— Знаешь, — сказал он, наблюдая за тем, как боевая цапля закусывает глоток пива полупрозрачной полоской сушеного мяса. — Знаешь, Нэлла, похоже, у нас резонанс и во всем виноваты боги.
— Да? — вяло удивилась девушка.
— Да! — уверенно подтвердил он. — Иначе я не понимаю, почему любая глупость, которой мы вместе занимаемся, приобретает такие грандиозные масштабы. Постоянно. Постоянно у нас все очень шумно получается, а иногда и весело. Поодиночке так не выходит. Значит, у нас резонанс, мы друг друга раскачиваем и усиливаем. И остановиться вовремя не можем, пока все не развалится или не рухнет. И виноваты боги, без них никак.
— А я на праздник ходила, чтобы посмотреть, куда меня судьба приведет. Она же там появляется…
Лост понял, на какой именно праздник и кивнул. Желтая Плетельщица могла это веселье с резонансом устроить. Запросто. Она вообще особа веселая. То заставляет мужиков, обидевших достойных женщин, воспылать страстью к другим мужикам, которым оно и в кошмарном сне не приснится, и радостно наблюдает за тем, как первые носятся с намеками, а вторые с жаждой убийства. То берет, приводит в Великие Дома бастардов, которые даже не подозревают о своем статусе и неизменно оказываются гораздо лучше, чем законнорожденные дети. То отправляет кого-то на рыбалку и подсовывает вместо рыбы девушку небесной красоты, в обмороке и с амнезией, и когда дело уже почти дошло до свадьбы, открывает всем глаза, в том числе и девушке, на то, что она дочь того самого врага, которому этот несчастный пообещал уничтожить весь его род и сжечь все дома. О разных мелочах и вспоминать не стоит. Очень веселая особа.
— И что же нам теперь делать? — спросила боевая цапля, обдумав ситуацию.
— Хм… Может попытаться заниматься чем-то полезным и умным? Тогда пускай резонирует себе, сколько хочет. Хотя может оказаться, что этот дар распространяется только на глупости, а не заниматься глупостями скучно.
Девушка сжевала еще одну полоску мяса, глядя в потолок. Покачала головой, а потом решительно сказала:
— Пускай будет. И глупости могут оказаться очень полезными.
Лост хмыкнул и не стал напоминать о походе в подземелья и одном камешке, с его подозрительными дарами еще одной богини. Он просто решил подольше обдумывать свои действия и стараться не ввязываться ни во что грандиозное с боевой цаплей рядом. А то так задумаешь набить чью-то наглую морду, а потом вдруг обнаружишь, что теперь ты главный оборотень мира зеленых туманов, а вовсе не один фальшивый дракон. Кому оно надо?
Лосту точно надо не было.
Да и пиво лучше оставить в покое, хотя оно в этом кабаке действительно оказалось вкусным. Тем более, подопечные в любой момент могут опять во что-то вляпаться, а отрезвляющий амулет почти разряжен.
— Хм… Я, кажется, понял, что она должна сказать, — произнес Лост задумчиво. — Пускай попросит спасти подружек, попавших в очередную беду из-за собственной глупости. В это он точно поверит. В это кто угодно, знающий этих девчонок, поверит.
Боевая цапля кивнула.
— Теперь бы место подобрать. Побезлюднее. Не сильно далеко. И достаточно прочное…
— В подземелья лучше не ходить, — проворчала Нэлла, рассматривая на просвет очередную полоску мяса.
— Вот это чистая правда. Хм… хотя смотря, какое подземелье. Есть у меня один знакомый с полигоном высокой защиты. Отличное место. Мы там даже одно таранное плетение испытывали, так стена даже не треснула, всего лишь маленькая выбоина осталась… и соседи, уверенные, что в тот день произошло землетрясение. Впрочем, им все равно никто не поверил. А личные полигоны не запрещены, особенно надежные, в отличие от складов, построенных без оформления соответствующих документов, маскирующихся под времянки для ярмарочных рабочих. Так что там даже не нажалуются.
