Я не знаю, как писать отчёт. То есть ту его часть, которая касается меня. Если отцу Иакову не понравится, что лорд Сэ получал удовольствие от процесса, он может повторить эти практические занятия. А если я не отмечу это его удовольствие в отчёте, то отчёт будет сочтён неполным, что опять-таки приведёт к повторению практики. Не хочу!
Буду писать как есть. Эмоции – только те, которые были видимы стороннему наблюдателю. Вот работка, не позавидуешь. Или на неё вуайеристов отправляют? Или где? Хотя, мы же на Семинаре! Скорее всего, стажёры мучаются нереализуемыми в ближайшее время желаниями...
Завтра. Всё завтра. А сейчас я ухожу к себе. Спать. Надеюсь, без кошмаров.
– Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, дорогуша.
Лорд Сэ молчит, не поворачиваясь ко мне. И слава Богу! Ухожу в свою келью.
Рано ушла. Ещё визит отца Иакова надо пережить. Тёмный попытался было меня "отмазать" от вечернего "разбора полётов", но отец Иаков проявил твёрдость, и меня вызвали из кельи. Ну я всё равно не спала. Боюсь заснуть...
– Доброго вечера, дети мои. – Благостная улыбка... Сколько он таких групп курирует?
– Добрый вечер, отец Иаков. – Дружно встаём.
– Сегодня очень тяжёлый день. Это занятие проходит одинаково тяжело для всех групп. Я вижу, что и в вашей группе появилась проблема. Дитя моё – повернулся ко мне – выскажи свои претензии, жалобы, всё, что тебя беспокоит.
Нндаа! Наблюдение на высшем уровне. Как и реагирование. Хотя, до сегодняшнего дня, необходимости вмешательства отца Иакова не было. Мы были едины в своём стремлении выжить. Как давно это было...
– У меня нет претензий, отец Иаков. Я понимаю, что сегодняшний урок необходим для нашего совершенствования, и не обижаюсь ни на кого. Меня беспокоит реакция одного из моих компаньонов. Я не могу понять её. Конечно, у меня нет опыта...
Похоже, что мы действительно перешли из категории потенциального "мяса", в категорию "учащихся". Иначе, с чего бы отцу Иакову проявлять беспокойство. Дождаться, когда конфликт разрастётся, и "отчислить" за неподобающее поведение. А он пришёл выяснять изменившиеся взаимоотношения в группе.
– Сын мой – это уже к Светлейшему – объясни нам свою реакцию.
– Надо объяснять? – Благостная улыбка и кивок в ответ. – Хорошо. Как скажете, отец Иаков. Мы здесь уже пятый месяц. И у меня всё это время не было женщины. Я не сделал ничего превышающего уровень воздействия, заданный лордом Эриком. Да, я получил удовольствие, и не стал этого скрывать. И что из этого?
– Ты получал удовольствие, причиняя мне боль? И спрашиваешь, что из этого?
Я растерялась. Потом вспомнила, что я в глазах лорда Сэ "помесь помойная". А немного позже вспомнила, что лорд Сэ телепат...
Ласковая улыбка в ответ. В прошлый раз такая улыбка скрывала бешенство. Осторожно касаюсь... Бешенство. Ледяное. Направлено, правда не на меня. А на ситуацию в целом.
– Сын мой, утренней порции женского внимания тебе было недостаточно?
Молчание. Глубокое. Замерли втроём. Отец Иаков может приказать всё повторить. Страшно-то как! Вот это – настоящий психологический прессинг!
– Дети мои. Ваши отчёты должны быть сделаны до обеденного перерыва. Я просмотрю и объявлю вам результат. Постарайтесь наладить взаимоотношения в группе. Чтобы мне не пришлось вмешиваться. До завтра.
– До завтра, отец Иаков! – опять дружно встаём.
Собираюсь уходить. Лорд Сэ окликает меня:
– Тигра, ты действительно решила, что мне доставляет удовольствие причинять тебе боль?
Лорд Эрик молчит, с интересом рассматривая нас обоих. А мне надоело выяснять отношения, и я швырнула обоим лордам их эмоции, считанные мной на практическом занятии.
– Разбирайтесь сами со своими удовольствиями и жаждой. А я пойду спать. Завтра ещё отчёт писать. Сочинение "Как я провела вчерашний день"!
