Каждый из нас по своему справлялся со стрессом. Я, например, хотела кого-нибудь поколотить и, к сожалению, единственной жертвой на пути был полудохлый Эган. Хотя… у меня же есть еще Люшара во дворце…
Следующие два дня мы с Лу и Мураном были поглощены поисками Раса и Жюльтера. Я практически не спала, игнорируя усталость и тошноту от голода. Я пыталась снова и снова настроиться на энергию Расона и почувствовать его, ощутить биение сердца или какие-нибудь эмоции. Но все попытки заканчивались лишь тем, что я оставалась раздраженной и злобной стервой, которая хотела крушить и кричать от осознания собственной бесполезности.
Муран также пребывал, в некотором роде, бешенстве. Начать можно с того, что невесты не перестали атаковать его и постоянно вмешиваться в работу нашей поисковой системы своей магией.
– Да сколько же можно?! – в итоге не выдержал Муран и схватил одну из девиц за руку, втаскивая в комнату и указывая пальцем на круг усиления и защиты, который она невольно потревожила своей магической посылкой. – Ты хоть понимаешь, что мы заняты?! Ты своим мозгом можешь осознать простую истину, что мне сейчас не до этого брачного гона?! – взревел, иначе и не скажешь Муран, заставляя девчонку уставиться на него, как на демона из иного мира.
Я бы вообще ему пощечину отвесила за такое обращение.
– Во-первых, не ори на меня, – удивила меня девушка, вырвав руку из цепких пальцев Мурана. – Это не я сделала, а моя мать-сумасшедшая. Я за тебя замуж и не собираюсь, не сдался мне такой невростеник, еще и жестокий, – практически выплюнула слова девчонка. Ее рыжие кудряшки забавно подскакивали каждый раз, когда она говорила, словно они были живыми и имели свой разум. Ярко-зеленые, словно из настоящей охры глаза мерцали в приглушенном свете свечей, заставляя даже Лу застыть и уставиться на нее с восхищением. А это многого стоит. – И во-вторых, ты круг не замкнул, придурок, а я крайняя оказалась. Видишь этот символ? – она ткнула носком туфли на меловой значок креста на границе круга. – Ты его вверх ногами нарисовал, идиот, поэтому концентрация постоянно падает, и сила не поднимается до пика.
– Как тебя зовут? – спросила я у девушки, игнорируя тот факт, что Муран шипел странные слова и звуки сквозь стиснутые зубы, которые явно не были комплиментами.
– Шеви, – представилась она и улыбнулась мне. – Вы ведь Расона ищете, да? Об этом все шепчутся во дворце, но особенно помочь никто не хочет. Завистливые гады! – крикнула она в сторону двери, словно ее кто-то должен был услышать. – У меня бабушка была ведьмой, так что я могу помочь с кругом и сказать, как нужно его замкнуть по нормальному.
– Рада любой помощи, – тепло улыбнулась я Шеви, чувствуя, как закрывались веки, и предательски ослабло тело.
– Но сначала вам нужно пойти поесть и хоть немного поспать. Кольцо мощный артефакт и если у вас не будет сил его контролировать, то вы просто погибнете. Уверена, что Расону это радости не принесет.
– Он будет в ярости, а крайним буду я, – нашелся с ответом Лу, подходя к Мурану и толкая того в плечо. – Смотри, какая умная девушка, а ты на нее накричал. Извиняйся, – шепнул уже тише.
– Я? – опешил Муран, уставившись на императора так, словно у того вторая голова выросла и из нее дым валил.
– Ну не я же, – закатил глаза Лу. – Он у нас на самом деле хороший, просто дерганный из-за Расона, – серьезно сообщил Луинар. – Мы все из-за этого не в своей тарелке, – признался император и посмотрел на меня. – И она права. Сестренка, ты выглядишь как та самая нежить, которую мы уничтожаем. И прими ванну, или ты надеешься, что Расон тебя по запаху найдет и вернется к нам?
