Я решительно встала и, отойдя от костра на несколько шагов, выровняла землю, отодвинув мешающиеся спальники. Подумав, распустила волосы и наложила на одежду щит от огня. Иногда в таверне я использую и иллюзию пламени, но сегодня зрители другие. Сотворила иллюзию новогоднего платья и… Бес, будто только и ждал этого момента, заиграл ту самую мелодию, под звуки которой я в первый раз сорвалась в танец в таверне. А дальше я просто отключилась от происходящего: есть я, моё пламя и музыка. Я никогда не помню, как я двигаюсь и что делаю, просто растворяюсь в своей стихии. Но зрителям безумно нравится. Бес же как-то кратко сказал: так танцует живое пламя. И вновь к действительности я вернулась, едва истара замолкла. Тишина не напрягла: так всегда происходит. Минута молчания, а потом громовые аплодисменты. Так и сейчас произошло. Но пламя я не погасила, чтобы опасность была для всех очевидна. Взглянула в карие глаза, чтобы узнать реакцию Аскара. И столько восхищения, любви, желания я увидела… Я улыбнулась ему в ответ и огляделась по сторонам: реакция есть, но вроде все в адекватном состоянии. Поэтому я погасила пламя и вернулась вновь под бок к Аскару.
- Предлагаю вернуться к частушкам про дракона и принцессу. – со смешком предложила я, когда Торек вновь взялся за истару. – Но вашу солидарность Аскару я оценила. Думаю, ректор тоже.
Агейро хохотнул и подтвердил, что оценил он её высоко. К частушкам мы не вернулись, но запели другие веселые трактирные песни. Впрочем, надолго нас не хватило. И вскоре Аскар назначил дежурных, а остальных отправил спать.
К вечеру следующего дня мы, наконец, выбрались из болота. И побрели к ближайшей деревне. Приближающуюся грозу я почувствовала ещё в топях, и с каждым часом предвкушение все больше одолевало меня. Обожаю грозы, но особенно люблю первую весеннюю грозу, когда природа ещё только просыпается. В ней столько магии, ведь все стихии буйствуют одновременно. И веселятся они свирепо, ибо слишком долго природа была в спячке. Снова вспомнилось как восемь лет назад я танцевала со стихиями под дождем… Если быть откровенной, то я и сейчас так делаю, сбегая ото всех в ближайший лес. Пока я мечтала о неосуществимом, мы уже к околице подошли. Вздохнув, я взглянула на стремительно темнеющее небо, вдали уже и молнии мелькают, раскаты грома не пугают, а зовут в лес. Мы уже подходили к гостевому дому, когда я отстала от остальных и с явной неохотой все же следовала за сокурсниками в общий зал трактира. Остановилась на пороге и оглянулась на небо: минут через пять, если не раньше накроет грозой и нас. Ребята уже и за столом разместились, и даже Аскар уже договорился о номерах, а я все не могла заставить себя пройти внутрь. Ректор, заметив мое отсутствие, быстро огляделся по сторонам.
- Что такое? – тихо спросил он, подходя ближе.
- Гроза, - с улыбкой пояснила я. Глубокий вздох: азоном уже пахнет, и более тоскливое пояснение. – Первая гроза в этом году.
- И? – вопросительно протянул он.
- Люблю гулять под дождем. – и это тоже правда. Я посмотрела на ребят, что сидели неподалеку, а потом снова на улицу. И слеветировала рюкзак на ближайший стул, а сама направилась на улицу, даже не спрашивая разрешения у Аскара. – Поймаешь – поцелую… - со смешком крикнула я Аскару, ускоряя шаг. - Причем поцелую так, как никогда не целовала…
Это я так одновременно и разрешение просила и его с собой зазывала. Аскар покачал головой и направился следом.
- Две минуты форы, - попросила я. – Иначе просто не имеет смысла.
