Виднелись тушенные овощи и бутоны. Блюдо пахло довольно странно: грибами, овощами, медом и, внезапно, букетом цветов.
Эридан округлил глаза:
- Это что? Папоротник?
Лиам кивнул в ответ:
- Да, местный цветущий. Я слышал, это довольно распространенное блюдо кухни Страны Фей.
Эридан аккуратно поддел один из стеблей вилкой и попробовал. Раздался сочный хруст, и лицо эльфа выразило нескрываемое удовольствие:
- О, как я скучал по этому вкусу на Материальном плане…
Лиам улыбнулся, довольный, что угодил своему господину. Он расторопно продолжил накрывать на стол, и вскоре к блюду с травой присоединился чайник с напитком, пахнущим терпким ягодами, и зажаренная целиком тушка птицы. Мясо источало гораздо более аппетитный аромат на вкус Кьяры, и она голодно сглотнула. Она запуталась в днях, но желудок утверждал, что последний раз она ела очень давно.
Увидев звериный блеск в глазах девушки, Эридан без лишних слов пододвинул к ней блюдо с птицей.
- Благодарю, - ответила она и накинулась на еду, не слишком беспокоясь о приличиях за столом. Под хрустящей корочкой было тающее во рту мясо в каком-то вкусном соусе. Тифлингесса сама не заметила, как обглодала тушку до последней косточки. Эридан ж медленно и аккуратно ел свою траву. К концу обеда он уговорил все блюдо, а оно было довольно большим. Действительно, привереда, фыркнула про себя девушка, но ей самой грех было жаловаться. Наелась до отвала.
Запив все ягодным напитком, эльф вымыл руку в ароматной воде, принесенной Лиамом, и распорядился:
- Тебе задание, Кьяра. Найди Эрту, скажи, пусть найдет мне писаря, иначе у меня будут копиться телеги работы.
Девушка кивнула, собралась было уходить, но на выходе из шатра вдруг спросила:
- Скажи, почему ты не казнил меня, а изгнал?
Эридан, застигнутый врасплох этим вопросом, ответил почти без задержки:
- Моя прихоть. Такое было настроение. Для местных эльфов это типично.
Его голос звучал уверенно, но Кьяра не поверила. Она увидел признаки лжи на его лице, да и при ближайшем рассмотрении Эридан был не похож ни на местных эльфов, ни на фей, так что объяснение рассыпалось прямо на глазах. Однако чародейка ничего не сказала. В конце концов, это было не так уж и важно.
Она направилась прямиком в лазарет и нашла там Эрту, та читала какие-то записи.
- Лорд Эйлевар просил подойти к нему, - сказала тифлингесса, подойдя к женщине.
- А? Ты говорить Эридан? – мгновенно спросила та, оторвавшись от чтения.
- Он сменил гнев на милость, - кивнула чародейка. - Спасибо тебе за всё.
- Я знать, - с довольством в голосе произнесла заклинательница. - Я знать повадка много зверь и Эридан.
Девушка улыбнулась:
- Ты мудра, Эрта. А сейчас пойдем к нему.
Сложив листы с записями в стопку, женщина поспешила за тифлингессой.
Вернувшись в шатер, Кьяра встала немного в стороне, чтобы не мешать разговору.
- Ты звать? – спросила Эрта.
- Да, - ответил Эридан. - У меня есть к тебе просьба. Найди мне писаря. Немногословного, толкового, с хорошим почерком.
Женщина нахмурилась:
- Такой пустяк лишь, а Эрта звать?
- Эрта, - с придыханием произнес Эридан. - Кто кроме тебя? Ты тут самый мудрый и здравомыслящий человек, в тебе я уверен.
- Ты отвлекать и давать дурацкий дело, - ответила она, все еще нахмурившись, но по лицу было видно, что слова Эридана были ей очень приятны. –Хорошо, но зачем писарь?
Вздохнув, эльф пошевелил пальцами левой руки в воздухе:
- У меня не выходит. Чувствую себя ребенком, который заново учится писать и есть ложкой…
Эрта издала смешок:
- Ты убить агент левый рука на кровати лежа. Я бы бояться такой дитя.
