- А как иначе? Мы же задействованы в одном проекте. И между нами, для обмена информацией, установлен постоянный канал связи. Назовём по-другому: я в курсе событий. И я просто не мог не предложить свою помощь…
- Понятно. Большое спа… В общем, это отличное предложение, Марселло. И мы его принимаем. Ведь так? Нет возражений? – оглядел Донэл коллег.
- Конечно, - неохотно согласился археолог Вотэн. - Это хоть какой-то выход.
- Да-да, - закивали Бониэла и Занэна.- Теперь мы будем спокойны за криптита.
- Ничего себе! – шепнул Сэмэл подругам. – Иммолог учит уму-разуму профессоров!
- И он прав! – шепнула Лана. – Это отличная идея! Мы же не можем спуститься туда. И не хотим потерять последнего протейца!
- Но он же машина, - удивлённо заявила Танита. – Машины не указывают моллюскам, что им делать.
- Уверенна? – хмыкнул Сэмэл. – С сегодняшнего дня указывают. Это же само-регулирующаяся и само-совершенствующаяся машина. Секи разницу!
На том и порешили. Помощь иммолога приняли. Память Оуэну приказано было разблокировать. Лане, при поддержке неотлучных её друзей - куда ж без них, было велено вновь наладить с протейцем контакт.
Правда, профессор Донэл потом, на всякий случай, проконсультировался у кибер-техника Шаолэна – исправен ли данный механизм, столь неадекватно себя проявивший? На что тот ответил:
- Более чем. Он самый разумный – так и сказал «разумный» - среди иммологов. Возможно, это потому что он единственный из всех не модернизировал свои программы. И, очевидно, накопил некий опыт за пять-то тысяч земных лет. Конечно, в существующей практике работы с иммологами ещё не было случая, чтобы они проявляли инициативу в общении с Наблюдателями. Но, как известно, всё когда-нибудь бывает в первый раз. – тонко усмехнулся он. - Надо подумать – возможно, нужно реже проводить модернизацию земных иммологов. Это будет им на пользу.
Вот чудак! На пользу! Без приглашения лезть в окно и предлагать свои услуги, когда никто не просит это полезно? Хотя да, в данном случае так и случилось... Но всё равно, как предлагал Вотэн, надо бы ему предложить схемы иммолога Марселло проверить – не закоротило ли где нибудь. А он – на пользу. Хотя эти кибер-техники все слегка не в себе
- Ну, что ж. Надо готовиться. Сейчас иммолог, его зовут Марселло, спустится к тебе. Ты согласен, Оуэн, надеть подобный скафандр? Надеюсь, он не доставит тебе неудобств.
- Потерплю, - вздохнул спрут.
Что ни говори, теперь на душе у него полегчало. А то он совсем уж с белым светом попрощался. Теперь он будет в этих тоннелях не один, а вместе с непобедимым иммологом. И всё происходящее будут контролировать через Лану, поддерживающую связь, представители иттянской экспедиции. Если что… хоть отомстят за него.
Лана кому-то телепатически просигналила. И стала с интересом ожидать, что будет дальше.
Оуэн тоже ждал невесть чего. Неужели действительно платье из иммолога на него наденут? Это не больно? Главное – чтобы оно было прозрачное. А то свэмцы быстренько просекут, увидев на нём фалды и складки.
Тут к нему подплыла рыбка-попугай. Яркая, быстрая. Очень близко подплыла. Обычно попугаи очень пугливы. Миг, и рыбка будто растворилась в воде. Только по телу Оуэна будто тёплая волна прошла, но тут же его температура выровнялась. И он понял, что это и есть его иммолог-скафандр. Нормально, никаких фалд. Если даже он не ощутил внешних перемен - даже сенсоры щупалец были по-прежнему чувствительны, то свэмцы тем более не заметят.
Время встречи приближалось.
Лана, пожелав удачи, исчезла, оставив действующим контакт - он это чувствовал.
А Оуэн вернулся в свою пещеру на то место, где у него вчера состоялся разговор со свэмцем.
Что-то будет?
«Я не должен их… не любить. Каждое существо, созданное Творцом, даже мятежное, достойно уважения. И понимания. Что сделало их мятежными? Почему они так заблуждаются? Надеюсь, я скоро это пойму. И узнаю всю их историю. Но будет ли от этого кому-то польза?» - грустно думал Оуэн.
