Толий уничтожен. То есть полностью. Распылён, и пыль развеяна ветром. Откуда здесь ветер? Отец Иаков, наконец, обратил на меня высочайшее внимание. Лёгкое движение пальцев, и... Солли едва успевает меня подхватить. Чуть не рухнула на камни. Помимо язв от рун, появились бы ещё и ссадины.
– Дитя моё. Хватит реветь! Всё уже закончилось.
– Дааа, а у меня теперь язвы по всему телууу... Шраамыыы останутсяаааа...
Завываю, как пожарная сирена. Самой противно. Отец Иаков внимательно меня выслушивает, потом хватает за волосы, и рывком поворачивает к каменному зеркалу. Смотрю на себя: на руке ссадина, от усердия Солли, и... Никаких следов. Какое счастье! Но руны... Значит они впитались? Отец Иаков, усадив меня на каменную скамью, рисует в воздухе перед зеркалом непонятный символ. И говорит... На одном из наречий Бездны!
– Недавнее прошлое хочу увидеть я. По праву крови и силы.
Таки получается, что отец Иаков – из Бездны? Или где? Мысли привычно порхают надо мной. Вообще, сегодня "у меня лёгкость необыкновенная в мыслях" (© Н.В. Гоголь "Ревизор"). Лорды сели рядом со мной, Сэ нацепил на меня рясу. Судя по размеру, – свою. Моя разодрана Солли ещё в конце первого курса. Сидим, смотрим кино. Сначала, как меня Толий уговаривал. При помощи лордов. Потом весь обряд. Когда Толий начал рисовать на мне руны, отец Иаков, стал похож на кота, выслеживающего мышь. А когда я загорелась пурпурным пламенем... Не вся я, оказывается, а только глаза. Так вот с этого момента, всё внимание нашего куратора было поделено между мной и зеркалом. Прошипев что-то типа: "истинная кровь", добрейший отец Иаков предложил мне привести себя в порядок, и убираться на Семинар, писать отчёты. Ага, хитренькие какие! Меня, – окопы рыть, отчёты писать то есть, а они здесь будут разбираться. А я так ничего и не узнаю? Мысленно топаю ногами: "Баба-Яга против!"
– Дитя моё. Последние дни твоей практики были очень насыщены событиями и впечатлениями.
Это он к чему сейчас? Что слабый женский мозг не справляется с нагрузкой?
Получаю благостную улыбку, и предложение отправить со мной лорда Сэ. Ага, нашёл чем поманить! А может, это угроза?
– Я писала отчёты каждый день, отец Иаков. Даже когда проживала в резиденции Советника. Так что за вычетом сегодняшнего дня вся инфо есть. Вот!
Да, я обижена! Ко мне предвзято относятся! Меня здесь не любят! Искоса наблюдаю за отцом Иаковом: взбесится ещё больше? Или где?
– Дитя моё... Я читал твои отчёты. Вот только не вполне понял по какой линии тебе практику засчитывать. Как ученице дома терпимости? Или как некроманту-недоучке? Что ты сделала по специальности, дитя моё?
Слёзы обиды начинают струиться из глаз. Часто моргаю. Отец Иаков уже не просто зол, он взбешён. Это уже опасно. Сэ, кстати, тоже взбешён. Словосочетание "дом терпимости" оказалось ему не по силам. Солли подмигивает мне. Ага, им хорошо! Они на Правительство работали! А меня дон Марко сразу почти забрал. Хотя, я же проводила для него допросы. И последние, отданные мне Толием, для изготовления зомби... Я тоже их использовала как объекты. А, учитывая, что всё Правительство без сердец лежит в этом зале, и истинным Правителем является дон Марко... Ой, что-то у меня опять каша в голове...
– Ладно, я понял, дитя моё. Поговорю с доном Марко. Твои отчёты о работе находятся у него?
Киваю, без слов. Ну почему отец Иаков так зол на меня? Что я такого сделала? Или, наоборот, чего-то не сделала?
– Не люблю лицемерия, дитя моё.
В полном "афиге" смотрю на добрейшего отца Иакова. Это он о чём? За лицемерие?
