоянии может считывать любые аномалии и отклонения, не совпадающие с параметрами и психотипом изучаемого организма. В общем – мы можем попробовать вычислить агентов чавинцев.
- Отлично! – воскликнул командир Фаэн. – Дополнительные моменты решим по ходу дела. И надо подумать – как и кто эти приборы пронесёт в нужное место. Явно это будет не такой головоногий моллюск, как мы с вами, уважаемая Паэла, - рассмеялся он. – На иммологов у нас и так сейчас слишком большая нагрузка, им пока лишь дадим задание – понаблюдать за публикой в высших эшелонах власти. Жаль, в своё время мы также не выкрали сотню-другую индейцев - инков или майя, - пошутил он. - Сейчас бы они нам очень пригодились. В общем – фронт работ всем ясен? Есть над чем подумать.
На этом считаю нашу конференцию закрытой. Хотя и не законченной. Прошу теперь разойтись по вашим секциям, уважаемые. И обсудить план ваших мероприятий на ближайшее время.
5. Глаз тайфуна
Стажёры выплыли из зала взволнованные. Мимо них торопливо проплыл профессор Донэл со с коллегами по секции. Он шутливо погрозил Лане:
- Опять твои шуточки, глаз тайфуна, а?! Зарекался же связываться с тобой, глаз тайфуна, так нет же! Как я мог отказать, взять в экспедицию, когда смотрят такими милыми синими глазами? Глазами тайфуна.
Лана смущённо развела руками. Мол, не виновата я, так уж космические карты легли.
- А может это досточтимый профессор Конэл – глаз тайфуна? – не удержавшись, влез с замечанием Сэмэл.
- Но-но! – воскликнула проходившая эколог Бониэла. – Молодёжь! Будьте почтительней!
- Извиняюсь, досточтимая профессор Бониэла! Я очень почтителен! У нас с профессором Донэлом это звание – глаз тайфуна – выдаётся только лучшим! Пока его удостоились всего двое.
– Странное звание! – пожала плечами Бониэла, проплывая мимо.
Танита, как всегда, сердито ткнула его в бок.
- Ну, Танита! Что ты меня тычешь? – воскликнул Сэмэл, почёсываясь. – У меня там уже дырка!
- У тебя везде дырка! Особенно в голове! – хихикнула та. – Хорошо б она ещё образовалась и на месте языка.
- О, нет! Только не это! Язык – это моё средство познания пищи! А я её сейчас ужасно хочу познать! Айда скорее в кафе! У меня такие новости вызывают жуткий аппетит! Шутка ли – экспансия инопланетян! Мы не дадим уничтожить землян! Они мне стали, как родные! Особенно после того, как я провёл с ними уже не одно заседание о спасении Земли - в образе иммологов, пока. Их уничтожают чавинцы уже тысячи лет!
- Не уничтожают, а порабощают! – поправила его Танита.
- Уничтожают! Потому что это уже не земляне, а гаруна какая-то – действовать с чужими против своих! Да и гаруна на такое не способна.
- У меня другое ощущение, - задумчиво проговорила Лана. – Что чавинцы никому не причиняли зла!
- Ну, ты, как всегда у нас - с особым мнением! – отмахнулся Сэмэл. – Они нарушают все пункты ЗоНа! Тебе мало? Что они ещё должны сделать, чтобы ты не считала их добрыми?
- Нам надо сначала встретиться с ними и обсудить этот вопрос. Чтобы не стало хуже.
- Ха! Какая ты умная! Сначала их надо найти! – фыркнул Сэмэл. - И не факт, что они склонны к беседам с нами, иначе б не прятались.
- А я тебе говорю – мы встретимся!
- Что, опять без нас провела Короткий Взгляд? Зачем тогда вопросы об инках на заседании задаёшь?
- Я тогда ещё не знала о них…
Споря, они добрались до площадки с транспортом и влезли в кабинку. Рядом весело взлетали множество кабинок, из которых тоже слышались оживлённые споры. Вскоре друзья оказались в зоне отдыха, где располагалось несколько кафе с разной кухней.
- Чур, мы идём туда, где есть коктейли...
- С сельдереем! – договорил за неё Сэмэл. – Дорогуша, умерь свой аппетит, а то ты скоро от него позеленеешь, как гаруна! И я буду тебя бояться!
