– Сестра, что случилось? – обеспокоенно спросил Вальтэриан.
Принцесса провела поломанными ногтями по животу и рассказала о произошедшем на юге.
– Я сравняю с землёй Бекрукс! – прошипел король.
– Не смей, – запретила Янина.
Вальтэриан удивлённо отпрянул, впервые услышав ледяные нотки в её голосе.
– Оборотни мучили вас, принцесса, – вступила в разговор Беатриса. – Это неприемлемо. Они заслуживают наказания.
– Виновный в моих страданиях мёртв, – безэмоционально поведала Янина. – Я убила его. Остальные невинны. Прошу оставить их.
– Как скажешь, – пробормотал Вальтэриан. – Почему не написала мне о проблемах? Я бы вмиг разобрался с Граффиасами.
– Знаю, как ты решаешь проблемы, – вздохнула принцесса. – Потому и не написала.
– Сестра, я... – начал король.
– Довольно о прошлом, – прервала Янина. – Где тётя? Ей я много раз писала. Ответ не приходил.
– Она отправилась в путешествие, – пояснил Вальтэриан. – Сказала, скоро вернётся.
– Не замечала у неё тяги к странствиям, – проговорила ведьма.
– Тебе что-нибудь нужно? – спросил король у сестры.
– Лишь покой, – ответила принцесса.
– Соболезную о потере ребёнка, – произнесла Беатриса.
– Я тоже, – шепнул Вальтэриан. – Ужасно испытать подобное.
– Прошу, оставьте меня, – указала на дверь Янина. – Когда буду готова, спущусь к подданным.
Ведьма и король безропотно удалились. Они были поражены историей принцессы и не понимали, как вести себя. Раньше, если у неё что-то случалось, она плакала и хотела с кем-то поговорить. Теперь поведение Янины настораживало. Вальтэриан редко общался с ней из-за королевских обязанностей, поэтому не знал, чем помочь. Он хотел заставить оборотней кровью заплатить за содеянное, но боялся расстроить сестру. Беатриса тоже пребывала в замешательстве.
Зато подданные, не стесняясь, ломились в апартаменты принцессы, желая выказать радость по поводу её приезда. Стражники доложили об этом королю, и он велел особо назойливых разогнать.
Янина наслаждалась покоем, пока в Зимнюю Розу не прибыли родственники Астрид Мейрак. По просьбе брата ей пришлось спуститься в тронный зал поприветствовать их. Своим появлением она должна была показать, что с ней всё хорошо, и династия Колд сильна, как никогда.
Тяжёлые двери распахнулись, и принцесса направилась к трону сквозь ряды расступающихся подданных. На ней было тёмно-голубе платье с серебряными надплечниками и плащ, подбитый мехом. Он закрывал часть наряда, создавая видимость защиты. Её туфли со множеством металлических вставок цокали по полу, точно шёл рыцарь. Кулон в форме Гром-птицы качался на тонкой шее.
Янина стала позади трона и с любовью посмотрела на привычные лица магов и вездесущий лёд. Вальтэриан приказал стражникам поставить для неё стул. Она с благодарностью кивнула и села, держась за ноющий низ живота. Беатриса, стоя в толпе лордов и леди, помахала ей, взглядом выражая поддержку.
В тронный зал вошли члены династии Мейрак с многочисленной свитой. Золотой вышивкой на фиолетовых одеяниях они стремились показать достаток королевства людей. Глашатай объявил:
– Внимание! Леди Офелия, верховная правительница Штормгрота, лорд Игнатий, лорд Кир и леди Глаида Мейраки.
Правители людей подошли к подножью трона и поклонились. Вальтэриан солгал, что рад их видеть, и велел главной придворной даме проводить Мейраков в приготовленные для них покои.
Леди Офелия, толстая старушка с алчными глазами, недолго отдыхала после путешествия. Она поспешила к внучке, желая поздравить и вручить подарок. Астрид обрадовалась, увидев её в дверях.
– Здравствуй, девочка моя! – воскликнула Офелия и обняла внучку. – Семья гордится тобой. Умница, заполучила короля!
– Бабушка, – с укором произнесла Астрид. Хотя глаза её улыбались. – Я заслуживаю похвалы не только потому, что добилась предложения Вальтэриана.
