Он набросился на манящие губы, покрыл поцелуями прекрасное лицо, одновременно освобождая от платья и лаская желанное тело. Когда на девушке не осталось ни клочка материи, плотно прижал её к себе, давая ощутить силу его возбуждения. Хотелось бросить её на кровать и придавить сверху, но бывший демон чувствовал, что если она не захочет, он при всём желании не сможет подчинить это тело. Доказательство своим предположениям он получил незамедлительно — легко оттянув за волосы от своих губ, девушка толкнула вампира на кровать и немедленно устроилась на его животе, прижав ноги стройными бёдрами, захватив одной рукой оба запястья, и без труда удерживая их, а другую уперев ему в грудь.
— Совместим удовольствие с обучением. Попробуй вырваться.
Альдавар с сомнением глянул на Богиню и попробовал всё же освободиться. Какое там! Теперь он достоверно узнал, насколько она сильна — на него словно навалилась каменная глыба, позволяющая шевелить лишь некоторыми частями тела, но вырваться из плена которой не было никакой возможности. К тому же он начал ощущать странную слабость в теле и нарастающую боль. Немного испугавшись, мужчина прекратил сопротивляться, а у самого уха раздался жаркий шёпот:
— Это одно из свойств связи птенец-мессир — сопротивление хозяину отнимает силы и вызывает наказание болью. Тебе не особо досталось, потому что это мой приказ, да и откат я сдерживала, а вот без разрешения подобные ощущения будут сильнее десятикратно. Но вернёмся к укусам. Запомни, кровь возбуждённого партнёра обладает необыкновенно волнительным вкусом и вызывает многократно усиленное удовольствие. Ни одной расе и не снилось такое наслаждение соитием!
В подтверждение этих слов влажный язычок пробежался по его коже, вызвав глухой стон, и в шею немедля вонзились острые клыки. Альдавар впервые сознательно переживал укус экселенцы, и впечатления поразили своей остротой. Неудивительно, что его жертвы сегодня так странно себя вели. Это было просто волшебно! Он и так находился уже почти в полной боевой готовности, но сейчас моментально дошёл до кондиции, а тело начала сотрясать крупная дрожь. Стон наслаждения вновь прошил пространство. В ответ послышался тихий довольный смех, а к его губам прижались другие, со следами его собственной крови, которую вампир тут же слизнул.
В следующий миг мужчина почувствовал, что его уже не удерживает стальная хватка, а тело Богини расслаблено и словно чего-то ожидает. Действуя по наитию, он тотчас же перекатился, оказавшись сверху, и покрыл поцелуями сладкую плоть, одновременно лаская руками и умело возбуждая. Девушка под ним начала постанывать и извиваться. Мучительно хотелось впиться в бешено бьющуюся жилку у горла, но он сдерживался, помня, что это можно сделать лишь с разрешения. Ну когда же?..
Почувствовав пик возбуждения партнёрши, любовник понял, что дальше тянуть нельзя, и с силой вонзился во влажное тепло. Девушка закричала. Но мужчина, желавший её наказать за всё не получаемое разрешение попробовать кровь, с удивлением услышал в этом крике не боль, а наслаждение. Он мерно задвигался, уже не сдерживая себя, и почти сразу услышал: «Теперь… Три глотка. Кусай!». Ему не нужно было повторять. Наконец попробовав полившуюся в горло кровь, сделал долгий глоток и на мгновение ослеп и оглох. Настолько сильным оказалось нахлынувшее наслаждение.
Альдавар медленно приходил в себя. Голова немного кружилась. Создательница была права — уж насколько демоницы считались страстными любовницами, но ни с одной из побывавших в его постели, он не испытывал таких ощущений! Но как теперь ему вести себя с экселенцей?