- Не бойся! Я буду зелёная, но добрая! Я всегда добрею, когда мне дают коктейль с...
- Сельдереем! – хором договорили Лана с Сэмэлом и рассмеялись.
Усевшись за столик, они нажали на панели заказа кнопки с нужными блюдами, которые тут же появились из центра стола.
- Лана, объясни, откуда у тебя возникло особое мнение насчёт чавинцев? – не отставал от неё Сэмэл. - Это не из желания выглядеть оригинальной, надеюсь? – спросил он, уплетая питательный салат из земных фруктов.
- Не знаю, как тебе сказать...
- И мне, и мне сказать! – хихикнула Танита. Коктейль из сельдерея явно поднял ей настроение. – Мне тоже интересно.
- Я представила себя на месте... чавинцев. И мне показалось, что то, что они делали, было направлено на добро. На помощь…
- Опа! Это добро, что ли – заставлять работать на себя, похищать, опустошать города, менять судьбы целого народа? – возмутился Сэмэл.
- Нет, ты не торопись! – подняла руку Лана. – Давай сначала подумаем. Вспомни, хотя бы, о тибетцах, которые строили взаимоотношения с другими государствами только на основе любви и добра. Что с ними случилось? Оккупация Китаем, геноцид, превращение целой страны в резервацию, не имеющую права на собственный Путь, на продолжение своих Духовных традиций.
- Зато их бывший король и лидер – Далай-лама ХIV Тэнцзин Гьямцхо – будучи в изгнании, понёс теперь в мир древнейшие знания и Духовность этого народа – о сострадании и тибетском буддизме, - возразил Сэмэл. - Ведь до этих грустных событий это учение было закрытым и практически тайным – из-за природной обособленности этой горной страны. Я заглянул в информационное поле Земли – Тэнцзин Гьямцхо написал множество книг, переведённых на все языки мира, обрёл немало последователей, сам посетил множество стран, уча и разъясняя Путь к БВЛ, даря любовь и доброту.
- Но какой ценой? – просмотрев эту информацию, отозвалась Лана. - Лама не раз мог погибнуть. А этот уникальный народ теперь несвободен!
- Что такое материальная несвобода для Духовно свободной личности? – пожал плечами Сэмэл. – Зато они на деле доказали свою стойкость и преданность своему Пути.
- Пусть будет так. Но традиции и достижения тибетского народа - как и племени инков - могли быть приумножены, если бы не внедрились захватчики. У меня такое ощущение, что, вывезя высокоразвитые племена с Земли, чавинцы их просто спасли. Иначе с ними произошло бы то же, что и с тибетцами. Или ещё хуже, учитывая воинственность прочих индейских племён.
- С чего ты всё это взяла? – удивилась Танита, даже отставив коктейль с сельдереем.
- Я чувствую это.
- Очень доказательно, - хмыкнула Танита.
- И, главное – научно, - заметил Сэмэл, приканчивая салат и берясь за хвалёный коктейль с сельдереем, который он пил только из солидарности с подругой. – Хотя, учитывая опыт Мари-Каны, где ты чего-то там прозрела с помощью интуиции, возможно, твоя версия не так уж безнадёжна.
- О, гляньте-ка! Профессор Конэл Тигуни здесь! – сказала Танита, указывая глазами на вплывшего и севшего за угловой столик астрофизика.
Он был, как всегда, один. Конэл, как выяснилось ещё в предыдущей экспедиции, был немного бирюковат. Он всё время о чём-то напряжённо думал, не обращая внимания на окружающее и окружающих. Удивительно, как он вообще не забывал о еде и сне? А может иногда и забывал.
Сэмэл поднялся и направился к нему. Девушки удивлённо наблюдали, как он о чём-то поговорил с астрофизиком и тот, поднявшись, вдруг направился с Сэмэлом к их столику. Подруги с недоумением ждали.
- Добрых вам мыслей и у дел! – пожелал профессор, присаживаясь на банкетку за их стол.
- И вам – гармонии и совершенства, досточтимый профессор! Добрых мыслей! – ответили девушки, с недоумением переглядываясь. Они, конечно, уважали прославленного учёного, но немного его побаивались.
- Я пригласил профессора сюда, что ты, Лана, поделилась с ним своими... ощущениями, - сказал Сэмэл. – Мне кажется, они стоят внимания.
Лана вдохнула, выдохнула и, сосредоточившись, кратко изложила профессору свои соображения. И о Тибете, и о необходимости спасать миролюбивые племена.
