Бедная я несчастная!!! Никто не поможет, никто не пожалеет! Время обеденное, а я ещё не умывалась! Побрела в удобства. С трудом умылась, приняла душ и проделала прочие процедуры. Напялила свою рясу. Причесалась кое-как. Щётку держать больно. Вышла в гостиную-столовую. Тихо как в склепе. Лорды мои сидят и смотрят на меня. Молча. Подошла к столу, села. Как ложку держать... Буду поливать пищу горючими слезами.
– Как ты, дорогуша?
– Жива, как видишь. Приятного аппетита.
– Спасибо. Тебе того же.
– Угу-м. И по тому же месту.
Становится легче, несмотря на то, что лорд Сэ хранит ледяное молчание.
– Что у нас на "после обеда"?
– Пока не известно.
Приступаем к трапезе, с трудом держа ложки. Всё таки рацион здешний не дураки придумывали! Попробуй действовать ножом и вилкой, когда пальцы все повреждены. А так, – зачёрпываешь ложкой месиво из миски, и ешь. Водой запиваешь. Странно, аппетит не пропал, и дурноты не ощущается. Закалилась за два месяца теории? Или отсутствие завтрака сказалось?
Обед закончен. Встаём из за стола. Сдвигается стена, и в нашу гостиную проходит отец Иаков в сопровождении змееподобного.
– Дети мои. До вечера вы должны описать сегодняшний урок. Описать всё. Начиная с помещения и заканчивая вашими ощущениями. Все ваши практические занятия будут проходить подобным образом. До обеда – практика, после обеда – описание. Письменные принадлежности будут на столах. А сейчас отец Серпент займётся вашими руками.
Серпент – значит "змей". Юмористы, однако. Но заняться руками уже пора. Боль во всех пальцах не радует. После обеда вообще становится дёргающей. Пальцы всё же использовались, хоть и минимально.
Начинают с меня. Хорошо быть женщиной. Хотя в свете практических занятий – далеко не факт! Жаль, что отец Серпент не лоа. У лоа исцеление получалось мгновенным. Но боль уходит, и пальцы приобретают прежний вид. Лорды Светлый и Тёмный так же исцелились. Отец Иаков попрощался до вечера, а змееподобный, выслушав наши "спасибо, отец Серпент", кивнул нам капюшоном, и удалился, не сказав ни слова.
Появляются столы с табуретами и письменными принадлежностями. Садимся делать уроки. Вечером отец Иаков проверит. Вероятно. Старательно вспоминаю, помещение, освещение, стажёра в комбинезоне, свои ощущения при воздействии на правую руку, все наши разговоры, змееподобного, отца Иакова, Аманду, воздействие на левую руку, избавление от игл, прощание, возвращение. Исписала шесть листов, то есть двенадцать страниц. Рука устала, несмотря на перерывы. Разминаю пальцы и ладони, вспоминая первый класс школы: "мы писали, мы писали, наши пальчики устали!" Лорд Сэ фыркает от смеха. А обещал мысли не читать! Верить нельзя никому!
Ужин. Привычное месиво с водой. Ждём отца Иакова. Сегодня нам, вероятно, поставят оценки. Ах, забыла! Только "годен", "негоден". "Да" или "Нет" в смысле.
Ждём.
Дождались. Привычно улыбается, как родным! И внутренне холодно рассматривает нас, как любопытные явления. Усаживаемся в кресла лицом к куратору.
– Ну что же, дети мои. День был сложен для вас. И неожиданно сложен для нас. По вашим работам могу сказать: удовлетворительно. Весьма. Наблюдательность надо подтянуть, но для первого раза приемлемо. Ваше поведение на практическом занятии так же нареканий не вызывает. Вопросы?
– Отец Иаков, а зачем всё это? Швырнули неизвестно куда, иголки эти...
– Дитя моё... Только испытав лично, что такое боль, вы сможете защищаться от неё, или использовать её как средство воздействия. А иначе никакие демонстрации вам ничего не дадут. То что вы здесь освоите за год, потребует более десяти лет обычного обучения. Да и то не факт, что после этих лет из обучающихся выйдет толк.