– Не смотри на меня так, дитя моё. Ты природный некромант, ты могла просто приказать этому воскрешённому, и он не смог бы ослушаться тебя. Сила природного некроманта и того, кто изучал некромантию, несравнима. Можно побороться знаниями против силы, будучи живым. Но будучи мёртвым, – бесполезно. И ещё. Что тебя напугало настолько, что ты отправила в атаку своего ручного лича? Кого ты ожидала, дитя моё?
– Вас с лордами. Но я не знала! Я не знала, что могу приказать! Я даже не знала, что я некромант. В моём мире некромантия не распространена. Я вообще считала её выдумкой.
– И что обладаешь силой отнимающих душу, ты тоже не знала? Дитя моё? Я жду!
– Чего? Чего вы ждёте?! Я считала это сказками, понимаете, вы?! Сказками, придуманными чтобы "пощекотать нервы"!
– Отец Иаков, Тигра говорит правду.
– Не сомневаюсь, Светлейший. Как всякая женщина, Тигра никогда не лжёт. Она говорит то, что считает правдой. В данный конкретный момент.
Он что, с женой поругался? Или с дочерью? Или, упаси Боже, с тёщей? Что за наезд по половому признаку?
В воздух поднимается тело одного из бессердечных. С хрустом выламывается ребро, ломается на три части, которые падают передо мной.
– Копируй.
Равнодушный голос. Вот за что мне это? Начинаю вспоминать символы, с ужасом понимаю, что всё, чему учил меня Толий, вылетело из головы. Потом решаю, что, раз уж я природный некромант, то условности – побоку. Сосредотачиваюсь на обломках, окутываю их силой, и приказываю расти. Как зёрнам. Отец Иаков смотрит на растущих зомби, прозрачных вначале, состоящих только из энергии, которую я влила в косточки; и все выше заламывая бровь наблюдает, как косточка становится скелетом, а зомби густеют, обретая плоть. И вуаля! Трое из ларца, одинаковых с лица! В ларце, вроде-бы двое было. Ну, не важно.
– И что теперь? Зачем они нужны, отец Иаков?
Отец Иаков выставил передо мной ладонь в универсальном жесте: "помолчи". Обошёл вокруг зомби. Потом начал рисовать в воздухе какие-то символы, некоторые я даже узнала. Таки отец Иаков тоже некромант?
– Не мешай, дитя моё.
Я вообще молчу! Ах, да! Он же телепат! Так что мне теперь, – не думать?
– У тебя это великолепно получается, дитя моё. Особенно, когда надо принимать решения.
Ну, спасибо! Хотя, что тут говорить! "Негоже лилиям прясть..." (© М. Дрюон "Негоже лилиям прясть") Ууу, гады! Шовинисты! Всё! Я обиделась! Выбрасываю всё из головы и абсолютно бездумно наблюдаю за действиями добрейшего отца Иакова. А добрейший некромант проверяет моих зомби на устойчивость. Смысл проверки мне неясен. Но! Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не вешалось. Мысли привычно плавают надо мной, зомби безмолвно истекают кровью. Приказать им реагировать более адекватно, что ли? Или где? Спать хочется.
– Дитя моё. Объясни мне, почему эти зомби столь живы.
– А какими они должны быть, отец Иаков? Они же свежевыращенные.
Солли закашлялся, пытаясь скрыть смех. Отец Иаков посмотрел на обоих лордов с упрёком, и отправил их на Семинар окопы рыть. То есть отчёты писать. А меня запряг в некромантские исследования. Все записи периода Толия были внимательно прочитаны, значение каждого слова проанализировано и дважды уточнено. Интересно, некромантия – любимое хобби отца Иакова? Не удивлюсь.
Вызвала своих девочек-зомби, которые восстали из пепла. Отец Иаков попытался определить, что за руну наложил на них Толий, но... Безуспешно. Пожал плечами и сказал, что со смертью некроманта умирают и наложенные им чары. Предложил мне проверить. Ага, как будто я знаю, как! Но! Добрейшему отцу Иакову не отказывают. Какая бы прихоть ни взбрела в его голову. Поэтому просто наложила на них свою энергию и задала проверку на вмешательство. Я лично их ни к чему не обязывала, так что любая программа действий – чужая. Ничего не обнаружилось. Нарисовала по-памяти символ, использованный Толием, отец Иаков начал разбирать его по частям. Или я что-то упустила, или этот символ ему незнаком. Разные школы некромантии, наверное.
