ведь не единственный мужчина в жизни, чтобы я уделяла только ему внимание, — бросила Шерил и, слегка наклонившись к Тому, захлопала длинными ресничками: — Я тут слышала, что ты можешь помочь в одном деле.
— Для тебя что угодной, красотка, — ухмыльнулся Том, опустив взгляд на весьма нескромный вырез декольте своей «клиентки».
— Мануэль сказал, я могу обратиться к тебе.
Том закатил глаза и слегка отстранился, понимая, что невероятная Шерил, о которой мечтали почти все в Мортале, пришла к нему не просто так.
— Могу, — кратко ответил он с видом разочарованного человека. Он опустился под бар, и мгновение его не было видно.
Шерил попыталась заглянуть, где он там копошится, как Том резко поднялся и, положив на стол пакет, придвинул его к блондинке.
Шерил насупилась, прочитав надпись:
— «Сладкая вишня»? — спросила она. — Это шутка?
— Это лишь прикрытие, красотка. Внутри подарок. Я так понимаю, тебе нужно от кого-то избавиться, — Том вновь наклонился ближе к девушке. — Это яд.
Шерил попыталась удержаться от показательного шока.
— Он не быстродействующий: подсыпай несколько грамм в воду какое-то время. Твоя жертва будет умирать медленно, и никто не сможет понять причину смерти. Через месяц-второй ты избавишься от того, кто перешёл тебе дорогу. Это чудодейственное средство убийства для таких белоручек, как ты. Я предпочёл бы пистолет — быстро и качественно.
Пребывая в затуманенном сознании, Шерил забыла поблагодарить своего дилера и медленно отошла от бара, чётко направляясь в гримёрную. Она крепко сжала в кулаке орудие убийства и, ни секунды не колеблясь, открыла дверь.
Закрыв за собой, Шерил оглянулась, проверяя обстановку. Пусто. Место Тори было в конце помещения. Если уж девушка сегодня здесь — значит, будет готовиться к выступлению. Превосходно.
Шерил открыла новую пачку с бутылками простой воды, которые каждый день выделяли работникам. Как главная среди девушек она всегда заботилась о том, чтобы на туалетном столике каждой стояла свежая вода.
Она подхватила бутылки и спешно поставила их на столики. Как только она начала открывать бутылку Тори, руки стали дрожать так, будто бы наступило землетрясение. Сердце, казалось, сейчас вырвется из груди. Едва работающими пальцами Шерил раскрыла пакет и, медленно наклонив его к горлышку бутылки, попыталась бросить в воду, как и было сказано Томом, несколько грамм.
— Чёрт, — пробубнила Шерил, пересыпав раза в три больше, чем было нужно.
Услышав за дверью шаги, она спешно спрятала пакетик в карман своих джинс, а бутылку быстро закрутила крышкой.
Открылась дверь, Шерил резко обернулась.
— Привет, девочки, — бросила она, взглянув на Аманду и свою жертву — Викторию.
— Всё в порядке, Шерил? — спросила Аманда, являющаяся администратором клуба.
— Да, — девушка два раза кивнула.
— Тори долго отсутствовала, — произнесла Аманда. — Расскажи ей, что она пропустила и что ей нужно догнать по программе.
Шерил натянула улыбку на миловидное личико и покорно кивнула. Аманда расценила этот знак как положительный ответ, и, взаимно подарив улыбку, вышла из гримёрной.
Тори неловко помялась на месте. Находиться наедине с Шерил было весьма непросто. С одной стороны, девушку было жаль: она пережила в юном возрасте больше ужасов, чем большинство женщин испытывают за всю жизнь. Все её непрекращающиеся страдания не завершились на её похищении из родного дома. Найдя свою любовь, Шерил совсем не могла осознать, что взаимностью не была вознаграждена.
С другой стороны, Тори с недавнего времени чувствовала антипатию к
Шерил. Возможно, виной тому была слабость этой девушки перед мужчинами. Глядя на это зрелище, подобное поведение казалось жалким. Это раздражало.