Вспоминаю: "толк вышел, бестолочь осталась". Опять меня куда-то понесло.
– Но если наши методы неприемлемы, мы никого не удерживаем против воли. Я говорил, и опять повторю: вы можете уйти, если пожелаете.
Молчим, почтительно глядя на отца Иакова.
– Отец Иаков, а вы тоже обучались здесь? И отец Серпент?
– Да, дитя моё, и я, и отец Серпент, и мальчики-стажёры, и все, с кем вам ещё придётся иметь дело, обучались здесь. Если у вас нет больше вопросов, то я распрощаюсь с вами, до завтрашнего вечера.
– До завтрашнего вечера, отец Иаков. – Дружно встаём, провожая куратора.
Лорд Эрик привычно создаёт наши дубли, мирно беседующие, сидя в креслах. А мы собираемся "тесным кругом".
– Я поверил тебе только сейчас. – Лорд Сэ холодно смотрит на меня.
– После заявления отца Иакова, что все обучались здесь?
– Все, с кем нам придётся ещё иметь дело.
– Да, это он оговорился. Сознательно, или нет, не знаю.
– А какая разница, дорогуша? Всё равно мы сможем выйти отсюда только с меткой Семинара.
– Значит надо продержаться до получения метки. Спокойной ночи, лорды!
– Спокойной ночи, дорогуша!
– Спокойной ночи.
Уснула, едва легла. И спала без сновидений. Наверное нервное истощение. Интересно, что будет завтра.
Дни идут. Не сказать, чтобы однообразно, но распорядок учебного дня не меняется. Утром пытки, днём – исцеление и обед. Отец Иаков принял волевое решение исцелять нас перед обедом. Наидобрейший наш! Было трудно, было очень трудно, – но отец Иаков справился с собой! Вечером – отчёт. С подробностями и мыслями. Не хватает только лозунга "Напишите, что вам не понравилось в нашей работе. Помогите нам стать лучше!" Ага!
С палачом своим практически сроднилась. Шутим даже. Временами. Когда меня из обморока выводят. После первого обморока, чтобы сгладить неловкость, вспомнила анекдот: "Ой, ой, ой! Какие мы нежные!", теперь прикалываемся. Боюсь, что скоро стажёра заменят. Спросила его, должна ли я запоминать всё то, что со мной делают; получила ожидаемый ответ: "Да не волнуйся ты так! Забудешь, повторим!" – Добрый малый, до жути просто! Хотя после ежедневных описаний в подробностях, вопрос был дурацким, признаю.
Всё-таки мудро поставлена система обучения. За старательным запоминанием подробностей, сглаживается ужас пытки. То есть, я, конечно, знаю, что будет больно, и реально испытываю боль. Но она отходит на второй план ввиду необходимости всё запоминать, чтобы составить отчёт. Один раз мне пришлось писать отчёт повторно. С повторением утренней процедуры. После этого, я уже уделяла внимание деталям, а не самoй боли. Где находится инструмент, какой рукой мастер его берёт, какое освещение... Отчёт пришлось переписать потому, что мастер зачесал волосы на другую сторону, а я не отразила этого в отчёте. Подонки!
Оказывается, здесь ещё и ловят на мелочах! Отец Иаков, мягко улыбнувшись, сказал, что мелочей не бывает. Важно абсолютно всё. Почувствовала себя Штирлицем. Сразу захотелось вскрыть какой-нибудь сейф с документацией. Или треснуть кого-нибудь по голове бутылкой.
С лордами общаемся, практически, только по выходным дням. Теперь они заинтересовались кино. Вспоминаю фильмы, которые видела когда-то. Ностальгия не мучает, как ни странно.
Мучает предчувствие неприятностей. Уж очень благостно улыбается отец Иаков. Что-то готовит, мудрый змий.
Четыре месяца отзанимались. Треть года. Пока от нас требуется только внимание к деталям, и ежедневные отчёты. Но скучать, – не скучаем. Даже многоопытные лорды узнали много нового и интересного. Про меня речь вообще не идёт. Сколько всего можно сделать с человеком, при помощи простых подручных средств! Таки мы ещё химию не учили. Гомеопатию и фармакологию тоже. Периодически хлопаюсь в обморок. Причём, не только для того, чтобы скрыть эмпатические способности. Просто некоторые пытки "перегружают" слабый женский организм. Скоро, наверное, обмороки в привычку войдут. Опасная привычка, однако. Надо работать над собой.
