- Еще бы, такой медвежий угол, - заметил Сай.
Я усмехнулась: а он подготовился к встрече с нами. Изучил не только древние обычаи, но и речевые обороты. Звучит, правда, на межгалактическом презабавно, да и из употребления словосочетание почти вышло. Из всех моих многочисленных знакомых я не могла бы припомнить никого, кто его употреблял, хотя сама это выражение любила.
- Связь внезапно обрывается, лайнер с поселенцами, который должен был прилететь через некоторое время, почему-то не появляется, и до наших храбрецов доходит, что помощи ждать неоткуда. Вот они и пытаются выживать своими силами.
Режиссер нетерпеливо хлопнул ладонью по колену.
- Это известно. Так что там с участниками?
Шеф провел пальцем по экрану.
- Прошу. Номер первый – Дитмар Байден.
Я уставилась на изображение улыбающегося загорелого зеленоглазого блондина. Хорош, ничего не скажешь! Дим Димыч листал снимки, на которых Дитмар представал почти обнаженным на пляже, в горнолыжном костюме среди заснеженных склонов, с бокалом в руке на какой-то вечеринке.
- Двадцать три года, наследник крупной промышленной корпорации. В права наследования вступит через два года, пока корпорацией управляют фонды. Но жаловаться Дитмару не на что: на его счет ежемесячно падает солидная сумма.
Я поняла, отчего его фамилия показалась мне знакомой.
- «Копальски и Байден»?
- Она самая. У старика Копальски не было сыновей, только дочь, которую он выдал за сына компаньона, так что уже несколько поколений корпорация принадлежит только Байденам, но название осталось.
- Интересно, если с ним что-то случится, не поднимут ли его родители шум на всю Галактику? – спросил Сай.
- Не поднимут. Хотя бы по той причине, что Дитмар – сирота. С гибелью его отца связана какая-то мутная история, подробностей я уже за давностью лет не припомню. А о матери никаких сведений, словно женщины, родившей Байдена-младшего, никогда не существовало. Владельцем состояния Дитмар, как я уже сказал, станет в день своего двадцатипятилетия, а пока что развлекается, прожигая жизнь. Переходим ко второму участнику. Итак, Ральф Гринбург.
Опять высокий загорелый блондин, но перепутать его с Дитмаром никто бы не смог. Удлиненное хищное лицо с резко очерченными скулами, тонким породистым носом и узкими губами, цепкий взгляд синих глаз.
- Ученый-энтузиаст, - пояснил Дим Димыч. – Изучает не то чешуйчатокрылых насекомых, не то еще какую подобную гадость. Я в биологии не силен, так что подробностей его работы не сообщу. Вроде бы широко известен в научном сообществе, не столь давно сделал чуть ли не сенсационный доклад по раккийским занзабрам. На Альфу А рвется, чтобы изучать тамошнюю фауну. Научную экспедицию на планету организовывать не стали, вот он и увидал свой шанс в участии в шоу.
Сай по поводу Ральфа ни одного вопроса не задал, похоже, ученый его не слишком заинтересовал. А вот я мысленно поставила себе зарубку изучить вечером досье, мотив Гринбурга отчего-то не внушал мне доверия.
Шеф вывел на экран очередную фотографию, и режиссер восхищенно присвистнул. И я прекрасно понимала его реакцию. Яркая брюнетка с роскошными формами стояла, небрежно облокотившись на перила. Красное платье обтягивало соблазнительную фигуру, полные губы раздвигала манящая полуулыбка, в темных глазах читался вызов.
- Максимиллиана Шелдон, - слегка охрипшим голосом объявил Дим Димыч.
- Мне она кажется знакомой, - пробормотал Сай.
- Макси – известная танцовщица, - пояснил шеф. – Ее постановки неизменно собирают толпы зрителей.
Я получше присмотрелась к красотке. Точно, ее фото неоднократно появлялось в разного рода изданиях. Девица, известная как Макси, скользила по грани, не переступая ее. В своих шоу она разоблачалась до крохотных клочков белья, усыпанного каменьями, но полностью никогда не обнажалась. Снимки ее тоже были из категории тех, что любят рассматривать мужчины в возрасте от восьми до восьмидесяти (или даже выше), но все изображения оставались в рамках приличия. Соблазнительность и откровенность, не переходящие в вульгарность и полную открытость.
