– Значит, у вас крот. Кому-то мало одного жалованья. Или кто-то работает за страх.
– Это я проверю. А вот как быть с кормёжкой, Март?
Наверное, действительно, с деньгами у ребят негусто. Ну, тут я им помочь не смогу. Лицензии нет. А язык мой уже мелет:
– Я могла бы подзаработать некромантией... Или посадят?
Карл повернулся ко мне, и сказал:
– Я, первый, и посажу. Не высовывайся, девочка.
А у меня возникла мысль поискать клад. Если я поднимала мёртвых по заданным отцом Иаковом параметрам, то можно попробовать... Задумалась... А можно ли создать такую руну? Символы драгметаллов и брульянтов всяких мне ни Толий, ни отец Иаков не показывали. У них другие ценности. Да и мне тоже, пока не надо было заботиться о хлебе насущном. Кстати, да! Вспомнила Аманду, вздохнула, и мысленно прочитала "Отче наш..."
– Тигра, ты меня пугаешь. Что ты ещё придумала?
– Клад поискать... Может, у кого закопан...
Мужчины сползли по стенам. Всхлипывают... Наверное, это нервное. Пожалела, что я не маг. Холодный дождичек был бы сейчас кстати. Карл, утирая глаза, поднялся с пола, и сказал:
– Хочешь расспросить мёртвых? Идея неплохая, но ты не единственный некромант, которому пришла в голову эта светлая мысль. Родственники покойных дорого платят за такую услугу. Но мы опять упираемся в лицензию.
– Я думала не о родственниках. Иногда клады зарывают разбойники, которым на пятки наступают преследователи. Так бывает. Бывает, что вернуться, чтобы забрать спрятанное, некому.
– Есть у нас такая легенда, Тигра. Ей уже больше пяти сотен лет. Где-то в наших краях один из разбойничьих атаманов закопал огромные ценности. Золотой обоз... И владельца у этого обоза нет. Потому что страны той уже не существует. Опустилась на дно моря. Карты с возможным расположением клада продаются на каждом углу. Я, помнится, сам несколько таких рисовал в детстве.
– Не замечал за тобой таланта картографа, Карл.
– Когда от голода живот сводит, научишься. Не всем же по карманам шарить.
Смотрю на "стражей порядка" с умилением. Это надо же, какие воспоминания их связывают! Беспризорничали вместе?
"Следственные мероприятия" по поиску клада решено отложить до лучших времён. Я не умею читать на местных языках, а помогать мне, читая вслух, ни Карл, ни Мартин не согласились. Заставить поднятых... Они в тюрьме сидят. Карл оформил их за мелкие нарушения. Парнишку за хулиганство, а девчонок за приставания к прохожим. Стражника упокоила, отправив обратно в сгоревший участок. А мне в тюрьме проводить время не хочется. И так уже, весь первый день турнира пропустила. Турнир меня волнует мало, но вот на праздничные мероприятия я бы пошла... Посмотреть выступления артистов, попеть-потанцевать, выпить с народом...
Кстати, да! "Если я чего решил, я выпью-то, обязательно..." (© В. Высоцкий "Песня-сказка о джинне").
– Мартин, мне нужно сопровождение.
На вопросительный взгляд приятеля, поясняю:
– Я хочу выпить. Культурно. Меня надо вовремя увести домой из кабака.
– Дамы не пьют в кабаках, Тигра.
– Ладно, берём выпивку, закуску и идём на пленэр. Время детское...
– Детка, это тебе заняться нечем, а нам с Мартом ещё многое нужно сделать. Пей дома.
– Под одеялком? Чтобы меня потом в этом одеялке в трёх кабаках видели?
– Я тебя закрою. А выпивки возьми, чтобы не пришлось за добавкой идти.
Смотрю на Карла с жалостью... Что такое пить по-русски, парниша, понятно, не знает.
– Наша поговорка гласит: "Сколько водки ни бери... Всё равно два раза бегать!"
– Весело у вас живут, Тигра.
Задумалась... нет, не поймут. Если уж Солли ужасается моей "толстокожести"...
– Тогда научите меня читать, и можете идти.
– Ты вообще как себе это представляешь?
