Эгоистичная натура недовольна таким положением вещей. Злость охватывает тело, а непрошеные слезы готовы из глаз политься. Черт! Что-то я совсем расклеилась, в очередной раз из-за мужика плакать собираюсь. Надо в руки себя брать, иначе стану одной из тех дур, над которыми вечно смеюсь. Я же не такая. Я Видана Зотова. Сама себя сотворила, сама всего добилась. Нечего быть слабачкой, впервые в реальный мир сделав шаг.
Поворачиваю голову на садящегося в машину Рауля, который заводит мотор и выезжает с территории больницы. Пытаюсь найти какую-нибудь удовлетворяющую мое настроение радиостанцию, да только песни попадаются все не те. Одна сплошная мутотень, режущая слух. Через несколько секунд вовсе прекращаю это занятие, крепко обняв себя руками.
- Рауль, – парень молча кивает, не отрывая взгляда от дороги. Мы все еще в черте города, неподалеку от моей квартиры. – Отвези меня ко мне домой. Хочется наедине побыть, – закрываю глаза, отключаясь от реальности. Не слышу, что мне Клеман говорит, а просто игнорирую его, так как свинцовая тяжесть наваливается, заставляя погрузиться в сон всего лишь на мгновение, так как вскоре мы приезжаем к знакомому зданию.
Выхожу из машины, разминаю затекшие ноги и шею, жду, когда Рауль достанет из багажника мои вещи, после чего оказываюсь в подъезде. Поездка на лифте до нужного этажа проходит в гробовом молчании. Я подпираю стенку, парень держит мои чемоданы. Стоим поодаль друг от друга, как будто совсем незнакомые люди, оказавшиеся в одной кабине на некоторое время. Вот бы повернуть все вспять, что-то изменить, исправить, поступить по-другому, тогда бы не было всех этих странных чувств глубоко внутри, разъедающих подобно серной кислоте все нутро.
Едва двери лифта открываются, и мы оказываемся на лестничной клетке, достаю из кармана ключи и отворяю свое жилище, даже не намереваясь кого-то постороннего сюда пускать. Как говорится – «мой дом – моя крепость». Только здесь я могу чувствовать себя в относительной безопасности. Клеман затаскивает чемоданы в коридор и мнется на месте. Нужно же что-то ему сказать и постараться не обидеть парня.
- Хорошего тебе вечера, Рауль, – легкий поцелуй в небритую щеку. Губы не горят, мурашки по телу не бегут. Я ощущаю себя рядом с ним Снежной Королевой с ледяным сердцем внутри.
- Позвони мне, рыжик, завтра утром, – убирает прядь волос мне за ухо и покидает квартиру.
Едва за Раулем закрывается дверь, я разворачиваюсь на пятках, с трудом сдерживая истинные эмоции, подталкивающие меня крушить все вокруг, и прохожу на просторную, светлую кухню. Открываю холодильник, достаю початую бутылку мартини, бокал которого недавно выпила в гордом одиночестве, ставлю на столешницу вместе с недоеденным салатом и запеченной курицей. Не хочется ничего готовить, как-то пусто на душе. Сейчас просто немного перекушу под ненавязчивый фильм по телевизору, а потом спать отправлюсь.
Как же хорошо, что меня никто не видит в таком состоянии. Что для всего мира я скандальный журналист с замашками стервозной суки, а вот у себя в квартире расслабляюсь и становлюсь похожа очень даже на человека. С мартини в бокале, разогретой курицей и все-таки холодным салатом. Все это я беру в гостиную, ставлю на стол и включаю плазменный экран, остановившись на черно-белой комедии. Пусть она будет фоном, иначе в тишине точно свихнусь. Стану психичкой в двадцать с небольшим.
Сделав первый глоток прозрачного напитка, насыщаю им уставший организм, откидываюсь на спинку дивана и уже собираюсь насладиться приятным вечером, как слышу звонок и стук в дверь. Какого там может принести в такое время? Неужели, кто-то из соседей прознал, что я приехала, и решил наведаться в гости? Тогда их будет ждать сплошное разочарование, так как свою аппетитную пятую точку я с места точно не подниму. Пусть все проваливают, оставив меня в покое. Я просто притворюсь, что меня нет дома. Плевать, что они обо мне подумают, потом всю сложившуюся ситуацию исправлю.
