Но в один момент он наступил на обломок кирпича и с шумом, как мешок цемента упал на асфальт, привлекая к себе внимание зомби. Парень, схватился за камень лежавший поблизости и попытался отбиться, даже успел размозжить череп одному. Но другие, молниеносно накинулись вырывая куски плоти. Сдавленный, хриплый стон умирающего раздался на улице и тут же затих, нырнув в шум окружающей суматохи. Артем, не успел ничего сделать, отстреляв магазин до последней железки. Он понял, что отошел от безопасного укрытия уже далеко и не успеет добежать вовремя, но уже ничего не оставалось кроме как отчаянно бежать бросив автомат.
«Вот и последняя пробежка в моей жизни, как глупо… Нет, не глупо, я пытался, я не успел спасти и поступил бы точно так же еще раз», - подумал Артем. Он повернулся и бросив ставший бесполезным, тяжелый карабин с опустевшим булл-пап магазином побежал со всех сил к дому, достав пистолет из кобуры. Пробежав всего несколько метров, его на полном ходу сбил с ног мертвец, которому Артем сразу же машинально вышиб мертвые мозги о ближайшую стену. Затем, на него упал еще один, вгрызаясь гнилыми зубами в кожаные защитные наручи, на руке, в которой уже была спасительная «беретта». Артем, достав нож второй рукой, проткнул весок и ему, умиротворив навсегда. Липкая, зловонна жижа залила его лицо. Затем развернувшись на живот, принялся выползать из-под двух тел. Пришлось разрядить обойму пистолета в бегущего на него дэда. Очередной мертвец упал рядом с Артемом благодаря двум прикрывающим из здания. Откуда-то со стороны раздался знакомый голос Аркадии. Девушка, в форме с кожаными наручами и поножами стремительно бежала от въехавшего в толпу зомби, дымящегося авто. Она, отчаянно бежала, что-то кричав, толкая перед собой напуганного Алексея, в руке у которого был лишь ручной топорик. В этот же момент старик, практически выбравшись из-под гнилых тел, почувствовал на своей лодыжке пронзающую тело острую боль. Это мертвяк, стянувший защиту с ноги, терзал своими зубами его уже сочащуюся кровью ногу. Тема чувствовал, как острые зубы проникают в его кожу, как зомби начинает жевать его плоть. Все было потеряно, он станет зомби. Но надо бороться столько, сколько сможет, второй ногой, пинками удалось отбиться от твари, провалив с хрустом череп. Вышло немного приподняться, но став на укушенную ногу, снова упал в дорожную пыль. Подбежавшие Аркадия с Алексеем, помогли взяв подмышки и буквально на руках затащили старика в дом, где все трое рухнули на пол. Последнее, что видел Артем, было то, как ему вкололи обезболивающее и несколько человек стали осматривать место укуса. Кто-то отстреливался из окна, другие укрепляли двери. Мертвые руки, разбив стекла, тянулись к живым, через решетки и доски. На улице стоял жутчайший вой. Аркадия стояла над своим названным отцом держа топор в одной руке и автомат в другой.
- Его… Его же укусили да? – раздался чей-то голос, который Артем не мог узнать.
- Да… - ответил печальный голос Аркадии, - пап, все будет хорошо, не бросай меня.
Все вокруг будто отдалялось, туман стал заволакивать окружающее, звуки приглушались. Лицо Артема было искажено болью и отчаянием, глаза смотрели в пустоту, полные слез. Он лежал так, не в силах пошевелиться, думая о том, как мир окончательно рушился. «Tati me neopoustej» раздался в голове, детский голос Аркадии, из далекого воспоминания. И внезапно взявшиеся из неоткуда строки будто эхом прокатились в голове:
И смерть шагала по стране.
Прошла по городам в своем турне,
Закутавшись как саваном в войне.
Как думаешь, зайдет на чай она к тебе?
«Вот оно… и правда ведь, зашла костлявая на чай. На пирожки с мясом. Тварь старая…», - подумал Артём.