Ректор усмехнулся и остановился, сложив руки на груди в выжидательном жесте. А я стремительно умчалась в еловый пролесок, стараясь увеличить дистанцию. Отбежав поглубже в лес, сделала с десяток своих фантомов и запустила их бежать по лесу в разных направлениях, надеясь хоть ненадолго сбить след. А сама, отбежав ещё метров на двести, спряталась за елью. Спустя пару минут осторожно выглянула из-за дерева, рассматривая, что же происходит с моими фантомами. И с трудом сдержала изумление: Аскар в ответ сделал десяток своих фантомов, которые вылавливали «меня».
- Что интересного показывают? – насмешливый вопрос над ухом заставил меня подпрыгнуть. Меня крепко обняли со спины и шепнули уже у самого уха. – Поймал. – я повернулась в объятиях Аскара и обольстительно улыбнулась. Вот даже не думала отмазываться от обещания. Приподнялась на цыпочках и поцеловала так страстно, что крышу снесло нам обоим. Причем моментально. И хлынувший ливень не вернул нас на землю.
И вот уже Аскар впечатал меня спиной в дерево, за которым я пряталась, и приподнял так, чтобы ему удобнее было меня целовать. Впрочем, я не возражала, наоборот, и даже ногу на его бедро забросила, прижимаясь ещё ближе. Аскар попытался сделать над нами купол от дождя, но я его тут же сдернула. Ибо купол закрывал нас и от буйствующих стихий, а мне так хотелось их почувствовать. И Аскар оставил попытки защитить нас от ливня…
И вот уже я расстегиваю пуговицы на его рубашке, одновременно вытаскивая её из брюк. Он же с шумом выпускает из легких воздух, не пытаясь остановить мои шаловливые ручки. Провожу ладонями по обнаженной мужской груди, животу, пальчиками пересчитывая кубики на прессе, отчего дыхание мужчины становится рваным. И в ответ на мои проказы уже Аскар расстегивает на мне рубашку, я же тем временем стаскиваю рубашку с его плеч и откидываю куда-то в кусты. Да-да я всё решила для себя ещё вчера, когда согласилась танцевать для него.
Губы Аскара начинают медленное путешествие вниз: подбородок, шея, ключица, ложбинка между грудей... Вцепляюсь в его волосы, поднимая лицо, и вновь целую горячо, страстно. Но спустя секунды Аскар со стоном отстраняется и говорит полным сожаления голосом.
- Рина, я не уверен, что смогу остановиться…
- И не надо, - мой голос все-таки дрогнул. Прижавшись к нему всем телом, я уверенно продолжила чуть хриплым шепотом. – Я хочу тебя, Аскар…
Карие глаза испытующе впились в мои, но я уже наклонила голову, чтобы поцеловать его шею и чуть лизнула кожу, пробуя на вкус. Аскар опять резко выдохнул, и вот уже он покрывает поцелуями мое лицо, шею, грудь, сместив чашки бюстгальтера вниз. От ливня уже вся одежда промокла насквозь, но мне не холодно, мне жарко. Впрочем, Аскар все же попытался построить портал. Правда, не знаю куда.
- Пойдем, - предложил ректор, не прерывая поцелуев.
- Неа, - прошептала я, с трудом сдерживая стон. – Я хочу здесь и сейчас.
Здесь не страшно (ведь рядом стихии) и нет никаких неприятных ассоциаций. Ибо в грозу за собой я раньше никого не звала. Ещё один долгий взгляд, и Аскар вновь уступает, развеивая портал. А я уже тянусь к пряжке его ремня, но мужчина уверенно отстраняет мои руки. И вместо этого расстегивает мой ремень и стаскивает с меня промокшие брюки, оставляя меня в гольфах, белье и расстегнутой рубашке, его язык выписывает узоры вокруг пупка, и я уже не в силах сдержаться, стону в полный голос, впиваясь ногтями в его плечи. Ещё секунда и Аскар, выпрямившись в полный рост, вновь завладевает моими губами. Я вновь размещаю голень на его бедре, но уже через несколько секунд моя нога смещается так, что щиколотка оказывается на его ягодице.
