Скорее уж наоборот – вызывала удивление тем, насколько порой причудлива бывает фантазия резчиков по дереву. И ещё от шкатулки буквально несло чем-то не слишком приятным. И это был вовсе не запах, скорее интуитивное ощущение, что её назначение и содержимое может быть совсем даже не таким безобидным, чтобы так близко держать её к собственному телу.
Насчет того почему в руках у Тианы оказался крепко сжат именно этот предмет, у меня была готова вполне, с моей точки зрения, непротиворечивая версия.
По моему скромному предположению, тот весьма опасный оборотень отправил девушку сюда через лаз в туалете именно за этой шкатулкой, не оставив моей подопечной особого выбора. Тиана - девушка весьма впечатлительная, вполне могла поверить его угрозам в свой адрес и всерьез испугаться за собственную жизнь.
А я, зная оборотней даже слишком хорошо, в основном в силу специфики своей работы и некоторого к ним отношения, нисколько бы не удивился даже тому, что перевертыш мог угрожать девушке немедленной расправой в случае даже малейшей попытки возражения.
В общем, просвещать остальных о своей находке я не стал, просто спрятав в карман явно ценную вещь. Позже разберусь, что там такое внутри. Как привести человека в чувство без нашатыря я знал даже слишком хорошо.
Но хлестать девушку по щекам, в то время как её лицо и так представляло собою из-за синяка весьма впечатляющее зрелище, меня совершенно не тянуло. О том, чтобы отправить стюардессу за аптечкой я в этот момент даже не подумал. Так был выбит из колеи увиденным, что даже весь опыт не помог вспомнить о столь простом способе решения проблемы.
Вероятно потому, что в памяти возник ещё один способ «пробуждения» сознания молодой женщины, который нравился мне куда больше химического препарата, который вполне могли уже и израсходовать на нужды пассажиров. А именно - дыхание рот в рот.
Преступая к процессу под насмешливые реплики явно нервничающего не меньше моего брата и отстраненное любопытство стюардессы, я испытывал в процессе подготовки "тела" нешуточное волнение.
Даже ладони слегка взмокли, и нестерпимо хотелось вытереть их обо что-то. Надеюсь, что я этими своими действиями не сделаю ей хуже. Скорее всего, по голове ей прилетело, когда самолет начало трясти перед падением. Эх, жаль, нет на корабле дипломированного врача. Он бы сейчас очень даже не помешал. Комментарии брата в этот волнительный момент несказанно раздражали.
Пытаясь как можно быстрее сконцентрироваться на правильности выполнения всех необходимых для оказания такой помощи действий, я с трудом заставлял себя не анализировать собственные эмоции и не наслаждаться так откровенно волнующим ароматом, исходившим от Тианы.
Будь я в этот момент рядом с ней один, наверняка бы не удержался в рамках чисто медицинской помощи. Но тот факт, что за мною наблюдает не только брат, но и стюардесса, позволял справляться с совершенно неожиданной реакцией собственного тела на близость к подопечной.
Вероятно, всему виной испытанное недавно за Тиану волнение и наше нынешнее, во многих смыслах, неустойчивое положение. И хотя я в целом был в курсе того, что подобные побочные реакции на опасность вполне нормальны, никогда не замечал за собой именно такие последствия выброса в кровь адреналина.
Мне обычно было комфортно, если партнерша прекрасно осознавала все нюансы происходящего между нами. А тут – такой конфуз. Ведь, несмотря на панические доводы сознания, весьма испуганного испытываемыми телом желаниями, я отчетливо ощущал собственное возбуждение и непривычное удовольствие от происходящего. Притом, что сознанием то понимал - это не только неправильно по отношению к Тиане, но и не совсем разумно.
Похоже, я так скоро окончательно «слечу с катушек», перейдя в лигу начинающих извращенцев. Впрочем, мои манипуляции всё-таки имели успех не только в приведении в боевую готовность моего собственного тела, но и в плане «пробуждения» девушки.
Она тихонько застонала, и мне на мгновение нестерпимо захотелось послать двух наблюдателей подальше и прижать её к себе покрепче.
И сколько было в этом желании физической потребность, а сколько – ярких эмоций, связанных с переживаниями за самочувствие девушки, не взялся бы ответить даже я сам.