- Он станет одним из них, а затем накинется на нас. Его надо сейчас же пристрелить! Аркадия, я все понимаю, но это необходимо сделать! – снова раздался чей-то неузнаваемый голос словно так далеко, что его было едва-ли слышно.
Аркадия занесла топорик над своей головой и рыдая, ударила со всех своих девичьих сил, еще и еще. Боль… Боль, будто леденящей волной ударила, дернув за все нервные сплетения, так резко, как рыбак, подсекающий крупную рыбу. После чего, Артема накрыла леденящая мгла...
В это же время город отчаянно продолжал борьбу. Далеко не все были готовы смириться со смертью. Многим живым удалось собраться вместе, чтоб бороться против зомби и защищать свой город, свои семьи, себя. В этом хаосе проявилось истинное мужество и стойкость. Многие жертвовали своей жизнью, чтобы спасти других, родных и чужих людей. Один молодой добытчик, заметив раненую женщину, взяв ту на руки и, прикрывая своим телом, нес сквозь волны зомби. А когда мертвецы начали догонять пару, боец указал на здание, в котором укрылись другие выжившие, сам же дрался с мертвецами практически голыми руками задерживая их до тех пор, пока сам не был поглощен толпой, заблокировав своим телом дверь в здание. Инвалид-колясочник из окна своего дома, открыл стрельбу по бегущей и ревущей толпе дэдов, расстреляв весь свой боезапас, он принялся кидать тяжелые предметы в нежеланных гостей, скопившихся под окном. На улицах города происходили величайшие подвиги. Мужчины и женщины, отчаянно сражаясь до последнего вздоха, спасали своих близких, устраивая спасительные плацдармы и открывая дорогу к Аккерманской крепости. Там, в тени ее неприступных стен, многие нашли убежище и надежду на новую битву. Темные тени зомби-апокалипсиса поглотили Белый город, но в сердцах его защитников горел огонь надежды. И хоть они потеряли многих, продолжали бороться, готовые отдать свои жизни за будущее своих потомков. Оборона крепости велась активно, мертвецы беспрерывно падали в глубокий ров, дробя там свои кости и черепа. С высотных зданий снайперы поддерживали обороняющихся, так же, как и те, кто успел уйти со стен города закрепившись в зданиях, уничтожая мертвецов. Местами шли даже рукопашные бои, в ход шло все, что могло бы стать оружием; топоры, лопаты, вилы, самодельные копья, арматура, луки и арбалеты. Даже дети, сами собравшись в отдельный отряд, стреляли по мертвецам со стен средневековой крепости.
XVI
В больничную палату зашли двое, Аркадия и Леха, держа в руках корзину с яблоками и грушами. Аромат спелых фруктов наполнил помещение, от чего Артем проснулся.
- Очнулся! Очнулся! Ну, с новым днем рождения тебя, пап! - слезно, срывая голос и краснея прорыдала Аркадия и кинулась зацеловывать отца.
— Наверное, сегодня многие заново родились, доць.
- Такой прекрасный день! Жаль, что Вы не видели того, что было, всей картины. Появилось подкрепление в виде «первого эшелона» и того отряда, что потерялся ранее, - не выдержав выпалил Леха.
- Да? А где они были все это время? – поинтересовался Артем.
- «Передовой» завяз в карьере, а услышав по рации что потерявшийся ранее отряд занял круговую оборону в одном из сел, поспешил тому на помощь. Потеряшки догнали-таки ту группу с врачами. Затем, отсидевшись и объединившись, все три группы зашли в спину орде мертвецов и через провал уже начали помогать зачищать город. Несколько тысяч зомби попадало в ров, вот теперь не знаем, что с ними делать, многие там трепыхаются еще. Ну и вонища же там стоит.
- Да, эту проблему уже будет намного легче решить, главное, чтобы ты поправился. Как твоя нога? – перебила Аркадия.
- Нога… Болит, но почти не чувствую. Наверное, я на обезболивающих? - старик посмотрел на культю, находящуюся ниже колена, - как раньше говорили – до свадьбы заживет. Ну, не до моей, конечно, - Артем с намеком глянул на Алексея, осторожно придерживающего Аркадию за талию, - я уж думал, что ты меня зарубишь тем топором.