Наблюдая за их беседой, Кьяра отметила неформальные, дружеские отношения этих двоих, и это ее не удивило. Они были похожи, разве что в Эрте неуловимо прослеживалась суровая северная доброта.
- Арум приходить вечер и давать еще настойка, - продолжила женщин. - Я переживать, ты пить много. Плохо это.
- Переживу, - коротко ответил паладин.
После этого заклинательница ушла выполнять поручение. Услышав про настойку, Кьяра сразу же вспомнила про подвал с зельями.
- Шиверпайнские феи ещё не вернулись? – спросила она. –Возможно, принесут что-то полезное.
- Нет, - ответил Эридан. - Может через пару дней, но придется тщательно проверить каждое, чтобы не повторился случай с тем, зеленым. Мне хватило одного раза, но все равно...использовать их была хорошая идея. Просто надо делать это с умом.
- Возможно, то зелье лечение помогло бы восстановить правую руку, - задумчиво сказала Кьяра. - По крайней мере, я на это надеюсь.
Эридан улыбнулся с грустью, лицо его смягчилось.
- Вернуть руку и возможность нормально ходить - это было бы отлично, - проговорил он, - но нужно быть готовым к суровой реальности.
- Зелье – лишь один из способов, - пожала плечами тифлингесса. – Можно попробовать найти другие. Я не утомила вас своей болтовней?
Эльф моментально нахмурился, поймав себя на излишней доброжелательности.
- Утомила, - сказал он. - Оставь меня, мне нужно заниматься делами.
- Если вы не против, я проведаю Скага, а потом вернусь к вам.
Эльф махнул рукой в жесте позволения.
По пути к загону с волками, Кьяра размышляла о произошедшем. Она ощутила, как тронулся лед, и все благодаря рассказу о том, как продала душу. Девушка сама не знала, зачем рассказала это, просто сорвалось с языка, и эльф смягчился. Назвал удивительным существом. Может, все дело в честности?
В загоне с волками была шумная кутерьма. Звери носились по снегу, кувыркались, играли, словно псы. Приглядевшись, Кьяра увидела Скага, узнав его по приметному розовому носу. Волк лежал клубком, на мехе виднелись повязки. Она подошла к нему и ласково погладила:
- Здравствуй, милый. Как ты?
Радостно взвизгнув, волк потянулся облизать ей руки и лицо. Огромные лапы легли на грудь девушки, придавив к снегу.
- Ну-ну, не раздави меня, - засмеялась она.
Несмотря на повязки по всему телу и хромоту, волк выглядел веселым, бодрым и живым. Кьяра почувствовала облегчение. Она боялась, что ранения покалечили бедного зверя, от слабых природа быстро избавляется.
Некоторое время она резвилась вместе со своим четвероногим другом.
- Мне нужно идти, - сказала она наконец. - Постараюсь тебя навещать. А ты поправляйся и не скучай.
Она направилась к шатру. У входа увидела дежурившего Элледина, тот улыбнулся и кивнул, но лицо его все еще оставалось сосредоточенным. Девушка одарила улыбкой в ответ.
- Спасибо за сумку, - сказала она. – Она мне сильно помогла.
Элледин посмотрел на нее, не скрывая своего недоумения. Девушка и сама удивилась. Она была абсолютно уверена, что именно Элледин, как самый доброжелательный, подсобил ей с припасами.
Вернувшись в шатер, Кьяра не застала там Эридана.
Примерно через час паладин вернулся, заметно посиневший от холода и со следами снега в волосах. На ходу накинул теплый халат. Передвигаться ему было тяжело, костыль из кости большого животного, который Кьяра раньше не замечала, служил ему опорой при передвижении.
- Лиам, сделай какой-нибудь горячий напиток, - попросил он денщика, болезненно морщась.
Он опустился на кресло, кровь отлила от губ.
- Кьяра, - обратился он к девушке, - позови Арума, мне очень нужна настойка.
Окинув его взглядом, девушка решила не мешкать. Судя по виду, валялся в снегу. Только вот какого беса? Бурча под нос на инфернальном, она направилась в сторону лазарета.