Мысли, ощущения, эмоции, порой весьма противоречивые и запутанные, но от этого не менее сильные. Желания и порывы, которым не было места в обычной жизни, переплелись в эти мгновения внутри меня в такой тесный клубок, что оставалось лишь со всем испытываемым мною, попросту смириться. И попытаться загнать собственные переживания как можно глубже, чтобы никто даже не догадался о том, что они имели несчастье во мне возникнуть.
Меж тем, Тиана, не имея даже отдаленного представления о моих внутренних противоречиях, моргнула, глубоко вдохнула довольно спертый воздух и удивленно воззрилась на нашу живописную троицу.
- Как вы тут оказались? – спросила стюардесса, убедившись, что девушка вполне пришла в себя.
-Не помню,- произнесла Тиана и невольно поморщилась, нащупав рукой след от недавнего удара.
- Ты помнишь как тебя зовут? – решил внести ясность в происходящее я, внимательно глядя на девушку. На первый взгляд она выглядела вполне нормальной, но всякое может быть…
- Меня зовут… - Тиана беспомощно посмотрела на меня, явно силясь вспомнить этот на первый взгляд простой факт своей биографии.
- А кто я такой? – задал я следующий наводящий вопрос, отчаявшись услышать ответ на первый.
- Вы мой … - она с опаской поглядела на лица двух других «зрителей», потом перевела неуверенный взгляд на меня и с некоторой беспомощностью закончила, чуть вопросительно глядя на меня…- жених?!
Я был просто выбит этим её предположением из колеи, а брат не удержался от удивленного смешка.
- Понятно,- подвел я итог происходящему на моих глазах фарсу.- Я ваш телохранитель Марк Светлый. Вы – Тиана Ривз, известный видео - блоггер, недавно развелись. Наняли меня несколько дней назад, заподозрив, что против вас действуют злоумышленники, подстраивая разного рода покушения на ваше здоровье или даже жизнь.
- А мне её вариант понравился больше,- подал голос оживившийся братец.
- Не нужно никого вводить в заблуждение. Мы связаны с мисс Ривз только контрактом,- попытался вразумить я не на шутку развеселившегося родственника. Затем продолжил, уже обращаясь к Тиане, - Этот парень со странным чувством юмора – мой брат. Мы летели в одно довольно живописное место, но в настоящее время самолет наш упал в море и дрейфует неизвестно в чьих водах.
Сотовой связи нет, кораблей поблизости нет, когда нас найдут спасатели и произойдет ли это вообще – неизвестно,– продолжил я вводить Тиану в курс происходящего, не обращая внимания на удивленное выражение на лице своей явно потерявшей память подопечной.
Только такого финала мне для "полного комплекта неприятностей" и не хватало!
Продолжение от 5.01.2017
Пришла я в себя от довольно странного ощущения и невольно застонала от стремительной накрывшей меня волны боли. Голова гудела, но когда я смогла, наконец, сфокусировать зрение, обнаружила, что в глазах все-таки не двоиться и я вполне отчетливо вижу рядом с собой весьма любопытную троицу разумных.
Мужчина весьма внушительного вида, явно привыкший больше хмурится, чем улыбаться, с неподдельной тревогой глядел на меня и явно ждал чего-то. Чего именно – я была без понятия. Было в нем нечто неуловимо не человеческое, что проскальзывало не столько в скупых движениях сильного и явно отлично тренированного тела, сколько в его мимике.
Несмотря на легкое ощущение опасности, которое от него исходило, я почему-то была полностью уверена, что именно ему, и только ему из всей этой странной троицы, я могу всецело доверять. В то время как память моя упорно молчала о том, кто он вообще такой и почему я собственно должна положиться на доводы интуиции.
Рядом с ним стоял молодой человек гораздо более безобидного вида. Из той самой редкой породы позитивных "принце - подобных красавчиков", баловней судьбы, любимцев мамочек учителей. Тех самых, кого во взрослом их качестве просто боготворят молодые фанатки музыкальной эстрады, преданно вожделеют романтические дамы немного за сорок и жаждут прикарманить старательно молодящиеся, но уже порядком пожившие бизнес-леди не самого высокого полета. В общем – явно не мой типаж. Скорее уж он мог понравиться моей давней подруге Мишель.
