Но местные храмы для юных жриц хуже борделя. В борделе их не столь нещадно эксплуатируют. И умная девочка с характером может обрести влиятельных друзей, и выбиться в "люди", сумев дорасти до уровня бордель-маман. Как мадам Тереса. В храмах же девочки долго не живут. За малейшую провинность их могут вообще скормить змеям Бездны. Не знаю, что оно такое, но в голосе мадам Тересы слышался священный ужас. Может, что-то типа нашей анаконды...
Дни идут, я уже неделю безвылазно сижу в Доме мадам Тересы. Совершенствуюсь в танце с веером. Всё равно делать больше нечего. К концу недели я уже не разбиваю яйца и у меня наметились сдвиги. Не у меня, а в той пачке, кхм, банкнот, которую я пытаюсь развернуть веером. Мадам хвалит меня за успехи. В качестве компенсации научила Розу обрабатывать клиента хлыстом по чувствительным точкам. Некоторые, оказывается, действительно любят такой секс. Дурдом!
Устроила от скуки показательное выступление. В кожаном капюшоне, типа ку-клукс-клановского, кожаном корсете и плавках, затребовала пояс с чулками в крупную сеточку, пришлось изготавливать под заказ. В общем, прикид из порнофильмов. Ага, и ботфорты на высоком каблуке. В сочетании с длинным хлыстом убойное зрелище. Мадам умилилась, глядя на то, в какое чучело я себя превратила. А клиент был впечатлён до дрожи. Пришлось мадам сменить своё мнение. Клиент должен быть доволен. И, поскольку я, так сказать, приглашённый специалист, то весь гонорар передали мне лично в руки. За вычетом аренды помещения, разумеется.
Нндаа... Вот и заработала деньги. Причём без секса, что не может не радовать. И побрякушку какую-то прислали в подарок, на следующий день. Но побрякушки нам без надобности. Отдала её мадам Тересе. В общем обмениваемся знаниями и умениями на взаимовыгодной основе. Мадам Тереса обучает меня краситься в полной темноте. На третий день я даже начала попадать куда надо, хотя, до полного совершенства, ох как далеко. Но это действительно нужное умение.
Из новостей только сплетни, и охи-ахи девочек по поводу Солли. О Сэ ни звука. Светлейшему впадлу посещать дома терпимости? Или не произвёл впечатления на девочек? Молчу, молчу... Услышит ещё "не к ночи будь помянуто".
Вот зря я подумала о "не к ночи будь помянуто". Некоторые словосочетания не нужно произносить даже мысленно. Дабы не услышали. За мной пришли перед рассветом. Что символично, даже не облапали, хотя пришедшим стражникам очень хотелось этого, и всего, что за этим следует. Мне страшно. Напоминаю себе, что русские не сдаются. Помогает плохо. Похоже, меня всё-таки нашли. Ожидающий нас с доном Марко, дождался наконец своего часа. Страшно-то как! Если стража запугана до судорог... Надеюсь, что с мадам Тересой ничего не случится.
Привели меня не во дворец. В дом на главной площади, окутанный аурой смерти. Даже настраиваться не надо. Дом буквально кричит о смерти. Причём совсем не о лёгкой. Ладно, не будем кипишиться раньше времени. Посмотрим, послушаем...
Кабинет у здешнего обитателя хорош. Просится в готический фильм. Пурпурно чёрные тона в обстановке сразу располагают... Хозяин кабинета одет в бесформенный балахон с капюшоном глубоко надвинутым на лицо. Кисти рук также не видны в широких рукавах. Надо ли говорить, что балахон этот беспросветно чёрного цвета? Ежу понятно.
Жест рукой, отпускающий стражу. Те с радостью выскочили за дверь. Но! Бесшумно. А мне выпала великая честь приватной аудиенции с новым советником правителя. И вот оно мне было надо?
– Можешь снять одежду.
– Это вопрос?
Фигассе, разговоры начались!
– Разве тебе не хочется раздеться?
– С какого перепуга у меня может возникнуть такое желание?
Во дурдом! Может он ещё предложит отхлестать его плетью? Согласна пойти навстречу пожеланиям... Сидит, чучело, глазками поблёскивает из под капюшона...
– Скажи мне, что я чувствую, девочка.