- Точно! – обрадовался режиссер. – Я побывал на ее выступлении пару месяцев назад. Отвалил, между нами, кругленькую сумму за билет.
В правом нижнем углу экрана мигнул значок конверта.
- О, а вот и новые участники, - сообщил Дим Димыч. – Посмотрим, посмотрим.
- Отобрали еще двоих, - услышали мы голос кастинг-директора Элспет. – Рикардо Велорезе и Дан Тимоз. Первый – бывший гонщик, которому после аварии пришлось оставить любимое дело. Второй – начинающий актер, пока не добившийся особой популярности, надеется, что после «Поселенца» к нему придет известность и в очередь выстроятся режиссеры.
Сай хмыкнул. Шеф вывел на экран новые снимки. Рикардо оказался темноглазым брюнетом лет тридцати, выходцем с Земли или колоний, как и предыдущие участники, а вот Дан явно родился на одной из планет сектора ВВ. Об этом свидетельствовали голубоватый оттенок кожи, изящное телосложение и удлиненные узкие глаза темно-фиолетового оттенка.
- Первая пятерка готова, - продолжала Элспет. – Риша, можно записывать интервью. Потом вмонтируем кадры. Сообщи, когда определишься с вопросами.
- Когда они вылетают? – осведомилась я.
- Послезавтра. Хорошо бы закончить съемки в студии с ними завтра до вечера.
- Хорошо, - решила я, немного подумав. – Тогда приступим с утра. В девять подходит?
- Замечательно, - откликнулась Элспет и отсоединилась.
Неведомый спонсор расщедрился и нанял визажистом Тарога, одного из лучших в Галактике. Мне уже доводилось поработать с хрупким парнишкой с коротким розовым ежиком волос и огромными золотистыми глазами, и я признавала, что он – мастер своего дела. Собственно, я и предложила его кандидатуру, узнав, что в расходах команду не ограничивают.
- Кого рисуем сегодня, Ришенька? – спросил он, отбрасывая крышку чемоданчика. – Милашку-обаяшку? Хрупкий невинный цветочек? Секси-красотку?
Я хихикнула.
- Строгую, но справедливую ведущую-судью. Съемки портативной камерой, освещение дневное, солнце… ну, сам видишь, все четыре штуки на месте. Фон при монтаже подберут.
- Понял.
И Тарог, сегодня облаченный в обтягивающие кожаные синие штаны и тоненькую коротенькую маечку изумрудного оттенка, принялся за работу. Женщины, насколько мне известно, визажиста не интересовали, так что вполне естественно, что он принялся расспрашивать об участниках-мужчинах.
- Расскажи, Риша, ты их уже видела? Достойные внимания экземпляры имеются?
- Да они все достойные. Во всяком случае, те четверо, которых уже утвердили. Но тебе лучше бы возле них не крутиться.
- Это еще почему? – обиделся Тарог. – Думаешь, недостаточно хорош?
- Думаю, что нашего режиссера твое поведение выведет из себя. Он, понимаешь ли, кританец. Дальше продолжать?
Тарог опустился на стул и расстроено потер глаза. Аккуратно, чтобы не нарушить макияж. Выходцы с патриархальной планеты нетерпимо относились к связям между представителями одного пола. Конечно, с работы Сай визажиста не выгонит, но вот доводить мелкими придирками и штрафовать за любую ерунду сможет запросто.
- Ну и ладно, - проворчал, наконец, Тарог и снова принялся за кисти. – Не будет же это шоу длиться вечно.
Я только усмехнулась про себя, подумав, что его слова и сама повторяю по пять раз на день – в качестве самоутешения.
***
- Скажите, Дитмар, почему вы решили принять участие в нашем шоу?
- Хочу испытать свои силы. Мне всегда нравились романы об освоении новых планет, о первых колонизаторах. Да и вообще, скука уже достала. Везде одно и то же. Ничего интересного. А так хоть развлекусь.
