И ни одному из них не пришло бы в голову вырядиться в нечто подобное. Так что нет, нет и нет. Хотите произвести впечатление, что вы преуспевающая владелица Дома Покорности – вот! – он в очередной раз протянул мне голубое одеяние, расшитое золотыми нитями.
По верху на рукавах шли разрезы, скрепленные меж собой массивными позолоченными украшениями. Под грудью и на талии - два широких золоченых пояса с витиеватыми узорами.
- Я это не надену!
- Да почему?!
- Ты видел это декольте? – я, конечно, не целомудренная скромница, но всему есть пределы. Платье едва прикрывало мои округлые формы.
- Госпожа, у вас красивая грудь, так почему бы ее не подчеркнуть? К тому же не преувеличивайте, здесь не такой уж глубокий разрез, все в рамках приличий. Раздевайтесь.
- Давай хотя бы вот это возьмем, - я указала на бледно-лиловое. – Оно по крайней мере не столь вычурное.
- Вы сами говорили, что дела с работорговлей идут на спад и вам нужны новые заказы. Если они вам действительно необходимы, то перестаньте капризничать и делайте, что я Вам говорю.
- Маркус!
- Я Вам пытаюсь помочь, госпожа.
Невозможный человек!
И так каждый раз. Мы спорим, я злюсь, а потом все равно соглашаюсь сделать так, как он хочет. Сплавить бы поскорее его Эйстерии и пусть сама мучается с этим своенравным ослом!
Мне совершенно не хотелось привлекать к себе лишнее внимание, а в таком платье это было неизбежно. Но пришлось смириться и позволить надеть на себя этот неудобный наряд. Металлические тесемки на предплечьях моментально начали натирать кожу, а золоченые ремни туго обхватили талию и область под грудью, мешая свободно дышать. Я критично осмотрела себя в зеркале. Единственным достоинством было то, что нежно-голубой цвет платья отлично сочетался с моими каштановыми локонами. На этом плюсы заканчивались. В наряде было неудобно ни сидеть, ни ходить, ни, тем более, наклоняться.
- Отлично! Видите, госпожа, ничего страшного не случилось. Выглядите, между прочим, превосходно. Теперь украшения.
Маркус надел на мою шею массивное золотое ожерелье, громоздкие серьги, кольца, широкие браслеты и тиару, на которой закрепил полупрозрачную накидку в тон платья. Все украшения опять-таки были из запасов тетки, которые она оставила за ненадобностью со словами: «Пусть пока дома лежат и ждут моего возвращения».
- Меня словно окунули в чан с золотом! – я в ужасе осматривала себя. Мне самой и в голову бы не пришлось нацепить на себя все разом. – Это полнейшая безвкусица!
- А ты сама что хотела надеть?
- Пару колечек и может быть аккуратную цепочку на шею, - мне действительно казалось жутко вульгарным надеть на себя столько украшений.
- И чего бы ты добилась? – Маркус недовольно скрестил руки на груди.
- Опять забываешься!
- Да потому что зла не хватает! Упрямая глупая женщина! Поскорее бы закончился наш договор, и я смог бы вернуться на поле битвы! Уж лучше умереть, чем спорить с такой упрямицей!
- Маркус!!! – мне надоело, что он каждый раз упоминал, что как только пройдут оговоренные две недели, то он вернется воевать.
Арамерец шумно выдохнул и попытался успокоиться
- Госпожа, просто доверьтесь мне. Если вы хотите сойти за свою, то лучшее решение — это то, что я вам предложил. Я достаточно повидал знати, а местная мода не сильно отличается от вкусов моей родины. Сейчас Вы выглядите как настоящая царица.
Я лишь сурово сверкнула глазами. Возможно, он и прав, но мне претила вся эта показная роскошь. Все и так знают, что я не отношусь к богачам этого города, так зачем устраивать представление?
Но что? Правильно. Проще было согласиться, чем переспорить арамерца.