Ой вэй! Голосом командным владеет на высшем уровне! Я не успела ни о чём подумать, сразу коснулась чувств собеседника. А их нет. Не может мёртвое чувствовать...
– Ничего. Ты ничего не чувствуешь, поскольку ты мёртв.
– Я, скажем так, не полностью ожил. И чувства у меня есть. Ты просто их не видишь.
– Как скажешь. Не вижу, значит, не вижу.
– Мне нужны эмоции.
– Мужские, или женские? Или тебе всё равно?
– Ты будешь собирать эмоции в том доме, откуда тебя привели. И передавать их мне. Я не трону обитателей дома. И твоих друзей тоже не трону. Муравьиная возня меня не интересует.
Вот сволочь! Знает, что предложить! И что мне делать? Буду передавать эмоции... На хрена ему чужие эмоции? Своих не появится. Но возражать этой твари нельзя. Короче – любой каприз за ваши деньги.
– А каким образом я буду передавать тебе эмоции? Мне непонятно. Я на тебя даже "настроиться" не могу. И "где дом, а где ты"...
Вот нафига мне было влезать с выступлениями? Курица безголовая! Из протянутой в мою сторону руки, бъёт светло-сиреневое свечение, которое проходит сквозь меня, не оставив следов на коже. Надеюсь, что их не будет. Рентгеноскопия, в действии, блин! На одно мгновение меня пронизало космическим холодом. Ещё один жест рукавом, и я оказываюсь в отведённой мне комнате в доме мадам Тересы. А там уже комитет по встрече собрался: дон Марко, Солли, Сэ, и мадам Тереса. И что я им скажу?!
– Дон Марко. Лорды. Мадам Тереса. – Вроде бы никого не забыла. – какой счастливой случайности я обязана приятностью вашего визита?
– Не наглей, девочка.
– Тигра не наглеет, мадам. Она испугана. Дорогуша, что случилось? Ты видела Советника? Это он так тебя напугал? Не молчи, сестрёнка.
– За Советника не скажу, видела, или где. Я видела очень сильного мага в балахоне с капюшоном, скрывающем лицо и тело, включая кончики пальцев. И он не живой. Хотя двигается, и говорит. Потребовал от меня транслировать для него эмоции из этого дома. Объявил, что не тронет обитателей дома и моих друзей, поскольку муравьиная возня его не интересует. Отправил меня сюда движением руки. На этом всё. Ах нет, не всё. Я спросила, как я смогу транслировать ему эмоции. Он швырнул в меня сиреневым пламенем, которое прошло сквозь меня, наполнив, на мгновение, холодом. И наш разговор начался с его предложения мне "снять одежду", хотя после моего отказа продолжения не последовало. Только вопрос "что он чувствует". На мой ответ, "ничего" последовала отповедь, что я просто "не вижу" чувств, которые всё-таки есть. Теперь всё.
Солли делает шаг вперёд, и протягивает мне платок. Оказывается я плaчу. Сэ взбешён. Ну это его нормальное состояние в моём присутствии, если я не в горизонтальном положении. Дон Марко задумчив, а мадам Тереса "прикидывает выгоду", глядя на меня слегка сузившимися глазами.
– Не бойся, сестрёнка, мы что-нибудь придумаем.
– Что, например? – Шепчу, промокая слёзы, которые не останавливаются. – Что ты можешь придумать, Солли? Оно мёртвое. И в то же время "не мёртвое". И оно – маг. Может, и не сильнее вас. Но и не слабее, точно. И опытнее. Ему не одна сотня лет, Солли. Может, даже, и не одна тысяча... Я не знаю...
– Если брать за основу твоё восприятие, – это "оно" называется "лич". Высший лич. Справиться с таким существом сложно, но не невозможно. Что он говорил о Бездне?
– Ничего... Всё, что он говорил, я рассказала.
Я растерялась, хлопаю глазами на Солли. Зато слёзы высохли. Всё – польза.
– Расскажи дословно. Так, как будешь писать в отчёте для отца Иакова.
– Хорошо.