– Ещё раз спокойной ночи, дорогуша.
– Спокойной ночи.
– Доброй ночи, моя Тигра.
Поворачиваюсь, стараясь "держать лицо". Надо было проделать дыхательные упражнения, прежде чем выходить на встречу с куратором.
– Я прошу запомнить, Светлейший: я не "твоя Тигра". Если ты будешь учитывать этот факт при нашем общении, то у нас не будет проблем взаимоотношений в группе. И меня вполне устраивало твоё ко мне отношение до сегодняшнего дня. Держись в тех же границах, и всё будет нормально.
– А если нет?
– Светлый, тебе определённая жидкость на уши давит? Дама ясно выразила свои пожелания. Что непонятно?
– Я разговариваю со своей женщиной, Тёмный. Если мне понадобится знать твоё мнение, я спрошу его у тебя.
– Можем обсудить это. Только ты и я. Без оружия и магии.
– Позволю себе напомнить благородным лордам, предупреждение отца Иакова. Я предпочла бы избежать его вмешательства. Не хочу испытать на себе воспитательные меры. И наблюдать, как воспитывают кого-либо из вас, также не желаю. Конечно, выбирать вам.
– Дорогуша, почему-то словосочетание "благородные лорды" в твоих устах звучит как "подонки"... Такое твоё отношение глубоко ранит меня. Я даже могу разразиться неудержимыми слезами.
Представила себе лорда Эрика в "неудержимых слезах"... Попыталась не смеяться. Не получилось. Рассмеялась, а потом, неожиданно для себя, "разразилась неудержимыми слезами". Тёмный лорд взял меня на руки, сел на пол, и баюкал как ребёнка. А я рыдала у него на груди, выплакивая весь страх и боль сегодняшнего дня.
– Поплачь, сестрёнка, поплачь... Я не могу тебя утешить обещанием, что подобное не повторится. Нам здесь ещё восемь месяцев "совершенствоваться". Откуда ты такие слова знаешь? Даже отец Иаков впечатлился.
– У меня высшее образование. Я много слов знаю.
– Что означает "высшее образование"?
– В общей сложности: десять лет общеобразовательной школы плюс пять лет специализированного учебного заведения. В моём случае – шесть лет, поскольку я училась по вечерам, а днём работала.
Я успокоилась. Попыталась высвободиться из рук Тёмного лорда, тут же отпустившего меня.
– Я пойду спать. Спасибо, лорд Эрик.
– Обращайся, дорогуша. Буду рад помочь.
Ухожу к себе, пройдя мимо безмолвного Светлого, пребывающего в ярости. Устала. Целитель хорошо сделал своё дело, но душевное напряжение удалось снять только выплакавшись. Чувствую себя опустошённой.
А ночью лорд Сэ, не желающий понимать сказанных ему слов, вошёл в мою келью. Я проснулась от внезапного страха, вскинулась, было, с койки, и тут же была перехвачена. Одна его рука обхватила мою спину, перед этим вскользь мазнув по горлу, а вторая – под коленями. Я пыталась кричать, а голоса не было. Скользящее прикосновение отключило мои голосовые связки. Вспомнились объекты в разделочной, так же разевающие рты в беззвучном крике...
Лорд Сэ уложил меня на площадке, где я выполняла йогические асаны и мудры. Не сразу уложил. Я извивалась, кусалась и царапалась. Но меня не учили бою без оружия в кромешной темноте. С оружием, впрочем, тоже не учили. С холодным в смысле. Умение кидать гранаты и стрелять из автомата и винтовки в такой ситуации выручить не может. Потому что ни гранат, ни автомата ни винтовки в наличии нет. Поэтому практически уже через пару минут я была надёжно зафиксирована так, что не могла пошевелить ни руками, вытянутыми над головой, ни широко разведёнными ногами.
Лорд Сэ лёг на бок рядом со мной, и начал меня вдумчиво изучать, поглаживая, ощупывая, пробуя на язык при поцелуях. Меня трясло от беспомощного отвращения. Я понимала, к чему всё идёт, понимала, что лорд Сэ старается "разбудить" моё съёжившееся от ужаса тело. И не понимала, почему он не может осознать, что ему это не удастся. Во всяком случае так скоро после "весёлого времяпрепровождения", которое он устроил мне на пару с Тёмным лордом.