- Что же ты творишь со мной, - стонет Аскар мне на ухо, прикусывая мочку. И новый стон-мольба. – Рииндела…
И я мгновенно переношусь на восемь лет назад. Я могу сколько угодно обманывать других, заявляя, что он спутал меня с матерью, но сама знаю, что в ту ночь Дорантан пришел именно ко мне. К двенадцатилетней девчонке, что ещё и целоваться не умела. Так как он разбудил меня хриплым шепотом: Рииндела.
Задеревенев, с трудом успеваю сдержать истинное пламя. А спустя секунду упираюсь плечами в торс мужчины, пытаясь оттолкнуть. Взглянув в почти черные глаза мужчины, понимаю, что останавливать уже поздно. Прикрываю глаза, чуть расслабляя руки. Выдохнула: перетерплю. И застываю, прекращая любое сопротивление, но ответить на его ласки нет сил.
- Тише, - шепчет Аскар на ухо. – Лисёнок, тише, все нормально…- он заставляет себя отодвинуться. – Не бойся, маленькая, всё хорошо. – он шепчет ещё какие-то нежности, пока меня не начинает бить дрожь. То ли от холода, то ли от пережитого, то ли от так резко схлынувшего вожделения. Ноги перестают меня держать, и я медленно сползаю вниз по стволу дереву. Вот скажите, зачем Аскару такая бракованная возлюбленная? Или он мазохист?
Не замечаю, как мы вместе оказываемся на земле, причем как я оседлала его бедра, понять я не смогла.
- Что я сделал не так? – наверное, в сотый раз спросил Аскар.
- Не называй меня Риинделой, - с трудом разлепив губы, попросила я.
- Почему? – очень тихо спросил Аскар, прижимая к себе и выводя незамысловатые узоры на спине. Сферу от осадков он все же сделал, и теперь я не была против.
- Когда-нибудь я снова полюблю свое имя, - пообещала я и ему, и себе.
- Почему? – повторил Аскар. Вздохнула, выдохнула, и… ещё раз вздохнула. Нужно объяснить, но так чтобы Аскар тут же не ринулся его убивать.
- Он нужен мне живым. Пока, - промолвила я, заглядывая в карие глаза. – Кошмары… в кошмарах он вновь и вновь зовет меня Риинделой, как в ту ночь звал… Он разбудил меня хриплым шепотом, но не дал и секунды, чтобы проснуться. – Аскар застыл истуканом, а я продолжила. - Мерзкий чужой язык во рту, невыносимая тяжесть мужского тела, и полное ощущение безвыходности… Я звала на помощь, хотя понимала, что никто не придет. Никто не вмешается в игры хозяина. – я слабо улыбнулась и поспешно продолжила, чтобы не получилось как с Ники. - Но я все же отбилась. Мое пламя, пожар и побег через потайной ход в замке…- пауза, и я совсем тихо закончила. – Дорантана. – Я вновь посмотрела в карие глаза. – У меня не было дороги назад, Аскар. Никогда не было.
- Дорантан точно нужен тебе живым? – спросил Аскар слишком спокойным тоном. И даже иронично пояснил свой вопрос. - У нас некроманты умеют неплохо допрашивать и трупы.
- Не трогай его, я сама с него за всё спрошу, - прошептала я, просительно заглядывая в карие глаза. Аскар глубоко вздохнул, выдохнул… И медленно кивнул. И только сейчас я поняла, что все ещё сижу перед ним (или точнее на нем?) полуобнаженная. Причем каким образом бюстгальтер исчез в неизвестном направлении непонятно, особенно если учесть что расстегнутая рубашка все ещё была на мне. Поспешно запахнула её, но Аскар перехватил мою руку.
- Не прикрывайся, - попросил Аскар, отодвигая полы в стороны. - Дай мне хотя бы полюбоваться.
И чуть отодвинувшись, он, действительно начал любоваться. Ведь похоти в его взгляде не было, только восхищение и желание. Он осторожно дотронулся до вершинки левой груди, и она сразу съежилась в тугой комочек. Я изумленно выдохнула, а через секунду губы и язык Аскара продолжили игру. Вновь вцепилась в его волосы, отстраняя от себя. Ощущения были слишком острые, чтобы проигнорировать их, но после всех откровений этого вечера я была опустошенна.