- Как хотите считайте! Но я поступила бы на месте чавинцев точно так же. Они сначала наблюдали за племенами, помогали им, делились своими знаниями. А потом приняли решение... изъять их с Земли. Этим самым они абсолютно не нарушили ход развития других, менее продвинутых племён и народностей. И позволили сохраниться и развиться ольмекам, майя, инкам и кто там ещё был. Возможно те, кого они спасли – потомки атлантов, но уже изменившиеся. Атлантов я ощущаю... очень далёкими. Их ум был невероятно развит. Урок гибели их цивилизации нанёс незаживающую рану и они перестали… совершенствоваться.
- Но как ты это определяешь? – удивлённо воскликнул астрофизик. – Я чувствую – ты, возможно, в чём-то права. Хотя и не вижу никаких оснований для этого, а тем более - реальных доказательств. Ситуация такова, что чавинцы, нарушив все возможные нравственные законы, изменили судьбы целых народов – майя, ольмеки, инки.
- Нет, досточтимый профессор, они не нарушали никаких нравственных законов, - решительно заявила Лана, всё же немного побаиваясь гнева Конэда, прославленного учёного. - Они нарушили только ЗоН. Но я бы на их месте поступила точно так же. Мы, иттяне, и всё наше Космическое Сообщество, слишком осторожны. И этим наносим немалый вред тем, кому могли бы помочь. Подход в каждой ситуации должен быть… дифференцированным, чутким, индивидуальным. А не всех – под один стандарт. Все существа и судьбы – разные. Как правильно сказали на заседании экологов – иттяне ведут только общее наблюдение за этой планетой и мало интересуются частными судьбами народов. Да и наши экспедиции, согласитесь, досточтимый профессор, посещают Землю слишком редко. Мы лишь констатируем уже случившееся и больше оберегаем собственную законопослушность, чем судьбу землян. Сколько их уже погибло? Сколько миролюбивых народов исчезло? А мы всё толкуем о БВЛ, - горько проговорила Лана. - Но мы ни разу всерьёз не вмешались. Теперь вот ещё и чавинцев хотим призвать к отвенту, наказать за инициативу. Да, люди боялись неизвестности и прятались в полдземные города от чавинцев. Но они были недостаточно информированы, чтобы понять их движущие мотивы, и слушались своих вождей, замкнутых, как и мы, в рамках своих Законов и представлений о благе. И я очень счастлива тем, что принята, наконец, эта поправка в ЗоН в отношении землян. Боюсь только, этого мало. Мы снова воспринимаем человечество единым, находящимся на одной ступени развития. А их несколько. И хорошо бы снять с верхней тех, кто, как тибетцы, отказавшись от оружия, не способен себя защитить.
- Вот это да! – восхищённо проговорил астрофизик Конэл. – Как ты их всех! И я полностью согласен с тобой! Но...как бы это сказать...
- Не решались это озвучить? Даже для себя? – кивнула Лана.
- Именно так! Я, обнаружив следы астро-визитёров, потому и затягивал с донесением этой информации другим. Где-то в глубине Души я даже был рад за ольмеков, майя и прочих, ушедших с Земли. Что их ждало здесь? И даже если б они сохранились до времён завоевания Америки конкистадорами, разве они бы их пощадили? Смерть и порабощение ждало их. И прозябание в резервациях. Культура майя, принявших конкистадоров за богов, погибла в кострах завоевателей, артефакты были расхищены, расплавлены и уничтожены. Куда уж до них чавинцам, делящимся с этими племенами своими знаниями! А те ольмеки и майя, что живут сейчас на других планетах, возможно, уже развились в прекрасные цивилизации. Я бы очень хотел это увидеть!
- Я тоже, - кивнула Лана.
- А что произошло с городом Теотиуакан, который сожгли? – спросил Сэмэл.
- Возможно, чавинцы уничтожили находящиеся там доказательства их присутствия, - сказала Лана. – Или же – доступ к знаниям, которые для землян были пока опасны. Да и сейчас опасны, судя по тому, как они применяют атомную реакцию.
- А те потомки, которые, может быть, проникли в вершины власти землян, - сказала Танита, - они хотят причинить им вред?