– Шут, – слабо огрызнулась я, но все-таки поднялась на ноги. Вот только я не думала, что так сильно ослабла. Мои ноги предательски подкосились, перед глазами все завертелось, и если бы Лу не успел поймать меня за руку, то я бы точно рухнула на пол. – Нужно поесть.
– И поспать, – строго сказал Лу. – Я тоже хочу найти Расона, сестренка, но убивать себя ради этого не стоит. Он нам этого не простит и тебя из-под земли достанет. Идем, отведу тебя на кухню, – и, не спрашивая разрешения, меня просто взяли на руки и переместили порталом.
Стоило мне унюхать аромат жаренного мяса, овощей и свежей выпечки, у меня аж слюнки потекли и ноги едва не подкосились от голода. Не соображая, я практически накинулась на еду, словно не ела несколько недель.
– Тише, тише, госпожа, иначе живот заболит, – пожурила меня Марна, также недовольно смотря на меня, как и император. – До чего вы себя довели, госпожа, так же не делается! Господин будет гневаться, когда увидит, как вы исхудали! Вы ведь и без того совсем тростиночка были… Еще и Бал на днях.
– Его не отменили? – удивилась я. Насколько мне было известно, после того, что произошло моя будущая свекровь высказалась довольно точно и неотвратимо. Но, видимо, в какой-то степени я поняла ее неверно. – Мне казалось, что Шалфея была настроена серьезно, – нахмурившись, посмотрела на Лу, который выглядел совершенно не удивленным подобному повороту.
– Она и настроена, только ты ее неправильно поняла. Она меняет тему Бала на Новое начало. Он будет ознаменовать новую эру нашей семьи… без Эгана. Это будет наш новый рассвет – счастья, процветания и полной свободы, – объяснила Марна, ласково мне улыбнувшись.
И почему я не удивлена, что Шалфея вновь все переиграла?
Эта невозможная женщина постоянно все меняла и перекраивала, как ей хотелось. И в какой-то степени, это было даже хорошо. У меня сейчас совершенно не было ни желания, ни сил заниматься чем-либо, кроме поисков наших потеряшек. Шалфея настоящий подарок и когда все окончательно закончится, я обязательно поблагодарю ее и постараюсь как можно скорее обрадовать новостью о пополнении в семье. Мне уже не раз намекали на то, что пора бы уже становиться пузатой и неповоротливой на счастье свекрови, драконов и слуг.
Проблема была в том, что даже после поимки Эгана я не чувствовала себя в безопасности. Даже за магической защитой, под неустанным бдением драконов, которые не спускали с меня глаз, я не ощущала спокойствия.
Расон… Где же ты? Что с тобой случилось? Жив ли ты?..
Жив!
Я точно это знаю, иначе и быть не может. Лу сказал, что наша связь настолько сильна, что я бы ощутила смерть… я бы погибла следом, разделяя боль и агонию своей пары, но вот что толку от этой связи, если мне не под силу даже почувствовать своего избранника?!
Где эта сила пары и истинности, когда она так нужна?!
– Где ты? – прошептала я в пустоту темной комнаты, в которую меня практически силком затолкал Лу после сытного ужина. – Подай хоть какой-нибудь знак… покажи, где тебя скрыли от меня… – молила я тишину, чувствуя, как предательски дрожало тело и сердце разрывалось от тоски и тревоги. Каждый день, каждая минута, проведенная вдали и в неизвестности, пронзали меня сотнями острых ножей и ядовитых стрел. Я была готова на все, чтобы спасти своего дракона… Но никакие жертвы не помогали. Я истощала себя, снова и снова прибегая к помощи кольца-артефакта, магии, которую не понимала, но умоляла помочь, однако… это не помогало.
Трилицый!
Я молила богов и высшего, я хотела лишь одного – спасти своего единственного. Мои руки дрожали от желания прикоснуться к родному телу, провести по спутанным волосам, поросшей за эти дни щетиной щеке и прижаться к жару, согревая свое продрогшее от одиночества сердце.