Полувздох, полустон. Тихий-тихий. И лорд Сэ начинает целовать мои бёдра. Я сейчас умру. Потому что "многая знания" теории вполне определённо поясняют, что не желая, более, терять время, лорд намерен ускорить процедуру. Вот уж действительно: "многая знания порождают многая печали". Из глаз катятся слёзы. Скатываются по вискам, смачивая волосы. По прежнему не могу издать ни звука.
Началось. Боль не такая, как в самый первый раз, – целитель залечил все повреждения, а вот эмоции лорда Сэ полнее и ярче. И он перестал торопиться, наслаждается каждым движением, каждым соприкосновением, замирая на мгновенье, и продолжая насыщаться мной. Возможно, мне следует радоваться, что этот процесс вызывает у лорда такие ощущения, но я не могу. Да и чему радоваться? После пятимесячного воздержания любая женщина покажется верхом совершенства.
Опять забыла, что помимо прочих "достоинств" лорд Сэ ещё и мысли читает. Эмоции дополняются злостью, подсвечивающей их яркость. И этот кошмар длится, длится и длится. А ночь всё не кончается! Прикосновения из лёгких и нежных становятся "стальными". Я не удивлюсь, если лорд Сэ сможет пальцами завязать кочергу морским узлом. И вот эти пальцы стискивают меня, безмолвно кричащую от боли, и задыхающуюся от слёз.
Я не знаю, сколько раз я обрушивалась во тьму, выталкиваемая туда изголодавшимся по женскому телу лордом. На мне уже давно нет живого места. А ночь всё не кончается. И лёгкий, едва уловимый, шёпот на ухо. Я не знаю языка, на котором изволит говорить со мной лорд Сэ. Но по эмоциям можно перевести как "аппетит приходит во время еды". То есть, весь этот кошмар будет продолжаться.
И тогда во мне вскипает спинной мозг. Я не знаю, как ещё пояснить свои ощущения. Бессильная ярость растекается внутри меня подобно кипящей патоке, пропитывая мои кости, сжигая меня. Я кричу, кричу и кричу. Звука нет, но лорду Сэ звуки и не нужны. Он пытается меня удержать, а я растекаюсь горячим металлом. Больно... Боль внутри меня, в каждой клеточке, плавящейся от температуры кипения металла.
Ну это я загнула, конечно. Это у меня художественное преувеличение. Потягиваюсь, проверяя есть ли повреждения. Запах... Знакомый... Еда? Нет... Самец... В охоте... Рассматриваю высокого тонкокостного самца, которого я могла бы переломить ударом лапы... Или не могла бы? На всякий случай показываю ему клыки. И когти, проведя ими по полу. Плохой пол. Царапин не остаётся. Всё равно что по воде когтями водить.
– Тигра... Ты прекрасна!
Пробую на вкус восхищение самца. Искреннее... И ещё, довольство от недавней близости с самкой. И ещё радость от того, что я такая красивая и сильная и вообще... Вся такая!
– Муррр!
Медленно приближается ко мне. Наблюдаю. Протягивает руку. Впитываю ауру. Сильный. Очень сильный самец. Жалко, что всего лишь двуногий. От такого родились бы крепкие, здоровые котята. Начинает почёсывать меня под подбородком... Муррр... Волны довольства окутывают меня и этого тощего самца, улёгшегося рядом со мной, и продолжающего меня почёсывать. Потом рука перемещается к левому уху, и начинает почёсывать за ним... Муррр!
Где-то внутри, глубоко во мне, слабая двуногая самка кричит, не желая получать удовольствие. Двуногие очень странные. Муррр! Рядом такой хороший, сильный самец. Чего она убежала? Глупая, глупая двуногая самка! Муррр!
– Тигра... – Голос становится нежным и просящим. – А ты не хочешь вернуться?
– Грррр! – Глупый двуногий! Я только пришла! А не менее глупая двуногая прячется за мной. Вот и пусть прячется!
Вскакиваю, прижимаю уши и прыгаю... Пытаюсь прыгнуть. Двуногий хватает меня за шею, и не даёт схватить ещё одного двуногого. Принюхиваюсь... Это второй самец, который иногда защищает двуногую самку. Пусть живёт. Предупреждающе рычу на двуногого, посмевшего меня удерживать.
