Проводили Зигмара в Академию. На этот раз обошлось без эксцессов. На охоту малыша не тянуло. И то сказать: дома развлечений полно. Каждый гость считает своим долгом порадовать нас какой-нибудь диковиной. И с малышами-стражами Зигмар играет. Заботится, чтобы дети не скучали. Ага.
Асмунд и Асхильд прибыли к нам вместе со своими кузенами – детьми Тита. Увидев когтистых и клыкастых дядюшку и тётушку, трио Вителлиев Северов в полном составе выпало в осадок. Интересно. Они ни разу не видели трансформации своих бездновых родственников? Посмотрела на отпрысков Балли с вопросом, получила отрицательное покачивание головами. Ну да... У детей сейчас тренировки по удержанию человеческого облика. Молодцы. Стараются. А ксенофобия Титового потомства, унаследованная от отца, мне не нравится. Вспомнила, как Тит обидел Бадварда и Бальду... И неважно, что это было сделано, для создания образа изгоя. Вроде бы, он потом извинился. Но! Это было потом! А Юлия плакала, утешая детей. И Кассий Агриппа до сих пор не простил первому внуку слёзы своей жены. Мог выбрать и другой способ стать отверженным. Не обижая двухлетних малышей.
Близнецы Саэльмо пообещали навестить нас ещё, уже с младшими братом и сестрой. Надо познакомиться с родственниками. Стражи и юные лорды Бездны прекрасно ладят. Повзрослели. Вспомнила, как Ада с Вейгаром и Вероникой явились на приём по случаю представления Императору правнуков. Ауры пронзают пространство, клыки сверкают в улыбке, когти выглядывают и снова прячутся... А если бы дети приняли боевой облик? Хорошо, что тогда их удалось отвлечь посещением сатх.
Консул явился в гости. Без армии. Армия, наверное, за углом ближайшей галактики прячется. Скоро в Цитадели не хватит места для гостей. Но для Вителлия Севера место, конечно, нашлось. И Зигги даже не приказал расконсервировать лагерь военнопленных. Собираемся в большой столовой дружной семьёй. Ага: я и четверо мужей, плюс дети, прибывшие с визитом.
Впрочем, Вителлий Север, погостив недельку, отбыл на Модену. Там комфортнее. И порталы настроены. Можно переходить, а не перелетать. Даже на новой яхте Алонсо полёт займёт сорок минут в один конец. Яхту, конечно, назвали "Миранда". Понятное дело! У Вителлия Севера яхта носит имя "Кариссима". И это уже пятая. Обзаведясь улучшенной моделью, консул отправляет старый корабль на уничтожение, перенеся "душу". Зигги свой новый рейдер, наверное, обзовёт "Принцессой".
– Почему папенька свою яхту назвал "Озорница"? А вы так и норовите на мне ездить!
– Удивительная, Император, да живёт он вечно! не может оказывать предпочтение какому-либо женскому имени. А мы, – можем.
– Хочешь сказать, что Кассий Агриппа затрудняется с выбором?
Говоря это, попыталась прикинуть сколько жён было у отца... Да... Лучше не рисковать. И так уже в Империи самым популярным именем является Лилия. И, как ни странно, Ирис. Впрочем, надгробие Юлии не имеет надписей. Только сломанный ирис, вырезанный на мраморе. Патриции моде не поддаются. Девочки из патрицианских семей по прежнему носят имя клана. Их немного, поэтому в счёте никто не путается.
Дитер и Дагмар растут не по дням, а по часам, как говорится в старых сказках. В два года, не нарушая традиций, представили их Императору. Оставили деда без плаща и поправили ему причёску. Всё как обычно. Радуюсь, что в моём мире хоть что-то неизменно. А именно: ошеломляющее впечатление, которое производит Император Кассий Агриппа, да живёт он вечно!
Получили в дар планетную систему. Близнецы, разумеется. Зятьёв Император не одаривает. Алонсо даровали графство в дополнение к ордену. У них с папулей совместный проект предотвращения переворотов. Зигмунд доволен. Близнецы не обделены вниманием. Кассий Агриппа вообще ко всем внукам очень щедр.