Ворочаясь в постели без сна и снедаемая убивающим и разрывающим на части предчувствием, которое стало моей второй кожей, я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме своего страха. В голове мелькали картинки расправы, боли и ужаса, я не могла контролировать эти чувства, что овладели мной, как призрак, проникая в душу и выворачивая ее наизнанку. Меня ломало и разрывало, не позволяя даже не минуту ощутить свободу спокойствия или хотя бы уничтожающей все преграды усталости. Нет, у меня это отняли, меня, словно осушали, и с каждым днем становилось лишь хуже, страшнее и больнее.
Он пленен.
Он сломлен.
Он не любит тебя.
Ты бросила его.
– Какого демона?! – стиснув пальцами простыню, я села на кровати. Мои руки дрожали, а сердце гулко билось в груди. Метнув в сторону закрытой двери взгляд полный ярости и разочарования, я вновь услышала голос – такой знакомый и ненавистный.
«Я сломал его, и сломаю тебя».
– Это все иллюзия. Ты в клетке, у тебя больше нет магии, – на грани слышимости прошептала я, чувствуя, как предательская дрожь прокатилась болью по телу, стискивая внутренности железным обручем безысходности.
«Играй в магию, маленькая принцесса. Но ты не найдешь его без моей помощи. Только я знаю, где сокрыт твой возлюбленный», – голос был пропитан желчью и насмешкой.
Я точно знала, кому принадлежал этот голос, и была уверена, чего он добивался, и понимала, что не нужно идти на поводу у этого больного психопата, но где-то в глубине души, осознание истинности слов Эгана не позволяли думать здраво.
Только он знал, где Расон и даже Жюльтер, только он мог сказать нам, где искать дракона и феникса. Пока мы здесь действительно играли в магию, изучая скрытые возможности истинной связи пары, Расон был заточен и скрыт. Его могли пытать, или… превратить во что-то немыслимо жуткое, его могли заточить в самом страшном кошмаре… А мы тут играли.
«Приди ко мне, маленькая принцесса и я скажу, где твой возлюбленный»
– Смешно, – мой голос надломился, и горькая усмешка окрасила лицо сломанной маской отчаянья. – Я не дура, Эган. Ты ничего не делаешь просто так.
«Он же мой сын».
– Плевать тебе на это! Не играй со мной!
«Грозная маленькая принцесса. На что ты готова, чтобы спасти своего дракона? Неужели ты позволишь миру процветать, пока Расон мучается в агонии ужаса?!»
Позволю ли я миру процветать и жить, пока Расон…
Головой я понимала, что жизни миллионов ценнее и важнее жизни одного, но как приказать сердцу не разрываться от боли и тоски, когда жизнь этого одного принадлежит Расону?
Мне было известно, что Эгану нет веры ни в одной из ветвей времени и даже жизней. Он бесчувственный, жадный паразит, который питался болью и горечью окружающих, он тот, кто пытал собственного сына, наплевал на связи семьи и отправил Шалфею в мрак сонного царства, он был готов уничтожить всех и каждого…
Но он единственный, кто знал, где был спрятан магией Расон и что с ним…
Позволить миру процветать ценной жизни моего дракона или довериться самому страшному кошмару нашего мира?
Двадцать вторая глава
Существует ли правильный выбор.
Наверное, в целом каждый выбор правилен в какой-то стороны.
Но что делать, если ты выбираешь работать с психопатом, который хотел поработить целый мир, в угоду своей гордыни и эгоизма, что были большего него самого?
В таком случае верного выбора нет априори, и поэтому окружающим не стоит удивляться, когда они узнают детали моего поступка.
И сейчас, стоя перед клеткой, в которой заперли самого ужасного и опасного преступника мироздания, я чувствовала себя не просто дурой, а полноценной идиоткой, потому что этот… мужчина гаденько улыбался, изучая меня. Он так и светился превосходством, которое расходилось волнами холодного жара по всей камере.
Его заточили на нижних этажах дворца, прямо под каменными выступами и из ограды, сотканной из магических нитей и чешуи драконов. Самая надежная клетка для самого опасного преступника.
Эган расслабленно привалился к жесткой стене, опираясь о нее спиной и улыбаясь, словно довольный кот, наслаждаясь разрывающей мое сознание и сердце тягостью. Я металась между желанием спасти всех и спасти Расона.