Сделали перерыв на обед. Обедали у мадам Тересы. По семейному. Отец Иаков, дон Марко, мадам Тереса и я. За обедом особо не разговаривали. Отец Иаков подтвердил полномочия дона Марко. Забавно, похоже у самого отца Иакова полномочий не менее чем у папы Римского. Благословил, короче, на царство.
А после обеда, полчаса отдыха, и опять ныряем в некромантию. Точно, – хобби! "Охота, пуще неволи". Показала отцу Иакову тупых зомби, получившихся в результате освоения мною ритуалов. Он просто расцвёл. Предварительно изрезав их на куски, как предыдущих.
– Дитя моё, я понял в чём дело! Когда ты поднимаешь зомби обычными методами, не прибегая к своей энергии, они получаются без отклонений.
Ну да, какие отклонения! Обычный ходячий покойник. Дурдом! Интересно, есть какие-то нормативы, позволяющие определить "отклонения"?
– А когда ты накладываешь на них свою энергию, то тела получаются живыми.
Эххх! Знать бы раньше, занялась бы изготовлением трансплантатов. Живые деньги, и никакой уголовщины. Короче: "знал бы прикуп, жил бы в Сочи".
– Дитя моё, не отвлекайся! Попробуй восстановить все эти объекты своей энергией. Надеюсь, ты не испытываешь к ним сентиментальных чувств?
Вытаращилась на добрейшего отца. Сентиментальные чувства к кому? К трупам? Это даже не животные!
– Хорошо, дитя моё. Значит, твой идиотизм имеет границы. Это радует. Приступай.
Приступила. Старательно подавила крамольную мысль: а что, если смешать их всех? После опытов отца Иакова останки в таком состоянии, что перемешать их очень легко. Вовремя вспомнила составных монстров у Лорел Гамильтон, и взяла себя в руки. Но! Отец Иаков заинтересовался. Похоже, что мне придётся-таки заняться исследованиями. Может, ещё и учёную степень получу. Ага. Кандидат некромантских наук. Или доктор некромантии. А что? Звучит!
Восстановление с учётом предыдущего опыта прошло намного быстрее. Ну да, тела все-таки были. Хоть и искромсанные. Наложила энергию, и приказала им восстановиться. Все живенькие, на зомби абсолютно непохожи. Даже те, которые были "без отклонений". Для разделочной подойдут в самый раз.
– Неплохая мысль, дитя моё. Но нам хватает материала для разделочной, как ты изволила выразиться.
– Я проявила неуважение?
– Так, самую малость. Не важно. Ты хотела о чём-то спросить.
– Да. Отец Иаков, почему моя энергия голубая, а не зелёная, как у Толия? Даже когда я рисовала руны, они светились голубым, а не зелёным.
– Потому что ты пользуешься чистой энергией природного некроманта. Не ограниченной рамками знаний.
– То есть, когда я изучу некромантию, цвет энергии поменяется?
– Нет, конечно. Ограничения на поток энергии изменят её оттенок. Ты будешь знать, сколько силы тебе требуется для совершения нужного действия, и не станешь тратить бочку там, где нужна чашка. У этого лича, вероятно, вообще энергии не было. Только знания. Некромантия позволяет получить желаемый результат, не прикладывая сил. Если, конечно, знаешь, как это сделать.
– А-а-а. А где вы учились некромантии, отец Иаков?
– В это учебное заведение тебе не попасть, дитя моё. Но я дам тебе рекомендацию в Школу Гильдий. После Семинара. Меня заинтересовал поднятый тобой вопрос самовосстановления зомби. Если тебе удастся его решить, сообщи мне. Пора возвращаться. Развоплощай объекты, и пошли.
Развоплотила. Даже получилось превратить их в пыль, как Толия. Отец Иаков кивнул каким-то своим мыслям, и мы отправились домой. На Семинар.
Пока я писала сводный отчёт о практике, лорды ошивались вокруг меня, как голодные коты, возле холодильника. Ага, им хорошо, они уже всё написaли. А я оживляжем занималась. И почему-то "мине сдаёться, шо" моя учёба дополнится курсом некромантии от отца Иакова. Не утерпит добрейший отец. Три с лишним года Семинара, плюс обучение в Школе Гильдий... Нет, не утерпит.
– Дорогуша...
