Пока без спросу не решили просветиться. Тут явление богов посторонним людям, а это все, кроме них посвященных, крайне редкое, выходящее из ряда вон событие.
— Просто чудесно, — сказала Нэлла и подумала о том, что, похоже, попросту невезуча, просто раньше это было не так заметно. — Ладно. А ежей им давать подержать будем? Или это уже не имеет смысла?
— Будем! — решил за всех котик и загадочно вильнул хвостом.
Почему Лост вилял хвостом, Ваня, например, понял довольно быстро. Этот хитрый и многое в жизни повидавший оборотень наверняка сразу понял, во что выльется невиннейшая задумка с ежиками. Ну, или примерно догадался, как оно будет. Просто из-за того догадался, что преследовал Нэллу клуб любителей странных тайн на расстоянии. И слишком близко к ней они не подходили. То ли опасались. То ли считали, что на голос богини лучше смотреть издали.
А началось все невиннейшим образом. В общем, ничего не предполагало.
Ваня достал из сумки ежа. Зачем-то его тряхнул и подул в любопытную морду. Потом осторожно подошел к любителям не существующих русалок, вытянул перед собой руки и предложил:
— Возьмите ежа.
— Он же колючий! — возмутилась какая-то женщина.
— Зато симпатичный и очень полезный! — заступился за животное Ваня.
Еж подтверждающе хрюкнул.
Боявшаяся колючек женщина шарахнулась, зато вперед вылез начавший лысеть мужчина. Он бесстрашно поводил пальцем перед мордочкой животного, дотронулся до колючки и спросил:
— Это те самые?
— Какие?
— Волшебные, которые петь умеют.
— Они, — подтвердил Ваня, хотя ежик в его руках был только один.
— А они не обидятся, если их трогать? — решила поучаствовать в разговоре пугливая женщина.
— Нет, если аккуратно.
Желающие потрогать ежика тут же выстроились в очередь и стали с детской непосредственностью тыкать в него пальцами и гладить по колючкам. Ваня стоял и тихо этому зрелищу удивлялся. Томия и Нэлла смотрели издали, и участвовать в нем не спешили, пока Ваня не прижал ежа к груди и не помахал освободившейся рукой, чтобы подходили, а то ему заниматься этим идиотизмом в одиночестве скучно.
Девушки переглянулись. Потом дружно пожали плечами. А потом Томия пошла, на ходу извлекая своего ежа. Нэлла решила пока постоять на месте, но в сумку с животным тоже полезла.
На две очереди клуб разделился быстро и без споров, словно репетировали заранее.
А вот на три делиться уже не захотели и вообще очереди резко сдвинулись вправо, чтобы стоять как можно дальше от Нэллы.
— У меня тоже волшебный еж! — с нажимом сказала девушка.
— Голос богини, — благоговейно произнес кто-то.
— Такой же, как у них! — добавила Нэлла. Потому что стоять ежом в руках, когда его никто не трогает, гораздо глупее, чем тогда, когда трогают.
Члены клуба чудаков зашушукались, но подходить к ней опять же не стали. И Нэлла решила, что не гордая, что сама подойдет.
— А ну, потрогай ежа! — приказала она, подойдя к ближайшему здоровяку из очереди к Ване.
Здоровяк подпрыгнул, пискнул что-то невнятное и зачем-то спрятался за спину немолодой женщины. Может даже мамы.
— Я сказала, потрогай, а то не отстану! — пригрозила Нэлла, шагнула вправо и вперед, буквально обтекла женщину и ткнула ежом в выбранную жертву.
Еж хрюкнул. А здоровяк взял и бухнулся в обморок. Не ожидавшая такой подлости Нэлла потыкала его носком ботинка в бок и посмотрела на других любителей тайн и русалок, успевших от нее отодвинутся. Некоторые вообще чуть ли не к стене дома прижались, лишь бы быть одновременно и в очереди и подальше от голоса богини.
— Странно, — сказала Нэлла и пошла к следующему здоровяку. Ну, не трепетных девушек же ей пугать и не разных задохликов.