Вчера она этого не заметила, но раненых стало заметно меньше. Многие койки опустели. Приметная фигура Янтаря вырисовывалась в глубине. Он делал перевязку какому-то пациенту. Арум сидел, откинувшись на стуле, и, кажется, дремал
Девушка аккуратно потрясла его за плечо:
- Арум, лорду очень нужен ты и твоя настойка.
- Что? – сонно встрепенулся драконид. – Разве уже вечер?
Он мельком оглядел помещение:
- Да нет, сейчас смена Янтаря… Неужели не хватило утренней дозы?
Встав с кресла, он подошел к стеллажу, стоявшему вдоль стены. На полках поблескивали банки разных размеров, наполненные порошками, травами и жидкостями разных оттенков. Рост драконида позволял достать до самой верхней полки. Поводив некоторое время пальцем, Арум протянул руку вглубь полки у самого верха. Послышался звон склянок.
- Лунные слезы очень сильны, а он их хлещет как не в себя, - проворчал он. - Такими темпами его тело станет невосприимчивым к ним, а чего-то сильнее у нас нет.
Он вытащил маленький пузырек с мутно-белой жидкостью. Бутылочка почти терялась в его ладони. Протянув его девушке, он сказал:
- Неси сама. Я говорил ему, что это перебор, но он все равно не слушает. Он или не понимает, или игнорирует все, что мы ему говорим. Этой порции должно хватить до утра.
Взяв пузырек, девушка грустно кивнула. Она предполагала подобное поведение. Увидев, что эльф двигается самостоятельно, пусть и не без помощи опоры, она подумала, что он, возможно, пошел на поправку, но теперь все поняла. Он предпочел игнорировать проблему.
Она вернулась в шатер и застала Эридана все там же за столом. Отогревшись в тепле жаровней, его лицо из голубого приобрело сероватый болезненный оттенок.
- Где Арум? – спросил он.
- Он передал настойку, - произнесла девушка.
Открыв пузырек, она положила его в ладонь эльфа. Тот опустошил содержимое одним глотком и откинулся в кресле, дожидаясь действия:
- Проклятье фоморов! Мне нужно иметь запас на такой случай.
Кьяра выжидательно посмотрела на него, затем спросила:
- А что Ваше Высочество будет делать, когда она перестанет действовать?
- Сейчас некогда об этом думать, - ответил он, прикрыв веки.
- А зря. Жить с постоянной болью не очень приятно.
Тифлингесса знала это не понаслышке. Проклятый поводок натягивался и лупил болью каждый час изгнания.
Он повернулся к ней:
- Ты думаешь, я поступаю глупо? Эта настойка держит меня на ногах, а за шатром целое войско, наблюдающее за мной. Я не могу позволить себе лежать ради выживания. Тут выбор между смертью и болью, а не между жизнью с болью или без нее. Зима убивает слабых.
Вздохнув, он добавил:
- Кроме того за мной наблюдает не только войско, к сожалению.
- А кто?
- Аурил. Каждый день простоя этого войска исчерпывает ее терпение. Она не потерпит моего провала.
Он напряженно сжал подлокотник, и костяшки пальцев побелели. Девушка посмотрела на него с сочувствием. Она знала, как могут подгонять хозяйские плети и чем может грозить провал в такой ситуации.
Через несколько секунд пальцы расслабились, а кожа приобрела слабый румянец. Он провел ладонью по столу, расстилая большую карту с незнакомыми тифлингессе очертаниями побережья, и принялся изучать ее, измерять расстояние с помощью козьей ноги. Кьяра наблюдала за тем, как он работает, и размышляла. Кажется, эльф действительно был откровенен с ней, и его беспокойство было не безосновательно. Как бы поступила она, если бы была покалечена и не могла выполнить приказ? Ей бы пришлось вновь сражаться за свою душу. За что сражается эльф? Разве не проще было бы отказаться от такого служения? Паладины не рабы своих божеств, всего лишь слуги.
Некоторое время она еще размышляла, наблюдая за ним, затем заскучала и зашла за ширму. Нужно было навести порядок в сумке. Она выкинула стухшее мясо орла, тушку курицы-исчадия. Так и не попробовала, а ведь было любопытно. Пересчитала кульки с едой и сколько свежей одежды у нее осталось. Переоделась в чистую рубашку и переплела косу, вычесав сучки, репьи и прочий мусор.
