Это у них тут так специально придумано, чтобы не знать их в лицо или экономят на обмундировании? И ведь не спросишь ни у кого. Нет, пока тут зима, нужно всё хорошо изучить и по полочкам разложить.
Так вот, этот мастер решил, сначала сделать такую же печь для себя. Установив печь и проверив её в действии, пригласил в гости своего знакомого, чтобы похвастаться и предложить сделать похожую уже для него, конечно же за определённую, установленную им же плату, взяв с него предоплату за работу. Тот конечно же согласился, а когда приехал забирать товар и выплачивать оставшуюся часть, тогда-то и появились надзорники.
И вот теперь он стоял передо мной, переминаясь с ноги на ногу, пытаясь договориться и предлагая договориться и подписать всё, что для этого нужно.
С одной стороны, мне не хотелось заключать с ним никакого договора, а с другой стороны, мне нужно было где-то брать средства на мои новые задумки, которые если и принесут доход, то точно не сейчас, а вот монетки мне нужны были здесь и сейчас, да ещё и вчера.
Вернувшись опять в воластулад уже вместе с Семияном, мы сразу же прошли к сизому носу.
- Варвара Дмитривна! Так мы же… Я же уже сказал, что пока мне нечего вам дать, но я уже отправил вестовика к Всеслав Силычу, чтобы он там с князем всё обговорил на месте. А вы сами-то чего не отправили своего?
Знала бы как и куда отправлять, ещё бы до тёмного месяца отправила, тем более что Ося уже вполне окреп, но сделать попытку, типа «на деревню дедушке», я как-то не решалась.
- Вот и хорошо, что вы уже связались с Всеслав Силычем, надеюсь он и мне весточку отправит от князя… Но мы здесь совсем по другому поводу, Светомир Северьяныч.
После обсуждения условий и подписания договора с мастером, который остался недоволен долей князьи, но всё же согласился и, пользуясь моментом, заключил ещё и договор с воластуладом, потому что Светомир Северьяныч захотел и себе такой обогрев в кабинет, мы раскланялись.
Я вернулась в замок и дала добро Савелию на заготовки для наших задумок, потому что мастер сразу же мне отдал мою долю за уже изготовленную печь. А планировала я сделать не только что-то на подобие переносного термоса и холодильника, но и ещё кое-что.
Пока есть время и, хоть и малые, но возможности, нужно этим пользоваться.
Были у меня кое-какие задумки на лето и осень, но для этого «сани нужно было готовить» уже сейчас, тем более что заготовки дорогими в производстве не будут, а вот если всё выгорит с продажей, то можно хорошо на них заработать.
Обговорив с Савелием и Альяном все дела на время холодов, я отправилась сначала к себе, чтобы написать весточку князю, а потом уже и к Осе.
Если сизый нос отправил своего вестовика, то почему бы и мне не попробовать?
Пришлось положиться на «авось» и выпустить птицу с нейтральным посланием и со словами «лети к князю».
Вряд ли Ося понимает язык, поэтому мои слова были, скорее, чем-то вроде пожелания счастливого пути. Уточнять к какому князю смысла не было, потому что птица, вероятнее всего, полетит по своему обычному маршруту к уже знакомому адресату. Во всяком случае я на это надеялась. Оставалось лишь ждать её возвращения с ответом или без него.
Следующие дни полетели со скоростью местных снежных ветров, которые заметали всё вокруг и не давали возможности выйти из замка ни для поездок в город, ни даже по окрестностям. Для меня такая погода была непривычной, а вот для местных вполне обыденной.
Несмотря на нелётные метеоусловия, я продолжала ходить каждый день на башню и проверять не вернулся ли Ося. Не знаю почему, но я была уверена, что это самец. Самка, на мой взгляд, была бы и поменьше размером, и не такой выносливой, а он смог перенести вынужденное плохое обращение и заточение, довольно-таки быстро восстановившись и придя в лётную форму. Вот поэтому я мысленно и обращалась к нему как к самцу.