- Я уже не уверен, что смогу тебя отпустить, - тоскливо побормотал Аскар, вглядываясь в мои глаза. У меня непроизвольно подлетели брови на лоб, и ректор пояснил. – Даже если ты полюбишь другого.
Я удивилась ещё сильнее: неужели он до сих пор ревнует к Аллитеру? Хотела уже сказать: и не надо отпускать, но вовремя прикусила губу. Погладила напряженные плечи мужчины, не зная как ещё выразить свои чувства. Ведь признаться в любви сейчас – это сжечь все мосты для отступления. Да я поняла, что люблю его, иначе бы не стала рассказывать о Дорантане. Когда поняла? Наверное, в тот момент, когда он остановился без всяких просьб с моей стороны. Когда полюбила? Без понятия!
- Аскар, я… - замерла на полуслове и поняла, что не смогу. Надо хотя бы потренироваться перед зеркалом. И вместо всего того, что вертелось на языке, сказала. - Нам пора обратно в трактир. – и умоляюще посмотрела в его глаза. И ректор снова отступил.
Помог мне подняться и убрал завесу. Оглядевшись, поняла, что здесь слишком много духов стихий. И я даже не знаю, как на это реагировать. Ведь понимаю, что им просто любопытно (духам же не свойственны человеческие пороки). Ладно, когда они слетались на танцы в лес, но вот на такое?.. И вот сейчас они явно разочарованы. Аскар тоже заметил столпотворение и, протянув мне руку, предложил.
- Потанцуем? – я уже вложила свою ладонь, когда он «включил» музыку. Каяре. Чуть приостановилась, но потом все же начала танцевать, только и успев застегнуть пару пуговиц на рубашке. И да, Аскар показал мне разницу, показал, как может танцевать любящий мужчина. Каждый взгляд, каждый жест, каждое прикосновение демонстрировало всем не только его страсть ко мне, но и уважение и даже благоговение. Но несмотря на это танцевать каяре было сложно даже с Аскаром.
В трактир мы возвращались вымотавшиеся и неудовлетворенные. По крайней мере, я уж точно. Ребята все же дождались нас в общем зале. И даже шуточек по поводу нашего внешнего вида не отпускали. Хотя Аскар постарался хоть как-то высушить нашу одежду. Раздав всем ключи, он взглядом попросил остальных скрыться с глаз, иначе как объяснить то, что вскоре за столом остались мы одни.
- Я хочу провести эту ночь с тобой. – тихо попросил Аскар, когда мы уже к чаю перешли. Невольно поперхнулась чаем, и мужчина пояснил. – Мы будем просто спать рядом.
- Аскар, - простонала я, чуть покачав головой. – Ты не понимаешь… Меня, возможно, опять кошмары будут мучить.- по глазам Аскара поняла, что это его не убедило. - И потом я дерусь во сне, особенно если ты невольно приставать будешь.- знаю, так как пару раз Бесу нехило перепадало, когда он со сна путал меня с одной из своих «подружек».
- От кошмаров защищу, драки не боюсь, - отрапортовал он, завладевая моей ладонью. И начал покрывать ей нежными чувственными поцелуями. И через пару минут я сдалась.
Уже засыпая в его объятиях, услышала приглашение Аскара провести пару свободных дней между практиками на островах в Южном море, и что-то согласное буркнула в ответ.
Сколько можно меня пытать? Почему меня, наконец, не оставят в покое? Это только мысли, которые вряд ли я осмелюсь озвучить вслух. Повинуясь жесту императора, села в кресло рядом со столом. В соседнее приземлился Альшер. Я приготовилась к допросу на тему, что же там произошло, но вместо этого услышала непонятные слова сожаления и сочувствия. От Андариона! Несколько диковато на него посмотрела, не понимая и не принимая этих слов утешение. По сути, Аскар был мне ни кем. Ни мужем, ни даже женихом, тогда к чему это? Отвернулась к окну, чтобы отгородиться от всего, что происходит. И увидела свое отражение: осунувшееся бледное лицо, искусанные губы, покрасневшие глаза. Сегодня третий день, мы официально похоронили его останки, правда, не знаю, что было в гробе, меня от подробностей избавили. Внезапно заметила в отражении жест Альшера, и Андарион замолчал.