- Понятно. Благодарю вас.
***
- Скажите, Максимиллиана…
- Макси. Зовите меня Макси.
- Скажите, Максимиллиана, почему вы решили принять участие в шоу?
- Это так интересно. Захватывающе! Почувствовать себя одной из тех, кто осваивал неизведанное много веков назад. Пережить самые настоящие приключения! Это мечта всей моей жизни.
- Благодарю вас.
***
- Добрый день, Ральф. Мое имя – Арина, Арина Вольнова.
Легкая полуулыбка.
- Я в курсе. Не следует поддаваться стереотипам. Ученые вовсе не живут в своем замкнутом мирке. Мы тоже читаем прессу и смотрим не только научные каналы.
- Почему вы решили принять участие в шоу «Поселенец»?
- Разве я мог отказаться от такой уникальной возможности? На Альфе-А могут обнаружиться неизвестные виды насекомых. Кстати, вы слышали о раккийских занзабрах?
***
- Добрый день, Рикардо.
- Если вам нетрудно, обращайтесь ко мне Рик, пожалуйста. Мне так привычнее.
- Хорошо, Рик. Скажите, что подвигло вас принять решение отправиться на Альфу-А?
- Безысходность.
- Простите?
- В гонки я уже не вернусь, спорткомитет и слышать обо мне не желает. Дело, которому я посвятил семь лет своей жизни, больше для меня недостижимо. А чем-то заниматься надо. Так почему бы и нет?
***
- Скажите, Дан, почему вы решили участвовать в шоу?
- Мне нужно засветиться. Зрители хотят видеть знакомые лица. Продюссеры хотят дать зрителям желаемое, чтобы повысить рейтинги. Все просто. Ваш проект – хорошая стартовая ступенька.
- Вы откровенны, Дан.
- Мне нечего скрывать.
- Благодарю вас.
***
- Мне кажется, они все врут, - жаловалась я тем же вечером Элспет. – Ну, хорошо, не все, но некоторые – точно.
Кастинг-директор, плотная невысокая дама, в прошлом месяце справившая полувековой юбилей, заправила за ухо короткую вьющуюся каштановую прядку и поправила указательным пальцем очки. С Элспет мы считались приятельницами: пили вместе кофе или даже обедали, если вдруг случайно где-нибудь пересекались. Правда, прежде мне и в голову не приходило побеспокоить ее вызовом. И сегодня я несколько раз порывалась набрать номер, а потом откладывала коммуникатор, но в конце концов уговорила себя, что вопрос может считаться рабочим.
- Не глупи, Риша, - как обычно резко бросила Элспет. – Их всех проверяли. Все в порядке. И потом, ты что, ждешь мирового заговора? На развлекательном шоу?
На мгновение мне стало стыдно. Действительно, это всего лишь шоу, развлечение для праздных зрителей. Но кто-то ведь прислал мне то странное сообщение! И прижал Поторогу, когда тот захотел отказаться. Значит, не все здесь так просто. Вот только участники могут ничего не знать о планах таинственного кукловода. Я замерла с приоткрытым ртом, а потом вскочила и принялась наматывать круги по гостиничному номеру.
- Эй, ты где? – позвала меня Элспет.
Я сняла коммуникатор с подставки и постаралась улыбнуться.
- Прости. Не хотела тебя беспокоить. Видимо, нервы расшалились от проклятой жары. Стоит выглянуть за окно – и по спине пот бежит ручьем, несмотря на кондиционеры. Вот и мерещится всякая ерунда.
- Хочешь, вышлю тебе лекарство? – оживилась собеседница. – Новая разработка, мне его недавно Вернер порекомендовал. Все наши уже принимают. Одна пилюля в день – и ты спокойна, как удав.