– Позже, Тёмный. Дописaла?
– Сейчас, перечитаю только.
Пробегаю глазами отчёт о практике. Вроде бы всё. Ничего не упустила. Ставлю подпись, и выкладываю для отправки. Лорд Сэ берёт меня за руку и уводит к себе. Почти три месяца... Соскучился. И опять зубы в ход пошли. Дурдом какой-то! Неужели нельзя было воспользоваться услугами девочек мадам Тересы? Чисто вымытые, ухоженные, профессионально подготовленные... Что ещё нужно? Абстрагируюсь от ситуации. Мелькнула мысль, может для Сэ свою копию сделать? Вырастить в смысле? Из ногтя, или из пряди волос? Пусть развлекается.
– Ничего не выйдет, моя Тигра. Кукла мне неинтересна. Ты и сама их очень хорошо изображаешь.
Не успела ответить. Раздался тихий свист. Солли. Сверяюсь с внутренними часами: время вечернего визита отца Иакова. К себе в душ не успеваю, пришлось воспользоваться удобствами кельи Сэ.
Отец Иаков появился одновременно с Сэ. Мы с Солли, как примерные дети ждём в гостиной, индифферентно глядя на опоздавшего собрата. А вот не хрена к себе женщин среди бела дня таскать!
– Дети мои, добрый вечер.
– Добрый вечер, отец Иаков.
Сплошное умиление. Отец Иаков, слегка приподняв правую бровь, смотрит на Солли, отвечающего ему невинным взглядом широко открытых глаз. Это за хулиганскую выходку? Свист в помещении? Или где? Интересно, есть ли на Семинаре какие-нибудь приметы. У нас говорили: "не свисти, – денег не будет". О! Теперь отец Иаков удивляется уже мне.
– Дитя моё...
Ем глазами начальство, жду продолжения. Продолжения нет. Отец Иаков решил ограничиться обращением. Призвал к порядку, так сказать.
– Дети мои, я недоволен вашими отчётами.
Пауза. Тишина. Сижу и думаю, что надо было писать как курсовую работу (читай, – маленький диплом), а я отписалась, как в ежедневном отчёте. От нас, вероятно, ожидалась ещё и аналитическая справка по миру, где мы проходили практику. Не просто так нам прививали наблюдательность. Отец Иаков довольно улыбнулся:
– Хорошо, дитя моё. Ты всё поняла правильно. Ваша неделя отдыха сокращается на три дня, которые пойдут на составление отчёта.
Тяну руку, как в школе, получаю благостный кивок.
– Отец Иаков, отчёт должен быть общий? Один отчёт от нашей группы?
– Именно. Теперь о вас: какие-нибудь вопросы, пожелания?
– Отец Иаков, можем ли мы покидать нашу секцию?
Солли. Заскучал? Привык вечера проводить в доме мадам Тересы. К хорошему привыкаешь быстро...
– Сын мой, здесь не тюрьма. После того, как сдадите отчёт, можете гулять по территории. В те места, куда у вас пока нет допуска, стремиться не надо. Всему своё время. Но, поскольку, здесь всё-таки учебное заведение, то ночевать требуется в своей секции. Это понятно?
– Да, отец Иаков!
Скоро начнём строем ходить. Отвечаем уже дружно, как в армии. Вот жаль, что ночевать в своей секции, а не каждый в своей келье. Хотя, тогда бы Солли пришлось писать отчёт одному. Сэ меня держал бы днями у себя.
– Дитя моё...
Что, опять я? А что я сделала?! Хлопаю глазами на добрейшего отца.
– Ты выглядишь уставшей. Выспись сегодня. В одиночестве. Всем всё ясно?
– Да, отец Иаков!
Смотрю, как на лице Сэ вызревает ласковая улыбка, и изливаю волны горячей благодарности наидобрейшему! отцу Иакову.
– Спокойной ночи, дети мои.
– Спокойной ночи, отец Иаков!
Встаём, почтительно кланяемся, провожая отца Иакова. Сэ пытается утащить меня к себе. До отбоя время ещё есть. Но Солли посмотрел на меня, на Сэ, и сказал, точно копируя интонации:
– Позже, Светлый. Дорогуша, так какого отчёта ждёт от нас отец Иаков?