— Действительно, — сказала Нэлла и засунула в рот понравившееся мясо.
Жевала она молча и задумчиво. А Лост пытался вспомнить, где же сейчас может носить владельца полигона. Поговорить с Локаром почему-то хотелось как можно быстрее. То ли это пиво так действовало. То ли какие-то боги подсказывали. То ли просто интуиция. И непонятно какой вариант хуже.
Что-что, а быть убедительной и изо всех сил давить на жалость Бинка умела — жизнь научила. Да и актерским талантом природа не обидела. Ну, и личико подходило к образу, пускай не прекрасное, но достаточно милое и все еще по-детски трогательное.
И Локар поддался, решил сходить, посмотреть, а может и помочь.
А может на него так нехорошо подействовала не только убедительная девушка, но и спокойная обстановка вокруг, к которой он попросту не привык, которая слишком быстро заставила его расслабиться и начать плыть по течению, с интересом наблюдая куда вынесет.
— Вон там, — загадочно прошептала девчонка, ткнув тоненьким пальчиком в ничем не примечательное строение.
Таких вокруг было много. Одни из них пронзительно воняли рыбой, специями и прочей едой, от других несло железом, деревом, лаком, а то и вовсе кисловатой пылью. Еще в некоторых спали люди, много людей. Но вот то строение, на которое указывала девчонка, как назло, почти ничем не пахло. Если бы пахло, может Локар бы еще пожал плечами и предложил позвать стражу, а так…
А так ему стало интересно.
И показалось, что он может поймать что-то ценное.
Или найти. А он ведь долго искал… ценное.
— Близко не подходи, — велел он девчонке.
Не хватало еще и ее потом спасать, для полной коллекции, так сказать. А если что-то случится? Потом еще с ее опекуном объясняйся, который на данном этапе не то чтобы не интересен, просто не до него пока. Тем более, у Локара, чем дальше, тем больше крепли подозрения, что оборотни в его проблеме ничем не помогут. Оборотни — это другое. И их мир — тоже другое. Как ни обидно.
Бинка кивнула. Никуда она подходить не собиралась, она вообще давно усвоила, что слабым лучше быстро-быстро убегать из того места, где собираются подраться сильные. А то прибью случайно, и даже не заметят.
А Локар, убедившись, что девчонка стоит на месте, осторожно шагнул к строению. Обыкновенной широкой халупе, которых здесь много. С виду — обыкновенной, потому что если верить ощущениям, с ней было что-то сильно не так и дело не в отсутствии запахов.
Замка на двери не было. Вообще. И ржавая щеколда повисла, как длинный собачий язык.
Локар положил на нее ладонь, но ощущения тепла не уловил. То ли зашли в это строение довольно давно, то ли трогали щеколду только в перчатках.
Попытки прислушаться тоже ничего не дали. Если верить слуху, в помещении за этой дверью никого не было. И ничего. Там было много пустого и гулкого пространства, и все. Но открывал дверь Локар все равно очень осторожно, держа щиты на максимуме.
— Странно, — сказал он, зайдя за нее.
Действительно пустое помещение. На полу слой пыли, в котором протоптаны целые дорожки, и понять, сколько людей здесь прошло — нереально. А нюх у Локара все-таки был не настолько совершенен, чтобы посчитать их по запаху, хотя это и казалось важным.
Впрочем, все дорожки вели к люку в полу.
К еще одной двери, тяжелой, пахнущей железом и старым дубом. А еще маслом для петель и старинных ламп, которые до сих пор можно найти в развалинах некогда больших и богатых городов.
Замка, кстати, тоже не было. А щеколда колола защитной магией, которая пока была пассивна. Словно кто-то специально оставлял дверь открытой.
Словно Локара ждали.
Или не Локара. Кого бы позвала рыжая белочка на помощь, если бы смогла вовремя найти? Конечно, не будущего аспиранта. Она бы позвала своего опекуна, которого какие-то демоны как раз куда-то унесли столь не вовремя.