– Знаю, знаю, – сказала Офелия. – Ты молодец, запомнила всё, чему я учила. Дай Четыре Стихии, в замужестве не будет проблем!
– Король меня не любит, – пожаловалась Астрид.
– Это браку не помеха, – махнула рукой Офелия. – Чувства с годами остывают. Хорошо, если их изначально нет. Не будет и разочарования. Вы привыкнете друг к другу. А привычка не слабее любви.
– Хорошо бы, – взволнованно проговорила Астрид. – Слухи о Вальтэриане правдивы. Он убивает невест.
– Королеву не обидит. Ему и королевству нужны наследники. Роди сына. Потом решим, что делать. Если Вальтэриан проявит к тебе неуважение, я позабочусь, чтобы он увидел предков раньше времени.
– Предстоящая свадьба – мой триумф и его проигрыш. Я боюсь мести короля.
– Внучка, ты прошла полпути. Бессмысленно бояться ветра, когда пережила шторм. Король пытался мешать тебе? Славно. Значит, всё, на что способен, он уже показал. Хуже не будет.
– Ты не уедешь после свадьбы?
– Постараюсь погостить подольше. Празднуй! Забудь о страхе. У меня для тебя подарок, свадебное платье твоей матери.
Офелия Мейрак хлопнула в ладоши, и слуги принесли пышное белое платье с золотой вышивкой.
– Мы отдадим его портному, – произнесла она. – Он перешьёт платье, добавит больше рюш и золота. Сделает длинную фату.
– Оно старое, – скривилась Астрид. – Я чту семейные традиции. Но не выйду в нём замуж. Хочу более современный наряд. Королева должна выглядеть идеально! Пышные платья не в моде. Знатные леди идут под венец в узких платьях вампирского покроя.
– Хотя бы примерь.
– Только ради тебя, бабушка.
Астрид зашла за ширму и с помощью служанок надела платье мамы. Затем покружилась перед зеркалом и недовольно произнесла:
– Мило, конечно. Рюши, ленточки, осыпавшиеся камни... Подданные должны равняться на меня, а не насмехаться надо мной. Я не могу опозориться на собственной свадьбе!
– Естественно, – закивала Офелия. – Ты вольна выбрать любое платье. Я не настаиваю. Лишь хотела соблюсти семейную традицию.
– Пусть дальние родственницы её соблюдают! Они не королевы. Им можно и в таком платье замуж выходить.
– Как пожелаешь. Главное, чтобы твой день удался.
Офелия покинула апартаменты, стараясь за улыбкой спрятать огорчение. Она привыкла к капризам внучки и не надеялась, что та уступит. Астрид не заметила её уход. Она достала из шкатулки колье и приложила к груди, примеряя.
Еликонида Снэик, вернувшись из поездки, первым делом направилась в покои будущей королевы. Она хотела узнать её слабости, чтобы не дать ей отнять власть и статус самой влиятельной женщины мира.
Закрыв за собой дверь, эльфийка лицемерно улыбнулась:
– Поздравляю со свадьбой. Полагаю, тебя уже можно называть королевой?
– Разумеется, – благосклонно кивнула Астрид. – Скоро титул станет моим.
– Не сомневаюсь, – прошипела Еликонида. – Надеюсь, ты долго проносишь корону... На тебе необычное платье. Такой фасон ещё носят?
– Нет, – ответила леди Мейрак. – Бабушка хотела, чтобы я на свадьбу надела мамино платье. Её возрасту свойственны некоторые странности. Я, конечно, выйду замуж в другом наряде. Мне нужна ткань столь же дорогая, как это колье.
Астрид достала из шкатулки изысканное украшение и надела. Еликонида из любопытства подошла ближе. От сияния фиолетовых камней глаза её заслезились.
– У колье необычный замок, – пробормотала леди Мейрак. – На нём мои инициалы.
Эльфийка посмотрела и ахнула. Пятно в форме розы обвивало шею Астрид.
– Что не так? – смутилась леди Мейрак.
Её слова донеслись до Еликониды, словно из подземной пещеры. Она заморгала и отшатнулась, осознав, кто перед ней.