— Как и прежде. Это был очередной урок, весьма приятный, надо сказать. Мессир вправе пользоваться своим птенцом так, как сочтёт нужным. Кстати, те, кого обратят обращённые тобой, тоже будут находиться под твоей властью. И ещё, то, что происходило между нами, следствие скорее моего статуса, чем особенность отношений в твоём виде. Но я заложила в вас понятие «пары», второй половинки. Ты и твои десять Высших обязательно встретите их, другие — уже как повезёт. И ты это почувствуешь. Только со второй половиной своей души ты сможешь вновь испытать подобное. Кстати, ею будет обязательно демоница!
Девушка легко соскользнула с кровати, и мужчина тут же поспешил помочь ей с одеждой. До рассвета оставалось всё меньше времени.
Они ещё немного поговорили о критериях подбора первых вампиров. Один был уже готов — Богиня не сомневалась в решении пленника. Про остальных же… Альдавару следовало понаблюдать за молодыми демонами. Лучше всего, если это будут младшие, но совершеннолетние наследники родов, изгнанники, или просто недовольные своим положением. Они в первую очередь клюнут на возможность круто изменить жизнь, получив огромную силу и власть.
Но прежде чем выходить на разговор с кандидатами, следует тщательно изучить их характер, привычки и тайны. Подчинение — это хорошо, однако надо быть уверенным в благородстве и благодарности будущих птенцов. Иначе амбиции приведут их к гибели — победить родоначальника нового вида они всё равно не смогут, а оставлять за спиной затаившегося врага очень глупо. И других, таких же сильных, как эти первые десять Высших, Альдавар без помощи Создательницы сделать уже не сможет. Так что придётся выбирать очень тщательно.
Ещё он узнал об очередной возможности обращать вампиров. Можно не выпивать жертву досуха, но выпустить в неё яд. Тогда превращение будет длительным и весьма болезненным — всё же своего рода смерть, но получатся полноценные вампиры, сочетающие в себе способность совершенствоваться птенцов и полную подчинённость вампов. Рядовые сородичи, из которых можно воспитать личную гвардию, но которым не суждено, подобно птенцам, со временем освободиться от власти хозяина — только после его гибели, и если перед этим он не сделал им установки на смерть одновременно с ним.
— Кстати, об обращении, — Богиня потянулась и поднялась с кресла. — Пойдём, проведаем нашего, так жаждущего жизни, друга. И подумай, куда приказать слуге сносить тела — у тебя уже два трупа здесь, так что надо позаботиться о собственном комфорте, но при этом, чтобы никто ничего не нашёл. Кажется, в конце тюремного коридора была специальная яма?
Альдавар кивнул и позвал за собой слугу. По пути к камерам объяснил ему, куда скинуть ненужные тела.
Войдя, вампир внимательно оглядел пленника. У того выдалась тяжёлая ночь — он почти висел в кандалах, лицо посерело, но глаза… В них светилась решительность и надежда. Уже зная ответ, Альдавар тем не менее спросил:
— Ты сделал выбор, воин?
Тот обречённо кивнул.
— Я хочу жить. Но скажите… Я стану таким же, как Раждар? — в голосе демона прорвались отвращение и страх.
Его пленитель рассмеялся:
— Раждар — просто случайность, по незнанию, так сказать. Ты останешься вполне вменяемым, если это тебя беспокоит.
Коршез облегчённо выдохнул — такой участи он боялся, она не менее страшна, чем смерть. У него было ещё много вопросов, но демон решил благоразумно промолчать. Всё прояснится со временем, главное — выжить. Альдавар же повернулся к молчаливой девушке.
— Экселенца?
— Нет, малыш. Это твои птенцы. Теперь всё сам.
Вампир вздохнул: теория — это хорошо, и даже вроде несложно. Но ведь в первый раз же! Подойдя к прикованному пленнику, ещё раз оглядел его, как будто сомневаясь, облизнулся.