— А я ведь даже не оборотень, — ласково сказал люку Локар и потянул дверцу на себя.
За дверцей пассивной магии было столько, что у Локара появилось ощущение колющих кожу крошечных искорок. И возможно, среди этой магии пряталась даже ловушка на оборотня, которая на какого-то аспиранта попросту не сработала, спокойно его пропустив. Это заставляло улыбаться. Хотя хотелось хихикать, как пьяному.
— Успокойся, — велел сам себе мужчина и тряхнул головой, крепко держась за скобы, вбитые в стенку колодца, ведущего в темноту внизу. — Успокойся. Дармовая еда обычно ждет в ловушке. Успокойся. Тихо. Тебя здесь нет.
Мысли, повинуясь приказу, стали расползаться невесомым облаком. Тело продолжило спуск, готовое в любой момент последовать примеру мыслей. Ну, если другого выбора не будет. А так, ну его. Потом приводи себя в порядок, вытряхивай неуместный смех и выравнивай перекошенную в этом смехе рожу, пока никто не испугался.
— Мы не в сказке, да, — пробормотал напоследок Локар, тихо-тихо, так, что сам себя едва слышал, и заскользил вниз. Едва касаясь скоб, ощущая себя невесомой пылью.
На утоптанный до каменного состояния пол на дне колодца он спрыгнул совсем неслышно, даже завис на мгновение в воздухе, гася звук и вибрацию. Невесомо и так грациозно, что все оборотни от зависти издохнут, шагнул к небольшой дверце, опять без замка и с повисшей языком скобой, колючей от заключенной в ней силы. Все эти двери и скобы, судя по всему, вообще были амулетами. Штучными вещами. Возможно, кто-то вообще сделал их для себя любимого, наплевав на трудности и потраченные средства.
Локар прислушался, найдя за дверцей очередное пустое пространство, и потянул дверцу на себя, ощущая, как струной натягивается какая-то защита. Именно защита. Причем, защищающая не помещение за дверцей, а город от этого помещения.
И если бы Локар был сейчас вменяем, не поменял разум на способности, он бы точно туда не полез. Он бы сразу сообразил, что оно такое и зачем нужно. И понял бы, что другого выхода оттуда нет. И что защитой кто-то должен управлять, без кого-то она бы тоже просто присутствовала, в неактивном состоянии.
Но колодец закончился быстрее, чем Локар рассчитывал, и все умные мысли до сих пор были просто облаком, не способным помешать делать невозможное.
И Локар зашел за дверцу, а потом и за границу защиты, попутно пополнив свои вовсе не бесконечные запасы энергии и опять немного опьянев. А когда, всего через три шага, окончательно пришел в себя, собрал свою личность воедино, потому что вышло время ее несуществования, оказалось, что уже поздно.
Потому что он был вовсе не в мертвом городе.
И он вовсе не прошел только что сквозь стену, прячась от ожившей тьмы.
И противником было вовсе не вяло шевелящееся от бесконечного голода умертвие.
И никакие потерянные в веках сокровища его не ждали.
Он просто спутал колодцы, места и города. Обманулся. Поставил неправильный якорь. И опасался вовсе не того, чего надо было.
Поэтому зрелище стоявших у стены оборотня и иномирянки стало для него настолько сюрпризом, что он даже не сразу сообразил, что это может значить. И потратил несколько драгоценных мгновений на то, чтобы оглядеться и убедиться, что никаких незнакомцев, алтарей, ритуальных знаков и пойманных пигалиц, страдающих из-за собственного любопытства, здесь нет. А когда сообразил, было уже поздно. Защита полигона окончательно сомкнулась в купол и запылала такой силой, что прорваться сквозь нее не смог бы и легендарный патриарх.
А оборотень взял и улыбнулся.
Широко и предвкушающе.