- Приветствую тебя, Оуэн! – услышал он вкрадчивый голос. - Ты готов?
- Да, - побелев от волнения, ответил спрут. – Надеюсь, моё путешествие не будет долгим.
- Почему тебя это волнует? Не ты ли хотел всё узнать об этих туннелях? Мы предоставим тебе такую возможность. И неважно, сколько это займёт времени, - проговорил тот. – Итак – оп-ля!
Кто-то будто волна подхватила его и, в мгновение ока, Оуэн оказался у той самой двери, где он был в прошлый раз. Рядом с ним были те самые гоминиды, будто вытканные из пара или тонких прядей некой субстанции, которых он ранее ощутил здесь. это были трое гигантов ростом около пяти метров. Даже он, феномен, Giant Octopus, не казался рядом с ними таким уж огромным.
- Ну что ж, пора знакомиться, - сказал один из них и спрут узнал его по голосу. – Я – Коэ. Это мои помощники – Тоэ и Шуа. Мы будем тебя сопровождать и отвечать на все твои вопросы.
- Кто вы и откуда? – спросил Оуэн, слегка дрожа. Он чувствовал от них веянье… некоего холода. Хотя это не было чувством понижения температуры. Это было… отсутствием тепла.
- О, это долгая история, - опять уклонился от ответа Коэ. – Наша планета погибла и мы не любим об этом вспоминать. Мы зовём себя юканцами, а нашу подземную страну – Юка. Сегодня мы тебе её покажем.
- Извиняюсь. Но там есть вода? – смутился он. - Я ведь морское животное.
- О, не волнуйся. Мы уже поместили тебя в капсулу, имеющую всё необходимое для твоего жизнеобеспечения. Взгляни. Она, как и мы, помещена на летающую платформу. – Оуэн опустил глаза и убедился, что находится в прозрачной капсуле с водой внутри, стоящей внутри полупрозрачного дискообразного аппарата. – Управляется мыслью, - пояснил Коэ. - Ты даже не устанешь, Оуэн, от этого путешествия вниз. Поехали!
Огромные ворота из блоков распахнулись и диск влетел туда. Он помчался далее под потолком огромного помещения, заполненного рядами техники. Вся она сияла начищенными деталями и была в отличном состоянии.
- Это технический вход, поэтому он имеет некоторые неудобства, - пояснил Коэ. – Обычные наши выходы на поверхность выглядят иначе. Они находятся в основном на полюсах, под водой - в глубоководных впадинах, и в труднодоступных горных местах. Здесь же всё просто. Но ты ещё, возможно, познакомишься с ними.
- Что это за техника? Как она работает? На каком топливе?
- О, это… впрочем, долго рассказывать. Позже узнаешь, если захочешь. Она использовалась нами в основном на поверхности и при прокладке тоннелей. Но сейчас пока законсервирована. До лучших времён.
- Чем - лучших?
- Позже узнаешь.
Их диск уже мчался с огромной скоростью по широким гладким тоннелям: вниз, вверх, вправо, влево, снова вверх. Если б не капсула, идеально регулирующая его положение в пространстве, Оуэна, наверное, стало бы мутить. Мимо иногда проносились или обгоняли их такие же диски. Но из-за стремительности движения Оуэн не мог разглядеть, кто в них находится.
- Куда мы летим? – спросил он, чтобы отвлечься от этой круговерти.
- В Юкае имеется два города: Атла и Олим. Они расположены ближе к центру Земли – под Тихим океаном и под Африкой. На противоположных сторонах земного шара - для равновесия и сбалансированности геомагнитного поля. Мы сейчас направляемся в Олим.
- Олимп? – удивился спрут
- Нет, Олим. Олимп придумали люди.
- А Атлу они называли Атлантидой?
- Возможно, - уклонился от ответа Коэ.- Люди любят присочинить.
- Атла действительно по какой-то причине погрузилась в море? И сегодня находится почти у самого ядра? Что же случилось? Материковые плиты раздвинулись?
- Я же говорю – люди слишком много сочиняют, - отмахнулся тот.