С облачением Маркуса проблем не возникло. Из тех же тетушкиных запасов, которые она покупала для своих рабов, он выудил светлую тунику, голубую накидку, расшитую серебряными нитями и искусно выполненный металлический обруч для шеи, демонстрирующий статус слуги.
Здесь я не спорила, прекрасно зная, как облачают рабов. Брюнет подобрал образ правильно.
А вот с моим нарядом проблемы продолжались. Причем, всплыли они уже по дороге к амфитеатру, когда времени идти переодеваться не оставалось. Тетка была повыше ростом и крупнее меня. Если в талии это получалось скрыть за счет ремней, а низ мы чуть подогнули, наспех подшив подол, то рукава оказались сущим наказанием. Пока я стояла или неспешно шла – они коварно создавали иллюзию надежности и прекрасно держались на плечах. Но стоило мне наклониться – моментально сползали, норовя оголить и без того слабо прикрытую грудь.
- Не переживайте, госпожа, - веселился Маркус, помогая вернуть упавшую ткань на плечи, - в случае чего всегда можно успокоить себя тем фурором, который Вы произведете. Уверен, после такого о Вас будет говорить весь город.
- Да я тебе! – замахнулась, но паршивец увернулся, а предательский рукав вновь спал с плеча.
- Просто ведите себя спокойно и лишний раз не размахивайте руками, - брюнет откровенно забавлялся. – И помните, у вас очень красивая грудь, вам нечего стыдиться.
- Маркус! Рамон тебя подери!
- Ну все, все, сдаюсь, - он примирительно поднял руки, а затем подошел вплотную ко мне и произнес, глядя в глаза: - Не переживай. Я все время буду рядом и не дам тебе опозориться. Все будет хорошо.
После такого даже как-то не хотелось его ругать за то, что он опять перешел границы дозволенного. Мне действительно сейчас как никогда нужна была поддержка и я была благодарна за эти слова.
Каждый раз, когда предстоял выход в свет, меня охватывала паника. Ладони начинали потеть, а рот пересыхал так, будто я не пила вечность. Никогда не знаешь, что ждать от аристократов, и как они решат воспользоваться данной им властью.
До амфитеатра мы добрались без проблем – он находился на правом берегу реки, если идти от моего дома, то нужно было подняться сперва чуть наверх, свернуть направо и дальше идти все время прямо, до моста. А там уже была видна открытая площадь с амфитеатром.
Массивное сооружение величественно возвышалось над площадью. Его украшали развевающиеся на ветру алые флаги империи. В дороге я более-менее приноровилась к злосчастным рукавам, но чем ближе подходила к арене – тем сильнее колотилось сердце.
Сам амфитеатр был разделен на несколько секторов. Большую часть занимали открытые трибуны, на светлых каменных скамьях которых сидели простые горожане. Они разговаривали, вертели головами, пытаясь разглядеть знакомых, кто-то жевал хлеб или яблоки, кто-то прикладывался к сосуду с вином. Еда и напитки были принесены с собой.
Открытые трибуны занимали примерно треть амфитеатра. По обоим их концам шли сектора, находившиеся под тканевыми навесами. Они были платными и предназначались для торговцев и ремесленников.
Завершались ряды нашей ложей. Она была полностью построена из камня с высокими сводчатыми потолками и колоннами. На нижнем ярусе сидели крупные владельцы магазинов, помещики, архитекторы, артисты. Этажом выше - те, кто владел производствами, торговыми флотилиями, мелкая аристократия, военные высоких чинов. И на самом верху на третьем этаже сидел правитель города, его приближенные, советники и самые богатые представители знати.
По правилам, мне полагалось сидеть на первом этаже, вместе с другими уникальными специалистами. А если учесть мой текущий доход, то и вовсе отправиться к обычным торговцам под навесы. Но благодаря связям, тетка в свое время выбила место на втором ярусе, среди самых респектабельных горожан. А мне это место досталось частично по наследству, частично благодаря покровительству младшей сестры градоправителя - Ликеи. Последняя частенько пользовалась моими услугами, и мы весьма тепло общались, благодаря чему аристократия терпела мое присутствие в своем обществе.