Астрид напомнила эльфийке Зигфрида Колда. Её светлые волосы блестели на солнце, словно расплавленное серебро. Фиолетовые глаза горели, как кристаллы. Кожа была белее фарфора. Еликонида удивилась, почему раньше не заметила сходства леди Мейрак с мужчиной, которого тайно и страстно любила.
Эльфийка сжала губы, чтобы не сказать лишнего, и побежала в покои Офелии. Она рассказала ей свою историю и потребовала объяснений. Угрозы подействовали на старушку, и та сказала:
– Мой сын лорд Максимильян и его жена погибли в Последней войне за объединение королевств. Наследников у них не осталось. Это означало конец династии Мейрак. Я не могла допустить его... Я дружила с Ламелионидой Снэик. Она, узнав о моём горе, предложила забрать вашу дочь. Я согласилась, назвала её Астрид и вырастила, как свою внучку. Она ни в чём не нуждалась. Благодаря моим стараниям на голове её скоро появится корона.
– Вальтэриан её сводный брат! – воскликнула в гневе Еликонида. – Их брак невозможен!
– Почему? – удивилась Офелия. – Благодаря союзу с королём Астрид получит власть, а Штормгрот будет процветать.
– Я не допущу кровосмешения, – ощетинилась эльфийка. – Я расскажу Астрид, кто она.
– Извольте, – сказала Офелия. – Но будет ли она вас слушать? Вы для неё лишь придворная интриганка. Даже если Астрид поверит, что вы её мать, ничего не изменится. Она вас не знает и вряд ли захочет узнать. Моя внучка считается только с моим мнением. А я одобряю брак с королём.
Еликонида бросилась к Астрид и рассказала обо всём. Та не поверила и поспешила к бабушке.
– Леди Снэик сказала правду? – спросила она.
– Да, – подтвердила Офелия.
– Почему вы молчали? – возмутилась Астрид. – Я имела право знать!
– Я не хотела портить тебе юность, – призналась Офелия. – Тебя тогда интересовали наряды да балы. Впутывать названную, но от того не менее любимую внучку, в интриги двора было бы глупо. Я осознавала, что время для правды придёт. Видимо, оно пришло.
– Свадьбы не будет! – влетела в покои Еликонида. – Дочка, надеюсь, ты понимаешь, чем чревато кровосмешение?
– Что мне делать? – посмотрела на бабушку Астрид. – Неужели я напрасно проходила испытания?
– Боюсь, что да, – вместо Офелии ответила эльфийка.
– Я не вас спрашиваю! – ощетинилась Астрид.
– Леди Снэик, оставьте меня с внучкой наедине, – попросила Офелия.
Еликонида махнула подолом и ушла. Правительницы людей сели на софу, продолжая разговор. Астрид грустно спросила:
– Что теперь будет?
– Ни о чём не волнуйся, – тепло улыбнулась Офелия. – Свадьба состоится. Еликонида не раскроет нашей тайны. Она понимает, что король не должен узнать о родстве с тобой. Иначе попытается убить тебя, как убил братьев.
– Янину он не тронул, хотя она может наследовать престол, – возразила Астрид.
– Принцесса слаба и недостойна трона. Вальтэриан понимает это, потому выдал её за южного дикаря. Ты – дело иное. В тебе он увидит соперника. Рисковать нельзя. Стань королевой. Этот титул даст тебе больше привилегий. Он безопаснее титула принцессы. Ведь принцесса – разменная монета. Король может её выдавать за кого вздумается. Королева же ему почти ровня. Представь, твои дети будут править миром!
– У сестры короля тоже есть власть. Я смогла бы помогать жителям Штормгрота будучи принцессой.
– Ты незаконнорождённая, забыла? Ты не дитя Селены и Зигфрида, не ровня Вальтэриану и Янине. Ты ниже их. Бастард. Если король не захочет признать, что ты его сестра, то может казнить по обвинению в смуте. Объявить о родстве с ним – значит подписать себе смертный приговор.
– Если я стану королевой, случится инцест!
– Не страшно. Наши предки практиковали его веками для сохранения чистоты крови. Браки между родственниками отменили только потому, что религия запрещает.
– Дети в кровосмесительных союзах рождаются уродами.