Я поблагодарила ее и отключилась, положила коммуникатор на столик и принялась опять расхаживать взад-вперед. Почему я решила, что неизвестный спонсор надавил только на меня и Дим Димыча? Ах, да, еще я принимала во внимание режиссера. Но есть ведь и десятка участников. Что, если все это шоу затеяно ради того, чтобы устранить одного из них? Необследованная планета вдали от мало-мальской цивилизации, неизведанные опасности, несчастный случай, который так просто подстроить… «Не глупи! – оборвала я себя. – Участников отбирали профессионалы!» И тут же нервно рассмеялась. Незнакомцу даже не потребовалось бы подкупать Элспет или ее помощников. Они с радостью ухватились за тех кандидатов, кто мог привлечь к проекту дополнительное внимание. И наследник огромного состояния, и звезда стриптиза, и бывший гонщик обеспечат шумиху вокруг шоу. Так кто из них троих тоже марионетка, которую дергает за ниточки рука кукловода?
Голова заболела, и я потерла виски. С кем бы посоветоваться? Подруг у меня почти не осталось – по дороге к вершине славы многие остаются в одиночестве, это факт. Имелись приятельницы, подобные Элспет, но ни к одной из них обращаться не хотелось. «Стенли! – вспомнила я. – Разумеется, у меня же есть Стенли!» И опять потянулась за коммуникатором.
Длинные гудки. Один, второй, третий… После седьмого я уже собиралась нажать отбой, когда экран засветился и показал мне взлохмаченного Стенли с выступившей на щеках и подбородке темной щетиной.
- Привет, - без всякой радости протянул он.
Меня кольнула обида. Все-таки мы не виделись вот уже… а сколько, кстати? Стенли прилетал ко мне на Зайтунг еще до съемок финальных серий «Райского острова». Тогда мы провели прямо-таки незабываемый уик-энд в предоставленном мне организаторами бунгало. С тех пор прошло не меньше месяца. Мы регулярно созванивались, но встретиться никак не получалось. Я сразу с Зайтунга отправилась на Тартум, а Стенли, насколько мне известно, сейчас находился на строительстве нового межпланетного стадиона. Мне бы гордиться тем, что мой без пяти минут жених – один из лучших архитекторов галактики, но вместо гордости я испытала неуместную досаду, лишь усилившуюся, когда Стенли проворчал:
- Что у тебя там? Говори быстрее.
- Может быть, я просто соскучилась?
Он раздраженно дернул плечом.
- Риша, ты ведь знаешь, что у меня нет времени на такие глупости. День выдался тяжелый, Горрон не предусмотрел…
И он принялся жаловаться мне на начальника бригады, ответственного за нейтрализатор невесомости. Я слушала, как Стенли распаляется все сильнее и сильнее, не гнушаясь уже и крепких словечек в адрес неумехи, с которым ему пришлось работать, а я с тоской понимала, что о моих проблемах Стен слушать вряд ли станет. Вернее, он сделает вид, будто внимательно меня выслушал, несколько раз кивнет и скажет небрежно: «Ну, ты у меня умница, сама разберешься». Так и получилось. Когда экран погас, я вернула коммуникатор на подставку, обхватила себя за плечи руками и принялась раскачиваться из стороны в сторону, чувствуя себя такой же одинокой, как в детстве. Думала, это ощущение покинуло меня навсегда, но нет, оно затаилось где-то в глубине души и только и поджидало удобного времени, чтобы вернуться.
Димитри Поторогу постучал по экрану пальцем, приближая изображение.
- Вот, здесь и будем снимать. Жилье для съемочной команды почти готово. Смотрите, неплохо, а?
Камера подлетела к двухэтажному дому на берегу озера. Конечно, далеко не бунгало на островах Кораллового моря Зайтунга, но в целом очень даже прилично.
- Коммуникации уже подведены, - вещал Дим Димыч. – У вас, мои дорогие, квартиры на втором этаже с отдельным входом. Вот.
На экране возникла широкая лестница с увитыми мелкими розовыми цветами перилами.
- А остальных поселят на первом этаже? – осведомился Сай.
- Да, там разместят гримера и операторов. Команда небольшая, тесно не будет. Вода в озере подходит для купания, пляж облагородили. А участников разместим здесь.
Местность на экране сменилась. Теперь перед нами раскинулся луг, покрытый плотным пестрым цветочным ковром. Камера немного сместилась, показывая опушку леса, а потом перенеслась к широкой мутно-голубой ленте реки, неспешно катившей волны. Потом вернулась на луг, показала серебристый корпус, поблескивающий на солнце.