Вителлий Север смеётся, говоря, что моими стараниями армия Империи всегда занята. Надо же обеспечить Императора землями. Немыслимо, чтобы дед не смог одарить внуков. Кинула в мужа чашкой. Была выставлена бароном из столовой. С напутствием поучиться вести себя за столом. Не успела войти к себе, как тут же мне притащили учебник по этикету. Дааа... у Зигги не забалуешь. Сижу... учу... Глотаю слёзы обиды. Скорее бы на Модену. Алонсо меня не притесняет.
Краем глаза заметила радужную дымку. Метнулась в детскую. Радуга, – это признак Бездны, я уже знаю. А Балли не может появиться в моей секции без приглашения. Лорд Саэльмо прекрасно воспитан. Тоже, наверное, этикет учил в детстве. Надежда, что, может быть, это Люцилла увяла на корню при виде высокой дамы целеустремлённо направившейся к моим спящим детям. Стараюсь говорить спокойно, сжимая тяжёлую книгу по этикету, неизвестно зачем прихваченную с собой.
– Ни к чему беспокоить детей, леди.
Дама повернула ко мне голову на странно гибкой шее, и прорычала:
– Заткнись, смертная.
Клыки у неё... Т'хассы позавидуют. Кстати, да! Мысленно позвала старшую пару. Когда собаки появились в комнате, дама преобразилась. И я вспомнила, почему она показалась мне знакомой. Трансформируясь, мои внуки принимают почти такой же облик. Значит, это родственница Балли. Дети проболтались тётушке, что на Сааре подрастают стражи.
– Приветствую леди Арнору Саэльмо. Может быть, ты соблаговолишь присоединиться к нам за пиршественным столом?
И не меняя любезного выражения лица, бросаю в гостью книгу по этикету. Я учила этот свод правил с Милочкой. Так что, достаточно было просто освежить знания. И не имеет это отношения к швырянию в мужа посудой. Просто Зигги ревнует к консулу.
Яростный рёв монстра растерзавшего ни в чём не повинный фолиант и двинувшегося ко мне, кося глазом на т'хассов, меня особо не напугал. Со своими детьми я и не такого наслушалась.
– Т'хассов блокировать ты не умеешь. В отличие от лорда Этана.
И... тишина...
Недолгая. Леди прекрасно держит удар. Мигом вернула себе человеческий облик, оглядела меня надменно, как... нищую бродяжку и соблаговолила ответить.
– Лорд Этан, так неосторожно упомянутый тобой, смертная, стражей убивает. И даже ради любовницы он не изменит этому своему обыкновению.
– У меня нет любовников!
Холод стали в руке... Приглашающая улыбка леди Арноры. Злюсь на себя. Я знаю, что не справлюсь с тётушкой Балли, и просто тяну время, пытаясь отвлечь её от детей. Они ещё не умеют бояться. Не знают, что пора уходить. И дорогу стражей открыть не смогут. Не доросли ещё. Любопытствующие змеи аур моих детей облизывают воздух вокруг порождения Бездны. Как же Балли их называет? Драгоценность? Нет! Что-то похожее на клад. Сокровище! Сокровище Бездны! Леди пока не реагирует. Заметила ли она, что близнецы проснулись?
– В таком случае, я тебе не завидую, смертная! Ты посмела назвать имя высокого лорда Бездны, не имея на это даже тени права.
– Завидовать МНЕ с твоей стороны, действительно глупо, родственница.
Яростный блеск золотых глаз... Мило улыбаюсь в ответ. Злобное шипение вызывает у меня волну сожалений об отсутствии кольца-переводчика. Краем глаза вижу радужный отблеск за спиной леди Арноры. И знакомый голос произносит на всеобщем:
– Не ругайся при детях, Арнора.
Стремительный поворот и... низкий реверанс.
– Лорд-протектор, здесь нет детей. Это всего лишь отродья стражей.
– Это всего лишь дети, Арнора. Я не убиваю детей.
Лёгкий раскат "р" в имени дамы звучит предупреждением, не хуже, чем рычание. Тётушка Балли приобрела бесстрастно-светский вид. Излучает любезное безразличие. Хоть сейчас на приём к Императору, да живёт он вечно! А лорд Этан, одним шагом преодолев разделяющее нас расстояние, склонился к моей руке. В зеленовато-карих глазах восхищение.
