Кристина сидела на земле. Испугавшись, что с ней что – то случилось, бросился не разбирая дороги.
– Смотри! – подняла тяжелую колючую ветку.
Александр едва не выругался в голос. Ругательства он уже давно знал. И немало.
– Блин! Я думал случилось что! – вздохнул с облегчением, увидев густую россыпь маслят.
Все маленькие, как на подбор, широкой дугой заполнили пространство между двумя деревьями.
– Так срезай! – не понимал нерешительности сестры.
– А ты представляешь сколько их придется чистить?!
– Ну и что! Зато это такое объедение! Ты пробовала маринованные маслята?!
– Пробовала.
– Понравилось?
– Не то слово!
– Так в чем же дело?
– Все пальцы будут синие – синие! Не отмоешь. И не смейся – оборвала, готовый сорваться хохот, когда понял причину.
Девчонки, есть девчонки. Испорченный маникюр для них страшнее атомной войны.
– Тоже мне, печаль! – проворчал тихо, опускаясь на колени и доставая маленький нож. – Не на танцы же иди! Смоется.
– Для тебя конечно, это не важно. А для меня…
Домой все вернулись уставшие, но довольные и с полными корзинами грибов.
И за все это время Александр ни разу не вспомнил о ночном сновидении.
Через час родители уехали вместе с сестрой. Она должна была вернуться через три дня. В этом направлении автобусы ходили не часто. Всего два раза в неделю.
– Смотри! – подняла тяжелую колючую ветку.
Александр едва не выругался в голос. Ругательства он уже давно знал. И немало.
– Блин! Я думал случилось что! – вздохнул с облегчением, увидев густую россыпь маслят.
Все маленькие, как на подбор, широкой дугой заполнили пространство между двумя деревьями.
– Так срезай! – не понимал нерешительности сестры.
– А ты представляешь сколько их придется чистить?!
– Ну и что! Зато это такое объедение! Ты пробовала маринованные маслята?!
– Пробовала.
– Понравилось?
– Не то слово!
– Так в чем же дело?
– Все пальцы будут синие – синие! Не отмоешь. И не смейся – оборвала, готовый сорваться хохот, когда понял причину.
Девчонки, есть девчонки. Испорченный маникюр для них страшнее атомной войны.
– Тоже мне, печаль! – проворчал тихо, опускаясь на колени и доставая маленький нож. – Не на танцы же иди! Смоется.
– Для тебя конечно, это не важно. А для меня…
Домой все вернулись уставшие, но довольные и с полными корзинами грибов.
И за все это время Александр ни разу не вспомнил о ночном сновидении.
Через час родители уехали вместе с сестрой. Она должна была вернуться через три дня. В этом направлении автобусы ходили не часто. Всего два раза в неделю.