– Тигра... Вернись, пожалуйста...
– Доигрался, Светлый? Они разделились. Две её ипостаси.
– Грррр! Гррррааууу!!! – Порву обоих! А может и не смогу... Второй двуногий какой-то неправильный. В нём есть ещё кто-то. Нет! Не в нём! Он! Он сам может стать ещё кем-то... Опасным! Гррраааууу!
Вспыхивает свет. Двуногая крикнула, чтобы я зажмурилась. И я зажмурилась, а потом начала смотреть. Двуногая самка не такая уж и глупая. Может быть полезной. Только в самцах ничего не понимает.
Стоим втроём, повернувшись к дверному проёму. Два двуногих самца и я посередине. Рука первого двуногого поглаживает меня между ушей. Глупый двуногий старается меня успокоить. А я и не волнуюсь. Это самка заволновалась и заметалась внутри меня. Пытаюсь её успокоить, одновременно прислушиваясь к шагам. Двуногие ещё не слышат, а я слышу! Вот! Первый двуногий, который хочет глупую самку, прячущуюся во мне насторожился. Хороший самец. Сможет оберегать котят. Нет. У двуногих они называются ребёнки. Нет... Другое слово. Де-ти. Да. Дети. Зачем двуногим столько слов? Они не чувствуют запахи, может быть слова заменяют им обоняние? Надо это обдумать. Пытаюсь лечь на пол, но рука двуногого... Как его называть?! Я запутаюсь в рассказе. Лорд Сэ. Да. Так называют первого двуногого. Так вот: лорд Сэ не позволяет мне лечь, удерживая за холку. Гррр!
Заходит ещё один двуногий самец. Крупный и сильный. Мои оба два перед ним – котята.
– Дитя моё...
И как только этот двуногий посмотрел на меня, я превратилась в котёнка, и побежала, побежала, побежала прятаться. Двуногая самка схватила меня на руки, прижала к себе, защищая, и выступила вперёд. А я пролезла к ней внутрь. Тихо-тихо... И буду наблюдать отсюда. Ну его, этого отца Иакова. Что он придумает для Тигры, кто знает. Я уж лучше здесь посижу, понаблюдаю. Здесь меня не достанут.
– Отец Иаков! Я... Вот! И что теперь? – Глупая самка. Не может связать двух слов!
– Дитя моё! Теперь ты успокоишься, отыщешь в себе полосатую кошку, и постараешься слиться с ней. Если не сумеешь, я подумаю, как тебе с этим помочь. Даю вам троим время до обеденного перерыва. Отчёты сдадите вечером. Раз уж такие обстоятельства. Кстати, при каких обстоятельствах произошло явление твоей второй ипостаси народу?
Молчим вдвоём с двуногой самкой. Я молчу, потому что не знаю, что меня разбудило, почему молчит самка... Кто их, этих двуногих разберёт!
– Сын мой? – Смотрит на лорда Сэ.
– Ипостась проявилась под утро, отец Иаков. После совместно проведённой ночи.
– Я ведь предупредил тебя, сын мой. Совместная ночь была добровольной?
– Отец Иаков! Не прозвучало ни звука возражения!
И я вспомнила... Беззвучный крик двуногой самки, кипящее отчаяние, заливающее мою нору... Я выскользнула наружу, а испуганная двуногая спряталась, сжавшись в комочек, в моей норе. Ярость полыхнула во мне расплавляя меня, прожигая двуногую... Мы горим вдвоём. Как больно! Я рычу, выпускаю когти, пытаясь вытянуть из огня себя и глупую двуногую самку, но кипящая лава заливает нас. Сплавляет, перемешивает... И мы умираем. Но рождается Тигра. Её... Нас... Меня!
– Меня зовут Тигра. Меняющая облик. С добрым утром, отец Иаков, лорды!
– Дети мои. – Усталый вздох. – До обеда ваша группа отдыхает. Отчёты, как обычно, сдадите перед ужином. Дополните их ночными событиями. Мне интересно. До вечера, дети мои!
– До вечера, отец Иаков!
Я вошла в свою келью, с трудом добралась до койки, и отключилась насмерть. Слишком много всего. Но тело не болит. Проснувшись, валялась, вспоминая всё, что читала за оборотней: все авторы единогласно утверждают, что раны нанесённые оборотню в человеческом облике автоматически исцеляются при "перекидывании".