На нашем ярусе царила приятная прохлада. Вдоль стены выстроились столы, ломившиеся от вина, фруктов, сыров и угощений. Напротив столов шел открытый балкон с невысокими бортиками и расставленными креслами. Все остальное свободное пространство было отдано для неспешного курсирования от одной группы общающихся к другой.
- Добрый день, госпожа Фелисия, - натянуто улыбнулся Люцимус – владелец крупнейшего ювелирного дома, чьи украшения продавались по всей империи. – Давненько Вы не радовали нас своим присутствием.
Обладатель внушительного состояния и темной острой бородки не был моим клиентом и предпочитал экономить на воспитании рабов.
- Вся в трудах, господин Люцимус, - я отвесила вежливый поклон, молясь чтобы бретельки не сползли. К счастью, они остались на месте.
- Слышал, что торговля рабами переживает не лучшие времена и рынки пустуют? Неужели вам есть чем заняться?
Вот и начались неудобные вопросы. Ну почему для того, чтобы зарабатывать деньги, мне нужно общаться со знатью?
- Все так, торговцы продают кого попало, отчего уважаемым господам приходится еще чаще прибегать к моим услугам, чтобы превратить неотесанных рабов в более-менее приличных слуг. Работы столько, что мне с трудом удалось вырваться.
Отличный ответ. Мысленно я себя похвалила за то, как ловко выкрутилась.
- Отчего же Вы не наймете управляющего? – к нам присоединился пухлый седовласый Мирий, занимающийся производством муки. – Не лучше ли переложить часть дел на чужие плечи?
А вот что на это сказать – я не смогла придумать, но, по счастью, за меня ответил Люцимус:
- Вот уж не скажите. Здесь я солидарен с госпожой Фелисией. Стоит ненадолго оставить дела без личного участия, как обязательно то товара не досчитаешься, то процент брака вырастет, то сделку сорвут.
- Кстати, об убытках. Слышали, что в сенате хотят принять новую систему налогообложения?
- А я вам давно говорил, что война против арамерцев обернется для нас еще большими расходами, - подключился к делу производитель вин. – Выгода от присоединения новых территорий не покроет убытки, необходимые на сдерживание бунтов. И разницу придется платить нам с вами.
Я отошла в сторону, поняв, что мужчины переключились на политику и военные темы. Вот и славно. Пусть общаются.
Облегченно вздохнула: пока все шло хорошо.
- Так вот как тебя зовут, - тихо произнес Маркус.
- Не тебя, а Вас, - я поправила военнопленного.
- И стоило делать из этого тайну?
- Нет. Просто вначале не стала называться из вредности, а потом уже как-то само пошло, - я пожелала плечами, относясь к умалчиванию имени как к невинной шалости. Не сказала и не сказала, что такого?
- А как Вас зовут родные? Фели?
- Зачем тебе это?
- Просто интересно. Так я угадал?
- Нет. Близкие зовут меня Лисия. Или Лиша.
Маркус явно хотел что-то еще сказать, но его перебила подошедшая дама.
- Госпожа Фелисия, - со мной поздоровалась жена командира легиона.
Сам командир уже несколько лет не показывался в городе, предпочитая обществу супруги войну. Я знала, что с деньгами у нее далеко не все так гладко, как она демонстрировала. В каком-то смысле мы были сестрами по несчастью. При других обстоятельствах мы могли бы стать подругами, но было одно «но».
- Госпожа Измейда, - я сдержанно поклонилась.
- Смотрю, Вы наконец-то смогли обновить гардероб? Весьма любопытное платье. Узоры хорошо отвлекают от дешевой ткани.
А вот и то самое «но». Характер у Измейды был наимерзейший. Она никогда не упускала возможности аккуратно уколоть собеседника, маскируя свой яд под вежливую беседу. Разумеется, жалила она только тех, кого считала ниже себя по статусу.