А двое попутчиков и бровью не повели. Или что там у них вместо них. Стояли неподвижно, и было очень похоже, что это охранники. Интересно – кого они охраняют? И, похоже, никто тут не собирался отвечать на вопросы Оуэна, хотя и обещали. Зачем же тогда ему организовали это путешествие к центру Земли? Не из любезности же?
- Мы приближаемся, Оуэн. Видишь впереди зарево? Это Олим.
И действительно – в конце просторного туннеля – может, метров ста в высоту и пятисот в ширину – разгоралось алое зарево. Миг – и они влетели… в некий мир с ярко-розовым потолком, уходящим на километры ввысь. И очень похожим на небосвод. Только без светила. Светился он сам. Внизу располагался настоящий город - с широкими проспектами и гигантскими кубическими зданиями, сооружёнными из чего-то похожего на разноцветное стекло. Юканцев нигде видно не было. Лишь беззвучно проносились над зданиями диски. В остальном город Олим казался безжизненным. Нигде не было ни травинки, ни деревца. Красиво, но как-то слишком… геометрично, что ли. Как будто это был только чертёж или макет города, который ещё предстояло построить и заселить.
- Необычный город, - протянул Оуэн, осматривая бесконечные проспекты и разноэтажные дома, над которыми они проносились. Парков и площадей в этом городе также не было.
- Да. Я говорил, что на Земле такие вряд ли будут, - гордо кивнул Коэ.
- Здесь всегда… день?
- Всегда. Мы не нуждаемся во сне, - ответил Коэ.
Ну, хоть что-то из него удалось выжать.
- Куда мы летим?
- Сейчас увидишь, - уклончиво проговорил Коэ. – Ты ведь бывший учёный?
- Да. Откуда вы знаете? – удивился спрут.
- Ты говорил об этом дельфину. Так что тебе у нас будет интересно.
- Мы посетим научное учреждение? – изумился спрут. Странные эти юкайцы – показывать свои научные достижения какому-то одинокому морскому анахорету. Зачем? Уж не думают ли они, что он скрывает некие научные секреты Протеи?
- О, да, - ответил Коэ и замолчал.
Их диск начал снижаться и вскоре опустился на крышу одного из зданий. В ней открылся люк и диск опустился вниз по шахте. Но вот он остановился, двери шахты распахнулись и капсула с Оуэном, перемещаемая с помощью пульта в руке то ли Тоэ, то ли Шуа, выплыла наружу. Они оказались в коридоре с бесконечными дверями. И они не были прозрачными.
- Что это за институт? – спросил Оуэн.
- Био-инженерии и генетики, - бросил в ответ Коэ, открывая одну из дверей.
Там их уже ждала группа юканцев
- Добро пожаловать, уважаемый коллега, - сказал, выйдя вперёд, один из них. – Очень рады вас видеть. Я – профессор Туа.
- А я – просто спрут, - пробормотал он, озираясь. Ему стало не по себе – от этих столов, стеллажей и медицинской аппаратуры на него повеяло ужасом.
- Где я? Почему меня привели сюда? – дрожа, спросил он, внутренне уже зная ответ. – Я – экспонат для изучения? На мне будут проводить медицинские опыты?
- Ну, что вы! – воскликнул Туа. – Мы просто обменяемся некоторой информацией. А вы подумаете – интересна ли она вам? Давайте перейдём в холл. Там и поговорим.
И вся толпа юкайцев, сопровождая капсулу с Оуэном, двинулась к стеклянным дверям, мгновенно разъехавшимся в стороны, через которые виднелось просторное помещение.
27. Альберт
- Это называется – вы пришли, а мы не ждали и мы растерялися! – насмешливо сказал Елисеев. Его глаза при этом, из-под прищура, мгновенно охватили всё вокруг – чисто. Альберт действительно был один. – Какими судьбами, Алик!
- Я – Альберт, - автоматически ответил тот, также мгновенно изучая – его позу, положение рук, взгляд. И расслабился – кажется, оружия при Елисееве не было. – Эта судьба называется - участок под дачу, - пояснил он, указывая рукой на новостройки позади. - Вот фазенду себе сооружаю. Мода нынче такая – если ты не лох, обязан иметь загородный дом. А вы как тут? Решили восстать из мёртвых, чтобы рыбку на пейзане порыбачить?
- Мёртвым рыбка без надобности, - усмехнулся Елисеев. – Короче, Алик, чего тебе надобно? Поговорить? Хотя, если б хотел настучать, то уже звонил бы во все колокола.
