Пульс.
Кровь, повсюду кровь, она тянется в коридор, туда, где не горят даже аварийные лампы. Кровь идет от нее, длинный и густой шлейф, она в поту, мурашки по всему телу, нос полон соплей, а лицо опухло от слез. След шел от нее, от ее раздвинутых ног. Из конца коридора донесся детский плач.
Стук. Состав мчится по рельсам, он не успевает затормозить. Она этого и не хочет, но ее толкают сзади, сбивают с выбранного пути. Хруст. Кости перемолоты под колесами поезда, изувеченные остатки руки валяются на шпалах. Снова кровь, но у нее нет сил на слезы. Удар. Удар. Удар. Ей тяжело дышать, наступает асфиксия. Вот и конец – облегченно пронеслось в подкорке сознания. Долгожданный Happy End.
- Вставай девка, быстрее! – амбре табака и алкоголя щелкнуло по носу, заставляя разлепить глаза.
- Че? – она еще не оправилась от кошмара и еле соображала, щеки горели, но не от стыда, а от бодрящей пиздюлины, - Куда? Вульф приставил палец к ее губам, и молча кивнул на входную дверь. Банни сглотнула, ком таки провалился в горло, но легче от этого не стало. Она не любила гостей, особенно не прошенных.
- У меня есть ножи на кухне, - Банни бодрой рысью вскочила с кровати, и тут же навернулась на ковер. Все же разваренный сном организм не оценил прыти, - столом сделаем баррикаду. Будем отбиваться кастрюлями. Ты же умеешь кидаться ножами как Рэмбо, да? Скажи что умеешь. Ну, пожалуйста, скажи. - Нет, не умею. - Нам пиздец. – девушка обреченно рухнула обратно на постель, - и даже маме не позвонить, - грустно добавила она. - Зато я заебись умею стрелять, - здоровяк потянулся к голени, приподнял штанину и обнажил протез, - Не ты одна жизнью покалечена. Он подмигнул и выудил из потайного отсека протеза пистолет.
«Восьмизарядный револьвер марки «Мародер» большой, тяжеловесный и дьявольский убойный. Выбор охотников за головами старой школы, убивает гарантированно, даже сквозь бронежилет, при этом имеет встроенный шумогаситель, что позволяет ликвидировать цель практически без звука» - Журнал про Игры, выпуск 122. Не зря же она читала эту макулатуру на досуге.
Вульф достал складной планшет оттуда же и вручил Банни. - В общем держи эту хрень перед собой, она «слышит» пульс на расстоянии до десяти метров. Эта вещь не раз спасала мою шкуру, используй аккуратно, бога ради.
- Окееей, – она небрежно повертела горящий красным экран. И впрямь, сердцебиение на нем обновлялось раз в полсекунды, обозначаясь черной точной, - прикольная штука.
-Держи пульсометр ровно, - Вульф дернул прибор в руках Банни, - ровно, это не вверх ногами.
- Да поняла я. Не дура.
Помимо здоровяка, на мониторе заморгала новая точка, осторожно приближающаяся. - Так, подойди к двери и прислони пульсометр.
Банни послушно встала рядом, прижимая экранчик на уровне замурованного глазка. Вульф приставил дуло пистолета к стене рядом с электрощитком. Ну что может пойти не
так? Щелчок. Хлопок. Глухой удар за стеной. И моментальное угасание света в квартире.
- Ты не заплатила за электричество?
- Криворукий уебок, - она саданула пульсометром по хребту охотника, - ты мне всю проводку продырявил! Ебанько.
- Остынь, девка. Не разбей пульсометр, он знаешь сколько стоит?
- Да мне похеру, я его продам, и все что сука от тебя останется тоже.
- Ну и ладно, только замолкни. Сейчас не до этого, - он откинул барабан пистолета и выругался, - Заглушка сдохла. - Заглушка? С затворного механизма отвалилась какая-то пластиковая перемычка. - Заглушка. Без нее будет туго. Есть пластмасса или нечто похожее?