- Лучше поговорите наедине, - после паузы неловко пробормотал он. И покинул свой собственный кабинет. И снова тишина.
- Ты не должна винить себя, - убежденно заявил Альшер, пытаясь повернуть меня к себе. Не далась. Обняла колени, забравшись в кресло с ногами, так, по крайней мере, он перестанет без спроса лезть в мое личное пространство. Альшер вновь попытался пробиться через стену отчуждения. – Ты ни в чем не виновата.
- Предлагаю вернуться к частушкам про дракона и принцессу. – со смешком предложила я, когда Торек вновь взялся за истару. – Но вашу солидарность Аскару я оценила. Думаю, ректор тоже.
Агейро хохотнул и подтвердил, что оценил он её высоко. К частушкам мы не вернулись, но запели другие веселые трактирные песни. Впрочем, надолго нас не хватило. И вскоре Аскар назначил дежурных, а остальных отправил спать.
К вечеру следующего дня мы, наконец, выбрались из болота. И побрели к ближайшей деревне. Приближающуюся грозу я почувствовала ещё в топях, и с каждым часом предвкушение все больше одолевало меня. Обожаю грозы, но особенно люблю первую весеннюю грозу, когда природа ещё только просыпается. В ней столько магии, ведь все стихии буйствуют одновременно. И веселятся они свирепо, ибо слишком долго природа была в спячке. Снова вспомнилось как восемь лет назад я танцевала со стихиями под дождем… Если быть откровенной, то я и сейчас так делаю, сбегая ото всех в ближайший лес. Пока я мечтала о неосуществимом, мы уже к околице подошли. Вздохнув, я взглянула на стремительно темнеющее небо, вдали уже и молнии мелькают, раскаты грома не пугают, а зовут в лес. Мы уже подходили к гостевому дому, когда я отстала от остальных и с явной неохотой все же следовала за сокурсниками в общий зал трактира. Остановилась на пороге и оглянулась на небо: минут через пять, если не раньше накроет грозой и нас. Ребята уже и за столом разместились, и даже Аскар уже договорился о номерах, а я все не могла заставить себя пройти внутрь. Ректор, заметив мое отсутствие, быстро огляделся по сторонам.
- Что такое? – тихо спросил он, подходя ближе.
- Гроза, - с улыбкой пояснила я. Глубокий вздох: азоном уже пахнет, и более тоскливое пояснение. – Первая гроза в этом году.
- И? – вопросительно протянул он.
- Люблю гулять под дождем. – и это тоже правда. Я посмотрела на ребят, что сидели неподалеку, а потом снова на улицу. И слеветировала рюкзак на ближайший стул, а сама направилась на улицу, даже не спрашивая разрешения у Аскара. – Поймаешь – поцелую… - со смешком крикнула я Аскару, ускоряя шаг. - Причем поцелую так, как никогда не целовала…
Это я так одновременно и разрешение просила и его с собой зазывала. Аскар покачал головой и направился следом.
- Две минуты форы, - попросила я. – Иначе просто не имеет смысла.
Ректор усмехнулся и остановился, сложив руки на груди в выжидательном жесте. А я стремительно умчалась в еловый пролесок, стараясь увеличить дистанцию. Отбежав поглубже в лес, сделала с десяток своих фантомов и запустила их бежать по лесу в разных направлениях, надеясь хоть ненадолго сбить след. А сама, отбежав ещё метров на двести, спряталась за елью. Спустя пару минут осторожно выглянула из-за дерева, рассматривая, что же происходит с моими фантомами. И с трудом сдержала изумление: Аскар в ответ сделал десяток своих фантомов, которые вылавливали «меня».
- Что интересного показывают? – насмешливый вопрос над ухом заставил меня подпрыгнуть. Меня крепко обняли со спины и шепнули уже у самого уха. – Поймал. – я повернулась в объятиях Аскара и обольстительно улыбнулась. Вот даже не думала отмазываться от обещания. Приподнялась на цыпочках и поцеловала так страстно, что крышу снесло нам обоим. Причем моментально. И хлынувший ливень не вернул нас на землю.