– Просто. Я умею читать на трёх языках (по-русски и по-немецки умела, а латыни меня Аманда выучила. На остальных, – только говорю и понимаю). Ты напишешь буквы и проговоришь их мне. Я запишу по-своему, чтобы понять, и буду учиться, пока вы работаете. Сочетания букв, которые произносятся не так, как пишутся, тоже напишешь. Я займусь делом, и не буду пьянствовать. И не пойду на кладбище приработок искать...
– Тигра... Ты уговариваешь, или угрожаешь?
– Или! Уговариваю, конечно. Иначе моё моральное падение будет на вашей совести.
Посмеялись, но, поняв, что легче выполнить мою просьбу, чем пытаться нейтрализовать мою жажду деятельности, Карл с Мартином нарисовали мне местный алфавит. Ну... руны я училась писaть у Толия. На наши буквы не похоже, на руны, – тоже. Так... что-то среднее. Главное, что принцип чтения не отличается от нашего. Даже читаются слева направо и сверху вниз. Карл отправил меня домой порталом, но предварительно, мы перекусили в знакомом кафе на городском рынке.
Выучила местный алфавит, попыталась записать план действий по поиску клада. Сверялась с алфавитом и сочетаниями букв. Нацарапала, как курица лапой. Попробовала перечитать, – переписала с исправлениями. Потом ещё раз переписала. Потом, плюнула, и записала всё по-русски. Обдумывать и спотыкаться, читая по слогам, это развлечение не для меня, ленивой. Потом перепишу. Первые три листа с моими попытками писать на местном языке сожгла на свечке. А план у меня был такой:
Первое: уточнить время, когда упомянутое Карлом государство ушло под воду. Это крайняя граница поисков.
Второе: почитать хроники о золотых обозах. Легенды о проклятии богов, тоже подойдут. Раз уж кусок мира ушёл под воду, то легенды обязательно есть.
Третье: ознакомиться с должностными лицами, гоняющими разбойников в те годы.
Четвёртое: найти кого-нибудь из них, поднять и поговорить. Найти нужного.
Пятое: попытаться найти этого атамана... расспросить его о кладе. И о ловушках. Наверняка они есть. Может быть, реку повернули на место схрона...
Шестое: достать клад.
Седьмое: доставить его "куда надо".
Восьмое: реализовать его.
Девятое: поделить добычу.
Десятое: остаться при этом в живых.
Всё просто. Ага, – как два пальца об асфальт!
О том, что государство попытается наложить лапу, я не думаю. Я знаю. Вот, то, что Синдикат в стороне не останется... Ну об этом пусть у ребят голова болит. Мне деньги, в общем и целом, не нужны. Я здесь на три месяца. Вот на прокорм, приличное жильё и обслуживание: уборка, стирка, глажка, чистка обуви... и на еду. Ну, сменную одежду, обувь и предметы гигиены ещё. И всё. Всё это здесь недорого стоит. Поэтому, я своё участие и афишировать не намерена. Пусть Мартин с Карлом сдают ценности в казну Его Величества. Премию получат. Возможно... Или срок. А то и нож в спину. Страшное дело! Только план нарисовала, а уже столько хлопот!
Посмотрела на свои записки, сижу, хохочу! Карл пошутил, скорее всего, а я уже думаю, как ценности делить будем. Смешно!
Отсмеявшись, аккуратно переписала план местными буквами. Пришлось вспомнить институтские навыки. Писала чертёжным шрифтом. Высунув язык от усердия, как в пять лет, когда бабуля учила меня азбуке, и я старательно переписывала "Сказки сельвы" на обои. Несколько предложений заняли весь простенок между шкафом и пианино... Хорошо запомнилась порка, последовавшая за этим... Ностальгически вздохнув, продолжила свои труды.
Мартин и Карл пришли, когда я перечитывала написанное, сверяясь с алфавитом. Гордо подала Мартину листочек с планом. Он долго морщил лоб, вчитываясь, потом передал листок Карлу, воззрившись на меня с суеверным ужасом. Хлопаю на приятеля глазами, на всякий случай, отслеживая Карла. Карл тоже морщит лоб, ещё и шевеля губами при этом... Потом потёр лоб, вернул мне листок и попросил прочитать им вслух, что я там написала. Начинаю злиться. Я, конечно, понимаю, что с одним алфавитом, без знания грамматических правил, по принципу "как слышится, так и пишется", я написала на немыслимом "волапюке". Но могли бы и поделикатней это выразить. Волки? позорные!