– Леди Миранда, ты восхитительна. Не могу выразить, сколь приятно увидеть со вкусом одетую женщину.
На мне клюквенно-алое баронское платье. Нижнее шёлковое и верхнее из аксамита. Воротник подпирает подбородок, рукава до основания большого пальца, юбка в пол. И корсет, как же без него. Никаких дыр, никаких цепочек. Только на шее витая цепь с кулоном в виде косматого солнышка, и брошь-подсолнух на берете. Красный цвет мне к лицу, я знаю. А лорд, вероятно, вспомнил свою матушку. Пятьдесят тысяч лет назад в Бездне одевались скромнее. Выяснила эмпирическим путём. Кажется, это именно так называется. Но как лорду удалось просочиться сквозь леди Арнору? Он же прямо за ней стоял?
Дети зашипели требовательно. Новые посетители, а им не уделяют внимания. Непорядок! Ой, Балли, наверное, достанется от тётушки...
– Ты позволишь посмотреть на детей? Я не причиню им вреда, даю слово! Никогда не видел детей-стражей.
Молча двигаюсь к кроваткам близнецов. Лорд Этан – на шаг позади меня. Леди Арнора разъярённо фыркает, но не говорит ни слова. Почему у меня ощущение, что сейчас между представителями Бездны идёт беседа на повышенных тонах? Они разговаривают мысленно?
И? Я хочу сказать, что? Располосовали плащ лорда-протектора и поправили ему причёску. Никакого почтения к представителям другого вида! Растерянная улыбка лорда умиляет. Тётушка Балли посмотрела на детей с явным одобрением. Близнецам почти три года и передвигаются они так же быстро, как взрослые стражи. А вот когти могли бы и убрать. Умеют уже!
Лорд Этан попытался уложить детей обратно в кроватки, из которых они выскользнули. Дитер и Дагмар протестующе закурлыкали. Леди Арнора рассмеялась, и её обшипели. Я почти ожидала, что она их отшлёпает, но сокровище Бездны не так легко умилостивить, как воина. Солдат ребёнка не обидит, и всякое такое, как говорит Зигги.
Мужчины нерациональны. Они следуют правилам игры. Это женщина видит грядущую угрозу и не заморачивается рыцарством, стараясь уничтожить её в зародыше. Я прекрасно понимаю тётушку Балли. Но это не помешает мне защищать своих детей любыми методами.
– Вы присоединитесь к нам за обедом, лорд Этан?
– Благодарю, прекрасную леди Миранду. Позвольте предложить вам руки дамы.
И лорд-протектор подхватил нас с леди Арнорой под локотки и утащил из детской. Два шага и мы у дверей в столовую. Мои мужья скандалят. Вителлий Север орёт на Зигги, Зигги отругивается, Алонсо подаёт реплики, когда скандал начинает затихать. Алека не слышно. Впрочем, его шелестящий голос никогда громким не был. К барону и так прислушиваются. Похоже, меня выгнали бы в любом случае. Чтобы всласть поругаться. Лорд Этан, на которого я со стыдом посмотрела, улыбнулся чему-то своему, сказал пару слов, после чего его костюм и причёска приобрели безупречный вид, а двери распахнулись.
И вот тут змеи ауры барона атаковали нас со всех сторон. Я почти испугалась.
– Тебе ничего не грозит, прекрасная леди Миранда. Страж никогда не причинит вреда матери своих детей.
– Ты много знаешь о стражах.– Пауза. – Лорд.
Именно так. Через паузу. Шипение способно заморозить ужасом. Но лорд и леди Бездны вежливо улыбаются. Выступают единым фронтом, против угрозы со стороны. Зигги посмотрел на меня с вопросом. Успокаивающе кивнула. Алек и так уже определил, что с детьми всё в порядке. Алонсо, подойдя к нам, отвесил придворный поклон, с искренним восхищением глядя на леди Арнору. Мой синеглазый муж умудряется в одну улыбку вложить и восхищение красотой леди, и уважение к её явственно ощущаемой силе, и удовольствие от встречи с ней. Убрала нож обратно в рукав. Надо лучше следить за собой.