За тем, как мужчины перебегают с места на место, шепча, что они все еще тут стоят, с интересом наблюдали даже прохожие. Потом Нэлла стала загонять одного из них в угол. Потом попросту гоняться. Потом откуда-то появилось еще несколько ежиков, и приняли участие в гонках, а котик стал раздавать советы по ловле мужиков.
Потом к гонкам присоединилась троица чумазых мальчишек.
Потом здоровяки поняли, что погладить ежа им сегодня не судьба и начали убегать по настоящему, не выбирая дороги. А дурная боевая цапля совсем забыла, что ее, возможно, хотят поймать и украсть, и носилась следом. Лост выругался и побежал за ней. Ежики проводили его похрюкиванием, мальчишки одобрительными выкриками, а владелец перевернутой тачки мусора, неосмотрительно оставленной без присмотра в переулке — угрожающими. Кто-то заругался в ответ, и он тоже решил побегать, размахивая палкой. И унеслась эта веселая погоня в неведомые дали. А Томия и Ваня остались с ежиками в руках, очередью на потрогать волшебных животных и недоумением на лицах.
— Кажется, мы не этого добивались, — неуверенно сказал Ваня.
Томия пожала плечами.
Лост, пока бежал следом за потерявшей в очередной раз голову Нэллой, думал только об одном — что с этой странной женщиной вообще происходит?
Просто он был далек от мысли, что в стражу Великих Домов берут безмозглых дур, не способных себя контролировать. Нет, может, и берут для каких-то определенных целей, но ненадолго и под тщательным присмотром. И если бы Нэлла дома начинала бегать как умалишенная, не думая о последствиях, ей бы живо нашли место более подходящее, чем стража Дома. А она ведь там хоть и до мелкого, но командира умудрилась дослужиться. Так что, либо пора признавать, что все остальные в этой страже еще хуже — а это вряд ли, такое не скроешь. Либо дырявая память одной боевой цапли очень уж странно на нее действует. Словно в эту дыру провалились все наработанные якоря и стопоры. И она теперь ведет себя как ребенок, пока не очень понимающий, что не все, что хочется сделать прямо сейчас, делать стоит.
И Лосту хотелось Нэллу поймать, хорошенько тряхнуть, наорать и объяснить, что с таким самоконтролем лучше действительно сидеть на территории школы и никуда не рыпаться.
А она наорет в ответ и опять что-то учудит. Наверняка. Может даже назло. А потом опомнится, и кто виноват будет?
Лост отлично этого парня знал.
Но делать с цаплей что-то надо было. При этом инстинкты буквально орали, что лучше не вмешиваться, что дальше будет веселее, и что все, кто окажется рядом, будут попросту погребены под проблемами этой дурной птички. И, как ни парадоксально, именно поэтому вмешаться Лосту хотелось, какая-то заботливость из каких-то темных уголков души взяла и выползла на свет. То ли подопечные повлияли, то ли звание главы клана, то ли это было влияние самой боевой цапли, а может и вовсе богини, демоны разберут которой. Слишком уж много их крутится вокруг одной, резко впавшей в детство стражницы Дома Стрижей.
— И что мне со всем этим делать? — спросил сам у себя Лост, увидев, как несчастные околдованные мужики перебежали дорогу перед самой мордой флегматичной лошади старьевщика, тянущей воз с хламом, а окончательно растерявшая остатки разума женщина несчастное животное перепрыгнула.
Ответа на столь занятный вопрос не было. Хотя зрелище было вдохновляющим, нетрезвый владелец лошади даже что-то орать начал, и Лосту пришлось оббегать его хлам по кругу, а то мужик точно запустил бы какой-то гадостью. И был бы даже прав.
— А ведь она еще и трезвая, — пробормотал оборотень, когда погоня преодолела низкий заборчик, потопталась по растущим за ним цветам и выскочила с другой стороны, чем неимоверно разозлила милую с виду старушку. — А если напьется, то, что будет? Отправится сносить лишние башни королевского дворца?
Представлять пьяную Нэллу совсем не хотелось.