Спустя три-четыре минуты звонок повторяется, уже окончательно из себя выведя. Сейчас точно пошлю того, кто там на лестничной клетке стоит. В теперь уже очень плохом настроении, потеряв при этом где-то около комода первую тапку, а потом откинув и вторую (одежду так и не поменяла), открываю дверь, намереваясь нагрубить, послав трехэтажным, русским матом. Слова застревают в горле, когда я вижу того, кто нарушил мой покой, заставив сердце биться чаще, а мурашки исполнять веселый танец от радости.
- Артур…
Видана Зотова
Нет, судьба точно надо мною издевается. Точно сверху кто-то подкидывает мне своеобразные сюрпризы, смеясь от всей души над тем, в какие именно ситуации я попадаю день ото дня. Мне даже стало казаться, что где-то так сильно когда-то нагрешила, получая сейчас вот такие вот бумеранги от своих же собственных поступков. Ну вот кто подослал ко мне Артура Парфенова? От чего я тут же дверь ему распахнула и впустила в свою квартиру? Гипноз, зомбирование, промывка мозгов? Что за серии из «Секретных материалов» каждый день у меня происходят? Мистика да и только.
- Как ты узнал, где я живу? – обегаю осматривающегося вокруг парня и встаю прямо перед ним. Черные джинсы и серая футболка очень ему идут. Такой повседневный стиль в одежде, которому он всегда придерживался. Возможно, сейчас невеста в дорогие вещи его наряжает, чтобы ей он соответствовал.
Вот совершенно не стыжусь своей квартирки в самом центре города. Да, возможно, это не те апартаменты, к которым привыкла его невеста (надо же ей соответствовать), но зато уютная и безо всякого пафоса, присущего богатеям. Наверняка в их личном дворце все из золота и бриллиантов. Крис точно получает все блага от своего семейства зажравшихся мажоров, лишь показывающих себя такими ангельскими меценатами, делающими все на благо общества и ничего не требующие взамен. Я общаюсь с журналистами из Москвы и прекрасно знаю, как там обстоят дела. Еще ни один чиновник честно себя не вел по отношению к гражданам страны.
- Нинет, – одно лишь имя говорит о многом.
Владелица «Калипсо» наверняка «любезно» предоставила новому фотографу необходимую информацию о местожительстве сотрудницы, не пожелавшей отвечать на ее звонки. А их было огромное множество. Да только плевать я хотела на все, позже с ней договорюсь. Тем более эта сучка в дорогом кресле из кожи должна мне целую неделю отпуска. Вот вытребую я его, даже если придется зубами вонзиться в глотку начальницы. Хочу в небольшой отпуск, полагающийся мне по праву.
- Мне вот интересно, – ставлю телевизор на беззвучный режим. Сегодня точно не удастся расслабиться. Да и взгляд Артура на мою бутылку мартини что-то уж больно не нравится. Надеюсь, он не решится здесь вечер провести? Ему тут не место, – что ты ей сказал, чтобы она выложила обо мне информацию?
- Правду, – со всего размаху плюхается на диван, чуть было не задев журнальный столик с моим ужином. Я бы его тогда прибила. – Что нам нужно поработать над статьей про рэпера T-Rex, – в наглую, бесцеремонно берет в руки мою бутылку довольно дорогого алкоголя и делает глоток прямо из горлышка. Так еще и смакует вкус, будто бы попробовал элитное вино за несколько десятков тысяч за одну стеклянную тару. – Не плохо, – одобряет. Он одобряет то, что я пью. Вот же клоун.
Выхватываю из его цепких ручонок мартини так, словно он покусился на драгоценные камни, добытые мною кровью и потом, прижимаю к себе и от резких движений немного проливаю на одежду. Черт! Теперь она пропахнет алкоголем, надо срочно переодеваться. Вот один-единственный раз решила полениться, как все это боком мне вышло. Я точно у высших сил не на очень хорошем счету.