Я усмехнулась: а он подготовился к встрече с нами. Изучил не только древние обычаи, но и речевые обороты. Звучит, правда, на межгалактическом презабавно, да и из употребления словосочетание почти вышло. Из всех моих многочисленных знакомых я не могла бы припомнить никого, кто его употреблял, хотя сама это выражение любила.
- Связь внезапно обрывается, лайнер с поселенцами, который должен был прилететь через некоторое время, почему-то не появляется, и до наших храбрецов доходит, что помощи ждать неоткуда. Вот они и пытаются выживать своими силами.
Режиссер нетерпеливо хлопнул ладонью по колену.
- Это известно. Так что там с участниками?
Шеф провел пальцем по экрану.
- Прошу. Номер первый – Дитмар Байден.
Я уставилась на изображение улыбающегося загорелого зеленоглазого блондина. Хорош, ничего не скажешь! Дим Димыч листал снимки, на которых Дитмар представал почти обнаженным на пляже, в горнолыжном костюме среди заснеженных склонов, с бокалом в руке на какой-то вечеринке.
- Двадцать три года, наследник крупной промышленной корпорации. В права наследования вступит через два года, пока корпорацией управляют фонды. Но жаловаться Дитмару не на что: на его счет ежемесячно падает солидная сумма.
Я поняла, отчего его фамилия показалась мне знакомой.
- «Копальски и Байден»?
- Она самая. У старика Копальски не было сыновей, только дочь, которую он выдал за сына компаньона, так что уже несколько поколений корпорация принадлежит только Байденам, но название осталось.
- Интересно, если с ним что-то случится, не поднимут ли его родители шум на всю Галактику? – спросил Сай.
- Не поднимут. Хотя бы по той причине, что Дитмар – сирота. С гибелью его отца связана какая-то мутная история, подробностей я уже за давностью лет не припомню. А о матери никаких сведений, словно женщины, родившей Байдена-младшего, никогда не существовало. Владельцем состояния Дитмар, как я уже сказал, станет в день своего двадцатипятилетия, а пока что развлекается, прожигая жизнь. Переходим ко второму участнику. Итак, Ральф Гринбург.
Опять высокий загорелый блондин, но перепутать его с Дитмаром никто бы не смог. Удлиненное хищное лицо с резко очерченными скулами, тонким породистым носом и узкими губами, цепкий взгляд синих глаз.
- Ученый-энтузиаст, - пояснил Дим Димыч. – Изучает не то чешуйчатокрылых насекомых, не то еще какую подобную гадость. Я в биологии не силен, так что подробностей его работы не сообщу. Вроде бы широко известен в научном сообществе, не столь давно сделал чуть ли не сенсационный доклад по раккийским занзабрам. На Альфу А рвется, чтобы изучать тамошнюю фауну. Научную экспедицию на планету организовывать не стали, вот он и увидал свой шанс в участии в шоу.
Сай по поводу Ральфа ни одного вопроса не задал, похоже, ученый его не слишком заинтересовал. А вот я мысленно поставила себе зарубку изучить вечером досье, мотив Гринбурга отчего-то не внушал мне доверия.
Шеф вывел на экран очередную фотографию, и режиссер восхищенно присвистнул. И я прекрасно понимала его реакцию. Яркая брюнетка с роскошными формами стояла, небрежно облокотившись на перила. Красное платье обтягивало соблазнительную фигуру, полные губы раздвигала манящая полуулыбка, в темных глазах читался вызов.
- Максимиллиана Шелдон, - слегка охрипшим голосом объявил Дим Димыч.
- Мне она кажется знакомой, - пробормотал Сай.
- Макси – известная танцовщица, - пояснил шеф. – Ее постановки неизменно собирают толпы зрителей.
Я получше присмотрелась к красотке. Точно, ее фото неоднократно появлялось в разного рода изданиях. Девица, известная как Макси, скользила по грани, не переступая ее. В своих шоу она разоблачалась до крохотных клочков белья, усыпанного каменьями, но полностью никогда не обнажалась. Снимки ее тоже были из категории тех, что любят рассматривать мужчины в возрасте от восьми до восьмидесяти (или даже выше), но все изображения оставались в рамках приличия. Соблазнительность и откровенность, не переходящие в вульгарность и полную открытость.