Красавчик, как ему казалось - незаметно, время от времени усмехался, с нескрываемым любопытством переводя взгляд то на меня, то на мужчину-альфу, но весьма старательно пряча от последнего свою усмешку. Только какой-то этот красавчик, весь был потрепанный. Словно не успел полностью восстановиться после внезапного несчастного случая или жесткой драки с намного превосходящим его по силе противником.
Третьей в этой странной компании была девушка. Судя по униформе – стюардесса. Но место, где я лежала в окружении разного рода сумок, коробок и тому подобной дребедени, меньше всего походило на салон самолета с традиционными пассажирскими местами и иллюминаторами.
Да и сама стюардесса выглядела вовсе не уверенной в себе красоткой, а совершенно подавленной обстоятельствами тенью. Она что - в маскарадном костюме?
Не чувствовалось также и характерного для летящего самолета ощущения - не трясло на неизбежных в воздухе воздушных ямах. Нет, движение всё-таки какое-то ощущалось. Но так, словно мы находились вовсе не в самолете, а на дрейфующем по воле волн корабле. Но на трюм место где я очнулась тоже походило мало. Хотя, что я собственно знала о современной планировке кораблей? Похоже, что ничего.
Вновь – всего лишь стойкие ощущения и привычный образ мыслей, следующих одна за другой во всё ещё гудящей после недавнего беспамятства голове. Вокруг меня было бы весьма темно, если бы не всё ещё горевший фонарик на полу и прерывистое освещение алой аварийной лампы на соседней стене.
Очень странное место и очень странная компания встречающих моё нынешнее пробуждение от беспамятства. Но то, что вовсе не эта троица - причина моего здесь «сомнительного отдыха» с огромной шишкой на лбу, мне стало окончательно ясно именно в тот момент, когда стюардесса поинтересовалась у меня , как я тут оказалась.
-Не помню,- машинально отозвалась я, и невольно поморщилась, нащупав рукой довольно болезненную шишку.
- Ты помнишь, как тебя зовут? – подал голос «альфа», внимательно глядя на меня. Я же пыталась побороть неожиданно возникшую реакцию своего тела на звучание его голоса. Вот это номер! Признаться, я пришла от такого в полный шок. Вероятно, столь неожиданное открытие открытие сделало моё лицо весьма растерянным. Но это же не повод так на меня смотреть?
Отчего-то, я чувствовала под внимательным взглядом этого мужчины изрядное смущение и легкое недовольство, совершенно некстати вспомнив, что из-за шишки и долгого лежания в довольно неудобном положении, наверняка сейчас представляю из себя довольно жалкое зрелище. И уж точно не могу воздействовать на этого мужчину так, как он воздействует на меня, не прилагая к этому, как видно, ни малейших усилий.
Я даже немного рассердилась на столь примитивный вопрос "альфы". Ну как я могу не помнить, как меня зовут?! Хотя, может, он просто таким способом познакомиться со мною желает? Ага, сраженный моей «неземной харизмой» и «дивной красотой». Сарказм, пусть и мысленный, помог мне собраться и, наконец, вытряхнуть из собственного разума поселившуюся после пробуждения и участливого вопроса «альфы» легкую муть, а из тела совершенно неуместное в этой ситуации и даже довольно подозрительное томление.
Естественно, я тут же решила доказать ему, что уж собственное то имя мне известно, до последнего момента будучи всецело уверенна, что легко назову не только его, но и своё основное по жизни занятие. Вот! Пусть не думает этот тип с потрясающим голосом, что кроме всего прочего, я ещё и умственно отсталая! – накручивала себя я, но ровно лишь до того мгновения, когда почувствовала пустоту.
- Меня зовут… - я беспомощно посмотрела на «альфу», силясь вспомнить этот на первый взгляд простой факт своей биографии. Тревога. В его глазах я видела тревогу за меня и моё состояние. Неподдельную. А это значит, что он знал всё. Не только как меня зовут, но и многое другое. В том числе и причину моего здесь нахождения в столь странном положении.
Он знал то, что я не могла вспомнить, но словно давал мне дополнительную возможность лично убедиться в собственной беспомощности в данном вопросе. И тревожился за меня.
Моё собственное имя всё ещё казалось таким обманчиво близким, так и вертелось "на кончике языка", но я его НЕ ПОМНИЛА. Мне стало жутко. Тогда я начала лихорадочно пытаться вспоминать, всё что я собственно по настоящему знаю о себе.