Отец Иаков перестал напоминать о возможности добровольно покинуть Семинар. То ли решил, что мы уже запомнили, то ли мы перешагнули какую-то грань, и теперь нас будут "тащить за уши". Ага! Свежо предание, но верится с трудом. Мессинг сказал, что каждому из нас подберут свою методику воздействия, и я таки ему верю. Нас ещё не трогают. Отец Иаков пока присматривается... примеривается...
Но даже если нас и будут "тащить за уши", это значит только то, что порядок освоения материала будет организован таким образом, чтобы сохранить контингент. Человек способен привыкнуть ко всему. И поговорка "коготок увяз, – всей птичке пропасть" действует применительно ко всем разумным. А, поскольку, мы пробуем все "спецметоды воздействия..." на себе, то перспектива применить их на ком-то другом, уже не вызывает такого отторжения, какое возникло у меня сразу после рассказа Мессинга. За лордов речь вообще не идёт, оба два не будут биться в истерике от необходимости пытать кого-либо. Для них это – рутина.
Кое-что начинает проясняться. Мы приступаем к изучению методики психологического прессинга. Добрейший отец Иаков объяснил мне, что в идеале, после правильного применения этой методики, дополнительного воздействия на объект уже не нужно. Результат достигается "малой кровью". Лорды мои это и так знают. Я, в общем, тоже. Прочитано достаточно "крутых" детективов, чтобы понимать принцип действия.
Ах, нет! Всё не так просто. Оказывается, мы будем осваивать психологический прессинг непосредственно объекта. В смысле: не угрозы кому-то из близких и дорогих, а обрисовать ближайшие перспективы для самого объекта таким образом, чтобы он "проникся" и "ответил взаимностью", то есть, сделал всё, что нам от него нужно. Нндаа! Чувствую, что этот предмет мне "понравится".
Ну что могу сказать... Насчёт "малой крови" – в моём случае, чтобы её остановить, пришлось прибегать к помощи целителя. А в остальном... К беспомощности в чужих руках меня приучили за предыдущие два месяца. Если бы не это, я могла бы не выдержать. Плохо... Очень... И гадко...
Я вспоминала за приговор к "поруганию". В самый первый день на Семинаре. И вот...
Сначала был ужас. Меня усадили смотреть, как измываются над лордами. По очереди. Сначала – над одним, потом – над другим. Фиксировать меня не стали. Мне же придётся ещё отчёт писать, как и им! Это отец Иаков нам троим объяснил, с обычной своей благостной улыбкой. Причём, сказал, что сегодня у нас весь день практические занятия, а отчёт мы должны написать завтра до обеденного перерыва. И пояснил, что если чей-нибудь отчёт будет признан неудовлетворительным, то процедура будет повторяться для всех, – до тех пор, пока мы все не отчитаемся. Сказал ещё, что если бы у меня был хоть какой-то опыт, то присоединил бы меня к команде "прессингующих". А поскольку у меня опыта нет, – значит, буду сидеть и смотреть, набираться этого самого опыта.
Я смотрела на это действо, воспринимая его, как жёсткое порно с актёрами, загримированными под лордов. Смотрела и запоминала, фиксируя малейшие детали, и абстрагируясь от общей картины. Только так, и не иначе. Хотя такого я даже в специальных фильмах не видела. Когда к нам хлынула вся, не пропускавшаяся в Советскую Империю, кинопродукция, я, как и все, чего только не смотрела. Запретный плод... Сладок? Туфта! Мне и тогда не понравилось, а уж сейчас! Как нам после такого находиться в одной комнате?!!!
