В принципе, я опять блефовала. Не было никакой уверенности, что я смогу преобразовать руну и настроить ее на поиск не просто человека или вещи, а целой базы наших недругов. Но кровь кипела, верная руна и успешные поиски подбивали рискнуть еще раз. Рискнуть и продолжить работу с этим необычным парнем, начавшим так быстро и часто скидывать при мне маску холодности и отстраненности. С человеком, которого Аксельрод потребовал изучить, а я, в общем-то, была не против.
– Как ты сможешь нам помочь? – после недолгих раздумий скупо выдавил Майло.
Моя руна все еще была не универсальна. Она требовала дополнительных символов и приложения магии. Поэтому, требовалось в кратчайшие сроки разработать доселе неизвестный мне вид поисковой магии, которая не описывалась даже в умных учебниках мастера Масгрейва. Но это пугало меньше, чем сегодня ночью. И еще меньше, чем пару месяцев назад, когда я спокойно отдыхала в Киллана По.
– По карте я настрою руну на поиск не человека, а места.
Ну, или людей в этом месте…
Майло вновь глядел на меня с подозрением и недоверием. Это начинало немного надоедать – сколько еще мне нужно доказывать, что мы на одной стороне? Пока, по крайней мере. Потом охотник кивнул, предложил опереться об его руку, и мы вновь выдвинулись в путь, покидая Мост Падших. Мы проделали длинный путь до моего дома в практически полном молчании, лишь осознав, что скоро придется принимать какое-то решение и расставаться, Майло заговорил:
– Давай условимся. Прежде чем уходить, я дам тебе повнимательнее рассмотреть карту. Может быть, ты сможешь найти там какие-то тайные знаки. Времени тебе – до вечера. Ночью мы запускаем твою руну и выступаем на поиск логова Поджигателей, будь они сотню раз неладны. Если ты не сможешь этого сделать, то нам придется разобраться по-своему.
Майло не проходил в внутрь и терпеливо ждал у порога, пока я крутила в руках старую потрепанную карту. Мне не давали покоя странные серебристые галочки и я сконцентрировала на них все свое внимание. Запомнить карту, это все, что я могла сделать – ведь местность все еще оставалась слабо знакомой. Но тут пригодились остатки знаний, полученных в Академии. Напитавшись пересечениями улиц и расположением полей, я вернула карту охотнику. Раскланявшись, Майло пообещал прийти, за один крик часовой птицы до объявления комендантского часа.
Любопытному Себастьяну пришлось все выложить как на духу – он терпеть не мог недомолвок и вранья. И если б коты могли свистеть, то он бы присвистнул.
– Да, Минати, ты вновь смогла вляпаться в какую-то дурно пахнущую неожиданность… Но отступать некуда. Приходила Ингельда, хотела позвать на похороны брата и его семьи. Но не застала тебя.
Напоминание о несчастной девушке, потерявшей часть родных и получившей кровоточащую рану, придало сил. Я с возросшим упорством и рвением взялась за штудирование книг о магии. Иногда вспоминались курсы и практические занятия в Академии, все время над ухом бубнил голос то ли Тильгенмайера, то ли Себастьяна – они требовали усидчивости и сосредоточения. И изрисованные маленькими магическими кругами дорогие листы пергамента летели и летели на пол, будто призывая осень. Я не могла сдаться. И я не сдамся. Того требует справедливость и мое сердце. Виновные будут наказаны.
Я билась над руной весь день и весь вечер. Несмотря на уговоры Себастьяна я не делала перерывов ни на обед, ни на отдых. Идея универсальности витала в воздухе, задачка решалась как-то совсем просто, буквально парой логических вычислений, но она не давалась, ускользая, как летние тени. Когда начала опускаться тьма, я уже чувствовала сильное головокружение от усталости, но так ничего и не добилась. Кроме одного. Я модифицировала руну так, что, по идее, она должна была помочь нам найти «скопление» еретиков. И замкнула поиск на карту, найденную в тайнике.