- Вы правы, дела идут прекрасно. А как поживает ваш супруг? Не слышно ли вестей с поля битвы? – мне хотелось ответить ей гораздо грубее, но ссориться, пусть даже с обедневшей знатью, было не в моих интересах.
- Вы же знаете, как он занят, командуя сражением.
Понятно. Дорогой муженек до сих пор не только не объявлялся, но и не передавал вестей. Иначе Измейда не упустила бы возможности похвастаться свежими сплетнями.
- А как Ваша тетушка, благодаря которой высшее общество до сих пор закрывает глаза на Ваше происхождение? – спросила светская гадюка.
Внутри все замерло от ее вопроса. Спасибо, Измейда, что в очередной раз напомнила о моем положении. Как будто, у меня есть повод забыть об этом хоть на минуту.
- Присылала весточку, что немного задерживается, но скоро вернется в город, - соврала я, натягивая фальшивую улыбку.
Самой мне давно казалось, что родственница погибла и больше я ее не увижу. Так что каждый раз во время подобных разговоров я ждала, что собеседник обвинит меня во лжи и в том, что я намеренно скрываю гибель тетушки, чтобы продолжать пользоваться доставшимися от нее привилегиями.
Но Измейда не стала развивать эту тему, а переключилась на Маркуса:
- Вас сопровождает всего один раб? Это какое-то новое веяние моды, или в нашей империи настолько плохо с прислугой, что ее стало невозможно приобрести?
Я осмотрела свиту Измейды. С ней были четверо слуг. Тот самый момент, когда количество не равно качеству. Один раб откровенно бездельничал и разглядывал арену. Девица без стеснения строила глазки владельцу терм. Еще один, самый крепкий из четверки, выглядел агрессивным и, кажется, не понимал местного языка. Последний, думая, что на него никто не смотрит, подъедал сладости с господского стола.
Мне очень хотелось ответить, что уж лучше взять с собой одного хорошо воспитанного раба, чем толпу неотесанных деревенщин. И что Измейде стоит лучше приглядывать за своими рабами, потому как ее служанка во всю пялится на чужого мужа.
Но вместо этого скромно ответила, что у меня эксклюзивный заказ и необходимо проявить особую тщательность в обучении раба. Поэтому пришлось отказаться от большого числа сопровождающих, чтобы была возможность сосредоточить все внимание на одном воспитаннике.
Измейда собиралась сказать что-то еще, но в этот момент меня спасла ее рабыня, что так откровенно строила глазки чужому мужу. Вернее, спасла супруга этого самого мужа, заметившая излишний интерес служанки. Терпеть такое женщина не желала и сейчас направлялась к Измейде, готовая закатить скандал.
Разумеется, я с удовольствием воспользовалась этим, чтобы улизнуть и спрятаться в глубине ложи, прикрывшись ото всех бокалом вина.
- Мне казалось, что мы сюда пришли, чтобы найти новые заказы, - шепнул на ухо Маркус.
- У нее все равно нет денег, - буркнула я, цедя дорогое вино.
- Зато, как я понял, ее муж военачальник. А значит у нее могут быть полезные связи. Так что Вы вполне могли бы попытаться подружиться с ней. И, кстати, упустили весьма удачный случай сблизиться.
- В каком плане?
- Вы прекрасно видели ситуацию с рабыней и могли бы не дожидаться развития конфликта, а заранее предостеречь госпожу Измейду. А заодно предложить свои услуги, - Маркус незаметно для окружающих поправил бретельку, норовившую сползти с плеча.
- Я же говорю: у нее нет денег даже нормальных рабов купить, не говоря уже о том, чтобы тратиться на их воспитание. И вообще, видел какая она противная?
- А Вы, госпожа, не слышали про такое понятие как взаимообмен? Вы вполне могли бы взяться за воспитание бесплатно, тем более что сами недавно жаловались, что вам скучно без работы. А взамен госпожа Измейда помогла бы Вам сойтись с новыми клиентами. Все были вы в выигрыше.