Зигги приказал обновить стол, лично поднёс высокой гостье вина, вручив мне серебряный поднос с чаркой для лорда-протектора. То есть, это приём по обычаям баронств? Вителлий Север сойдёт с ума.
Пустая чарка поставлена на поднос. Лёгкое касание губ… везде. Как такое может быть? Ошеломлённо смотрю в в зелёно-карие глаза, со дна которых пузырьками поднимаются смешливые искорки. Начинаю злиться. Лорд Этан склонил голову в поклоне и отошёл на шаг. Поставила поднос на буфет, усилием воли подавив желание запулить им в Зигги.
От барона Алека идёт волна ледяной ярости. Но! Ни звука протеста. А безднова тварь, пришедшая убить моих детей, дарит моему мужу страстный поцелуй. В центре моего существа зарождается рычание. И… я не хватаюсь за нож. Я знаю, что это бесполезно, но не поэтому. Растерянно смотрю на свои пальцы, ища когти… Мне показалось, или?.. Алек и лорд-протектор понимающе переглянулись. Не стала реагировать на провокации, заняла своё место за столом. Обед продолжился в тёплой дружественной обстановке, как принято писать в официальных отчётах.
А когда мы перешли в гостиную, Вителлий Север обратился к Зигги:
– Барон Зигмунд, я прошу разрешения для посещения твоей резиденции семью офицерами Империи.
Зигги посмотрел на консула с интересом, – муж ответил барону прямым холодным взглядом. И Зигги медленно кивнул, соглашаясь. Алонсо смотрит на меня со странным выражением лица и молчит. Лорд Этан улыбается каким-то своим мыслям, а тётушка Балли откровенно потешается, глядя на меня. Барон Алек превратился в собственную тень. Сердце заколотилось в испуге. Что произошло? Зачем понадобились офицеры в Цитадели баронов фон Фальке?
Лорд и леди Бездны нас покинули, заверив Зигги в полном своём расположении. Для высадки потребовался целый час. Десантный катер сел на Саарском космодроме и на том же танке, с тем же водителем, офицеры Его Императорского Величества Кассия Агриппы, да живёт он вечно! были доставлены в Цитадель. Это заняло сорок минут. И ещё двадцать минут на привести себя в порядок и переговорить с консулом. Меня трясёт от нехорошего предчувствия.
Не напрасно. Когда мы собрались в зале приёмов, Вителлий Север объявил мне:
– Я ухожу, кариссима. Я устал от такой жизни. Всё имущество, которое ты пожелаешь оставить, ты получишь.
Молча смотрю на мужа. Нет у меня слов. Но… патрицианский брак не допускает развода! Как же так?! Потом вспомнила новые законы Империи. Точнее, древние. По которым, женщина, родившая в браке троих детей, выходила из под власти опекуна и обретала самостоятельность. В древности это не касалось патрицианского брака, а в Империи закон один для всех. Всё правильно: семь свидетелей из граждан Империи. И стандартные слова… "tuas res tibi agito" (заботься о своих делах) уже прозвучали, ударом топора рассекая мою жизнь на "до" и "после".
Консул отдал Зигмунду чёткий военный поклон. Поворот кругом и печатая шаг, вышел вместе со своими офицерами, старательно не смотрящими в мою сторону. Я… в растерянности. Не знаю, куда девать руки. Ощущаю себя странно лёгкой, не имеющей веса. Как тогда… когда я сползала по стене, думая, что мой муж убил отца.
– Иди к детям, принцесса.
Непонимающе смотрю на Зигги. Муж, шагнув ко мне, встряхнул меня за плечи, заглядывая в глаза.
– Вы тоже уйдёте? Ты, и Алонсо?
– Удивительная, что за мысли?
В синих глазах нет сочувствия. И чёртик только один. Сидит, задумчивый, подперев рукой рогатую голову. А барон спокойно говорит:
– Мы с тобой решили все вопросы уже давно, принцесса. Ты моя жена. Я принял изменившиеся реалии нашего брака. И обязанности по сохранению нашей семьи.
– Он вернётся, Миранда. Вителлий Север слишком… он не сможет вот так, просто, отойти в сторону.