— Ну, хорошего тебе дня, чудище неизвестное науке, — промурлыкал он, из-за чего иномирянка с удивлением на него посмотрела. — Это ведь не иллюзии, — объяснил ей и опять уставился на Локара. — Нет, они тоже, но и что-то другое. Ты ведь даже не пахнешь человеком, словно все твои запахи наносное или специально созданное, слетающее, когда приходится концентрироваться или делать что-то другое, не менее полезное. Правда?
И Локар тоже улыбнулся.
И подумал, что вовсе не прочь подраться. Что драка ему сейчас очень нужна. И чтобы было зло, больно и весело. А еще сложно. Потому что он вовсе не хотел убивать этого оборотня и его странную подругу. И был уверен, что и они его убивать не станут, им другое нужно.
А Локару нужно было подраться и подумать. А еще избавиться от лишней энергии, она пьянит, дает ощущение сытости и мешает. Да, сытость хищникам в охоте не помощник. Оборотень ведь тоже об этом знает. Именно поэтому они казались такими обманчиво похожими.
Это проклятое равновесие
В том, что у белочки получится привести Локара именно туда, где его ждали, Лост ни капельки не сомневался, еще и утверждал, что у нее есть для этого какие-то способности.
В том, что им разрешат воспользоваться полигоном, он сомневался еще меньше и был прав. Не выспавшийся, в помятой одежде и с фанатичным огнем в глазах амулетчик только рукой махнул. У него как раз был эксперимент. В лаборатории, и полигон мог ему понадобиться не скоро. Выглядел этот амулетчик, если честно, непрезентабельно и даже не очень верилось, что у него могут быть какие-то там полигоны. А оказалось, что этот тип в мятых штанах и залитой непонятно чем рубашке — лучший из лучших, очень богатый, мог бы позволить себе хоть три полигона, тем более, защиту он в них выстраивает самостоятельно, а с Лостом сдружился на почве его перстне-браслета и ритуалов с привязкой к месту. В общем, они нашли друг друга, с удовольствием обменивались знаниями, и нагружали загадками при случае.
Полигон, в отличие от хозяина, оказался чист и ухожен. В нем даже запах был такой, как в лекарской части дома. А так, закопан он был не очень глубоко. Просто каменный куб, камень был даже под ногами, едва присыпанный песком. Мест для зрителей нет, и тут им вряд ли были бы рады. А активированная защита уменьшала помещение почти в два раза. Лост ее даже развернул специально, чтобы показать Нэлле границы и ориентиры, за которые лучше не выходить, чтобы не оттолкнула.
Защита, кстати, была интересная. Энергию она попросту поглощала, перенаправляла ее в накопители, от которых эта защита и работала. Так что заряжать их приходилось редко. И главное было следить, чтобы накопители не начинали разрушаться, хотя и на этот случай защита на полигоне была. Но лучше бы ее не беспокоить, по словам Лоста.
Первым делом он проверил именно накопители, при помощи какого-то хитрого механического приспособления развернув и отодвинув в сторону часть одной из стен. Потом проверил какие-то цепи и поискал новые трещины в избранных камнях. Потом успокоился и сел посреди засыпанной песочком части пола — настраиваться и ждать.
И сидел он там почти неподвижно, пока Нэлла бродила вокруг него, пытаясь высмотреть что-то неизвестное ей самой. И нет, она вовсе не переживала, просто почему-то хотелось двигаться. Двигаться и молчать. И прислушиваться.
И Нэлла даже не удивилась, когда услышала приближение долгожданного противника. И Лост тоже услышал, потому что поднял голову, улыбнулся и встал на ноги. Постоял немного, запрокинув голову, потом потянулся и улыбнулся. Предвкушающе.
— Странное ощущение, да, словно к нам вовсе не человек приближается? — спросил, посмотрев на Нэллу. — Сюрприз какой…
Девушка пожала плечами. Человек или нет, она понятия не имела, но то, что приближается, чувствовала все четче. И когда он был совсем близко, могла даже посчитать, сколько ему осталось шагов. И то, что Лост начал раскручивать нити, из которых сплеталась защита полигона, тоже чувствовала. И в какой момент кокон, подпиравший потолок этой комнаты и уходивший другим концом глубоко в землю, к какому-то якорю-гасителю, стал целым, она поняла и ощутила.