- Зачем? - Мы уходим отсюда, они быстро найдут тело и станут более осторожными. Либо мы идем в нападение, либо нас выебут свинцовым дилдо. Выбирай. - Посмотри в ванне, фен подойдет, - ляпнула Банни, усаживаясь на пол, - и кинь мне что-нибудь оттуда из шмота. Не переть же на улицу в шортах. Они включили телефоны, как единственные доступные источники света. Луна за окном никак не помогала освещением, поглощенная занавесом туч, словно в тюрьме за решетками сотканными из ливня.
- Это ваще что? – из санузла прилетел ком нестиранного белья. - Штаны. – Банни решила уточнить, - женские штаны. И не смотри на меня так, это женские вещи, а женские вещи это пиздец, поверь мне.
- Верю. – он продолжил копошиться в ванной комнате.
- Короче, я хуй знает, что хотели сказать мне этим подарком, но кажется, меня хотели назвать шалавой, ибо куда это надевать, кроме как на панель – я хз.
Она напялила единственные джинсы, с замком на заднице. Отвратительная безвкусица, писк моды двадцатилетней давности. Но на безрыбье, как говорится, и лейкемия форель.
Вульф вернулся с остатками фена в руках и сел на корточки возле Банни. Она посветила фонариками двух телефонов, пока охотник прилаживал кустарный механизм к стволу.
-Отлично, можем выдвигаться, - удовлетворенно крякнул здоровяк и сверившись с пульсометром отворил дверь и растворился в коридоре. Банни, нырнула в уборную, схватила аптечку, так, чисто на всякий случай, и хвостиком прошмыгнула следом, очутившись в том же криповом месте, что и пару часов назад. Но теперь оно уже не так пугало, даже жмурик у двери с простреленной головой не вызывал рвотных рефлексов. Все же экскурсии в морг прошли не зря.
- Это нам пригодится, - Вульф поднял с пола помповый дробовик, и повесил за спину, - шумно, но эффективно. Банни мельком бросила взгляд на труп, и прежде чем проскочить мимо, наклонилась для краткого обшмона. Не, ну а что такого? Со здоровяка взять-то уже и нечего. - Идем, - Вульф подтянул Банни за локоть следом за собой – Держи, про пульсометр не забывай. - Угу. Ей хотелось вжаться в эту широкую спину, как в спасительный трос, что болтается в открытом космосе и ведет прямиком к шатлу. Опять ассоциации с космосом, но в этот раз хотелось жить. По-настоящему. Всегда ли так происходит, когда смерть дышит в затылок?
- Слушай, Вульф. - М? - А что это за…кровища в коридоре? - Я вспорол одному мудаку брюхо, вот он и уполз куда-то туда на собственных кишках.
Хотелось бы добить, но ты сама видела в каком я был состоянии. И спасибо еще раз, что выручила. - Угу. Они вышли на лестничную площадку, пока все шло без происшествий. Выход из Элис Холла был запечатан аварийной системой безопасности, но к счастью, есть не заблокированный проход в смежное здание, через пролет. Мерзейшее место.
- За углом двое. – Пульсометр в руках Банни показал две точки рядом друг с другом, - прямо возле входа в «Уэлш». Заведение принадлежало Трефам.
- Черт, не хотелось бы пристрелить гражданских, есть зеркало?
- Откуда?
- Ты же девка, у вас всегда есть зеркальце. Пудреницы, помады и прочая муть.
- Мы не таскаем с собой зеркальце всюду - это миф, – но на всякий случай она пошарила по карманам и да, там очутилось зеркальце, - просто не говори ничего. Вообще.
Морщинки на глазах здоровяка сощурились в улыбке, пока он смотрел в отражение за углом:
- Чисто.
- Можем идти?
Два холодных щелчка. Два грузных падения на том конце коридора.
- Можем.
За дверью, возле которой они спрятались, послышались голоса:
- Сколько можно тебе повторять, убирай свою ебучую приставку, я об нее запинаюсь постоянно. И найди работу уже, я тебя три месяца содержу уже, три, Карл!
- Ищу я работу, че ты меня пилишь.
- Я вижу как ты ищешь, сидишь и нихуя не делаешь целыми днями, совсем уже ебу дал со своими игрушками. Да тебе дота сраная дороже, чем я!
- Она не сраная.
Вульф усмехнулся:
- Иногда лучше бухать и работать, изредка выдавая воспитательных пиздюлей всему семейству, чем сидеть на шее у бабы.
