- Так если мне всё равно в посёлок, то я прово…
- Нет, - перебила девушка, - я же просила. Папа узнает…
«На что ты посмел надеяться, дурень? - пришла Андрею горькая мысль. - На роман с семнадцатилетней соплюхой? Вот и получай теперь» …
За переживаниями он совсем не обратил внимания на городской лексикон Оксанки, её грамотно построенные фразы и совсем не детские рассуждения о его достоинствах как бойца.
Потерянно кивнув, Призрак пошёл в сторону автовокзала. Расстроенный, он забыл даже поблагодарить девушку за совет…
Глядя вслед Андрею, Оксанка видела его понуро опустившиеся плечи и ловила себя на мысли, что ей сейчас очень жаль скоротечности времени. Душа буквально разрывалась на части. Умом девушка понимала, что им не суждено быть вместе. Позволив ему прикоснуться к себе, она нарушит закон рода. Но вот инстинкт требовал иного. Просто кричал, что от такого бойца получатся здоровые и крепкие дети.
Что делать в такой ситуации, Оксанка не знала. Поэтому, испугавшись собственной слабости, принялась ворчать. Чтобы впредь неповадно было. Костерила всех и вся: ночь, лес и нелепые выверты судьбы. Досталось и «спасителю».
- Вот дурак-то, - нарочито сердито буркнула девушка. Вновь смутилась и тут же рассердилась на себя.
- Спаситель, ёлки. Вмешался, понимаешь, а я их, между прочим, в этот лес месяца два заманивала. Только удалось, а тут… из-за него, дурня, всё сорвалось…
Бросила ещё один взгляд в спину Андрею и сердито махнула рукой, после чего проворно отступила с тропы. Девичья фигурка растворилась в зарослях мгновенно, словно её здесь и не было никогда.
Теперь ничто не напоминало в Оксанке испуганную жертву изнасилования. Напротив, среди лесных исполинов шла хозяйка леса. Стремительно и грациозно скользя среди стволов деревьев, она достигла небольшой поляны. Вот и приметный дуб, освещённый светом полной луны.
Девушка замерла и осмотрелась. Прислушалась к ночным звукам. Ничего настораживающего. Обычный фон ночного леса и никакого намёка на присутствие посторонних. Усмехнулась чему-то своему и привычно скинула одежду. Достала холщовый мешок из-под коряги и спрятала свои вещи. Опять огляделась.
«Раз уж один милый обалдуй влез, куда не просили и всё испортил, - пришла весёлая мысль, - надо успокоить нервы».
Андрей, сам того не зная, свёл к нулю все её усилия. Поэтому повод для расстройства был стопроцентным. Однако роскошное пиршество всегда возвращало Оксанке прекрасное расположение духа. Девушка потянулась всем телом – медленно, с наслаждением, до хруста в суставах. Дыхание стало глубже и резче. Лёгкая дрожь мышц прошла по спине и ногам. С лёгким стоном Оксанка упала на колени и упёрлась в травяной покров руками.
- А-ах! - на несколько мгновений трансформация скрутила белеющую в темноте фигурку, вырвав из горла эмоциональный вскрик. Не болезненный. Наслаждения. Словно тело вспоминало иную, не менее привычную форму. Спина мягко выгнулась. Вскрик перешёл в рык, и вскоре прочь от поляны неслась крупная молодая Оксанка-рысь, решившая, что имеет полное право сцапать нерасторопного зайца или кто там ещё попадётся под руку… точнее – под лапу.
Лунный свет серебрил шерсть лесной хищницы, нередкой в этих местах. Разве что сильное грациозное тело бегуньи было заметно более крупным, чем обычно.
Всё стороннее улетучилось из восприятия. Только лес, его тайны, упоение скоростью, молодостью и силой. Да ещё почему-то сверлила сознание мысль: эта встреча с Андреем – не последняя…
- Нет, - перебила девушка, - я же просила. Папа узнает…
«На что ты посмел надеяться, дурень? - пришла Андрею горькая мысль. - На роман с семнадцатилетней соплюхой? Вот и получай теперь» …
За переживаниями он совсем не обратил внимания на городской лексикон Оксанки, её грамотно построенные фразы и совсем не детские рассуждения о его достоинствах как бойца.
Потерянно кивнув, Призрак пошёл в сторону автовокзала. Расстроенный, он забыл даже поблагодарить девушку за совет…
Глядя вслед Андрею, Оксанка видела его понуро опустившиеся плечи и ловила себя на мысли, что ей сейчас очень жаль скоротечности времени. Душа буквально разрывалась на части. Умом девушка понимала, что им не суждено быть вместе. Позволив ему прикоснуться к себе, она нарушит закон рода. Но вот инстинкт требовал иного. Просто кричал, что от такого бойца получатся здоровые и крепкие дети.
Что делать в такой ситуации, Оксанка не знала. Поэтому, испугавшись собственной слабости, принялась ворчать. Чтобы впредь неповадно было. Костерила всех и вся: ночь, лес и нелепые выверты судьбы. Досталось и «спасителю».
- Вот дурак-то, - нарочито сердито буркнула девушка. Вновь смутилась и тут же рассердилась на себя.
- Спаситель, ёлки. Вмешался, понимаешь, а я их, между прочим, в этот лес месяца два заманивала. Только удалось, а тут… из-за него, дурня, всё сорвалось…
Бросила ещё один взгляд в спину Андрею и сердито махнула рукой, после чего проворно отступила с тропы. Девичья фигурка растворилась в зарослях мгновенно, словно её здесь и не было никогда.
Теперь ничто не напоминало в Оксанке испуганную жертву изнасилования. Напротив, среди лесных исполинов шла хозяйка леса. Стремительно и грациозно скользя среди стволов деревьев, она достигла небольшой поляны. Вот и приметный дуб, освещённый светом полной луны.
Девушка замерла и осмотрелась. Прислушалась к ночным звукам. Ничего настораживающего. Обычный фон ночного леса и никакого намёка на присутствие посторонних. Усмехнулась чему-то своему и привычно скинула одежду. Достала холщовый мешок из-под коряги и спрятала свои вещи. Опять огляделась.
«Раз уж один милый обалдуй влез, куда не просили и всё испортил, - пришла весёлая мысль, - надо успокоить нервы».
Андрей, сам того не зная, свёл к нулю все её усилия. Поэтому повод для расстройства был стопроцентным. Однако роскошное пиршество всегда возвращало Оксанке прекрасное расположение духа. Девушка потянулась всем телом – медленно, с наслаждением, до хруста в суставах. Дыхание стало глубже и резче. Лёгкая дрожь мышц прошла по спине и ногам. С лёгким стоном Оксанка упала на колени и упёрлась в травяной покров руками.
- А-ах! - на несколько мгновений трансформация скрутила белеющую в темноте фигурку, вырвав из горла эмоциональный вскрик. Не болезненный. Наслаждения. Словно тело вспоминало иную, не менее привычную форму. Спина мягко выгнулась. Вскрик перешёл в рык, и вскоре прочь от поляны неслась крупная молодая Оксанка-рысь, решившая, что имеет полное право сцапать нерасторопного зайца или кто там ещё попадётся под руку… точнее – под лапу.
Лунный свет серебрил шерсть лесной хищницы, нередкой в этих местах. Разве что сильное грациозное тело бегуньи было заметно более крупным, чем обычно.
Всё стороннее улетучилось из восприятия. Только лес, его тайны, упоение скоростью, молодостью и силой. Да ещё почему-то сверлила сознание мысль: эта встреча с Андреем – не последняя…