Улицы Асмариана постепенно пустели, кипучая жизнь затихала до следующего дня. Гасли свечи, выставленные в окнах, добропорядочные жители, прочитав молитву Митаре, отходили ко сну. Над городом начинала путешествие холодная яркая луна. Из-за деревьев она уже начала заглядывать ко мне в окна, как послышался предпоследний крик часовой птицы. Стоило только несчастной птице закончить надрывать глотку, как в мою дверь тихо постучали. На пороге вновь появился Майло. На этот раз он не светил блеском эполет и бляшкой военного пояса, его одежда была куда скромнее. Он напоминал стражника, несущего ночной караул – такой же мрачный, темный и безликий. Моим костюмом воин остался доволен. Я успела переодеться в темно-зеленые узкие неприглядные брюки и такую же легкую курточку. В похожих костюмах мы иногда выходили на ночные миссии по задачам Империи повышенной важности. Осматривая меня с ног до головы, Майло хмыкнул:
– Какая, оказывается, интересная дамская мода в Пелепленесе.
– Всего лишь костюм для верховой езды. А вы о чем подумали? – мило улыбнулась я в ответ.
Мужчина не стал препираться и протянул мне плотный сверток. Быстро развернув его, я извлекла глубокий черный плащ с капюшоном.
– Надеюсь, вы действительно хороши в верховой езде, – проговорил Майло с легким поклоном. – Нам предстоит поторопиться.
– Карта у вас? – спросила я, отметив, что мы в очередной раз перешли на «вы». Сложно уследить за изменениями в настроении Майло и уловить, как и отчего меняется его расположение.
– Да. Идем.
Накинув плащи, мы тихо покинули доходный дом и запрыгнули на коней, которых Майло привел для нас. По пустынным мостовым полетел громкий стук копыт, не заглушаемый всеобщим гомоном и толчеей. Мы мчались, обгоняя ветер и пугая зазевавшихся прохожих и пьянчуг, выраставших на нашем пути. Майло умудрился обойти все патрули так, что наша подозрительная компания ни разу не попалась им на глаза. Мы остановились неподалеку от Моста Падших. Там Майло передал вожжи от наших лошадей пареньку, вылезшему из куста, будто специально поджидавшему нас. Шепнув грязному мальчишке пару слов, воин обратился ко мне:
– Идти предстоит тихо и налегке. У нас нет права на ошибку.
Я кивнула и, когда мы ступили на мост, аккуратно шевельнула пальцами, заглушая нашу поступь. Где-то вдалеке послышался последний крик часовой птицы. И стражники в металлических доспехах с тонким древом на груди перекрыли мост каменными заграждениями и цепями за нашими спинами. В Асмариане начался комендантский час.
Сойдя с центральной гравийной дороги, ведущей в ближайшее из поселений, мы дошли до густого леска. Там я, отбросив на спину капюшон, достала лист с новой, модифицированной руной, а Майло вынул из кармана карту. Карта оказалась еще более затрепанной, чем утром, и даже надорванной с одного угла. Не тратя время на расспросы, я еще раз покрутила карту в руках, серебряные галочки блеснули в лунном свете, но ничего нового на ней не обнаружилось. Эти галочки имели четкое распределение, их было не больше одной на бедняцкое сельцо и все они находились где-то с краю.
Вторая поисковая руна за сегодня появилась на крупном лежачем камне. Карту, которая послужила отличным толчком для заклинания, я забрала себе и, дунув на руну, повела нас по новому следу из снежинок. Больше всего сейчас стоило опасаться, что руна сработает не так, как задумывалось, и поведет нас обратно к дому сбежавшего Поджигателя. Но, немного попетляв меж деревьев, магические снежинки взяли четкое направление налево и повели нас все дальше от места, где мы рыскали утром. Мы с Майло натянули посильнее на головы глубокие капюшоны и замотавшись в плащи, ночными тенями двинулись по нервно спящему Бедняцкому району.