– Так произошло лишь в нескольких семьях. Это ничего не значит. Вампиры до сих пор женятся на братьях и сёстрах. Правительница запада вышла за двоюродного брата. Их дети: Беатриса, Ленор и Доротэя выросли сильными и здоровыми.
– Я и Вальтэр не вампиры.
– Жители запада не лучше нас. Кровь во всех одна. Красная. Иди под венец и не забивай головку ненужными вопросами. Пусть над ними жрецы и травники размышляют. Королю о родстве с тобой знать не следует. Другим тоже. Они не захотят делить с тобой власть и попытаются уничтожить. Стань королевой и нанеси удар первой.
– Я подумаю о свадьбе. Не уверена, что хочу её.
– Будь умницей и прими правильное решение для себя и Штормгрота. Людям нужно покровительство королевы, а не незаконнорождённой принцессы. Не надейся на доброту короля или его тёти.
Офелия ушла, оставив Астрид мучиться от открывшейся правды. Вьюга за окном пронзительно завыла. Сугробы увеличились и превратились в белые скалы. Серебристые медведи покинули льдины, издав воинственный рёв, и устремились на охоту.
Час Хэдусхэдла
Стоило Кастору переступить порог обители, как навьяны окружили его. Они наперебой пытались рассказать ему что-то, толкались. Их голоса слились. Высшему жрецу показалась, будто он попал в улей. Клык и Коготь протиснулись между собратьями и скрылись в молитвенном зале. Из-за угла выбежал старший жрец, крича:
– Беда! Вартан пришёл в себя да, видно, рассудком повредился. Согрешить хочет. Жизнь оборвать вознамерился без дозволения Создателя! Заперся в комнате, никого не пускает, на просьбы открыть дверь говорит, что мешаем ему спокойно умереть. Шератан в панике. Молится Создателю и второй час пытается вразумить мальчика. Бесполезно!
– Я поговорю с Вартаном, – направился в глубь коридора Кастор.
У комнаты мальчика стояло четверо навьянов. Они расступились перед Высшим жрецом и отошли к окну. Он с благодарностью кивнул, дёргая дверную ручку. Послышался детский голосок с напускной серьёзностью: «Оставьте меня!»
Уголки губ Кастора поползли вверх. Он не понаслышке знал, что такое детские капризы. У него было восемь младших братьев. Он проводил много времени, играя с ними, и понимал, как успокоить их. В том, что Вартан не желает умирать, Высший жрец был уверен. Он нагнулся к замочной скважине и тихо спросил:
– Не боишься?
– Чего? – послышался робкий голос.
– Смерти, мрака, – ответил Кастор.
– Не боюсь! – заявил Вартан.
– Зря, в ином мире водятся чудовища, – напугал Высший жрец.
– Здесь тоже, – всхлипнул мальчик.
– Больше тебя не обидят, – пообещал Кастор. – Ты в обители света. Не бойся. Случившееся с тобой не повод сдаваться. Создатель не посылает испытания без причины.
– Кто он? – поинтересовался Вартан. – Дяденька в белом, сидящий на троне?
– Нет, он энергия, – рассмеялся Высший жрец. – Ты мал, чтобы осознать это. Открой дверь, и я расскажу тебе увлекательную историю о Создателе и нашем мире. Ты поймёшь, что торопиться в другой мир не нужно.
– Ты испугаешься! – истерично закричал мальчик.
– Почему? – спросил Кастор.
– Я страшный! Я сам себя боюсь!
– Что, по-твоему, красота?
– Ну, это волосы пышные, глаза, как у мамы...
– Есть ещё духовная красота. Она важнее внешней. Тело мы однажды покинем. Оно станет прахом. Душа – нет. Она уйдёт в вечность и соединится с другими душами.
– Другими душами? С мамой и папой?
– Да. Я потерял родителей по вине злого короля. Мне хотелось умереть, однако я не сдался. Понял, что смерть – это бегство от проблем, и поклялся восстановить справедливость. Мой старый дом рухнул, но я нашёл новый. И теперь ты у меня в гостях.
– Как это?
– Мой дом – обитель Нави. Хочешь, будет и твоим. Тогда тебе не придётся шагать в неизвестность и рисковать целостностью души, ибо самоубийцы не находят покоя. Будь моим гостем и однажды встретишься с мамой и папой, как и я... Ты же хочешь увидеть родителей?