И вот уже Аскар впечатал меня спиной в дерево, за которым я пряталась, и приподнял так, чтобы ему удобнее было меня целовать. Впрочем, я не возражала, наоборот, и даже ногу на его бедро забросила, прижимаясь ещё ближе. Аскар попытался сделать над нами купол от дождя, но я его тут же сдернула. Ибо купол закрывал нас и от буйствующих стихий, а мне так хотелось их почувствовать. И Аскар оставил попытки защитить нас от ливня…
И вот уже я расстегиваю пуговицы на его рубашке, одновременно вытаскивая её из брюк. Он же с шумом выпускает из легких воздух, не пытаясь остановить мои шаловливые ручки. Провожу ладонями по обнаженной мужской груди, животу, пальчиками пересчитывая кубики на прессе, отчего дыхание мужчины становится рваным. И в ответ на мои проказы уже Аскар расстегивает на мне рубашку, я же тем временем стаскиваю рубашку с его плеч и откидываю куда-то в кусты. Да-да я всё решила для себя ещё вчера, когда согласилась танцевать для него.
Губы Аскара начинают медленное путешествие вниз: подбородок, шея, ключица, ложбинка между грудей... Вцепляюсь в его волосы, поднимая лицо, и вновь целую горячо, страстно. Но спустя секунды Аскар со стоном отстраняется и говорит полным сожаления голосом.
- Рина, я не уверен, что смогу остановиться…
- И не надо, - мой голос все-таки дрогнул. Прижавшись к нему всем телом, я уверенно продолжила чуть хриплым шепотом. – Я хочу тебя, Аскар…
Карие глаза испытующе впились в мои, но я уже наклонила голову, чтобы поцеловать его шею и чуть лизнула кожу, пробуя на вкус. Аскар опять резко выдохнул, и вот уже он покрывает поцелуями мое лицо, шею, грудь, сместив чашки бюстгальтера вниз. От ливня уже вся одежда промокла насквозь, но мне не холодно, мне жарко. Впрочем, Аскар все же попытался построить портал. Правда, не знаю куда.
- Пойдем, - предложил ректор, не прерывая поцелуев.
- Неа, - прошептала я, с трудом сдерживая стон. – Я хочу здесь и сейчас.
Здесь не страшно (ведь рядом стихии) и нет никаких неприятных ассоциаций. Ибо в грозу за собой я раньше никого не звала. Ещё один долгий взгляд, и Аскар вновь уступает, развеивая портал. А я уже тянусь к пряжке его ремня, но мужчина уверенно отстраняет мои руки. И вместо этого расстегивает мой ремень и стаскивает с меня промокшие брюки, оставляя меня в гольфах, белье и расстегнутой рубашке, его язык выписывает узоры вокруг пупка, и я уже не в силах сдержаться, стону в полный голос, впиваясь ногтями в его плечи. Ещё секунда и Аскар, выпрямившись в полный рост, вновь завладевает моими губами. Я вновь размещаю голень на его бедре, но уже через несколько секунд моя нога смещается так, что щиколотка оказывается на его ягодице.
- Что же ты творишь со мной, - стонет Аскар мне на ухо, прикусывая мочку. И новый стон-мольба. – Рииндела…
И я мгновенно переношусь на восемь лет назад. Я могу сколько угодно обманывать других, заявляя, что он спутал меня с матерью, но сама знаю, что в ту ночь Дорантан пришел именно ко мне. К двенадцатилетней девчонке, что ещё и целоваться не умела. Так как он разбудил меня хриплым шепотом: Рииндела.
Задеревенев, с трудом успеваю сдержать истинное пламя. А спустя секунду упираюсь плечами в торс мужчины, пытаясь оттолкнуть. Взглянув в почти черные глаза мужчины, понимаю, что останавливать уже поздно. Прикрываю глаза, чуть расслабляя руки. Выдохнула: перетерплю. И застываю, прекращая любое сопротивление, но ответить на его ласки нет сил.