— Шерил, — начала Тори, но была мгновенно остановлена резким жестом ладони девушки.
— Молчи! — бросила Шерил, насупившись. — Ты потеряла возможность даже смотреть на меня.
Тори удержалась от показательного закатывания глаз.
— Ты действительно ненавидишь меня из-за того, что Ник насильно держит меня в этом проклятом месте? Я не враг тебе, Шерил. С радостью покинула бы этот ад и не видела бы твоего возлюбленного вечность.
Виктория резко опустила взгляд к полу. Она уже не могла представить, какого это без Ника рядом, без его вечных издевок и дерзости… Без его непредсказуемой ярости и вовремя вспыхнувшей заботы… Без его отталкивающей грубости и всегда неожиданной пленяющей нежности…
Тори часто захлопала ресницами, как только Шерил сдвинулась с места и прошла вперёд, остановившись перед своей «соперницей» лицом к лицу.
— Хочешь сказать, между тобой и Ником нет романа?
Тори посмотрела в глаза Шерил:
— Могу дать слово, что между нами нет романа!
«Между нами что-то совершенно другое, совсем непонятное», — мысленно добавила Тори, но упоминать это было совсем не обязательно.
Шерил ещё какое-то время изучала взглядом шатенку, словно девушка перед ней — объект для строгой оценки придирчивого критика.
— Ник нравится тебе? — продолжила допрос Шерил.
— Нет, — уверенно проговорила Тори.
Она не была уверена, что говорит правду, хотя свято верила, что это так или иначе просто быть не может: как может нравиться убийца? Это ведь насколько должны быть большие проблемы с головой.
— Он всем нравится, — подозрительно сузила глаза Шерил.
Серьёзно? Шерил возвысила его до уровня Аполлона? Это уже ненормально.
— Значит, я не все, — ответила Виктория, пожав плечами. — Слушай, Шерил, прекращай этот допрос. У меня нет никаких видов на Ника, как и у него на меня. Я его воспринимаю, как своего мучителя, он меня — как свою жертву. Вот такие вот у нас милые отношения. Не придумывай большего.
— Ты знаешь, что бывает с жертвами Ника? — произнесла Шерил, изогнув одну бровь.
— Имею представление, — более, чем уверенно проговорила Тори, широко распахнув глаза: уж ей-то известен ответ на этот вопрос.
— Знаешь, что он однажды избавится от тебя? И могу заверить, что его методы не очень человечные.
— Так и будет, — более, чем спокойно произнесла Тори. — Я готова к смерти, если того пожелает Ник.
— Серьёзно? Вот так просто? Сдашься? — удивилась Шерил.
— Ещё месяц назад я бы ответила иначе. Сейчас я определённо понимаю, что, если Ник чего-то хочет — он этого добивается любой ценой.
Шерил ухмыльнулась, будто бы целеустремленным назвали не Николаса Морагана, а именно её.
— Ладно. Я не против начать нашу дружбу с чистого листа, — слегка улыбнулась Шерил, протянув руку для заключения мира.
Тори была рада ответить взаимностью, наконец-то объяснившись с Шерил. Пусть эта девушка не переживает: никогда не бывать паре Ник-Тори. Это даже смешно звучит. Невероятная глупость. Николас Морган не способен любить, и невозможно любить такого, как он.
— Я правда очень рада, что мы поняли друг друга, — искренне улыбнулась Виктория, чувствуя облегчение после столь нужного разговора.
— Я тоже, — Шерил выдохнула. — Наверное, время возобновить репетиции. Нужно многое тебе рассказать.
Шерил первой направилась к двери и, схватившись за ручку, резко остановилась, обернувшись к Виктории.
— Репетиция будет долгой. Советую прихватить с собой воду.