Надевая корсет, она услышала звук множества шагов и разговор на эльфийском. Застегнув последнюю пряжку, Кьяра заинтересованно выглянула из-за ширмы.
Пепельноволосый эльф о чем-то доложил паладину. Тот сделал повелительный жест рукой, и в шатер приволокли кого-то, одетого в грязно-серый костюм, испещренный пятнами. Пленник отчаянно упирался, но гвардейцы не шевельнули и бровью. В итоге его уронили на пол, скрутив руки за спиной. Один из эльфов положил на стол длинный лук, полупустой колчан, футляр для бумаг. Эридан открыл кожаный тубус и вытряхнул из него подзорную трубу и грифель, который сломался, стукнувшись об столешницу. Осмотрев все это, паладин начал задавать вопросы, но пленник продолжал молчаливо стоять на коленях. Пепельноволосый стащил с него капюшон, и это оказалась эльфийка из народа Эридана, с ярко-желтой шевелюрой и золотистой аурой. Один из гвардейцев схватил ее за волосы и оттянул голову назад, чтобы смотрела прямо на паладина. Своих грозных глаз она не отводила, но вопросы продолжала игнорировать. Эридан сделал еще один жест рукой, и эльфийку поволокли прочь. По пути она что-то злобно кричала, белобрысый выдал свое раздражение лишь легким движением брови.
Скорее всего, шпион, подумала Кьяра. Она вышла к столу, с интересом наблюдая, как эльф осматривает и перебирает принесенные предметы.
Эридан подозвал эльфа с половинкой уха, и тот стал помогать ему разбирать предметы. Лук при ближайшем рассмотрении оказался самым обычным. Кинжал в ножнах был богато украшен камнями и стоил, наверное, немало. Простому смертному такой не по карману. Паладин вытряхнул стрелы из колчана, затем замер, прислушиваясь. Еще раз встряхнул им, а после засунул внутрь ладонь. Кьяра дернулась: это было очень опрометчиво. А что если там отравленная игла? Однако вскрика не последовало. Эридан вытащил руку, пальцами он зацепил обрывок бумаги, сложенный в несколько раз. Развернув его, пробежал глазами по смазанным строчкам.
- Разведчица, - сказал он, повернув голову к девушке, - не говорит, на кого работает, но я уже понял.
- На кого? – спросила чародейка.
- На Хисрама, владыку сатиров, - ответил он, складывая лист. – Я не удивлен.
Девушка хмыкнула:
- Я так понимаю, врагов у тебя порядочно.
- Вся Страна Фей.
- Да ты не размениваешься по мелочам, - произнесла она. - А почему ты не захотел заключить союз с Лемифинви?
- Моя экспансия носит не совсем обычный характер, - ответил эльф после некоторого молчания, лицо его было непроницаемо. - Лемифинви безумец или глупец, раз решил предложить мне такой договор. Моя цель - это вечная зима по всей Стране. Смерть всех богов этого мира. Чтобы этот мир стал отражением домашнего плана Аурил. Догадываешься, почему у меня так много врагов?
Девушка кивнула. То, что сказал эльф, прозвучала жутковато. Она могла понять борьбу за власть, выживание, ресурсы, но не подобное тотальное уничтожение. Словно речь шла о лавине, оползне, извержении вулкана, а не сражении живых людей.
Паладин стукнул сложенным листом по столу и продолжил:
- Нужно уничтожить их по одному, пока они не успели договориться. К счастью, у фей с договориться всегда были проблемы.
Взглянув на лицо Эридана, Кьяра не увидела энтузиазма. Он говорил об уничтожении целого мира без каких-либо эмоций, словно зачитывал амбарную книгу. Каждый раз, когда девушке казалось, что она понимает его, возникали все новые вопросы. Окинув его жалостливым взглядом, тифлингесса удалилась за ширму, откуда слышала, как скрипело перо по бумаге, звуки шагов, эльфийскую речь. Затем Эридан сказал, перейдя на общий:
- Убейте утром. Хотя нет, - он на секунду замолчал, - подождите. Кажется, я кое-что придумал. Поучимся у Арфистов. Позовите сюда вороньих магов.