Достала свои заметки на русском, прочитала им вслух. Сижу, жду реакции. Реакция запаздывает. Потом, Карл, не сводя с меня округлившихся глаз, сказал:
Март, она это серьёзно!
А Мартин, забрав у меня мои заметки, уставился на них, как баран на новые ворота. Потом, со вздохом вернул их мне.
– Ты действительно умеешь писaть... Я, было, подумал, что ты так шутишь.
– Шучу?! Я весь вечер угробила на переписывание нескольких строчек! – Потом, сбавив тон, спросила: – Совсем непонятно написaла?
Карл ответил, продолжая присматриваться ко мне:
– Отчего же? Понятно. Когда я учился писaть, получалось, примерно, то же.
– И как вам мой план поисков?
– Блестяще! Особенно мне понравился пункт о должностных лицах. Там, где "найти нужного".
– Это не так трудно, как ты думаешь, Карл. Если, конечно, сохранились городские хроники.
– Сохранились, а как же! Вот только изучать их... Нужен допуск, которого тебе не получить. При всём моём уважении. Ты очень сильный некромант. Я таких не видел. Но этого мало, Тигра.
– А у тебя есть допуск?
– Нет. Ни у меня, ни у Марта. И нам никто его не даст. Видишь ли... легенда о золотом обозе имеет под собой основание. Поэтому, доступ к архивам открывают только королевским указом. И незадачливые искатели лишаются головы на плахе. Их уже давно не появляется...
И я твёрдо решила "бороться и искать, найти и не сдаваться". Всё равно, заняться мне нечем. Надо шлифовать знания, работать по диплому... Но! Каким образом, спрашиваю я вас? Это мафия предоставляла мне материал для работы. А одна я тут же под суд попаду... И клад... Это же здорово! Хоть посмотреть...
– А без архивов? На одних сказочках?
– Зачем же на сказочках? Клад ищут уже лет пятьсот как. И золотых обозов примерно столько же лет не было. Тот, вероятно, был последним.
-Он шёл туда, или оттуда?
– Туда. Иначе у него был бы владелец.
– Так что? Идём на кладбище? Здесь рядом.
– Тигра, у нас нет кладбищ такого возраста. Они все уничтожены.
– По какой причине? Война? Чума? Переустройство города?
Подумала, что последнее, пожалуй, похлеще будет...
– Чума, а потом уже переустройство. Их сожгли магически, потом засыпали землёй и посадили деревья. Или построили здания, разбив новые улицы.
– То есть, городской парк устроен на месте кладбища?
– Возможно. А, возможно, и нет. Я не некромант. Не смогу тебе помочь.
– Ты можешь "услышать" отголоски заклинания, уничтожившего захоронения... Впрочем, это неважно. Почему бы нам не устроить пикник в городском парке? Возьмём выпивку, закуску, посидим на природе... А я "послушаю" парк.
Расстались друзьями, договорившись встретиться на рассвете в кафе, рядом с рынком. А ночью, я выскользнула из дома, перейдя в тигриную ипостась. И отправилась гулять. Пробежала по кладбищу, перепрыгнула опять через ограду, и пошла в парк, выбирая тёмные улицы. Из некоторых переулков доносились странные звуки, похожие на икоту. Я не стала выяснять, что там такое. Ежу понятно: поджидали добычу, а увидели хищника. В парк пришлось пробираться сменив облик. Ограда чересчур высока для тигрицы, и прутья заострённые. А человеком я легко перебралась внутрь. Опять сменила облик и начала патрулирование. Народу оказалось достаточно много. Причём законопослушных граждан – ни одного. Ну и ладно. Сменила облик, залезла на старое дерево, начала плести замыкающий контур. По забору. Забор – внутри. Ибо нефиг! Полчаса ушло. Уж больно периметр большой. Потом наложила сеть поиска. Народу здесь поубивали немеряно. Криминальное, какое-то место! Но мне они не интересны. А интересно продвинуться вглубь. Лет, этак, на шестьсот. Наложила верхнее ограничение. Потом сдвину, если что. Сегодня ночью хорошо, если удастся "пристрелочную вилку" определить. То есть, время, когда о кладе ничего не слышали, и время, когда о нём уже каждая собака знала.