Мне были ясны мотивы Эгана, и более того, я прекрасно понимала, что ничем хорошим подобная авантюра не закончится, но у меня не было сил и дальше тратить время впустую, уповая на то, что Лу или Муран смогут помочь в поисках. Они были сильны и воодушевлены, они одни из самых мотивированных на спасение Расона близких мне людей, но они были слабее Эгана. И как бы мне не хотелось это признавать, но монстр передо мной был могущественным злодеем.
– Я знал, что ты придешь, – довольно оскалился в мою сторону Эган. Одним плавным движением, он поднялся на ноги и обхватил длинными, сильными пальцами прутья решетки. – Удивлен, что смогла справиться с охранной, – мужчина озадаченно наклонил голову к правому плечу и ухмыльнулся лишь шире. – Убила? – поинтересовался он.
Мой взгляд стыдливо метнулся в сторону двух лежащих без сознания драконов, которых пришлось отправить в сонную чащу с помощью кольца. Слишком много власти было в этом артефакте, но сейчас это было необходимо.
– Оглушила. Я не убийца.
– Верно, – с досадой согласился Эган, кивая своим мыслям, – даже меня оставила в живых.
– И уже жалею об этом, – честно призналась, понимая, что врать в глаза ночному кошмару попросту глупо. Он знал меня, демон, он побывал в моей голове и прекрасно разбирался в моих мыслях и желаниях.
– Ну-ну, малышка, если бы ты меня прикончила, то никогда не нашла своего возлюбленного, – напомнил мне Эган, отчего я непроизвольно стиснула кулаки. Тот факт, что этот монстр был прав, нисколько не вызывал в моей душе радости. – У нас мало времени, вытащи меня отсюда, – потребовал Эган, дернув прутья решетки в заметном нетерпении. Он волновался, я заметила это – его глаза то и дело поглядывали на спящих драконов и на лестницу, за которой скрывался широкий коридор, ведущий на свободу.
– Не так быстро, – притормозила я мужчину, чувствуя, как мои губы предательски растягиваются в злобную усмешку, от которой свело скулы. – Сначала мы обменяемся клятвами, – мои губы дернулись еще шире, когда я заметила блеск злобы и раздражения в глазах Эгана.
Не ожидал?
– Клятвами? – воскликнул он раздраженно. – Тебе не пять лет, Коралина, чтобы надеяться, что я поведусь на подобный шантаж, – фыркнул мужчина, а я лишь пожала плечами, разведя руки в стороны.
– Значит, ты останешься здесь на веки веков, заточенный, лишенный свободы и возможности творить магию. У тебя остались лишь крохи силы, и чем дольше ты пребываешь в клетке, тем слабее становишься. Думаю, хватит и недели, чтобы ты превратился в сморщенного, скрюченного старика без сил и воли.
Эган зарычал на меня, кидаясь на клетку и пытаясь добраться до меня своими сильными пальцами. Он хотел дернуть меня к себе и вынудить сделать по своему, но может и была не особо умной в плане магии, при этом прекрасно понимала, что идти на поводу у ночного кошмара верх идиотизма.
– Выпусти. Меня! – рыкнул Эган, тряся прутья клетки сильнее, отчего те дернулись, и мужчину отбросило волной защиты прямо в стену. Я услышала глухой удар, и колдун упал на пол, теряя ориентир.
– Обменяемся клятвами, – сказала я совершенно спокойно, протягивая руку с вложенным в нее небольшим кинжалом. – Кровь от крови, и ты будешь свободен, – перебирая пальцами, я приманивала к себе Эгана, заставляя того облизнуться в жажде победы и освобождения.
– Ты повторишь мои слова, – сдался мужчина, впиваясь в меня злобным взглядом. – Слово в слово, Коралина, – ощерился он и вскочил на ноги, заставляя на миг мою уверенность пошатнуться.
– Идет.
– Кровью клянусь, что покажу Коралине Делонг где сокрыты Расон и Жюльтер, – поклялся Эган, ногтем разрезая себе кожу и протягивая руку через решетку. – Скажи, что клянешься отпустить меня, когда увидишь Расона.