Буду писать как есть. Эмоции – только те, которые были видимы стороннему наблюдателю. Вот работка, не позавидуешь. Или на неё вуайеристов отправляют? Или где? Хотя, мы же на Семинаре! Скорее всего, стажёры мучаются нереализуемыми в ближайшее время желаниями...
Завтра. Всё завтра. А сейчас я ухожу к себе. Спать. Надеюсь, без кошмаров.
– Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, дорогуша.
Лорд Сэ молчит, не поворачиваясь ко мне. И слава Богу! Ухожу в свою келью.
Рано ушла. Ещё визит отца Иакова надо пережить. Тёмный попытался было меня "отмазать" от вечернего "разбора полётов", но отец Иаков проявил твёрдость, и меня вызвали из кельи. Ну я всё равно не спала. Боюсь заснуть...
– Доброго вечера, дети мои. – Благостная улыбка... Сколько он таких групп курирует?
– Добрый вечер, отец Иаков. – Дружно встаём.
– Сегодня очень тяжёлый день. Это занятие проходит одинаково тяжело для всех групп. Я вижу, что и в вашей группе появилась проблема. Дитя моё – повернулся ко мне – выскажи свои претензии, жалобы, всё, что тебя беспокоит.
Нндаа! Наблюдение на высшем уровне. Как и реагирование. Хотя, до сегодняшнего дня, необходимости вмешательства отца Иакова не было. Мы были едины в своём стремлении выжить. Как давно это было...
– У меня нет претензий, отец Иаков. Я понимаю, что сегодняшний урок необходим для нашего совершенствования, и не обижаюсь ни на кого. Меня беспокоит реакция одного из моих компаньонов. Я не могу понять её. Конечно, у меня нет опыта...
Похоже, что мы действительно перешли из категории потенциального "мяса", в категорию "учащихся". Иначе, с чего бы отцу Иакову проявлять беспокойство. Дождаться, когда конфликт разрастётся, и "отчислить" за неподобающее поведение. А он пришёл выяснять изменившиеся взаимоотношения в группе.
– Сын мой – это уже к Светлейшему – объясни нам свою реакцию.
– Надо объяснять? – Благостная улыбка и кивок в ответ. – Хорошо. Как скажете, отец Иаков. Мы здесь уже пятый месяц. И у меня всё это время не было женщины. Я не сделал ничего превышающего уровень воздействия, заданный лордом Эриком. Да, я получил удовольствие, и не стал этого скрывать. И что из этого?
– Ты получал удовольствие, причиняя мне боль? И спрашиваешь, что из этого?
Я растерялась. Потом вспомнила, что я в глазах лорда Сэ "помесь помойная". А немного позже вспомнила, что лорд Сэ телепат...
Ласковая улыбка в ответ. В прошлый раз такая улыбка скрывала бешенство. Осторожно касаюсь... Бешенство. Ледяное. Направлено, правда не на меня. А на ситуацию в целом.
– Сын мой, утренней порции женского внимания тебе было недостаточно?
Молчание. Глубокое. Замерли втроём. Отец Иаков может приказать всё повторить. Страшно-то как! Вот это – настоящий психологический прессинг!
– Дети мои. Ваши отчёты должны быть сделаны до обеденного перерыва. Я просмотрю и объявлю вам результат. Постарайтесь наладить взаимоотношения в группе. Чтобы мне не пришлось вмешиваться. До завтра.
– До завтра, отец Иаков! – опять дружно встаём.
Собираюсь уходить. Лорд Сэ окликает меня:
– Тигра, ты действительно решила, что мне доставляет удовольствие причинять тебе боль?
Лорд Эрик молчит, с интересом рассматривая нас обоих. А мне надоело выяснять отношения, и я швырнула обоим лордам их эмоции, считанные мной на практическом занятии.
– Разбирайтесь сами со своими удовольствиями и жаждой. А я пойду спать. Завтра ещё отчёт писать. Сочинение "Как я провела вчерашний день"!
– Ещё раз спокойной ночи, дорогуша.
– Спокойной ночи.
– Доброй ночи, моя Тигра.
Поворачиваюсь, стараясь "держать лицо". Надо было проделать дыхательные упражнения, прежде чем выходить на встречу с куратором.