Было. Было здесь кладбище. Вызвала первый десяток покойничков разного возраста. Шестьсот лет назад ни о каком кладе речи не шло. Ни один из десяти ничего не слышал. Поставила пометку на полях своих заметок. Упокоила. Следующая отметка – пятьсот лет. Дааа... Каждый знает о кладе. Слышал от соседа, или сослуживца, или собутыльника, или просто разговор на улице... Но в именах разбойничьего атамана путаются. И кто его ловил, – неизвестно. Значит, – мимо. Третья попытка – пятьсот пятьдесят лет. Сузить вилку не смогу. Уж больно отклонения велики.
А вот пятьсот пятьдесят лет назад о кладе слышали далеко не все. Имени атамана вообще не назвали. Разбойники, и всё. Задумалась, а действительно ли это были разбойники? Или кто-то "закосил" под них? Значит, исследуем промежуток между шестьюста и пятьсот пятьюдесятью годами. Упокоила десятку, запомнив осведомлённых: стражник, писарь и девица лёгкого поведения. Что ж, надо будет раскинуть сеть пошире. Но это завтра... Завтра.
И надо бы вызвать покойных из городской тюрьмы. Пятьсот пятьдесят лет назад, зaмок, по словам Мартина, уже выполнял эту необходимую функцию. Думаю, что те покойнички намного осведомлённее кладбищенских.
Прислушалась эмпатией, удостоверилась, что поблизости никого нет, слезла с дерева и отправилась домой. Спать. Тигриный облик приняла, преодолев забор. Уже добравшись до дома, вспомнила, что так и не сняла ограничивающий контур. Возвращаться мне лень. Перетопчутся. Не графья. Надо утречком пройти мимо... Спать... спать...
Спала в тигрином обличье. На полу. Тигрице нужно меньше времени на отдых. А встать пришлось до рассвета. Сменила облик, быстренько привела себя в порядок, и выбежала на улицу. В обьятья Карла, схватившего меня в охапку и утащившего порталом к проснувшемуся рынку. Там он перебросил меня Мартину. Блин! Похоже, уже знают о моём проколе. И что теперь делать?
– Торопишься?
– Ага! Договорились же на рассвете встретиться.
– А почему в другую сторону направилась? Только не говори, что заблудилась.
– Так это... – копирую мошенника, пытавшегося продать мне амулет. – Кривой дорогой ближе.
Улыбаюсь по-идиотски, только что пузыри не пускаю... Ковыряю ножкой мостовую. Смотрят на меня... внимательно. Уууу... волки? позорные! Интересно, они только левую некромантию засекли? Или им и о тигрице доложили? Два и два сложить здесь есть кому...
– Тигра, я же просил тебя...
– Нет, Карл. Ты не просил. Ты мне угрожал. Тюрьмой. А у меня сильно развито чувство противоречия. – Сделала небольшую паузу. – Вот.
– Понятно... Чувство противоречия развито сильно. А чувство осторожности, вероятно, в порядке компенсации, отсутствует вообще.
– Ну сниму я этот барьер, Карл, сниму. Что за волнения?
– Ты засветилась, Тигра. Тебя найдут.
Задумалась... Так просто? Надо было сразу сотворить что-нибудь подобное. Пока думала, вытянула энергию из барьера, заставив его "истаять". Вдруг, да удасться списать на природную аномалию. Блин, знала бы, что это так легко, из дома бы всё сделала. Ещё ночью...
– Ну, найдут. И что?
– И заставят работать.
– Как ты себе это представляешь, Карл? На слабo меня взять очень сложно, а угрожать природному некроманту... Есть более приятные способы умереть. Пропавший обоз надо искать в промежутке от пятисот пятидесяти до шестисот лет. Точнее определить не смогла, извини.
– Какой пропав... Ты что?! Ты поднимала...
– Парк разбит на старом кладбище. Я поднимала по десять объектов. Всего, в общей сложности, тридцать. И... Мартин, по-моему, разбойники здесь ни при чём. Не может такого быть, что?..