Стиснула зубы. Они не понимают. В мирах Союза разводов нет и оба моих мужа принимают меры для сохранения семьи. От лорда Бездны не скроешься и справиться с ним не просто трудно, а практически невозможно.
Асмунд и Асхильд прибыли к нам вместе со своими кузенами – детьми Тита. Увидев когтистых и клыкастых дядюшку и тётушку, трио Вителлиев Северов в полном составе выпало в осадок. Интересно. Они ни разу не видели трансформации своих бездновых родственников? Посмотрела на отпрысков Балли с вопросом, получила отрицательное покачивание головами. Ну да... У детей сейчас тренировки по удержанию человеческого облика. Молодцы. Стараются. А ксенофобия Титового потомства, унаследованная от отца, мне не нравится. Вспомнила, как Тит обидел Бадварда и Бальду... И неважно, что это было сделано, для создания образа изгоя. Вроде бы, он потом извинился. Но! Это было потом! А Юлия плакала, утешая детей. И Кассий Агриппа до сих пор не простил первому внуку слёзы своей жены. Мог выбрать и другой способ стать отверженным. Не обижая двухлетних малышей.
Близнецы Саэльмо пообещали навестить нас ещё, уже с младшими братом и сестрой. Надо познакомиться с родственниками. Стражи и юные лорды Бездны прекрасно ладят. Повзрослели. Вспомнила, как Ада с Вейгаром и Вероникой явились на приём по случаю представления Императору правнуков. Ауры пронзают пространство, клыки сверкают в улыбке, когти выглядывают и снова прячутся... А если бы дети приняли боевой облик? Хорошо, что тогда их удалось отвлечь посещением сатх.
Консул явился в гости. Без армии. Армия, наверное, за углом ближайшей галактики прячется. Скоро в Цитадели не хватит места для гостей. Но для Вителлия Севера место, конечно, нашлось. И Зигги даже не приказал расконсервировать лагерь военнопленных. Собираемся в большой столовой дружной семьёй. Ага: я и четверо мужей, плюс дети, прибывшие с визитом.
Впрочем, Вителлий Север, погостив недельку, отбыл на Модену. Там комфортнее. И порталы настроены. Можно переходить, а не перелетать. Даже на новой яхте Алонсо полёт займёт сорок минут в один конец. Яхту, конечно, назвали "Миранда". Понятное дело! У Вителлия Севера яхта носит имя "Кариссима". И это уже пятая. Обзаведясь улучшенной моделью, консул отправляет старый корабль на уничтожение, перенеся "душу". Зигги свой новый рейдер, наверное, обзовёт "Принцессой".
– Почему папенька свою яхту назвал "Озорница"? А вы так и норовите на мне ездить!
– Удивительная, Император, да живёт он вечно! не может оказывать предпочтение какому-либо женскому имени. А мы, – можем.
– Хочешь сказать, что Кассий Агриппа затрудняется с выбором?
Говоря это, попыталась прикинуть сколько жён было у отца... Да... Лучше не рисковать. И так уже в Империи самым популярным именем является Лилия. И, как ни странно, Ирис. Впрочем, надгробие Юлии не имеет надписей. Только сломанный ирис, вырезанный на мраморе. Патриции моде не поддаются. Девочки из патрицианских семей по прежнему носят имя клана. Их немного, поэтому в счёте никто не путается.
Дитер и Дагмар растут не по дням, а по часам, как говорится в старых сказках. В два года, не нарушая традиций, представили их Императору. Оставили деда без плаща и поправили ему причёску. Всё как обычно. Радуюсь, что в моём мире хоть что-то неизменно. А именно: ошеломляющее впечатление, которое производит Император Кассий Агриппа, да живёт он вечно!
Получили в дар планетную систему. Близнецы, разумеется. Зятьёв Император не одаривает. Алонсо даровали графство в дополнение к ордену. У них с папулей совместный проект предотвращения переворотов. Зигмунд доволен. Близнецы не обделены вниманием. Кассий Агриппа вообще ко всем внукам очень щедр.