Я не перестала сверяться с картой в надежде понять, куда магия выведет нас. Мы миновали поселок, который Майло тихо назвал «Серым», следом за ним был «Липовый», но снежинки и не думали останавливаться и замедлять ход. Проходя сквозь следующее поселение, мы наткнулись на одно из зданий, помеченных на карте птичками. Добротное каменное строение, видавшее когда-то лучшую долю. Окна глядели в мир пустыми глазницами, крыша обвалилась, а изнутри доносились чьи-то пьяные крики и дымный запах костра. Заброшка продолжала жить искаженной и проклятой жизнью. И мы поспешили удалиться.
Поисковая магия привела нас в одно из самых дальних и маленьких сел Бедняцкого района. В конце концов, снежинки ударились о дверь двухэтажного каменного здания, внезапно напомнившего пансионат в Храмовом районе. Окна были накрепко заколочены досками, штукатурка и облицовка осыпались, но постройка все равно казалась крепкой. Пока я сверялась с картой, снежинки рассы?пались и магия рассеялась. Мы были на месте.
– Это все? – задумчиво нарушил тишину Майло.
– Угу. Магия указала на этот дом…
– Интересно…
– Что тут было раньше? – осторожно поинтересовалась я. Нечаянная догадка сковала горло, но пока требовала более серьезных подтверждений.
– Раньше… Школа для бедняков. Ее когда-то давно создал наш предыдущий Луноликий – Тераба?тнапал. Хотел учить детей. Бедняки инициативу не поддержали. В общем, школа недолго простояла.
– Почему не поддержали? Чем плохо обучение? – удивилась я, не выпуская карту из рук.
Майло нахмурился.
– Думаю, сейчас не время для подобных длинных разговоров. Митара разберет этих еретиков. Говорят, что их ложная богиня Далла запрещает учиться.
Я кивнула, развернула карту и указала пальцем на галочку. Майло всмотрелся, глаза его сузились. Место, в которое нас привела магия, и место, отмеченное на карте, совпали. Кажется, это и были базы Поджигателей. По одной в каждом поселении. В старых школах. Воин кивнул, видимо, он и сам догадывался, и принялся тщательно исследовать входную дверь. Ручка не поддалась, ее будто заклинило. Тогда охотник просто выбил дверь плечом. Раздался громкий треск, я тихо охнула, из проема вылетел столб пыли. Отряхиваясь, Майло мрачно глянул на меня и выдал:
– Останься здесь.
– Что?!
– Останься здесь, – вновь отчеканил парень. – Будешь только мешаться.
– Но Майло!
– Стой здесь. Я изрядно нашумел и нас там могут поджидать. Это опасно. Я скоро вернусь и, видит Митара, если не увижу тебя снаружи, то больше не буду иметь с тобой никаких дел.
Красноречиво заглянув мне в глаза, Майло скрылся в старом здании.
Но, когда внутренне отмеренное мною «скоро» прошло, а он не вернулся, я просто пошла следом.
По началу, ориентироваться в темноте, да еще и ночью, было непросто. Я то и дело натыкалась на поломанные и разбросанные вещи, запиналась о выломанные половые доски и собиралась падать, как мешок с навозом. В какой-то момент до меня дошло, что я могу просто создать небольшое светящееся облачко, чтобы, наконец, перестать плутать. «Люте?рия» быстро справилась с задачей и в моей ладошке образовался маленький источник света. Со стороны он оставался незаметным, но стоило раскрыть ладонь, и пространство на мгновение освещалось. Да, все познается на практике.
У лестниц я замешкалась. Одна – широкая, деревянная и, в прошлом, очень красивая, вела на второй этаж. Рядом располагалась лестница попроще, ведущая, вероятно, в подвал. Идти вниз ужасно не хотелось. Но сверху внезапно раздался шум тяжелых сапог, с которых слетело заклинание приглушения, и поступь, в которой можно было узнать шаги Майло, и я тут же рванула подальше от него. Не забыв, однако, еще раз заглушить магией его топот. Если он ничего не нашел, то найду я – Минати, имперская шпионка и ночной мститель.