Покорно киваю. Рассказываю дословно. Начала с момента моего "ареста". Описала чувства стражи. Дон Марко переглянулся с лордами, и стал слушать ещё внимательнее, препарируя каждое моё слово. Вероятно, поведение стражи удивило не только меня. Сэ "обрадовал":
– На твоей ауре метка. Магическая. Мне не понятна её природа. Лорд Эрик, что ты можешь об этом сказать? Ты её видишь?
– Я как раз думаю, как её можно снять, не потревожив мага, поставившего её. И получается – никак. Нам её не снять, сестрёнка. Пока, во всяком случае.
– Поживёшь здесь, девочка. Слишком мало информации, чтобы делать выводы.
– Как скажете, Крёстный Отец. А что с эмоциями?
– Делай, что от тебя требует Советник, девочка. Не зли его. Не хочу однажды рассматривать твои останки. Они, как правило, выглядят не самым лучшим образом.
– Не надо пугать Тигру, дон Марко. Если не можете защитить, то не надо пугать.
– От меня Тигру защищать ни к чему, лорд Эрик. Защитите её от Советника.
– А я ей не угрожаю.
Спокойный бесстрастный голос. Почему в нём слышится улыбка? Может ли мёртвое испытывать чувства? Веселье, грусть?
Итак, задача:
Дано:
Первое: три боевых мага разных "школ". Расклад перед боем – двое на одного. Причём, этот один уже мёртв. Но! Он старше обоих своих противников вместе взятых, и боевой опыт, соответственно, приобретался им в "добрые старые времена, когда один боевой маг мог движением пальца уничтожить армию вторжения".
Второе: мужчина и женщина, не обладающие магическими способностями, и ещё одна женщина – "меняющая облик", и являющаяся эмпатом.
Третье: помещение примерно двенадцать квадратных метров. Для дома терпимости – роскошная площадь, для испытательного полигона боевых заклинаний... кхм, ежу понятно.
Спрашивается вопрос: какого хрена Советнику не сидится в своём, пропахшем смертью, гнезде. Точнее говоря – удастся ли кому-нибудь из "не магов" уцелеть после начала конфликта.
Время пошлo.
Спасла ситуёвину мадам Тереса. Всё таки руководить домом терпимости – это вам не кот начихал. Нужно обладать дипломатическими способностями. И разбушевавшегося клиента утихомирить, причём так, чтобы он захотел прийти ещё раз, уже за удовольствиями, и, при случае, оказать услугу в порядке извинения за своё поведение. И со стражей решить вопросы. И ненавидящих друг друга гостей принять так, чтобы они устроили "аттракцион неслыханной щедрости", и не пришли на следующий день требовать свои деньги... И жёсткой рукой управлять девочками, охраной, и обслугой... С поставщиками и прачечными с ума спрыгнешь... А налог дону Марко? И ещё, и ещё... Ой вэй! Сколько знаний и умений дoлжно иметь бедной бандерше!
– Мой господин!
Грациозное коленопреклонение, голова опущена в поклоне, демонстрируя всё ещё красивую шею с трогательными пушистыми завитками, оставшимися от подобранных вверх волос.
– Великая честь видеть вас у себя! Чем ничтожная может услужить господину? Повелевайте.
– Я пришёл за женщиной.
– Воистину всё известно господину. Лучшие женщины – в моём Доме. И каждая будет счастлива доставить господину удовольствие.
– Таак? А вот мне, почему-то, кажется, что отнюдь не каждая. Будет счастлива, в смысле.
Странно. Это тот же, кхм, человек. Но! У него появились эмоции. Насмешливость... Откуда? Кого он сожрал? Этот балахон с капюшоном давит на психику. Невольно думаешь: а есть ли под ним вообще кто-то? Или это Бездна шутит... О! Изволил обратить внимание на лордов.
– Мастер Светлейший, и мастер Эрик, передайте вашему куратору моё искреннее восхищение. Ваша работа на ожидаемо высоком уровне. Я доволен.
Вот сволочь! То есть: "Я в восхищении!" (© М.А. Булгаков "Мастер и Маргарита"). Это же надо парой слов превратить высоких лордов в практикантов, коими они являются, по факту своего в этом мире нахождения. Ой, он теперь на меня смотрит! Точнее, он меня "отслеживал" с самого своего здесь появления. Зачем? Дом ещё не приступил к работе. Эмоции ему, скорее всего, уже не нужны. Как он сумел "ожить"? И почему он прячется под балахоном? Вот блин! Теперь мне хочется увидеть, что скрывает хотя бы капюшон.