- Больно ты много понимаешь, - насупилась я, отворачиваясь и демонстрируя, что не желаю продолжать этот спор.
По верху на рукавах шли разрезы, скрепленные меж собой массивными позолоченными украшениями. Под грудью и на талии - два широких золоченых пояса с витиеватыми узорами.
- Я это не надену!
- Да почему?!
- Ты видел это декольте? – я, конечно, не целомудренная скромница, но всему есть пределы. Платье едва прикрывало мои округлые формы.
- Госпожа, у вас красивая грудь, так почему бы ее не подчеркнуть? К тому же не преувеличивайте, здесь не такой уж глубокий разрез, все в рамках приличий. Раздевайтесь.
- Давай хотя бы вот это возьмем, - я указала на бледно-лиловое. – Оно по крайней мере не столь вычурное.
- Вы сами говорили, что дела с работорговлей идут на спад и вам нужны новые заказы. Если они вам действительно необходимы, то перестаньте капризничать и делайте, что я Вам говорю.
- Маркус!
- Я Вам пытаюсь помочь, госпожа.
Невозможный человек!
И так каждый раз. Мы спорим, я злюсь, а потом все равно соглашаюсь сделать так, как он хочет. Сплавить бы поскорее его Эйстерии и пусть сама мучается с этим своенравным ослом!
Мне совершенно не хотелось привлекать к себе лишнее внимание, а в таком платье это было неизбежно. Но пришлось смириться и позволить надеть на себя этот неудобный наряд. Металлические тесемки на предплечьях моментально начали натирать кожу, а золоченые ремни туго обхватили талию и область под грудью, мешая свободно дышать. Я критично осмотрела себя в зеркале. Единственным достоинством было то, что нежно-голубой цвет платья отлично сочетался с моими каштановыми локонами. На этом плюсы заканчивались. В наряде было неудобно ни сидеть, ни ходить, ни, тем более, наклоняться.
- Отлично! Видите, госпожа, ничего страшного не случилось. Выглядите, между прочим, превосходно. Теперь украшения.
Маркус надел на мою шею массивное золотое ожерелье, громоздкие серьги, кольца, широкие браслеты и тиару, на которой закрепил полупрозрачную накидку в тон платья. Все украшения опять-таки были из запасов тетки, которые она оставила за ненадобностью со словами: «Пусть пока дома лежат и ждут моего возвращения».
- Меня словно окунули в чан с золотом! – я в ужасе осматривала себя. Мне самой и в голову бы не пришлось нацепить на себя все разом. – Это полнейшая безвкусица!
- А ты сама что хотела надеть?
- Пару колечек и может быть аккуратную цепочку на шею, - мне действительно казалось жутко вульгарным надеть на себя столько украшений.
- И чего бы ты добилась? – Маркус недовольно скрестил руки на груди.
- Опять забываешься!
- Да потому что зла не хватает! Упрямая глупая женщина! Поскорее бы закончился наш договор, и я смог бы вернуться на поле битвы! Уж лучше умереть, чем спорить с такой упрямицей!
- Маркус!!! – мне надоело, что он каждый раз упоминал, что как только пройдут оговоренные две недели, то он вернется воевать.
Арамерец шумно выдохнул и попытался успокоиться
- Госпожа, просто доверьтесь мне. Если вы хотите сойти за свою, то лучшее решение — это то, что я вам предложил. Я достаточно повидал знати, а местная мода не сильно отличается от вкусов моей родины. Сейчас Вы выглядите как настоящая царица.
Я лишь сурово сверкнула глазами. Возможно, он и прав, но мне претила вся эта показная роскошь. Все и так знают, что я не отношусь к богачам этого города, так зачем устраивать представление?
Но что? Правильно. Проще было согласиться, чем переспорить арамерца.
С облачением Маркуса проблем не возникло. Из тех же тетушкиных запасов, которые она покупала для своих рабов, он выудил светлую тунику, голубую накидку, расшитую серебряными нитями и искусно выполненный металлический обруч для шеи, демонстрирующий статус слуги.