Конечно же я понимала, что путь, проделанный нами на местном транспорте за неделю, птица, даже такая сильная как вестовик, не сможет пролететь туда и обратно за пару-тройку дней. Но я, всё же, надеялась, что он скоро вернётся. С посланием или без, но прилетит домой, поэтому и ждала каждый день, попутно штудируя вечерами полезную и нужную литературу.
- Как отметёт, так начнётся сезон охоты и вам, князья, нужно решить сколько зверья можно забить, - вводил меня в курс зимних княжьих обязанностей Альян.
- А охотиться можно только в холодное время и сколько особей обычно разрешается забить? – решила я уточнить у своего помощника, потому что никакой информации на эту тему я так и не нашла, а ехать в местный сельсовет не было возможности из-за погодных условий.
- Так…, после метелей охотятся, чтобы поредеть зверьё перед гоном. Слабых и старых сразу видно после метелей, их и забивают, чтобы сильные смогли дать хорошее потомство, а сколько… Это князь решает, ну а теперь, стало быть, вы.
- А ты не знаешь, сколько обычно и какого зверья князь разрешал добывать на охоте.
- Мелкого, как беляка или рыжуху, обычно разрешается всем, но не больше десятка за сезон, а вот крупного, как кывец… Тут уже вам решать, сколько можно забить каждой охотной артели.
Я уже была в курсе о ценности этого животного и знала, что после охоты мне привезут княжью долю, так как я в этот раз угощала на празднике варениками, а не вкусным мясом, то свою долю ещё не получила.
- А сколько у нас в княжестве охотных артелей и сколько человек в каждой?
- Так своих тут только три, но обычно и заезжие приезжают. Сколько их будет узнаем только как приедут.
- И когда мне нужно выдавать такие разрешения?
- Так уже к двадцатому дню этого месяца князь, а теперь вы, Варвара Дмитривна, должны отдать ваше дозволение в воластулад. Только не забудьте указать княжью долю.
Вот и ещё одно занятие на время метельного заточения. Нужно всё продумать и подсчитать, потому что местные охотники и их семьи потом будут жить до следующего сезона на то, что заработают на этой охоте. Конечно и в тёплое время года они могут охотиться на мелкую дичь, но самыми ценными и прибыльными были местные овцебыки.
А мне ведь нужно продумать ещё, что делать с княжьей долей.
Не продавать же на рынке мясо, шкуры и всё остальное? Даже если нам достанется одна туша, то это сколько же там килограммов мяса, если одного быка обычно хватало на то, чтобы накормить всех на празднике? И куда его? Солить, что ли? Хотя, почему именно солить?
Есть у меня одна мыслишка, но тут нужно опять сделать заготовки к её реализации. Хорошо, что всё это обойдётся мне не очень дорого. А вот, что получится из моей задумки и получится ли вообще, узнаем только ближе к местной весне.
После всех подсчётов и расчётов, я отдала необходимые распоряжения для заготовок Савелию и Альяну.
Княжью долю я решила брать по минимуму, чтобы попробовать, что получится с моей задумкой. Помимо обычных, уже известных тут способов хранения мяса, я решила попробовать сделать мясную тушенку. Консервных банок тут пока ещё не было, но была у меня мыслишка как их заменить.
Я уже заказала несколько видов различных глиняных кувшинчиков для того, чтобы летом попробовать сделать сидр из опавших зелёных или не очень зрелых яблок. Спелые плоды, конечно же будут собирать только после первых морозов и сразу же продавать, а вот опавшие во время созревания яблоки обычно подбирали или для домашних животных, или выбрасывали. На мой взгляд это было расточительством, вот я и решила попробовать использовать их с пользой для дела. Правда вместо сахара будет старый мёд, но… Не попробуешь, не узнаешь.