– Это я проверю. А вот как быть с кормёжкой, Март?
Наверное, действительно, с деньгами у ребят негусто. Ну, тут я им помочь не смогу. Лицензии нет. А язык мой уже мелет:
– Я могла бы подзаработать некромантией... Или посадят?
Карл повернулся ко мне, и сказал:
– Я, первый, и посажу. Не высовывайся, девочка.
А у меня возникла мысль поискать клад. Если я поднимала мёртвых по заданным отцом Иаковом параметрам, то можно попробовать... Задумалась... А можно ли создать такую руну? Символы драгметаллов и брульянтов всяких мне ни Толий, ни отец Иаков не показывали. У них другие ценности. Да и мне тоже, пока не надо было заботиться о хлебе насущном. Кстати, да! Вспомнила Аманду, вздохнула, и мысленно прочитала "Отче наш..."
– Тигра, ты меня пугаешь. Что ты ещё придумала?
– Клад поискать... Может, у кого закопан...
Мужчины сползли по стенам. Всхлипывают... Наверное, это нервное. Пожалела, что я не маг. Холодный дождичек был бы сейчас кстати. Карл, утирая глаза, поднялся с пола, и сказал:
– Хочешь расспросить мёртвых? Идея неплохая, но ты не единственный некромант, которому пришла в голову эта светлая мысль. Родственники покойных дорого платят за такую услугу. Но мы опять упираемся в лицензию.
– Я думала не о родственниках. Иногда клады зарывают разбойники, которым на пятки наступают преследователи. Так бывает. Бывает, что вернуться, чтобы забрать спрятанное, некому.
– Есть у нас такая легенда, Тигра. Ей уже больше пяти сотен лет. Где-то в наших краях один из разбойничьих атаманов закопал огромные ценности. Золотой обоз... И владельца у этого обоза нет. Потому что страны той уже не существует. Опустилась на дно моря. Карты с возможным расположением клада продаются на каждом углу. Я, помнится, сам несколько таких рисовал в детстве.
– Не замечал за тобой таланта картографа, Карл.
– Когда от голода живот сводит, научишься. Не всем же по карманам шарить.
Смотрю на "стражей порядка" с умилением. Это надо же, какие воспоминания их связывают! Беспризорничали вместе?
Глава 21. Мелочь на карманные расходы, или "По следам "золотого обоза"
"Следственные мероприятия" по поиску клада решено отложить до лучших времён. Я не умею читать на местных языках, а помогать мне, читая вслух, ни Карл, ни Мартин не согласились. Заставить поднятых... Они в тюрьме сидят. Карл оформил их за мелкие нарушения. Парнишку за хулиганство, а девчонок за приставания к прохожим. Стражника упокоила, отправив обратно в сгоревший участок. А мне в тюрьме проводить время не хочется. И так уже, весь первый день турнира пропустила. Турнир меня волнует мало, но вот на праздничные мероприятия я бы пошла... Посмотреть выступления артистов, попеть-потанцевать, выпить с народом...
Кстати, да! "Если я чего решил, я выпью-то, обязательно..." (© В. Высоцкий "Песня-сказка о джинне").
– Мартин, мне нужно сопровождение.
На вопросительный взгляд приятеля, поясняю:
– Я хочу выпить. Культурно. Меня надо вовремя увести домой из кабака.
– Дамы не пьют в кабаках, Тигра.
– Ладно, берём выпивку, закуску и идём на пленэр. Время детское...
– Детка, это тебе заняться нечем, а нам с Мартом ещё многое нужно сделать. Пей дома.
– Под одеялком? Чтобы меня потом в этом одеялке в трёх кабаках видели?
– Я тебя закрою. А выпивки возьми, чтобы не пришлось за добавкой идти.
Смотрю на Карла с жалостью... Что такое пить по-русски, парниша, понятно, не знает.
– Наша поговорка гласит: "Сколько водки ни бери... Всё равно два раза бегать!"
– Весело у вас живут, Тигра.
Задумалась... нет, не поймут. Если уж Солли ужасается моей "толстокожести"...
– Тогда научите меня читать, и можете идти.
– Ты вообще как себе это представляешь?