Эридан округлил глаза:
- Это что? Папоротник?
Лиам кивнул в ответ:
- Да, местный цветущий. Я слышал, это довольно распространенное блюдо кухни Страны Фей.
Эридан аккуратно поддел один из стеблей вилкой и попробовал. Раздался сочный хруст, и лицо эльфа выразило нескрываемое удовольствие:
- О, как я скучал по этому вкусу на Материальном плане…
Лиам улыбнулся, довольный, что угодил своему господину. Он расторопно продолжил накрывать на стол, и вскоре к блюду с травой присоединился чайник с напитком, пахнущим терпким ягодами, и зажаренная целиком тушка птицы. Мясо источало гораздо более аппетитный аромат на вкус Кьяры, и она голодно сглотнула. Она запуталась в днях, но желудок утверждал, что последний раз она ела очень давно.
Увидев звериный блеск в глазах девушки, Эридан без лишних слов пододвинул к ней блюдо с птицей.
- Благодарю, - ответила она и накинулась на еду, не слишком беспокоясь о приличиях за столом. Под хрустящей корочкой было тающее во рту мясо в каком-то вкусном соусе. Тифлингесса сама не заметила, как обглодала тушку до последней косточки. Эридан ж медленно и аккуратно ел свою траву. К концу обеда он уговорил все блюдо, а оно было довольно большим. Действительно, привереда, фыркнула про себя девушка, но ей самой грех было жаловаться. Наелась до отвала.
Запив все ягодным напитком, эльф вымыл руку в ароматной воде, принесенной Лиамом, и распорядился:
- Тебе задание, Кьяра. Найди Эрту, скажи, пусть найдет мне писаря, иначе у меня будут копиться телеги работы.
Девушка кивнула, собралась было уходить, но на выходе из шатра вдруг спросила:
- Скажи, почему ты не казнил меня, а изгнал?
Эридан, застигнутый врасплох этим вопросом, ответил почти без задержки:
- Моя прихоть. Такое было настроение. Для местных эльфов это типично.
Его голос звучал уверенно, но Кьяра не поверила. Она увидел признаки лжи на его лице, да и при ближайшем рассмотрении Эридан был не похож ни на местных эльфов, ни на фей, так что объяснение рассыпалось прямо на глазах. Однако чародейка ничего не сказала. В конце концов, это было не так уж и важно.
Она направилась прямиком в лазарет и нашла там Эрту, та читала какие-то записи.
- Лорд Эйлевар просил подойти к нему, - сказала тифлингесса, подойдя к женщине.
- А? Ты говорить Эридан? – мгновенно спросила та, оторвавшись от чтения.
- Он сменил гнев на милость, - кивнула чародейка. - Спасибо тебе за всё.
- Я знать, - с довольством в голосе произнесла заклинательница. - Я знать повадка много зверь и Эридан.
Девушка улыбнулась:
- Ты мудра, Эрта. А сейчас пойдем к нему.
Сложив листы с записями в стопку, женщина поспешила за тифлингессой.
Вернувшись в шатер, Кьяра встала немного в стороне, чтобы не мешать разговору.
- Ты звать? – спросила Эрта.
- Да, - ответил Эридан. - У меня есть к тебе просьба. Найди мне писаря. Немногословного, толкового, с хорошим почерком.
Женщина нахмурилась:
- Такой пустяк лишь, а Эрта звать?
- Эрта, - с придыханием произнес Эридан. - Кто кроме тебя? Ты тут самый мудрый и здравомыслящий человек, в тебе я уверен.
- Ты отвлекать и давать дурацкий дело, - ответила она, все еще нахмурившись, но по лицу было видно, что слова Эридана были ей очень приятны. –Хорошо, но зачем писарь?
Вздохнув, эльф пошевелил пальцами левой руки в воздухе:
- У меня не выходит. Чувствую себя ребенком, который заново учится писать и есть ложкой…
Эрта издала смешок:
- Ты убить агент левый рука на кровати лежа. Я бы бояться такой дитя.
Наблюдая за их беседой, Кьяра отметила неформальные, дружеские отношения этих двоих, и это ее не удивило. Они были похожи, разве что в Эрте неуловимо прослеживалась суровая северная доброта.