- А почему вы думаете, что я не позвонил? – прищурился Алик.
- Почему-то думаю. Ты не из тех, кто за родину готов на пулю нарываться?
- Да нет у вас ствола! - усмехнулся Альберт. - Был бы – уже б угрожали.
- Знаешь, хорошему спецу ствол не нужен. Достаточно корки хлеба. Короче, Алик! Я слушаю тебя. Говори!
- Вот прямо здесь?
- А ты хочешь за рюмкой чая? – хмыкнул Елисеев. И расслаблено махнул рукой: Да ладно, пойдём! Правда, не уверен, что чай здесь есть.
Из его руки, блеснув, рыбкой скользнула по воздуху некая металлическая штука.
- Я не… - начал фразу Альберт и замолчал.
Рыбка скользнула ему по шее и, обмякнув, он рухнул
Юрий, который всё это время стоял молча, едва сам не рухнул от удивления.
- Что вы наделали? – воскликнул он, бросаясь к лежащему. И убедился, что тот дышит.
Он обернулся к Елисееву и у него чуть не отвисла челюсть. Тот… плакал.
- Опять падучая накрыла! – слезливо стонал Елисеев. – Посмотри у него в кармане, там лекарство должно быть, - плаксиво бормотал он и шаркающей походкой поковылял к ним.
Какое ещё лекарство? В каком кармане может быть лекарство от такого коварного удара ниндзи? Не сошёл ли Елисеев с ума?
Но тут Юрий услышал шорох и, обернувшись, увидел разъяснение этой трагикомедии - от соседнего дома к ним направлялся высокий старик.
- Что случилось, Иван Николаевич? – встревоженно спросил он, подойдя и опершись о штакетник забора. – Может, скорую вызвать? Правда, она к нам не меньше часа добирается. Можно сто раз дуба дать, пока дождёшься.
- Не надо скорую, Степаныч! Лекарство у него всегда при себе, - расстроенным голосом ответил Елисеев, склоняясь над телом. Миг – и у него в руках уже некий флакончик. - Это мой племянник, бедолага. Может, знаешь его? Он тут дачу поблизости строит.
- Видел. А что с ним?
- Припадок у него, эпилепсией страдает, - пояснил Елисеев. - Помоги его в дом занести.
- Сейчас, - ответил Степаныч и открыл в заборе незаметную калиточку.
Они втроём внесли в дом расслабленного Альберта, положив его на старенький диванчик. Елисеев тут же втолкнул тому в рот таблетку из загадочного флакончика и, приподняв ему голову, напоил минералкой из бутылки.
Альберт с трудом открыл глаза.
- Где я?– сипло спросил он.
- У меня в доме. Лежи, лежи, племянничек! – приказал ему Елисеев и, сделав знак, вывел старика в сенцы. – Спасибо, Степаныч. Я к тебе после забегу. Вот беда-то! Приехал с другим племянником, сыном сестры, помочь ему по стройке. А теперь какая работа? Отлежаться бы надо после приступа.
- Вот и пусть отдыхает. Действительно – беда, - согласился Степаныч. – Нынче молодые слабже стариков стали. На вид – крепкий парень, а смотри ж ты! Ну, ладно, если что – обращайся, Иван Николаич, - кивнул он и вышел.
- Спасибо! - крикнул ему вслед Елисеев и вернулся в дом.
Альберт, похрапывая, спал на диване..
- Давай выйдем, - сказал Юрию Елисеев, кивнув на него. – Мы не знаем, действительно ли крепок его сон.
Они вышли, закрыв дверь на ключ, и сели за стол во дворе.
- Здесь нам всё видно, - пояснил Елисеев. – И никто нас не услышит.
- Что за лекарство вы ему дали? – угрюмо спросил Юрий.
- Элементарное снотворное. Пусть отдохнёт, - усмехнулся Елисеев. – А то больно прыток.
- Может, он действительно не замышлял плохого? Жаль, я не успел с читать его мысли. За вами не поспеешь, - криво ухмыльнулся он.
- Хочешь проверить, что он замышлял? – прищурился Елисеев. – Я – нет. К тому ж, я глянул – у него телефон разрядился. Вот и не позвонил никуда. А что он от нас хотел, мне неинтересно. А тебе? Доверяешь его разговорам?