Казалось – все я прекрасно о себе помню, но стоило сосредоточится, на конкретном вопросе, как это ещё недавно неоспоримое знание таинственным образом от меня ускользало. Я чувствовала, как на висках моих, от столь напряженных поисков информации о собственной личности выступили бисеринки холодного пота. Ох!!! Неужели я всё о себе забыла? Совершенно всё, что напрямую касается моей биографии?
Ничего не могу вспомнить! Совершенно ничего. Витают конечно смутные образы, но толку от них, кроме головной боли нет никакого. Странно все это и подозрительно. Я ведь говорить могу, двигаюсь, отлично помню, как именно следует держать ложку, вилку, нож и даже палочки для суши во время еды и после… Как читать и что уже прочитано, свою любимую музыку и даже как приготовить огромное количество разнообразных блюд, причем пошагово. Хоть сейчас экзаменуй - без запинки и малейшего сомнения перечислю наизусть входящие в состав своих «коронных блюд» ингредиенты. Неужели это значит что я повар?
То что, в обычном состоянии у меня память отличная, теперь уже сомневаться не приходится – иначе сейчас я не смогла бы с такой легкостью вспомнить все, что не касалось лично меня и истории моей жизни. Обидно. Могу играючи вспомнить и даже перечислить, из чего состоят пять основных видов традиционных праздничных салатов. Но, при этом, совершенно не могу вспомнить собственное имя. Как так?!
Отчего вообще возникла такая странная и как-то слишком подозрительно избирательная амнезия? О, вот даже некоторые медицинские термины помню, по крайней мере, имею общее представление о таком вот неожиданном «заболевании», или скорее уж отклонении.
Неужели этот «альфа» мой партнер? Но тогда почему я даже не могу вспомнить его имя? Мне казалось, что я за ним не замужем. И вообще … - не замужем. Отчего так и правда ли это - не представляю. Меня не покидала уверенность в том, что с этим «альфой» у нас всё только в самом начале, хоть и искрит между нами уже изрядно…
Ну и ситуация. А ещё стюардесса молчит, сопит, прислушивается, без малейших трепыханий, отдав право задавать вопросы «альфе».
А « потрепанный принц» всё ещё смотрит на нас с легким недоверчивым прищуром, словно знает какой-то важный и довольно пикантный секрет о нас двоих, но не спешит поделиться им с миром.
Насчет того почему в руках у Тианы оказался крепко сжат именно этот предмет, у меня была готова вполне, с моей точки зрения, непротиворечивая версия.
По моему скромному предположению, тот весьма опасный оборотень отправил девушку сюда через лаз в туалете именно за этой шкатулкой, не оставив моей подопечной особого выбора. Тиана - девушка весьма впечатлительная, вполне могла поверить его угрозам в свой адрес и всерьез испугаться за собственную жизнь.
А я, зная оборотней даже слишком хорошо, в основном в силу специфики своей работы и некоторого к ним отношения, нисколько бы не удивился даже тому, что перевертыш мог угрожать девушке немедленной расправой в случае даже малейшей попытки возражения.
В общем, просвещать остальных о своей находке я не стал, просто спрятав в карман явно ценную вещь. Позже разберусь, что там такое внутри. Как привести человека в чувство без нашатыря я знал даже слишком хорошо.
Но хлестать девушку по щекам, в то время как её лицо и так представляло собою из-за синяка весьма впечатляющее зрелище, меня совершенно не тянуло. О том, чтобы отправить стюардессу за аптечкой я в этот момент даже не подумал. Так был выбит из колеи увиденным, что даже весь опыт не помог вспомнить о столь простом способе решения проблемы.
Вероятно потому, что в памяти возник ещё один способ «пробуждения» сознания молодой женщины, который нравился мне куда больше химического препарата, который вполне могли уже и израсходовать на нужды пассажиров. А именно - дыхание рот в рот.
Преступая к процессу под насмешливые реплики явно нервничающего не меньше моего брата и отстраненное любопытство стюардессы, я испытывал в процессе подготовки "тела" нешуточное волнение.
Даже ладони слегка взмокли, и нестерпимо хотелось вытереть их обо что-то. Надеюсь, что я этими своими действиями не сделаю ей хуже. Скорее всего, по голове ей прилетело, когда самолет начало трясти перед падением. Эх, жаль, нет на корабле дипломированного врача. Он бы сейчас очень даже не помешал. Комментарии брата в этот волнительный момент несказанно раздражали.