Не о том думаю... Сейчас лорд Сэ потеряет сознание в очередной раз, и, судя по взгляду отца Иакова, настанет моя очередь. Начала срочно вспоминать фильмы о Французском Сопротивлении во время Второй Мировой войны. Возможно ли морально подготовиться к такому? Может, надо вспоминать гонения христиан? Об этой эпохе я мало что знаю. К сожалению. Сейчас бы пригодилось... В голове опять каша. Мне страшно... Конечно, рано или поздно, я всё равно бы стала женщиной. Но я не рассчитывала, что это произойдёт в таких условиях. Хотя... Могла и дома попасться маньяку какому-нибудь, или группе подростков, которые друг другу свою удаль демонстрируют. А я вот попала сюда. На Семинар... От страха начинает подташнивать...
Отец Иаков проявил заботливость к нашей тройке. После того, как лордов привёл в порядок целитель, и мы пообедали, не глядя друг на друга, он передал меня в их руки. Поскольку у них необходимый опыт уже есть. Не услышав в ответ ни слова, сказал, что если лорды не согласны, он вызовет специалистов. Придётся две минуты подождать, но до окончания занятий времени ещё много. У меня мысли пропали все. Разом. Вот когда надо в обморок падать, так хрен упадёшь! Сижу, в голове абсолютная пустота. Звуки доносятся издалека. Точнее это у меня со слухом начались проблемы. Шок. Лучше бы меня пытали раскалённым железом. Пусть даже и лорды.
Мне же отчёт писать!!! А я ничего не слышала! Отец Иаков не шутит, и всё это повторится!!! Для всех!!! Из за моей слабости!!!
– Отец Иаков! Я прослушала. Простите. После того, как вы сказали за вызов специалистов, я ничего не услышала. Отец Иаков! Повторите, пожалуйста!
– Дитя моё... Надо быть собраннее. В порядке исключения, только потому, что для тебя это в первый раз, я повторю: твои компаньоны отказались участвовать в твоём обучении. Я вызываю специалистов.
– Что значит "в первый раз"?.. – Тёмный подался вперёд движением заметившей добычу змеи. Движение, без движения; вызывающее безотчётный страх. – Отец Иаков?
– Тебе нужны пояснения, сын мой? Всегда бывает первый раз...
– Мы справимся сами, отец Иаков. – Ласковая улыбка лорда Сэ... Мороз по коже... – Отмените вызов специалистов.
Да. Они справились сами. Четыре с половиной часа. Четыре с половиной часа беспомощности, унижения, боли. И старательного запоминания всей процедуры. Хотя, за это надо быть благодарной отцу Иакову. Необходимость запомнить всё до мелочей позволила абстрагироваться от процесса. Как Мессинг сказал: "Если будет совсем плохо, – наблюдай себя со стороны".
Когда становилось совсем плохо, меня отливали водой. И продолжали. В общем, этот способ прессинга я изучила плотно. Со всех сторон.
Потом мной занимался целитель, потому что кровотечение не останавливалось. К ужину я вышла самостоятельно. Мысль о том, что за мной придут и вытащат меня к столу, придала сил. Я отправилась бы самостоятельно даже на двадцать пять этажей вверх по лестнице. Или вниз.
Прошла к столу, села.
– Я не стану извиняться, дорогуша.
– Я не жду извинений, лорд Эрик. Мне сегодня не хочется разговаривать ни с кем из вас. Извини.
– Тигра, пойми, пожалуйста, мы старались свести воздействие к минимуму. Ты такая беззащитная, что профессионалы могли увлечься.
– Лорд Эрик, я всё это понимаю. Умом. Мне просто надо принять изменение наших взаимоотношений.
Поднимаю ладонь, вынуждая лорда Эрика молчать.
– Я понимаю, лорд Эрик. Но возврата к прошлому всё равно не будет. Глупо закрывать глаза. Будет только хуже. Я... адаптируюсь. Но сегодня общаться не буду. Не смогу.
Приступаем к ужину. Лорд Сэ молчит, отвернувшись от меня. Я тоже не хочу на него смотреть. Я не смогла не коснуться эмоций моих компаньонов, ставших палачами. И если Тёмный лорд делал только то, что должен был проделать по процедуре, без эмоций, и без "завершения", то есть так, как это сделал бы палач, добросовестно выполняющий свою работу; то лорд Сэ... Причинять боль, и испытывать восторг всем своим существом... Трепетать от жажды "насытиться"... Мне было плохо, а лорд Сэ наслаждался каждой минутой! Наслаждался, доходя до "пика"! Как так можно?!! И ведь придётся выдержать рядом с ним ещё восемь месяцев.
