Пролог
Подразделение, в котором служил Андрей, проходило по хозяйственно-снабженческому ведомству. Но люди знающие за глаза называли сотрудников этого ХозО – Призраками.
Здесь, в посёлке, жил его старый друг, Николай, которого по ранению «ушли» с действительной. Калибр «семь шестьдесят два» в лёгкое, в районе сердца… Очень вредная для здоровья штука. Рекомендованная врачами смена климата, переезд… Вот и потерялись. С год как.
«Нашлись» на одном из модных интернет-форумов, посвящённых армейской тематике. Просто их ники соответствовали позывным, использовавшимся во время выполнения боевых задач. Бывший сослуживец искренне обрадовался и пригласил к себе, обещая природу, рыбалку и богатейшие грибо-ягодные угодья.
Андрей уладил служебные дела, взял ветеранский отпуск и на своей старенькой «десятке» рванул получать обещанное. Но… друга за день до его приезда госпитализировали с гипертоническим кризом. Он лишь оставил знакомым ключи от дома и попросил не отпускать гостя, пока не увидятся и не отметят встречу.
Естественно, насчёт «отметить» после госпиталя – Андрей сильно сомневался. Но увидеться хотелось, вот и коротал дни ожидания на подсказанных радушными соседями тех самых грибо-ягодных…
Сегодня не повезло. Его «ласточка» заглохла недалеко от потерявшейся в местном лесу деревушки. В поисках помощи добрался до первого попавшегося дома. Хозяин, Василич, оказался коммуникабельным, гостеприимным, и вскоре неисправную «десятку» отбуксировали на его подворье. В качестве тяглового средства дедок использовал матерно ворчащий древний трактор, который завёл без стартера, по принципу «с разбегу под уклон».
Возле сломавшегося авто мгновенно собрался консилиум местных мужичков. «Эксперты» попинали «ласточку» по колёсам, тяжело повздыхали над раскрытым капотом, подёргали клеммы аккумулятора и однозначно постановили: до утра нечего и дёргаться. Нет, толковые специалисты в деревне были, но по случаю конца рабочей недели все давно уже приняли «на грудь». Так что… и так, и так – завтра.
Василич великодушно предложил гостю переночевать в неотапливаемом летнем домике во дворе. Подумал и, крякнув от осознания собственной щедрости, добавил «поллитру для сугреву». Вопреки расхожему мнению о том, что все, кто воевал – пьют сильно, Андрей выпивать не любил. Особенности службы давно отучили. Однако и отказываться не стал. Опрокинув с гостем «по единой», компанейский старикан деликатно пожелал спокойной ночи и отбыл восвояси.
Спать не хотелось. В полстах метрах шумел лес, нашёптывая свои вечные сказки любому, кто умеет их слышать. Повинуясь этому страстному призыву, Андрей покинул домик и вышел со двора. Его не оставляло ощущение, что лес сейчас не просто шумит, но зовёт. Поэтому молодой офицер углубился в чащу и двинулся по тропинке, петляющей между лесных исполинов.
Странно, но неожиданно появившееся ощущение опасности нарастало, словно тропка вела его не в мирный лес российской глубинки, а петляла в горах одной «горящей» республики. Увидев происходящее, Андрей в очередной раз убедился, что выжившие во многих боях ветераны своим предчувствиям верят не зря.
Открывшаяся его взгляду картина была предельно ясна. Четверо мужчин окружили светловолосую девушку лет семнадцати-восемнадцати. В тот момент, когда Призрак вывернул из-за поворота тропинки, старший, лет двадцати семи, широкоплечий, кряжистый, схватил её за руку и потащил в сторону ближайшего куста. Второй двинулся следом, сгрёб в горсть тонкую материю возле шеи девушки и так, на ходу, уже расстёгивал молнию её простенького ситцевого платья.
Незнакомка пыталась вырваться, но, и это удивило Андрея больше всего, – без мольбы и криков о помощи. Было видно, что сопротивление девушки лишь раззадоривает насильников. Чувствуя своё физическое превосходство, они растягивали удовольствие и наслаждались беспомощностью жертвы… пока не увидели появившегося «свидетеля».