Тори слегка улыбнулась: хоть она совсем и не хотела таскаться со своей бутылкой, сейчас было необходимо согласиться с Шерил и не противоречить её заботливому порыву. Виктория вернулась к своему туалетному столику и, подхватив бутылку с негазированной водой, положила её в свою сумочку, подаренную Ником. Как мило со стороны Шерил подумать о такой мелочи. Кажется, она простила её.
Тори остановилась около сцены, оглядывая весь зал в поисках Ника. Должно быть, ему сейчас непросто после негуманного и весьма незаслуженного наказания. Поднимаясь на носочках, она пыталась стать хоть немного выше, чтобы иметь лучший обзор.
— Что ты ищешь? — спросила Шерил.
Тори резко перевела взгляд на блондинку:
— Смотрю, ушел ли Мануэль. Его присутствие меня угнетает.
— Понимаю. Он мне тоже не нравится. Особенно после всех его издевательств над Ником, — прорычала сквозь зубы Шерил.
Тори насупила брови, уловив прекрасный шанс узнать лучше эту историю:
— И часто он так издевался над ним, как сегодня?
— Сегодня? Сегодня были только цветочки: Мануэль держал Ника в подвале и устраивал там бои на выживание — вот что было действительно издевательством.
Тори напряглась, ощущая целый табун мурашек по телу. Вот и причина таких кардинальных перемен Николаса Моргана: виной всему отвратный тип по имени Мануэль Кано. Он просто силой выбил всю совесть Ника. Как после такой психологической травмы можно остаться нормальным? Он поддался тьме, чтобы выжить. Лишь сейчас Тори смогла получить ответ на вопрос, который постоянно задавала Нику. Вот почему он в один момент может быть чудовищем, а в другой — настоящим джентльменом.
— Прости, я на минутку, — Тори уверенно прошла вперёд, пробиваясь через толпу уже готовых к репетиции танцовщиц.
Она остановилась рядом с Джимом, который смирно, как солдат, как всегда смотрел в никуда. Настоящий психопат.
— Джим, — прошептала Тори в страхе, что её могут услышать.
— Пленница, — бросил в ответ мужчина, опуская на неё серые гневные глаза.
— Где Ник?
— Какое тебе дело?
— Просто ответь. Пожалуйста, — проскулила Тори, невинно хлопнув ресничками.
— В кабинете Мануэля. Ему нужно привести себя в порядок.
Виктория обернулась, вновь изучая зал взглядом. Мануэль сидел на своём коронном месте, раскинувшись на весь диван. Превосходно. Его нет в своём кабинете. Ник там должен быть один.
Тори ускорила шаг, обходя зал так, чтобы не попасться Шерил на глаза: эта ненормальная, если увидит, что Виктория направляется к её возлюбленному, тут же пустит в неё все те ножи, которыми был ранен Ник.
Проскользнув к лестнице, Тори, не отводя взгляд от Шерил, командующей началом репетиции, пробралась по ступенькам на второй этаж. Спешно коснувшись ручки двери, она буквально залетела в кабинет Мануэля Кано, прислонившись спиной к стене.
Джим не врал: Николас находился здесь и одарил её невозмутимым взглядом. Тори засмотрелась на него. Он держал свою белую рубашку и стоял всё ещё с оголённым торсом. Её взгляд скользнул от его губ к груди и немного ниже.
— Принцессам сюда нельзя, — прозвучал голос Ника, который отрезвил затуманенный разум Виктории.
— Ник, прости меня, — прошептала Тори, прикусив нижнюю губу.
Николас пораженно вскинул брови, вовсе не ожидая подобного раскаяния от девушки, не способной на извинения.
— Это моя вина. Всё, что с тобой случилось… Всё это моя вина, — тараторила она.
Ник сделал размеренные шаги в сторону Виктории, которая виновато поджала губки и нервно теребила свои пальцы.
— Простишь? — спросила Тори, поднимая голову вверх, как только он остановился чрезвычайно близко.
— Если будешь лучше извиняться — прощу, — едва слышно говорил Ник.