- Тебе бы понравился мой батя. Ему было похуй, что у меня пятерка в дневнике, а мама сварила его любимый суп с грибами. Сегодня плохое настроение, а значит, лови-ка подзатыльник и бутылкой в голову. Меткость у него была так себе, но маму он знатно поколачивал.
- Долбоебов везде хватает.
- А то. Отчим, хотя бы, был нормальный.
Двустворчатая черная дверь встречала посетителей, завешенная ужасными сиреневыми шторками с золотистыми кисточками. Два трупа охранников сложившихся друг на друга в загадочной позе, как бы намекали, что ждет по ту сторону дурновкусия украшенного неоном. У Вульфа имелась своя точка зрения на сей счет:
- Всегда ненавидел неон. У меня от одного только взгляда на ебучие неоновые вывески начинает отдавать болью в желудке и кислым гадким привкусом во рту. Все самые адовые блядюшники, дешёвые забегаловки и навязчивый спам - это все ваш неон. От него у меня болит голова и начинает тошнить, от него я никогда не ждал и не жду ничего хорошего. "Идите к нам, - зовут огни, - мы облапошим вас до нитки!" Вывеской бара, светящимся крестом, покачивающейся неоновой ножкой в чулке, зазывным слоганом или логотипом супермаркета. Неон зовет, неон хочет ваших денег, неон собирается подзаработать на вас и ваших детях. Что ж, смелее! Летите, бабочки, на свой сказочный неон!
- Сказал человек с членской картой «Summus»
- Ну, - смущенно замялся Вульф, - мне похер на неон, если он на вывеске моего любимого заведения.
- Ах ты двуличный пидорас. – рассмеялась Банни. Когда она последний раз за год так искреннее ржала, можно было пересчитать по пальцам одной руки, если убрать три из пяти.
Помещение внутри полностью оправдало ожидание. Небольшой бар с лаундж-зонами, приглушенным светом, застывшим смогом от раскуренных кальянов и сигарет. Диджейский пульт ближе к кухне, впритык к барной стойке стоял бильярд, прямо напротив центрального входа. Не потеряешься.
-Когда я работала официантом, - все работали официантом, - один тип всегда приходил к нам с новой бабой и всегда заказывал одно и тоже: Два бокала «водка с тоником», пятьдесят на пятьдесят с долькой лайма. И одну двойную водку, без добавок. И мне кажется, - Банни обвела синюшное тело проститутки взглядом, - чистоган он всегда брал не себе.
В рядочек лежало еще пара бесчувственных тел. Ничего особенного, типичный четверг.
- Держись позади.
Ничего не оставалось, как послушаться Вульфа. Ей и самой здесь не было уютно, столики отдыхающих были завалены наркотой и алкоголем. Поганой наркотой. Много хуже чем гидра или героин. Много хуже.
- Эта дрянь их всех поубивала, ахуеть.
- То есть, - Банни заглянула за барную стойку, обнаружив подергивающегося в конвульсиях бармена, - их всех убили.
- Похоже на работу Ника, - Вульф задумчиво поскреб бороду, - чувствуется его стиль.
- Ну у тебя и друзья.
- Мы не друзья.
За диджейским пультом с шумом грохнулась колонка, Вульф в мгновение ока наставил туда пушку. Кратковременная тишина нарушилась копошением в завалах. Сначала показался алый каблук, затем растрепанная кудрявая голова выжженная перекисью, а следом и эталон красоты дам за пятьдесят, в узком синем платье со стразами и глубочайшим, как разочарование родителей декольте, явилась на свет мадам хуйзнаетктотакая.
Тихий бас музыки и вьющийся над башкой диско-шар, придавал ее изящной походке пьяного пингвина неповторимый шарм. Шарм опасного знакомства.
- За пятьдесят баксов, сладенький, я дам тебе доступ к таким дырочкам, о которых с твоей супругой остается лишь мечтать,- она ткнула кривым ногтем в сторону Банни и громко расхохоталась.
- Я дам тебе сто баксов, - Вульф выудил из заднего кармана смятого Франклина и протянул шлюхе, - сто-о-о-о, это в два раза больше чем твой IQ, и я хочу, что бы ты убралась отсюда.
- Конечно, кексик.