***
Следующие два дня мы с Лу и Мураном были поглощены поисками Раса и Жюльтера. Я практически не спала, игнорируя усталость и тошноту от голода. Я пыталась снова и снова настроиться на энергию Расона и почувствовать его, ощутить биение сердца или какие-нибудь эмоции. Но все попытки заканчивались лишь тем, что я оставалась раздраженной и злобной стервой, которая хотела крушить и кричать от осознания собственной бесполезности.
Муран также пребывал, в некотором роде, бешенстве. Начать можно с того, что невесты не перестали атаковать его и постоянно вмешиваться в работу нашей поисковой системы своей магией.
– Да сколько же можно?! – в итоге не выдержал Муран и схватил одну из девиц за руку, втаскивая в комнату и указывая пальцем на круг усиления и защиты, который она невольно потревожила своей магической посылкой. – Ты хоть понимаешь, что мы заняты?! Ты своим мозгом можешь осознать простую истину, что мне сейчас не до этого брачного гона?! – взревел, иначе и не скажешь Муран, заставляя девчонку уставиться на него, как на демона из иного мира.
Я бы вообще ему пощечину отвесила за такое обращение.
– Во-первых, не ори на меня, – удивила меня девушка, вырвав руку из цепких пальцев Мурана. – Это не я сделала, а моя мать-сумасшедшая. Я за тебя замуж и не собираюсь, не сдался мне такой невростеник, еще и жестокий, – практически выплюнула слова девчонка. Ее рыжие кудряшки забавно подскакивали каждый раз, когда она говорила, словно они были живыми и имели свой разум. Ярко-зеленые, словно из настоящей охры глаза мерцали в приглушенном свете свечей, заставляя даже Лу застыть и уставиться на нее с восхищением. А это многого стоит. – И во-вторых, ты круг не замкнул, придурок, а я крайняя оказалась. Видишь этот символ? – она ткнула носком туфли на меловой значок креста на границе круга. – Ты его вверх ногами нарисовал, идиот, поэтому концентрация постоянно падает, и сила не поднимается до пика.
– Как тебя зовут? – спросила я у девушки, игнорируя тот факт, что Муран шипел странные слова и звуки сквозь стиснутые зубы, которые явно не были комплиментами.
– Шеви, – представилась она и улыбнулась мне. – Вы ведь Расона ищете, да? Об этом все шепчутся во дворце, но особенно помочь никто не хочет. Завистливые гады! – крикнула она в сторону двери, словно ее кто-то должен был услышать. – У меня бабушка была ведьмой, так что я могу помочь с кругом и сказать, как нужно его замкнуть по нормальному.
– Рада любой помощи, – тепло улыбнулась я Шеви, чувствуя, как закрывались веки, и предательски ослабло тело.
– Но сначала вам нужно пойти поесть и хоть немного поспать. Кольцо мощный артефакт и если у вас не будет сил его контролировать, то вы просто погибнете. Уверена, что Расону это радости не принесет.
– Он будет в ярости, а крайним буду я, – нашелся с ответом Лу, подходя к Мурану и толкая того в плечо. – Смотри, какая умная девушка, а ты на нее накричал. Извиняйся, – шепнул уже тише.
– Я? – опешил Муран, уставившись на императора так, словно у того вторая голова выросла и из нее дым валил.
– Ну не я же, – закатил глаза Лу. – Он у нас на самом деле хороший, просто дерганный из-за Расона, – серьезно сообщил Луинар. – Мы все из-за этого не в своей тарелке, – признался император и посмотрел на меня. – И она права. Сестренка, ты выглядишь как та самая нежить, которую мы уничтожаем. И прими ванну, или ты надеешься, что Расон тебя по запаху найдет и вернется к нам?
– Шут, – слабо огрызнулась я, но все-таки поднялась на ноги. Вот только я не думала, что так сильно ослабла. Мои ноги предательски подкосились, перед глазами все завертелось, и если бы Лу не успел поймать меня за руку, то я бы точно рухнула на пол. – Нужно поесть.