Здесь я не спорила, прекрасно зная, как облачают рабов. Брюнет подобрал образ правильно.
А вот с моим нарядом проблемы продолжались. Причем, всплыли они уже по дороге к амфитеатру, когда времени идти переодеваться не оставалось. Тетка была повыше ростом и крупнее меня. Если в талии это получалось скрыть за счет ремней, а низ мы чуть подогнули, наспех подшив подол, то рукава оказались сущим наказанием. Пока я стояла или неспешно шла – они коварно создавали иллюзию надежности и прекрасно держались на плечах. Но стоило мне наклониться – моментально сползали, норовя оголить и без того слабо прикрытую грудь.
- Не переживайте, госпожа, - веселился Маркус, помогая вернуть упавшую ткань на плечи, - в случае чего всегда можно успокоить себя тем фурором, который Вы произведете. Уверен, после такого о Вас будет говорить весь город.
- Да я тебе! – замахнулась, но паршивец увернулся, а предательский рукав вновь спал с плеча.
- Просто ведите себя спокойно и лишний раз не размахивайте руками, - брюнет откровенно забавлялся. – И помните, у вас очень красивая грудь, вам нечего стыдиться.
- Маркус! Рамон тебя подери!
- Ну все, все, сдаюсь, - он примирительно поднял руки, а затем подошел вплотную ко мне и произнес, глядя в глаза: - Не переживай. Я все время буду рядом и не дам тебе опозориться. Все будет хорошо.
После такого даже как-то не хотелось его ругать за то, что он опять перешел границы дозволенного. Мне действительно сейчас как никогда нужна была поддержка и я была благодарна за эти слова.
ГЛАВА 9
Каждый раз, когда предстоял выход в свет, меня охватывала паника. Ладони начинали потеть, а рот пересыхал так, будто я не пила вечность. Никогда не знаешь, что ждать от аристократов, и как они решат воспользоваться данной им властью.
До амфитеатра мы добрались без проблем – он находился на правом берегу реки, если идти от моего дома, то нужно было подняться сперва чуть наверх, свернуть направо и дальше идти все время прямо, до моста. А там уже была видна открытая площадь с амфитеатром.
Массивное сооружение величественно возвышалось над площадью. Его украшали развевающиеся на ветру алые флаги империи. В дороге я более-менее приноровилась к злосчастным рукавам, но чем ближе подходила к арене – тем сильнее колотилось сердце.
Сам амфитеатр был разделен на несколько секторов. Большую часть занимали открытые трибуны, на светлых каменных скамьях которых сидели простые горожане. Они разговаривали, вертели головами, пытаясь разглядеть знакомых, кто-то жевал хлеб или яблоки, кто-то прикладывался к сосуду с вином. Еда и напитки были принесены с собой.
Открытые трибуны занимали примерно треть амфитеатра. По обоим их концам шли сектора, находившиеся под тканевыми навесами. Они были платными и предназначались для торговцев и ремесленников.
Завершались ряды нашей ложей. Она была полностью построена из камня с высокими сводчатыми потолками и колоннами. На нижнем ярусе сидели крупные владельцы магазинов, помещики, архитекторы, артисты. Этажом выше - те, кто владел производствами, торговыми флотилиями, мелкая аристократия, военные высоких чинов. И на самом верху на третьем этаже сидел правитель города, его приближенные, советники и самые богатые представители знати.
По правилам, мне полагалось сидеть на первом этаже, вместе с другими уникальными специалистами. А если учесть мой текущий доход, то и вовсе отправиться к обычным торговцам под навесы. Но благодаря связям, тетка в свое время выбила место на втором ярусе, среди самых респектабельных горожан. А мне это место досталось частично по наследству, частично благодаря покровительству младшей сестры градоправителя - Ликеи. Последняя частенько пользовалась моими услугами, и мы весьма тепло общались, благодаря чему аристократия терпела мое присутствие в своем обществе.