Принцесса провела поломанными ногтями по животу и рассказала о произошедшем на юге.
– Я сравняю с землёй Бекрукс! – прошипел король.
– Не смей, – запретила Янина.
Вальтэриан удивлённо отпрянул, впервые услышав ледяные нотки в её голосе.
– Оборотни мучили вас, принцесса, – вступила в разговор Беатриса. – Это неприемлемо. Они заслуживают наказания.
– Виновный в моих страданиях мёртв, – безэмоционально поведала Янина. – Я убила его. Остальные невинны. Прошу оставить их.
– Как скажешь, – пробормотал Вальтэриан. – Почему не написала мне о проблемах? Я бы вмиг разобрался с Граффиасами.
– Знаю, как ты решаешь проблемы, – вздохнула принцесса. – Потому и не написала.
– Сестра, я... – начал король.
– Довольно о прошлом, – прервала Янина. – Где тётя? Ей я много раз писала. Ответ не приходил.
– Она отправилась в путешествие, – пояснил Вальтэриан. – Сказала, скоро вернётся.
– Не замечала у неё тяги к странствиям, – проговорила ведьма.
– Тебе что-нибудь нужно? – спросил король у сестры.
– Лишь покой, – ответила принцесса.
– Соболезную о потере ребёнка, – произнесла Беатриса.
– Я тоже, – шепнул Вальтэриан. – Ужасно испытать подобное.
– Прошу, оставьте меня, – указала на дверь Янина. – Когда буду готова, спущусь к подданным.
Ведьма и король безропотно удалились. Они были поражены историей принцессы и не понимали, как вести себя. Раньше, если у неё что-то случалось, она плакала и хотела с кем-то поговорить. Теперь поведение Янины настораживало. Вальтэриан редко общался с ней из-за королевских обязанностей, поэтому не знал, чем помочь. Он хотел заставить оборотней кровью заплатить за содеянное, но боялся расстроить сестру. Беатриса тоже пребывала в замешательстве.
Зато подданные, не стесняясь, ломились в апартаменты принцессы, желая выказать радость по поводу её приезда. Стражники доложили об этом королю, и он велел особо назойливых разогнать.
Янина наслаждалась покоем, пока в Зимнюю Розу не прибыли родственники Астрид Мейрак. По просьбе брата ей пришлось спуститься в тронный зал поприветствовать их. Своим появлением она должна была показать, что с ней всё хорошо, и династия Колд сильна, как никогда.
Тяжёлые двери распахнулись, и принцесса направилась к трону сквозь ряды расступающихся подданных. На ней было тёмно-голубе платье с серебряными надплечниками и плащ, подбитый мехом. Он закрывал часть наряда, создавая видимость защиты. Её туфли со множеством металлических вставок цокали по полу, точно шёл рыцарь. Кулон в форме Гром-птицы качался на тонкой шее.
Янина стала позади трона и с любовью посмотрела на привычные лица магов и вездесущий лёд. Вальтэриан приказал стражникам поставить для неё стул. Она с благодарностью кивнула и села, держась за ноющий низ живота. Беатриса, стоя в толпе лордов и леди, помахала ей, взглядом выражая поддержку.
В тронный зал вошли члены династии Мейрак с многочисленной свитой. Золотой вышивкой на фиолетовых одеяниях они стремились показать достаток королевства людей. Глашатай объявил:
– Внимание! Леди Офелия, верховная правительница Штормгрота, лорд Игнатий, лорд Кир и леди Глаида Мейраки.
Правители людей подошли к подножью трона и поклонились. Вальтэриан солгал, что рад их видеть, и велел главной придворной даме проводить Мейраков в приготовленные для них покои.
Леди Офелия, толстая старушка с алчными глазами, недолго отдыхала после путешествия. Она поспешила к внучке, желая поздравить и вручить подарок. Астрид обрадовалась, увидев её в дверях.
– Здравствуй, девочка моя! – воскликнула Офелия и обняла внучку. – Семья гордится тобой. Умница, заполучила короля!
– Бабушка, – с укором произнесла Астрид. Хотя глаза её улыбались. – Я заслуживаю похвалы не только потому, что добилась предложения Вальтэриана.