– Просто. Я умею читать на трёх языках (по-русски и по-немецки умела, а латыни меня Аманда выучила. На остальных, – только говорю и понимаю). Ты напишешь буквы и проговоришь их мне. Я запишу по-своему, чтобы понять, и буду учиться, пока вы работаете. Сочетания букв, которые произносятся не так, как пишутся, тоже напишешь. Я займусь делом, и не буду пьянствовать. И не пойду на кладбище приработок искать...
– Тигра... Ты уговариваешь, или угрожаешь?
– Или! Уговариваю, конечно. Иначе моё моральное падение будет на вашей совести.
Посмеялись, но, поняв, что легче выполнить мою просьбу, чем пытаться нейтрализовать мою жажду деятельности, Карл с Мартином нарисовали мне местный алфавит. Ну... руны я училась писaть у Толия. На наши буквы не похоже, на руны, – тоже. Так... что-то среднее. Главное, что принцип чтения не отличается от нашего. Даже читаются слева направо и сверху вниз. Карл отправил меня домой порталом, но предварительно, мы перекусили в знакомом кафе на городском рынке.
Выучила местный алфавит, попыталась записать план действий по поиску клада. Сверялась с алфавитом и сочетаниями букв. Нацарапала, как курица лапой. Попробовала перечитать, – переписала с исправлениями. Потом ещё раз переписала. Потом, плюнула, и записала всё по-русски. Обдумывать и спотыкаться, читая по слогам, это развлечение не для меня, ленивой. Потом перепишу. Первые три листа с моими попытками писать на местном языке сожгла на свечке. А план у меня был такой:
Первое: уточнить время, когда упомянутое Карлом государство ушло под воду. Это крайняя граница поисков.
Второе: почитать хроники о золотых обозах. Легенды о проклятии богов, тоже подойдут. Раз уж кусок мира ушёл под воду, то легенды обязательно есть.
Третье: ознакомиться с должностными лицами, гоняющими разбойников в те годы.
Четвёртое: найти кого-нибудь из них, поднять и поговорить. Найти нужного.
Пятое: попытаться найти этого атамана... расспросить его о кладе. И о ловушках. Наверняка они есть. Может быть, реку повернули на место схрона...
Шестое: достать клад.
Седьмое: доставить его "куда надо".
Восьмое: реализовать его.
Девятое: поделить добычу.
Десятое: остаться при этом в живых.
Всё просто. Ага, – как два пальца об асфальт!
О том, что государство попытается наложить лапу, я не думаю. Я знаю. Вот, то, что Синдикат в стороне не останется... Ну об этом пусть у ребят голова болит. Мне деньги, в общем и целом, не нужны. Я здесь на три месяца. Вот на прокорм, приличное жильё и обслуживание: уборка, стирка, глажка, чистка обуви... и на еду. Ну, сменную одежду, обувь и предметы гигиены ещё. И всё. Всё это здесь недорого стоит. Поэтому, я своё участие и афишировать не намерена. Пусть Мартин с Карлом сдают ценности в казну Его Величества. Премию получат. Возможно... Или срок. А то и нож в спину. Страшное дело! Только план нарисовала, а уже столько хлопот!
Посмотрела на свои записки, сижу, хохочу! Карл пошутил, скорее всего, а я уже думаю, как ценности делить будем. Смешно!
Отсмеявшись, аккуратно переписала план местными буквами. Пришлось вспомнить институтские навыки. Писала чертёжным шрифтом. Высунув язык от усердия, как в пять лет, когда бабуля учила меня азбуке, и я старательно переписывала "Сказки сельвы" на обои. Несколько предложений заняли весь простенок между шкафом и пианино... Хорошо запомнилась порка, последовавшая за этим... Ностальгически вздохнув, продолжила свои труды.
Мартин и Карл пришли, когда я перечитывала написанное, сверяясь с алфавитом. Гордо подала Мартину листочек с планом. Он долго морщил лоб, вчитываясь, потом передал листок Карлу, воззрившись на меня с суеверным ужасом. Хлопаю на приятеля глазами, на всякий случай, отслеживая Карла. Карл тоже морщит лоб, ещё и шевеля губами при этом... Потом потёр лоб, вернул мне листок и попросил прочитать им вслух, что я там написала. Начинаю злиться. Я, конечно, понимаю, что с одним алфавитом, без знания грамматических правил, по принципу "как слышится, так и пишется", я написала на немыслимом "волапюке". Но могли бы и поделикатней это выразить. Волки? позорные!