- Арум приходить вечер и давать еще настойка, - продолжила женщин. - Я переживать, ты пить много. Плохо это.
- Переживу, - коротко ответил паладин.
После этого заклинательница ушла выполнять поручение. Услышав про настойку, Кьяра сразу же вспомнила про подвал с зельями.
- Шиверпайнские феи ещё не вернулись? – спросила она. –Возможно, принесут что-то полезное.
- Нет, - ответил Эридан. - Может через пару дней, но придется тщательно проверить каждое, чтобы не повторился случай с тем, зеленым. Мне хватило одного раза, но все равно...использовать их была хорошая идея. Просто надо делать это с умом.
- Возможно, то зелье лечение помогло бы восстановить правую руку, - задумчиво сказала Кьяра. - По крайней мере, я на это надеюсь.
Эридан улыбнулся с грустью, лицо его смягчилось.
- Вернуть руку и возможность нормально ходить - это было бы отлично, - проговорил он, - но нужно быть готовым к суровой реальности.
- Зелье – лишь один из способов, - пожала плечами тифлингесса. – Можно попробовать найти другие. Я не утомила вас своей болтовней?
Эльф моментально нахмурился, поймав себя на излишней доброжелательности.
- Утомила, - сказал он. - Оставь меня, мне нужно заниматься делами.
- Если вы не против, я проведаю Скага, а потом вернусь к вам.
Эльф махнул рукой в жесте позволения.
По пути к загону с волками, Кьяра размышляла о произошедшем. Она ощутила, как тронулся лед, и все благодаря рассказу о том, как продала душу. Девушка сама не знала, зачем рассказала это, просто сорвалось с языка, и эльф смягчился. Назвал удивительным существом. Может, все дело в честности?
В загоне с волками была шумная кутерьма. Звери носились по снегу, кувыркались, играли, словно псы. Приглядевшись, Кьяра увидела Скага, узнав его по приметному розовому носу. Волк лежал клубком, на мехе виднелись повязки. Она подошла к нему и ласково погладила:
- Здравствуй, милый. Как ты?
Радостно взвизгнув, волк потянулся облизать ей руки и лицо. Огромные лапы легли на грудь девушки, придавив к снегу.
- Ну-ну, не раздави меня, - засмеялась она.
Несмотря на повязки по всему телу и хромоту, волк выглядел веселым, бодрым и живым. Кьяра почувствовала облегчение. Она боялась, что ранения покалечили бедного зверя, от слабых природа быстро избавляется.
Некоторое время она резвилась вместе со своим четвероногим другом.
- Мне нужно идти, - сказала она наконец. - Постараюсь тебя навещать. А ты поправляйся и не скучай.
Она направилась к шатру. У входа увидела дежурившего Элледина, тот улыбнулся и кивнул, но лицо его все еще оставалось сосредоточенным. Девушка одарила улыбкой в ответ.
- Спасибо за сумку, - сказала она. – Она мне сильно помогла.
Элледин посмотрел на нее, не скрывая своего недоумения. Девушка и сама удивилась. Она была абсолютно уверена, что именно Элледин, как самый доброжелательный, подсобил ей с припасами.
Глава 20. Отравленный разум
Вернувшись в шатер, Кьяра не застала там Эридана.
Примерно через час паладин вернулся, заметно посиневший от холода и со следами снега в волосах. На ходу накинул теплый халат. Передвигаться ему было тяжело, костыль из кости большого животного, который Кьяра раньше не замечала, служил ему опорой при передвижении.
- Лиам, сделай какой-нибудь горячий напиток, - попросил он денщика, болезненно морщась.
Он опустился на кресло, кровь отлила от губ.
- Кьяра, - обратился он к девушке, - позови Арума, мне очень нужна настойка.
Окинув его взглядом, девушка решила не мешкать. Судя по виду, валялся в снегу. Только вот какого беса? Бурча под нос на инфернальном, она направилась в сторону лазарета.