Вителлий Север смеётся, говоря, что моими стараниями армия Империи всегда занята. Надо же обеспечить Императора землями. Немыслимо, чтобы дед не смог одарить внуков. Кинула в мужа чашкой. Была выставлена бароном из столовой. С напутствием поучиться вести себя за столом. Не успела войти к себе, как тут же мне притащили учебник по этикету. Дааа... у Зигги не забалуешь. Сижу... учу... Глотаю слёзы обиды. Скорее бы на Модену. Алонсо меня не притесняет.
Краем глаза заметила радужную дымку. Метнулась в детскую. Радуга, – это признак Бездны, я уже знаю. А Балли не может появиться в моей секции без приглашения. Лорд Саэльмо прекрасно воспитан. Тоже, наверное, этикет учил в детстве. Надежда, что, может быть, это Люцилла увяла на корню при виде высокой дамы целеустремлённо направившейся к моим спящим детям. Стараюсь говорить спокойно, сжимая тяжёлую книгу по этикету, неизвестно зачем прихваченную с собой.
– Ни к чему беспокоить детей, леди.
Дама повернула ко мне голову на странно гибкой шее, и прорычала:
– Заткнись, смертная.
Клыки у неё... Т'хассы позавидуют. Кстати, да! Мысленно позвала старшую пару. Когда собаки появились в комнате, дама преобразилась. И я вспомнила, почему она показалась мне знакомой. Трансформируясь, мои внуки принимают почти такой же облик. Значит, это родственница Балли. Дети проболтались тётушке, что на Сааре подрастают стражи.
– Приветствую леди Арнору Саэльмо. Может быть, ты соблаговолишь присоединиться к нам за пиршественным столом?
И не меняя любезного выражения лица, бросаю в гостью книгу по этикету. Я учила этот свод правил с Милочкой. Так что, достаточно было просто освежить знания. И не имеет это отношения к швырянию в мужа посудой. Просто Зигги ревнует к консулу.
Яростный рёв монстра растерзавшего ни в чём не повинный фолиант и двинувшегося ко мне, кося глазом на т'хассов, меня особо не напугал. Со своими детьми я и не такого наслушалась.
– Т'хассов блокировать ты не умеешь. В отличие от лорда Этана.
И... тишина...
Недолгая. Леди прекрасно держит удар. Мигом вернула себе человеческий облик, оглядела меня надменно, как... нищую бродяжку и соблаговолила ответить.
– Лорд Этан, так неосторожно упомянутый тобой, смертная, стражей убивает. И даже ради любовницы он не изменит этому своему обыкновению.
– У меня нет любовников!
Холод стали в руке... Приглашающая улыбка леди Арноры. Злюсь на себя. Я знаю, что не справлюсь с тётушкой Балли, и просто тяну время, пытаясь отвлечь её от детей. Они ещё не умеют бояться. Не знают, что пора уходить. И дорогу стражей открыть не смогут. Не доросли ещё. Любопытствующие змеи аур моих детей облизывают воздух вокруг порождения Бездны. Как же Балли их называет? Драгоценность? Нет! Что-то похожее на клад. Сокровище! Сокровище Бездны! Леди пока не реагирует. Заметила ли она, что близнецы проснулись?
– В таком случае, я тебе не завидую, смертная! Ты посмела назвать имя высокого лорда Бездны, не имея на это даже тени права.
– Завидовать МНЕ с твоей стороны, действительно глупо, родственница.
Яростный блеск золотых глаз... Мило улыбаюсь в ответ. Злобное шипение вызывает у меня волну сожалений об отсутствии кольца-переводчика. Краем глаза вижу радужный отблеск за спиной леди Арноры. И знакомый голос произносит на всеобщем:
– Не ругайся при детях, Арнора.
Стремительный поворот и... низкий реверанс.
– Лорд-протектор, здесь нет детей. Это всего лишь отродья стражей.
– Это всего лишь дети, Арнора. Я не убиваю детей.
Лёгкий раскат "р" в имени дамы звучит предупреждением, не хуже, чем рычание. Тётушка Балли приобрела бесстрастно-светский вид. Излучает любезное безразличие. Хоть сейчас на приём к Императору, да живёт он вечно! А лорд Этан, одним шагом преодолев разделяющее нас расстояние, склонился к моей руке. В зеленовато-карих глазах восхищение.
– Леди Миранда, ты восхитительна. Не могу выразить, сколь приятно увидеть со вкусом одетую женщину.