Поймать ее и мужиков не получалось, потому что Лост не рисковал тоже топтаться по чужим клумбам, ногам, скамейкам, а один раз даже крыше.
Впрочем, ему это ничем не помогло. Потому что закончилась погоня именно так, как они обычно в этом городе заканчиваются — мужиков поймала стража. В самом прямом смысле — в сеть, которую специально ради них растянули поперек улицы. Нэлла тут же начала тыкать в несчастных ежиком, придавая им энергии в попытках вырваться, а то и убежать вместе с сетью. Стража пыталась поймать девушку как-то понежнее и успокоить. Нэлла не обращала на них внимания, только изредка отмахиваясь, и Лосту пришлось вмешаться, пока в махи не примешалась магия, и дурная женщина не покусилась на здоровье и жизнь стражников.
А боевая цапля, вместо того, чтобы успокоиться и поблагодарить, начала вырываться и угрожать. Но это Лост бы еще понял, если бы в какой-то момент она вдруг не замерла, не посмотрела очень странно, не улыбнулась ласково, не провела кончиками пальцев по щеке, попутно назвав милым, а потом не расфокусировала взгляд и не начала сползать на землю. Он ее еле успел удержать. И вслед за стражником, вежливо пригласившим в гости в свою управу эту женщину, Лосту пришлось ее нести. А она глупо улыбалась, и ее сознание блуждало непонятно где. А ты тут думай — она окончательно спятила, временно выпала из реальности, свалившись в какие-то слои собственного подсознания, или наладила связь с какой-то из богинь и они сейчас на самом деле мило трещат о своих женских делах? Ага, проводят сравнительный анализ задниц Алого Воина и Лоста Вильке, ну, или их прекрасные глаза сравнивают.
И Лост даже не понимал, что хуже.
— Какая проблемная женщина, — пробормотал он, зайдя следом за стражником в здание той самой управы и увидев, что за столом сидит дознаватель. Причем, что самое поганое, форма на нем была парадная, прикрываемая на людях серой накидкой, сейчас небрежно висящей на свободном стуле. А еще эта форма была не стандартно-темно-синяя, а такая, почти черная, очень хорошо сочетающаяся с серебряным кантом. И Лост даже не сразу сообразил, что это значит. — Королевские дознаватели, — пробормотал он, усадив Нэллу на диванчик и подперев ее подушечкой, чтобы сидела поровнее.
И порадовался, что хоть мужиков с сеткой приволокли не в эту комнату.
Потом зачем-то забрал из рук боевой цапли ежа и положил ей на колени.
И только потом поздоровался.
Королевский дознаватель улыбнулся, задумчиво так. Хорошо хоть не с намеком.
Потом зачем-то уставился на Нэллу, а потом и вовсе подержался за свое запястье. Характерно так подержался, словно там под рукавом был амулет, чем-то помогающий амулет.
— Мне было велено поговорить с вами, — сказал дознаватель, отпустив свое запястье. — Не привлекая внимания. Не лично с вами, но вы подходите и сможете незаметно передать мои слова остальным причастным. И вы очень удачно начали бегать по городу, внося сумятицу и заставляя кого-то паниковать.
Лост улыбнулся и кивнул, подтверждая, что он такой вот, действительно очень удачно подворачивающийся идиот. Да тут и не поспоришь особо. И не бросишь неадекватную боевую цаплю. А хватать ее на руку и уносить будет совсем уж неуместно. Не поймут. Даже если заявить, что желаешь отнести ее к ближайшей лекарке душ, чтобы посоветоваться на предмет лечения и ограничения в свободе передвижений.
— Все взаимосвязано, — сказал дознаватель.
— О! — восхитился Лост, понятия не имевший о чем он говорит. Как-то не успел он подумать и настроиться.
— Все происходящее в городе с вами и не с вами — взаимосвязано. Почти все, что выглядит достаточно странно. Есть общие черты.
— О, — повторился Лост.