— Да? — вяло удивилась девушка.
— Да! — уверенно подтвердил он. — Иначе я не понимаю, почему любая глупость, которой мы вместе занимаемся, приобретает такие грандиозные масштабы. Постоянно. Постоянно у нас все очень шумно получается, а иногда и весело. Поодиночке так не выходит. Значит, у нас резонанс, мы друг друга раскачиваем и усиливаем. И остановиться вовремя не можем, пока все не развалится или не рухнет. И виноваты боги, без них никак.
— А я на праздник ходила, чтобы посмотреть, куда меня судьба приведет. Она же там появляется…
Лост понял, на какой именно праздник и кивнул. Желтая Плетельщица могла это веселье с резонансом устроить. Запросто. Она вообще особа веселая. То заставляет мужиков, обидевших достойных женщин, воспылать страстью к другим мужикам, которым оно и в кошмарном сне не приснится, и радостно наблюдает за тем, как первые носятся с намеками, а вторые с жаждой убийства. То берет, приводит в Великие Дома бастардов, которые даже не подозревают о своем статусе и неизменно оказываются гораздо лучше, чем законнорожденные дети. То отправляет кого-то на рыбалку и подсовывает вместо рыбы девушку небесной красоты, в обмороке и с амнезией, и когда дело уже почти дошло до свадьбы, открывает всем глаза, в том числе и девушке, на то, что она дочь того самого врага, которому этот несчастный пообещал уничтожить весь его род и сжечь все дома. О разных мелочах и вспоминать не стоит. Очень веселая особа.
— И что же нам теперь делать? — спросила боевая цапля, обдумав ситуацию.
— Хм… Может попытаться заниматься чем-то полезным и умным? Тогда пускай резонирует себе, сколько хочет. Хотя может оказаться, что этот дар распространяется только на глупости, а не заниматься глупостями скучно.
Девушка сжевала еще одну полоску мяса, глядя в потолок. Покачала головой, а потом решительно сказала:
— Пускай будет. И глупости могут оказаться очень полезными.
Лост хмыкнул и не стал напоминать о походе в подземелья и одном камешке, с его подозрительными дарами еще одной богини. Он просто решил подольше обдумывать свои действия и стараться не ввязываться ни во что грандиозное с боевой цаплей рядом. А то так задумаешь набить чью-то наглую морду, а потом вдруг обнаружишь, что теперь ты главный оборотень мира зеленых туманов, а вовсе не один фальшивый дракон. Кому оно надо?
Лосту точно надо не было.
Да и пиво лучше оставить в покое, хотя оно в этом кабаке действительно оказалось вкусным. Тем более, подопечные в любой момент могут опять во что-то вляпаться, а отрезвляющий амулет почти разряжен.
— Хм… Я, кажется, понял, что она должна сказать, — произнес Лост задумчиво. — Пускай попросит спасти подружек, попавших в очередную беду из-за собственной глупости. В это он точно поверит. В это кто угодно, знающий этих девчонок, поверит.
Боевая цапля кивнула.
— Теперь бы место подобрать. Побезлюднее. Не сильно далеко. И достаточно прочное…
— В подземелья лучше не ходить, — проворчала Нэлла, рассматривая на просвет очередную полоску мяса.
— Вот это чистая правда. Хм… хотя смотря, какое подземелье. Есть у меня один знакомый с полигоном высокой защиты. Отличное место. Мы там даже одно таранное плетение испытывали, так стена даже не треснула, всего лишь маленькая выбоина осталась… и соседи, уверенные, что в тот день произошло землетрясение. Впрочем, им все равно никто не поверил. А личные полигоны не запрещены, особенно надежные, в отличие от складов, построенных без оформления соответствующих документов, маскирующихся под времянки для ярмарочных рабочих. Так что там даже не нажалуются.
— Действительно, — сказала Нэлла и засунула в рот понравившееся мясо.