Тори растерянно забегала глазами:
— Как лучше? Ник, я очень виновата и хочу загладить свою вину…
— Загладь, — прошептал Николас, коснувшись кончиками пальцев её упрямого подбородка.
Виктория замолкла, тяжело вдохнув. Она остановила взгляд на его лице. Девушка хорошо знала, чего он ждёт, но не могла себе этого позволить. Не зря ведь давала столько клятв Шерил… Не может предать её.
— Ник, — Тори хотела сделать шаг в сторону, но была остановлена рукой Николаса, которую он приложил к стене, образуя для неё непреодолимую преграду.
— Больше не хочешь загладить вину? — спросил он, склонив голову на бок.
— Хочу, — прошептала Тори, взмахнув вверх ресничками.
— Видимо, тебя нужно научить, как правильно просить прощение.
— Возможно, — робко проговорила Тори, не отводя от него растерянных глаз.
— Значит, тебе нужен учитель.
Тори не успела ответить, неожиданно ощутив сильную руку Николаса на своей пояснице. Охватив её, он приподнял девушку, дабы сравнять их разницу в росте. В его объятиях Виктория не сопротивлялась и, благодаря первому шагу Ника, сделала второй.
Обхватив шею Николаса руками, Тори уверенно подалась вперёд, прильнув к его губам. Он подхватил её на руки, чтобы она овила его поясницу ногами. Тори впервые позволила себе издать стон… Теперь он был не от мучительного страха, а лишь от дразнящего желания.
Все мысли о собственных прегрешениях покинули её разум. Весьма вовремя. Ничего не должно мешать мгновенной огненной вспышке.
Ник был поражён неистовости Виктории. Более, чем удивительный поступок. Он был прав: она маленький демонёнок, которому добрые помыслы лишь внушил социум. Сейчас он не сдерживал себя с Викки, как прежде. Она не заслужила нежность — только грубость.
Он прижал её спиной к стене, обхватив руками округлые ягодицы. Ответный порыв Виктории прижаться к его обнажённой груди ещё сильнее вовсе одурманил Ника.
Он не пытался смягчить поцелуй, скорее наоборот — ответил с первобытной страстью. Она позволила. Не сопротивлялась. Не могла сопротивляться, даже если бы хотела.
Ник охватил девушку руками и, не отрываясь от её губ, перенёс на стол, сперва скинув на пол мешающие бумаги.
Его рука двинулась с перегиба её талии выше, к вырезу на красной блузке. Ник лишь на мгновение отстранился от сладких губ девушки, медленно проложив дорожку из поцелуев по её тонкой нежной шее и остановившись на полуприкрытых холмиках небольшой груди миниатюрной Виктории.
Тори поставила руки на стол, невольно изгибаясь от ощущения столь трепетных касаний губ мужчины в месте, где она ранее даже запрещала к себе касаться…
Виктория вздрогнула, чувствуя, как Ник позволил себе расстегнуть верхние пуговицы её блузки и скользнуть рукой под бюстгальтер. Её резкое сопротивление Николас не принял. Он на мгновение поднял взгляд на её лицо, буквально приказывая в молчаливой форме не шевелиться. Положив большой палец на набухший сосок девушки, он стал медленно массировать, обводить вокруг…
— Расслабься, — прошептал он. — Я не сделаю тебе плохо.
Тори выдохнула, не сразу прислушавшись к словам Ника. Она едва сдерживалась, чтобы не остановить его в момент, когда ощутила пальцы на своей спине. Легкими успокаивающими движениями он гладил её тело и, понимая, что дыхание девушки вновь выровнялось, ловко расстегнул её бюстгальтер.
Тори забыла о предрассудках и всех окутавших её страхах, ощутив нежное, трепетное касание влажных губ Ника к своей чувственной груди. Она прикрыла веки и положила руку на его голову, невольно сжимая пальцами тёмные волосы. Никогда прежде она не испытывала столь острых, одурманивающих чувств, и сейчас вовсе не хотелось прекращать невероятные эмоции, полностью опьянившие её лучше дорогостоящего виски.