Пробки для кувшинчиков я решила делать или из дерева, или из коры одного местного деревца, которая была чем-то похожа на кору пробкового дуба. Чтобы пробка плотно закрывала горлышко, к ней крепился выпуклый металлический зажим, по сути, выгнутая проволока, который вставлялся в специально сделанные углубления в кувшинчике. Для закрытия пробки зажим опускался вниз, и она спускалась в горлышко, а для открытия зажим поднимался вверх, и она выталкивалась из него, так и оставшись висеть на горлышке. Таким образом получалось что-то на подобие зажимной пробки.
Конечно, мы ещё только сделали первый заказ и ничего не проверили, но, если получится, то такие же зажимные пробки можно будет сделать и для горшочков с тушенкой, только для горлышек пошире.
Так в обсуждениях, размышлениях, гаданиях и ожиданиях прошло шесть дней и я, уже почти отчаявшись, совсем не ожидала увидеть на балкончике моего почтальона-летуна.
Подойдя к Осе и отстегнув ту же самую коробочку-тубус, в которой я и отсылала своё письмецо, я достала целых пять ответных посланий - четыре, свёрнутых в тонкие трубочки и ещё одно в трубочку потолще. К ним в придачу был и небольшой мешочек, в котором что-то позвякивало.
Читать и смотреть всё это я не стала, а занялась птицей, которую нужно было покормить и поблагодарить.
Вернувшись к себе в комнату после всех текущих дел и занятий и уложив Милалику спать, я наконец-то смогла ознакомиться со своей корреспонденцией и маленькой посылочкой.
Ну, что ж посмотрим, кто это мне столько всего прислал.
Итак, какие же новости мне привёз Ося?
Я недоумённо смотрела на прочитанные весточки с большой земли и недоумевала, как они смогли ко мне попасть. Нет, так-то было понятно, кто их принёс, но вот откуда отправители знали адресата было абсолютно непонятно.
За время вынужденного неотлучного нахождения в замке и штудирования местных законов, укладов, уладов и всего, что к этому относится я уже знала, что разводов тут нет, но нужно после трёх лет замужества явиться в один из местных эфиров – храмов, посвящённых местным создателям, для откровения. Что под этим подразумевалось было непонятно, но… До трёх лет ещё далеко и много чего ещё может произойти.
Женщины тут имели равные права с мужчинами, но только вне родовых или семейных уз. Это я уже тоже знала, как и то, что титул или род тут передавался от матери к детям и, если мать была достаточно умной и сильной, то и всё её состояние и приданое тоже. Кстати, всё это прописывалось заранее в брачных договорах.
Я порадовалась тому, что я по договору не была ничем обделена и, скорее, наоборот должна пользоваться поддержкой мужа, которая и находилась в мешочке с маленькой припиской ни в чём себе не отказывать до появления муженька к началу третьего месяца, так как он вынужден задержаться по делам в Заринске.
Не сильно-то я разгонюсь на десять крупных монет, но… Хоть что-то отправил. И то хлеб.
Кстати, о хлебе, а не попробовать ли испечь уже мне привычный? А то, что-то приелись уже местные лепёшки.
Получалось так, что мой муженёк всё то и это время находился там? А почему мы так ни разу и не встретились? Вопросов к муженьку было много, но ответы придётся ждать еще чуть больше месяца. Главное, чтобы он не приехал с Мариссой, то бишь со своей содержанкой, что тоже в местных реалиях особо не порицалось.
Такие союзы имели тут место быть и при расставании с носом, то есть без всего, как правило оставались согласившиеся на это женщины. Понятно, что соглашались они не от хорошей жизни, но… Это их выбор, и я никого не хочу осуждать, тем более что моя компаньонка тоже из бывших.
Почему женщины соглашаются на такое и не стараются сами себя содержать, занявшись каким-нибудь приносящим доход занятием, а тут им не запрещалось ни работать, ни заниматься своим делом, я объяснить не могла.