– И поспать, – строго сказал Лу. – Я тоже хочу найти Расона, сестренка, но убивать себя ради этого не стоит. Он нам этого не простит и тебя из-под земли достанет. Идем, отведу тебя на кухню, – и, не спрашивая разрешения, меня просто взяли на руки и переместили порталом.
Стоило мне унюхать аромат жаренного мяса, овощей и свежей выпечки, у меня аж слюнки потекли и ноги едва не подкосились от голода. Не соображая, я практически накинулась на еду, словно не ела несколько недель.
– Тише, тише, госпожа, иначе живот заболит, – пожурила меня Марна, также недовольно смотря на меня, как и император. – До чего вы себя довели, госпожа, так же не делается! Господин будет гневаться, когда увидит, как вы исхудали! Вы ведь и без того совсем тростиночка были… Еще и Бал на днях.
– Его не отменили? – удивилась я. Насколько мне было известно, после того, что произошло моя будущая свекровь высказалась довольно точно и неотвратимо. Но, видимо, в какой-то степени я поняла ее неверно. – Мне казалось, что Шалфея была настроена серьезно, – нахмурившись, посмотрела на Лу, который выглядел совершенно не удивленным подобному повороту.
– Она и настроена, только ты ее неправильно поняла. Она меняет тему Бала на Новое начало. Он будет ознаменовать новую эру нашей семьи… без Эгана. Это будет наш новый рассвет – счастья, процветания и полной свободы, – объяснила Марна, ласково мне улыбнувшись.
И почему я не удивлена, что Шалфея вновь все переиграла?
Эта невозможная женщина постоянно все меняла и перекраивала, как ей хотелось. И в какой-то степени, это было даже хорошо. У меня сейчас совершенно не было ни желания, ни сил заниматься чем-либо, кроме поисков наших потеряшек. Шалфея настоящий подарок и когда все окончательно закончится, я обязательно поблагодарю ее и постараюсь как можно скорее обрадовать новостью о пополнении в семье. Мне уже не раз намекали на то, что пора бы уже становиться пузатой и неповоротливой на счастье свекрови, драконов и слуг.
Проблема была в том, что даже после поимки Эгана я не чувствовала себя в безопасности. Даже за магической защитой, под неустанным бдением драконов, которые не спускали с меня глаз, я не ощущала спокойствия.
Расон… Где же ты? Что с тобой случилось? Жив ли ты?..
Жив!
Я точно это знаю, иначе и быть не может. Лу сказал, что наша связь настолько сильна, что я бы ощутила смерть… я бы погибла следом, разделяя боль и агонию своей пары, но вот что толку от этой связи, если мне не под силу даже почувствовать своего избранника?!
Где эта сила пары и истинности, когда она так нужна?!
– Где ты? – прошептала я в пустоту темной комнаты, в которую меня практически силком затолкал Лу после сытного ужина. – Подай хоть какой-нибудь знак… покажи, где тебя скрыли от меня… – молила я тишину, чувствуя, как предательски дрожало тело и сердце разрывалось от тоски и тревоги. Каждый день, каждая минута, проведенная вдали и в неизвестности, пронзали меня сотнями острых ножей и ядовитых стрел. Я была готова на все, чтобы спасти своего дракона… Но никакие жертвы не помогали. Я истощала себя, снова и снова прибегая к помощи кольца-артефакта, магии, которую не понимала, но умоляла помочь, однако… это не помогало.
Трилицый!
Я молила богов и высшего, я хотела лишь одного – спасти своего единственного. Мои руки дрожали от желания прикоснуться к родному телу, провести по спутанным волосам, поросшей за эти дни щетиной щеке и прижаться к жару, согревая свое продрогшее от одиночества сердце.
Ворочаясь в постели без сна и снедаемая убивающим и разрывающим на части предчувствием, которое стало моей второй кожей, я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме своего страха. В голове мелькали картинки расправы, боли и ужаса, я не могла контролировать эти чувства, что овладели мной, как призрак, проникая в душу и выворачивая ее наизнанку. Меня ломало и разрывало, не позволяя даже не минуту ощутить свободу спокойствия или хотя бы уничтожающей все преграды усталости. Нет, у меня это отняли, меня, словно осушали, и с каждым днем становилось лишь хуже, страшнее и больнее.