На меня направлена волна весёлого изумления. Невольно улыбаюсь в ответ... Стоп! Получается, что Советник – эмпат?! Вот же гадство! И он-то, без сомнения, полностью освоил эмпатию.
– Я забираю девочку. – И, уже ко мне – До конца вашей практики поживёшь у меня. Возможность применения знаний и умений я тебе предоставлю. Ты, – кивок мадам Тересе, – будешь приходить в мой дом ежедневно, дабы обучать её всему, что дoлжно знать женщине.
Дурдом. Интересно, о каких знаниях и умениях идёт речь? Страшно подумать! Солли крепко держит Сэ, под безразличным взглядом Советника. А ведь Советнику действительно безразлично, нападут лорды, или нет. Вероятно, я всё-таки неправильно определила расклад сил. Но, похоже, конфликта удастся избежать. Вот и славно! "А помирать нам рановато, есть у нас ещё дома дела..." (© Б.С. Ласкин "Песня фронтового шофёра").
– Теперь, ты. Готовься стать следующим правителем. Через три недели.
Нндаа... По нашему, это – шок! То есть дон Марко был готов встретить смерть, возможно нелёгкую, но к такому предложению, высказанному в ультимативной форме, он готов не был.
– Я могу отказаться?
– Нет. – Самый любезный тон. – Отказ приравнивается к государственной измене. У меня нет времени заниматься управлением этой помойкой, в которую превратили часть моей страны. Ты хорошо управляешь своей маленькой империей, пора выходить на большую арену. Постарайся меня не разочаровать.
Взмах рукавом, россыпь зелёных искр, заставивших лордов срочно сбивать с себя зелёное пламя, и... темнота...
Темно, тихо, и мы переместились. Только вот куда? Спрашивать страшно. Тишина такая, что нарушать её не хочется. Блин, где мы? Я сейчас закричу. Просто от страха... В память о плохом, в прошлом, зрении у меня осталась стойкая нелюбовь к темноте. И к тишине.
– Тигра, не бойся... – шёпот отовсюду, шорохи какие-то, шуршание... Мама!!!
– Не бойссся, Тигра... – ещё и шипение! Гррр! Сейчас начну всё крушить!
Внезапно "включается" зрение. Мы в огромном зале без окон. Чёрный (а какой же ещё) камень, пурпурные завесы, вероятно, прикрывающие входы в другие помещения. Или в коридоры. Хрен знает. Воздух, неожиданно, свежий, с лёгким ароматом каких то бальзамических смол. Но не ладан, и не фимиам. Интересно, почему я всё вижу, хотя освещения здесь нет? И кто шебуршал здесь, уговаривая меня не бояться? И зачем мы вообще сюда явились? В качестве жилплощади меня это помещение категорически не устраивает! Несогласная я под землёй сидеть!
– Ты забавная. Испуг, гнев, любопытство, настороженность, возмущение... Столько эмоций.
– Почему я вижу? Здесь нет освещения. Или есть?
– А зачем оно? Я вижу в темноте; ты, как выяснилось, тоже. А вот почему ты видишь...
Движение руки. Передо мной вспыхивает руна. Чёрная руна в чёрной комнате, светящаяся чёрным. Как детский ужастик.
– Меняющая облик. Сколько ипостасей ты уже освоила?
– Что значит сколько? А сколько их может быть?
Начинаю лихорадочно вспоминать прочитанное на эту тему... Всадники-оборотни у Андре Нортон в Годе Единорога, Протей у Дина Кунца в Фантомах, Анна-метаморф у Вадима Панова в Тайном городе, Химера у Лорел Гамильтон в Нарциссе в цепях... Много понаписано на эту тему, но никаких жизненных подробностей не освещается. Скорее всего, каждый писавший об этом, использовал свою фантазию.
– Может быть сколько угодно. Меняющий облик, это не оборотень.
– А ты? Тоже меняющий облик?