— Это был как запасной вариант, на случай… Ну ты понял, - отшутилась Аркадия.
- Сколько мы потеряли людей и кого? Только правду мне скажите, - лицо старика исказила гримаса боли и отчаяния при резкой попытке встать с кровати.
- Треть, не меньше… Потери пока еще уточняются, зачистка города еще местами идет, пролом уже ликвидируется. Ива, Макс, Саня и их дети живы, все в порядке, так, только мелкие ушибы. Несколько старейшин погибли. Ах да, ты тут уже неделю лежишь и не в курсе. Мы подключили усилители к антеннам и на связь с нами вышло сразу несколько групп. Одни находятся ближе, другие дальше. Представляешь, наша радиозапись достигает уже до тысячи километров. Есть отклики хоть и от немногочисленных групп, но есть! Им, как и нам трудно пришлось, но живут и развиваются. Я пока не знаю, откуда именно получилось поймать такой далекий сигнал, он не стабилен, но обязательно разберусь в этом.
Аркадия присела на кровать и взяв отцовскую руку прижалась к ней мокрой щекой, закрыв наполняющиеся слезами глаза.
- Да, некоторые группы теперь решили присоединиться к нам и переехать в Белый Город. Надеюсь, что теперь все наладится, сколько историй еще можно будет записать, - мечтательно сказал Алексей, копошась в своей сумке.
- Славный день, ты прав Леха. Мы выстояли и этот день все запомнят. Теперь, Леха ты понимаешь к чему я вел все это время? Общие достижения, коллективное достояние и справедливость. Люди всегда будут их защищать. Наш город основан на этом, а не на принудительном труде и работорговли. Мы взяли из многих систем управления части и создали химеру, которая работает. Наш подход сочетает в себе лучшие элементы различных политических систем, позволяя нам сохранить баланс и обеспечить самоопределение людей, но главное, что люди вправе решать сами что им делать или не делать. Думаешь, в самом начале я тебе просто говорил о коньяке? – Нет. Я говорил о людском труде, когда в поту и грязи человек создает нечто необыкновенное, нечто столь сложное и простое в одночасье. То, что требует определенных знаний и навыков, стоящее того, чтоб защищать свое творение. Виноград нуждается в тщательном уходе, создание дубовых бочек — это тоже сложнейший процесс. Создание сахара, дистилляция спирта, выдержка несколько лет в бочках, ты себе представить даже не можешь сколько людского труда в этом напитке.
Алексей, внимательно наблюдавший все эти дни за происходящим в городе, почувствовал, как внутри него разгорается теплое чувство. Он видел, как из руин поднимаются новые здания, как люди с улыбками на лицах работают, строят и мечтают о будущем и теперь готовы вновь возродить город после нашествия орды мертвецов ни смотря ни на что.
– Мы потеряли многое, но мы не потеряли веру в лучшее будущее и в себя. Запомни – не умри. Ведь умереть можно не только физически, человек, опустивший руки, переставший бороться, становится немногим лучше тех мертвецов, – сказал старик, его голос дрожал от эмоций. – Это самое главное. Алексей кивнул, ощущая, как эти слова отзываются эхом в его сердце. Он понял, что именно эти слова станут кульминацией его репортажа, что они передадут ту надежду и силу, которую он увидел здесь, среди этих людей и что он сам стал их частью. Алексей почувствовал, как его глаза увлажнились, но он быстро вытер их, стараясь сохранить профессионализм. В этот момент он осознал, что эта история изменит его самого. Теперь, ему еще и предстоит записать все произошедшее как летопись колонии выживших в столь непростое время.
- Да, после всего, я вижу, как это работает. Интересно, как вы думаете, сможет ли ваша «химера» устоять в долгосрочной перспективе? - спрашивает журналист, не отрываясь от своей записной книжки.