– Курсовую работу по практике. Все наши опусы, – это так, малая часть. От нас ждут полный анализ мира, в котором мы работали практику. Политическая, экономическая, демографическая, военная, криминальная и так далее ситуация.
– Дитя моё. Хватит реветь! Всё уже закончилось.
– Дааа, а у меня теперь язвы по всему телууу... Шраамыыы останутсяаааа...
Завываю, как пожарная сирена. Самой противно. Отец Иаков внимательно меня выслушивает, потом хватает за волосы, и рывком поворачивает к каменному зеркалу. Смотрю на себя: на руке ссадина, от усердия Солли, и... Никаких следов. Какое счастье! Но руны... Значит они впитались? Отец Иаков, усадив меня на каменную скамью, рисует в воздухе перед зеркалом непонятный символ. И говорит... На одном из наречий Бездны!
– Недавнее прошлое хочу увидеть я. По праву крови и силы.
Таки получается, что отец Иаков – из Бездны? Или где? Мысли привычно порхают надо мной. Вообще, сегодня "у меня лёгкость необыкновенная в мыслях" (© Н.В. Гоголь "Ревизор"). Лорды сели рядом со мной, Сэ нацепил на меня рясу. Судя по размеру, – свою. Моя разодрана Солли ещё в конце первого курса. Сидим, смотрим кино. Сначала, как меня Толий уговаривал. При помощи лордов. Потом весь обряд. Когда Толий начал рисовать на мне руны, отец Иаков, стал похож на кота, выслеживающего мышь. А когда я загорелась пурпурным пламенем... Не вся я, оказывается, а только глаза. Так вот с этого момента, всё внимание нашего куратора было поделено между мной и зеркалом. Прошипев что-то типа: "истинная кровь", добрейший отец Иаков предложил мне привести себя в порядок, и убираться на Семинар, писать отчёты. Ага, хитренькие какие! Меня, – окопы рыть, отчёты писать то есть, а они здесь будут разбираться. А я так ничего и не узнаю? Мысленно топаю ногами: "Баба-Яга против!"
– Дитя моё. Последние дни твоей практики были очень насыщены событиями и впечатлениями.
Это он к чему сейчас? Что слабый женский мозг не справляется с нагрузкой?
Получаю благостную улыбку, и предложение отправить со мной лорда Сэ. Ага, нашёл чем поманить! А может, это угроза?
– Я писала отчёты каждый день, отец Иаков. Даже когда проживала в резиденции Советника. Так что за вычетом сегодняшнего дня вся инфо есть. Вот!
Да, я обижена! Ко мне предвзято относятся! Меня здесь не любят! Искоса наблюдаю за отцом Иаковом: взбесится ещё больше? Или где?
– Дитя моё... Я читал твои отчёты. Вот только не вполне понял по какой линии тебе практику засчитывать. Как ученице дома терпимости? Или как некроманту-недоучке? Что ты сделала по специальности, дитя моё?
Слёзы обиды начинают струиться из глаз. Часто моргаю. Отец Иаков уже не просто зол, он взбешён. Это уже опасно. Сэ, кстати, тоже взбешён. Словосочетание "дом терпимости" оказалось ему не по силам. Солли подмигивает мне. Ага, им хорошо! Они на Правительство работали! А меня дон Марко сразу почти забрал. Хотя, я же проводила для него допросы. И последние, отданные мне Толием, для изготовления зомби... Я тоже их использовала как объекты. А, учитывая, что всё Правительство без сердец лежит в этом зале, и истинным Правителем является дон Марко... Ой, что-то у меня опять каша в голове...
– Ладно, я понял, дитя моё. Поговорю с доном Марко. Твои отчёты о работе находятся у него?
Киваю, без слов. Ну почему отец Иаков так зол на меня? Что я такого сделала? Или, наоборот, чего-то не сделала?
– Не люблю лицемерия, дитя моё.
В полном "афиге" смотрю на добрейшего отца Иакова. Это он о чём? За лицемерие?
– Не смотри на меня так, дитя моё. Ты природный некромант, ты могла просто приказать этому воскрешённому, и он не смог бы ослушаться тебя. Сила природного некроманта и того, кто изучал некромантию, несравнима. Можно побороться знаниями против силы, будучи живым. Но будучи мёртвым, – бесполезно. И ещё. Что тебя напугало настолько, что ты отправила в атаку своего ручного лича? Кого ты ожидала, дитя моё?