- Сиди здесь, – указываю на него пальцем, как строгая училка призывает к порядку хулиганистый класс, на что Артур лишь дерзко улыбается и поднимает руки вверх в знак покорности. Оставляю бутылку на столе в надежде, что после моего возвращения что-то там останется.
Сама же я направляюсь в спальню, где совсем быстро (пяти минут не прошло) избавляюсь от прогулочной одежды, надеваю спортивные легинсы черного цвета, белую футболку-разлетайку и делаю «хвостик». Оцениваю свой внешний вид благодаря зеркалу, которое показывает симпатичную рыжую девушку с некоторой паникой в глазах. А все это благодаря Артуру Парфенову, развалившемуся на диване и смотрящему какой-то боевик, когда я пробегаю мимо него в ванную комнату, кидаю грязные вещи в стиральную машинку и включаю ее на необходимый режим. Только после этого вновь оказываюсь в гостиной, негромко покашляв для привлечения внимания.
И я его получаю, причем сполна, по полной программе, прямо сразу же. Артур таким голодным, завораживающим взглядом окидывает мой внешний вид, словно перед ним девушка в одном нижнем, очень соблазнительном белье, возможно, в чулках и на шпильках. Задерживается дольше обычного в районе груди, которую не особо-то и видно через объемную майку, но он, наверняка, каким-то образом все мое тело просканировал, отправив мурашки плясать дикий, первобытный танец. Как там говорила Анастейша Стил? Внутренняя богиня приходит в экстаз, покачивая бедрами под ритмичную музыку. Или что-то в этом роде. Уже не помню, как там на самом деле все звучит. Да и не важна какая-то героиня книги, экранизации которой полный отстой. Нужно как-то Парфенова прогнав из квартиры.
- Неужели, ты не рада моему приходу? – такой веселый, словно выпил по дороге для храбрости, а теперь явно перебарщивает.
- Артур, – предостерегающе произношу, отодвинув к другому краю две тарелки с едой. Он явно на них глаз положил, чуть ли не слюни пускает как у бульдога.
- Я голоден, – мурашки резво так перемещаются вниз живота, устроив там беспорядок иного рода. Пульсация между ног приводит к увлажнению киски. И это все из-за его простых слов, в коих я углядела иной смысл. – Даже не покормишь гостя? – приподнимает вверх одну бровь в приторном удивлении. Как он еще глазки не сделал подобно котику из «Шрека»? У него так хорошо это получается. – Какая же ты плохая хозяйка, – вновь поворачивается к экрану, при этом все же захватив в плен мартини.
Прекрасно, Видана! Бывший парень лишил тебя небольшого расслабления вечером. Нет, за эти два года я не так уж и много пью алкоголя, как делала это раньше в России, находясь в элитных клубах. Просто порой хочется отключиться от внешнего мира и поддаться когда-то пагубной привычке, во время которой творила не совсем приличные вещи. А теперь мою прелесть один кареглазый пацан отобрал.
Ну, так дело не пойдет! Сначала он за бутылку примется, потом и курицу с салатом съест. А дальше что? В душе помоется, а потом на кровать удрюпается спать, так что ли? Совсем я не пойму его постоянно меняющееся настроение. Как будто знаю двух разных Артуров, совершенно друг на друга не похожих. Ну не раздвоение же личности у него в конце то концов. Таким он не страдает, всегда же был нормальным, психически здоровым парнем, а за несколько дней дает поводы в себе усомниться.
- Раз ты пришел сюда поработать над статьей, – хотя я бы и сама справилась, – тогда прекращай трогать мои вещи, – отношу обратно на кухню практически не тронутую еду. Совсем пропал аппетит у меня. Убираю все в холодильник, даже с разочарованным Артуром не поделившись.