Может, потому что я не отсюда и уже привыкла к совсем другим реалиям?
В любом случае, каждый сам живёт свою жизнь. Кто-то плывёт по течению, а кто-то старается выбраться из клетки несмотря на то, что он к ней прикован.
Я нежно посмотрела на Милашу, как мы все теперь её называли с моей лёгкой руки, которая сейчас спокойно спала в своей кроватке и мило улыбалась.
Вот кто действительный борец с самого детства. За такой короткий срок она уже не только ходит и разговаривает, но и показывает свой бойцовский характер. А так как все в курсе, в каком состоянии мы её нашли, то жалеют, балуют и потакают ей во всём. Вот и приходится мне быть строгим полицейским, чтобы её не разбаловали.
Я посмотрела на письмо от Егора Славовича - нашего уладела, который сообщал мне очень радостную новость. Папенька таки женился, что было совсем неудивительно, но не на Мариссе. А вот это было совсем неожиданно, хотя и ожидаемо. Папенька дураком не был и решил не терять титул княжина, и вот теперь проживает с молодой княжной в нашем семейном княжинстве Боричное.
Марисса получила отставку, так и не войдя к нам в семью, нашла себе нового покровителя и перебралась к нему, оставив братца с учителем в моём городском доме, сославшись на то, что сын должен жить в доме своего отца на полном содержании.
Папеньке же, так и не вошедший в семью сын, тоже особо не нужен, потому что он уже ждёт законного наследника. Теперь Димитрушко и мастер Славин живут вместе с Марфушей и Норрой.
Однако! А папка время явно не терял даром и быстро нашёл способ улучшить своё финансовое состояние, скорее всего, прибрав к рукам приданое новой жены, которая явно не случайно оказалась тоже княжной. Вот вам и неземная любовь с Мариссой. Как говорится: «Ничего личного – только бизнес».
И теперь наш уладел просит меня принять в княжестве Хрустальном своего родственника с учителем, потому что средств на содержание дома едва хватает и кормить, и содержать ещё два дополнительных рта довольно-таки накладно. Братец с учителем приедут сразу же как предоставится возможность.
Ещё два письма были от Всеслав Силыча и Видима Силыча, которые негодовали по поводу придуманного мною какого-то владиза и требовали разъяснений.
Если мой несостоявшийся жених, которого я и в глаза не видела, только выражал своё недовольство, то Всеслав Силыч, на всякий случай, прислал три разных договора на подпись для производства и продажи печей, а также новых изделий, тех, которые уже есть и тех, которые могут появиться. Это именно его послание и было самым объёмным.
Быстро он, однако, подсуетился! Понятно, что такую должность дурак не будет занимать, но… Как у него появились все наши новости за такой короткий срок? Понятно откуда, но вот скорость…
А то, что ветер дует со стороны сизого носа, я и не сомневалась. Я же с ним и составляла все договора. Тут и к бабке не ходи! Только вот зачем им там печи, если холодный климат у нас здесь, а не в большом княжестве? Впрочем, в одном я точно оказалась права, сразу всё задокументировав у местного уладела. Вот они теперь и негодуют. Но ничего, пусть пока там перебесятся, а я им отвечу через недельку. Должен же Ося отдохнуть.
Если же с этими тремя письмами и одной мини-посылкой я примерно знала, что делать, то вот с четвёртым посланием даже и не представляла как поступить.
То, что, скорее всего, птицы прилетали в одно конкретное место в городе, типа почты, и уже потом все послания разносились по адресам и адресатам соответствующей службой, я уже догадалась. Но вот как человек, с которым мы никогда не встречались и не были знакомы прознал о моих придумках, было ещё той загадкой.
Четвёртое письмо было от некоего Ивана Иванова, который, как и Савелий, представлялся мастером на все руки и напрашивался ко мне в работники. Он хотел бы перебраться к нам в княжество и работать на князью Хрустальную.