— Вы сядьте и послушайте. Вас это тоже касается. Собственно, если бы не нелепые попытки похитить ваших подопечных и напасть на вас, мы бы все эти нелепости вместе не связали. До этих происшествий мы не видели очевидного, как бы странно это ни звучало. Мы не видели даже двух очевидных вещей. Первая — грубыми ментальными воздействиями и зельями, действие которых не заметить может только слепой, кто-то скрывает воздействие более тонкое, возможно, отстроченное и демоны знают, для чего предназначенное. Вообще, складывается такое впечатление, что кто-то этими нападениями на вас и ваших подопечных нас буквально ткнул носами в этот факт. Несколько раз, но сильнее всего, позволив вашей белке подслушать разговор. Понимаете?
Лост осторожно кивнул и посмотрел на Нэллу, но взгляд у нее был все такой же расфокусированный.
— Вторая — собственно то, что все эти происшествия, которые вроде бы не имеют ничего общего, на самом деле связаны и служат одной цели — отвлечь внимание от чего-то. Или привлечь к себе, распылить наши ресурсы на происходящую неразбериху. Знаете ли, этих мелких и глупых происшествий, чем дальше, тем больше, и не реагировать мы не можем. Потому что, то запрещенные зелья всплывают, то спятившие детки людей, которых лучше бы не трогать, то дикие ритуалы с поеданием сердца, то задетые кланы оборотней, то оскорбленные чьи-то мамы, то подкопы, то кражи в храмах, то… И везде в итоге находится какая-то глупость, как с этим несчастным клубом, который до сих пор вообще никому не мешал и не был интересен.
— О, — снова повторился Лост, понимающий, что сейчас ему скажут что-то неприятное.
— Да, — подтвердил догадку дознаватель. — Думаю, кому-то из мутящих воду ситуация не особо нравилась и он решил как-то ее поменять себе на пользу. Может, вообще, прячется за теми, кто прячется за всеми этими глупостями. А может, воспылал благородством, вспомнил про честь или попросту решил, что его сообщники или коллеги заигрались и ему с ними не по пути. В любом случае, если его встретите, сообщите нам, очень уж хочется с ним поговорить.
Лост кивнул, ему тоже хотелось поговорить.
— Отлично, — сказал дознаватель, похоже, он был уверен, что у Лоста больше, чем у всех остальных, шансов эту загадочную личность встретить, что Лост этой личности очень интересен. — Начнем с последнего, о чем и так уже знают многие. Ритуал в подземельях. Глупость несусветная. Все выглядит так, что кто-то богатый и не обремененный совестью, зато обремененный предками, успевшими спрятать множество нужных вещей до того, как их запретили, случайно приобрел девчонку. То ли купил, то ли ему подарили. Девчонка смазливенькая, хотя в женскую пору войдет года через два. Но и такие любители совсем недозрелих ягодок находятся, несмотря на неодобрение общества. Правда, в этот раз несчастному ребенку вроде бы как повезло, у него кто-то обнаружил редкий дар, с которым с распростертыми объятьями примут в любом храме любой судьбы. Дар, конечно, неразвитый и без храмов с их ритуалами и помощью богов, позволяющей не запутаться в вероятном и лишнем, фактически бесполезный. Но раньше же существовали ритуалы, позволяющие его развить в обход храмов и богов. Запрещенные, чтобы вы знали. Большей частью совершенно бесполезные, хоть и вредные как для разума недопророка, так и для окружающих. Но кто же в это поверит, правда? На самом деле храмы о своей монополии беспокоятся, а боги и вовсе те еще собственники.
— Идиотов, которые лучше всех знают — много, — философски сказал Лост.
— Да, — подтвердил дознаватель. — И что один из этих идиотов делает? Реально существующий идиот, с подчищенной памятью, уверенный, что сам до всего додумался, а книги и амулеты еще прадедовы. А он берет, поит зельем другого идиота — мечтающего возглавить свой клуб и повести его к светлому будущему спасителей королевства. Нанимает менталиста, убеждающего одну хорошую женщину, что девочка ее дочка, рожденная по молодости и глупости, и отданная на воспитание замужней сестре, которой у нее, кстати, нет ни в том городе, где она сказала, ни где бы то ни было.