- Тише, - шепчет Аскар на ухо. – Лисёнок, тише, все нормально…- он заставляет себя отодвинуться. – Не бойся, маленькая, всё хорошо. – он шепчет ещё какие-то нежности, пока меня не начинает бить дрожь. То ли от холода, то ли от пережитого, то ли от так резко схлынувшего вожделения. Ноги перестают меня держать, и я медленно сползаю вниз по стволу дереву. Вот скажите, зачем Аскару такая бракованная возлюбленная? Или он мазохист?
Не замечаю, как мы вместе оказываемся на земле, причем как я оседлала его бедра, понять я не смогла.
- Что я сделал не так? – наверное, в сотый раз спросил Аскар.
- Не называй меня Риинделой, - с трудом разлепив губы, попросила я.
- Почему? – очень тихо спросил Аскар, прижимая к себе и выводя незамысловатые узоры на спине. Сферу от осадков он все же сделал, и теперь я не была против.
- Когда-нибудь я снова полюблю свое имя, - пообещала я и ему, и себе.
- Почему? – повторил Аскар. Вздохнула, выдохнула, и… ещё раз вздохнула. Нужно объяснить, но так чтобы Аскар тут же не ринулся его убивать.
- Он нужен мне живым. Пока, - промолвила я, заглядывая в карие глаза. – Кошмары… в кошмарах он вновь и вновь зовет меня Риинделой, как в ту ночь звал… Он разбудил меня хриплым шепотом, но не дал и секунды, чтобы проснуться. – Аскар застыл истуканом, а я продолжила. - Мерзкий чужой язык во рту, невыносимая тяжесть мужского тела, и полное ощущение безвыходности… Я звала на помощь, хотя понимала, что никто не придет. Никто не вмешается в игры хозяина. – я слабо улыбнулась и поспешно продолжила, чтобы не получилось как с Ники. - Но я все же отбилась. Мое пламя, пожар и побег через потайной ход в замке…- пауза, и я совсем тихо закончила. – Дорантана. – Я вновь посмотрела в карие глаза. – У меня не было дороги назад, Аскар. Никогда не было.
- Дорантан точно нужен тебе живым? – спросил Аскар слишком спокойным тоном. И даже иронично пояснил свой вопрос. - У нас некроманты умеют неплохо допрашивать и трупы.
- Не трогай его, я сама с него за всё спрошу, - прошептала я, просительно заглядывая в карие глаза. Аскар глубоко вздохнул, выдохнул… И медленно кивнул. И только сейчас я поняла, что все ещё сижу перед ним (или точнее на нем?) полуобнаженная. Причем каким образом бюстгальтер исчез в неизвестном направлении непонятно, особенно если учесть что расстегнутая рубашка все ещё была на мне. Поспешно запахнула её, но Аскар перехватил мою руку.
- Не прикрывайся, - попросил Аскар, отодвигая полы в стороны. - Дай мне хотя бы полюбоваться.
И чуть отодвинувшись, он, действительно начал любоваться. Ведь похоти в его взгляде не было, только восхищение и желание. Он осторожно дотронулся до вершинки левой груди, и она сразу съежилась в тугой комочек. Я изумленно выдохнула, а через секунду губы и язык Аскара продолжили игру. Вновь вцепилась в его волосы, отстраняя от себя. Ощущения были слишком острые, чтобы проигнорировать их, но после всех откровений этого вечера я была опустошенна.
- Я уже не уверен, что смогу тебя отпустить, - тоскливо побормотал Аскар, вглядываясь в мои глаза. У меня непроизвольно подлетели брови на лоб, и ректор пояснил. – Даже если ты полюбишь другого.
Я удивилась ещё сильнее: неужели он до сих пор ревнует к Аллитеру? Хотела уже сказать: и не надо отпускать, но вовремя прикусила губу. Погладила напряженные плечи мужчины, не зная как ещё выразить свои чувства. Ведь признаться в любви сейчас – это сжечь все мосты для отступления. Да я поняла, что люблю его, иначе бы не стала рассказывать о Дорантане. Когда поняла? Наверное, в тот момент, когда он остановился без всяких просьб с моей стороны. Когда полюбила? Без понятия!