Так вот, этот мастер решил, сначала сделать такую же печь для себя. Установив печь и проверив её в действии, пригласил в гости своего знакомого, чтобы похвастаться и предложить сделать похожую уже для него, конечно же за определённую, установленную им же плату, взяв с него предоплату за работу. Тот конечно же согласился, а когда приехал забирать товар и выплачивать оставшуюся часть, тогда-то и появились надзорники.
И вот теперь он стоял передо мной, переминаясь с ноги на ногу, пытаясь договориться и предлагая договориться и подписать всё, что для этого нужно.
С одной стороны, мне не хотелось заключать с ним никакого договора, а с другой стороны, мне нужно было где-то брать средства на мои новые задумки, которые если и принесут доход, то точно не сейчас, а вот монетки мне нужны были здесь и сейчас, да ещё и вчера.
Вернувшись опять в воластулад уже вместе с Семияном, мы сразу же прошли к сизому носу.
- Варвара Дмитривна! Так мы же… Я же уже сказал, что пока мне нечего вам дать, но я уже отправил вестовика к Всеслав Силычу, чтобы он там с князем всё обговорил на месте. А вы сами-то чего не отправили своего?
Знала бы как и куда отправлять, ещё бы до тёмного месяца отправила, тем более что Ося уже вполне окреп, но сделать попытку, типа «на деревню дедушке», я как-то не решалась.
- Вот и хорошо, что вы уже связались с Всеслав Силычем, надеюсь он и мне весточку отправит от князя… Но мы здесь совсем по другому поводу, Светомир Северьяныч.
После обсуждения условий и подписания договора с мастером, который остался недоволен долей князьи, но всё же согласился и, пользуясь моментом, заключил ещё и договор с воластуладом, потому что Светомир Северьяныч захотел и себе такой обогрев в кабинет, мы раскланялись.
Я вернулась в замок и дала добро Савелию на заготовки для наших задумок, потому что мастер сразу же мне отдал мою долю за уже изготовленную печь. А планировала я сделать не только что-то на подобие переносного термоса и холодильника, но и ещё кое-что.
Пока есть время и, хоть и малые, но возможности, нужно этим пользоваться.
Были у меня кое-какие задумки на лето и осень, но для этого «сани нужно было готовить» уже сейчас, тем более что заготовки дорогими в производстве не будут, а вот если всё выгорит с продажей, то можно хорошо на них заработать.
Обговорив с Савелием и Альяном все дела на время холодов, я отправилась сначала к себе, чтобы написать весточку князю, а потом уже и к Осе.
Если сизый нос отправил своего вестовика, то почему бы и мне не попробовать?
Пришлось положиться на «авось» и выпустить птицу с нейтральным посланием и со словами «лети к князю».
Вряд ли Ося понимает язык, поэтому мои слова были, скорее, чем-то вроде пожелания счастливого пути. Уточнять к какому князю смысла не было, потому что птица, вероятнее всего, полетит по своему обычному маршруту к уже знакомому адресату. Во всяком случае я на это надеялась. Оставалось лишь ждать её возвращения с ответом или без него.
Прода от 23.12.2025, 18:03
Глава 42
Следующие дни полетели со скоростью местных снежных ветров, которые заметали всё вокруг и не давали возможности выйти из замка ни для поездок в город, ни даже по окрестностям. Для меня такая погода была непривычной, а вот для местных вполне обыденной.
Несмотря на нелётные метеоусловия, я продолжала ходить каждый день на башню и проверять не вернулся ли Ося. Не знаю почему, но я была уверена, что это самец. Самка, на мой взгляд, была бы и поменьше размером, и не такой выносливой, а он смог перенести вынужденное плохое обращение и заточение, довольно-таки быстро восстановившись и придя в лётную форму. Вот поэтому я мысленно и обращалась к нему как к самцу.