- Понятно. Большое спа… В общем, это отличное предложение, Марселло. И мы его принимаем. Ведь так? Нет возражений? – оглядел Донэл коллег.
- Конечно, - неохотно согласился археолог Вотэн. - Это хоть какой-то выход.
- Да-да, - закивали Бониэла и Занэна.- Теперь мы будем спокойны за криптита.
- Ничего себе! – шепнул Сэмэл подругам. – Иммолог учит уму-разуму профессоров!
- И он прав! – шепнула Лана. – Это отличная идея! Мы же не можем спуститься туда. И не хотим потерять последнего протейца!
- Но он же машина, - удивлённо заявила Танита. – Машины не указывают моллюскам, что им делать.
- Уверенна? – хмыкнул Сэмэл. – С сегодняшнего дня указывают. Это же само-регулирующаяся и само-совершенствующаяся машина. Секи разницу!
На том и порешили. Помощь иммолога приняли. Память Оуэну приказано было разблокировать. Лане, при поддержке неотлучных её друзей - куда ж без них, было велено вновь наладить с протейцем контакт.
***
Правда, профессор Донэл потом, на всякий случай, проконсультировался у кибер-техника Шаолэна – исправен ли данный механизм, столь неадекватно себя проявивший? На что тот ответил:
- Более чем. Он самый разумный – так и сказал «разумный» - среди иммологов. Возможно, это потому что он единственный из всех не модернизировал свои программы. И, очевидно, накопил некий опыт за пять-то тысяч земных лет. Конечно, в существующей практике работы с иммологами ещё не было случая, чтобы они проявляли инициативу в общении с Наблюдателями. Но, как известно, всё когда-нибудь бывает в первый раз. – тонко усмехнулся он. - Надо подумать – возможно, нужно реже проводить модернизацию земных иммологов. Это будет им на пользу.
Вот чудак! На пользу! Без приглашения лезть в окно и предлагать свои услуги, когда никто не просит это полезно? Хотя да, в данном случае так и случилось... Но всё равно, как предлагал Вотэн, надо бы ему предложить схемы иммолога Марселло проверить – не закоротило ли где нибудь. А он – на пользу. Хотя эти кибер-техники все слегка не в себе
***
- Ну, что ж. Надо готовиться. Сейчас иммолог, его зовут Марселло, спустится к тебе. Ты согласен, Оуэн, надеть подобный скафандр? Надеюсь, он не доставит тебе неудобств.
- Потерплю, - вздохнул спрут.
Что ни говори, теперь на душе у него полегчало. А то он совсем уж с белым светом попрощался. Теперь он будет в этих тоннелях не один, а вместе с непобедимым иммологом. И всё происходящее будут контролировать через Лану, поддерживающую связь, представители иттянской экспедиции. Если что… хоть отомстят за него.
Лана кому-то телепатически просигналила. И стала с интересом ожидать, что будет дальше.
Оуэн тоже ждал невесть чего. Неужели действительно платье из иммолога на него наденут? Это не больно? Главное – чтобы оно было прозрачное. А то свэмцы быстренько просекут, увидев на нём фалды и складки.
Тут к нему подплыла рыбка-попугай. Яркая, быстрая. Очень близко подплыла. Обычно попугаи очень пугливы. Миг, и рыбка будто растворилась в воде. Только по телу Оуэна будто тёплая волна прошла, но тут же его температура выровнялась. И он понял, что это и есть его иммолог-скафандр. Нормально, никаких фалд. Если даже он не ощутил внешних перемен - даже сенсоры щупалец были по-прежнему чувствительны, то свэмцы тем более не заметят.
Время встречи приближалось.
Лана, пожелав удачи, исчезла, оставив действующим контакт - он это чувствовал.
А Оуэн вернулся в свою пещеру на то место, где у него вчера состоялся разговор со свэмцем.
Что-то будет?
«Я не должен их… не любить. Каждое существо, созданное Творцом, даже мятежное, достойно уважения. И понимания. Что сделало их мятежными? Почему они так заблуждаются? Надеюсь, я скоро это пойму. И узнаю всю их историю. Но будет ли от этого кому-то польза?» - грустно думал Оуэн.