- Точно! – обрадовался режиссер. – Я побывал на ее выступлении пару месяцев назад. Отвалил, между нами, кругленькую сумму за билет.
В правом нижнем углу экрана мигнул значок конверта.
- О, а вот и новые участники, - сообщил Дим Димыч. – Посмотрим, посмотрим.
- Отобрали еще двоих, - услышали мы голос кастинг-директора Элспет. – Рикардо Велорезе и Дан Тимоз. Первый – бывший гонщик, которому после аварии пришлось оставить любимое дело. Второй – начинающий актер, пока не добившийся особой популярности, надеется, что после «Поселенца» к нему придет известность и в очередь выстроятся режиссеры.
Сай хмыкнул. Шеф вывел на экран новые снимки. Рикардо оказался темноглазым брюнетом лет тридцати, выходцем с Земли или колоний, как и предыдущие участники, а вот Дан явно родился на одной из планет сектора ВВ. Об этом свидетельствовали голубоватый оттенок кожи, изящное телосложение и удлиненные узкие глаза темно-фиолетового оттенка.
- Первая пятерка готова, - продолжала Элспет. – Риша, можно записывать интервью. Потом вмонтируем кадры. Сообщи, когда определишься с вопросами.
- Когда они вылетают? – осведомилась я.
- Послезавтра. Хорошо бы закончить съемки в студии с ними завтра до вечера.
- Хорошо, - решила я, немного подумав. – Тогда приступим с утра. В девять подходит?
- Замечательно, - откликнулась Элспет и отсоединилась.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Неведомый спонсор расщедрился и нанял визажистом Тарога, одного из лучших в Галактике. Мне уже доводилось поработать с хрупким парнишкой с коротким розовым ежиком волос и огромными золотистыми глазами, и я признавала, что он – мастер своего дела. Собственно, я и предложила его кандидатуру, узнав, что в расходах команду не ограничивают.
- Кого рисуем сегодня, Ришенька? – спросил он, отбрасывая крышку чемоданчика. – Милашку-обаяшку? Хрупкий невинный цветочек? Секси-красотку?
Я хихикнула.
- Строгую, но справедливую ведущую-судью. Съемки портативной камерой, освещение дневное, солнце… ну, сам видишь, все четыре штуки на месте. Фон при монтаже подберут.
- Понял.
И Тарог, сегодня облаченный в обтягивающие кожаные синие штаны и тоненькую коротенькую маечку изумрудного оттенка, принялся за работу. Женщины, насколько мне известно, визажиста не интересовали, так что вполне естественно, что он принялся расспрашивать об участниках-мужчинах.
- Расскажи, Риша, ты их уже видела? Достойные внимания экземпляры имеются?
- Да они все достойные. Во всяком случае, те четверо, которых уже утвердили. Но тебе лучше бы возле них не крутиться.
- Это еще почему? – обиделся Тарог. – Думаешь, недостаточно хорош?
- Думаю, что нашего режиссера твое поведение выведет из себя. Он, понимаешь ли, кританец. Дальше продолжать?
Тарог опустился на стул и расстроено потер глаза. Аккуратно, чтобы не нарушить макияж. Выходцы с патриархальной планеты нетерпимо относились к связям между представителями одного пола. Конечно, с работы Сай визажиста не выгонит, но вот доводить мелкими придирками и штрафовать за любую ерунду сможет запросто.
- Ну и ладно, - проворчал, наконец, Тарог и снова принялся за кисти. – Не будет же это шоу длиться вечно.
Я только усмехнулась про себя, подумав, что его слова и сама повторяю по пять раз на день – в качестве самоутешения.
***
- Скажите, Дитмар, почему вы решили принять участие в нашем шоу?
- Хочу испытать свои силы. Мне всегда нравились романы об освоении новых планет, о первых колонизаторах. Да и вообще, скука уже достала. Везде одно и то же. Ничего интересного. А так хоть развлекусь.
- Понятно. Благодарю вас.