Конечно же я понимала, что путь, проделанный нами на местном транспорте за неделю, птица, даже такая сильная как вестовик, не сможет пролететь туда и обратно за пару-тройку дней. Но я, всё же, надеялась, что он скоро вернётся. С посланием или без, но прилетит домой, поэтому и ждала каждый день, попутно штудируя вечерами полезную и нужную литературу.
- Как отметёт, так начнётся сезон охоты и вам, князья, нужно решить сколько зверья можно забить, - вводил меня в курс зимних княжьих обязанностей Альян.
- А охотиться можно только в холодное время и сколько особей обычно разрешается забить? – решила я уточнить у своего помощника, потому что никакой информации на эту тему я так и не нашла, а ехать в местный сельсовет не было возможности из-за погодных условий.
- Так…, после метелей охотятся, чтобы поредеть зверьё перед гоном. Слабых и старых сразу видно после метелей, их и забивают, чтобы сильные смогли дать хорошее потомство, а сколько… Это князь решает, ну а теперь, стало быть, вы.
- А ты не знаешь, сколько обычно и какого зверья князь разрешал добывать на охоте.
- Мелкого, как беляка или рыжуху, обычно разрешается всем, но не больше десятка за сезон, а вот крупного, как кывец… Тут уже вам решать, сколько можно забить каждой охотной артели.
Я уже была в курсе о ценности этого животного и знала, что после охоты мне привезут княжью долю, так как я в этот раз угощала на празднике варениками, а не вкусным мясом, то свою долю ещё не получила.
- А сколько у нас в княжестве охотных артелей и сколько человек в каждой?
- Так своих тут только три, но обычно и заезжие приезжают. Сколько их будет узнаем только как приедут.
- И когда мне нужно выдавать такие разрешения?
- Так уже к двадцатому дню этого месяца князь, а теперь вы, Варвара Дмитривна, должны отдать ваше дозволение в воластулад. Только не забудьте указать княжью долю.
Вот и ещё одно занятие на время метельного заточения. Нужно всё продумать и подсчитать, потому что местные охотники и их семьи потом будут жить до следующего сезона на то, что заработают на этой охоте. Конечно и в тёплое время года они могут охотиться на мелкую дичь, но самыми ценными и прибыльными были местные овцебыки.
А мне ведь нужно продумать ещё, что делать с княжьей долей.
Не продавать же на рынке мясо, шкуры и всё остальное? Даже если нам достанется одна туша, то это сколько же там килограммов мяса, если одного быка обычно хватало на то, чтобы накормить всех на празднике? И куда его? Солить, что ли? Хотя, почему именно солить?
Есть у меня одна мыслишка, но тут нужно опять сделать заготовки к её реализации. Хорошо, что всё это обойдётся мне не очень дорого. А вот, что получится из моей задумки и получится ли вообще, узнаем только ближе к местной весне.
После всех подсчётов и расчётов, я отдала необходимые распоряжения для заготовок Савелию и Альяну.
Княжью долю я решила брать по минимуму, чтобы попробовать, что получится с моей задумкой. Помимо обычных, уже известных тут способов хранения мяса, я решила попробовать сделать мясную тушенку. Консервных банок тут пока ещё не было, но была у меня мыслишка как их заменить.
Я уже заказала несколько видов различных глиняных кувшинчиков для того, чтобы летом попробовать сделать сидр из опавших зелёных или не очень зрелых яблок. Спелые плоды, конечно же будут собирать только после первых морозов и сразу же продавать, а вот опавшие во время созревания яблоки обычно подбирали или для домашних животных, или выбрасывали. На мой взгляд это было расточительством, вот я и решила попробовать использовать их с пользой для дела. Правда вместо сахара будет старый мёд, но… Не попробуешь, не узнаешь.