Поняв, что сейчас произойдёт, Коршез напрягся. Опять! Неужели и сейчас придётся пережить столь недостойные эмоции? Ну почему это не сделала Первозданная? Он бы даже встал на колени, чтоб ей было удобно, и сам подставил шею. Но испытывать подобные ощущения в руках мужчины? Брр… Конечно, его никто не спрашивал. Жёсткие пальцы вцепились в волосы, отклоняя голову, а горячие губы прижались к горлу. Короткий укол, и вновь эти сладостные волны поглощают его сознание.
Альдавар почувствовал, что жертва уже почти перешагнула порог смерти — сердце ещё билось, но скоро это трепыхание сменится покоем. Сосредоточившись, впрыснул в остатки крови яд и отстранился от обвисшего тела.
— Положи будущего птенца на пол, прокуси запястье и приложи к его губам. Мысленно вели глотать, — тихо напомнила экселенца.
Вампир выполнил всё и с интересом наблюдал за начавшим подёргиваться телом.
— Отойди в сторону, а то он сейчас немного побуянит, — засмеялась девушка.
Он послушался и уже со стороны наблюдал за обращением. Альдавар очень смутно помнил, что сам ощущал при этом, так что с внутренним содроганием не только смотрел, но и чувствовал, как его птенец корчится от боли.
— А почему он не сменил ипостась, и волосы с глазами остались прежними?
— Потому что я лишь тебя сделала таким особенным, чтоб все узнавали хозяина безошибочно. А остальные поменяются незначительно — красота, остановка старения, даже некоторое омоложение — у кого как. Ипостась у демонов останется прежней, разве что некоторые изменения возникнут. Скорость, помощь Тени, огромная физическая сила, некоторые смогут летать, а кто-то, наоборот, не будет иметь другой формы, отличной от первоначального тела. Тебе придётся выяснять всё постепенно, многому учиться, и моя помощь будет минимальной — лишь чтобы новая раса выжила на первых порах. Но, кажется, твой птенец уже очнулся.
Альдавар перевёл взгляд на поднимающегося новообращённого и улыбнулся. Тот посмотрел на него и внезапно прекратил движение, оставшись на коленях и склонив голову в знак покорности. Хорошее начало. Вампир подошёл к птенцу и, подцепив его подбородок, заставил посмотреть себе в глаза:
— Ты должен обращаться ко мне Мессир, а приветствуя — опускаться на одно колено. Ты не сможешь сопротивляться моей воле, так что не советую даже пытаться. За непослушание я наказываю очень жестоко, помни это. Как твоё имя?
— Коршез, Мессир.
— Ну что ж Коршез, близится рассвет, и нам пора на отдых. Идём.
Я с удовлетворением наблюдала за своим Дитя. Начало положено. Из него выйдет отличный правитель для новой расы. Пора дать ему самостоятельность. Пусть учится и действует. Дав Высшему двадцать дней на подбор кандидатов в птенцы, выдала ещё немного наставлений и со спокойной душой вернулась к слугам. В оговоренное время я приму у него этот маленький экзамен на выживание. А пока — пусть развлекается.
С каждым днём Альдавару требовалось всё меньше времени на дневной сон, тогда как птенец и слуга дрыхли до самого заката. Молодой вампир всё своё время тратил на учёбу и нещадно гонял Коршеза. В первую же ночь существования птенца учил того самоконтролю, заставляя помогать себе растаскивать узников по отдельным камерам — благо их было достаточно. На всякий случай ещё и придерживал его ментальным поводком. И лишь после этого позволил впервые утолить жажду.
Пришлось пожертвовать очередным пленником — птенец не сумел сдержаться и заразил свою жертву. А новые слуги пока не входили в планы Альдавара. Самим бы прокормиться, не вызывая слишком сильного к себе внимания! Обращённого уничтожили. Потом он спокойно объяснил Коршезу его ошибки и продолжил обучение птенца.