– Вас с лордами. Но я не знала! Я не знала, что могу приказать! Я даже не знала, что я некромант. В моём мире некромантия не распространена. Я вообще считала её выдумкой.
– И что обладаешь силой отнимающих душу, ты тоже не знала? Дитя моё? Я жду!
– Чего? Чего вы ждёте?! Я считала это сказками, понимаете, вы?! Сказками, придуманными чтобы "пощекотать нервы"!
– Отец Иаков, Тигра говорит правду.
– Не сомневаюсь, Светлейший. Как всякая женщина, Тигра никогда не лжёт. Она говорит то, что считает правдой. В данный конкретный момент.
Он что, с женой поругался? Или с дочерью? Или, упаси Боже, с тёщей? Что за наезд по половому признаку?
В воздух поднимается тело одного из бессердечных. С хрустом выламывается ребро, ломается на три части, которые падают передо мной.
– Копируй.
Равнодушный голос. Вот за что мне это? Начинаю вспоминать символы, с ужасом понимаю, что всё, чему учил меня Толий, вылетело из головы. Потом решаю, что, раз уж я природный некромант, то условности – побоку. Сосредотачиваюсь на обломках, окутываю их силой, и приказываю расти. Как зёрнам. Отец Иаков смотрит на растущих зомби, прозрачных вначале, состоящих только из энергии, которую я влила в косточки; и все выше заламывая бровь наблюдает, как косточка становится скелетом, а зомби густеют, обретая плоть. И вуаля! Трое из ларца, одинаковых с лица! В ларце, вроде-бы двое было. Ну, не важно.
– И что теперь? Зачем они нужны, отец Иаков?
Глава 16. Продолжение занятий, или "Некромантия для чайников..."
Отец Иаков выставил передо мной ладонь в универсальном жесте: "помолчи". Обошёл вокруг зомби. Потом начал рисовать в воздухе какие-то символы, некоторые я даже узнала. Таки отец Иаков тоже некромант?
– Не мешай, дитя моё.
Я вообще молчу! Ах, да! Он же телепат! Так что мне теперь, – не думать?
– У тебя это великолепно получается, дитя моё. Особенно, когда надо принимать решения.
Ну, спасибо! Хотя, что тут говорить! "Негоже лилиям прясть..." (© М. Дрюон "Негоже лилиям прясть") Ууу, гады! Шовинисты! Всё! Я обиделась! Выбрасываю всё из головы и абсолютно бездумно наблюдаю за действиями добрейшего отца Иакова. А добрейший некромант проверяет моих зомби на устойчивость. Смысл проверки мне неясен. Но! Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не вешалось. Мысли привычно плавают надо мной, зомби безмолвно истекают кровью. Приказать им реагировать более адекватно, что ли? Или где? Спать хочется.
– Дитя моё. Объясни мне, почему эти зомби столь живы.
– А какими они должны быть, отец Иаков? Они же свежевыращенные.
Солли закашлялся, пытаясь скрыть смех. Отец Иаков посмотрел на обоих лордов с упрёком, и отправил их на Семинар окопы рыть. То есть отчёты писать. А меня запряг в некромантские исследования. Все записи периода Толия были внимательно прочитаны, значение каждого слова проанализировано и дважды уточнено. Интересно, некромантия – любимое хобби отца Иакова? Не удивлюсь.
Вызвала своих девочек-зомби, которые восстали из пепла. Отец Иаков попытался определить, что за руну наложил на них Толий, но... Безуспешно. Пожал плечами и сказал, что со смертью некроманта умирают и наложенные им чары. Предложил мне проверить. Ага, как будто я знаю, как! Но! Добрейшему отцу Иакову не отказывают. Какая бы прихоть ни взбрела в его голову. Поэтому просто наложила на них свою энергию и задала проверку на вмешательство. Я лично их ни к чему не обязывала, так что любая программа действий – чужая. Ничего не обнаружилось. Нарисовала по-памяти символ, использованный Толием, отец Иаков начал разбирать его по частям. Или я что-то упустила, или этот символ ему незнаком. Разные школы некромантии, наверное.