Вчера она этого не заметила, но раненых стало заметно меньше. Многие койки опустели. Приметная фигура Янтаря вырисовывалась в глубине. Он делал перевязку какому-то пациенту. Арум сидел, откинувшись на стуле, и, кажется, дремал
Девушка аккуратно потрясла его за плечо:
- Арум, лорду очень нужен ты и твоя настойка.
- Что? – сонно встрепенулся драконид. – Разве уже вечер?
Он мельком оглядел помещение:
- Да нет, сейчас смена Янтаря… Неужели не хватило утренней дозы?
Встав с кресла, он подошел к стеллажу, стоявшему вдоль стены. На полках поблескивали банки разных размеров, наполненные порошками, травами и жидкостями разных оттенков. Рост драконида позволял достать до самой верхней полки. Поводив некоторое время пальцем, Арум протянул руку вглубь полки у самого верха. Послышался звон склянок.
- Лунные слезы очень сильны, а он их хлещет как не в себя, - проворчал он. - Такими темпами его тело станет невосприимчивым к ним, а чего-то сильнее у нас нет.
Он вытащил маленький пузырек с мутно-белой жидкостью. Бутылочка почти терялась в его ладони. Протянув его девушке, он сказал:
- Неси сама. Я говорил ему, что это перебор, но он все равно не слушает. Он или не понимает, или игнорирует все, что мы ему говорим. Этой порции должно хватить до утра.
Взяв пузырек, девушка грустно кивнула. Она предполагала подобное поведение. Увидев, что эльф двигается самостоятельно, пусть и не без помощи опоры, она подумала, что он, возможно, пошел на поправку, но теперь все поняла. Он предпочел игнорировать проблему.
Она вернулась в шатер и застала Эридана все там же за столом. Отогревшись в тепле жаровней, его лицо из голубого приобрело сероватый болезненный оттенок.
- Где Арум? – спросил он.
- Он передал настойку, - произнесла девушка.
Открыв пузырек, она положила его в ладонь эльфа. Тот опустошил содержимое одним глотком и откинулся в кресле, дожидаясь действия:
- Проклятье фоморов! Мне нужно иметь запас на такой случай.
Кьяра выжидательно посмотрела на него, затем спросила:
- А что Ваше Высочество будет делать, когда она перестанет действовать?
- Сейчас некогда об этом думать, - ответил он, прикрыв веки.
- А зря. Жить с постоянной болью не очень приятно.
Тифлингесса знала это не понаслышке. Проклятый поводок натягивался и лупил болью каждый час изгнания.
Он повернулся к ней:
- Ты думаешь, я поступаю глупо? Эта настойка держит меня на ногах, а за шатром целое войско, наблюдающее за мной. Я не могу позволить себе лежать ради выживания. Тут выбор между смертью и болью, а не между жизнью с болью или без нее. Зима убивает слабых.
Вздохнув, он добавил:
- Кроме того за мной наблюдает не только войско, к сожалению.
- А кто?
- Аурил. Каждый день простоя этого войска исчерпывает ее терпение. Она не потерпит моего провала.
Он напряженно сжал подлокотник, и костяшки пальцев побелели. Девушка посмотрела на него с сочувствием. Она знала, как могут подгонять хозяйские плети и чем может грозить провал в такой ситуации.
Через несколько секунд пальцы расслабились, а кожа приобрела слабый румянец. Он провел ладонью по столу, расстилая большую карту с незнакомыми тифлингессе очертаниями побережья, и принялся изучать ее, измерять расстояние с помощью козьей ноги. Кьяра наблюдала за тем, как он работает, и размышляла. Кажется, эльф действительно был откровенен с ней, и его беспокойство было не безосновательно. Как бы поступила она, если бы была покалечена и не могла выполнить приказ? Ей бы пришлось вновь сражаться за свою душу. За что сражается эльф? Разве не проще было бы отказаться от такого служения? Паладины не рабы своих божеств, всего лишь слуги.
Некоторое время она еще размышляла, наблюдая за ним, затем заскучала и зашла за ширму. Нужно было навести порядок в сумке. Она выкинула стухшее мясо орла, тушку курицы-исчадия. Так и не попробовала, а ведь было любопытно. Пересчитала кульки с едой и сколько свежей одежды у нее осталось. Переоделась в чистую рубашку и переплела косу, вычесав сучки, репьи и прочий мусор.