Ему вменялись в обязанности тренировки по магии и бою с Мессиром, совместная со слугой охота на дичь — чтобы поддерживать в пленниках необходимый уровень энергии, их необходимо было нормально кормить, — и попутно он «выгуливал» слугу. Раждар всегда выпивал свою жертву досуха, не умея остановиться, так что к пленникам его не подпускали, иначе пришлось бы очень быстро искать новые постоянные источники питания. К тому же Альдавар решил совместить полезное с ещё более полезным — велел в первую очередь отлавливать самых слабых демонов из клана своих смертельных врагов. И птенец со слугой будут сыты и отточат способы охоты в «полевых условиях», и месть потихоньку начнёт осуществляться.
Он забавлялся над недоумением Коршеза, когда тот узнал, что находится сейчас под разрушенным замком, за которым его отряд и должен был наблюдать. Когда птенец спросил, почему он выбрал это место, Альдавар изобразил удивление.
— А почему это я не могу расположиться на собственных землях, пусть и разорённых?
— Ваших землях?!
— О, прости мою забывчивость. Позволь представиться — Альдавар ше'Ссарртош, последний из правящего рода, чудом выживший в этой резне.
— Но почему вы напали на наш отряд, а не вышли открыто? Ведь мы как раз искали хоть каких-то свидетелей случившегося!
— Да? Ты бы сильно доверял незнакомцам, пусть и с Императорской эмблемой, после того, как практически на твоих глазах вырезали всю семью? К тому же… На тот момент я уже был обращён и выглядел несколько необычно, да и нуждался в… запасах пищи. А вы пришли незваными. Как ни посмотри, я был в своём праве.
— Но как случилось ваше изменение? О, не подумайте плохого, Мессир, мне просто очень интересно — почему именно на вас пал выбор Изначальной Тьмы?
— Для нас она отныне — Темнейшая Мать. А выбор… Возможно, потому, что я совершенно отчаялся и рискнул, несмотря на предполагавшуюся «страшную цену», воззвать о помощи. И удачно попал под её собственные планы. Так что, на мой взгляд, плата обернулась наградой. Но кто знает, что случилось бы со мной, не будь этой удачи.
Альдавар рассказал свою историю. Не было смысла что-то скрывать от птенца. Зато тот начнёт понимать его мотивы. Коршез действительно многое понял. И с радостью воспринял требование нападать, в первую очередь, на членов рода шшас'Риссад — месть Мессира стала и его местью. Теперь он не удивлялся такой значительной разнице в их силе и способностях — как можно догнать в могуществе того, кто вкусил божественной крови?!
— Мессир, пожалуйста, не сердитесь, но какова она, кровь Богини?
Альдавар прикрыл глаза, и лицо его осветилось счастьем.
— Это непередаваемо… Волшебный нектар, дарящий наслаждение на грани смертельного.
Коршез тихо завидовал и понимал, что никому, кроме Первого Дитя, не светит честь испытать этот восторг.
Вампир чувствовал, что постоянно становится сильнее, и открывал в себе новые возможности. Создательница оставила несколько книг, и он, после освоения теории, с удовольствием перешёл к практике. Магия Крови, Смерти, Разума, Стихийная, Элементальная, Целительство… Подопытными служили все окружающие, правда, он старался лишний раз не калечить своего птенца. К сожалению, Альдавар не знал всех возможностей собственного организма, поэтому приходилось всё познавать на практике. И если способности к изменению не только отдельных частей тела, но и всего облика, выяснил на себе, то скорость регенерации, порог болевой чувствительности, предел выживаемости и другие малоприятные вещи он благоразумно проверял на подчинённых.
На третью ночь после ухода Создательницы, превратив слугу в груду плоти, переломав ему почти все кости и оставив регенерировать, с мечтательной улыбкой повернулся к ученику и размял пальцы. Тот сглотнул и со страхом спросил:
— Мессир, в чём мы провинились, что вы так наказываете нас?