- Посмотрим, думаю, что да, ведь это создали тоже такие же люди как ты и я. И процесс управления городом ведь тоже не будет стоять на месте. Главное, не умереть просто так и не дать другим погибнуть. Всегда есть выход, всегда можно что-то сделать, а дальше всё зависит от человека, сможет ли он найти этот выход и проложить к нему свой путь. А ведь погибли многие достойные люди, но не зря, они защитили других людей и знания, собранные здесь. Мы выстояли. Конечно, будет разбор полетов, работа над ошибками. Но уверяю тебя – мы стали сильнее!
- Так, все, хватит на сегодня интервью, отцу необходим отдых, Аркадия, взяв под руку молодого журналиста, уволокла того их палаты за собой, - лучше пойдем, пусть твою руку осмотрит врач, а затем я тебе расскажу кое-что, - девушка тыкнула в неглубокую царапину на руке Алексея.
- Хорошо, хорошо, но позже я обязательно должен буду записать про путь по Дунаю. Вы же обещали!
- Ну, а как же, приходи, расскажу. Теперь-то у меня, уж точно будет больше свободного времени и убежать не выйдет, — сказал Артем указывая на забинтованные остатки ноги.
- Пациенту нужен покой, сейчас время процедур, - раздался голос из коридора.
В палату, расталкивая Аркадию и Леху, вошла молоденькая медсестричка с набором медикаментов и провернув небольшую процедуру, ввела обезболивающее в капельницу. Затем, оставшись наедине, старик щелкнул кнопкой на небольшом радио, стоявшем на тумбочке, и повернув голову к стенке и быстро уснул под действием лекарств. Черная коробочка монотонно шумела, издавая шум статических помех и передавая записанное сообщение. Ему снился все тот же знакомый пляж, шумный прибой, крик чаек и его семья. Он обнимал свою супругу Аньку, остававшуюся все такой же красивой и молодой, какой он ее помнил. Рядышком, у самой кромки воды Аркадия с Жекой строили крепость из песка, а их на видео улыбаясь пытался заснять Леха, внезапно появившийся из ниоткуда. На теплом, морском песке ласкаемым легким бризом, играло радио, проигрывалась какая-то музыка, временами прерывающаяся записью:
«Говорит, Белый город. Мы ищем живых! У нас вы найдёте защиту, провизию, будущее для себя и своих родных...ш-ш-ш-ш… мы находимся по таким координатам… ш-ш-ш …вы так же можете выйти на радиочастоту…ш-ш-ш… мы всегда на связи и готовы помочь...».
«Вот и последняя пробежка в моей жизни, как глупо… Нет, не глупо, я пытался, я не успел спасти и поступил бы точно так же еще раз», - подумал Артем. Он повернулся и бросив ставший бесполезным, тяжелый карабин с опустевшим булл-пап магазином побежал со всех сил к дому, достав пистолет из кобуры. Пробежав всего несколько метров, его на полном ходу сбил с ног мертвец, которому Артем сразу же машинально вышиб мертвые мозги о ближайшую стену. Затем, на него упал еще один, вгрызаясь гнилыми зубами в кожаные защитные наручи, на руке, в которой уже была спасительная «беретта». Артем, достав нож второй рукой, проткнул весок и ему, умиротворив навсегда. Липкая, зловонна жижа залила его лицо. Затем развернувшись на живот, принялся выползать из-под двух тел. Пришлось разрядить обойму пистолета в бегущего на него дэда. Очередной мертвец упал рядом с Артемом благодаря двум прикрывающим из здания. Откуда-то со стороны раздался знакомый голос Аркадии. Девушка, в форме с кожаными наручами и поножами стремительно бежала от въехавшего в толпу зомби, дымящегося авто. Она, отчаянно бежала, что-то кричав, толкая перед собой напуганного Алексея, в руке у которого был лишь ручной топорик. В этот же момент старик, практически выбравшись из-под гнилых тел, почувствовал на своей лодыжке пронзающую тело острую боль. Это мертвяк, стянувший защиту с ноги, терзал своими зубами его уже сочащуюся кровью ногу. Тема чувствовал, как острые зубы проникают в его кожу, как зомби начинает жевать его плоть. Все было потеряно, он станет зомби. Но надо бороться столько, сколько сможет, второй ногой, пинками удалось отбиться от твари, провалив с хрустом череп. Вышло немного приподняться, но став на укушенную ногу, снова упал в дорожную пыль. Подбежавшие Аркадия с Алексеем, помогли взяв подмышки и буквально на руках затащили старика в дом, где все трое рухнули на пол. Последнее, что видел Артем, было то, как ему вкололи обезболивающее и несколько человек стали осматривать место укуса. Кто-то отстреливался из окна, другие укрепляли двери. Мертвые руки, разбив стекла, тянулись к живым, через решетки и доски. На улице стоял жутчайший вой. Аркадия стояла над своим названным отцом держа топор в одной руке и автомат в другой.