Немой сцены, как в гоголевском «Ревизоре», не было. Резкой подсечкой девушку сбили с ног. После удара спиной о корень дерева, она выгнулась дугой, сдавленно вскрикнула и вновь рухнула на землю, замерев без движения. По всей видимости, страх и боль от удара почти парализовали её. «Городскому» не дали времени даже рта раскрыть. Кинулись разом: досадную помеху в его лице надо было устранить быстро, пока жертва не отдышалась и не убежала.
Спрашивать: «Пацаны, чего это вы?» Призрак не стал. Одного взгляда на компанию хватило, чтобы осознать бесполезность глупых вопросов и воспитательных речей. Сработали рефлексы, помноженные на опыт многих схваток. Андрей скользнул навстречу и наискось направлению движения местных донжуанов, лишая их возможности фронтальной атаки. Попутно зацепил ближайшего за руку и, придав ускорение, направил его под ноги остальным. Сшибка тел, вскрики, звук падения и злобная матерщина в ответ.
Однако парни попались настырные, ярились, атаковали вновь и вновь, но… оказались не готовы к тому, что Андрей не смутится их численным преимуществом. Они явно ни разу ещё не встречались ни с кем, подобным ветерану-профессионалу, поэтому ничего не смогли сделать, когда Призрак взвинтил темп и отработал на поражение безо всякой жалости. Несколько вскриков, пара сдавленных стонов, хруст сустава и соперники закончились…
Отдышался. Огляделся. К его удивлению, спасённая не умчалась куда подальше от страшного места. Она сидела под кустом и держалась за поясницу. Видимо, серьёзно ушиблась. При этом второй рукой пыталась застегнуть молнию платья на спине. Однако это не мешало ей заинтересованно наблюдать за развитием событий.
- Болит? Идти сможешь? - протянул руку, чтобы помочь подняться.
- Смогу, - почти спокойно ответила незнакомка и вложила сухую, сильную кисть в его ладонь. Без колебаний и сомнений.
«Смелая девица» - мысленно оценил он. Вслух же сказал:
- Пошли отсюда. Негостеприимное место... Вам куда? - спохватившись, перешёл на «вы». - Я провожу.
- В посёлок, - сообщила девушка, отряхивая платье… - А эти? - после едва заметной заминки ткнула она пальцем в сторону валявшихся на земле стонущих парней.
- Хотите пожалеть? Помощь оказать? - произнёс Андрей иронично, пропуская её вперёд.
Фоном мелькнула мысль: «загадочная женская логика».
- Нет, конечно - задумчиво сказала спасённая. - Меня они не пожалели бы, хоть на коленях умоляй… Они тут многих так… Просто все боятся.
- Что, - искренне удивился Андрей, приноравливаясь к её лёгкому шагу, - некому их на место поставить? Мужчин в посёлке нет нормальных? Собрались бы, да и поговорили по-мужски.
- Пробовали, - в голосе незнакомки прозвучал легко читаемый скепсис, - так они потом по одному всех переловили и избили. Пообещали совсем поубивать, если ещё раз соберутся против них. Вот мужики и боятся. Многие – не за себя. За жён, невест, дочек. А так – негласный договор: мы ваших не трогаем, а вы нам не мешайте.
- А милиция? То есть полиция?
- А что полиция? Приедет и уедет, а людям здесь жить. С этими уродами рядом.
- Как уедет? Насилуют же!
- Так доказать ещё надо. А узнают, что участковому нажаловалась – совсем проходу не будет. Затравят. Поэтому терпят.
Такая извращённая практичность немало озадачила Андрея.
- Какая-то безнадёга просто получается! Неужели ничего нельзя сделать?
- А что тут сделаешь? - девушка полуобернулась к Андрею. - Бежать? Где нас, безденежных, ждут? Везде своей нищеты хватает.
Андрей подумал, что она в чём-то права: кто сейчас вот так запросто подастся с обжитого места? А главное – куда?
Девушка кинула на него насмешливый взгляд. Мол вроде взрослый, умный человек, а таких простых вещей не понимаешь…
- Вы можете гарантировать, что на новом месте не будет таких же? Менять шило на мыло – только убытки нести!
Андрей поразился несвойственному юности прагматизму. Но – промолчал. Кто он ей, чтобы воспитывать?