— Просто чудесно, — сказала Нэлла и подумала о том, что, похоже, попросту невезуча, просто раньше это было не так заметно. — Ладно. А ежей им давать подержать будем? Или это уже не имеет смысла?
— Будем! — решил за всех котик и загадочно вильнул хвостом.
Почему Лост вилял хвостом, Ваня, например, понял довольно быстро. Этот хитрый и многое в жизни повидавший оборотень наверняка сразу понял, во что выльется невиннейшая задумка с ежиками. Ну, или примерно догадался, как оно будет. Просто из-за того догадался, что преследовал Нэллу клуб любителей странных тайн на расстоянии. И слишком близко к ней они не подходили. То ли опасались. То ли считали, что на голос богини лучше смотреть издали.
А началось все невиннейшим образом. В общем, ничего не предполагало.
Ваня достал из сумки ежа. Зачем-то его тряхнул и подул в любопытную морду. Потом осторожно подошел к любителям не существующих русалок, вытянул перед собой руки и предложил:
— Возьмите ежа.
— Он же колючий! — возмутилась какая-то женщина.
— Зато симпатичный и очень полезный! — заступился за животное Ваня.
Еж подтверждающе хрюкнул.
Боявшаяся колючек женщина шарахнулась, зато вперед вылез начавший лысеть мужчина. Он бесстрашно поводил пальцем перед мордочкой животного, дотронулся до колючки и спросил:
— Это те самые?
— Какие?
— Волшебные, которые петь умеют.
— Они, — подтвердил Ваня, хотя ежик в его руках был только один.
— А они не обидятся, если их трогать? — решила поучаствовать в разговоре пугливая женщина.
— Нет, если аккуратно.
Желающие потрогать ежика тут же выстроились в очередь и стали с детской непосредственностью тыкать в него пальцами и гладить по колючкам. Ваня стоял и тихо этому зрелищу удивлялся. Томия и Нэлла смотрели издали, и участвовать в нем не спешили, пока Ваня не прижал ежа к груди и не помахал освободившейся рукой, чтобы подходили, а то ему заниматься этим идиотизмом в одиночестве скучно.
Девушки переглянулись. Потом дружно пожали плечами. А потом Томия пошла, на ходу извлекая своего ежа. Нэлла решила пока постоять на месте, но в сумку с животным тоже полезла.
На две очереди клуб разделился быстро и без споров, словно репетировали заранее.
А вот на три делиться уже не захотели и вообще очереди резко сдвинулись вправо, чтобы стоять как можно дальше от Нэллы.
— У меня тоже волшебный еж! — с нажимом сказала девушка.
— Голос богини, — благоговейно произнес кто-то.
— Такой же, как у них! — добавила Нэлла. Потому что стоять ежом в руках, когда его никто не трогает, гораздо глупее, чем тогда, когда трогают.
Члены клуба чудаков зашушукались, но подходить к ней опять же не стали. И Нэлла решила, что не гордая, что сама подойдет.
— А ну, потрогай ежа! — приказала она, подойдя к ближайшему здоровяку из очереди к Ване.
Здоровяк подпрыгнул, пискнул что-то невнятное и зачем-то спрятался за спину немолодой женщины. Может даже мамы.
— Я сказала, потрогай, а то не отстану! — пригрозила Нэлла, шагнула вправо и вперед, буквально обтекла женщину и ткнула ежом в выбранную жертву.
Еж хрюкнул. А здоровяк взял и бухнулся в обморок. Не ожидавшая такой подлости Нэлла потыкала его носком ботинка в бок и посмотрела на других любителей тайн и русалок, успевших от нее отодвинутся. Некоторые вообще чуть ли не к стене дома прижались, лишь бы быть одновременно и в очереди и подальше от голоса богини.
— Странно, — сказала Нэлла и пошла к следующему здоровяку. Ну, не трепетных девушек же ей пугать и не разных задохликов.