– Я, – нет. Мой народ видит в темноте. Это не является чем-то исключительным. – Вздох. – Не являлось. Исключительным всегда являлись эмпаты. Нас уничтожали при обнаружении. Если не успевали жрецы. Из эмпатов получаются хорошие жрецы. Мне повезло, я попал на обучение в храм. Как удалось выжить тебе, маленькая сестра?
Дни идут, я уже неделю безвылазно сижу в Доме мадам Тересы. Совершенствуюсь в танце с веером. Всё равно делать больше нечего. К концу недели я уже не разбиваю яйца и у меня наметились сдвиги. Не у меня, а в той пачке, кхм, банкнот, которую я пытаюсь развернуть веером. Мадам хвалит меня за успехи. В качестве компенсации научила Розу обрабатывать клиента хлыстом по чувствительным точкам. Некоторые, оказывается, действительно любят такой секс. Дурдом!
Устроила от скуки показательное выступление. В кожаном капюшоне, типа ку-клукс-клановского, кожаном корсете и плавках, затребовала пояс с чулками в крупную сеточку, пришлось изготавливать под заказ. В общем, прикид из порнофильмов. Ага, и ботфорты на высоком каблуке. В сочетании с длинным хлыстом убойное зрелище. Мадам умилилась, глядя на то, в какое чучело я себя превратила. А клиент был впечатлён до дрожи. Пришлось мадам сменить своё мнение. Клиент должен быть доволен. И, поскольку я, так сказать, приглашённый специалист, то весь гонорар передали мне лично в руки. За вычетом аренды помещения, разумеется.
Нндаа... Вот и заработала деньги. Причём без секса, что не может не радовать. И побрякушку какую-то прислали в подарок, на следующий день. Но побрякушки нам без надобности. Отдала её мадам Тересе. В общем обмениваемся знаниями и умениями на взаимовыгодной основе. Мадам Тереса обучает меня краситься в полной темноте. На третий день я даже начала попадать куда надо, хотя, до полного совершенства, ох как далеко. Но это действительно нужное умение.
Из новостей только сплетни, и охи-ахи девочек по поводу Солли. О Сэ ни звука. Светлейшему впадлу посещать дома терпимости? Или не произвёл впечатления на девочек? Молчу, молчу... Услышит ещё "не к ночи будь помянуто".
Вот зря я подумала о "не к ночи будь помянуто". Некоторые словосочетания не нужно произносить даже мысленно. Дабы не услышали. За мной пришли перед рассветом. Что символично, даже не облапали, хотя пришедшим стражникам очень хотелось этого, и всего, что за этим следует. Мне страшно. Напоминаю себе, что русские не сдаются. Помогает плохо. Похоже, меня всё-таки нашли. Ожидающий нас с доном Марко, дождался наконец своего часа. Страшно-то как! Если стража запугана до судорог... Надеюсь, что с мадам Тересой ничего не случится.
Привели меня не во дворец. В дом на главной площади, окутанный аурой смерти. Даже настраиваться не надо. Дом буквально кричит о смерти. Причём совсем не о лёгкой. Ладно, не будем кипишиться раньше времени. Посмотрим, послушаем...
Кабинет у здешнего обитателя хорош. Просится в готический фильм. Пурпурно чёрные тона в обстановке сразу располагают... Хозяин кабинета одет в бесформенный балахон с капюшоном глубоко надвинутым на лицо. Кисти рук также не видны в широких рукавах. Надо ли говорить, что балахон этот беспросветно чёрного цвета? Ежу понятно.
Жест рукой, отпускающий стражу. Те с радостью выскочили за дверь. Но! Бесшумно. А мне выпала великая честь приватной аудиенции с новым советником правителя. И вот оно мне было надо?
– Можешь снять одежду.
– Это вопрос?
Фигассе, разговоры начались!
– Разве тебе не хочется раздеться?
– С какого перепуга у меня может возникнуть такое желание?
Во дурдом! Может он ещё предложит отхлестать его плетью? Согласна пойти навстречу пожеланиям... Сидит, чучело, глазками поблёскивает из под капюшона...
– Скажи мне, что я чувствую, девочка.
Ой вэй! Голосом командным владеет на высшем уровне! Я не успела ни о чём подумать, сразу коснулась чувств собеседника. А их нет. Не может мёртвое чувствовать...
– Ничего. Ты ничего не чувствуешь, поскольку ты мёртв.