***
- Скажите, Максимиллиана…
- Макси. Зовите меня Макси.
- Скажите, Максимиллиана, почему вы решили принять участие в шоу?
- Это так интересно. Захватывающе! Почувствовать себя одной из тех, кто осваивал неизведанное много веков назад. Пережить самые настоящие приключения! Это мечта всей моей жизни.
- Благодарю вас.
***
- Добрый день, Ральф. Мое имя – Арина, Арина Вольнова.
Легкая полуулыбка.
- Я в курсе. Не следует поддаваться стереотипам. Ученые вовсе не живут в своем замкнутом мирке. Мы тоже читаем прессу и смотрим не только научные каналы.
- Почему вы решили принять участие в шоу «Поселенец»?
- Разве я мог отказаться от такой уникальной возможности? На Альфе-А могут обнаружиться неизвестные виды насекомых. Кстати, вы слышали о раккийских занзабрах?
***
- Добрый день, Рикардо.
- Если вам нетрудно, обращайтесь ко мне Рик, пожалуйста. Мне так привычнее.
- Хорошо, Рик. Скажите, что подвигло вас принять решение отправиться на Альфу-А?
- Безысходность.
- Простите?
- В гонки я уже не вернусь, спорткомитет и слышать обо мне не желает. Дело, которому я посвятил семь лет своей жизни, больше для меня недостижимо. А чем-то заниматься надо. Так почему бы и нет?
***
- Скажите, Дан, почему вы решили участвовать в шоу?
- Мне нужно засветиться. Зрители хотят видеть знакомые лица. Продюссеры хотят дать зрителям желаемое, чтобы повысить рейтинги. Все просто. Ваш проект – хорошая стартовая ступенька.
- Вы откровенны, Дан.
- Мне нечего скрывать.
- Благодарю вас.
***
- Мне кажется, они все врут, - жаловалась я тем же вечером Элспет. – Ну, хорошо, не все, но некоторые – точно.
Кастинг-директор, плотная невысокая дама, в прошлом месяце справившая полувековой юбилей, заправила за ухо короткую вьющуюся каштановую прядку и поправила указательным пальцем очки. С Элспет мы считались приятельницами: пили вместе кофе или даже обедали, если вдруг случайно где-нибудь пересекались. Правда, прежде мне и в голову не приходило побеспокоить ее вызовом. И сегодня я несколько раз порывалась набрать номер, а потом откладывала коммуникатор, но в конце концов уговорила себя, что вопрос может считаться рабочим.
- Не глупи, Риша, - как обычно резко бросила Элспет. – Их всех проверяли. Все в порядке. И потом, ты что, ждешь мирового заговора? На развлекательном шоу?
На мгновение мне стало стыдно. Действительно, это всего лишь шоу, развлечение для праздных зрителей. Но кто-то ведь прислал мне то странное сообщение! И прижал Поторогу, когда тот захотел отказаться. Значит, не все здесь так просто. Вот только участники могут ничего не знать о планах таинственного кукловода. Я замерла с приоткрытым ртом, а потом вскочила и принялась наматывать круги по гостиничному номеру.
- Эй, ты где? – позвала меня Элспет.
Я сняла коммуникатор с подставки и постаралась улыбнуться.
- Прости. Не хотела тебя беспокоить. Видимо, нервы расшалились от проклятой жары. Стоит выглянуть за окно – и по спине пот бежит ручьем, несмотря на кондиционеры. Вот и мерещится всякая ерунда.
- Хочешь, вышлю тебе лекарство? – оживилась собеседница. – Новая разработка, мне его недавно Вернер порекомендовал. Все наши уже принимают. Одна пилюля в день – и ты спокойна, как удав.