- Его… Его же укусили да? – раздался чей-то голос, который Артем не мог узнать.
- Да… - ответил печальный голос Аркадии, - пап, все будет хорошо, не бросай меня.
Все вокруг будто отдалялось, туман стал заволакивать окружающее, звуки приглушались. Лицо Артема было искажено болью и отчаянием, глаза смотрели в пустоту, полные слез. Он лежал так, не в силах пошевелиться, думая о том, как мир окончательно рушился. «Tati me neopoustej» раздался в голове, детский голос Аркадии, из далекого воспоминания. И внезапно взявшиеся из неоткуда строки будто эхом прокатились в голове:
И смерть шагала по стране.
Прошла по городам в своем турне,
Закутавшись как саваном в войне.
Как думаешь, зайдет на чай она к тебе?
«Вот оно… и правда ведь, зашла костлявая на чай. На пирожки с мясом. Тварь старая…», - подумал Артём.
- Он станет одним из них, а затем накинется на нас. Его надо сейчас же пристрелить! Аркадия, я все понимаю, но это необходимо сделать! – снова раздался чей-то неузнаваемый голос словно так далеко, что его было едва-ли слышно.
Аркадия занесла топорик над своей головой и рыдая, ударила со всех своих девичьих сил, еще и еще. Боль… Боль, будто леденящей волной ударила, дернув за все нервные сплетения, так резко, как рыбак, подсекающий крупную рыбу. После чего, Артема накрыла леденящая мгла...
В это же время город отчаянно продолжал борьбу. Далеко не все были готовы смириться со смертью. Многим живым удалось собраться вместе, чтоб бороться против зомби и защищать свой город, свои семьи, себя. В этом хаосе проявилось истинное мужество и стойкость. Многие жертвовали своей жизнью, чтобы спасти других, родных и чужих людей. Один молодой добытчик, заметив раненую женщину, взяв ту на руки и, прикрывая своим телом, нес сквозь волны зомби. А когда мертвецы начали догонять пару, боец указал на здание, в котором укрылись другие выжившие, сам же дрался с мертвецами практически голыми руками задерживая их до тех пор, пока сам не был поглощен толпой, заблокировав своим телом дверь в здание. Инвалид-колясочник из окна своего дома, открыл стрельбу по бегущей и ревущей толпе дэдов, расстреляв весь свой боезапас, он принялся кидать тяжелые предметы в нежеланных гостей, скопившихся под окном. На улицах города происходили величайшие подвиги. Мужчины и женщины, отчаянно сражаясь до последнего вздоха, спасали своих близких, устраивая спасительные плацдармы и открывая дорогу к Аккерманской крепости. Там, в тени ее неприступных стен, многие нашли убежище и надежду на новую битву. Темные тени зомби-апокалипсиса поглотили Белый город, но в сердцах его защитников горел огонь надежды. И хоть они потеряли многих, продолжали бороться, готовые отдать свои жизни за будущее своих потомков. Оборона крепости велась активно, мертвецы беспрерывно падали в глубокий ров, дробя там свои кости и черепа. С высотных зданий снайперы поддерживали обороняющихся, так же, как и те, кто успел уйти со стен города закрепившись в зданиях, уничтожая мертвецов. Местами шли даже рукопашные бои, в ход шло все, что могло бы стать оружием; топоры, лопаты, вилы, самодельные копья, арматура, луки и арбалеты. Даже дети, сами собравшись в отдельный отряд, стреляли по мертвецам со стен средневековой крепости.