Пробки для кувшинчиков я решила делать или из дерева, или из коры одного местного деревца, которая была чем-то похожа на кору пробкового дуба. Чтобы пробка плотно закрывала горлышко, к ней крепился выпуклый металлический зажим, по сути, выгнутая проволока, который вставлялся в специально сделанные углубления в кувшинчике. Для закрытия пробки зажим опускался вниз, и она спускалась в горлышко, а для открытия зажим поднимался вверх, и она выталкивалась из него, так и оставшись висеть на горлышке. Таким образом получалось что-то на подобие зажимной пробки.
Конечно, мы ещё только сделали первый заказ и ничего не проверили, но, если получится, то такие же зажимные пробки можно будет сделать и для горшочков с тушенкой, только для горлышек пошире.
Так в обсуждениях, размышлениях, гаданиях и ожиданиях прошло шесть дней и я, уже почти отчаявшись, совсем не ожидала увидеть на балкончике моего почтальона-летуна.
Подойдя к Осе и отстегнув ту же самую коробочку-тубус, в которой я и отсылала своё письмецо, я достала целых пять ответных посланий - четыре, свёрнутых в тонкие трубочки и ещё одно в трубочку потолще. К ним в придачу был и небольшой мешочек, в котором что-то позвякивало.
Читать и смотреть всё это я не стала, а занялась птицей, которую нужно было покормить и поблагодарить.
Вернувшись к себе в комнату после всех текущих дел и занятий и уложив Милалику спать, я наконец-то смогла ознакомиться со своей корреспонденцией и маленькой посылочкой.
Ну, что ж посмотрим, кто это мне столько всего прислал.
Итак, какие же новости мне привёз Ося?
Прода от 25.12.2025, 23:40
Глава 43
Я недоумённо смотрела на прочитанные весточки с большой земли и недоумевала, как они смогли ко мне попасть. Нет, так-то было понятно, кто их принёс, но вот откуда отправители знали адресата было абсолютно непонятно.
За время вынужденного неотлучного нахождения в замке и штудирования местных законов, укладов, уладов и всего, что к этому относится я уже знала, что разводов тут нет, но нужно после трёх лет замужества явиться в один из местных эфиров – храмов, посвящённых местным создателям, для откровения. Что под этим подразумевалось было непонятно, но… До трёх лет ещё далеко и много чего ещё может произойти.
Женщины тут имели равные права с мужчинами, но только вне родовых или семейных уз. Это я уже тоже знала, как и то, что титул или род тут передавался от матери к детям и, если мать была достаточно умной и сильной, то и всё её состояние и приданое тоже. Кстати, всё это прописывалось заранее в брачных договорах.
Я порадовалась тому, что я по договору не была ничем обделена и, скорее, наоборот должна пользоваться поддержкой мужа, которая и находилась в мешочке с маленькой припиской ни в чём себе не отказывать до появления муженька к началу третьего месяца, так как он вынужден задержаться по делам в Заринске.
Не сильно-то я разгонюсь на десять крупных монет, но… Хоть что-то отправил. И то хлеб.
Кстати, о хлебе, а не попробовать ли испечь уже мне привычный? А то, что-то приелись уже местные лепёшки.
Получалось так, что мой муженёк всё то и это время находился там? А почему мы так ни разу и не встретились? Вопросов к муженьку было много, но ответы придётся ждать еще чуть больше месяца. Главное, чтобы он не приехал с Мариссой, то бишь со своей содержанкой, что тоже в местных реалиях особо не порицалось.
Такие союзы имели тут место быть и при расставании с носом, то есть без всего, как правило оставались согласившиеся на это женщины. Понятно, что соглашались они не от хорошей жизни, но… Это их выбор, и я никого не хочу осуждать, тем более что моя компаньонка тоже из бывших.
Почему женщины соглашаются на такое и не стараются сами себя содержать, занявшись каким-нибудь приносящим доход занятием, а тут им не запрещалось ни работать, ни заниматься своим делом, я объяснить не могла.