Ступени поскрипывали и хрустели, действие светового заклинания закончилось и пробираться вновь пришлось на ощупь, но это меня не остановило. Чуть не скатившись с последних ступенек, я притаилась за ветхими ящиками. Вокруг растекалась пугающая тишина. Прикосновение к холодной чуть влажной кладке стены заставило меня прийти в себя и продолжить движение. Путь назад я мысленно отрезала сама себе. Не могу я вернуться с пустыми руками к Майло, которого нагло ослушалась. Одного его взгляда будет достаточно, чтобы я пожелала провалиться сквозь землю и вернуться обратно в Империю. И почувствовать горячий стыд перед пострадавшими от рук Поджигателей.
Оторвавшись от стены, я двинулась дальше по коридору, пальцами касаясь холодных чуть влажных камней. И вот носок моего сапога уперся в что-то подозрительно прочное и добротное. Пожалев, что так и не изучила заклинаний, с помощью которых можно наводить остроту зрения на глаза, я снова создала светящийся шарик и принялась светить им вперед. Короткие вспышки выхватили из тьмы несколько крупных ящиков, составленных друг на друга. На всех них красовалась эмблема одной из крупнейших гильдий города – Гильдии Алхимиков. Значит, у Поджигателей были союзники вне Бедняцкого района. Возможно, даже спонсоры. Обычным беднякам не продадут взрывчатое вещество – а вот респектабельным горожанам...
Я приподняла одну из неприбитых крышек и в нос сразу же ударил ядреный, ядовитый запах селькиры 1: Селькира – горючее, легко воспламеняющееся, взрывоопасное масло, компонент магических бомб. Целый ящик был заставлен бутылками, в которых плескалось зажигательное масло. Так вот из чего они делали свои горючие смеси. В Империи производством селькиры занимались только императорские фабрики под неусыпным контролем неподкупных механоидов. Хоть в чем-то от них была польза. Кустарное производство жидкости было запрещено под страхом смертной казни. Кажется, в Асмариане никто не занимался такой ерундой. Поставив крышку на место, я погасила свет и аккуратно двинулась дальше. Наличие в этом месте селькиры тянуло на очень тяжелое преступление, но ни один преступник еще не был пойман или даже обнаружен.
Окружающую тишину нарушал редкий стук капель, срывавшихся с потолка, и какое-то шуршание. А потом раздались голоса. От неожиданности я вдруг забыла, как дышать, тяжело опустила ногу, занесенную для следующего шага, и притворилась невидимой. Но голоса были статичны. Они внезапно сплелись и превратились в мерную песню, гордую, заунывную и отдаленно похожую то ли на гимн, то ли на молитву. И, влекомая истинным порывом безумия, я пошла им навстречу.
Впереди забрезжил свет. Обычный свет многих факелов и свечей. Песня неслась оттуда. И я направлялась к ней. Медленно, тихо, плавно. Так, как нас учили в Академии. Максимально скрытно я подобралась к подвальной зале и обнаружила себя на втором этаже. Внизу на разбитых коробках, столах, стульях и скамьях располагались десятки людей, одетых в серые рубища. Они пели. Кажется, это действительно исполнялся гимн. Я спряталась за каким-то поломанным ящиком и продолжила наблюдать. Вот, они закончили одну песню и тут же, почти без передышки, затянули следующую. Их было много, а пели так искренне и проникновенно, что мне захотелось узнать, о чем же она – ведь слов разобрать я не смогла. Значит, вот как они выглядят, эти Поджигатели. Кажется, совсем безобидно. Собираются, что-то поют… Как могут такие умиротворенные люди устраивать эти ужасные пожары, используя заговоренный огонь?! Закупать и зачаровывать селькиру? Они ведь просто исполняют гимны! На взрывоопасном складе. Слишком странно… Хотя, что взять с фанатиков.
– Интересно? – раздалось у меня над ухом.