– Как ты, дорогуша?
– Жива, как видишь. Приятного аппетита.
– Спасибо. Тебе того же.
– Угу-м. И по тому же месту.
Становится легче, несмотря на то, что лорд Сэ хранит ледяное молчание.
– Что у нас на "после обеда"?
– Пока не известно.
Приступаем к трапезе, с трудом держа ложки. Всё таки рацион здешний не дураки придумывали! Попробуй действовать ножом и вилкой, когда пальцы все повреждены. А так, – зачёрпываешь ложкой месиво из миски, и ешь. Водой запиваешь. Странно, аппетит не пропал, и дурноты не ощущается. Закалилась за два месяца теории? Или отсутствие завтрака сказалось?
Обед закончен. Встаём из за стола. Сдвигается стена, и в нашу гостиную проходит отец Иаков в сопровождении змееподобного.
– Дети мои. До вечера вы должны описать сегодняшний урок. Описать всё. Начиная с помещения и заканчивая вашими ощущениями. Все ваши практические занятия будут проходить подобным образом. До обеда – практика, после обеда – описание. Письменные принадлежности будут на столах. А сейчас отец Серпент займётся вашими руками.
Серпент – значит "змей". Юмористы, однако. Но заняться руками уже пора. Боль во всех пальцах не радует. После обеда вообще становится дёргающей. Пальцы всё же использовались, хоть и минимально.
Начинают с меня. Хорошо быть женщиной. Хотя в свете практических занятий – далеко не факт! Жаль, что отец Серпент не лоа. У лоа исцеление получалось мгновенным. Но боль уходит, и пальцы приобретают прежний вид. Лорды Светлый и Тёмный так же исцелились. Отец Иаков попрощался до вечера, а змееподобный, выслушав наши "спасибо, отец Серпент", кивнул нам капюшоном, и удалился, не сказав ни слова.
Появляются столы с табуретами и письменными принадлежностями. Садимся делать уроки. Вечером отец Иаков проверит. Вероятно. Старательно вспоминаю, помещение, освещение, стажёра в комбинезоне, свои ощущения при воздействии на правую руку, все наши разговоры, змееподобного, отца Иакова, Аманду, воздействие на левую руку, избавление от игл, прощание, возвращение. Исписала шесть листов, то есть двенадцать страниц. Рука устала, несмотря на перерывы. Разминаю пальцы и ладони, вспоминая первый класс школы: "мы писали, мы писали, наши пальчики устали!" Лорд Сэ фыркает от смеха. А обещал мысли не читать! Верить нельзя никому!
Ужин. Привычное месиво с водой. Ждём отца Иакова. Сегодня нам, вероятно, поставят оценки. Ах, забыла! Только "годен", "негоден". "Да" или "Нет" в смысле.
Ждём.
Дождались. Привычно улыбается, как родным! И внутренне холодно рассматривает нас, как любопытные явления. Усаживаемся в кресла лицом к куратору.
– Ну что же, дети мои. День был сложен для вас. И неожиданно сложен для нас. По вашим работам могу сказать: удовлетворительно. Весьма. Наблюдательность надо подтянуть, но для первого раза приемлемо. Ваше поведение на практическом занятии так же нареканий не вызывает. Вопросы?
– Отец Иаков, а зачем всё это? Швырнули неизвестно куда, иголки эти...
– Дитя моё... Только испытав лично, что такое боль, вы сможете защищаться от неё, или использовать её как средство воздействия. А иначе никакие демонстрации вам ничего не дадут. То что вы здесь освоите за год, потребует более десяти лет обычного обучения. Да и то не факт, что после этих лет из обучающихся выйдет толк.
Вспоминаю: "толк вышел, бестолочь осталась". Опять меня куда-то понесло.
– Но если наши методы неприемлемы, мы никого не удерживаем против воли. Я говорил, и опять повторю: вы можете уйти, если пожелаете.
Молчим, почтительно глядя на отца Иакова.