– Знаю, знаю, – сказала Офелия. – Ты молодец, запомнила всё, чему я учила. Дай Четыре Стихии, в замужестве не будет проблем!
– Король меня не любит, – пожаловалась Астрид.
– Это браку не помеха, – махнула рукой Офелия. – Чувства с годами остывают. Хорошо, если их изначально нет. Не будет и разочарования. Вы привыкнете друг к другу. А привычка не слабее любви.
– Хорошо бы, – взволнованно проговорила Астрид. – Слухи о Вальтэриане правдивы. Он убивает невест.
– Королеву не обидит. Ему и королевству нужны наследники. Роди сына. Потом решим, что делать. Если Вальтэриан проявит к тебе неуважение, я позабочусь, чтобы он увидел предков раньше времени.
– Предстоящая свадьба – мой триумф и его проигрыш. Я боюсь мести короля.
– Внучка, ты прошла полпути. Бессмысленно бояться ветра, когда пережила шторм. Король пытался мешать тебе? Славно. Значит, всё, на что способен, он уже показал. Хуже не будет.
– Ты не уедешь после свадьбы?
– Постараюсь погостить подольше. Празднуй! Забудь о страхе. У меня для тебя подарок, свадебное платье твоей матери.
Офелия Мейрак хлопнула в ладоши, и слуги принесли пышное белое платье с золотой вышивкой.
– Мы отдадим его портному, – произнесла она. – Он перешьёт платье, добавит больше рюш и золота. Сделает длинную фату.
– Оно старое, – скривилась Астрид. – Я чту семейные традиции. Но не выйду в нём замуж. Хочу более современный наряд. Королева должна выглядеть идеально! Пышные платья не в моде. Знатные леди идут под венец в узких платьях вампирского покроя.
– Хотя бы примерь.
– Только ради тебя, бабушка.
Астрид зашла за ширму и с помощью служанок надела платье мамы. Затем покружилась перед зеркалом и недовольно произнесла:
– Мило, конечно. Рюши, ленточки, осыпавшиеся камни... Подданные должны равняться на меня, а не насмехаться надо мной. Я не могу опозориться на собственной свадьбе!
– Естественно, – закивала Офелия. – Ты вольна выбрать любое платье. Я не настаиваю. Лишь хотела соблюсти семейную традицию.
– Пусть дальние родственницы её соблюдают! Они не королевы. Им можно и в таком платье замуж выходить.
– Как пожелаешь. Главное, чтобы твой день удался.
Офелия покинула апартаменты, стараясь за улыбкой спрятать огорчение. Она привыкла к капризам внучки и не надеялась, что та уступит. Астрид не заметила её уход. Она достала из шкатулки колье и приложила к груди, примеряя.
Еликонида Снэик, вернувшись из поездки, первым делом направилась в покои будущей королевы. Она хотела узнать её слабости, чтобы не дать ей отнять власть и статус самой влиятельной женщины мира.
Закрыв за собой дверь, эльфийка лицемерно улыбнулась:
– Поздравляю со свадьбой. Полагаю, тебя уже можно называть королевой?
– Разумеется, – благосклонно кивнула Астрид. – Скоро титул станет моим.
– Не сомневаюсь, – прошипела Еликонида. – Надеюсь, ты долго проносишь корону... На тебе необычное платье. Такой фасон ещё носят?
– Нет, – ответила леди Мейрак. – Бабушка хотела, чтобы я на свадьбу надела мамино платье. Её возрасту свойственны некоторые странности. Я, конечно, выйду замуж в другом наряде. Мне нужна ткань столь же дорогая, как это колье.
Астрид достала из шкатулки изысканное украшение и надела. Еликонида из любопытства подошла ближе. От сияния фиолетовых камней глаза её заслезились.
– У колье необычный замок, – пробормотала леди Мейрак. – На нём мои инициалы.
Эльфийка посмотрела и ахнула. Пятно в форме розы обвивало шею Астрид.
– Что не так? – смутилась леди Мейрак.
Её слова донеслись до Еликониды, словно из подземной пещеры. Она заморгала и отшатнулась, осознав, кто перед ней.