На нашем ярусе царила приятная прохлада. Вдоль стены выстроились столы, ломившиеся от вина, фруктов, сыров и угощений. Напротив столов шел открытый балкон с невысокими бортиками и расставленными креслами. Все остальное свободное пространство было отдано для неспешного курсирования от одной группы общающихся к другой.
- Добрый день, госпожа Фелисия, - натянуто улыбнулся Люцимус – владелец крупнейшего ювелирного дома, чьи украшения продавались по всей империи. – Давненько Вы не радовали нас своим присутствием.
Обладатель внушительного состояния и темной острой бородки не был моим клиентом и предпочитал экономить на воспитании рабов.
- Вся в трудах, господин Люцимус, - я отвесила вежливый поклон, молясь чтобы бретельки не сползли. К счастью, они остались на месте.
- Слышал, что торговля рабами переживает не лучшие времена и рынки пустуют? Неужели вам есть чем заняться?
Вот и начались неудобные вопросы. Ну почему для того, чтобы зарабатывать деньги, мне нужно общаться со знатью?
- Все так, торговцы продают кого попало, отчего уважаемым господам приходится еще чаще прибегать к моим услугам, чтобы превратить неотесанных рабов в более-менее приличных слуг. Работы столько, что мне с трудом удалось вырваться.
Отличный ответ. Мысленно я себя похвалила за то, как ловко выкрутилась.
- Отчего же Вы не наймете управляющего? – к нам присоединился пухлый седовласый Мирий, занимающийся производством муки. – Не лучше ли переложить часть дел на чужие плечи?
А вот что на это сказать – я не смогла придумать, но, по счастью, за меня ответил Люцимус:
- Вот уж не скажите. Здесь я солидарен с госпожой Фелисией. Стоит ненадолго оставить дела без личного участия, как обязательно то товара не досчитаешься, то процент брака вырастет, то сделку сорвут.
- Кстати, об убытках. Слышали, что в сенате хотят принять новую систему налогообложения?
- А я вам давно говорил, что война против арамерцев обернется для нас еще большими расходами, - подключился к делу производитель вин. – Выгода от присоединения новых территорий не покроет убытки, необходимые на сдерживание бунтов. И разницу придется платить нам с вами.
Я отошла в сторону, поняв, что мужчины переключились на политику и военные темы. Вот и славно. Пусть общаются.
Облегченно вздохнула: пока все шло хорошо.
- Так вот как тебя зовут, - тихо произнес Маркус.
- Не тебя, а Вас, - я поправила военнопленного.
- И стоило делать из этого тайну?
- Нет. Просто вначале не стала называться из вредности, а потом уже как-то само пошло, - я пожелала плечами, относясь к умалчиванию имени как к невинной шалости. Не сказала и не сказала, что такого?
- А как Вас зовут родные? Фели?
- Зачем тебе это?
- Просто интересно. Так я угадал?
- Нет. Близкие зовут меня Лисия. Или Лиша.
Маркус явно хотел что-то еще сказать, но его перебила подошедшая дама.
- Госпожа Фелисия, - со мной поздоровалась жена командира легиона.
Сам командир уже несколько лет не показывался в городе, предпочитая обществу супруги войну. Я знала, что с деньгами у нее далеко не все так гладко, как она демонстрировала. В каком-то смысле мы были сестрами по несчастью. При других обстоятельствах мы могли бы стать подругами, но было одно «но».
- Госпожа Измейда, - я сдержанно поклонилась.
- Смотрю, Вы наконец-то смогли обновить гардероб? Весьма любопытное платье. Узоры хорошо отвлекают от дешевой ткани.
А вот и то самое «но». Характер у Измейды был наимерзейший. Она никогда не упускала возможности аккуратно уколоть собеседника, маскируя свой яд под вежливую беседу. Разумеется, жалила она только тех, кого считала ниже себя по статусу.
- Вы правы, дела идут прекрасно. А как поживает ваш супруг? Не слышно ли вестей с поля битвы? – мне хотелось ответить ей гораздо грубее, но ссориться, пусть даже с обедневшей знатью, было не в моих интересах.