Майло…
– А мы тут часто собираемся!
Я повернула голову. Рядом со мной на корточках сидел смешной рыжий мальчик, весь в мелких веснушках, и улыбался искренне и открыто.
– Как ты сможешь нам помочь? – после недолгих раздумий скупо выдавил Майло.
Моя руна все еще была не универсальна. Она требовала дополнительных символов и приложения магии. Поэтому, требовалось в кратчайшие сроки разработать доселе неизвестный мне вид поисковой магии, которая не описывалась даже в умных учебниках мастера Масгрейва. Но это пугало меньше, чем сегодня ночью. И еще меньше, чем пару месяцев назад, когда я спокойно отдыхала в Киллана По.
– По карте я настрою руну на поиск не человека, а места.
Ну, или людей в этом месте…
Майло вновь глядел на меня с подозрением и недоверием. Это начинало немного надоедать – сколько еще мне нужно доказывать, что мы на одной стороне? Пока, по крайней мере. Потом охотник кивнул, предложил опереться об его руку, и мы вновь выдвинулись в путь, покидая Мост Падших. Мы проделали длинный путь до моего дома в практически полном молчании, лишь осознав, что скоро придется принимать какое-то решение и расставаться, Майло заговорил:
– Давай условимся. Прежде чем уходить, я дам тебе повнимательнее рассмотреть карту. Может быть, ты сможешь найти там какие-то тайные знаки. Времени тебе – до вечера. Ночью мы запускаем твою руну и выступаем на поиск логова Поджигателей, будь они сотню раз неладны. Если ты не сможешь этого сделать, то нам придется разобраться по-своему.
Майло не проходил в внутрь и терпеливо ждал у порога, пока я крутила в руках старую потрепанную карту. Мне не давали покоя странные серебристые галочки и я сконцентрировала на них все свое внимание. Запомнить карту, это все, что я могла сделать – ведь местность все еще оставалась слабо знакомой. Но тут пригодились остатки знаний, полученных в Академии. Напитавшись пересечениями улиц и расположением полей, я вернула карту охотнику. Раскланявшись, Майло пообещал прийти, за один крик часовой птицы до объявления комендантского часа.
Любопытному Себастьяну пришлось все выложить как на духу – он терпеть не мог недомолвок и вранья. И если б коты могли свистеть, то он бы присвистнул.
– Да, Минати, ты вновь смогла вляпаться в какую-то дурно пахнущую неожиданность… Но отступать некуда. Приходила Ингельда, хотела позвать на похороны брата и его семьи. Но не застала тебя.
Напоминание о несчастной девушке, потерявшей часть родных и получившей кровоточащую рану, придало сил. Я с возросшим упорством и рвением взялась за штудирование книг о магии. Иногда вспоминались курсы и практические занятия в Академии, все время над ухом бубнил голос то ли Тильгенмайера, то ли Себастьяна – они требовали усидчивости и сосредоточения. И изрисованные маленькими магическими кругами дорогие листы пергамента летели и летели на пол, будто призывая осень. Я не могла сдаться. И я не сдамся. Того требует справедливость и мое сердце. Виновные будут наказаны.
Глава 10.9. Дело Поджигателей
Я билась над руной весь день и весь вечер. Несмотря на уговоры Себастьяна я не делала перерывов ни на обед, ни на отдых. Идея универсальности витала в воздухе, задачка решалась как-то совсем просто, буквально парой логических вычислений, но она не давалась, ускользая, как летние тени. Когда начала опускаться тьма, я уже чувствовала сильное головокружение от усталости, но так ничего и не добилась. Кроме одного. Я модифицировала руну так, что, по идее, она должна была помочь нам найти «скопление» еретиков. И замкнула поиск на карту, найденную в тайнике.