– Я, скажем так, не полностью ожил. И чувства у меня есть. Ты просто их не видишь.
– Как скажешь. Не вижу, значит, не вижу.
– Мне нужны эмоции.
– Мужские, или женские? Или тебе всё равно?
– Ты будешь собирать эмоции в том доме, откуда тебя привели. И передавать их мне. Я не трону обитателей дома. И твоих друзей тоже не трону. Муравьиная возня меня не интересует.
Вот сволочь! Знает, что предложить! И что мне делать? Буду передавать эмоции... На хрена ему чужие эмоции? Своих не появится. Но возражать этой твари нельзя. Короче – любой каприз за ваши деньги.
– А каким образом я буду передавать тебе эмоции? Мне непонятно. Я на тебя даже "настроиться" не могу. И "где дом, а где ты"...
Вот нафига мне было влезать с выступлениями? Курица безголовая! Из протянутой в мою сторону руки, бъёт светло-сиреневое свечение, которое проходит сквозь меня, не оставив следов на коже. Надеюсь, что их не будет. Рентгеноскопия, в действии, блин! На одно мгновение меня пронизало космическим холодом. Ещё один жест рукавом, и я оказываюсь в отведённой мне комнате в доме мадам Тересы. А там уже комитет по встрече собрался: дон Марко, Солли, Сэ, и мадам Тереса. И что я им скажу?!
– Дон Марко. Лорды. Мадам Тереса. – Вроде бы никого не забыла. – какой счастливой случайности я обязана приятностью вашего визита?
– Не наглей, девочка.
– Тигра не наглеет, мадам. Она испугана. Дорогуша, что случилось? Ты видела Советника? Это он так тебя напугал? Не молчи, сестрёнка.
– За Советника не скажу, видела, или где. Я видела очень сильного мага в балахоне с капюшоном, скрывающем лицо и тело, включая кончики пальцев. И он не живой. Хотя двигается, и говорит. Потребовал от меня транслировать для него эмоции из этого дома. Объявил, что не тронет обитателей дома и моих друзей, поскольку муравьиная возня его не интересует. Отправил меня сюда движением руки. На этом всё. Ах нет, не всё. Я спросила, как я смогу транслировать ему эмоции. Он швырнул в меня сиреневым пламенем, которое прошло сквозь меня, наполнив, на мгновение, холодом. И наш разговор начался с его предложения мне "снять одежду", хотя после моего отказа продолжения не последовало. Только вопрос "что он чувствует". На мой ответ, "ничего" последовала отповедь, что я просто "не вижу" чувств, которые всё-таки есть. Теперь всё.
Солли делает шаг вперёд, и протягивает мне платок. Оказывается я плaчу. Сэ взбешён. Ну это его нормальное состояние в моём присутствии, если я не в горизонтальном положении. Дон Марко задумчив, а мадам Тереса "прикидывает выгоду", глядя на меня слегка сузившимися глазами.
– Не бойся, сестрёнка, мы что-нибудь придумаем.
– Что, например? – Шепчу, промокая слёзы, которые не останавливаются. – Что ты можешь придумать, Солли? Оно мёртвое. И в то же время "не мёртвое". И оно – маг. Может, и не сильнее вас. Но и не слабее, точно. И опытнее. Ему не одна сотня лет, Солли. Может, даже, и не одна тысяча... Я не знаю...
– Если брать за основу твоё восприятие, – это "оно" называется "лич". Высший лич. Справиться с таким существом сложно, но не невозможно. Что он говорил о Бездне?
– Ничего... Всё, что он говорил, я рассказала.
Я растерялась, хлопаю глазами на Солли. Зато слёзы высохли. Всё – польза.
– Расскажи дословно. Так, как будешь писать в отчёте для отца Иакова.
– Хорошо.
Покорно киваю. Рассказываю дословно. Начала с момента моего "ареста". Описала чувства стражи. Дон Марко переглянулся с лордами, и стал слушать ещё внимательнее, препарируя каждое моё слово. Вероятно, поведение стражи удивило не только меня. Сэ "обрадовал":
– На твоей ауре метка. Магическая. Мне не понятна её природа. Лорд Эрик, что ты можешь об этом сказать? Ты её видишь?