– Я прошу запомнить, Светлейший: я не "твоя Тигра". Если ты будешь учитывать этот факт при нашем общении, то у нас не будет проблем взаимоотношений в группе. И меня вполне устраивало твоё ко мне отношение до сегодняшнего дня. Держись в тех же границах, и всё будет нормально.
– А если нет?
– Светлый, тебе определённая жидкость на уши давит? Дама ясно выразила свои пожелания. Что непонятно?
– Я разговариваю со своей женщиной, Тёмный. Если мне понадобится знать твоё мнение, я спрошу его у тебя.
– Можем обсудить это. Только ты и я. Без оружия и магии.
– Позволю себе напомнить благородным лордам, предупреждение отца Иакова. Я предпочла бы избежать его вмешательства. Не хочу испытать на себе воспитательные меры. И наблюдать, как воспитывают кого-либо из вас, также не желаю. Конечно, выбирать вам.
– Дорогуша, почему-то словосочетание "благородные лорды" в твоих устах звучит как "подонки"... Такое твоё отношение глубоко ранит меня. Я даже могу разразиться неудержимыми слезами.
Представила себе лорда Эрика в "неудержимых слезах"... Попыталась не смеяться. Не получилось. Рассмеялась, а потом, неожиданно для себя, "разразилась неудержимыми слезами". Тёмный лорд взял меня на руки, сел на пол, и баюкал как ребёнка. А я рыдала у него на груди, выплакивая весь страх и боль сегодняшнего дня.
– Поплачь, сестрёнка, поплачь... Я не могу тебя утешить обещанием, что подобное не повторится. Нам здесь ещё восемь месяцев "совершенствоваться". Откуда ты такие слова знаешь? Даже отец Иаков впечатлился.
– У меня высшее образование. Я много слов знаю.
– Что означает "высшее образование"?
– В общей сложности: десять лет общеобразовательной школы плюс пять лет специализированного учебного заведения. В моём случае – шесть лет, поскольку я училась по вечерам, а днём работала.
Я успокоилась. Попыталась высвободиться из рук Тёмного лорда, тут же отпустившего меня.
– Я пойду спать. Спасибо, лорд Эрик.
– Обращайся, дорогуша. Буду рад помочь.
Ухожу к себе, пройдя мимо безмолвного Светлого, пребывающего в ярости. Устала. Целитель хорошо сделал своё дело, но душевное напряжение удалось снять только выплакавшись. Чувствую себя опустошённой.
Глава 7. Имя, определяющее судьбу, или "Вы ещё не нашли в себе зверя? Тогда мы идём к вам"
А ночью лорд Сэ, не желающий понимать сказанных ему слов, вошёл в мою келью. Я проснулась от внезапного страха, вскинулась, было, с койки, и тут же была перехвачена. Одна его рука обхватила мою спину, перед этим вскользь мазнув по горлу, а вторая – под коленями. Я пыталась кричать, а голоса не было. Скользящее прикосновение отключило мои голосовые связки. Вспомнились объекты в разделочной, так же разевающие рты в беззвучном крике...
Лорд Сэ уложил меня на площадке, где я выполняла йогические асаны и мудры. Не сразу уложил. Я извивалась, кусалась и царапалась. Но меня не учили бою без оружия в кромешной темноте. С оружием, впрочем, тоже не учили. С холодным в смысле. Умение кидать гранаты и стрелять из автомата и винтовки в такой ситуации выручить не может. Потому что ни гранат, ни автомата ни винтовки в наличии нет. Поэтому практически уже через пару минут я была надёжно зафиксирована так, что не могла пошевелить ни руками, вытянутыми над головой, ни широко разведёнными ногами.
Лорд Сэ лёг на бок рядом со мной, и начал меня вдумчиво изучать, поглаживая, ощупывая, пробуя на язык при поцелуях. Меня трясло от беспомощного отвращения. Я понимала, к чему всё идёт, понимала, что лорд Сэ старается "разбудить" моё съёжившееся от ужаса тело. И не понимала, почему он не может осознать, что ему это не удастся. Во всяком случае так скоро после "весёлого времяпрепровождения", которое он устроил мне на пару с Тёмным лордом.