— Провинились? Коршез, воспринимай это не как наказание, а как тренировку. Я ведь говорил уже — мы первые представители нашего вида. И чтобы быть готовыми к новой жизни, необходимо узнать границы своих возможностей — в том числе и по выживанию. Вамп, конечно, слабее, поэтому кое-что я могу выяснить только с твоей помощью. Придётся потерпеть, птенец.
— Совместим удовольствие с обучением. Попробуй вырваться.
Альдавар с сомнением глянул на Богиню и попробовал всё же освободиться. Какое там! Теперь он достоверно узнал, насколько она сильна — на него словно навалилась каменная глыба, позволяющая шевелить лишь некоторыми частями тела, но вырваться из плена которой не было никакой возможности. К тому же он начал ощущать странную слабость в теле и нарастающую боль. Немного испугавшись, мужчина прекратил сопротивляться, а у самого уха раздался жаркий шёпот:
— Это одно из свойств связи птенец-мессир — сопротивление хозяину отнимает силы и вызывает наказание болью. Тебе не особо досталось, потому что это мой приказ, да и откат я сдерживала, а вот без разрешения подобные ощущения будут сильнее десятикратно. Но вернёмся к укусам. Запомни, кровь возбуждённого партнёра обладает необыкновенно волнительным вкусом и вызывает многократно усиленное удовольствие. Ни одной расе и не снилось такое наслаждение соитием!
В подтверждение этих слов влажный язычок пробежался по его коже, вызвав глухой стон, и в шею немедля вонзились острые клыки. Альдавар впервые сознательно переживал укус экселенцы, и впечатления поразили своей остротой. Неудивительно, что его жертвы сегодня так странно себя вели. Это было просто волшебно! Он и так находился уже почти в полной боевой готовности, но сейчас моментально дошёл до кондиции, а тело начала сотрясать крупная дрожь. Стон наслаждения вновь прошил пространство. В ответ послышался тихий довольный смех, а к его губам прижались другие, со следами его собственной крови, которую вампир тут же слизнул.
В следующий миг мужчина почувствовал, что его уже не удерживает стальная хватка, а тело Богини расслаблено и словно чего-то ожидает. Действуя по наитию, он тотчас же перекатился, оказавшись сверху, и покрыл поцелуями сладкую плоть, одновременно лаская руками и умело возбуждая. Девушка под ним начала постанывать и извиваться. Мучительно хотелось впиться в бешено бьющуюся жилку у горла, но он сдерживался, помня, что это можно сделать лишь с разрешения. Ну когда же?..
Почувствовав пик возбуждения партнёрши, любовник понял, что дальше тянуть нельзя, и с силой вонзился во влажное тепло. Девушка закричала. Но мужчина, желавший её наказать за всё не получаемое разрешение попробовать кровь, с удивлением услышал в этом крике не боль, а наслаждение. Он мерно задвигался, уже не сдерживая себя, и почти сразу услышал: «Теперь… Три глотка. Кусай!». Ему не нужно было повторять. Наконец попробовав полившуюся в горло кровь, сделал долгий глоток и на мгновение ослеп и оглох. Настолько сильным оказалось нахлынувшее наслаждение.
***
Альдавар медленно приходил в себя. Голова немного кружилась. Создательница была права — уж насколько демоницы считались страстными любовницами, но ни с одной из побывавших в его постели, он не испытывал таких ощущений! Но как теперь ему вести себя с экселенцей?
— Как и прежде. Это был очередной урок, весьма приятный, надо сказать. Мессир вправе пользоваться своим птенцом так, как сочтёт нужным. Кстати, те, кого обратят обращённые тобой, тоже будут находиться под твоей властью. И ещё, то, что происходило между нами, следствие скорее моего статуса, чем особенность отношений в твоём виде. Но я заложила в вас понятие «пары», второй половинки. Ты и твои десять Высших обязательно встретите их, другие — уже как повезёт. И ты это почувствуешь. Только со второй половиной своей души ты сможешь вновь испытать подобное. Кстати, ею будет обязательно демоница!