На мне клюквенно-алое баронское платье. Нижнее шёлковое и верхнее из аксамита. Воротник подпирает подбородок, рукава до основания большого пальца, юбка в пол. И корсет, как же без него. Никаких дыр, никаких цепочек. Только на шее витая цепь с кулоном в виде косматого солнышка, и брошь-подсолнух на берете. Красный цвет мне к лицу, я знаю. А лорд, вероятно, вспомнил свою матушку. Пятьдесят тысяч лет назад в Бездне одевались скромнее. Выяснила эмпирическим путём. Кажется, это именно так называется. Но как лорду удалось просочиться сквозь леди Арнору? Он же прямо за ней стоял?
Дети зашипели требовательно. Новые посетители, а им не уделяют внимания. Непорядок! Ой, Балли, наверное, достанется от тётушки...
– Ты позволишь посмотреть на детей? Я не причиню им вреда, даю слово! Никогда не видел детей-стражей.
Молча двигаюсь к кроваткам близнецов. Лорд Этан – на шаг позади меня. Леди Арнора разъярённо фыркает, но не говорит ни слова. Почему у меня ощущение, что сейчас между представителями Бездны идёт беседа на повышенных тонах? Они разговаривают мысленно?
И? Я хочу сказать, что? Располосовали плащ лорда-протектора и поправили ему причёску. Никакого почтения к представителям другого вида! Растерянная улыбка лорда умиляет. Тётушка Балли посмотрела на детей с явным одобрением. Близнецам почти три года и передвигаются они так же быстро, как взрослые стражи. А вот когти могли бы и убрать. Умеют уже!
Лорд Этан попытался уложить детей обратно в кроватки, из которых они выскользнули. Дитер и Дагмар протестующе закурлыкали. Леди Арнора рассмеялась, и её обшипели. Я почти ожидала, что она их отшлёпает, но сокровище Бездны не так легко умилостивить, как воина. Солдат ребёнка не обидит, и всякое такое, как говорит Зигги.
Мужчины нерациональны. Они следуют правилам игры. Это женщина видит грядущую угрозу и не заморачивается рыцарством, стараясь уничтожить её в зародыше. Я прекрасно понимаю тётушку Балли. Но это не помешает мне защищать своих детей любыми методами.
– Вы присоединитесь к нам за обедом, лорд Этан?
– Благодарю, прекрасную леди Миранду. Позвольте предложить вам руки дамы.
И лорд-протектор подхватил нас с леди Арнорой под локотки и утащил из детской. Два шага и мы у дверей в столовую. Мои мужья скандалят. Вителлий Север орёт на Зигги, Зигги отругивается, Алонсо подаёт реплики, когда скандал начинает затихать. Алека не слышно. Впрочем, его шелестящий голос никогда громким не был. К барону и так прислушиваются. Похоже, меня выгнали бы в любом случае. Чтобы всласть поругаться. Лорд Этан, на которого я со стыдом посмотрела, улыбнулся чему-то своему, сказал пару слов, после чего его костюм и причёска приобрели безупречный вид, а двери распахнулись.
И вот тут змеи ауры барона атаковали нас со всех сторон. Я почти испугалась.
– Тебе ничего не грозит, прекрасная леди Миранда. Страж никогда не причинит вреда матери своих детей.
– Ты много знаешь о стражах.– Пауза. – Лорд.
Именно так. Через паузу. Шипение способно заморозить ужасом. Но лорд и леди Бездны вежливо улыбаются. Выступают единым фронтом, против угрозы со стороны. Зигги посмотрел на меня с вопросом. Успокаивающе кивнула. Алек и так уже определил, что с детьми всё в порядке. Алонсо, подойдя к нам, отвесил придворный поклон, с искренним восхищением глядя на леди Арнору. Мой синеглазый муж умудряется в одну улыбку вложить и восхищение красотой леди, и уважение к её явственно ощущаемой силе, и удовольствие от встречи с ней. Убрала нож обратно в рукав. Надо лучше следить за собой.
Зигги приказал обновить стол, лично поднёс высокой гостье вина, вручив мне серебряный поднос с чаркой для лорда-протектора. То есть, это приём по обычаям баронств? Вителлий Север сойдёт с ума.