За тем, как мужчины перебегают с места на место, шепча, что они все еще тут стоят, с интересом наблюдали даже прохожие. Потом Нэлла стала загонять одного из них в угол. Потом попросту гоняться. Потом откуда-то появилось еще несколько ежиков, и приняли участие в гонках, а котик стал раздавать советы по ловле мужиков.
Потом к гонкам присоединилась троица чумазых мальчишек.
Потом здоровяки поняли, что погладить ежа им сегодня не судьба и начали убегать по настоящему, не выбирая дороги. А дурная боевая цапля совсем забыла, что ее, возможно, хотят поймать и украсть, и носилась следом. Лост выругался и побежал за ней. Ежики проводили его похрюкиванием, мальчишки одобрительными выкриками, а владелец перевернутой тачки мусора, неосмотрительно оставленной без присмотра в переулке — угрожающими. Кто-то заругался в ответ, и он тоже решил побегать, размахивая палкой. И унеслась эта веселая погоня в неведомые дали. А Томия и Ваня остались с ежиками в руках, очередью на потрогать волшебных животных и недоумением на лицах.
— Кажется, мы не этого добивались, — неуверенно сказал Ваня.
Томия пожала плечами.
Лост, пока бежал следом за потерявшей в очередной раз голову Нэллой, думал только об одном — что с этой странной женщиной вообще происходит?
Просто он был далек от мысли, что в стражу Великих Домов берут безмозглых дур, не способных себя контролировать. Нет, может, и берут для каких-то определенных целей, но ненадолго и под тщательным присмотром. И если бы Нэлла дома начинала бегать как умалишенная, не думая о последствиях, ей бы живо нашли место более подходящее, чем стража Дома. А она ведь там хоть и до мелкого, но командира умудрилась дослужиться. Так что, либо пора признавать, что все остальные в этой страже еще хуже — а это вряд ли, такое не скроешь. Либо дырявая память одной боевой цапли очень уж странно на нее действует. Словно в эту дыру провалились все наработанные якоря и стопоры. И она теперь ведет себя как ребенок, пока не очень понимающий, что не все, что хочется сделать прямо сейчас, делать стоит.
И Лосту хотелось Нэллу поймать, хорошенько тряхнуть, наорать и объяснить, что с таким самоконтролем лучше действительно сидеть на территории школы и никуда не рыпаться.
А она наорет в ответ и опять что-то учудит. Наверняка. Может даже назло. А потом опомнится, и кто виноват будет?
Лост отлично этого парня знал.
Но делать с цаплей что-то надо было. При этом инстинкты буквально орали, что лучше не вмешиваться, что дальше будет веселее, и что все, кто окажется рядом, будут попросту погребены под проблемами этой дурной птички. И, как ни парадоксально, именно поэтому вмешаться Лосту хотелось, какая-то заботливость из каких-то темных уголков души взяла и выползла на свет. То ли подопечные повлияли, то ли звание главы клана, то ли это было влияние самой боевой цапли, а может и вовсе богини, демоны разберут которой. Слишком уж много их крутится вокруг одной, резко впавшей в детство стражницы Дома Стрижей.
— И что мне со всем этим делать? — спросил сам у себя Лост, увидев, как несчастные околдованные мужики перебежали дорогу перед самой мордой флегматичной лошади старьевщика, тянущей воз с хламом, а окончательно растерявшая остатки разума женщина несчастное животное перепрыгнула.
Ответа на столь занятный вопрос не было. Хотя зрелище было вдохновляющим, нетрезвый владелец лошади даже что-то орать начал, и Лосту пришлось оббегать его хлам по кругу, а то мужик точно запустил бы какой-то гадостью. И был бы даже прав.
— А ведь она еще и трезвая, — пробормотал оборотень, когда погоня преодолела низкий заборчик, потопталась по растущим за ним цветам и выскочила с другой стороны, чем неимоверно разозлила милую с виду старушку. — А если напьется, то, что будет? Отправится сносить лишние башни королевского дворца?
Представлять пьяную Нэллу совсем не хотелось.