Жевала она молча и задумчиво. А Лост пытался вспомнить, где же сейчас может носить владельца полигона. Поговорить с Локаром почему-то хотелось как можно быстрее. То ли это пиво так действовало. То ли какие-то боги подсказывали. То ли просто интуиция. И непонятно какой вариант хуже.
Что-что, а быть убедительной и изо всех сил давить на жалость Бинка умела — жизнь научила. Да и актерским талантом природа не обидела. Ну, и личико подходило к образу, пускай не прекрасное, но достаточно милое и все еще по-детски трогательное.
И Локар поддался, решил сходить, посмотреть, а может и помочь.
А может на него так нехорошо подействовала не только убедительная девушка, но и спокойная обстановка вокруг, к которой он попросту не привык, которая слишком быстро заставила его расслабиться и начать плыть по течению, с интересом наблюдая куда вынесет.
— Вон там, — загадочно прошептала девчонка, ткнув тоненьким пальчиком в ничем не примечательное строение.
Таких вокруг было много. Одни из них пронзительно воняли рыбой, специями и прочей едой, от других несло железом, деревом, лаком, а то и вовсе кисловатой пылью. Еще в некоторых спали люди, много людей. Но вот то строение, на которое указывала девчонка, как назло, почти ничем не пахло. Если бы пахло, может Локар бы еще пожал плечами и предложил позвать стражу, а так…
А так ему стало интересно.
И показалось, что он может поймать что-то ценное.
Или найти. А он ведь долго искал… ценное.
— Близко не подходи, — велел он девчонке.
Не хватало еще и ее потом спасать, для полной коллекции, так сказать. А если что-то случится? Потом еще с ее опекуном объясняйся, который на данном этапе не то чтобы не интересен, просто не до него пока. Тем более, у Локара, чем дальше, тем больше крепли подозрения, что оборотни в его проблеме ничем не помогут. Оборотни — это другое. И их мир — тоже другое. Как ни обидно.
Бинка кивнула. Никуда она подходить не собиралась, она вообще давно усвоила, что слабым лучше быстро-быстро убегать из того места, где собираются подраться сильные. А то прибью случайно, и даже не заметят.
А Локар, убедившись, что девчонка стоит на месте, осторожно шагнул к строению. Обыкновенной широкой халупе, которых здесь много. С виду — обыкновенной, потому что если верить ощущениям, с ней было что-то сильно не так и дело не в отсутствии запахов.
Замка на двери не было. Вообще. И ржавая щеколда повисла, как длинный собачий язык.
Локар положил на нее ладонь, но ощущения тепла не уловил. То ли зашли в это строение довольно давно, то ли трогали щеколду только в перчатках.
Попытки прислушаться тоже ничего не дали. Если верить слуху, в помещении за этой дверью никого не было. И ничего. Там было много пустого и гулкого пространства, и все. Но открывал дверь Локар все равно очень осторожно, держа щиты на максимуме.
— Странно, — сказал он, зайдя за нее.
Действительно пустое помещение. На полу слой пыли, в котором протоптаны целые дорожки, и понять, сколько людей здесь прошло — нереально. А нюх у Локара все-таки был не настолько совершенен, чтобы посчитать их по запаху, хотя это и казалось важным.
Впрочем, все дорожки вели к люку в полу.
К еще одной двери, тяжелой, пахнущей железом и старым дубом. А еще маслом для петель и старинных ламп, которые до сих пор можно найти в развалинах некогда больших и богатых городов.
Замка, кстати, тоже не было. А щеколда колола защитной магией, которая пока была пассивна. Словно кто-то специально оставлял дверь открытой.
Словно Локара ждали.
Или не Локара. Кого бы позвала рыжая белочка на помощь, если бы смогла вовремя найти? Конечно, не будущего аспиранта. Она бы позвала своего опекуна, которого какие-то демоны как раз куда-то унесли столь не вовремя.
— А я ведь даже не оборотень, — ласково сказал люку Локар и потянул дверцу на себя.