- Вы же знаете, как он занят, командуя сражением.
Понятно. Дорогой муженек до сих пор не только не объявлялся, но и не передавал вестей. Иначе Измейда не упустила бы возможности похвастаться свежими сплетнями.
- А как Ваша тетушка, благодаря которой высшее общество до сих пор закрывает глаза на Ваше происхождение? – спросила светская гадюка.
Внутри все замерло от ее вопроса. Спасибо, Измейда, что в очередной раз напомнила о моем положении. Как будто, у меня есть повод забыть об этом хоть на минуту.
- Присылала весточку, что немного задерживается, но скоро вернется в город, - соврала я, натягивая фальшивую улыбку.
Самой мне давно казалось, что родственница погибла и больше я ее не увижу. Так что каждый раз во время подобных разговоров я ждала, что собеседник обвинит меня во лжи и в том, что я намеренно скрываю гибель тетушки, чтобы продолжать пользоваться доставшимися от нее привилегиями.
Но Измейда не стала развивать эту тему, а переключилась на Маркуса:
- Вас сопровождает всего один раб? Это какое-то новое веяние моды, или в нашей империи настолько плохо с прислугой, что ее стало невозможно приобрести?
Я осмотрела свиту Измейды. С ней были четверо слуг. Тот самый момент, когда количество не равно качеству. Один раб откровенно бездельничал и разглядывал арену. Девица без стеснения строила глазки владельцу терм. Еще один, самый крепкий из четверки, выглядел агрессивным и, кажется, не понимал местного языка. Последний, думая, что на него никто не смотрит, подъедал сладости с господского стола.
Мне очень хотелось ответить, что уж лучше взять с собой одного хорошо воспитанного раба, чем толпу неотесанных деревенщин. И что Измейде стоит лучше приглядывать за своими рабами, потому как ее служанка во всю пялится на чужого мужа.
Но вместо этого скромно ответила, что у меня эксклюзивный заказ и необходимо проявить особую тщательность в обучении раба. Поэтому пришлось отказаться от большого числа сопровождающих, чтобы была возможность сосредоточить все внимание на одном воспитаннике.
Измейда собиралась сказать что-то еще, но в этот момент меня спасла ее рабыня, что так откровенно строила глазки чужому мужу. Вернее, спасла супруга этого самого мужа, заметившая излишний интерес служанки. Терпеть такое женщина не желала и сейчас направлялась к Измейде, готовая закатить скандал.
Разумеется, я с удовольствием воспользовалась этим, чтобы улизнуть и спрятаться в глубине ложи, прикрывшись ото всех бокалом вина.
- Мне казалось, что мы сюда пришли, чтобы найти новые заказы, - шепнул на ухо Маркус.
- У нее все равно нет денег, - буркнула я, цедя дорогое вино.
- Зато, как я понял, ее муж военачальник. А значит у нее могут быть полезные связи. Так что Вы вполне могли бы попытаться подружиться с ней. И, кстати, упустили весьма удачный случай сблизиться.
- В каком плане?
- Вы прекрасно видели ситуацию с рабыней и могли бы не дожидаться развития конфликта, а заранее предостеречь госпожу Измейду. А заодно предложить свои услуги, - Маркус незаметно для окружающих поправил бретельку, норовившую сползти с плеча.
- Я же говорю: у нее нет денег даже нормальных рабов купить, не говоря уже о том, чтобы тратиться на их воспитание. И вообще, видел какая она противная?
- А Вы, госпожа, не слышали про такое понятие как взаимообмен? Вы вполне могли бы взяться за воспитание бесплатно, тем более что сами недавно жаловались, что вам скучно без работы. А взамен госпожа Измейда помогла бы Вам сойтись с новыми клиентами. Все были вы в выигрыше.
- Больно ты много понимаешь, - насупилась я, отворачиваясь и демонстрируя, что не желаю продолжать этот спор.