XVI
В больничную палату зашли двое, Аркадия и Леха, держа в руках корзину с яблоками и грушами. Аромат спелых фруктов наполнил помещение, от чего Артем проснулся.
- Очнулся! Очнулся! Ну, с новым днем рождения тебя, пап! - слезно, срывая голос и краснея прорыдала Аркадия и кинулась зацеловывать отца.
— Наверное, сегодня многие заново родились, доць.
- Такой прекрасный день! Жаль, что Вы не видели того, что было, всей картины. Появилось подкрепление в виде «первого эшелона» и того отряда, что потерялся ранее, - не выдержав выпалил Леха.
- Да? А где они были все это время? – поинтересовался Артем.
- «Передовой» завяз в карьере, а услышав по рации что потерявшийся ранее отряд занял круговую оборону в одном из сел, поспешил тому на помощь. Потеряшки догнали-таки ту группу с врачами. Затем, отсидевшись и объединившись, все три группы зашли в спину орде мертвецов и через провал уже начали помогать зачищать город. Несколько тысяч зомби попадало в ров, вот теперь не знаем, что с ними делать, многие там трепыхаются еще. Ну и вонища же там стоит.
- Да, эту проблему уже будет намного легче решить, главное, чтобы ты поправился. Как твоя нога? – перебила Аркадия.
- Нога… Болит, но почти не чувствую. Наверное, я на обезболивающих? - старик посмотрел на культю, находящуюся ниже колена, - как раньше говорили – до свадьбы заживет. Ну, не до моей, конечно, - Артем с намеком глянул на Алексея, осторожно придерживающего Аркадию за талию, - я уж думал, что ты меня зарубишь тем топором.
— Это был как запасной вариант, на случай… Ну ты понял, - отшутилась Аркадия.
- Сколько мы потеряли людей и кого? Только правду мне скажите, - лицо старика исказила гримаса боли и отчаяния при резкой попытке встать с кровати.
- Треть, не меньше… Потери пока еще уточняются, зачистка города еще местами идет, пролом уже ликвидируется. Ива, Макс, Саня и их дети живы, все в порядке, так, только мелкие ушибы. Несколько старейшин погибли. Ах да, ты тут уже неделю лежишь и не в курсе. Мы подключили усилители к антеннам и на связь с нами вышло сразу несколько групп. Одни находятся ближе, другие дальше. Представляешь, наша радиозапись достигает уже до тысячи километров. Есть отклики хоть и от немногочисленных групп, но есть! Им, как и нам трудно пришлось, но живут и развиваются. Я пока не знаю, откуда именно получилось поймать такой далекий сигнал, он не стабилен, но обязательно разберусь в этом.
Аркадия присела на кровать и взяв отцовскую руку прижалась к ней мокрой щекой, закрыв наполняющиеся слезами глаза.
- Да, некоторые группы теперь решили присоединиться к нам и переехать в Белый Город. Надеюсь, что теперь все наладится, сколько историй еще можно будет записать, - мечтательно сказал Алексей, копошась в своей сумке.
- Славный день, ты прав Леха. Мы выстояли и этот день все запомнят. Теперь, Леха ты понимаешь к чему я вел все это время? Общие достижения, коллективное достояние и справедливость. Люди всегда будут их защищать. Наш город основан на этом, а не на принудительном труде и работорговли. Мы взяли из многих систем управления части и создали химеру, которая работает. Наш подход сочетает в себе лучшие элементы различных политических систем, позволяя нам сохранить баланс и обеспечить самоопределение людей, но главное, что люди вправе решать сами что им делать или не делать. Думаешь, в самом начале я тебе просто говорил о коньяке? – Нет. Я говорил о людском труде, когда в поту и грязи человек создает нечто необыкновенное, нечто столь сложное и простое в одночасье. То, что требует определенных знаний и навыков, стоящее того, чтоб защищать свое творение. Виноград нуждается в тщательном уходе, создание дубовых бочек — это тоже сложнейший процесс. Создание сахара, дистилляция спирта, выдержка несколько лет в бочках, ты себе представить даже не можешь сколько людского труда в этом напитке.