За дверцей пассивной магии было столько, что у Локара появилось ощущение колющих кожу крошечных искорок. И возможно, среди этой магии пряталась даже ловушка на оборотня, которая на какого-то аспиранта попросту не сработала, спокойно его пропустив. Это заставляло улыбаться. Хотя хотелось хихикать, как пьяному.
— Успокойся, — велел сам себе мужчина и тряхнул головой, крепко держась за скобы, вбитые в стенку колодца, ведущего в темноту внизу. — Успокойся. Дармовая еда обычно ждет в ловушке. Успокойся. Тихо. Тебя здесь нет.
Мысли, повинуясь приказу, стали расползаться невесомым облаком. Тело продолжило спуск, готовое в любой момент последовать примеру мыслей. Ну, если другого выбора не будет. А так, ну его. Потом приводи себя в порядок, вытряхивай неуместный смех и выравнивай перекошенную в этом смехе рожу, пока никто не испугался.
— Мы не в сказке, да, — пробормотал напоследок Локар, тихо-тихо, так, что сам себя едва слышал, и заскользил вниз. Едва касаясь скоб, ощущая себя невесомой пылью.
На утоптанный до каменного состояния пол на дне колодца он спрыгнул совсем неслышно, даже завис на мгновение в воздухе, гася звук и вибрацию. Невесомо и так грациозно, что все оборотни от зависти издохнут, шагнул к небольшой дверце, опять без замка и с повисшей языком скобой, колючей от заключенной в ней силы. Все эти двери и скобы, судя по всему, вообще были амулетами. Штучными вещами. Возможно, кто-то вообще сделал их для себя любимого, наплевав на трудности и потраченные средства.
Локар прислушался, найдя за дверцей очередное пустое пространство, и потянул дверцу на себя, ощущая, как струной натягивается какая-то защита. Именно защита. Причем, защищающая не помещение за дверцей, а город от этого помещения.
И если бы Локар был сейчас вменяем, не поменял разум на способности, он бы точно туда не полез. Он бы сразу сообразил, что оно такое и зачем нужно. И понял бы, что другого выхода оттуда нет. И что защитой кто-то должен управлять, без кого-то она бы тоже просто присутствовала, в неактивном состоянии.
Но колодец закончился быстрее, чем Локар рассчитывал, и все умные мысли до сих пор были просто облаком, не способным помешать делать невозможное.
И Локар зашел за дверцу, а потом и за границу защиты, попутно пополнив свои вовсе не бесконечные запасы энергии и опять немного опьянев. А когда, всего через три шага, окончательно пришел в себя, собрал свою личность воедино, потому что вышло время ее несуществования, оказалось, что уже поздно.
Потому что он был вовсе не в мертвом городе.
И он вовсе не прошел только что сквозь стену, прячась от ожившей тьмы.
И противником было вовсе не вяло шевелящееся от бесконечного голода умертвие.
И никакие потерянные в веках сокровища его не ждали.
Он просто спутал колодцы, места и города. Обманулся. Поставил неправильный якорь. И опасался вовсе не того, чего надо было.
Поэтому зрелище стоявших у стены оборотня и иномирянки стало для него настолько сюрпризом, что он даже не сразу сообразил, что это может значить. И потратил несколько драгоценных мгновений на то, чтобы оглядеться и убедиться, что никаких незнакомцев, алтарей, ритуальных знаков и пойманных пигалиц, страдающих из-за собственного любопытства, здесь нет. А когда сообразил, было уже поздно. Защита полигона окончательно сомкнулась в купол и запылала такой силой, что прорваться сквозь нее не смог бы и легендарный патриарх.
А оборотень взял и улыбнулся.
Широко и предвкушающе.
— Ну, хорошего тебе дня, чудище неизвестное науке, — промурлыкал он, из-за чего иномирянка с удивлением на него посмотрела. — Это ведь не иллюзии, — объяснил ей и опять уставился на Локара. — Нет, они тоже, но и что-то другое. Ты ведь даже не пахнешь человеком, словно все твои запахи наносное или специально созданное, слетающее, когда приходится концентрироваться или делать что-то другое, не менее полезное. Правда?