Полувздох, полустон. Тихий-тихий. И лорд Сэ начинает целовать мои бёдра. Я сейчас умру. Потому что "многая знания" теории вполне определённо поясняют, что не желая, более, терять время, лорд намерен ускорить процедуру. Вот уж действительно: "многая знания порождают многая печали". Из глаз катятся слёзы. Скатываются по вискам, смачивая волосы. По прежнему не могу издать ни звука.
Началось. Боль не такая, как в самый первый раз, – целитель залечил все повреждения, а вот эмоции лорда Сэ полнее и ярче. И он перестал торопиться, наслаждается каждым движением, каждым соприкосновением, замирая на мгновенье, и продолжая насыщаться мной. Возможно, мне следует радоваться, что этот процесс вызывает у лорда такие ощущения, но я не могу. Да и чему радоваться? После пятимесячного воздержания любая женщина покажется верхом совершенства.
Опять забыла, что помимо прочих "достоинств" лорд Сэ ещё и мысли читает. Эмоции дополняются злостью, подсвечивающей их яркость. И этот кошмар длится, длится и длится. А ночь всё не кончается! Прикосновения из лёгких и нежных становятся "стальными". Я не удивлюсь, если лорд Сэ сможет пальцами завязать кочергу морским узлом. И вот эти пальцы стискивают меня, безмолвно кричащую от боли, и задыхающуюся от слёз.
Я не знаю, сколько раз я обрушивалась во тьму, выталкиваемая туда изголодавшимся по женскому телу лордом. На мне уже давно нет живого места. А ночь всё не кончается. И лёгкий, едва уловимый, шёпот на ухо. Я не знаю языка, на котором изволит говорить со мной лорд Сэ. Но по эмоциям можно перевести как "аппетит приходит во время еды". То есть, весь этот кошмар будет продолжаться.
И тогда во мне вскипает спинной мозг. Я не знаю, как ещё пояснить свои ощущения. Бессильная ярость растекается внутри меня подобно кипящей патоке, пропитывая мои кости, сжигая меня. Я кричу, кричу и кричу. Звука нет, но лорду Сэ звуки и не нужны. Он пытается меня удержать, а я растекаюсь горячим металлом. Больно... Боль внутри меня, в каждой клеточке, плавящейся от температуры кипения металла.
***
Ну это я загнула, конечно. Это у меня художественное преувеличение. Потягиваюсь, проверяя есть ли повреждения. Запах... Знакомый... Еда? Нет... Самец... В охоте... Рассматриваю высокого тонкокостного самца, которого я могла бы переломить ударом лапы... Или не могла бы? На всякий случай показываю ему клыки. И когти, проведя ими по полу. Плохой пол. Царапин не остаётся. Всё равно что по воде когтями водить.
– Тигра... Ты прекрасна!
Пробую на вкус восхищение самца. Искреннее... И ещё, довольство от недавней близости с самкой. И ещё радость от того, что я такая красивая и сильная и вообще... Вся такая!
– Муррр!
Медленно приближается ко мне. Наблюдаю. Протягивает руку. Впитываю ауру. Сильный. Очень сильный самец. Жалко, что всего лишь двуногий. От такого родились бы крепкие, здоровые котята. Начинает почёсывать меня под подбородком... Муррр... Волны довольства окутывают меня и этого тощего самца, улёгшегося рядом со мной, и продолжающего меня почёсывать. Потом рука перемещается к левому уху, и начинает почёсывать за ним... Муррр!
Где-то внутри, глубоко во мне, слабая двуногая самка кричит, не желая получать удовольствие. Двуногие очень странные. Муррр! Рядом такой хороший, сильный самец. Чего она убежала? Глупая, глупая двуногая самка! Муррр!
– Тигра... – Голос становится нежным и просящим. – А ты не хочешь вернуться?
– Грррр! – Глупый двуногий! Я только пришла! А не менее глупая двуногая прячется за мной. Вот и пусть прячется!
Вскакиваю, прижимаю уши и прыгаю... Пытаюсь прыгнуть. Двуногий хватает меня за шею, и не даёт схватить ещё одного двуногого. Принюхиваюсь... Это второй самец, который иногда защищает двуногую самку. Пусть живёт. Предупреждающе рычу на двуногого, посмевшего меня удерживать.
– Тигра... Вернись, пожалуйста...
– Доигрался, Светлый? Они разделились. Две её ипостаси.