Да, я вредная и злая. Пусть его невеста кормит борщом. Хотя она вряд ли вообще умеет готовить. Не царское же это дело. Лучше же фуагра и лобстеров есть, чем простую, человеческую пищу. Пробовала я это, не стану отрицать. Особого восторга не вызвало. Наверное просто не привыкла к таким изыскам. Не понимаю богатых людей, готовых каждый день все это жрать, набивая толстые животы. Это же нужно потеть лишний час в спортзале, чтобы избавиться от накопленных калорий. Парфенов вон ест, сколько хочет, и нифига не толстеет.
Как будто по мановению волшебной палочки съеденное не влияет на его накаченное тело. Все эти мускулы, бицепсы, трицепсы. Так и хочется провести руками, языком. Потереться об него всего, поощрить его на смелые пошлости, дабы… Твою мать! Качаю головой из стороны в сторону, чтобы избавиться от наваждения, хватаю со столешницы ноутбук и прохожу в гостиную. Благо Артур не развалился на диване, а просто сидит в противоположном углу. Мне есть место, куда опустить свою пятую точку.
Приземляюсь на мягкую поверхность, открываю крышку ноутбука и, прижав одну коленку к груди, поворачиваюсь к Парфенову. Матерь Божья! Если бы он и правду имел способность гипнотизировать взглядом, я бы давно уже плясала под его дудку. Кукарекала бы и квакала где-нибудь на улице при всем честном народе. Он явно раздевает меня глазами, вызывая приятную дрожь в теле. Клянусь Богом, мне кажется, словно его умелые пальцы сейчас проникают под ткань майки и нежно массируют острый сосок сквозь лифчик. Горячее дыхание прямо в ухо, чарующий шепот, поцелуй в шею… Что?
Резко распахиваю глаза, которые успела непонятно когда закрыть, отталкиваю от себя наглого парня и как ужаленная в задницу роем пчел, отскакиваю в сторону телевизора, больно ударившись пяткой об ножку столика. Твою мать! Да что же за невезуха то такая? Что за день такой? Происшествия следуют за мной след в след. Мало того, что Джи пострадала из-за какого урода, до которого я обязательно доберусь, начав расследование с самого утра, так еще приперся ко мне Артур, весь вечер испортил. К тому же это я благодаря ему скачу по квартире на одной ноге, так как вторая получила серьезную травму.
- Парфенов, почему ты не со своей милой невестой сейчас находишься? – морщась от некоторого дискомфорта, делаю круговые движения стопой. Так хоть напряжение снять можно. – Что-то странно, что тебя благоверная отпустила одного, так еще и к «скандальной журналистке» на квартиру, – осторожно передвигаюсь, достигаю дивана и вновь оказываюсь на оной плоскости с Артуром. Только вот теперь не поддамся на его гипноз.
Ну вот как так можно было не заметить, что его руки залезли ко мне под одежду и вытворяли Бог знает что? Это же просто верх наглости с его стороны. Ласкал он мою грудь, целуя в шею. Да, мне все понравилось. Да, я бы еще повторила. Но вот здравый смысл берет вверх, и я вместо того, чтобы самой кинуться на шею симпатичному парню, доводящего меня до состояния самки во время течки, устремляю взгляд на открытый текстовый документ, где я уже сделала несколько набросков. Надо начать работать.
- Не волнуйся за нее, – так непринужденно отвечает, что закрадывается мысль об их ссоре или вообще расставании. Неужели, он поэтому сейчас таким веселым выглядит? – Кристина ждет меня в нашей чудесной квартире вся в предвкушении сегодняшней ночи, – ползучий гад. Да к тому же еще и врун.
Ну вот почему-то я не верю ему, что он после написания нашей общей статьи побежит к этой рыжей сучке и кинется ей в объятья. Что-то тут явно не так. Они однозначно поссорились, при чем еще в больнице, так как все время Артур был там лишь с другом, невесты рядом не наблюдалось. Вот не сильна я в дедукции, но по поведению парня можно понять, что он расслабленно себя именно здесь, на моем диване, чувствует, чем в компании будущей жены. Фу, мерзость! Жена! Звучит очень даже отвратно. Не считаю, что из Князевых хорошие супруги выходят. Судя по их матери тут есть от чего вздрагивать. Но Артур вот делает вид, что все у них хорошо. Мое чутье же меня никогда не подводило.