Ранее Тори легко могла закончить флирт лишь на поцелуе с парнем.
— Для тебя что угодной, красотка, — ухмыльнулся Том, опустив взгляд на весьма нескромный вырез декольте своей «клиентки».
— Мануэль сказал, я могу обратиться к тебе.
Том закатил глаза и слегка отстранился, понимая, что невероятная Шерил, о которой мечтали почти все в Мортале, пришла к нему не просто так.
— Могу, — кратко ответил он с видом разочарованного человека. Он опустился под бар, и мгновение его не было видно.
Шерил попыталась заглянуть, где он там копошится, как Том резко поднялся и, положив на стол пакет, придвинул его к блондинке.
Шерил насупилась, прочитав надпись:
— «Сладкая вишня»? — спросила она. — Это шутка?
— Это лишь прикрытие, красотка. Внутри подарок. Я так понимаю, тебе нужно от кого-то избавиться, — Том вновь наклонился ближе к девушке. — Это яд.
Шерил попыталась удержаться от показательного шока.
— Он не быстродействующий: подсыпай несколько грамм в воду какое-то время. Твоя жертва будет умирать медленно, и никто не сможет понять причину смерти. Через месяц-второй ты избавишься от того, кто перешёл тебе дорогу. Это чудодейственное средство убийства для таких белоручек, как ты. Я предпочёл бы пистолет — быстро и качественно.
Пребывая в затуманенном сознании, Шерил забыла поблагодарить своего дилера и медленно отошла от бара, чётко направляясь в гримёрную. Она крепко сжала в кулаке орудие убийства и, ни секунды не колеблясь, открыла дверь.
Закрыв за собой, Шерил оглянулась, проверяя обстановку. Пусто. Место Тори было в конце помещения. Если уж девушка сегодня здесь — значит, будет готовиться к выступлению. Превосходно.
Шерил открыла новую пачку с бутылками простой воды, которые каждый день выделяли работникам. Как главная среди девушек она всегда заботилась о том, чтобы на туалетном столике каждой стояла свежая вода.
Она подхватила бутылки и спешно поставила их на столики. Как только она начала открывать бутылку Тори, руки стали дрожать так, будто бы наступило землетрясение. Сердце, казалось, сейчас вырвется из груди. Едва работающими пальцами Шерил раскрыла пакет и, медленно наклонив его к горлышку бутылки, попыталась бросить в воду, как и было сказано Томом, несколько грамм.
— Чёрт, — пробубнила Шерил, пересыпав раза в три больше, чем было нужно.
Услышав за дверью шаги, она спешно спрятала пакетик в карман своих джинс, а бутылку быстро закрутила крышкой.
Открылась дверь, Шерил резко обернулась.
— Привет, девочки, — бросила она, взглянув на Аманду и свою жертву — Викторию.
— Всё в порядке, Шерил? — спросила Аманда, являющаяся администратором клуба.
— Да, — девушка два раза кивнула.
— Тори долго отсутствовала, — произнесла Аманда. — Расскажи ей, что она пропустила и что ей нужно догнать по программе.
Шерил натянула улыбку на миловидное личико и покорно кивнула. Аманда расценила этот знак как положительный ответ, и, взаимно подарив улыбку, вышла из гримёрной.
Тори неловко помялась на месте. Находиться наедине с Шерил было весьма непросто. С одной стороны, девушку было жаль: она пережила в юном возрасте больше ужасов, чем большинство женщин испытывают за всю жизнь. Все её непрекращающиеся страдания не завершились на её похищении из родного дома. Найдя свою любовь, Шерил совсем не могла осознать, что взаимностью не была вознаграждена.
С другой стороны, Тори с недавнего времени чувствовала антипатию к
Шерил. Возможно, виной тому была слабость этой девушки перед мужчинами. Глядя на это зрелище, подобное поведение казалось жалким. Это раздражало.
— Шерил, — начала Тори, но была мгновенно остановлена резким жестом ладони девушки.