- Возможно – наоборот, благодаря им пока не случилась Третья Мировая война. И, надеюсь, нам это удастся когда-нибудь выяснить, - вздохнул профессор. Он с улыбкой взглянул на стажёров и сказал: - Спасибо, что поделились со мной своими мыслями. Я чувствовал, что в нашем подходе есть что-то… неправильное. Возможно, не без оснований. Думаю, при поиске чавинцев надо рассматривать два подхода: который сегодня прозвучал на заседании и ваш, стажёров. Необходимо озвучить эту версию Совету Космического Сообщества. Может быть, чавинцы скрываются от нас с благими целями.
- Вы считаете, Совет одобрит нас? – недоверчиво протянула Танита. – Я что-то сомневаюсь.
- Получается что мы – мы заговорщики? Бунтовщики? Такие же, как чавинцы? – обрадовался Сэмэл. – Как здорово!
- Не думаю, что это так уж здорово, - с сомнением проговорил профессор. – Вы хоть знаете, каковы будут последствия, если наша версия не подтвердится? Вас навсегда отстранят ото всех исследовательских программ и участия в межзвёздных экспедициях.
- Археологи и историки готовы, - поднял руку профессор Вотэн. – Мы приложим все силы, чтобы восстановить истинную картину нарушений.
– Согласен! - поднял руку профессор Лаонэл Ютуни. – Не может быть, чтобы не осталось никаких уличающих чавинцев артефактов. Мы сегодня вспомнили уже немало фактов. Теперь осталось их проверить, подтвердить и систематизировать.
- Астрофизики, само собой, тоже готовы к восстановлению законности, - кивнул профессор Конэл. – Будем изучать близлежащие космические объекты. У них где-то тут обязательно должна быть база. Действующая или законсервированная. И, внутреннее чутье мне подсказывает, что это Марс. Он наиболее удобен и близок к Земле.
- Думаю, наша помощь также пригодится, - сказал политолог доктор Фонэл Зануни. – Надо выяснить, не отыщется ли влияния космических пришельцев-перевёртышей в глобальных политических процессах? Мне тоже что-то подсказывает, что сумасшедшая тяга к военным игрушкам возникла в последнее время на Земле неспроста. Кому-то на руку военная неразбериха, в которой исчезает население целых городов. С чего бы это у землян появилась ядерная бомба, если мы им такой технологии не давали? И мировые войны никому не были нужны, в том числе и землянам, а произошли. Да ещё и с применением атомного оружия. Причём – именно в наше отсутствие. Как бы после нашего отлёта тут не замутилось новое противостояние, в котором исчезнут остальные земляне. Превратившись в космических рабов.
- М-да, чувствую, наша экспедиция на этот раз затянется, - почесал в затылке командир Фаэн. – Не пришлось бы вызывать дополнительный грузовой корабль. К тому же, всё же, необходимо присутствие здесь специально обученных наблюдателей из СКиК - Служб Контроля за исполнением Кодекса. Ну, это уж, как говорится, технические тонкости. Главное – поймать за руку этих негодяев. Или что там у них – лапы, щупальца, ласты?
- У меня предложение! – сказала профессор биологии Паэла Биуни. – На мой взгляд, те... люди, ольмеки, которые родились и выросли в условиях колоний, излучениях и биологических факторах, должны заметно отличаться от землян. Не внешне, конечно, но по своим биологическим показателям. А особенно – по ауре. У нас есть прибор, который на расстоянии может считывать любые аномалии и отклонения, не совпадающие с параметрами и психотипом изучаемого организма. В общем – мы можем попробовать вычислить агентов чавинцев.
- Отлично! – воскликнул командир Фаэн. – Дополнительные моменты решим по ходу дела. И надо подумать – как и кто эти приборы пронесёт в нужное место. Явно это будет не такой головоногий моллюск, как мы с вами, уважаемая Паэла, - рассмеялся он. – На иммологов у нас и так сейчас слишком большая нагрузка, им пока лишь дадим задание – понаблюдать за публикой в высших эшелонах власти. Жаль, в своё время мы также не выкрали сотню-другую индейцев - инков или майя, - пошутил он. - Сейчас бы они нам очень пригодились. В общем – фронт работ всем ясен? Есть над чем подумать.
На этом считаю нашу конференцию закрытой. Хотя и не законченной. Прошу теперь разойтись по вашим секциям, уважаемые. И обсудить план ваших мероприятий на ближайшее время.