– Я как раз думаю, как её можно снять, не потревожив мага, поставившего её. И получается – никак. Нам её не снять, сестрёнка. Пока, во всяком случае.
– Поживёшь здесь, девочка. Слишком мало информации, чтобы делать выводы.
– Как скажете, Крёстный Отец. А что с эмоциями?
– Делай, что от тебя требует Советник, девочка. Не зли его. Не хочу однажды рассматривать твои останки. Они, как правило, выглядят не самым лучшим образом.
– Не надо пугать Тигру, дон Марко. Если не можете защитить, то не надо пугать.
– От меня Тигру защищать ни к чему, лорд Эрик. Защитите её от Советника.
– А я ей не угрожаю.
Спокойный бесстрастный голос. Почему в нём слышится улыбка? Может ли мёртвое испытывать чувства? Веселье, грусть?
Итак, задача:
Дано:
Первое: три боевых мага разных "школ". Расклад перед боем – двое на одного. Причём, этот один уже мёртв. Но! Он старше обоих своих противников вместе взятых, и боевой опыт, соответственно, приобретался им в "добрые старые времена, когда один боевой маг мог движением пальца уничтожить армию вторжения".
Второе: мужчина и женщина, не обладающие магическими способностями, и ещё одна женщина – "меняющая облик", и являющаяся эмпатом.
Третье: помещение примерно двенадцать квадратных метров. Для дома терпимости – роскошная площадь, для испытательного полигона боевых заклинаний... кхм, ежу понятно.
Спрашивается вопрос: какого хрена Советнику не сидится в своём, пропахшем смертью, гнезде. Точнее говоря – удастся ли кому-нибудь из "не магов" уцелеть после начала конфликта.
Время пошлo.
Спасла ситуёвину мадам Тереса. Всё таки руководить домом терпимости – это вам не кот начихал. Нужно обладать дипломатическими способностями. И разбушевавшегося клиента утихомирить, причём так, чтобы он захотел прийти ещё раз, уже за удовольствиями, и, при случае, оказать услугу в порядке извинения за своё поведение. И со стражей решить вопросы. И ненавидящих друг друга гостей принять так, чтобы они устроили "аттракцион неслыханной щедрости", и не пришли на следующий день требовать свои деньги... И жёсткой рукой управлять девочками, охраной, и обслугой... С поставщиками и прачечными с ума спрыгнешь... А налог дону Марко? И ещё, и ещё... Ой вэй! Сколько знаний и умений дoлжно иметь бедной бандерше!
– Мой господин!
Грациозное коленопреклонение, голова опущена в поклоне, демонстрируя всё ещё красивую шею с трогательными пушистыми завитками, оставшимися от подобранных вверх волос.
– Великая честь видеть вас у себя! Чем ничтожная может услужить господину? Повелевайте.
– Я пришёл за женщиной.
– Воистину всё известно господину. Лучшие женщины – в моём Доме. И каждая будет счастлива доставить господину удовольствие.
– Таак? А вот мне, почему-то, кажется, что отнюдь не каждая. Будет счастлива, в смысле.
Странно. Это тот же, кхм, человек. Но! У него появились эмоции. Насмешливость... Откуда? Кого он сожрал? Этот балахон с капюшоном давит на психику. Невольно думаешь: а есть ли под ним вообще кто-то? Или это Бездна шутит... О! Изволил обратить внимание на лордов.
– Мастер Светлейший, и мастер Эрик, передайте вашему куратору моё искреннее восхищение. Ваша работа на ожидаемо высоком уровне. Я доволен.
Вот сволочь! То есть: "Я в восхищении!" (© М.А. Булгаков "Мастер и Маргарита"). Это же надо парой слов превратить высоких лордов в практикантов, коими они являются, по факту своего в этом мире нахождения. Ой, он теперь на меня смотрит! Точнее, он меня "отслеживал" с самого своего здесь появления. Зачем? Дом ещё не приступил к работе. Эмоции ему, скорее всего, уже не нужны. Как он сумел "ожить"? И почему он прячется под балахоном? Вот блин! Теперь мне хочется увидеть, что скрывает хотя бы капюшон.
На меня направлена волна весёлого изумления. Невольно улыбаюсь в ответ... Стоп! Получается, что Советник – эмпат?! Вот же гадство! И он-то, без сомнения, полностью освоил эмпатию.