— Молчи! — бросила Шерил, насупившись. — Ты потеряла возможность даже смотреть на меня.
Тори удержалась от показательного закатывания глаз.
— Ты действительно ненавидишь меня из-за того, что Ник насильно держит меня в этом проклятом месте? Я не враг тебе, Шерил. С радостью покинула бы этот ад и не видела бы твоего возлюбленного вечность.
Виктория резко опустила взгляд к полу. Она уже не могла представить, какого это без Ника рядом, без его вечных издевок и дерзости… Без его непредсказуемой ярости и вовремя вспыхнувшей заботы… Без его отталкивающей грубости и всегда неожиданной пленяющей нежности…
Тори часто захлопала ресницами, как только Шерил сдвинулась с места и прошла вперёд, остановившись перед своей «соперницей» лицом к лицу.
— Хочешь сказать, между тобой и Ником нет романа?
Тори посмотрела в глаза Шерил:
— Могу дать слово, что между нами нет романа!
«Между нами что-то совершенно другое, совсем непонятное», — мысленно добавила Тори, но упоминать это было совсем не обязательно.
Шерил ещё какое-то время изучала взглядом шатенку, словно девушка перед ней — объект для строгой оценки придирчивого критика.
— Ник нравится тебе? — продолжила допрос Шерил.
— Нет, — уверенно проговорила Тори.
Она не была уверена, что говорит правду, хотя свято верила, что это так или иначе просто быть не может: как может нравиться убийца? Это ведь насколько должны быть большие проблемы с головой.
— Он всем нравится, — подозрительно сузила глаза Шерил.
Серьёзно? Шерил возвысила его до уровня Аполлона? Это уже ненормально.
— Значит, я не все, — ответила Виктория, пожав плечами. — Слушай, Шерил, прекращай этот допрос. У меня нет никаких видов на Ника, как и у него на меня. Я его воспринимаю, как своего мучителя, он меня — как свою жертву. Вот такие вот у нас милые отношения. Не придумывай большего.
— Ты знаешь, что бывает с жертвами Ника? — произнесла Шерил, изогнув одну бровь.
— Имею представление, — более, чем уверенно проговорила Тори, широко распахнув глаза: уж ей-то известен ответ на этот вопрос.
— Знаешь, что он однажды избавится от тебя? И могу заверить, что его методы не очень человечные.
— Так и будет, — более, чем спокойно произнесла Тори. — Я готова к смерти, если того пожелает Ник.
— Серьёзно? Вот так просто? Сдашься? — удивилась Шерил.
— Ещё месяц назад я бы ответила иначе. Сейчас я определённо понимаю, что, если Ник чего-то хочет — он этого добивается любой ценой.
Шерил ухмыльнулась, будто бы целеустремленным назвали не Николаса Морагана, а именно её.
— Ладно. Я не против начать нашу дружбу с чистого листа, — слегка улыбнулась Шерил, протянув руку для заключения мира.
Тори была рада ответить взаимностью, наконец-то объяснившись с Шерил. Пусть эта девушка не переживает: никогда не бывать паре Ник-Тори. Это даже смешно звучит. Невероятная глупость. Николас Морган не способен любить, и невозможно любить такого, как он.
— Я правда очень рада, что мы поняли друг друга, — искренне улыбнулась Виктория, чувствуя облегчение после столь нужного разговора.
— Я тоже, — Шерил выдохнула. — Наверное, время возобновить репетиции. Нужно многое тебе рассказать.
Шерил первой направилась к двери и, схватившись за ручку, резко остановилась, обернувшись к Виктории.
— Репетиция будет долгой. Советую прихватить с собой воду.
Тори слегка улыбнулась: хоть она совсем и не хотела таскаться со своей бутылкой, сейчас было необходимо согласиться с Шерил и не противоречить её заботливому порыву. Виктория вернулась к своему туалетному столику и, подхватив бутылку с негазированной водой, положила её в свою сумочку, подаренную Ником. Как мило со стороны Шерил подумать о такой мелочи. Кажется, она простила её.