Может, потому что я не отсюда и уже привыкла к совсем другим реалиям?
В любом случае, каждый сам живёт свою жизнь. Кто-то плывёт по течению, а кто-то старается выбраться из клетки несмотря на то, что он к ней прикован.
Я нежно посмотрела на Милашу, как мы все теперь её называли с моей лёгкой руки, которая сейчас спокойно спала в своей кроватке и мило улыбалась.
Вот кто действительный борец с самого детства. За такой короткий срок она уже не только ходит и разговаривает, но и показывает свой бойцовский характер. А так как все в курсе, в каком состоянии мы её нашли, то жалеют, балуют и потакают ей во всём. Вот и приходится мне быть строгим полицейским, чтобы её не разбаловали.
Я посмотрела на письмо от Егора Славовича - нашего уладела, который сообщал мне очень радостную новость. Папенька таки женился, что было совсем неудивительно, но не на Мариссе. А вот это было совсем неожиданно, хотя и ожидаемо. Папенька дураком не был и решил не терять титул княжина, и вот теперь проживает с молодой княжной в нашем семейном княжинстве Боричное.
Марисса получила отставку, так и не войдя к нам в семью, нашла себе нового покровителя и перебралась к нему, оставив братца с учителем в моём городском доме, сославшись на то, что сын должен жить в доме своего отца на полном содержании.
Папеньке же, так и не вошедший в семью сын, тоже особо не нужен, потому что он уже ждёт законного наследника. Теперь Димитрушко и мастер Славин живут вместе с Марфушей и Норрой.
Однако! А папка время явно не терял даром и быстро нашёл способ улучшить своё финансовое состояние, скорее всего, прибрав к рукам приданое новой жены, которая явно не случайно оказалась тоже княжной. Вот вам и неземная любовь с Мариссой. Как говорится: «Ничего личного – только бизнес».
И теперь наш уладел просит меня принять в княжестве Хрустальном своего родственника с учителем, потому что средств на содержание дома едва хватает и кормить, и содержать ещё два дополнительных рта довольно-таки накладно. Братец с учителем приедут сразу же как предоставится возможность.
Ещё два письма были от Всеслав Силыча и Видима Силыча, которые негодовали по поводу придуманного мною какого-то владиза и требовали разъяснений.
Если мой несостоявшийся жених, которого я и в глаза не видела, только выражал своё недовольство, то Всеслав Силыч, на всякий случай, прислал три разных договора на подпись для производства и продажи печей, а также новых изделий, тех, которые уже есть и тех, которые могут появиться. Это именно его послание и было самым объёмным.
Быстро он, однако, подсуетился! Понятно, что такую должность дурак не будет занимать, но… Как у него появились все наши новости за такой короткий срок? Понятно откуда, но вот скорость…
А то, что ветер дует со стороны сизого носа, я и не сомневалась. Я же с ним и составляла все договора. Тут и к бабке не ходи! Только вот зачем им там печи, если холодный климат у нас здесь, а не в большом княжестве? Впрочем, в одном я точно оказалась права, сразу всё задокументировав у местного уладела. Вот они теперь и негодуют. Но ничего, пусть пока там перебесятся, а я им отвечу через недельку. Должен же Ося отдохнуть.
Если же с этими тремя письмами и одной мини-посылкой я примерно знала, что делать, то вот с четвёртым посланием даже и не представляла как поступить.
То, что, скорее всего, птицы прилетали в одно конкретное место в городе, типа почты, и уже потом все послания разносились по адресам и адресатам соответствующей службой, я уже догадалась. Но вот как человек, с которым мы никогда не встречались и не были знакомы прознал о моих придумках, было ещё той загадкой.
Четвёртое письмо было от некоего Ивана Иванова, который, как и Савелий, представлялся мастером на все руки и напрашивался ко мне в работники. Он хотел бы перебраться к нам в княжество и работать на князью Хрустальную.