Глава 21. Путешествие вниз
- Приветствую тебя, Оуэн! – услышал он вкрадчивый голос. - Ты готов?
- Да, - побелев от волнения, ответил спрут. – Надеюсь, моё путешествие не будет долгим.
- Почему тебя это волнует? Не ты ли хотел всё узнать об этих туннелях? Мы предоставим тебе такую возможность. И неважно, сколько это займёт времени, - проговорил тот. – Итак – оп-ля!
Кто-то будто волна подхватила его и, в мгновение ока, Оуэн оказался у той самой двери, где он был в прошлый раз. Рядом с ним были те самые гоминиды, будто вытканные из пара или тонких прядей некой субстанции, которых он ранее ощутил здесь. это были трое гигантов ростом около пяти метров. Даже он, феномен, Giant Octopus, не казался рядом с ними таким уж огромным.
- Ну что ж, пора знакомиться, - сказал один из них и спрут узнал его по голосу. – Я – Коэ. Это мои помощники – Тоэ и Шуа. Мы будем тебя сопровождать и отвечать на все твои вопросы.
- Кто вы и откуда? – спросил Оуэн, слегка дрожа. Он чувствовал от них веянье… некоего холода. Хотя это не было чувством понижения температуры. Это было… отсутствием тепла.
- О, это долгая история, - опять уклонился от ответа Коэ. – Наша планета погибла и мы не любим об этом вспоминать. Мы зовём себя юканцами, а нашу подземную страну – Юка. Сегодня мы тебе её покажем.
- Извиняюсь. Но там есть вода? – смутился он. - Я ведь морское животное.
- О, не волнуйся. Мы уже поместили тебя в капсулу, имеющую всё необходимое для твоего жизнеобеспечения. Взгляни. Она, как и мы, помещена на летающую платформу. – Оуэн опустил глаза и убедился, что находится в прозрачной капсуле с водой внутри, стоящей внутри полупрозрачного дискообразного аппарата. – Управляется мыслью, - пояснил Коэ. - Ты даже не устанешь, Оуэн, от этого путешествия вниз. Поехали!
Огромные ворота из блоков распахнулись и диск влетел туда. Он помчался далее под потолком огромного помещения, заполненного рядами техники. Вся она сияла начищенными деталями и была в отличном состоянии.
- Это технический вход, поэтому он имеет некоторые неудобства, - пояснил Коэ. – Обычные наши выходы на поверхность выглядят иначе. Они находятся в основном на полюсах, под водой - в глубоководных впадинах, и в труднодоступных горных местах. Здесь же всё просто. Но ты ещё, возможно, познакомишься с ними.
- Что это за техника? Как она работает? На каком топливе?
- О, это… впрочем, долго рассказывать. Позже узнаешь, если захочешь. Она использовалась нами в основном на поверхности и при прокладке тоннелей. Но сейчас пока законсервирована. До лучших времён.
- Чем - лучших?
- Позже узнаешь.
Их диск уже мчался с огромной скоростью по широким гладким тоннелям: вниз, вверх, вправо, влево, снова вверх. Если б не капсула, идеально регулирующая его положение в пространстве, Оуэна, наверное, стало бы мутить. Мимо иногда проносились или обгоняли их такие же диски. Но из-за стремительности движения Оуэн не мог разглядеть, кто в них находится.
- Куда мы летим? – спросил он, чтобы отвлечься от этой круговерти.
- В Юкае имеется два города: Атла и Олим. Они расположены ближе к центру Земли – под Тихим океаном и под Африкой. На противоположных сторонах земного шара - для равновесия и сбалансированности геомагнитного поля. Мы сейчас направляемся в Олим.
- Олимп? – удивился спрут
- Нет, Олим. Олимп придумали люди.
- А Атлу они называли Атлантидой?
- Возможно, - уклонился от ответа Коэ.- Люди любят присочинить.
- Атла действительно по какой-то причине погрузилась в море? И сегодня находится почти у самого ядра? Что же случилось? Материковые плиты раздвинулись?
- Я же говорю – люди слишком много сочиняют, - отмахнулся тот.
А двое попутчиков и бровью не повели. Или что там у них вместо них. Стояли неподвижно, и было очень похоже, что это охранники. Интересно – кого они охраняют? И, похоже, никто тут не собирался отвечать на вопросы Оуэна, хотя и обещали. Зачем же тогда ему организовали это путешествие к центру Земли? Не из любезности же?