Улицы Асмариана постепенно пустели, кипучая жизнь затихала до следующего дня. Гасли свечи, выставленные в окнах, добропорядочные жители, прочитав молитву Митаре, отходили ко сну. Над городом начинала путешествие холодная яркая луна. Из-за деревьев она уже начала заглядывать ко мне в окна, как послышался предпоследний крик часовой птицы. Стоило только несчастной птице закончить надрывать глотку, как в мою дверь тихо постучали. На пороге вновь появился Майло. На этот раз он не светил блеском эполет и бляшкой военного пояса, его одежда была куда скромнее. Он напоминал стражника, несущего ночной караул – такой же мрачный, темный и безликий. Моим костюмом воин остался доволен. Я успела переодеться в темно-зеленые узкие неприглядные брюки и такую же легкую курточку. В похожих костюмах мы иногда выходили на ночные миссии по задачам Империи повышенной важности. Осматривая меня с ног до головы, Майло хмыкнул:
– Какая, оказывается, интересная дамская мода в Пелепленесе.
– Всего лишь костюм для верховой езды. А вы о чем подумали? – мило улыбнулась я в ответ.
Мужчина не стал препираться и протянул мне плотный сверток. Быстро развернув его, я извлекла глубокий черный плащ с капюшоном.
– Надеюсь, вы действительно хороши в верховой езде, – проговорил Майло с легким поклоном. – Нам предстоит поторопиться.
– Карта у вас? – спросила я, отметив, что мы в очередной раз перешли на «вы». Сложно уследить за изменениями в настроении Майло и уловить, как и отчего меняется его расположение.
– Да. Идем.
Накинув плащи, мы тихо покинули доходный дом и запрыгнули на коней, которых Майло привел для нас. По пустынным мостовым полетел громкий стук копыт, не заглушаемый всеобщим гомоном и толчеей. Мы мчались, обгоняя ветер и пугая зазевавшихся прохожих и пьянчуг, выраставших на нашем пути. Майло умудрился обойти все патрули так, что наша подозрительная компания ни разу не попалась им на глаза. Мы остановились неподалеку от Моста Падших. Там Майло передал вожжи от наших лошадей пареньку, вылезшему из куста, будто специально поджидавшему нас. Шепнув грязному мальчишке пару слов, воин обратился ко мне:
– Идти предстоит тихо и налегке. У нас нет права на ошибку.
Я кивнула и, когда мы ступили на мост, аккуратно шевельнула пальцами, заглушая нашу поступь. Где-то вдалеке послышался последний крик часовой птицы. И стражники в металлических доспехах с тонким древом на груди перекрыли мост каменными заграждениями и цепями за нашими спинами. В Асмариане начался комендантский час.
Сойдя с центральной гравийной дороги, ведущей в ближайшее из поселений, мы дошли до густого леска. Там я, отбросив на спину капюшон, достала лист с новой, модифицированной руной, а Майло вынул из кармана карту. Карта оказалась еще более затрепанной, чем утром, и даже надорванной с одного угла. Не тратя время на расспросы, я еще раз покрутила карту в руках, серебряные галочки блеснули в лунном свете, но ничего нового на ней не обнаружилось. Эти галочки имели четкое распределение, их было не больше одной на бедняцкое сельцо и все они находились где-то с краю.
Вторая поисковая руна за сегодня появилась на крупном лежачем камне. Карту, которая послужила отличным толчком для заклинания, я забрала себе и, дунув на руну, повела нас по новому следу из снежинок. Больше всего сейчас стоило опасаться, что руна сработает не так, как задумывалось, и поведет нас обратно к дому сбежавшего Поджигателя. Но, немного попетляв меж деревьев, магические снежинки взяли четкое направление налево и повели нас все дальше от места, где мы рыскали утром. Мы с Майло натянули посильнее на головы глубокие капюшоны и замотавшись в плащи, ночными тенями двинулись по нервно спящему Бедняцкому району.