И Локар тоже улыбнулся.
И подумал, что вовсе не прочь подраться. Что драка ему сейчас очень нужна. И чтобы было зло, больно и весело. А еще сложно. Потому что он вовсе не хотел убивать этого оборотня и его странную подругу. И был уверен, что и они его убивать не станут, им другое нужно.
А Локару нужно было подраться и подумать. А еще избавиться от лишней энергии, она пьянит, дает ощущение сытости и мешает. Да, сытость хищникам в охоте не помощник. Оборотень ведь тоже об этом знает. Именно поэтому они казались такими обманчиво похожими.
Прода от 13.09.2020, 21:42
Глава 9
Это проклятое равновесие
В том, что у белочки получится привести Локара именно туда, где его ждали, Лост ни капельки не сомневался, еще и утверждал, что у нее есть для этого какие-то способности.
В том, что им разрешат воспользоваться полигоном, он сомневался еще меньше и был прав. Не выспавшийся, в помятой одежде и с фанатичным огнем в глазах амулетчик только рукой махнул. У него как раз был эксперимент. В лаборатории, и полигон мог ему понадобиться не скоро. Выглядел этот амулетчик, если честно, непрезентабельно и даже не очень верилось, что у него могут быть какие-то там полигоны. А оказалось, что этот тип в мятых штанах и залитой непонятно чем рубашке — лучший из лучших, очень богатый, мог бы позволить себе хоть три полигона, тем более, защиту он в них выстраивает самостоятельно, а с Лостом сдружился на почве его перстне-браслета и ритуалов с привязкой к месту. В общем, они нашли друг друга, с удовольствием обменивались знаниями, и нагружали загадками при случае.
Полигон, в отличие от хозяина, оказался чист и ухожен. В нем даже запах был такой, как в лекарской части дома. А так, закопан он был не очень глубоко. Просто каменный куб, камень был даже под ногами, едва присыпанный песком. Мест для зрителей нет, и тут им вряд ли были бы рады. А активированная защита уменьшала помещение почти в два раза. Лост ее даже развернул специально, чтобы показать Нэлле границы и ориентиры, за которые лучше не выходить, чтобы не оттолкнула.
Защита, кстати, была интересная. Энергию она попросту поглощала, перенаправляла ее в накопители, от которых эта защита и работала. Так что заряжать их приходилось редко. И главное было следить, чтобы накопители не начинали разрушаться, хотя и на этот случай защита на полигоне была. Но лучше бы ее не беспокоить, по словам Лоста.
Первым делом он проверил именно накопители, при помощи какого-то хитрого механического приспособления развернув и отодвинув в сторону часть одной из стен. Потом проверил какие-то цепи и поискал новые трещины в избранных камнях. Потом успокоился и сел посреди засыпанной песочком части пола — настраиваться и ждать.
И сидел он там почти неподвижно, пока Нэлла бродила вокруг него, пытаясь высмотреть что-то неизвестное ей самой. И нет, она вовсе не переживала, просто почему-то хотелось двигаться. Двигаться и молчать. И прислушиваться.
И Нэлла даже не удивилась, когда услышала приближение долгожданного противника. И Лост тоже услышал, потому что поднял голову, улыбнулся и встал на ноги. Постоял немного, запрокинув голову, потом потянулся и улыбнулся. Предвкушающе.
— Странное ощущение, да, словно к нам вовсе не человек приближается? — спросил, посмотрев на Нэллу. — Сюрприз какой…
Девушка пожала плечами. Человек или нет, она понятия не имела, но то, что приближается, чувствовала все четче. И когда он был совсем близко, могла даже посчитать, сколько ему осталось шагов. И то, что Лост начал раскручивать нити, из которых сплеталась защита полигона, тоже чувствовала. И в какой момент кокон, подпиравший потолок этой комнаты и уходивший другим концом глубоко в землю, к какому-то якорю-гасителю, стал целым, она поняла и ощутила.