- Аскар, я… - замерла на полуслове и поняла, что не смогу. Надо хотя бы потренироваться перед зеркалом. И вместо всего того, что вертелось на языке, сказала. - Нам пора обратно в трактир. – и умоляюще посмотрела в его глаза. И ректор снова отступил.
Помог мне подняться и убрал завесу. Оглядевшись, поняла, что здесь слишком много духов стихий. И я даже не знаю, как на это реагировать. Ведь понимаю, что им просто любопытно (духам же не свойственны человеческие пороки). Ладно, когда они слетались на танцы в лес, но вот на такое?.. И вот сейчас они явно разочарованы. Аскар тоже заметил столпотворение и, протянув мне руку, предложил.
- Потанцуем? – я уже вложила свою ладонь, когда он «включил» музыку. Каяре. Чуть приостановилась, но потом все же начала танцевать, только и успев застегнуть пару пуговиц на рубашке. И да, Аскар показал мне разницу, показал, как может танцевать любящий мужчина. Каждый взгляд, каждый жест, каждое прикосновение демонстрировало всем не только его страсть ко мне, но и уважение и даже благоговение. Но несмотря на это танцевать каяре было сложно даже с Аскаром.
В трактир мы возвращались вымотавшиеся и неудовлетворенные. По крайней мере, я уж точно. Ребята все же дождались нас в общем зале. И даже шуточек по поводу нашего внешнего вида не отпускали. Хотя Аскар постарался хоть как-то высушить нашу одежду. Раздав всем ключи, он взглядом попросил остальных скрыться с глаз, иначе как объяснить то, что вскоре за столом остались мы одни.
- Я хочу провести эту ночь с тобой. – тихо попросил Аскар, когда мы уже к чаю перешли. Невольно поперхнулась чаем, и мужчина пояснил. – Мы будем просто спать рядом.
- Аскар, - простонала я, чуть покачав головой. – Ты не понимаешь… Меня, возможно, опять кошмары будут мучить.- по глазам Аскара поняла, что это его не убедило. - И потом я дерусь во сне, особенно если ты невольно приставать будешь.- знаю, так как пару раз Бесу нехило перепадало, когда он со сна путал меня с одной из своих «подружек».
- От кошмаров защищу, драки не боюсь, - отрапортовал он, завладевая моей ладонью. И начал покрывать ей нежными чувственными поцелуями. И через пару минут я сдалась.
Уже засыпая в его объятиях, услышала приглашение Аскара провести пару свободных дней между практиками на островах в Южном море, и что-то согласное буркнула в ответ.
Глава 7
Сколько можно меня пытать? Почему меня, наконец, не оставят в покое? Это только мысли, которые вряд ли я осмелюсь озвучить вслух. Повинуясь жесту императора, села в кресло рядом со столом. В соседнее приземлился Альшер. Я приготовилась к допросу на тему, что же там произошло, но вместо этого услышала непонятные слова сожаления и сочувствия. От Андариона! Несколько диковато на него посмотрела, не понимая и не принимая этих слов утешение. По сути, Аскар был мне ни кем. Ни мужем, ни даже женихом, тогда к чему это? Отвернулась к окну, чтобы отгородиться от всего, что происходит. И увидела свое отражение: осунувшееся бледное лицо, искусанные губы, покрасневшие глаза. Сегодня третий день, мы официально похоронили его останки, правда, не знаю, что было в гробе, меня от подробностей избавили. Внезапно заметила в отражении жест Альшера, и Андарион замолчал.
- Лучше поговорите наедине, - после паузы неловко пробормотал он. И покинул свой собственный кабинет. И снова тишина.
- Ты не должна винить себя, - убежденно заявил Альшер, пытаясь повернуть меня к себе. Не далась. Обняла колени, забравшись в кресло с ногами, так, по крайней мере, он перестанет без спроса лезть в мое личное пространство. Альшер вновь попытался пробиться через стену отчуждения. – Ты ни в чем не виновата.