Астрид напомнила эльфийке Зигфрида Колда. Её светлые волосы блестели на солнце, словно расплавленное серебро. Фиолетовые глаза горели, как кристаллы. Кожа была белее фарфора. Еликонида удивилась, почему раньше не заметила сходства леди Мейрак с мужчиной, которого тайно и страстно любила.
Эльфийка сжала губы, чтобы не сказать лишнего, и побежала в покои Офелии. Она рассказала ей свою историю и потребовала объяснений. Угрозы подействовали на старушку, и та сказала:
– Мой сын лорд Максимильян и его жена погибли в Последней войне за объединение королевств. Наследников у них не осталось. Это означало конец династии Мейрак. Я не могла допустить его... Я дружила с Ламелионидой Снэик. Она, узнав о моём горе, предложила забрать вашу дочь. Я согласилась, назвала её Астрид и вырастила, как свою внучку. Она ни в чём не нуждалась. Благодаря моим стараниям на голове её скоро появится корона.
– Вальтэриан её сводный брат! – воскликнула в гневе Еликонида. – Их брак невозможен!
– Почему? – удивилась Офелия. – Благодаря союзу с королём Астрид получит власть, а Штормгрот будет процветать.
– Я не допущу кровосмешения, – ощетинилась эльфийка. – Я расскажу Астрид, кто она.
– Извольте, – сказала Офелия. – Но будет ли она вас слушать? Вы для неё лишь придворная интриганка. Даже если Астрид поверит, что вы её мать, ничего не изменится. Она вас не знает и вряд ли захочет узнать. Моя внучка считается только с моим мнением. А я одобряю брак с королём.
Еликонида бросилась к Астрид и рассказала обо всём. Та не поверила и поспешила к бабушке.
– Леди Снэик сказала правду? – спросила она.
– Да, – подтвердила Офелия.
– Почему вы молчали? – возмутилась Астрид. – Я имела право знать!
– Я не хотела портить тебе юность, – призналась Офелия. – Тебя тогда интересовали наряды да балы. Впутывать названную, но от того не менее любимую внучку, в интриги двора было бы глупо. Я осознавала, что время для правды придёт. Видимо, оно пришло.
– Свадьбы не будет! – влетела в покои Еликонида. – Дочка, надеюсь, ты понимаешь, чем чревато кровосмешение?
– Что мне делать? – посмотрела на бабушку Астрид. – Неужели я напрасно проходила испытания?
– Боюсь, что да, – вместо Офелии ответила эльфийка.
– Я не вас спрашиваю! – ощетинилась Астрид.
– Леди Снэик, оставьте меня с внучкой наедине, – попросила Офелия.
Еликонида махнула подолом и ушла. Правительницы людей сели на софу, продолжая разговор. Астрид грустно спросила:
– Что теперь будет?
– Ни о чём не волнуйся, – тепло улыбнулась Офелия. – Свадьба состоится. Еликонида не раскроет нашей тайны. Она понимает, что король не должен узнать о родстве с тобой. Иначе попытается убить тебя, как убил братьев.
– Янину он не тронул, хотя она может наследовать престол, – возразила Астрид.
– Принцесса слаба и недостойна трона. Вальтэриан понимает это, потому выдал её за южного дикаря. Ты – дело иное. В тебе он увидит соперника. Рисковать нельзя. Стань королевой. Этот титул даст тебе больше привилегий. Он безопаснее титула принцессы. Ведь принцесса – разменная монета. Король может её выдавать за кого вздумается. Королева же ему почти ровня. Представь, твои дети будут править миром!
– У сестры короля тоже есть власть. Я смогла бы помогать жителям Штормгрота будучи принцессой.
– Ты незаконнорождённая, забыла? Ты не дитя Селены и Зигфрида, не ровня Вальтэриану и Янине. Ты ниже их. Бастард. Если король не захочет признать, что ты его сестра, то может казнить по обвинению в смуте. Объявить о родстве с ним – значит подписать себе смертный приговор.
– Если я стану королевой, случится инцест!
– Не страшно. Наши предки практиковали его веками для сохранения чистоты крови. Браки между родственниками отменили только потому, что религия запрещает.
– Дети в кровосмесительных союзах рождаются уродами.
– Так произошло лишь в нескольких семьях. Это ничего не значит. Вампиры до сих пор женятся на братьях и сёстрах. Правительница запада вышла за двоюродного брата. Их дети: Беатриса, Ленор и Доротэя выросли сильными и здоровыми.