- Спасибо, печенюшечка.
- Печеблятьче?
- Забей.
- Какая-то сумасшедшая баба. Тут пиздец, а она о ебле думает.
- Не сумасшедшая, а так, - Вульфу вновь трудно было подобрать слова, - тихо помешанная.
- Я бы так не сказала.
- Что по-твоему значит быть сумасшедшим?
- Быть ненормальным. Не адекватно воспринимать реальность, слышать голоса в голове и т.д.
- Ты уверена, что это норма? Может это мы сумасшедшие, а они особенные, видят все как есть на самом деле, без розовых очков. Все мы безумцы, в той или иной степени, а норма. Норма это средняя температура по больнице, не более того.
- Зануда.
Банни не упустила возможности обыскать карманы мертвецов. Она руководствовалась принципом мародера – мёртвому на том свете блага не пригодятся, так пусть они будут при ней, чем пропадут за зря.
- Где же кучка негодяев? – здоровяк осмотрелся, выискивая возможные укрытия в зале. А они пригодятся, в данную минуту они открыты как на ладони. – Неужто, все сами любезно передохли?
Такой любезности ей не оказывал даже мудак отец с циррозом.
- Э, Вульф, - она похлопала по плечу баунтихантера, - тут…ээээ.
- Что там? – он отпрянул от стойки и посмотрел на девушку.
Банни ошарашено разглядывала дисплей пульсометра. Постучала пальцем по экрану, но ничего не изменилось. Множество огоньков стремительно приближались к ним, около десятка.
- Я, - слова давались ей с трудом, - скажи, что я его сломала.
- Нет, – процедил Вульф сплевывая на пол и вынимая дробовик из-за плеча, - но лучше бы сломала.
За дверью в паб послышался протяжный лай.
- Прячься! – скомандовал здоровяк. Дважды упрашивать Банни не пришлось, она скрылась за баром целиком, лишь высунув макушку. Любопытство, епт.
Двери распахнулись настежь и в нее тут же влетели четыре блядских добермана с парой ретивых китаез в смокингах. Что за дешевый боевик? Мода на VHS вернулась в виде голограмм?
Но не успела Банни об этом подумать, как первую псину встретил заряд дроби в морду, разметав черепушку в клочья по всей округе. Зато две гончие, которые оказались чуть менее расторопными, успели обогнуть Вульфа и бросится к Банни.
Визг. Крик. Шум выстрелов и свинцовый дождь разносящий в дребезги полупустые бутылки с хаус-позиции, и одного не особо удачливого азиата. Банни швырнула пульсометр в голову собаке, но промахнулась и разъебала его к чертям. Уворот от клацающих у пяток зубов. Она вскочила на барную стойку, вереща что-то нечленораздельное перепрыгнула на бильярдный стол, вооружившись первым что попало под руку – кием.
- Пошли нахуй! – Банни орудовала импровизированным посохом ничуть не хуже Джеки Чана в кино. Вернее в титрах. С неудачными дублями, - Я слишком молода, что бы так нелепо сдохнуть!
Но честь и хвала инстинкту выживания и знанию анатомии. Кий что есть мочи угодил по яйцам особо ретивой псине, которая вскарабкалась на стол. Если бы у бедняги могли косить глаза, они бы скосили. Послышался хруст и доберман тут же грохнулся со стола, протяжно скуля. Следующей твари повезло еще меньше, она отвлеклась на Вульфа и повернулась задом. Взмах, удар, и кий вошел точно в лунку. После такого у песика жизнь никогда не станет прежней. Интересно, а есть собачьи психотерапевты?
Вульф с размаху осадил прыгучего коротышку прикладом в челюсть, вминая его желтую морду в кафельный пол. Осколок зуба незадачливого каратиста угадил Банни точно в лоб:
- Ай, блять! – у нее точно будет шишка. Господи, за что жизнь ее так ебет? То руку отчекрыжит, то подбородок весь отобьют, теперь вот кальцием в лицо угощают. Ну хоть не белком. Белок сегодня уже был.
Вульф месил псину пудовым ботинком, пока скулеж не превратился в чавкающее бульканье. Банни едва сдержала рвотный позыв, оглядев поле битвы. Хуевое, надо сказать зрелище.