Пытаясь как можно быстрее сконцентрироваться на правильности выполнения всех необходимых для оказания такой помощи действий, я с трудом заставлял себя не анализировать собственные эмоции и не наслаждаться так откровенно волнующим ароматом, исходившим от Тианы.
Будь я в этот момент рядом с ней один, наверняка бы не удержался в рамках чисто медицинской помощи. Но тот факт, что за мною наблюдает не только брат, но и стюардесса, позволял справляться с совершенно неожиданной реакцией собственного тела на близость к подопечной.
Вероятно, всему виной испытанное недавно за Тиану волнение и наше нынешнее, во многих смыслах, неустойчивое положение. И хотя я в целом был в курсе того, что подобные побочные реакции на опасность вполне нормальны, никогда не замечал за собой именно такие последствия выброса в кровь адреналина.
Мне обычно было комфортно, если партнерша прекрасно осознавала все нюансы происходящего между нами. А тут – такой конфуз. Ведь, несмотря на панические доводы сознания, весьма испуганного испытываемыми телом желаниями, я отчетливо ощущал собственное возбуждение и непривычное удовольствие от происходящего. Притом, что сознанием то понимал - это не только неправильно по отношению к Тиане, но и не совсем разумно.
Похоже, я так скоро окончательно «слечу с катушек», перейдя в лигу начинающих извращенцев. Впрочем, мои манипуляции всё-таки имели успех не только в приведении в боевую готовность моего собственного тела, но и в плане «пробуждения» девушки.
Она тихонько застонала, и мне на мгновение нестерпимо захотелось послать двух наблюдателей подальше и прижать её к себе покрепче.
И сколько было в этом желании физической потребность, а сколько – ярких эмоций, связанных с переживаниями за самочувствие девушки, не взялся бы ответить даже я сам.
Мысли, ощущения, эмоции, порой весьма противоречивые и запутанные, но от этого не менее сильные. Желания и порывы, которым не было места в обычной жизни, переплелись в эти мгновения внутри меня в такой тесный клубок, что оставалось лишь со всем испытываемым мною, попросту смириться. И попытаться загнать собственные переживания как можно глубже, чтобы никто даже не догадался о том, что они имели несчастье во мне возникнуть.
Меж тем, Тиана, не имея даже отдаленного представления о моих внутренних противоречиях, моргнула, глубоко вдохнула довольно спертый воздух и удивленно воззрилась на нашу живописную троицу.
- Как вы тут оказались? – спросила стюардесса, убедившись, что девушка вполне пришла в себя.
-Не помню,- произнесла Тиана и невольно поморщилась, нащупав рукой след от недавнего удара.
- Ты помнишь как тебя зовут? – решил внести ясность в происходящее я, внимательно глядя на девушку. На первый взгляд она выглядела вполне нормальной, но всякое может быть…
- Меня зовут… - Тиана беспомощно посмотрела на меня, явно силясь вспомнить этот на первый взгляд простой факт своей биографии.
- А кто я такой? – задал я следующий наводящий вопрос, отчаявшись услышать ответ на первый.
- Вы мой … - она с опаской поглядела на лица двух других «зрителей», потом перевела неуверенный взгляд на меня и с некоторой беспомощностью закончила, чуть вопросительно глядя на меня…- жених?!
Я был просто выбит этим её предположением из колеи, а брат не удержался от удивленного смешка.
- Понятно,- подвел я итог происходящему на моих глазах фарсу.- Я ваш телохранитель Марк Светлый. Вы – Тиана Ривз, известный видео - блоггер, недавно развелись. Наняли меня несколько дней назад, заподозрив, что против вас действуют злоумышленники, подстраивая разного рода покушения на ваше здоровье или даже жизнь.
- А мне её вариант понравился больше,- подал голос оживившийся братец.
- Не нужно никого вводить в заблуждение. Мы связаны с мисс Ривз только контрактом,- попытался вразумить я не на шутку развеселившегося родственника. Затем продолжил, уже обращаясь к Тиане, - Этот парень со странным чувством юмора – мой брат. Мы летели в одно довольно живописное место, но в настоящее время самолет наш упал в море и дрейфует неизвестно в чьих водах.