Сделали перерыв на обед. Обедали у мадам Тересы. По семейному. Отец Иаков, дон Марко, мадам Тереса и я. За обедом особо не разговаривали. Отец Иаков подтвердил полномочия дона Марко. Забавно, похоже у самого отца Иакова полномочий не менее чем у папы Римского. Благословил, короче, на царство.
А после обеда, полчаса отдыха, и опять ныряем в некромантию. Точно, – хобби! "Охота, пуще неволи". Показала отцу Иакову тупых зомби, получившихся в результате освоения мною ритуалов. Он просто расцвёл. Предварительно изрезав их на куски, как предыдущих.
– Дитя моё, я понял в чём дело! Когда ты поднимаешь зомби обычными методами, не прибегая к своей энергии, они получаются без отклонений.
Ну да, какие отклонения! Обычный ходячий покойник. Дурдом! Интересно, есть какие-то нормативы, позволяющие определить "отклонения"?
– А когда ты накладываешь на них свою энергию, то тела получаются живыми.
Эххх! Знать бы раньше, занялась бы изготовлением трансплантатов. Живые деньги, и никакой уголовщины. Короче: "знал бы прикуп, жил бы в Сочи".
– Дитя моё, не отвлекайся! Попробуй восстановить все эти объекты своей энергией. Надеюсь, ты не испытываешь к ним сентиментальных чувств?
Вытаращилась на добрейшего отца. Сентиментальные чувства к кому? К трупам? Это даже не животные!
– Хорошо, дитя моё. Значит, твой идиотизм имеет границы. Это радует. Приступай.
Приступила. Старательно подавила крамольную мысль: а что, если смешать их всех? После опытов отца Иакова останки в таком состоянии, что перемешать их очень легко. Вовремя вспомнила составных монстров у Лорел Гамильтон, и взяла себя в руки. Но! Отец Иаков заинтересовался. Похоже, что мне придётся-таки заняться исследованиями. Может, ещё и учёную степень получу. Ага. Кандидат некромантских наук. Или доктор некромантии. А что? Звучит!
Восстановление с учётом предыдущего опыта прошло намного быстрее. Ну да, тела все-таки были. Хоть и искромсанные. Наложила энергию, и приказала им восстановиться. Все живенькие, на зомби абсолютно непохожи. Даже те, которые были "без отклонений". Для разделочной подойдут в самый раз.
– Неплохая мысль, дитя моё. Но нам хватает материала для разделочной, как ты изволила выразиться.
– Я проявила неуважение?
– Так, самую малость. Не важно. Ты хотела о чём-то спросить.
– Да. Отец Иаков, почему моя энергия голубая, а не зелёная, как у Толия? Даже когда я рисовала руны, они светились голубым, а не зелёным.
– Потому что ты пользуешься чистой энергией природного некроманта. Не ограниченной рамками знаний.
– То есть, когда я изучу некромантию, цвет энергии поменяется?
– Нет, конечно. Ограничения на поток энергии изменят её оттенок. Ты будешь знать, сколько силы тебе требуется для совершения нужного действия, и не станешь тратить бочку там, где нужна чашка. У этого лича, вероятно, вообще энергии не было. Только знания. Некромантия позволяет получить желаемый результат, не прикладывая сил. Если, конечно, знаешь, как это сделать.
– А-а-а. А где вы учились некромантии, отец Иаков?
– В это учебное заведение тебе не попасть, дитя моё. Но я дам тебе рекомендацию в Школу Гильдий. После Семинара. Меня заинтересовал поднятый тобой вопрос самовосстановления зомби. Если тебе удастся его решить, сообщи мне. Пора возвращаться. Развоплощай объекты, и пошли.
Развоплотила. Даже получилось превратить их в пыль, как Толия. Отец Иаков кивнул каким-то своим мыслям, и мы отправились домой. На Семинар.
Пока я писала сводный отчёт о практике, лорды ошивались вокруг меня, как голодные коты, возле холодильника. Ага, им хорошо, они уже всё написaли. А я оживляжем занималась. И почему-то "мине сдаёться, шо" моя учёба дополнится курсом некромантии от отца Иакова. Не утерпит добрейший отец. Три с лишним года Семинара, плюс обучение в Школе Гильдий... Нет, не утерпит.
– Дорогуша...
– Позже, Тёмный. Дописaла?
– Сейчас, перечитаю только.