Девушка легко соскользнула с кровати, и мужчина тут же поспешил помочь ей с одеждой. До рассвета оставалось всё меньше времени.
Они ещё немного поговорили о критериях подбора первых вампиров. Один был уже готов — Богиня не сомневалась в решении пленника. Про остальных же… Альдавару следовало понаблюдать за молодыми демонами. Лучше всего, если это будут младшие, но совершеннолетние наследники родов, изгнанники, или просто недовольные своим положением. Они в первую очередь клюнут на возможность круто изменить жизнь, получив огромную силу и власть.
Но прежде чем выходить на разговор с кандидатами, следует тщательно изучить их характер, привычки и тайны. Подчинение — это хорошо, однако надо быть уверенным в благородстве и благодарности будущих птенцов. Иначе амбиции приведут их к гибели — победить родоначальника нового вида они всё равно не смогут, а оставлять за спиной затаившегося врага очень глупо. И других, таких же сильных, как эти первые десять Высших, Альдавар без помощи Создательницы сделать уже не сможет. Так что придётся выбирать очень тщательно.
Ещё он узнал об очередной возможности обращать вампиров. Можно не выпивать жертву досуха, но выпустить в неё яд. Тогда превращение будет длительным и весьма болезненным — всё же своего рода смерть, но получатся полноценные вампиры, сочетающие в себе способность совершенствоваться птенцов и полную подчинённость вампов. Рядовые сородичи, из которых можно воспитать личную гвардию, но которым не суждено, подобно птенцам, со временем освободиться от власти хозяина — только после его гибели, и если перед этим он не сделал им установки на смерть одновременно с ним.
— Кстати, об обращении, — Богиня потянулась и поднялась с кресла. — Пойдём, проведаем нашего, так жаждущего жизни, друга. И подумай, куда приказать слуге сносить тела — у тебя уже два трупа здесь, так что надо позаботиться о собственном комфорте, но при этом, чтобы никто ничего не нашёл. Кажется, в конце тюремного коридора была специальная яма?
Альдавар кивнул и позвал за собой слугу. По пути к камерам объяснил ему, куда скинуть ненужные тела.
Войдя, вампир внимательно оглядел пленника. У того выдалась тяжёлая ночь — он почти висел в кандалах, лицо посерело, но глаза… В них светилась решительность и надежда. Уже зная ответ, Альдавар тем не менее спросил:
— Ты сделал выбор, воин?
Тот обречённо кивнул.
— Я хочу жить. Но скажите… Я стану таким же, как Раждар? — в голосе демона прорвались отвращение и страх.
Его пленитель рассмеялся:
— Раждар — просто случайность, по незнанию, так сказать. Ты останешься вполне вменяемым, если это тебя беспокоит.
Коршез облегчённо выдохнул — такой участи он боялся, она не менее страшна, чем смерть. У него было ещё много вопросов, но демон решил благоразумно промолчать. Всё прояснится со временем, главное — выжить. Альдавар же повернулся к молчаливой девушке.
— Экселенца?
— Нет, малыш. Это твои птенцы. Теперь всё сам.
Вампир вздохнул: теория — это хорошо, и даже вроде несложно. Но ведь в первый раз же! Подойдя к прикованному пленнику, ещё раз оглядел его, как будто сомневаясь, облизнулся.
Поняв, что сейчас произойдёт, Коршез напрягся. Опять! Неужели и сейчас придётся пережить столь недостойные эмоции? Ну почему это не сделала Первозданная? Он бы даже встал на колени, чтоб ей было удобно, и сам подставил шею. Но испытывать подобные ощущения в руках мужчины? Брр… Конечно, его никто не спрашивал. Жёсткие пальцы вцепились в волосы, отклоняя голову, а горячие губы прижались к горлу. Короткий укол, и вновь эти сладостные волны поглощают его сознание.