– Я забираю девочку. – И, уже ко мне – До конца вашей практики поживёшь у меня. Возможность применения знаний и умений я тебе предоставлю. Ты, – кивок мадам Тересе, – будешь приходить в мой дом ежедневно, дабы обучать её всему, что дoлжно знать женщине.
Дурдом. Интересно, о каких знаниях и умениях идёт речь? Страшно подумать! Солли крепко держит Сэ, под безразличным взглядом Советника. А ведь Советнику действительно безразлично, нападут лорды, или нет. Вероятно, я всё-таки неправильно определила расклад сил. Но, похоже, конфликта удастся избежать. Вот и славно! "А помирать нам рановато, есть у нас ещё дома дела..." (© Б.С. Ласкин "Песня фронтового шофёра").
– Теперь, ты. Готовься стать следующим правителем. Через три недели.
Нндаа... По нашему, это – шок! То есть дон Марко был готов встретить смерть, возможно нелёгкую, но к такому предложению, высказанному в ультимативной форме, он готов не был.
– Я могу отказаться?
– Нет. – Самый любезный тон. – Отказ приравнивается к государственной измене. У меня нет времени заниматься управлением этой помойкой, в которую превратили часть моей страны. Ты хорошо управляешь своей маленькой империей, пора выходить на большую арену. Постарайся меня не разочаровать.
Взмах рукавом, россыпь зелёных искр, заставивших лордов срочно сбивать с себя зелёное пламя, и... темнота...
Глава 14. Помоги себе сама, или "Мы рождены, чтоб сказку сделать былью..."
Темно, тихо, и мы переместились. Только вот куда? Спрашивать страшно. Тишина такая, что нарушать её не хочется. Блин, где мы? Я сейчас закричу. Просто от страха... В память о плохом, в прошлом, зрении у меня осталась стойкая нелюбовь к темноте. И к тишине.
– Тигра, не бойся... – шёпот отовсюду, шорохи какие-то, шуршание... Мама!!!
– Не бойссся, Тигра... – ещё и шипение! Гррр! Сейчас начну всё крушить!
Внезапно "включается" зрение. Мы в огромном зале без окон. Чёрный (а какой же ещё) камень, пурпурные завесы, вероятно, прикрывающие входы в другие помещения. Или в коридоры. Хрен знает. Воздух, неожиданно, свежий, с лёгким ароматом каких то бальзамических смол. Но не ладан, и не фимиам. Интересно, почему я всё вижу, хотя освещения здесь нет? И кто шебуршал здесь, уговаривая меня не бояться? И зачем мы вообще сюда явились? В качестве жилплощади меня это помещение категорически не устраивает! Несогласная я под землёй сидеть!
– Ты забавная. Испуг, гнев, любопытство, настороженность, возмущение... Столько эмоций.
– Почему я вижу? Здесь нет освещения. Или есть?
– А зачем оно? Я вижу в темноте; ты, как выяснилось, тоже. А вот почему ты видишь...
Движение руки. Передо мной вспыхивает руна. Чёрная руна в чёрной комнате, светящаяся чёрным. Как детский ужастик.
– Меняющая облик. Сколько ипостасей ты уже освоила?
– Что значит сколько? А сколько их может быть?
Начинаю лихорадочно вспоминать прочитанное на эту тему... Всадники-оборотни у Андре Нортон в Годе Единорога, Протей у Дина Кунца в Фантомах, Анна-метаморф у Вадима Панова в Тайном городе, Химера у Лорел Гамильтон в Нарциссе в цепях... Много понаписано на эту тему, но никаких жизненных подробностей не освещается. Скорее всего, каждый писавший об этом, использовал свою фантазию.
– Может быть сколько угодно. Меняющий облик, это не оборотень.
– А ты? Тоже меняющий облик?
– Я, – нет. Мой народ видит в темноте. Это не является чем-то исключительным. – Вздох. – Не являлось. Исключительным всегда являлись эмпаты. Нас уничтожали при обнаружении. Если не успевали жрецы. Из эмпатов получаются хорошие жрецы. Мне повезло, я попал на обучение в храм. Как удалось выжить тебе, маленькая сестра?