Пробегаю глазами отчёт о практике. Вроде бы всё. Ничего не упустила. Ставлю подпись, и выкладываю для отправки. Лорд Сэ берёт меня за руку и уводит к себе. Почти три месяца... Соскучился. И опять зубы в ход пошли. Дурдом какой-то! Неужели нельзя было воспользоваться услугами девочек мадам Тересы? Чисто вымытые, ухоженные, профессионально подготовленные... Что ещё нужно? Абстрагируюсь от ситуации. Мелькнула мысль, может для Сэ свою копию сделать? Вырастить в смысле? Из ногтя, или из пряди волос? Пусть развлекается.
– Ничего не выйдет, моя Тигра. Кукла мне неинтересна. Ты и сама их очень хорошо изображаешь.
Не успела ответить. Раздался тихий свист. Солли. Сверяюсь с внутренними часами: время вечернего визита отца Иакова. К себе в душ не успеваю, пришлось воспользоваться удобствами кельи Сэ.
Отец Иаков появился одновременно с Сэ. Мы с Солли, как примерные дети ждём в гостиной, индифферентно глядя на опоздавшего собрата. А вот не хрена к себе женщин среди бела дня таскать!
– Дети мои, добрый вечер.
– Добрый вечер, отец Иаков.
Сплошное умиление. Отец Иаков, слегка приподняв правую бровь, смотрит на Солли, отвечающего ему невинным взглядом широко открытых глаз. Это за хулиганскую выходку? Свист в помещении? Или где? Интересно, есть ли на Семинаре какие-нибудь приметы. У нас говорили: "не свисти, – денег не будет". О! Теперь отец Иаков удивляется уже мне.
– Дитя моё...
Ем глазами начальство, жду продолжения. Продолжения нет. Отец Иаков решил ограничиться обращением. Призвал к порядку, так сказать.
– Дети мои, я недоволен вашими отчётами.
Пауза. Тишина. Сижу и думаю, что надо было писать как курсовую работу (читай, – маленький диплом), а я отписалась, как в ежедневном отчёте. От нас, вероятно, ожидалась ещё и аналитическая справка по миру, где мы проходили практику. Не просто так нам прививали наблюдательность. Отец Иаков довольно улыбнулся:
– Хорошо, дитя моё. Ты всё поняла правильно. Ваша неделя отдыха сокращается на три дня, которые пойдут на составление отчёта.
Тяну руку, как в школе, получаю благостный кивок.
– Отец Иаков, отчёт должен быть общий? Один отчёт от нашей группы?
– Именно. Теперь о вас: какие-нибудь вопросы, пожелания?
– Отец Иаков, можем ли мы покидать нашу секцию?
Солли. Заскучал? Привык вечера проводить в доме мадам Тересы. К хорошему привыкаешь быстро...
– Сын мой, здесь не тюрьма. После того, как сдадите отчёт, можете гулять по территории. В те места, куда у вас пока нет допуска, стремиться не надо. Всему своё время. Но, поскольку, здесь всё-таки учебное заведение, то ночевать требуется в своей секции. Это понятно?
– Да, отец Иаков!
Скоро начнём строем ходить. Отвечаем уже дружно, как в армии. Вот жаль, что ночевать в своей секции, а не каждый в своей келье. Хотя, тогда бы Солли пришлось писать отчёт одному. Сэ меня держал бы днями у себя.
– Дитя моё...
Что, опять я? А что я сделала?! Хлопаю глазами на добрейшего отца.
– Ты выглядишь уставшей. Выспись сегодня. В одиночестве. Всем всё ясно?
– Да, отец Иаков!
Смотрю, как на лице Сэ вызревает ласковая улыбка, и изливаю волны горячей благодарности наидобрейшему! отцу Иакову.
– Спокойной ночи, дети мои.
– Спокойной ночи, отец Иаков!
Встаём, почтительно кланяемся, провожая отца Иакова. Сэ пытается утащить меня к себе. До отбоя время ещё есть. Но Солли посмотрел на меня, на Сэ, и сказал, точно копируя интонации:
– Позже, Светлый. Дорогуша, так какого отчёта ждёт от нас отец Иаков?
– Курсовую работу по практике. Все наши опусы, – это так, малая часть. От нас ждут полный анализ мира, в котором мы работали практику. Политическая, экономическая, демографическая, военная, криминальная и так далее ситуация.