Пустая чарка поставлена на поднос. Лёгкое касание губ… везде. Как такое может быть? Ошеломлённо смотрю в в зелёно-карие глаза, со дна которых пузырьками поднимаются смешливые искорки. Начинаю злиться. Лорд Этан склонил голову в поклоне и отошёл на шаг. Поставила поднос на буфет, усилием воли подавив желание запулить им в Зигги.
От барона Алека идёт волна ледяной ярости. Но! Ни звука протеста. А безднова тварь, пришедшая убить моих детей, дарит моему мужу страстный поцелуй. В центре моего существа зарождается рычание. И… я не хватаюсь за нож. Я знаю, что это бесполезно, но не поэтому. Растерянно смотрю на свои пальцы, ища когти… Мне показалось, или?.. Алек и лорд-протектор понимающе переглянулись. Не стала реагировать на провокации, заняла своё место за столом. Обед продолжился в тёплой дружественной обстановке, как принято писать в официальных отчётах.
А когда мы перешли в гостиную, Вителлий Север обратился к Зигги:
– Барон Зигмунд, я прошу разрешения для посещения твоей резиденции семью офицерами Империи.
Зигги посмотрел на консула с интересом, – муж ответил барону прямым холодным взглядом. И Зигги медленно кивнул, соглашаясь. Алонсо смотрит на меня со странным выражением лица и молчит. Лорд Этан улыбается каким-то своим мыслям, а тётушка Балли откровенно потешается, глядя на меня. Барон Алек превратился в собственную тень. Сердце заколотилось в испуге. Что произошло? Зачем понадобились офицеры в Цитадели баронов фон Фальке?
Лорд и леди Бездны нас покинули, заверив Зигги в полном своём расположении. Для высадки потребовался целый час. Десантный катер сел на Саарском космодроме и на том же танке, с тем же водителем, офицеры Его Императорского Величества Кассия Агриппы, да живёт он вечно! были доставлены в Цитадель. Это заняло сорок минут. И ещё двадцать минут на привести себя в порядок и переговорить с консулом. Меня трясёт от нехорошего предчувствия.
Не напрасно. Когда мы собрались в зале приёмов, Вителлий Север объявил мне:
– Я ухожу, кариссима. Я устал от такой жизни. Всё имущество, которое ты пожелаешь оставить, ты получишь.
Молча смотрю на мужа. Нет у меня слов. Но… патрицианский брак не допускает развода! Как же так?! Потом вспомнила новые законы Империи. Точнее, древние. По которым, женщина, родившая в браке троих детей, выходила из под власти опекуна и обретала самостоятельность. В древности это не касалось патрицианского брака, а в Империи закон один для всех. Всё правильно: семь свидетелей из граждан Империи. И стандартные слова… "tuas res tibi agito" (заботься о своих делах) уже прозвучали, ударом топора рассекая мою жизнь на "до" и "после".
Консул отдал Зигмунду чёткий военный поклон. Поворот кругом и печатая шаг, вышел вместе со своими офицерами, старательно не смотрящими в мою сторону. Я… в растерянности. Не знаю, куда девать руки. Ощущаю себя странно лёгкой, не имеющей веса. Как тогда… когда я сползала по стене, думая, что мой муж убил отца.
– Иди к детям, принцесса.
Непонимающе смотрю на Зигги. Муж, шагнув ко мне, встряхнул меня за плечи, заглядывая в глаза.
– Вы тоже уйдёте? Ты, и Алонсо?
– Удивительная, что за мысли?
В синих глазах нет сочувствия. И чёртик только один. Сидит, задумчивый, подперев рукой рогатую голову. А барон спокойно говорит:
– Мы с тобой решили все вопросы уже давно, принцесса. Ты моя жена. Я принял изменившиеся реалии нашего брака. И обязанности по сохранению нашей семьи.
– Он вернётся, Миранда. Вителлий Север слишком… он не сможет вот так, просто, отойти в сторону.
Стиснула зубы. Они не понимают. В мирах Союза разводов нет и оба моих мужа принимают меры для сохранения семьи. От лорда Бездны не скроешься и справиться с ним не просто трудно, а практически невозможно.