Поворачиваю голову на садящегося в машину Рауля, который заводит мотор и выезжает с территории больницы. Пытаюсь найти какую-нибудь удовлетворяющую мое настроение радиостанцию, да только песни попадаются все не те. Одна сплошная мутотень, режущая слух. Через несколько секунд вовсе прекращаю это занятие, крепко обняв себя руками.
- Рауль, – парень молча кивает, не отрывая взгляда от дороги. Мы все еще в черте города, неподалеку от моей квартиры. – Отвези меня ко мне домой. Хочется наедине побыть, – закрываю глаза, отключаясь от реальности. Не слышу, что мне Клеман говорит, а просто игнорирую его, так как свинцовая тяжесть наваливается, заставляя погрузиться в сон всего лишь на мгновение, так как вскоре мы приезжаем к знакомому зданию.
Выхожу из машины, разминаю затекшие ноги и шею, жду, когда Рауль достанет из багажника мои вещи, после чего оказываюсь в подъезде. Поездка на лифте до нужного этажа проходит в гробовом молчании. Я подпираю стенку, парень держит мои чемоданы. Стоим поодаль друг от друга, как будто совсем незнакомые люди, оказавшиеся в одной кабине на некоторое время. Вот бы повернуть все вспять, что-то изменить, исправить, поступить по-другому, тогда бы не было всех этих странных чувств глубоко внутри, разъедающих подобно серной кислоте все нутро.
Едва двери лифта открываются, и мы оказываемся на лестничной клетке, достаю из кармана ключи и отворяю свое жилище, даже не намереваясь кого-то постороннего сюда пускать. Как говорится – «мой дом – моя крепость». Только здесь я могу чувствовать себя в относительной безопасности. Клеман затаскивает чемоданы в коридор и мнется на месте. Нужно же что-то ему сказать и постараться не обидеть парня.
- Хорошего тебе вечера, Рауль, – легкий поцелуй в небритую щеку. Губы не горят, мурашки по телу не бегут. Я ощущаю себя рядом с ним Снежной Королевой с ледяным сердцем внутри.
- Позвони мне, рыжик, завтра утром, – убирает прядь волос мне за ухо и покидает квартиру.
Едва за Раулем закрывается дверь, я разворачиваюсь на пятках, с трудом сдерживая истинные эмоции, подталкивающие меня крушить все вокруг, и прохожу на просторную, светлую кухню. Открываю холодильник, достаю початую бутылку мартини, бокал которого недавно выпила в гордом одиночестве, ставлю на столешницу вместе с недоеденным салатом и запеченной курицей. Не хочется ничего готовить, как-то пусто на душе. Сейчас просто немного перекушу под ненавязчивый фильм по телевизору, а потом спать отправлюсь.
Как же хорошо, что меня никто не видит в таком состоянии. Что для всего мира я скандальный журналист с замашками стервозной суки, а вот у себя в квартире расслабляюсь и становлюсь похожа очень даже на человека. С мартини в бокале, разогретой курицей и все-таки холодным салатом. Все это я беру в гостиную, ставлю на стол и включаю плазменный экран, остановившись на черно-белой комедии. Пусть она будет фоном, иначе в тишине точно свихнусь. Стану психичкой в двадцать с небольшим.
Сделав первый глоток прозрачного напитка, насыщаю им уставший организм, откидываюсь на спинку дивана и уже собираюсь насладиться приятным вечером, как слышу звонок и стук в дверь. Какого там может принести в такое время? Неужели, кто-то из соседей прознал, что я приехала, и решил наведаться в гости? Тогда их будет ждать сплошное разочарование, так как свою аппетитную пятую точку я с места точно не подниму. Пусть все проваливают, оставив меня в покое. Я просто притворюсь, что меня нет дома. Плевать, что они обо мне подумают, потом всю сложившуюся ситуацию исправлю.