5. Глаз тайфуна
Стажёры выплыли из зала взволнованные. Мимо них торопливо проплыл профессор Донэл со с коллегами по секции. Он шутливо погрозил Лане:
- Опять твои шуточки, глаз тайфуна, а?! Зарекался же связываться с тобой, глаз тайфуна, так нет же! Как я мог отказать, взять в экспедицию, когда смотрят такими милыми синими глазами? Глазами тайфуна.
Лана смущённо развела руками. Мол, не виновата я, так уж космические карты легли.
- А может это досточтимый профессор Конэл – глаз тайфуна? – не удержавшись, влез с замечанием Сэмэл.
- Но-но! – воскликнула проходившая эколог Бониэла. – Молодёжь! Будьте почтительней!
- Извиняюсь, досточтимая профессор Бониэла! Я очень почтителен! У нас с профессором Донэлом это звание – глаз тайфуна – выдаётся только лучшим! Пока его удостоились всего двое.
– Странное звание! – пожала плечами Бониэла, проплывая мимо.
Танита, как всегда, сердито ткнула его в бок.
- Ну, Танита! Что ты меня тычешь? – воскликнул Сэмэл, почёсываясь. – У меня там уже дырка!
- У тебя везде дырка! Особенно в голове! – хихикнула та. – Хорошо б она ещё образовалась и на месте языка.
- О, нет! Только не это! Язык – это моё средство познания пищи! А я её сейчас ужасно хочу познать! Айда скорее в кафе! У меня такие новости вызывают жуткий аппетит! Шутка ли – экспансия инопланетян! Мы не дадим уничтожить землян! Они мне стали, как родные! Особенно после того, как я провёл с ними уже не одно заседание о спасении Земли - в образе иммологов, пока. Их уничтожают чавинцы уже тысячи лет!
- Не уничтожают, а порабощают! – поправила его Танита.
- Уничтожают! Потому что это уже не земляне, а гаруна какая-то – действовать с чужими против своих! Да и гаруна на такое не способна.
- У меня другое ощущение, - задумчиво проговорила Лана. – Что чавинцы никому не причиняли зла!
- Ну, ты, как всегда у нас - с особым мнением! – отмахнулся Сэмэл. – Они нарушают все пункты ЗоНа! Тебе мало? Что они ещё должны сделать, чтобы ты не считала их добрыми?
- Нам надо сначала встретиться с ними и обсудить этот вопрос. Чтобы не стало хуже.
- Ха! Какая ты умная! Сначала их надо найти! – фыркнул Сэмэл. - И не факт, что они склонны к беседам с нами, иначе б не прятались.
- А я тебе говорю – мы встретимся!
- Что, опять без нас провела Короткий Взгляд? Зачем тогда вопросы об инках на заседании задаёшь?
- Я тогда ещё не знала о них…
Споря, они добрались до площадки с транспортом и влезли в кабинку. Рядом весело взлетали множество кабинок, из которых тоже слышались оживлённые споры. Вскоре друзья оказались в зоне отдыха, где располагалось несколько кафе с разной кухней.
- Чур, мы идём туда, где есть коктейли...
- С сельдереем! – договорил за неё Сэмэл. – Дорогуша, умерь свой аппетит, а то ты скоро от него позеленеешь, как гаруна! И я буду тебя бояться!
- Не бойся! Я буду зелёная, но добрая! Я всегда добрею, когда мне дают коктейль с...
- Сельдереем! – хором договорили Лана с Сэмэлом и рассмеялись.
Усевшись за столик, они нажали на панели заказа кнопки с нужными блюдами, которые тут же появились из центра стола.
- Лана, объясни, откуда у тебя возникло особое мнение насчёт чавинцев? – не отставал от неё Сэмэл. - Это не из желания выглядеть оригинальной, надеюсь? – спросил он, уплетая питательный салат из земных фруктов.
- Не знаю, как тебе сказать...
- И мне, и мне сказать! – хихикнула Танита. Коктейль из сельдерея явно поднял ей настроение. – Мне тоже интересно.
- Я представила себя на месте... чавинцев. И мне показалось, что то, что они делали, было направлено на добро. На помощь…
- Опа! Это добро, что ли – заставлять работать на себя, похищать, опустошать города, менять судьбы целого народа? – возмутился Сэмэл.