– Отец Иаков, а вы тоже обучались здесь? И отец Серпент?
– Да, дитя моё, и я, и отец Серпент, и мальчики-стажёры, и все, с кем вам ещё придётся иметь дело, обучались здесь. Если у вас нет больше вопросов, то я распрощаюсь с вами, до завтрашнего вечера.
– До завтрашнего вечера, отец Иаков. – Дружно встаём, провожая куратора.
Лорд Эрик привычно создаёт наши дубли, мирно беседующие, сидя в креслах. А мы собираемся "тесным кругом".
– Я поверил тебе только сейчас. – Лорд Сэ холодно смотрит на меня.
– После заявления отца Иакова, что все обучались здесь?
– Все, с кем нам придётся ещё иметь дело.
– Да, это он оговорился. Сознательно, или нет, не знаю.
– А какая разница, дорогуша? Всё равно мы сможем выйти отсюда только с меткой Семинара.
– Значит надо продержаться до получения метки. Спокойной ночи, лорды!
– Спокойной ночи, дорогуша!
– Спокойной ночи.
Уснула, едва легла. И спала без сновидений. Наверное нервное истощение. Интересно, что будет завтра.
Глава 6. Проверка на прочность, или "Если друг оказался вдруг..."
Дни идут. Не сказать, чтобы однообразно, но распорядок учебного дня не меняется. Утром пытки, днём – исцеление и обед. Отец Иаков принял волевое решение исцелять нас перед обедом. Наидобрейший наш! Было трудно, было очень трудно, – но отец Иаков справился с собой! Вечером – отчёт. С подробностями и мыслями. Не хватает только лозунга "Напишите, что вам не понравилось в нашей работе. Помогите нам стать лучше!" Ага!
С палачом своим практически сроднилась. Шутим даже. Временами. Когда меня из обморока выводят. После первого обморока, чтобы сгладить неловкость, вспомнила анекдот: "Ой, ой, ой! Какие мы нежные!", теперь прикалываемся. Боюсь, что скоро стажёра заменят. Спросила его, должна ли я запоминать всё то, что со мной делают; получила ожидаемый ответ: "Да не волнуйся ты так! Забудешь, повторим!" – Добрый малый, до жути просто! Хотя после ежедневных описаний в подробностях, вопрос был дурацким, признаю.
Всё-таки мудро поставлена система обучения. За старательным запоминанием подробностей, сглаживается ужас пытки. То есть, я, конечно, знаю, что будет больно, и реально испытываю боль. Но она отходит на второй план ввиду необходимости всё запоминать, чтобы составить отчёт. Один раз мне пришлось писать отчёт повторно. С повторением утренней процедуры. После этого, я уже уделяла внимание деталям, а не самoй боли. Где находится инструмент, какой рукой мастер его берёт, какое освещение... Отчёт пришлось переписать потому, что мастер зачесал волосы на другую сторону, а я не отразила этого в отчёте. Подонки!
Оказывается, здесь ещё и ловят на мелочах! Отец Иаков, мягко улыбнувшись, сказал, что мелочей не бывает. Важно абсолютно всё. Почувствовала себя Штирлицем. Сразу захотелось вскрыть какой-нибудь сейф с документацией. Или треснуть кого-нибудь по голове бутылкой.
С лордами общаемся, практически, только по выходным дням. Теперь они заинтересовались кино. Вспоминаю фильмы, которые видела когда-то. Ностальгия не мучает, как ни странно.
Мучает предчувствие неприятностей. Уж очень благостно улыбается отец Иаков. Что-то готовит, мудрый змий.
Четыре месяца отзанимались. Треть года. Пока от нас требуется только внимание к деталям, и ежедневные отчёты. Но скучать, – не скучаем. Даже многоопытные лорды узнали много нового и интересного. Про меня речь вообще не идёт. Сколько всего можно сделать с человеком, при помощи простых подручных средств! Таки мы ещё химию не учили. Гомеопатию и фармакологию тоже. Периодически хлопаюсь в обморок. Причём, не только для того, чтобы скрыть эмпатические способности. Просто некоторые пытки "перегружают" слабый женский организм. Скоро, наверное, обмороки в привычку войдут. Опасная привычка, однако. Надо работать над собой.