Спустя три-четыре минуты звонок повторяется, уже окончательно из себя выведя. Сейчас точно пошлю того, кто там на лестничной клетке стоит. В теперь уже очень плохом настроении, потеряв при этом где-то около комода первую тапку, а потом откинув и вторую (одежду так и не поменяла), открываю дверь, намереваясь нагрубить, послав трехэтажным, русским матом. Слова застревают в горле, когда я вижу того, кто нарушил мой покой, заставив сердце биться чаще, а мурашки исполнять веселый танец от радости.
- Артур…
Глава 13. Наше уединение
Видана Зотова
Нет, судьба точно надо мною издевается. Точно сверху кто-то подкидывает мне своеобразные сюрпризы, смеясь от всей души над тем, в какие именно ситуации я попадаю день ото дня. Мне даже стало казаться, что где-то так сильно когда-то нагрешила, получая сейчас вот такие вот бумеранги от своих же собственных поступков. Ну вот кто подослал ко мне Артура Парфенова? От чего я тут же дверь ему распахнула и впустила в свою квартиру? Гипноз, зомбирование, промывка мозгов? Что за серии из «Секретных материалов» каждый день у меня происходят? Мистика да и только.
- Как ты узнал, где я живу? – обегаю осматривающегося вокруг парня и встаю прямо перед ним. Черные джинсы и серая футболка очень ему идут. Такой повседневный стиль в одежде, которому он всегда придерживался. Возможно, сейчас невеста в дорогие вещи его наряжает, чтобы ей он соответствовал.
Вот совершенно не стыжусь своей квартирки в самом центре города. Да, возможно, это не те апартаменты, к которым привыкла его невеста (надо же ей соответствовать), но зато уютная и безо всякого пафоса, присущего богатеям. Наверняка в их личном дворце все из золота и бриллиантов. Крис точно получает все блага от своего семейства зажравшихся мажоров, лишь показывающих себя такими ангельскими меценатами, делающими все на благо общества и ничего не требующие взамен. Я общаюсь с журналистами из Москвы и прекрасно знаю, как там обстоят дела. Еще ни один чиновник честно себя не вел по отношению к гражданам страны.
- Нинет, – одно лишь имя говорит о многом.
Владелица «Калипсо» наверняка «любезно» предоставила новому фотографу необходимую информацию о местожительстве сотрудницы, не пожелавшей отвечать на ее звонки. А их было огромное множество. Да только плевать я хотела на все, позже с ней договорюсь. Тем более эта сучка в дорогом кресле из кожи должна мне целую неделю отпуска. Вот вытребую я его, даже если придется зубами вонзиться в глотку начальницы. Хочу в небольшой отпуск, полагающийся мне по праву.
- Мне вот интересно, – ставлю телевизор на беззвучный режим. Сегодня точно не удастся расслабиться. Да и взгляд Артура на мою бутылку мартини что-то уж больно не нравится. Надеюсь, он не решится здесь вечер провести? Ему тут не место, – что ты ей сказал, чтобы она выложила обо мне информацию?
- Правду, – со всего размаху плюхается на диван, чуть было не задев журнальный столик с моим ужином. Я бы его тогда прибила. – Что нам нужно поработать над статьей про рэпера T-Rex, – в наглую, бесцеремонно берет в руки мою бутылку довольно дорогого алкоголя и делает глоток прямо из горлышка. Так еще и смакует вкус, будто бы попробовал элитное вино за несколько десятков тысяч за одну стеклянную тару. – Не плохо, – одобряет. Он одобряет то, что я пью. Вот же клоун.
Выхватываю из его цепких ручонок мартини так, словно он покусился на драгоценные камни, добытые мною кровью и потом, прижимаю к себе и от резких движений немного проливаю на одежду. Черт! Теперь она пропахнет алкоголем, надо срочно переодеваться. Вот один-единственный раз решила полениться, как все это боком мне вышло. Я точно у высших сил не на очень хорошем счету.