Достала свои заметки на русском, прочитала им вслух. Сижу, жду реакции. Реакция запаздывает. Потом, Карл, не сводя с меня округлившихся глаз, сказал:
Март, она это серьёзно!
А Мартин, забрав у меня мои заметки, уставился на них, как баран на новые ворота. Потом, со вздохом вернул их мне.
– Ты действительно умеешь писaть... Я, было, подумал, что ты так шутишь.
– Шучу?! Я весь вечер угробила на переписывание нескольких строчек! – Потом, сбавив тон, спросила: – Совсем непонятно написaла?
Карл ответил, продолжая присматриваться ко мне:
– Отчего же? Понятно. Когда я учился писaть, получалось, примерно, то же.
– И как вам мой план поисков?
– Блестяще! Особенно мне понравился пункт о должностных лицах. Там, где "найти нужного".
– Это не так трудно, как ты думаешь, Карл. Если, конечно, сохранились городские хроники.
– Сохранились, а как же! Вот только изучать их... Нужен допуск, которого тебе не получить. При всём моём уважении. Ты очень сильный некромант. Я таких не видел. Но этого мало, Тигра.
– А у тебя есть допуск?
– Нет. Ни у меня, ни у Марта. И нам никто его не даст. Видишь ли... легенда о золотом обозе имеет под собой основание. Поэтому, доступ к архивам открывают только королевским указом. И незадачливые искатели лишаются головы на плахе. Их уже давно не появляется...
И я твёрдо решила "бороться и искать, найти и не сдаваться". Всё равно, заняться мне нечем. Надо шлифовать знания, работать по диплому... Но! Каким образом, спрашиваю я вас? Это мафия предоставляла мне материал для работы. А одна я тут же под суд попаду... И клад... Это же здорово! Хоть посмотреть...
– А без архивов? На одних сказочках?
– Зачем же на сказочках? Клад ищут уже лет пятьсот как. И золотых обозов примерно столько же лет не было. Тот, вероятно, был последним.
-Он шёл туда, или оттуда?
– Туда. Иначе у него был бы владелец.
– Так что? Идём на кладбище? Здесь рядом.
– Тигра, у нас нет кладбищ такого возраста. Они все уничтожены.
– По какой причине? Война? Чума? Переустройство города?
Подумала, что последнее, пожалуй, похлеще будет...
– Чума, а потом уже переустройство. Их сожгли магически, потом засыпали землёй и посадили деревья. Или построили здания, разбив новые улицы.
– То есть, городской парк устроен на месте кладбища?
– Возможно. А, возможно, и нет. Я не некромант. Не смогу тебе помочь.
– Ты можешь "услышать" отголоски заклинания, уничтожившего захоронения... Впрочем, это неважно. Почему бы нам не устроить пикник в городском парке? Возьмём выпивку, закуску, посидим на природе... А я "послушаю" парк.
***
Расстались друзьями, договорившись встретиться на рассвете в кафе, рядом с рынком. А ночью, я выскользнула из дома, перейдя в тигриную ипостась. И отправилась гулять. Пробежала по кладбищу, перепрыгнула опять через ограду, и пошла в парк, выбирая тёмные улицы. Из некоторых переулков доносились странные звуки, похожие на икоту. Я не стала выяснять, что там такое. Ежу понятно: поджидали добычу, а увидели хищника. В парк пришлось пробираться сменив облик. Ограда чересчур высока для тигрицы, и прутья заострённые. А человеком я легко перебралась внутрь. Опять сменила облик и начала патрулирование. Народу оказалось достаточно много. Причём законопослушных граждан – ни одного. Ну и ладно. Сменила облик, залезла на старое дерево, начала плести замыкающий контур. По забору. Забор – внутри. Ибо нефиг! Полчаса ушло. Уж больно периметр большой. Потом наложила сеть поиска. Народу здесь поубивали немеряно. Криминальное, какое-то место! Но мне они не интересны. А интересно продвинуться вглубь. Лет, этак, на шестьсот. Наложила верхнее ограничение. Потом сдвину, если что. Сегодня ночью хорошо, если удастся "пристрелочную вилку" определить. То есть, время, когда о кладе ничего не слышали, и время, когда о нём уже каждая собака знала.