Он пленен.
Он сломлен.
Он не любит тебя.
Ты бросила его.
– Какого демона?! – стиснув пальцами простыню, я села на кровати. Мои руки дрожали, а сердце гулко билось в груди. Метнув в сторону закрытой двери взгляд полный ярости и разочарования, я вновь услышала голос – такой знакомый и ненавистный.
«Я сломал его, и сломаю тебя».
– Это все иллюзия. Ты в клетке, у тебя больше нет магии, – на грани слышимости прошептала я, чувствуя, как предательская дрожь прокатилась болью по телу, стискивая внутренности железным обручем безысходности.
«Играй в магию, маленькая принцесса. Но ты не найдешь его без моей помощи. Только я знаю, где сокрыт твой возлюбленный», – голос был пропитан желчью и насмешкой.
Я точно знала, кому принадлежал этот голос, и была уверена, чего он добивался, и понимала, что не нужно идти на поводу у этого больного психопата, но где-то в глубине души, осознание истинности слов Эгана не позволяли думать здраво.
Только он знал, где Расон и даже Жюльтер, только он мог сказать нам, где искать дракона и феникса. Пока мы здесь действительно играли в магию, изучая скрытые возможности истинной связи пары, Расон был заточен и скрыт. Его могли пытать, или… превратить во что-то немыслимо жуткое, его могли заточить в самом страшном кошмаре… А мы тут играли.
«Приди ко мне, маленькая принцесса и я скажу, где твой возлюбленный»
– Смешно, – мой голос надломился, и горькая усмешка окрасила лицо сломанной маской отчаянья. – Я не дура, Эган. Ты ничего не делаешь просто так.
«Он же мой сын».
– Плевать тебе на это! Не играй со мной!
«Грозная маленькая принцесса. На что ты готова, чтобы спасти своего дракона? Неужели ты позволишь миру процветать, пока Расон мучается в агонии ужаса?!»
Позволю ли я миру процветать и жить, пока Расон…
Головой я понимала, что жизни миллионов ценнее и важнее жизни одного, но как приказать сердцу не разрываться от боли и тоски, когда жизнь этого одного принадлежит Расону?
Мне было известно, что Эгану нет веры ни в одной из ветвей времени и даже жизней. Он бесчувственный, жадный паразит, который питался болью и горечью окружающих, он тот, кто пытал собственного сына, наплевал на связи семьи и отправил Шалфею в мрак сонного царства, он был готов уничтожить всех и каждого…
Но он единственный, кто знал, где был спрятан магией Расон и что с ним…
Позволить миру процветать ценной жизни моего дракона или довериться самому страшному кошмару нашего мира?
Двадцать вторая глава
Существует ли правильный выбор.
Наверное, в целом каждый выбор правилен в какой-то стороны.
Но что делать, если ты выбираешь работать с психопатом, который хотел поработить целый мир, в угоду своей гордыни и эгоизма, что были большего него самого?
В таком случае верного выбора нет априори, и поэтому окружающим не стоит удивляться, когда они узнают детали моего поступка.
И сейчас, стоя перед клеткой, в которой заперли самого ужасного и опасного преступника мироздания, я чувствовала себя не просто дурой, а полноценной идиоткой, потому что этот… мужчина гаденько улыбался, изучая меня. Он так и светился превосходством, которое расходилось волнами холодного жара по всей камере.
Его заточили на нижних этажах дворца, прямо под каменными выступами и из ограды, сотканной из магических нитей и чешуи драконов. Самая надежная клетка для самого опасного преступника.
Эган расслабленно привалился к жесткой стене, опираясь о нее спиной и улыбаясь, словно довольный кот, наслаждаясь разрывающей мое сознание и сердце тягостью. Я металась между желанием спасти всех и спасти Расона.