- Сиди здесь, – указываю на него пальцем, как строгая училка призывает к порядку хулиганистый класс, на что Артур лишь дерзко улыбается и поднимает руки вверх в знак покорности. Оставляю бутылку на столе в надежде, что после моего возвращения что-то там останется.
Сама же я направляюсь в спальню, где совсем быстро (пяти минут не прошло) избавляюсь от прогулочной одежды, надеваю спортивные легинсы черного цвета, белую футболку-разлетайку и делаю «хвостик». Оцениваю свой внешний вид благодаря зеркалу, которое показывает симпатичную рыжую девушку с некоторой паникой в глазах. А все это благодаря Артуру Парфенову, развалившемуся на диване и смотрящему какой-то боевик, когда я пробегаю мимо него в ванную комнату, кидаю грязные вещи в стиральную машинку и включаю ее на необходимый режим. Только после этого вновь оказываюсь в гостиной, негромко покашляв для привлечения внимания.
И я его получаю, причем сполна, по полной программе, прямо сразу же. Артур таким голодным, завораживающим взглядом окидывает мой внешний вид, словно перед ним девушка в одном нижнем, очень соблазнительном белье, возможно, в чулках и на шпильках. Задерживается дольше обычного в районе груди, которую не особо-то и видно через объемную майку, но он, наверняка, каким-то образом все мое тело просканировал, отправив мурашки плясать дикий, первобытный танец. Как там говорила Анастейша Стил? Внутренняя богиня приходит в экстаз, покачивая бедрами под ритмичную музыку. Или что-то в этом роде. Уже не помню, как там на самом деле все звучит. Да и не важна какая-то героиня книги, экранизации которой полный отстой. Нужно как-то Парфенова прогнав из квартиры.
- Неужели, ты не рада моему приходу? – такой веселый, словно выпил по дороге для храбрости, а теперь явно перебарщивает.
- Артур, – предостерегающе произношу, отодвинув к другому краю две тарелки с едой. Он явно на них глаз положил, чуть ли не слюни пускает как у бульдога.
- Я голоден, – мурашки резво так перемещаются вниз живота, устроив там беспорядок иного рода. Пульсация между ног приводит к увлажнению киски. И это все из-за его простых слов, в коих я углядела иной смысл. – Даже не покормишь гостя? – приподнимает вверх одну бровь в приторном удивлении. Как он еще глазки не сделал подобно котику из «Шрека»? У него так хорошо это получается. – Какая же ты плохая хозяйка, – вновь поворачивается к экрану, при этом все же захватив в плен мартини.
Прекрасно, Видана! Бывший парень лишил тебя небольшого расслабления вечером. Нет, за эти два года я не так уж и много пью алкоголя, как делала это раньше в России, находясь в элитных клубах. Просто порой хочется отключиться от внешнего мира и поддаться когда-то пагубной привычке, во время которой творила не совсем приличные вещи. А теперь мою прелесть один кареглазый пацан отобрал.
Ну, так дело не пойдет! Сначала он за бутылку примется, потом и курицу с салатом съест. А дальше что? В душе помоется, а потом на кровать удрюпается спать, так что ли? Совсем я не пойму его постоянно меняющееся настроение. Как будто знаю двух разных Артуров, совершенно друг на друга не похожих. Ну не раздвоение же личности у него в конце то концов. Таким он не страдает, всегда же был нормальным, психически здоровым парнем, а за несколько дней дает поводы в себе усомниться.
- Раз ты пришел сюда поработать над статьей, – хотя я бы и сама справилась, – тогда прекращай трогать мои вещи, – отношу обратно на кухню практически не тронутую еду. Совсем пропал аппетит у меня. Убираю все в холодильник, даже с разочарованным Артуром не поделившись.
Да, я вредная и злая. Пусть его невеста кормит борщом. Хотя она вряд ли вообще умеет готовить. Не царское же это дело. Лучше же фуагра и лобстеров есть, чем простую, человеческую пищу. Пробовала я это, не стану отрицать. Особого восторга не вызвало. Наверное просто не привыкла к таким изыскам. Не понимаю богатых людей, готовых каждый день все это жрать, набивая толстые животы. Это же нужно потеть лишний час в спортзале, чтобы избавиться от накопленных калорий. Парфенов вон ест, сколько хочет, и нифига не толстеет.