- Мы приближаемся, Оуэн. Видишь впереди зарево? Это Олим.
И действительно – в конце просторного туннеля – может, метров ста в высоту и пятисот в ширину – разгоралось алое зарево. Миг – и они влетели… в некий мир с ярко-розовым потолком, уходящим на километры ввысь. И очень похожим на небосвод. Только без светила. Светился он сам. Внизу располагался настоящий город - с широкими проспектами и гигантскими кубическими зданиями, сооружёнными из чего-то похожего на разноцветное стекло. Юканцев нигде видно не было. Лишь беззвучно проносились над зданиями диски. В остальном город Олим казался безжизненным. Нигде не было ни травинки, ни деревца. Красиво, но как-то слишком… геометрично, что ли. Как будто это был только чертёж или макет города, который ещё предстояло построить и заселить.
- Необычный город, - протянул Оуэн, осматривая бесконечные проспекты и разноэтажные дома, над которыми они проносились. Парков и площадей в этом городе также не было.
- Да. Я говорил, что на Земле такие вряд ли будут, - гордо кивнул Коэ.
- Здесь всегда… день?
- Всегда. Мы не нуждаемся во сне, - ответил Коэ.
Ну, хоть что-то из него удалось выжать.
- Куда мы летим?
- Сейчас увидишь, - уклончиво проговорил Коэ. – Ты ведь бывший учёный?
- Да. Откуда вы знаете? – удивился спрут.
- Ты говорил об этом дельфину. Так что тебе у нас будет интересно.
- Мы посетим научное учреждение? – изумился спрут. Странные эти юкайцы – показывать свои научные достижения какому-то одинокому морскому анахорету. Зачем? Уж не думают ли они, что он скрывает некие научные секреты Протеи?
- О, да, - ответил Коэ и замолчал.
Их диск начал снижаться и вскоре опустился на крышу одного из зданий. В ней открылся люк и диск опустился вниз по шахте. Но вот он остановился, двери шахты распахнулись и капсула с Оуэном, перемещаемая с помощью пульта в руке то ли Тоэ, то ли Шуа, выплыла наружу. Они оказались в коридоре с бесконечными дверями. И они не были прозрачными.
- Что это за институт? – спросил Оуэн.
- Био-инженерии и генетики, - бросил в ответ Коэ, открывая одну из дверей.
Там их уже ждала группа юканцев
- Добро пожаловать, уважаемый коллега, - сказал, выйдя вперёд, один из них. – Очень рады вас видеть. Я – профессор Туа.
- А я – просто спрут, - пробормотал он, озираясь. Ему стало не по себе – от этих столов, стеллажей и медицинской аппаратуры на него повеяло ужасом.
- Где я? Почему меня привели сюда? – дрожа, спросил он, внутренне уже зная ответ. – Я – экспонат для изучения? На мне будут проводить медицинские опыты?
- Ну, что вы! – воскликнул Туа. – Мы просто обменяемся некоторой информацией. А вы подумаете – интересна ли она вам? Давайте перейдём в холл. Там и поговорим.
И вся толпа юкайцев, сопровождая капсулу с Оуэном, двинулась к стеклянным дверям, мгновенно разъехавшимся в стороны, через которые виднелось просторное помещение.
27. Альберт
- Это называется – вы пришли, а мы не ждали и мы растерялися! – насмешливо сказал Елисеев. Его глаза при этом, из-под прищура, мгновенно охватили всё вокруг – чисто. Альберт действительно был один. – Какими судьбами, Алик!
- Я – Альберт, - автоматически ответил тот, также мгновенно изучая – его позу, положение рук, взгляд. И расслабился – кажется, оружия при Елисееве не было. – Эта судьба называется - участок под дачу, - пояснил он, указывая рукой на новостройки позади. - Вот фазенду себе сооружаю. Мода нынче такая – если ты не лох, обязан иметь загородный дом. А вы как тут? Решили восстать из мёртвых, чтобы рыбку на пейзане порыбачить?
- Мёртвым рыбка без надобности, - усмехнулся Елисеев. – Короче, Алик, чего тебе надобно? Поговорить? Хотя, если б хотел настучать, то уже звонил бы во все колокола.