- Как зовут-то, приключенка? – спохватившись, спросил нарочито примирительным тоном.
- Оксанка, а вас? – в свою очередь спросила она, пряча за пушистыми ресницами заинтересованный взгляд.
- Андрей.
- Может, на «ты»? - в голосе Оксанки прозвучал не вопрос даже, а просьба.
- Принято. - Андрей, позабыв про темноту, машинально кивнул в знак согласия.
Девушка изменила шаг, поравнялась и пошла рядом со своим спасителем.
- Вообще, у нас спокойно, - прервала Оксанка затянувшуюся паузу, - особо не шалят. Кроме этих вот, - жест рукой куда-то за спину. - Но кто б мог подумать, что именно сегодня этих уродов чёрт сюда принесёт…
И тут Андрей понял, что до сих пор ускользало от его переполненных адреналином мозгов. Ментальный дискомфорт был, а понимания не было.
«Странно, - мельком подумал он, слушая спокойные, ироничные интонации. - Не её ли пару минут назад в кусты тащили? Что-то слишком спокойна. Да и двигается в ночном лесу уж больно уверенно. Болтает, увлечена разговором, но ни разу не споткнулась и не запнулась» ...
Додумать свою мысль мужчина опять не успел.
- Ты ведь не здешний? Я у нас почти всех знаю, но тебя раньше не видела, - нежданная спутница вдруг кинула взгляд куда-то в чащу, но быстро вернулась к разговору, словно и не было этой заминки. - Чего на тропинке-то забыл? Ночной лес – неуютное место для посторонних… да и россказни всякие…
- А-а, ты про эти ваши деревенские страшилки для малолеток… - Андрей отвёл от головы свесившуюся над тропинкой ветку, которую спутница спокойно прошла в темноте, словно и не заметив… - Дескать вурдалаки – реки – раки?
- Ну, так-то да! Лешие всякие, кикиморы, - с весёлой иронией хмыкнула Оксанка.
- Да и сам не знаю, - задумчиво ответил Андрей, - как потянуло что-то… - усмехнулся, - может, чтобы тебе помочь?
Девушка приняла шутку, и ответ прозвучал как пародия на говорок российской глубинки:
- Ой, щас прослезюсь! А то и вовсе поверю…
Усмехнувшись, добавила, попытавшись придать своим словам мистическую тональность:
- Это огромный лес. Тысячи гектар. Плутать можно месяцами, если не умрёшь с голоду или не сожрут. Хищников много. Медведи, рыси, волки… - очередная лукавая улыбка… - вместе с россказнями.
- Ага, вурдалаки защекотють, или оборотни закусявкают.
- Кто знает… - Оксанка сделала «страшные глаза». В голосе явно читалась многообещающая недосказанность. Однако уже через секунду она не выдержала нарочитой таинственности и улыбнулась.
- Так чего же тогда сама ночью в лес пошла, если всё так ужасно? Да и россказни опять же? - шутливый настрой девушки передался и Призраку.
- Мне от этого никуда не деться, - со странной, неожиданно грустной улыбкой сказала девушка, опустив взгляд, и эта непонятная грусть почему-то скомкала разговор.
Некоторое время шли молча. Андрей не мог знать, о чём думала Оксанка, но, глядя на неё, поймал себя на мысли, что девушка ему серьёзно нравится. Он и сам не мог бы объяснить, почему. Вроде не шестнадцатилетний юнец, которому для возникновения «чувств» достаточно вида стройных ножек, едва прикрытых короткой юбчонкой. Призрак отчётливо осознавал, что ему тридцать, взрослый дядька, матёрый боец, а девушке ещё восемнадцати нет. Голос разума твердил, что никаких предпосылок к романтическому развитию их случайной встречи нет и не будет, но… Когда он смотрел на Оксанку, хотелось обнять, прижать к себе и зацеловать всю, стащив с неё платье.