Как будто по мановению волшебной палочки съеденное не влияет на его накаченное тело. Все эти мускулы, бицепсы, трицепсы. Так и хочется провести руками, языком. Потереться об него всего, поощрить его на смелые пошлости, дабы… Твою мать! Качаю головой из стороны в сторону, чтобы избавиться от наваждения, хватаю со столешницы ноутбук и прохожу в гостиную. Благо Артур не развалился на диване, а просто сидит в противоположном углу. Мне есть место, куда опустить свою пятую точку.
Приземляюсь на мягкую поверхность, открываю крышку ноутбука и, прижав одну коленку к груди, поворачиваюсь к Парфенову. Матерь Божья! Если бы он и правду имел способность гипнотизировать взглядом, я бы давно уже плясала под его дудку. Кукарекала бы и квакала где-нибудь на улице при всем честном народе. Он явно раздевает меня глазами, вызывая приятную дрожь в теле. Клянусь Богом, мне кажется, словно его умелые пальцы сейчас проникают под ткань майки и нежно массируют острый сосок сквозь лифчик. Горячее дыхание прямо в ухо, чарующий шепот, поцелуй в шею… Что?
Резко распахиваю глаза, которые успела непонятно когда закрыть, отталкиваю от себя наглого парня и как ужаленная в задницу роем пчел, отскакиваю в сторону телевизора, больно ударившись пяткой об ножку столика. Твою мать! Да что же за невезуха то такая? Что за день такой? Происшествия следуют за мной след в след. Мало того, что Джи пострадала из-за какого урода, до которого я обязательно доберусь, начав расследование с самого утра, так еще приперся ко мне Артур, весь вечер испортил. К тому же это я благодаря ему скачу по квартире на одной ноге, так как вторая получила серьезную травму.
- Парфенов, почему ты не со своей милой невестой сейчас находишься? – морщась от некоторого дискомфорта, делаю круговые движения стопой. Так хоть напряжение снять можно. – Что-то странно, что тебя благоверная отпустила одного, так еще и к «скандальной журналистке» на квартиру, – осторожно передвигаюсь, достигаю дивана и вновь оказываюсь на оной плоскости с Артуром. Только вот теперь не поддамся на его гипноз.
Ну вот как так можно было не заметить, что его руки залезли ко мне под одежду и вытворяли Бог знает что? Это же просто верх наглости с его стороны. Ласкал он мою грудь, целуя в шею. Да, мне все понравилось. Да, я бы еще повторила. Но вот здравый смысл берет вверх, и я вместо того, чтобы самой кинуться на шею симпатичному парню, доводящего меня до состояния самки во время течки, устремляю взгляд на открытый текстовый документ, где я уже сделала несколько набросков. Надо начать работать.
- Не волнуйся за нее, – так непринужденно отвечает, что закрадывается мысль об их ссоре или вообще расставании. Неужели, он поэтому сейчас таким веселым выглядит? – Кристина ждет меня в нашей чудесной квартире вся в предвкушении сегодняшней ночи, – ползучий гад. Да к тому же еще и врун.
Ну вот почему-то я не верю ему, что он после написания нашей общей статьи побежит к этой рыжей сучке и кинется ей в объятья. Что-то тут явно не так. Они однозначно поссорились, при чем еще в больнице, так как все время Артур был там лишь с другом, невесты рядом не наблюдалось. Вот не сильна я в дедукции, но по поведению парня можно понять, что он расслабленно себя именно здесь, на моем диване, чувствует, чем в компании будущей жены. Фу, мерзость! Жена! Звучит очень даже отвратно. Не считаю, что из Князевых хорошие супруги выходят. Судя по их матери тут есть от чего вздрагивать. Но Артур вот делает вид, что все у них хорошо. Мое чутье же меня никогда не подводило.