Поймать ее и мужиков не получалось, потому что Лост не рисковал тоже топтаться по чужим клумбам, ногам, скамейкам, а один раз даже крыше.
Впрочем, ему это ничем не помогло. Потому что закончилась погоня именно так, как они обычно в этом городе заканчиваются — мужиков поймала стража. В самом прямом смысле — в сеть, которую специально ради них растянули поперек улицы. Нэлла тут же начала тыкать в несчастных ежиком, придавая им энергии в попытках вырваться, а то и убежать вместе с сетью. Стража пыталась поймать девушку как-то понежнее и успокоить. Нэлла не обращала на них внимания, только изредка отмахиваясь, и Лосту пришлось вмешаться, пока в махи не примешалась магия, и дурная женщина не покусилась на здоровье и жизнь стражников.
А боевая цапля, вместо того, чтобы успокоиться и поблагодарить, начала вырываться и угрожать. Но это Лост бы еще понял, если бы в какой-то момент она вдруг не замерла, не посмотрела очень странно, не улыбнулась ласково, не провела кончиками пальцев по щеке, попутно назвав милым, а потом не расфокусировала взгляд и не начала сползать на землю. Он ее еле успел удержать. И вслед за стражником, вежливо пригласившим в гости в свою управу эту женщину, Лосту пришлось ее нести. А она глупо улыбалась, и ее сознание блуждало непонятно где. А ты тут думай — она окончательно спятила, временно выпала из реальности, свалившись в какие-то слои собственного подсознания, или наладила связь с какой-то из богинь и они сейчас на самом деле мило трещат о своих женских делах? Ага, проводят сравнительный анализ задниц Алого Воина и Лоста Вильке, ну, или их прекрасные глаза сравнивают.
И Лост даже не понимал, что хуже.
— Какая проблемная женщина, — пробормотал он, зайдя следом за стражником в здание той самой управы и увидев, что за столом сидит дознаватель. Причем, что самое поганое, форма на нем была парадная, прикрываемая на людях серой накидкой, сейчас небрежно висящей на свободном стуле. А еще эта форма была не стандартно-темно-синяя, а такая, почти черная, очень хорошо сочетающаяся с серебряным кантом. И Лост даже не сразу сообразил, что это значит. — Королевские дознаватели, — пробормотал он, усадив Нэллу на диванчик и подперев ее подушечкой, чтобы сидела поровнее.
И порадовался, что хоть мужиков с сеткой приволокли не в эту комнату.
Потом зачем-то забрал из рук боевой цапли ежа и положил ей на колени.
И только потом поздоровался.
Королевский дознаватель улыбнулся, задумчиво так. Хорошо хоть не с намеком.
Потом зачем-то уставился на Нэллу, а потом и вовсе подержался за свое запястье. Характерно так подержался, словно там под рукавом был амулет, чем-то помогающий амулет.
— Мне было велено поговорить с вами, — сказал дознаватель, отпустив свое запястье. — Не привлекая внимания. Не лично с вами, но вы подходите и сможете незаметно передать мои слова остальным причастным. И вы очень удачно начали бегать по городу, внося сумятицу и заставляя кого-то паниковать.
Лост улыбнулся и кивнул, подтверждая, что он такой вот, действительно очень удачно подворачивающийся идиот. Да тут и не поспоришь особо. И не бросишь неадекватную боевую цаплю. А хватать ее на руку и уносить будет совсем уж неуместно. Не поймут. Даже если заявить, что желаешь отнести ее к ближайшей лекарке душ, чтобы посоветоваться на предмет лечения и ограничения в свободе передвижений.
— Все взаимосвязано, — сказал дознаватель.
— О! — восхитился Лост, понятия не имевший о чем он говорит. Как-то не успел он подумать и настроиться.
— Все происходящее в городе с вами и не с вами — взаимосвязано. Почти все, что выглядит достаточно странно. Есть общие черты.
— О, — повторился Лост.