Отец Иаков перестал напоминать о возможности добровольно покинуть Семинар. То ли решил, что мы уже запомнили, то ли мы перешагнули какую-то грань, и теперь нас будут "тащить за уши". Ага! Свежо предание, но верится с трудом. Мессинг сказал, что каждому из нас подберут свою методику воздействия, и я таки ему верю. Нас ещё не трогают. Отец Иаков пока присматривается... примеривается...
Но даже если нас и будут "тащить за уши", это значит только то, что порядок освоения материала будет организован таким образом, чтобы сохранить контингент. Человек способен привыкнуть ко всему. И поговорка "коготок увяз, – всей птичке пропасть" действует применительно ко всем разумным. А, поскольку, мы пробуем все "спецметоды воздействия..." на себе, то перспектива применить их на ком-то другом, уже не вызывает такого отторжения, какое возникло у меня сразу после рассказа Мессинга. За лордов речь вообще не идёт, оба два не будут биться в истерике от необходимости пытать кого-либо. Для них это – рутина.
Кое-что начинает проясняться. Мы приступаем к изучению методики психологического прессинга. Добрейший отец Иаков объяснил мне, что в идеале, после правильного применения этой методики, дополнительного воздействия на объект уже не нужно. Результат достигается "малой кровью". Лорды мои это и так знают. Я, в общем, тоже. Прочитано достаточно "крутых" детективов, чтобы понимать принцип действия.
Ах, нет! Всё не так просто. Оказывается, мы будем осваивать психологический прессинг непосредственно объекта. В смысле: не угрозы кому-то из близких и дорогих, а обрисовать ближайшие перспективы для самого объекта таким образом, чтобы он "проникся" и "ответил взаимностью", то есть, сделал всё, что нам от него нужно. Нндаа! Чувствую, что этот предмет мне "понравится".
***
Ну что могу сказать... Насчёт "малой крови" – в моём случае, чтобы её остановить, пришлось прибегать к помощи целителя. А в остальном... К беспомощности в чужих руках меня приучили за предыдущие два месяца. Если бы не это, я могла бы не выдержать. Плохо... Очень... И гадко...
Я вспоминала за приговор к "поруганию". В самый первый день на Семинаре. И вот...
Сначала был ужас. Меня усадили смотреть, как измываются над лордами. По очереди. Сначала – над одним, потом – над другим. Фиксировать меня не стали. Мне же придётся ещё отчёт писать, как и им! Это отец Иаков нам троим объяснил, с обычной своей благостной улыбкой. Причём, сказал, что сегодня у нас весь день практические занятия, а отчёт мы должны написать завтра до обеденного перерыва. И пояснил, что если чей-нибудь отчёт будет признан неудовлетворительным, то процедура будет повторяться для всех, – до тех пор, пока мы все не отчитаемся. Сказал ещё, что если бы у меня был хоть какой-то опыт, то присоединил бы меня к команде "прессингующих". А поскольку у меня опыта нет, – значит, буду сидеть и смотреть, набираться этого самого опыта.
Я смотрела на это действо, воспринимая его, как жёсткое порно с актёрами, загримированными под лордов. Смотрела и запоминала, фиксируя малейшие детали, и абстрагируясь от общей картины. Только так, и не иначе. Хотя такого я даже в специальных фильмах не видела. Когда к нам хлынула вся, не пропускавшаяся в Советскую Империю, кинопродукция, я, как и все, чего только не смотрела. Запретный плод... Сладок? Туфта! Мне и тогда не понравилось, а уж сейчас! Как нам после такого находиться в одной комнате?!!!
Не о том думаю... Сейчас лорд Сэ потеряет сознание в очередной раз, и, судя по взгляду отца Иакова, настанет моя очередь. Начала срочно вспоминать фильмы о Французском Сопротивлении во время Второй Мировой войны. Возможно ли морально подготовиться к такому? Может, надо вспоминать гонения христиан? Об этой эпохе я мало что знаю. К сожалению. Сейчас бы пригодилось... В голове опять каша. Мне страшно... Конечно, рано или поздно, я всё равно бы стала женщиной. Но я не рассчитывала, что это произойдёт в таких условиях. Хотя... Могла и дома попасться маньяку какому-нибудь, или группе подростков, которые друг другу свою удаль демонстрируют. А я вот попала сюда. На Семинар... От страха начинает подташнивать...