– Я и Вальтэр не вампиры.
– Жители запада не лучше нас. Кровь во всех одна. Красная. Иди под венец и не забивай головку ненужными вопросами. Пусть над ними жрецы и травники размышляют. Королю о родстве с тобой знать не следует. Другим тоже. Они не захотят делить с тобой власть и попытаются уничтожить. Стань королевой и нанеси удар первой.
– Я подумаю о свадьбе. Не уверена, что хочу её.
– Будь умницей и прими правильное решение для себя и Штормгрота. Людям нужно покровительство королевы, а не незаконнорождённой принцессы. Не надейся на доброту короля или его тёти.
Офелия ушла, оставив Астрид мучиться от открывшейся правды. Вьюга за окном пронзительно завыла. Сугробы увеличились и превратились в белые скалы. Серебристые медведи покинули льдины, издав воинственный рёв, и устремились на охоту.
Глава 115
Час Хэдусхэдла
Стоило Кастору переступить порог обители, как навьяны окружили его. Они наперебой пытались рассказать ему что-то, толкались. Их голоса слились. Высшему жрецу показалась, будто он попал в улей. Клык и Коготь протиснулись между собратьями и скрылись в молитвенном зале. Из-за угла выбежал старший жрец, крича:
– Беда! Вартан пришёл в себя да, видно, рассудком повредился. Согрешить хочет. Жизнь оборвать вознамерился без дозволения Создателя! Заперся в комнате, никого не пускает, на просьбы открыть дверь говорит, что мешаем ему спокойно умереть. Шератан в панике. Молится Создателю и второй час пытается вразумить мальчика. Бесполезно!
– Я поговорю с Вартаном, – направился в глубь коридора Кастор.
У комнаты мальчика стояло четверо навьянов. Они расступились перед Высшим жрецом и отошли к окну. Он с благодарностью кивнул, дёргая дверную ручку. Послышался детский голосок с напускной серьёзностью: «Оставьте меня!»
Уголки губ Кастора поползли вверх. Он не понаслышке знал, что такое детские капризы. У него было восемь младших братьев. Он проводил много времени, играя с ними, и понимал, как успокоить их. В том, что Вартан не желает умирать, Высший жрец был уверен. Он нагнулся к замочной скважине и тихо спросил:
– Не боишься?
– Чего? – послышался робкий голос.
– Смерти, мрака, – ответил Кастор.
– Не боюсь! – заявил Вартан.
– Зря, в ином мире водятся чудовища, – напугал Высший жрец.
– Здесь тоже, – всхлипнул мальчик.
– Больше тебя не обидят, – пообещал Кастор. – Ты в обители света. Не бойся. Случившееся с тобой не повод сдаваться. Создатель не посылает испытания без причины.
– Кто он? – поинтересовался Вартан. – Дяденька в белом, сидящий на троне?
– Нет, он энергия, – рассмеялся Высший жрец. – Ты мал, чтобы осознать это. Открой дверь, и я расскажу тебе увлекательную историю о Создателе и нашем мире. Ты поймёшь, что торопиться в другой мир не нужно.
– Ты испугаешься! – истерично закричал мальчик.
– Почему? – спросил Кастор.
– Я страшный! Я сам себя боюсь!
– Что, по-твоему, красота?
– Ну, это волосы пышные, глаза, как у мамы...
– Есть ещё духовная красота. Она важнее внешней. Тело мы однажды покинем. Оно станет прахом. Душа – нет. Она уйдёт в вечность и соединится с другими душами.
– Другими душами? С мамой и папой?
– Да. Я потерял родителей по вине злого короля. Мне хотелось умереть, однако я не сдался. Понял, что смерть – это бегство от проблем, и поклялся восстановить справедливость. Мой старый дом рухнул, но я нашёл новый. И теперь ты у меня в гостях.
– Как это?
– Мой дом – обитель Нави. Хочешь, будет и твоим. Тогда тебе не придётся шагать в неизвестность и рисковать целостностью души, ибо самоубийцы не находят покоя. Будь моим гостем и однажды встретишься с мамой и папой, как и я... Ты же хочешь увидеть родителей?