Сотовой связи нет, кораблей поблизости нет, когда нас найдут спасатели и произойдет ли это вообще – неизвестно,– продолжил я вводить Тиану в курс происходящего, не обращая внимания на удивленное выражение на лице своей явно потерявшей память подопечной.
Только такого финала мне для "полного комплекта неприятностей" и не хватало!
Продолжение от 5.01.2017
***Глава 10. Тиана
Пришла я в себя от довольно странного ощущения и невольно застонала от стремительной накрывшей меня волны боли. Голова гудела, но когда я смогла, наконец, сфокусировать зрение, обнаружила, что в глазах все-таки не двоиться и я вполне отчетливо вижу рядом с собой весьма любопытную троицу разумных.
Мужчина весьма внушительного вида, явно привыкший больше хмурится, чем улыбаться, с неподдельной тревогой глядел на меня и явно ждал чего-то. Чего именно – я была без понятия. Было в нем нечто неуловимо не человеческое, что проскальзывало не столько в скупых движениях сильного и явно отлично тренированного тела, сколько в его мимике.
Несмотря на легкое ощущение опасности, которое от него исходило, я почему-то была полностью уверена, что именно ему, и только ему из всей этой странной троицы, я могу всецело доверять. В то время как память моя упорно молчала о том, кто он вообще такой и почему я собственно должна положиться на доводы интуиции.
Рядом с ним стоял молодой человек гораздо более безобидного вида. Из той самой редкой породы позитивных "принце - подобных красавчиков", баловней судьбы, любимцев мамочек учителей. Тех самых, кого во взрослом их качестве просто боготворят молодые фанатки музыкальной эстрады, преданно вожделеют романтические дамы немного за сорок и жаждут прикарманить старательно молодящиеся, но уже порядком пожившие бизнес-леди не самого высокого полета. В общем – явно не мой типаж. Скорее уж он мог понравиться моей давней подруге Мишель.
Красавчик, как ему казалось - незаметно, время от времени усмехался, с нескрываемым любопытством переводя взгляд то на меня, то на мужчину-альфу, но весьма старательно пряча от последнего свою усмешку. Только какой-то этот красавчик, весь был потрепанный. Словно не успел полностью восстановиться после внезапного несчастного случая или жесткой драки с намного превосходящим его по силе противником.
Третьей в этой странной компании была девушка. Судя по униформе – стюардесса. Но место, где я лежала в окружении разного рода сумок, коробок и тому подобной дребедени, меньше всего походило на салон самолета с традиционными пассажирскими местами и иллюминаторами.
Да и сама стюардесса выглядела вовсе не уверенной в себе красоткой, а совершенно подавленной обстоятельствами тенью. Она что - в маскарадном костюме?
Не чувствовалось также и характерного для летящего самолета ощущения - не трясло на неизбежных в воздухе воздушных ямах. Нет, движение всё-таки какое-то ощущалось. Но так, словно мы находились вовсе не в самолете, а на дрейфующем по воле волн корабле. Но на трюм место где я очнулась тоже походило мало. Хотя, что я собственно знала о современной планировке кораблей? Похоже, что ничего.
Вновь – всего лишь стойкие ощущения и привычный образ мыслей, следующих одна за другой во всё ещё гудящей после недавнего беспамятства голове. Вокруг меня было бы весьма темно, если бы не всё ещё горевший фонарик на полу и прерывистое освещение алой аварийной лампы на соседней стене.
Очень странное место и очень странная компания встречающих моё нынешнее пробуждение от беспамятства. Но то, что вовсе не эта троица - причина моего здесь «сомнительного отдыха» с огромной шишкой на лбу, мне стало окончательно ясно именно в тот момент, когда стюардесса поинтересовалась у меня , как я тут оказалась.
-Не помню,- машинально отозвалась я, и невольно поморщилась, нащупав рукой довольно болезненную шишку.
- Ты помнишь, как тебя зовут? – подал голос «альфа», внимательно глядя на меня. Я же пыталась побороть неожиданно возникшую реакцию своего тела на звучание его голоса. Вот это номер! Признаться, я пришла от такого в полный шок. Вероятно, столь неожиданное открытие открытие сделало моё лицо весьма растерянным. Но это же не повод так на меня смотреть?