- Нет, ты не торопись! – подняла руку Лана. – Давай сначала подумаем. Вспомни, хотя бы, о тибетцах, которые строили взаимоотношения с другими государствами только на основе любви и добра. Что с ними случилось? Оккупация Китаем, геноцид, превращение целой страны в резервацию, не имеющую права на собственный Путь, на продолжение своих Духовных традиций.
- Зато их бывший король и лидер – Далай-лама ХIV Тэнцзин Гьямцхо – будучи в изгнании, понёс теперь в мир древнейшие знания и Духовность этого народа – о сострадании и тибетском буддизме, - возразил Сэмэл. - Ведь до этих грустных событий это учение было закрытым и практически тайным – из-за природной обособленности этой горной страны. Я заглянул в информационное поле Земли – Тэнцзин Гьямцхо написал множество книг, переведённых на все языки мира, обрёл немало последователей, сам посетил множество стран, уча и разъясняя Путь к БВЛ, даря любовь и доброту.
- Но какой ценой? – просмотрев эту информацию, отозвалась Лана. - Лама не раз мог погибнуть. А этот уникальный народ теперь несвободен!
- Что такое материальная несвобода для Духовно свободной личности? – пожал плечами Сэмэл. – Зато они на деле доказали свою стойкость и преданность своему Пути.
- Пусть будет так. Но традиции и достижения тибетского народа - как и племени инков - могли быть приумножены, если бы не внедрились захватчики. У меня такое ощущение, что, вывезя высокоразвитые племена с Земли, чавинцы их просто спасли. Иначе с ними произошло бы то же, что и с тибетцами. Или ещё хуже, учитывая воинственность прочих индейских племён.
- С чего ты всё это взяла? – удивилась Танита, даже отставив коктейль с сельдереем.
- Я чувствую это.
- Очень доказательно, - хмыкнула Танита.
- И, главное – научно, - заметил Сэмэл, приканчивая салат и берясь за хвалёный коктейль с сельдереем, который он пил только из солидарности с подругой. – Хотя, учитывая опыт Мари-Каны, где ты чего-то там прозрела с помощью интуиции, возможно, твоя версия не так уж безнадёжна.
- О, гляньте-ка! Профессор Конэл Тигуни здесь! – сказала Танита, указывая глазами на вплывшего и севшего за угловой столик астрофизика.
Он был, как всегда, один. Конэл, как выяснилось ещё в предыдущей экспедиции, был немного бирюковат. Он всё время о чём-то напряжённо думал, не обращая внимания на окружающее и окружающих. Удивительно, как он вообще не забывал о еде и сне? А может иногда и забывал.
Сэмэл поднялся и направился к нему. Девушки удивлённо наблюдали, как он о чём-то поговорил с астрофизиком и тот, поднявшись, вдруг направился с Сэмэлом к их столику. Подруги с недоумением ждали.
- Добрых вам мыслей и у дел! – пожелал профессор, присаживаясь на банкетку за их стол.
- И вам – гармонии и совершенства, досточтимый профессор! Добрых мыслей! – ответили девушки, с недоумением переглядываясь. Они, конечно, уважали прославленного учёного, но немного его побаивались.
- Я пригласил профессора сюда, что ты, Лана, поделилась с ним своими... ощущениями, - сказал Сэмэл. – Мне кажется, они стоят внимания.
Лана вдохнула, выдохнула и, сосредоточившись, кратко изложила профессору свои соображения. И о Тибете, и о необходимости спасать миролюбивые племена.
- Как хотите считайте! Но я поступила бы на месте чавинцев точно так же. Они сначала наблюдали за племенами, помогали им, делились своими знаниями. А потом приняли решение... изъять их с Земли. Этим самым они абсолютно не нарушили ход развития других, менее продвинутых племён и народностей. И позволили сохраниться и развиться ольмекам, майя, инкам и кто там ещё был. Возможно те, кого они спасли – потомки атлантов, но уже изменившиеся. Атлантов я ощущаю... очень далёкими. Их ум был невероятно развит. Урок гибели их цивилизации нанёс незаживающую рану и они перестали… совершенствоваться.
- Но как ты это определяешь? – удивлённо воскликнул астрофизик. – Я чувствую – ты, возможно, в чём-то права. Хотя и не вижу никаких оснований для этого, а тем более - реальных доказательств. Ситуация такова, что чавинцы, нарушив все возможные нравственные законы, изменили судьбы целых народов – майя, ольмеки, инки.