***
Тори остановилась около сцены, оглядывая весь зал в поисках Ника. Должно быть, ему сейчас непросто после негуманного и весьма незаслуженного наказания. Поднимаясь на носочках, она пыталась стать хоть немного выше, чтобы иметь лучший обзор.
— Что ты ищешь? — спросила Шерил.
Тори резко перевела взгляд на блондинку:
— Смотрю, ушел ли Мануэль. Его присутствие меня угнетает.
— Понимаю. Он мне тоже не нравится. Особенно после всех его издевательств над Ником, — прорычала сквозь зубы Шерил.
Тори насупила брови, уловив прекрасный шанс узнать лучше эту историю:
— И часто он так издевался над ним, как сегодня?
— Сегодня? Сегодня были только цветочки: Мануэль держал Ника в подвале и устраивал там бои на выживание — вот что было действительно издевательством.
Тори напряглась, ощущая целый табун мурашек по телу. Вот и причина таких кардинальных перемен Николаса Моргана: виной всему отвратный тип по имени Мануэль Кано. Он просто силой выбил всю совесть Ника. Как после такой психологической травмы можно остаться нормальным? Он поддался тьме, чтобы выжить. Лишь сейчас Тори смогла получить ответ на вопрос, который постоянно задавала Нику. Вот почему он в один момент может быть чудовищем, а в другой — настоящим джентльменом.
— Прости, я на минутку, — Тори уверенно прошла вперёд, пробиваясь через толпу уже готовых к репетиции танцовщиц.
Она остановилась рядом с Джимом, который смирно, как солдат, как всегда смотрел в никуда. Настоящий психопат.
— Джим, — прошептала Тори в страхе, что её могут услышать.
— Пленница, — бросил в ответ мужчина, опуская на неё серые гневные глаза.
— Где Ник?
— Какое тебе дело?
— Просто ответь. Пожалуйста, — проскулила Тори, невинно хлопнув ресничками.
— В кабинете Мануэля. Ему нужно привести себя в порядок.
Виктория обернулась, вновь изучая зал взглядом. Мануэль сидел на своём коронном месте, раскинувшись на весь диван. Превосходно. Его нет в своём кабинете. Ник там должен быть один.
Тори ускорила шаг, обходя зал так, чтобы не попасться Шерил на глаза: эта ненормальная, если увидит, что Виктория направляется к её возлюбленному, тут же пустит в неё все те ножи, которыми был ранен Ник.
Проскользнув к лестнице, Тори, не отводя взгляд от Шерил, командующей началом репетиции, пробралась по ступенькам на второй этаж. Спешно коснувшись ручки двери, она буквально залетела в кабинет Мануэля Кано, прислонившись спиной к стене.
Джим не врал: Николас находился здесь и одарил её невозмутимым взглядом. Тори засмотрелась на него. Он держал свою белую рубашку и стоял всё ещё с оголённым торсом. Её взгляд скользнул от его губ к груди и немного ниже.
— Принцессам сюда нельзя, — прозвучал голос Ника, который отрезвил затуманенный разум Виктории.
— Ник, прости меня, — прошептала Тори, прикусив нижнюю губу.
Николас пораженно вскинул брови, вовсе не ожидая подобного раскаяния от девушки, не способной на извинения.
— Это моя вина. Всё, что с тобой случилось… Всё это моя вина, — тараторила она.
Ник сделал размеренные шаги в сторону Виктории, которая виновато поджала губки и нервно теребила свои пальцы.
— Простишь? — спросила Тори, поднимая голову вверх, как только он остановился чрезвычайно близко.
— Если будешь лучше извиняться — прощу, — едва слышно говорил Ник.
Тори растерянно забегала глазами:
— Как лучше? Ник, я очень виновата и хочу загладить свою вину…
— Загладь, — прошептал Николас, коснувшись кончиками пальцев её упрямого подбородка.