Отец Иаков проявил заботливость к нашей тройке. После того, как лордов привёл в порядок целитель, и мы пообедали, не глядя друг на друга, он передал меня в их руки. Поскольку у них необходимый опыт уже есть. Не услышав в ответ ни слова, сказал, что если лорды не согласны, он вызовет специалистов. Придётся две минуты подождать, но до окончания занятий времени ещё много. У меня мысли пропали все. Разом. Вот когда надо в обморок падать, так хрен упадёшь! Сижу, в голове абсолютная пустота. Звуки доносятся издалека. Точнее это у меня со слухом начались проблемы. Шок. Лучше бы меня пытали раскалённым железом. Пусть даже и лорды.
Мне же отчёт писать!!! А я ничего не слышала! Отец Иаков не шутит, и всё это повторится!!! Для всех!!! Из за моей слабости!!!
– Отец Иаков! Я прослушала. Простите. После того, как вы сказали за вызов специалистов, я ничего не услышала. Отец Иаков! Повторите, пожалуйста!
– Дитя моё... Надо быть собраннее. В порядке исключения, только потому, что для тебя это в первый раз, я повторю: твои компаньоны отказались участвовать в твоём обучении. Я вызываю специалистов.
– Что значит "в первый раз"?.. – Тёмный подался вперёд движением заметившей добычу змеи. Движение, без движения; вызывающее безотчётный страх. – Отец Иаков?
– Тебе нужны пояснения, сын мой? Всегда бывает первый раз...
– Мы справимся сами, отец Иаков. – Ласковая улыбка лорда Сэ... Мороз по коже... – Отмените вызов специалистов.
Да. Они справились сами. Четыре с половиной часа. Четыре с половиной часа беспомощности, унижения, боли. И старательного запоминания всей процедуры. Хотя, за это надо быть благодарной отцу Иакову. Необходимость запомнить всё до мелочей позволила абстрагироваться от процесса. Как Мессинг сказал: "Если будет совсем плохо, – наблюдай себя со стороны".
Когда становилось совсем плохо, меня отливали водой. И продолжали. В общем, этот способ прессинга я изучила плотно. Со всех сторон.
Потом мной занимался целитель, потому что кровотечение не останавливалось. К ужину я вышла самостоятельно. Мысль о том, что за мной придут и вытащат меня к столу, придала сил. Я отправилась бы самостоятельно даже на двадцать пять этажей вверх по лестнице. Или вниз.
Прошла к столу, села.
– Я не стану извиняться, дорогуша.
– Я не жду извинений, лорд Эрик. Мне сегодня не хочется разговаривать ни с кем из вас. Извини.
– Тигра, пойми, пожалуйста, мы старались свести воздействие к минимуму. Ты такая беззащитная, что профессионалы могли увлечься.
– Лорд Эрик, я всё это понимаю. Умом. Мне просто надо принять изменение наших взаимоотношений.
Поднимаю ладонь, вынуждая лорда Эрика молчать.
– Я понимаю, лорд Эрик. Но возврата к прошлому всё равно не будет. Глупо закрывать глаза. Будет только хуже. Я... адаптируюсь. Но сегодня общаться не буду. Не смогу.
Приступаем к ужину. Лорд Сэ молчит, отвернувшись от меня. Я тоже не хочу на него смотреть. Я не смогла не коснуться эмоций моих компаньонов, ставших палачами. И если Тёмный лорд делал только то, что должен был проделать по процедуре, без эмоций, и без "завершения", то есть так, как это сделал бы палач, добросовестно выполняющий свою работу; то лорд Сэ... Причинять боль, и испытывать восторг всем своим существом... Трепетать от жажды "насытиться"... Мне было плохо, а лорд Сэ наслаждался каждой минутой! Наслаждался, доходя до "пика"! Как так можно?!! И ведь придётся выдержать рядом с ним ещё восемь месяцев.