Я поблагодарила ее и отключилась, положила коммуникатор на столик и принялась опять расхаживать взад-вперед. Почему я решила, что неизвестный спонсор надавил только на меня и Дим Димыча? Ах, да, еще я принимала во внимание режиссера. Но есть ведь и десятка участников. Что, если все это шоу затеяно ради того, чтобы устранить одного из них? Необследованная планета вдали от мало-мальской цивилизации, неизведанные опасности, несчастный случай, который так просто подстроить… «Не глупи! – оборвала я себя. – Участников отбирали профессионалы!» И тут же нервно рассмеялась. Незнакомцу даже не потребовалось бы подкупать Элспет или ее помощников. Они с радостью ухватились за тех кандидатов, кто мог привлечь к проекту дополнительное внимание. И наследник огромного состояния, и звезда стриптиза, и бывший гонщик обеспечат шумиху вокруг шоу. Так кто из них троих тоже марионетка, которую дергает за ниточки рука кукловода?
Голова заболела, и я потерла виски. С кем бы посоветоваться? Подруг у меня почти не осталось – по дороге к вершине славы многие остаются в одиночестве, это факт. Имелись приятельницы, подобные Элспет, но ни к одной из них обращаться не хотелось. «Стенли! – вспомнила я. – Разумеется, у меня же есть Стенли!» И опять потянулась за коммуникатором.
Длинные гудки. Один, второй, третий… После седьмого я уже собиралась нажать отбой, когда экран засветился и показал мне взлохмаченного Стенли с выступившей на щеках и подбородке темной щетиной.
- Привет, - без всякой радости протянул он.
Меня кольнула обида. Все-таки мы не виделись вот уже… а сколько, кстати? Стенли прилетал ко мне на Зайтунг еще до съемок финальных серий «Райского острова». Тогда мы провели прямо-таки незабываемый уик-энд в предоставленном мне организаторами бунгало. С тех пор прошло не меньше месяца. Мы регулярно созванивались, но встретиться никак не получалось. Я сразу с Зайтунга отправилась на Тартум, а Стенли, насколько мне известно, сейчас находился на строительстве нового межпланетного стадиона. Мне бы гордиться тем, что мой без пяти минут жених – один из лучших архитекторов галактики, но вместо гордости я испытала неуместную досаду, лишь усилившуюся, когда Стенли проворчал:
- Что у тебя там? Говори быстрее.
- Может быть, я просто соскучилась?
Он раздраженно дернул плечом.
- Риша, ты ведь знаешь, что у меня нет времени на такие глупости. День выдался тяжелый, Горрон не предусмотрел…
И он принялся жаловаться мне на начальника бригады, ответственного за нейтрализатор невесомости. Я слушала, как Стенли распаляется все сильнее и сильнее, не гнушаясь уже и крепких словечек в адрес неумехи, с которым ему пришлось работать, а я с тоской понимала, что о моих проблемах Стен слушать вряд ли станет. Вернее, он сделает вид, будто внимательно меня выслушал, несколько раз кивнет и скажет небрежно: «Ну, ты у меня умница, сама разберешься». Так и получилось. Когда экран погас, я вернула коммуникатор на подставку, обхватила себя за плечи руками и принялась раскачиваться из стороны в сторону, чувствуя себя такой же одинокой, как в детстве. Думала, это ощущение покинуло меня навсегда, но нет, оно затаилось где-то в глубине души и только и поджидало удобного времени, чтобы вернуться.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Димитри Поторогу постучал по экрану пальцем, приближая изображение.
- Вот, здесь и будем снимать. Жилье для съемочной команды почти готово. Смотрите, неплохо, а?
Камера подлетела к двухэтажному дому на берегу озера. Конечно, далеко не бунгало на островах Кораллового моря Зайтунга, но в целом очень даже прилично.
- Коммуникации уже подведены, - вещал Дим Димыч. – У вас, мои дорогие, квартиры на втором этаже с отдельным входом. Вот.
На экране возникла широкая лестница с увитыми мелкими розовыми цветами перилами.
- А остальных поселят на первом этаже? – осведомился Сай.
- Да, там разместят гримера и операторов. Команда небольшая, тесно не будет. Вода в озере подходит для купания, пляж облагородили. А участников разместим здесь.
Местность на экране сменилась. Теперь перед нами раскинулся луг, покрытый плотным пестрым цветочным ковром. Камера немного сместилась, показывая опушку леса, а потом перенеслась к широкой мутно-голубой ленте реки, неспешно катившей волны. Потом вернулась на луг, показала серебристый корпус, поблескивающий на солнце.