Альдавар почувствовал, что жертва уже почти перешагнула порог смерти — сердце ещё билось, но скоро это трепыхание сменится покоем. Сосредоточившись, впрыснул в остатки крови яд и отстранился от обвисшего тела.
— Положи будущего птенца на пол, прокуси запястье и приложи к его губам. Мысленно вели глотать, — тихо напомнила экселенца.
Вампир выполнил всё и с интересом наблюдал за начавшим подёргиваться телом.
— Отойди в сторону, а то он сейчас немного побуянит, — засмеялась девушка.
Он послушался и уже со стороны наблюдал за обращением. Альдавар очень смутно помнил, что сам ощущал при этом, так что с внутренним содроганием не только смотрел, но и чувствовал, как его птенец корчится от боли.
— А почему он не сменил ипостась, и волосы с глазами остались прежними?
— Потому что я лишь тебя сделала таким особенным, чтоб все узнавали хозяина безошибочно. А остальные поменяются незначительно — красота, остановка старения, даже некоторое омоложение — у кого как. Ипостась у демонов останется прежней, разве что некоторые изменения возникнут. Скорость, помощь Тени, огромная физическая сила, некоторые смогут летать, а кто-то, наоборот, не будет иметь другой формы, отличной от первоначального тела. Тебе придётся выяснять всё постепенно, многому учиться, и моя помощь будет минимальной — лишь чтобы новая раса выжила на первых порах. Но, кажется, твой птенец уже очнулся.
Альдавар перевёл взгляд на поднимающегося новообращённого и улыбнулся. Тот посмотрел на него и внезапно прекратил движение, оставшись на коленях и склонив голову в знак покорности. Хорошее начало. Вампир подошёл к птенцу и, подцепив его подбородок, заставил посмотреть себе в глаза:
— Ты должен обращаться ко мне Мессир, а приветствуя — опускаться на одно колено. Ты не сможешь сопротивляться моей воле, так что не советую даже пытаться. За непослушание я наказываю очень жестоко, помни это. Как твоё имя?
— Коршез, Мессир.
— Ну что ж Коршез, близится рассвет, и нам пора на отдых. Идём.
Я с удовлетворением наблюдала за своим Дитя. Начало положено. Из него выйдет отличный правитель для новой расы. Пора дать ему самостоятельность. Пусть учится и действует. Дав Высшему двадцать дней на подбор кандидатов в птенцы, выдала ещё немного наставлений и со спокойной душой вернулась к слугам. В оговоренное время я приму у него этот маленький экзамен на выживание. А пока — пусть развлекается.
ГЛАВА 3. Вериасса
С каждым днём Альдавару требовалось всё меньше времени на дневной сон, тогда как птенец и слуга дрыхли до самого заката. Молодой вампир всё своё время тратил на учёбу и нещадно гонял Коршеза. В первую же ночь существования птенца учил того самоконтролю, заставляя помогать себе растаскивать узников по отдельным камерам — благо их было достаточно. На всякий случай ещё и придерживал его ментальным поводком. И лишь после этого позволил впервые утолить жажду.
Пришлось пожертвовать очередным пленником — птенец не сумел сдержаться и заразил свою жертву. А новые слуги пока не входили в планы Альдавара. Самим бы прокормиться, не вызывая слишком сильного к себе внимания! Обращённого уничтожили. Потом он спокойно объяснил Коршезу его ошибки и продолжил обучение птенца.
Ему вменялись в обязанности тренировки по магии и бою с Мессиром, совместная со слугой охота на дичь — чтобы поддерживать в пленниках необходимый уровень энергии, их необходимо было нормально кормить, — и попутно он «выгуливал» слугу. Раждар всегда выпивал свою жертву досуха, не умея остановиться, так что к пленникам его не подпускали, иначе пришлось бы очень быстро искать новые постоянные источники питания. К тому же Альдавар решил совместить полезное с ещё более полезным — велел в первую очередь отлавливать самых слабых демонов из клана своих смертельных врагов. И птенец со слугой будут сыты и отточат способы охоты в «полевых условиях», и месть потихоньку начнёт осуществляться.