Мне были ясны мотивы Эгана, и более того, я прекрасно понимала, что ничем хорошим подобная авантюра не закончится, но у меня не было сил и дальше тратить время впустую, уповая на то, что Лу или Муран смогут помочь в поисках. Они были сильны и воодушевлены, они одни из самых мотивированных на спасение Расона близких мне людей, но они были слабее Эгана. И как бы мне не хотелось это признавать, но монстр передо мной был могущественным злодеем.
– Я знал, что ты придешь, – довольно оскалился в мою сторону Эган. Одним плавным движением, он поднялся на ноги и обхватил длинными, сильными пальцами прутья решетки. – Удивлен, что смогла справиться с охранной, – мужчина озадаченно наклонил голову к правому плечу и ухмыльнулся лишь шире. – Убила? – поинтересовался он.
Мой взгляд стыдливо метнулся в сторону двух лежащих без сознания драконов, которых пришлось отправить в сонную чащу с помощью кольца. Слишком много власти было в этом артефакте, но сейчас это было необходимо.
– Оглушила. Я не убийца.
– Верно, – с досадой согласился Эган, кивая своим мыслям, – даже меня оставила в живых.
– И уже жалею об этом, – честно призналась, понимая, что врать в глаза ночному кошмару попросту глупо. Он знал меня, демон, он побывал в моей голове и прекрасно разбирался в моих мыслях и желаниях.
– Ну-ну, малышка, если бы ты меня прикончила, то никогда не нашла своего возлюбленного, – напомнил мне Эган, отчего я непроизвольно стиснула кулаки. Тот факт, что этот монстр был прав, нисколько не вызывал в моей душе радости. – У нас мало времени, вытащи меня отсюда, – потребовал Эган, дернув прутья решетки в заметном нетерпении. Он волновался, я заметила это – его глаза то и дело поглядывали на спящих драконов и на лестницу, за которой скрывался широкий коридор, ведущий на свободу.
– Не так быстро, – притормозила я мужчину, чувствуя, как мои губы предательски растягиваются в злобную усмешку, от которой свело скулы. – Сначала мы обменяемся клятвами, – мои губы дернулись еще шире, когда я заметила блеск злобы и раздражения в глазах Эгана.
Не ожидал?
– Клятвами? – воскликнул он раздраженно. – Тебе не пять лет, Коралина, чтобы надеяться, что я поведусь на подобный шантаж, – фыркнул мужчина, а я лишь пожала плечами, разведя руки в стороны.
– Значит, ты останешься здесь на веки веков, заточенный, лишенный свободы и возможности творить магию. У тебя остались лишь крохи силы, и чем дольше ты пребываешь в клетке, тем слабее становишься. Думаю, хватит и недели, чтобы ты превратился в сморщенного, скрюченного старика без сил и воли.
Эган зарычал на меня, кидаясь на клетку и пытаясь добраться до меня своими сильными пальцами. Он хотел дернуть меня к себе и вынудить сделать по своему, но может и была не особо умной в плане магии, при этом прекрасно понимала, что идти на поводу у ночного кошмара верх идиотизма.
– Выпусти. Меня! – рыкнул Эган, тряся прутья клетки сильнее, отчего те дернулись, и мужчину отбросило волной защиты прямо в стену. Я услышала глухой удар, и колдун упал на пол, теряя ориентир.
– Обменяемся клятвами, – сказала я совершенно спокойно, протягивая руку с вложенным в нее небольшим кинжалом. – Кровь от крови, и ты будешь свободен, – перебирая пальцами, я приманивала к себе Эгана, заставляя того облизнуться в жажде победы и освобождения.
– Ты повторишь мои слова, – сдался мужчина, впиваясь в меня злобным взглядом. – Слово в слово, Коралина, – ощерился он и вскочил на ноги, заставляя на миг мою уверенность пошатнуться.
– Идет.
– Кровью клянусь, что покажу Коралине Делонг где сокрыты Расон и Жюльтер, – поклялся Эган, ногтем разрезая себе кожу и протягивая руку через решетку. – Скажи, что клянешься отпустить меня, когда увидишь Расона.