- Нет, досточтимый профессор, они не нарушали никаких нравственных законов, - решительно заявила Лана, всё же немного побаиваясь гнева Конэда, прославленного учёного. - Они нарушили только ЗоН. Но я бы на их месте поступила точно так же. Мы, иттяне, и всё наше Космическое Сообщество, слишком осторожны. И этим наносим немалый вред тем, кому могли бы помочь. Подход в каждой ситуации должен быть… дифференцированным, чутким, индивидуальным. А не всех – под один стандарт. Все существа и судьбы – разные. Как правильно сказали на заседании экологов – иттяне ведут только общее наблюдение за этой планетой и мало интересуются частными судьбами народов. Да и наши экспедиции, согласитесь, досточтимый профессор, посещают Землю слишком редко. Мы лишь констатируем уже случившееся и больше оберегаем собственную законопослушность, чем судьбу землян. Сколько их уже погибло? Сколько миролюбивых народов исчезло? А мы всё толкуем о БВЛ, - горько проговорила Лана. - Но мы ни разу всерьёз не вмешались. Теперь вот ещё и чавинцев хотим призвать к отвенту, наказать за инициативу. Да, люди боялись неизвестности и прятались в полдземные города от чавинцев. Но они были недостаточно информированы, чтобы понять их движущие мотивы, и слушались своих вождей, замкнутых, как и мы, в рамках своих Законов и представлений о благе. И я очень счастлива тем, что принята, наконец, эта поправка в ЗоН в отношении землян. Боюсь только, этого мало. Мы снова воспринимаем человечество единым, находящимся на одной ступени развития. А их несколько. И хорошо бы снять с верхней тех, кто, как тибетцы, отказавшись от оружия, не способен себя защитить.
- Вот это да! – восхищённо проговорил астрофизик Конэл. – Как ты их всех! И я полностью согласен с тобой! Но...как бы это сказать...
- Не решались это озвучить? Даже для себя? – кивнула Лана.
- Именно так! Я, обнаружив следы астро-визитёров, потому и затягивал с донесением этой информации другим. Где-то в глубине Души я даже был рад за ольмеков, майя и прочих, ушедших с Земли. Что их ждало здесь? И даже если б они сохранились до времён завоевания Америки конкистадорами, разве они бы их пощадили? Смерть и порабощение ждало их. И прозябание в резервациях. Культура майя, принявших конкистадоров за богов, погибла в кострах завоевателей, артефакты были расхищены, расплавлены и уничтожены. Куда уж до них чавинцам, делящимся с этими племенами своими знаниями! А те ольмеки и майя, что живут сейчас на других планетах, возможно, уже развились в прекрасные цивилизации. Я бы очень хотел это увидеть!
- Я тоже, - кивнула Лана.
- А что произошло с городом Теотиуакан, который сожгли? – спросил Сэмэл.
- Возможно, чавинцы уничтожили находящиеся там доказательства их присутствия, - сказала Лана. – Или же – доступ к знаниям, которые для землян были пока опасны. Да и сейчас опасны, судя по тому, как они применяют атомную реакцию.
- А те потомки, которые, может быть, проникли в вершины власти землян, - сказала Танита, - они хотят причинить им вред?
- Возможно – наоборот, благодаря им пока не случилась Третья Мировая война. И, надеюсь, нам это удастся когда-нибудь выяснить, - вздохнул профессор. Он с улыбкой взглянул на стажёров и сказал: - Спасибо, что поделились со мной своими мыслями. Я чувствовал, что в нашем подходе есть что-то… неправильное. Возможно, не без оснований. Думаю, при поиске чавинцев надо рассматривать два подхода: который сегодня прозвучал на заседании и ваш, стажёров. Необходимо озвучить эту версию Совету Космического Сообщества. Может быть, чавинцы скрываются от нас с благими целями.
- Вы считаете, Совет одобрит нас? – недоверчиво протянула Танита. – Я что-то сомневаюсь.
- Получается что мы – мы заговорщики? Бунтовщики? Такие же, как чавинцы? – обрадовался Сэмэл. – Как здорово!
- Не думаю, что это так уж здорово, - с сомнением проговорил профессор. – Вы хоть знаете, каковы будут последствия, если наша версия не подтвердится? Вас навсегда отстранят ото всех исследовательских программ и участия в межзвёздных экспедициях.