Было. Было здесь кладбище. Вызвала первый десяток покойничков разного возраста. Шестьсот лет назад ни о каком кладе речи не шло. Ни один из десяти ничего не слышал. Поставила пометку на полях своих заметок. Упокоила. Следующая отметка – пятьсот лет. Дааа... Каждый знает о кладе. Слышал от соседа, или сослуживца, или собутыльника, или просто разговор на улице... Но в именах разбойничьего атамана путаются. И кто его ловил, – неизвестно. Значит, – мимо. Третья попытка – пятьсот пятьдесят лет. Сузить вилку не смогу. Уж больно отклонения велики.
А вот пятьсот пятьдесят лет назад о кладе слышали далеко не все. Имени атамана вообще не назвали. Разбойники, и всё. Задумалась, а действительно ли это были разбойники? Или кто-то "закосил" под них? Значит, исследуем промежуток между шестьюста и пятьсот пятьюдесятью годами. Упокоила десятку, запомнив осведомлённых: стражник, писарь и девица лёгкого поведения. Что ж, надо будет раскинуть сеть пошире. Но это завтра... Завтра.
И надо бы вызвать покойных из городской тюрьмы. Пятьсот пятьдесят лет назад, зaмок, по словам Мартина, уже выполнял эту необходимую функцию. Думаю, что те покойнички намного осведомлённее кладбищенских.
Прислушалась эмпатией, удостоверилась, что поблизости никого нет, слезла с дерева и отправилась домой. Спать. Тигриный облик приняла, преодолев забор. Уже добравшись до дома, вспомнила, что так и не сняла ограничивающий контур. Возвращаться мне лень. Перетопчутся. Не графья. Надо утречком пройти мимо... Спать... спать...
Спала в тигрином обличье. На полу. Тигрице нужно меньше времени на отдых. А встать пришлось до рассвета. Сменила облик, быстренько привела себя в порядок, и выбежала на улицу. В обьятья Карла, схватившего меня в охапку и утащившего порталом к проснувшемуся рынку. Там он перебросил меня Мартину. Блин! Похоже, уже знают о моём проколе. И что теперь делать?
– Торопишься?
– Ага! Договорились же на рассвете встретиться.
– А почему в другую сторону направилась? Только не говори, что заблудилась.
– Так это... – копирую мошенника, пытавшегося продать мне амулет. – Кривой дорогой ближе.
Улыбаюсь по-идиотски, только что пузыри не пускаю... Ковыряю ножкой мостовую. Смотрят на меня... внимательно. Уууу... волки? позорные! Интересно, они только левую некромантию засекли? Или им и о тигрице доложили? Два и два сложить здесь есть кому...
– Тигра, я же просил тебя...
– Нет, Карл. Ты не просил. Ты мне угрожал. Тюрьмой. А у меня сильно развито чувство противоречия. – Сделала небольшую паузу. – Вот.
– Понятно... Чувство противоречия развито сильно. А чувство осторожности, вероятно, в порядке компенсации, отсутствует вообще.
– Ну сниму я этот барьер, Карл, сниму. Что за волнения?
– Ты засветилась, Тигра. Тебя найдут.
Задумалась... Так просто? Надо было сразу сотворить что-нибудь подобное. Пока думала, вытянула энергию из барьера, заставив его "истаять". Вдруг, да удасться списать на природную аномалию. Блин, знала бы, что это так легко, из дома бы всё сделала. Ещё ночью...
– Ну, найдут. И что?
– И заставят работать.
– Как ты себе это представляешь, Карл? На слабo меня взять очень сложно, а угрожать природному некроманту... Есть более приятные способы умереть. Пропавший обоз надо искать в промежутке от пятисот пятидесяти до шестисот лет. Точнее определить не смогла, извини.
– Какой пропав... Ты что?! Ты поднимала...
– Парк разбит на старом кладбище. Я поднимала по десять объектов. Всего, в общей сложности, тридцать. И... Мартин, по-моему, разбойники здесь ни при чём. Не может такого быть, что?..