— Вы сядьте и послушайте. Вас это тоже касается. Собственно, если бы не нелепые попытки похитить ваших подопечных и напасть на вас, мы бы все эти нелепости вместе не связали. До этих происшествий мы не видели очевидного, как бы странно это ни звучало. Мы не видели даже двух очевидных вещей. Первая — грубыми ментальными воздействиями и зельями, действие которых не заметить может только слепой, кто-то скрывает воздействие более тонкое, возможно, отстроченное и демоны знают, для чего предназначенное. Вообще, складывается такое впечатление, что кто-то этими нападениями на вас и ваших подопечных нас буквально ткнул носами в этот факт. Несколько раз, но сильнее всего, позволив вашей белке подслушать разговор. Понимаете?
Лост осторожно кивнул и посмотрел на Нэллу, но взгляд у нее был все такой же расфокусированный.
— Вторая — собственно то, что все эти происшествия, которые вроде бы не имеют ничего общего, на самом деле связаны и служат одной цели — отвлечь внимание от чего-то. Или привлечь к себе, распылить наши ресурсы на происходящую неразбериху. Знаете ли, этих мелких и глупых происшествий, чем дальше, тем больше, и не реагировать мы не можем. Потому что, то запрещенные зелья всплывают, то спятившие детки людей, которых лучше бы не трогать, то дикие ритуалы с поеданием сердца, то задетые кланы оборотней, то оскорбленные чьи-то мамы, то подкопы, то кражи в храмах, то… И везде в итоге находится какая-то глупость, как с этим несчастным клубом, который до сих пор вообще никому не мешал и не был интересен.
— О, — снова повторился Лост, понимающий, что сейчас ему скажут что-то неприятное.
— Да, — подтвердил догадку дознаватель. — Думаю, кому-то из мутящих воду ситуация не особо нравилась и он решил как-то ее поменять себе на пользу. Может, вообще, прячется за теми, кто прячется за всеми этими глупостями. А может, воспылал благородством, вспомнил про честь или попросту решил, что его сообщники или коллеги заигрались и ему с ними не по пути. В любом случае, если его встретите, сообщите нам, очень уж хочется с ним поговорить.
Лост кивнул, ему тоже хотелось поговорить.
— Отлично, — сказал дознаватель, похоже, он был уверен, что у Лоста больше, чем у всех остальных, шансов эту загадочную личность встретить, что Лост этой личности очень интересен. — Начнем с последнего, о чем и так уже знают многие. Ритуал в подземельях. Глупость несусветная. Все выглядит так, что кто-то богатый и не обремененный совестью, зато обремененный предками, успевшими спрятать множество нужных вещей до того, как их запретили, случайно приобрел девчонку. То ли купил, то ли ему подарили. Девчонка смазливенькая, хотя в женскую пору войдет года через два. Но и такие любители совсем недозрелих ягодок находятся, несмотря на неодобрение общества. Правда, в этот раз несчастному ребенку вроде бы как повезло, у него кто-то обнаружил редкий дар, с которым с распростертыми объятьями примут в любом храме любой судьбы. Дар, конечно, неразвитый и без храмов с их ритуалами и помощью богов, позволяющей не запутаться в вероятном и лишнем, фактически бесполезный. Но раньше же существовали ритуалы, позволяющие его развить в обход храмов и богов. Запрещенные, чтобы вы знали. Большей частью совершенно бесполезные, хоть и вредные как для разума недопророка, так и для окружающих. Но кто же в это поверит, правда? На самом деле храмы о своей монополии беспокоятся, а боги и вовсе те еще собственники.
— Идиотов, которые лучше всех знают — много, — философски сказал Лост.
— Да, — подтвердил дознаватель. — И что один из этих идиотов делает? Реально существующий идиот, с подчищенной памятью, уверенный, что сам до всего додумался, а книги и амулеты еще прадедовы. А он берет, поит зельем другого идиота — мечтающего возглавить свой клуб и повести его к светлому будущему спасителей королевства. Нанимает менталиста, убеждающего одну хорошую женщину, что девочка ее дочка, рожденная по молодости и глупости, и отданная на воспитание замужней сестре, которой у нее, кстати, нет ни в том городе, где она сказала, ни где бы то ни было.