Я не перестала сверяться с картой в надежде понять, куда магия выведет нас. Мы миновали поселок, который Майло тихо назвал «Серым», следом за ним был «Липовый», но снежинки и не думали останавливаться и замедлять ход. Проходя сквозь следующее поселение, мы наткнулись на одно из зданий, помеченных на карте птичками. Добротное каменное строение, видавшее когда-то лучшую долю. Окна глядели в мир пустыми глазницами, крыша обвалилась, а изнутри доносились чьи-то пьяные крики и дымный запах костра. Заброшка продолжала жить искаженной и проклятой жизнью. И мы поспешили удалиться.
Поисковая магия привела нас в одно из самых дальних и маленьких сел Бедняцкого района. В конце концов, снежинки ударились о дверь двухэтажного каменного здания, внезапно напомнившего пансионат в Храмовом районе. Окна были накрепко заколочены досками, штукатурка и облицовка осыпались, но постройка все равно казалась крепкой. Пока я сверялась с картой, снежинки рассы?пались и магия рассеялась. Мы были на месте.
– Это все? – задумчиво нарушил тишину Майло.
– Угу. Магия указала на этот дом…
– Интересно…
– Что тут было раньше? – осторожно поинтересовалась я. Нечаянная догадка сковала горло, но пока требовала более серьезных подтверждений.
– Раньше… Школа для бедняков. Ее когда-то давно создал наш предыдущий Луноликий – Тераба?тнапал. Хотел учить детей. Бедняки инициативу не поддержали. В общем, школа недолго простояла.
– Почему не поддержали? Чем плохо обучение? – удивилась я, не выпуская карту из рук.
Майло нахмурился.
– Думаю, сейчас не время для подобных длинных разговоров. Митара разберет этих еретиков. Говорят, что их ложная богиня Далла запрещает учиться.
Я кивнула, развернула карту и указала пальцем на галочку. Майло всмотрелся, глаза его сузились. Место, в которое нас привела магия, и место, отмеченное на карте, совпали. Кажется, это и были базы Поджигателей. По одной в каждом поселении. В старых школах. Воин кивнул, видимо, он и сам догадывался, и принялся тщательно исследовать входную дверь. Ручка не поддалась, ее будто заклинило. Тогда охотник просто выбил дверь плечом. Раздался громкий треск, я тихо охнула, из проема вылетел столб пыли. Отряхиваясь, Майло мрачно глянул на меня и выдал:
– Останься здесь.
– Что?!
– Останься здесь, – вновь отчеканил парень. – Будешь только мешаться.
– Но Майло!
– Стой здесь. Я изрядно нашумел и нас там могут поджидать. Это опасно. Я скоро вернусь и, видит Митара, если не увижу тебя снаружи, то больше не буду иметь с тобой никаких дел.
Красноречиво заглянув мне в глаза, Майло скрылся в старом здании.
Но, когда внутренне отмеренное мною «скоро» прошло, а он не вернулся, я просто пошла следом.
По началу, ориентироваться в темноте, да еще и ночью, было непросто. Я то и дело натыкалась на поломанные и разбросанные вещи, запиналась о выломанные половые доски и собиралась падать, как мешок с навозом. В какой-то момент до меня дошло, что я могу просто создать небольшое светящееся облачко, чтобы, наконец, перестать плутать. «Люте?рия» быстро справилась с задачей и в моей ладошке образовался маленький источник света. Со стороны он оставался незаметным, но стоило раскрыть ладонь, и пространство на мгновение освещалось. Да, все познается на практике.
У лестниц я замешкалась. Одна – широкая, деревянная и, в прошлом, очень красивая, вела на второй этаж. Рядом располагалась лестница попроще, ведущая, вероятно, в подвал. Идти вниз ужасно не хотелось. Но сверху внезапно раздался шум тяжелых сапог, с которых слетело заклинание приглушения, и поступь, в которой можно было узнать шаги Майло, и я тут же рванула подальше от него. Не забыв, однако, еще раз заглушить магией его топот. Если он ничего не нашел, то найду я – Минати, имперская шпионка и ночной мститель.