- А почему вы думаете, что я не позвонил? – прищурился Алик.
- Почему-то думаю. Ты не из тех, кто за родину готов на пулю нарываться?
- Да нет у вас ствола! - усмехнулся Альберт. - Был бы – уже б угрожали.
- Знаешь, хорошему спецу ствол не нужен. Достаточно корки хлеба. Короче, Алик! Я слушаю тебя. Говори!
- Вот прямо здесь?
- А ты хочешь за рюмкой чая? – хмыкнул Елисеев. И расслаблено махнул рукой: Да ладно, пойдём! Правда, не уверен, что чай здесь есть.
Из его руки, блеснув, рыбкой скользнула по воздуху некая металлическая штука.
- Я не… - начал фразу Альберт и замолчал.
Рыбка скользнула ему по шее и, обмякнув, он рухнул
Юрий, который всё это время стоял молча, едва сам не рухнул от удивления.
- Что вы наделали? – воскликнул он, бросаясь к лежащему. И убедился, что тот дышит.
Он обернулся к Елисееву и у него чуть не отвисла челюсть. Тот… плакал.
- Опять падучая накрыла! – слезливо стонал Елисеев. – Посмотри у него в кармане, там лекарство должно быть, - плаксиво бормотал он и шаркающей походкой поковылял к ним.
Какое ещё лекарство? В каком кармане может быть лекарство от такого коварного удара ниндзи? Не сошёл ли Елисеев с ума?
Но тут Юрий услышал шорох и, обернувшись, увидел разъяснение этой трагикомедии - от соседнего дома к ним направлялся высокий старик.
- Что случилось, Иван Николаевич? – встревоженно спросил он, подойдя и опершись о штакетник забора. – Может, скорую вызвать? Правда, она к нам не меньше часа добирается. Можно сто раз дуба дать, пока дождёшься.
- Не надо скорую, Степаныч! Лекарство у него всегда при себе, - расстроенным голосом ответил Елисеев, склоняясь над телом. Миг – и у него в руках уже некий флакончик. - Это мой племянник, бедолага. Может, знаешь его? Он тут дачу поблизости строит.
- Видел. А что с ним?
- Припадок у него, эпилепсией страдает, - пояснил Елисеев. - Помоги его в дом занести.
- Сейчас, - ответил Степаныч и открыл в заборе незаметную калиточку.
Они втроём внесли в дом расслабленного Альберта, положив его на старенький диванчик. Елисеев тут же втолкнул тому в рот таблетку из загадочного флакончика и, приподняв ему голову, напоил минералкой из бутылки.
Альберт с трудом открыл глаза.
- Где я?– сипло спросил он.
- У меня в доме. Лежи, лежи, племянничек! – приказал ему Елисеев и, сделав знак, вывел старика в сенцы. – Спасибо, Степаныч. Я к тебе после забегу. Вот беда-то! Приехал с другим племянником, сыном сестры, помочь ему по стройке. А теперь какая работа? Отлежаться бы надо после приступа.
- Вот и пусть отдыхает. Действительно – беда, - согласился Степаныч. – Нынче молодые слабже стариков стали. На вид – крепкий парень, а смотри ж ты! Ну, ладно, если что – обращайся, Иван Николаич, - кивнул он и вышел.
- Спасибо! - крикнул ему вслед Елисеев и вернулся в дом.
Альберт, похрапывая, спал на диване..
- Давай выйдем, - сказал Юрию Елисеев, кивнув на него. – Мы не знаем, действительно ли крепок его сон.
Они вышли, закрыв дверь на ключ, и сели за стол во дворе.
- Здесь нам всё видно, - пояснил Елисеев. – И никто нас не услышит.
- Что за лекарство вы ему дали? – угрюмо спросил Юрий.
- Элементарное снотворное. Пусть отдохнёт, - усмехнулся Елисеев. – А то больно прыток.
- Может, он действительно не замышлял плохого? Жаль, я не успел с читать его мысли. За вами не поспеешь, - криво ухмыльнулся он.
- Хочешь проверить, что он замышлял? – прищурился Елисеев. – Я – нет. К тому ж, я глянул – у него телефон разрядился. Вот и не позвонил никуда. А что он от нас хотел, мне неинтересно. А тебе? Доверяешь его разговорам?