Отчего-то, я чувствовала под внимательным взглядом этого мужчины изрядное смущение и легкое недовольство, совершенно некстати вспомнив, что из-за шишки и долгого лежания в довольно неудобном положении, наверняка сейчас представляю из себя довольно жалкое зрелище. И уж точно не могу воздействовать на этого мужчину так, как он воздействует на меня, не прилагая к этому, как видно, ни малейших усилий.
Я даже немного рассердилась на столь примитивный вопрос "альфы". Ну как я могу не помнить, как меня зовут?! Хотя, может, он просто таким способом познакомиться со мною желает? Ага, сраженный моей «неземной харизмой» и «дивной красотой». Сарказм, пусть и мысленный, помог мне собраться и, наконец, вытряхнуть из собственного разума поселившуюся после пробуждения и участливого вопроса «альфы» легкую муть, а из тела совершенно неуместное в этой ситуации и даже довольно подозрительное томление.
Естественно, я тут же решила доказать ему, что уж собственное то имя мне известно, до последнего момента будучи всецело уверенна, что легко назову не только его, но и своё основное по жизни занятие. Вот! Пусть не думает этот тип с потрясающим голосом, что кроме всего прочего, я ещё и умственно отсталая! – накручивала себя я, но ровно лишь до того мгновения, когда почувствовала пустоту.
- Меня зовут… - я беспомощно посмотрела на «альфу», силясь вспомнить этот на первый взгляд простой факт своей биографии. Тревога. В его глазах я видела тревогу за меня и моё состояние. Неподдельную. А это значит, что он знал всё. Не только как меня зовут, но и многое другое. В том числе и причину моего здесь нахождения в столь странном положении.
Он знал то, что я не могла вспомнить, но словно давал мне дополнительную возможность лично убедиться в собственной беспомощности в данном вопросе. И тревожился за меня.
Моё собственное имя всё ещё казалось таким обманчиво близким, так и вертелось "на кончике языка", но я его НЕ ПОМНИЛА. Мне стало жутко. Тогда я начала лихорадочно пытаться вспоминать, всё что я собственно по настоящему знаю о себе.
Казалось – все я прекрасно о себе помню, но стоило сосредоточится, на конкретном вопросе, как это ещё недавно неоспоримое знание таинственным образом от меня ускользало. Я чувствовала, как на висках моих, от столь напряженных поисков информации о собственной личности выступили бисеринки холодного пота. Ох!!! Неужели я всё о себе забыла? Совершенно всё, что напрямую касается моей биографии?
Ничего не могу вспомнить! Совершенно ничего. Витают конечно смутные образы, но толку от них, кроме головной боли нет никакого. Странно все это и подозрительно. Я ведь говорить могу, двигаюсь, отлично помню, как именно следует держать ложку, вилку, нож и даже палочки для суши во время еды и после… Как читать и что уже прочитано, свою любимую музыку и даже как приготовить огромное количество разнообразных блюд, причем пошагово. Хоть сейчас экзаменуй - без запинки и малейшего сомнения перечислю наизусть входящие в состав своих «коронных блюд» ингредиенты. Неужели это значит что я повар?
То что, в обычном состоянии у меня память отличная, теперь уже сомневаться не приходится – иначе сейчас я не смогла бы с такой легкостью вспомнить все, что не касалось лично меня и истории моей жизни. Обидно. Могу играючи вспомнить и даже перечислить, из чего состоят пять основных видов традиционных праздничных салатов. Но, при этом, совершенно не могу вспомнить собственное имя. Как так?!
Отчего вообще возникла такая странная и как-то слишком подозрительно избирательная амнезия? О, вот даже некоторые медицинские термины помню, по крайней мере, имею общее представление о таком вот неожиданном «заболевании», или скорее уж отклонении.
Неужели этот «альфа» мой партнер? Но тогда почему я даже не могу вспомнить его имя? Мне казалось, что я за ним не замужем. И вообще … - не замужем. Отчего так и правда ли это - не представляю. Меня не покидала уверенность в том, что с этим «альфой» у нас всё только в самом начале, хоть и искрит между нами уже изрядно…
Ну и ситуация. А ещё стюардесса молчит, сопит, прислушивается, без малейших трепыханий, отдав право задавать вопросы «альфе».
А « потрепанный принц» всё ещё смотрит на нас с легким недоверчивым прищуром, словно знает какой-то важный и довольно пикантный секрет о нас двоих, но не спешит поделиться им с миром.