Ступени поскрипывали и хрустели, действие светового заклинания закончилось и пробираться вновь пришлось на ощупь, но это меня не остановило. Чуть не скатившись с последних ступенек, я притаилась за ветхими ящиками. Вокруг растекалась пугающая тишина. Прикосновение к холодной чуть влажной кладке стены заставило меня прийти в себя и продолжить движение. Путь назад я мысленно отрезала сама себе. Не могу я вернуться с пустыми руками к Майло, которого нагло ослушалась. Одного его взгляда будет достаточно, чтобы я пожелала провалиться сквозь землю и вернуться обратно в Империю. И почувствовать горячий стыд перед пострадавшими от рук Поджигателей.
Оторвавшись от стены, я двинулась дальше по коридору, пальцами касаясь холодных чуть влажных камней. И вот носок моего сапога уперся в что-то подозрительно прочное и добротное. Пожалев, что так и не изучила заклинаний, с помощью которых можно наводить остроту зрения на глаза, я снова создала светящийся шарик и принялась светить им вперед. Короткие вспышки выхватили из тьмы несколько крупных ящиков, составленных друг на друга. На всех них красовалась эмблема одной из крупнейших гильдий города – Гильдии Алхимиков. Значит, у Поджигателей были союзники вне Бедняцкого района. Возможно, даже спонсоры. Обычным беднякам не продадут взрывчатое вещество – а вот респектабельным горожанам...
Я приподняла одну из неприбитых крышек и в нос сразу же ударил ядреный, ядовитый запах селькиры 1: Селькира – горючее, легко воспламеняющееся, взрывоопасное масло, компонент магических бомб. Целый ящик был заставлен бутылками, в которых плескалось зажигательное масло. Так вот из чего они делали свои горючие смеси. В Империи производством селькиры занимались только императорские фабрики под неусыпным контролем неподкупных механоидов. Хоть в чем-то от них была польза. Кустарное производство жидкости было запрещено под страхом смертной казни. Кажется, в Асмариане никто не занимался такой ерундой. Поставив крышку на место, я погасила свет и аккуратно двинулась дальше. Наличие в этом месте селькиры тянуло на очень тяжелое преступление, но ни один преступник еще не был пойман или даже обнаружен.
Окружающую тишину нарушал редкий стук капель, срывавшихся с потолка, и какое-то шуршание. А потом раздались голоса. От неожиданности я вдруг забыла, как дышать, тяжело опустила ногу, занесенную для следующего шага, и притворилась невидимой. Но голоса были статичны. Они внезапно сплелись и превратились в мерную песню, гордую, заунывную и отдаленно похожую то ли на гимн, то ли на молитву. И, влекомая истинным порывом безумия, я пошла им навстречу.
Впереди забрезжил свет. Обычный свет многих факелов и свечей. Песня неслась оттуда. И я направлялась к ней. Медленно, тихо, плавно. Так, как нас учили в Академии. Максимально скрытно я подобралась к подвальной зале и обнаружила себя на втором этаже. Внизу на разбитых коробках, столах, стульях и скамьях располагались десятки людей, одетых в серые рубища. Они пели. Кажется, это действительно исполнялся гимн. Я спряталась за каким-то поломанным ящиком и продолжила наблюдать. Вот, они закончили одну песню и тут же, почти без передышки, затянули следующую. Их было много, а пели так искренне и проникновенно, что мне захотелось узнать, о чем же она – ведь слов разобрать я не смогла. Значит, вот как они выглядят, эти Поджигатели. Кажется, совсем безобидно. Собираются, что-то поют… Как могут такие умиротворенные люди устраивать эти ужасные пожары, используя заговоренный огонь?! Закупать и зачаровывать селькиру? Они ведь просто исполняют гимны! На взрывоопасном складе. Слишком странно… Хотя, что взять с фанатиков.
– Интересно? – раздалось у меня над ухом.
Майло…
– А мы тут часто собираемся!
Я повернула голову. Рядом со мной на корточках сидел смешной рыжий мальчик, весь в мелких веснушках, и улыбался искренне и открыто.