Он забавлялся над недоумением Коршеза, когда тот узнал, что находится сейчас под разрушенным замком, за которым его отряд и должен был наблюдать. Когда птенец спросил, почему он выбрал это место, Альдавар изобразил удивление.
— А почему это я не могу расположиться на собственных землях, пусть и разорённых?
— Ваших землях?!
— О, прости мою забывчивость. Позволь представиться — Альдавар ше'Ссарртош, последний из правящего рода, чудом выживший в этой резне.
— Но почему вы напали на наш отряд, а не вышли открыто? Ведь мы как раз искали хоть каких-то свидетелей случившегося!
— Да? Ты бы сильно доверял незнакомцам, пусть и с Императорской эмблемой, после того, как практически на твоих глазах вырезали всю семью? К тому же… На тот момент я уже был обращён и выглядел несколько необычно, да и нуждался в… запасах пищи. А вы пришли незваными. Как ни посмотри, я был в своём праве.
— Но как случилось ваше изменение? О, не подумайте плохого, Мессир, мне просто очень интересно — почему именно на вас пал выбор Изначальной Тьмы?
— Для нас она отныне — Темнейшая Мать. А выбор… Возможно, потому, что я совершенно отчаялся и рискнул, несмотря на предполагавшуюся «страшную цену», воззвать о помощи. И удачно попал под её собственные планы. Так что, на мой взгляд, плата обернулась наградой. Но кто знает, что случилось бы со мной, не будь этой удачи.
Альдавар рассказал свою историю. Не было смысла что-то скрывать от птенца. Зато тот начнёт понимать его мотивы. Коршез действительно многое понял. И с радостью воспринял требование нападать, в первую очередь, на членов рода шшас'Риссад — месть Мессира стала и его местью. Теперь он не удивлялся такой значительной разнице в их силе и способностях — как можно догнать в могуществе того, кто вкусил божественной крови?!
— Мессир, пожалуйста, не сердитесь, но какова она, кровь Богини?
Альдавар прикрыл глаза, и лицо его осветилось счастьем.
— Это непередаваемо… Волшебный нектар, дарящий наслаждение на грани смертельного.
Коршез тихо завидовал и понимал, что никому, кроме Первого Дитя, не светит честь испытать этот восторг.
***
Вампир чувствовал, что постоянно становится сильнее, и открывал в себе новые возможности. Создательница оставила несколько книг, и он, после освоения теории, с удовольствием перешёл к практике. Магия Крови, Смерти, Разума, Стихийная, Элементальная, Целительство… Подопытными служили все окружающие, правда, он старался лишний раз не калечить своего птенца. К сожалению, Альдавар не знал всех возможностей собственного организма, поэтому приходилось всё познавать на практике. И если способности к изменению не только отдельных частей тела, но и всего облика, выяснил на себе, то скорость регенерации, порог болевой чувствительности, предел выживаемости и другие малоприятные вещи он благоразумно проверял на подчинённых.
На третью ночь после ухода Создательницы, превратив слугу в груду плоти, переломав ему почти все кости и оставив регенерировать, с мечтательной улыбкой повернулся к ученику и размял пальцы. Тот сглотнул и со страхом спросил:
— Мессир, в чём мы провинились, что вы так наказываете нас?
— Провинились? Коршез, воспринимай это не как наказание, а как тренировку. Я ведь говорил уже — мы первые представители нашего вида. И чтобы быть готовыми к новой жизни, необходимо узнать границы своих возможностей — в том числе и по выживанию. Вамп, конечно, слабее, поэтому кое-что я могу выяснить только с твоей помощью. Придётся потерпеть, птенец.