– Грррр! Гррррааууу!!! – Порву обоих! А может и не смогу... Второй двуногий какой-то неправильный. В нём есть ещё кто-то. Нет! Не в нём! Он! Он сам может стать ещё кем-то... Опасным! Гррраааууу!
Вспыхивает свет. Двуногая крикнула, чтобы я зажмурилась. И я зажмурилась, а потом начала смотреть. Двуногая самка не такая уж и глупая. Может быть полезной. Только в самцах ничего не понимает.
Стоим втроём, повернувшись к дверному проёму. Два двуногих самца и я посередине. Рука первого двуногого поглаживает меня между ушей. Глупый двуногий старается меня успокоить. А я и не волнуюсь. Это самка заволновалась и заметалась внутри меня. Пытаюсь её успокоить, одновременно прислушиваясь к шагам. Двуногие ещё не слышат, а я слышу! Вот! Первый двуногий, который хочет глупую самку, прячущуюся во мне насторожился. Хороший самец. Сможет оберегать котят. Нет. У двуногих они называются ребёнки. Нет... Другое слово. Де-ти. Да. Дети. Зачем двуногим столько слов? Они не чувствуют запахи, может быть слова заменяют им обоняние? Надо это обдумать. Пытаюсь лечь на пол, но рука двуногого... Как его называть?! Я запутаюсь в рассказе. Лорд Сэ. Да. Так называют первого двуногого. Так вот: лорд Сэ не позволяет мне лечь, удерживая за холку. Гррр!
Заходит ещё один двуногий самец. Крупный и сильный. Мои оба два перед ним – котята.
– Дитя моё...
И как только этот двуногий посмотрел на меня, я превратилась в котёнка, и побежала, побежала, побежала прятаться. Двуногая самка схватила меня на руки, прижала к себе, защищая, и выступила вперёд. А я пролезла к ней внутрь. Тихо-тихо... И буду наблюдать отсюда. Ну его, этого отца Иакова. Что он придумает для Тигры, кто знает. Я уж лучше здесь посижу, понаблюдаю. Здесь меня не достанут.
– Отец Иаков! Я... Вот! И что теперь? – Глупая самка. Не может связать двух слов!
– Дитя моё! Теперь ты успокоишься, отыщешь в себе полосатую кошку, и постараешься слиться с ней. Если не сумеешь, я подумаю, как тебе с этим помочь. Даю вам троим время до обеденного перерыва. Отчёты сдадите вечером. Раз уж такие обстоятельства. Кстати, при каких обстоятельствах произошло явление твоей второй ипостаси народу?
Молчим вдвоём с двуногой самкой. Я молчу, потому что не знаю, что меня разбудило, почему молчит самка... Кто их, этих двуногих разберёт!
– Сын мой? – Смотрит на лорда Сэ.
– Ипостась проявилась под утро, отец Иаков. После совместно проведённой ночи.
– Я ведь предупредил тебя, сын мой. Совместная ночь была добровольной?
– Отец Иаков! Не прозвучало ни звука возражения!
И я вспомнила... Беззвучный крик двуногой самки, кипящее отчаяние, заливающее мою нору... Я выскользнула наружу, а испуганная двуногая спряталась, сжавшись в комочек, в моей норе. Ярость полыхнула во мне расплавляя меня, прожигая двуногую... Мы горим вдвоём. Как больно! Я рычу, выпускаю когти, пытаясь вытянуть из огня себя и глупую двуногую самку, но кипящая лава заливает нас. Сплавляет, перемешивает... И мы умираем. Но рождается Тигра. Её... Нас... Меня!
– Меня зовут Тигра. Меняющая облик. С добрым утром, отец Иаков, лорды!
– Дети мои. – Усталый вздох. – До обеда ваша группа отдыхает. Отчёты, как обычно, сдадите перед ужином. Дополните их ночными событиями. Мне интересно. До вечера, дети мои!
– До вечера, отец Иаков!
Глава 8. Договор о ненападении, или "... расслабься, и получи удовольствие...".
Я вошла в свою келью, с трудом добралась до койки, и отключилась насмерть. Слишком много всего. Но тело не болит. Проснувшись, валялась, вспоминая всё, что читала за оборотней: все авторы единогласно утверждают, что раны нанесённые оборотню в человеческом облике автоматически исцеляются при "перекидывании".