Надевая корсет, она услышала звук множества шагов и разговор на эльфийском. Застегнув последнюю пряжку, Кьяра заинтересованно выглянула из-за ширмы.
Пепельноволосый эльф о чем-то доложил паладину. Тот сделал повелительный жест рукой, и в шатер приволокли кого-то, одетого в грязно-серый костюм, испещренный пятнами. Пленник отчаянно упирался, но гвардейцы не шевельнули и бровью. В итоге его уронили на пол, скрутив руки за спиной. Один из эльфов положил на стол длинный лук, полупустой колчан, футляр для бумаг. Эридан открыл кожаный тубус и вытряхнул из него подзорную трубу и грифель, который сломался, стукнувшись об столешницу. Осмотрев все это, паладин начал задавать вопросы, но пленник продолжал молчаливо стоять на коленях. Пепельноволосый стащил с него капюшон, и это оказалась эльфийка из народа Эридана, с ярко-желтой шевелюрой и золотистой аурой. Один из гвардейцев схватил ее за волосы и оттянул голову назад, чтобы смотрела прямо на паладина. Своих грозных глаз она не отводила, но вопросы продолжала игнорировать. Эридан сделал еще один жест рукой, и эльфийку поволокли прочь. По пути она что-то злобно кричала, белобрысый выдал свое раздражение лишь легким движением брови.
Скорее всего, шпион, подумала Кьяра. Она вышла к столу, с интересом наблюдая, как эльф осматривает и перебирает принесенные предметы.
Эридан подозвал эльфа с половинкой уха, и тот стал помогать ему разбирать предметы. Лук при ближайшем рассмотрении оказался самым обычным. Кинжал в ножнах был богато украшен камнями и стоил, наверное, немало. Простому смертному такой не по карману. Паладин вытряхнул стрелы из колчана, затем замер, прислушиваясь. Еще раз встряхнул им, а после засунул внутрь ладонь. Кьяра дернулась: это было очень опрометчиво. А что если там отравленная игла? Однако вскрика не последовало. Эридан вытащил руку, пальцами он зацепил обрывок бумаги, сложенный в несколько раз. Развернув его, пробежал глазами по смазанным строчкам.
- Разведчица, - сказал он, повернув голову к девушке, - не говорит, на кого работает, но я уже понял.
- На кого? – спросила чародейка.
- На Хисрама, владыку сатиров, - ответил он, складывая лист. – Я не удивлен.
Девушка хмыкнула:
- Я так понимаю, врагов у тебя порядочно.
- Вся Страна Фей.
- Да ты не размениваешься по мелочам, - произнесла она. - А почему ты не захотел заключить союз с Лемифинви?
- Моя экспансия носит не совсем обычный характер, - ответил эльф после некоторого молчания, лицо его было непроницаемо. - Лемифинви безумец или глупец, раз решил предложить мне такой договор. Моя цель - это вечная зима по всей Стране. Смерть всех богов этого мира. Чтобы этот мир стал отражением домашнего плана Аурил. Догадываешься, почему у меня так много врагов?
Девушка кивнула. То, что сказал эльф, прозвучала жутковато. Она могла понять борьбу за власть, выживание, ресурсы, но не подобное тотальное уничтожение. Словно речь шла о лавине, оползне, извержении вулкана, а не сражении живых людей.
Паладин стукнул сложенным листом по столу и продолжил:
- Нужно уничтожить их по одному, пока они не успели договориться. К счастью, у фей с договориться всегда были проблемы.
Взглянув на лицо Эридана, Кьяра не увидела энтузиазма. Он говорил об уничтожении целого мира без каких-либо эмоций, словно зачитывал амбарную книгу. Каждый раз, когда девушке казалось, что она понимает его, возникали все новые вопросы. Окинув его жалостливым взглядом, тифлингесса удалилась за ширму, откуда слышала, как скрипело перо по бумаге, звуки шагов, эльфийскую речь. Затем Эридан сказал, перейдя на общий:
- Убейте утром. Хотя нет, - он на секунду замолчал, - подождите. Кажется, я кое-что придумал. Поучимся у Арфистов. Позовите сюда вороньих магов.