Виктория замолкла, тяжело вдохнув. Она остановила взгляд на его лице. Девушка хорошо знала, чего он ждёт, но не могла себе этого позволить. Не зря ведь давала столько клятв Шерил… Не может предать её.
— Ник, — Тори хотела сделать шаг в сторону, но была остановлена рукой Николаса, которую он приложил к стене, образуя для неё непреодолимую преграду.
— Больше не хочешь загладить вину? — спросил он, склонив голову на бок.
— Хочу, — прошептала Тори, взмахнув вверх ресничками.
— Видимо, тебя нужно научить, как правильно просить прощение.
— Возможно, — робко проговорила Тори, не отводя от него растерянных глаз.
— Значит, тебе нужен учитель.
Тори не успела ответить, неожиданно ощутив сильную руку Николаса на своей пояснице. Охватив её, он приподнял девушку, дабы сравнять их разницу в росте. В его объятиях Виктория не сопротивлялась и, благодаря первому шагу Ника, сделала второй.
Обхватив шею Николаса руками, Тори уверенно подалась вперёд, прильнув к его губам. Он подхватил её на руки, чтобы она овила его поясницу ногами. Тори впервые позволила себе издать стон… Теперь он был не от мучительного страха, а лишь от дразнящего желания.
Все мысли о собственных прегрешениях покинули её разум. Весьма вовремя. Ничего не должно мешать мгновенной огненной вспышке.
Ник был поражён неистовости Виктории. Более, чем удивительный поступок. Он был прав: она маленький демонёнок, которому добрые помыслы лишь внушил социум. Сейчас он не сдерживал себя с Викки, как прежде. Она не заслужила нежность — только грубость.
Он прижал её спиной к стене, обхватив руками округлые ягодицы. Ответный порыв Виктории прижаться к его обнажённой груди ещё сильнее вовсе одурманил Ника.
Он не пытался смягчить поцелуй, скорее наоборот — ответил с первобытной страстью. Она позволила. Не сопротивлялась. Не могла сопротивляться, даже если бы хотела.
Ник охватил девушку руками и, не отрываясь от её губ, перенёс на стол, сперва скинув на пол мешающие бумаги.
Его рука двинулась с перегиба её талии выше, к вырезу на красной блузке. Ник лишь на мгновение отстранился от сладких губ девушки, медленно проложив дорожку из поцелуев по её тонкой нежной шее и остановившись на полуприкрытых холмиках небольшой груди миниатюрной Виктории.
Тори поставила руки на стол, невольно изгибаясь от ощущения столь трепетных касаний губ мужчины в месте, где она ранее даже запрещала к себе касаться…
Виктория вздрогнула, чувствуя, как Ник позволил себе расстегнуть верхние пуговицы её блузки и скользнуть рукой под бюстгальтер. Её резкое сопротивление Николас не принял. Он на мгновение поднял взгляд на её лицо, буквально приказывая в молчаливой форме не шевелиться. Положив большой палец на набухший сосок девушки, он стал медленно массировать, обводить вокруг…
— Расслабься, — прошептал он. — Я не сделаю тебе плохо.
Тори выдохнула, не сразу прислушавшись к словам Ника. Она едва сдерживалась, чтобы не остановить его в момент, когда ощутила пальцы на своей спине. Легкими успокаивающими движениями он гладил её тело и, понимая, что дыхание девушки вновь выровнялось, ловко расстегнул её бюстгальтер.
Тори забыла о предрассудках и всех окутавших её страхах, ощутив нежное, трепетное касание влажных губ Ника к своей чувственной груди. Она прикрыла веки и положила руку на его голову, невольно сжимая пальцами тёмные волосы. Никогда прежде она не испытывала столь острых, одурманивающих чувств, и сейчас вовсе не хотелось прекращать невероятные эмоции, полностью опьянившие её лучше дорогостоящего виски.
Ранее Тори легко могла закончить флирт лишь на поцелуе с парнем.