Алексей, внимательно наблюдавший все эти дни за происходящим в городе, почувствовал, как внутри него разгорается теплое чувство. Он видел, как из руин поднимаются новые здания, как люди с улыбками на лицах работают, строят и мечтают о будущем и теперь готовы вновь возродить город после нашествия орды мертвецов ни смотря ни на что.
– Мы потеряли многое, но мы не потеряли веру в лучшее будущее и в себя. Запомни – не умри. Ведь умереть можно не только физически, человек, опустивший руки, переставший бороться, становится немногим лучше тех мертвецов, – сказал старик, его голос дрожал от эмоций. – Это самое главное. Алексей кивнул, ощущая, как эти слова отзываются эхом в его сердце. Он понял, что именно эти слова станут кульминацией его репортажа, что они передадут ту надежду и силу, которую он увидел здесь, среди этих людей и что он сам стал их частью. Алексей почувствовал, как его глаза увлажнились, но он быстро вытер их, стараясь сохранить профессионализм. В этот момент он осознал, что эта история изменит его самого. Теперь, ему еще и предстоит записать все произошедшее как летопись колонии выживших в столь непростое время.
- Да, после всего, я вижу, как это работает. Интересно, как вы думаете, сможет ли ваша «химера» устоять в долгосрочной перспективе? - спрашивает журналист, не отрываясь от своей записной книжки.
- Посмотрим, думаю, что да, ведь это создали тоже такие же люди как ты и я. И процесс управления городом ведь тоже не будет стоять на месте. Главное, не умереть просто так и не дать другим погибнуть. Всегда есть выход, всегда можно что-то сделать, а дальше всё зависит от человека, сможет ли он найти этот выход и проложить к нему свой путь. А ведь погибли многие достойные люди, но не зря, они защитили других людей и знания, собранные здесь. Мы выстояли. Конечно, будет разбор полетов, работа над ошибками. Но уверяю тебя – мы стали сильнее!
- Так, все, хватит на сегодня интервью, отцу необходим отдых, Аркадия, взяв под руку молодого журналиста, уволокла того их палаты за собой, - лучше пойдем, пусть твою руку осмотрит врач, а затем я тебе расскажу кое-что, - девушка тыкнула в неглубокую царапину на руке Алексея.
- Хорошо, хорошо, но позже я обязательно должен буду записать про путь по Дунаю. Вы же обещали!
- Ну, а как же, приходи, расскажу. Теперь-то у меня, уж точно будет больше свободного времени и убежать не выйдет, — сказал Артем указывая на забинтованные остатки ноги.
- Пациенту нужен покой, сейчас время процедур, - раздался голос из коридора.
В палату, расталкивая Аркадию и Леху, вошла молоденькая медсестричка с набором медикаментов и провернув небольшую процедуру, ввела обезболивающее в капельницу. Затем, оставшись наедине, старик щелкнул кнопкой на небольшом радио, стоявшем на тумбочке, и повернув голову к стенке и быстро уснул под действием лекарств. Черная коробочка монотонно шумела, издавая шум статических помех и передавая записанное сообщение. Ему снился все тот же знакомый пляж, шумный прибой, крик чаек и его семья. Он обнимал свою супругу Аньку, остававшуюся все такой же красивой и молодой, какой он ее помнил. Рядышком, у самой кромки воды Аркадия с Жекой строили крепость из песка, а их на видео улыбаясь пытался заснять Леха, внезапно появившийся из ниоткуда. На теплом, морском песке ласкаемым легким бризом, играло радио, проигрывалась какая-то музыка, временами прерывающаяся записью:
«Говорит, Белый город. Мы ищем живых! У нас вы найдёте защиту, провизию, будущее для себя и своих родных...ш-ш-ш-ш… мы находимся по таким координатам… ш-ш-ш …вы так же можете выйти на радиочастоту…ш-ш-ш… мы всегда на связи и готовы помочь...».