Может, причиной послужило то, что Андрей явно видел: Оксанка тоже не хочет расставаться. Она максимально замедлила шаг, взяла Андрея под руку и прижалась боком, чем окончательно смутила своего спутника, отчаянно боровшегося с дерзкими фантазиями. Призраку даже показалось на мгновение, что в её голове крутится хоровод таких же греховных мыслей, как и у него. Однако девушка, демонстрируя полное доверие, одновременно умудрилась обозначить едва уловимую дистанцию. Как у неё это получилось, понять было сложно. Но, тем не менее, факт оставался фактом: он чётко уловил границу близости, переходить которую не стоит.
Видимо, сочтя дальнейшее молчание неуместным, девушка посмотрела в глаза Андрею. Уловив отголоски беснующихся эмоций, вновь опустила взгляд. Смущённо пояснила:
- Я постоянно так хожу. Тут между деревней и посёлком километра нет, а если по дороге – крюк огромный. Тут бабуля живёт. Старая стала, болеет часто. Когда родители заняты – приглядываю за ней.
Андрей вдруг с ужасом представил, что Оксанка без труда прочла его греховные мысли и тайные желания, и сейчас он получит гневную отповедь, но… девушка ещё плотнее прижалась к его руке. Молодой офицер чувствовал жар девичьего тела сквозь тонкую материю платья и ему вдруг отчаянно захотелось, чтобы между ними и посёлком были не жалкие «меньше километра», а те самые гектары леса.
«Да что творится-то?! - пришла гневная мысль. - Хуже малолетнего сопляка!»
Оксанка что-то спросила. Погружённый в свои мысли Андрей плохо уловил, что именно, но – машинально ответил. Постепенно таинство ночного леса, искренняя девичья улыбка и явно демонстрируемое ею расположение помогли преодолеть обоюдное смущение, и разговор завязался вновь.
«Плевать, - пришла шальная мысль. - Всё правильное и умное – не сегодня»…
Оксанка поддерживала разговор легко и непринуждённо, не выпуская его руки. Шли по тропинке, болтали ни о чём и беззаботно смеялись, перемежая смех шутливыми словесными выпадами друг против друга. Время пролетело незаметно.
- Вот и пришли, - в девичьем голосе явно читалось огорчение, - дальше я одна.
На Андрея словно ушат холодной воды выплеснули, выдернув из романтических грёз. Эмоции прорвались, несмотря на всю его специальную подготовку.
Оксанка уловила его огорчение, поэтому поспешила добавить извиняющимся тоном:
- Тут ведь доброхотов – каждый второй. Увидит кто, отцу шепнёт… Батя не станет разбираться: просто проводил или подкатывал. По камушку посёлок разберёт.
- Строгий у тебя папа.
- Да уж не жалуюсь.
- Понятно... Ну, что, пока? - через силу выдавил из себя Андрей, скорее даже вопросительно, потому как расставаться с этим милым созданием вовсе не хотелось.
- Пока…
Исключительно благодаря силе воли и въевшейся в кровь воинской дисциплине, мужчина повернул назад в лес. Пора было возвращаться в деревню. В летний домик Василича и к своему захандрившему авто…
Его догнал голос Оксанки:
- Да, Андрей…
Призрак, словно надеясь на нечто несбыточное, остановился и развернулся…
- Те парни – спортсмены. Всю округу в страхе держали. А ты… Видела ребят, что дерутся хорошо, но ты – прирождённый боец. Таких я раньше не встречала…
Девушка замолчала. Она чувствовала, каких усилий стоит Андрею просто стоять и слушать, не пытаясь вернуться к ней. Более того, удивляясь себе, осознавала, что ей и самой хочется выпустить на волю то безумие, которое она уловила в его глазах там, на тропе, но… не в её силах что-либо изменить. И не в его.
- Знаешь, - Оксанка опустила голову, пряча взгляд, - с тобой надёжно и безопасно. Ты, как стена, что спасает от ветра и невзгод…
Девушка грустно улыбнулась, смущённая собственным пафосом.
- И вот ещё… Ты не ходи назад по тропе. Мало ли… Вдруг они тебя встретят?
Уловив скептическую ухмылку Призрака, поспешно пояснила:
- Знаю, что не испугаешься. Но это очень мерзкие люди. На любую подлость способны. Там, - Оксанка указала рукой, - автовокзал. Таксисты стоят. Даже ночью довезут. Это из деревни в посёлок сложно, а из посёлка...
