— Наших бьют!
— А платить кто будет?! — не менее громко завопил хозяин меда и бросился спасать свой товар, а заодно и пытавшегося снять с головы ведро рябого.
— Это все она! Приворожила! Всех приворожила! — подключился к крикам детина, указывая пальцем на Шеллу.
— Да заткнись ты! — требовала Ольда.
Люди, до этого спокойно ходившие между рядами, останавливались, а потом шли на шум, смотреть, что там случилось. Хозяин меда причитал над попорченным товаром и требовал, чтобы рябой за него заплатил. Требовать что-то от Яса он почему-то не решился. Яс же вручил Джульетте корзину, скрестил на груди руки и стоял с видом адмирала, чья армада должна была вот-вот отправиться искать неведомые земли.
— Приворожила! — продолжал надрываться детина.
Через воз с медом перепрыгнула оборотниха, ловко просочилась между людьми и первым делом двинула оказавшегося на пути рябого под дых. Он засипел и улегся у ног хозяина меда.
— Кого бьют?! — рявкнула Ратая.
— На девчонок напали, — величественно нажаловался Яс.
— Ах, напали, — как-то слишком сильно впечатлилась новостью девушка-оборотень и тихонько зарычала.
Лошадь, стоявшая рядом с возом и меланхолично что-то жевавшая, насторожила уши, замерла статуей, а потом, осознав, что же она услышала, тоненько заржала и рванула в просвет между палатками с кухонной утварью. Палатки задребезжали содержимым, но устояли, зато за ними кто-то явно не успел убраться с лошадиного пути, и вопить стали уже там.
— Приворожила! — с энтузиазмом поддержал вопли детина и наконец сообразил, что от злобной ведьмы лучше отойти.
Коротышка со сломанным носом попытался последовать примеру лошади и сбежать по ее пути, но оттуда появился мужик, похлопывающий по ладони большим половником, и парень заметался, как моль, вспугнутая из шкафа.
Рябой странно хихикал и облизывал запачканную медом ладонь.
Толпа шепталась и строила предположения. Расходиться никто не собирался, видимо, рассчитывали на продолжение представления. Но Льена и Малака люди пропустили.
— Что случилось? — спросил Льен.
— На нас напали, — жизнерадостно похвасталась Джульетта, видимо вспомнившая сюжет очередного романа.
— Ах, напали, — повторил слова оборотнихи Малак и недобро прищурился.
Янир появился как раз вовремя для того, чтобы Джульетта смогла броситься ему на грудь и фальшиво возрыдать, утверждая, что смертельно испугалась. На нее удивленно смотрели все присутствующие, даже продолжавший хихикать рябой, но почему-то никто не стал вмешиваться и рассказывать, как трепетная дева пугала нападавших огнем. Льен негромко хмыкнул и оборвал очередной вопль детины, врезав ему по физиономии.
А вот Роан с Йядой, Хэнэ верхом на кайгаре и охранники с топорами появились практически одновременно. И Шелла поняла, что про сладости можно забыть. Охранники, может, всех бы и отпустили, ограничившись подзатыльниками и обещанием кое-что отрубить нетрезвой троице. Хэнэ вообще ограничился бы вопросами. А Роан будет воспитывать.
К сожалению, Шелла ошиблась. На место событий пришел еще и мужик, которому они отдали темного мага, и решил все взять в свои руки.
Комната, в которой велось разбирательство, была большой и светлой, но все равно не рассчитанной на ту толпу людей, которая в нее набилась. Детина, кривоносый и рябой боязливо стояли под стеной и тоскливо смотрели на родственников, которые были в первых рядах зрителей. Роан и Йяда сидели за столом с двух сторон от мрачного и, похоже, вообще безымянного мужика с судейскими полномочиями. Зачем они ему понадобились, маги и сами не знали, возможно, для большей представительности. Все, что хотел им сказать, мужик уже сказал наедине, попутно восхитившись красотой Йяды и уверив Роана, что запомнил его.
Маги-недоучки стояли около противоположной от троицы стены и тихо переговаривались. А Хэнэ, как ни в чем не бывало, сидел на кайгаре рядом с ними и раздавал всем улыбки.
У двери и окон, как положено, стояли воины с мечами, на случай, если кто-то захочет сбежать, в чем даже сами воины сильно сомневались.
— Для начала я выслушаю обе стороны, — мрачно сказал мужик. — Кто начнет?
Обе стороны переглянулись, а потом вперед смело шагнула Джульетта.
— Они на нас напали! — звонко сказала она и одарила нападавших полным негодования взглядом.
— Подробнее, — потребовал мужик.
— Я шляпку покупала, Ольда нож, Шелла и Тея просто стояли. И тут пришли эти и начали кричать на всю ярмарку, что Шелла сбежала от них в веселый дом!
Сообщив об этом, Джульетта покраснела и гордо вскинула голову.
Шелла вздохнула и тоже отошла от стены.
— Это мои бывшие одноклассники, — сказала тихо. — Они на меня напали в школе, я отбивалась, не сумела сдержать дар и поломала им руки-ноги. Даже думала, что кого-то убила, но обошлось. После этого я отправилась поступать в Школу Стихий.
— Спонтанное открытие дара? — уточнил мужик.
— Нет, просто мне не у кого было учиться, у нас магических школ нет. Пришлось учиться писать, читать…
— Понятно. Помню этот случай. Искатели талантливую девочку пороглядели, и ребенку пришлось самому добираться до школы. На ярмарке вы встретили бывших одноклассников и…
— И они повели себя точно так же, как и тогда, когда я их покалечила, — сказала Шелла. — И Джульетту хватать стали.
— Понятно, — сказал мужик. — Так, вы пока вернитесь на место, а вы расскажите свою версию.
И он выжидательно уставился на парней.
Те замялись, а потом вытолкали вперед детину.
— Она нас приворожила! — рявкнул он и попытался вернуться к стене.
— Подробнее, — потребовал мужик.
— Ну, как ведьмам полагается. Красоту навела, пришла и приворожила.
— Какие глупости, — печально сказала Йяда. — В этом можно обвинить любую мало-мальски симпатичную девушку. А привороты сложное дело и запрещенное.
— Так она умеет! — уверенно сказал детина.
Льен громко хмыкнул.
— Значит, вы обвиняете девушку в привороте? — мрачно уточнил мужик.
— Да, — упрямо сказал детина и торжественно улыбнулся, видимо вообразив, что в этот же миг превратился из нападавшего в пострадавшего.
— Отлично, — обрадовался мужик и нехорошо улыбнулся. — Обвинение тяжелое. Прежде, чем такое выдвигать, нужно провериться у мага. Надеюсь, вы это сделали.
— Да где мы вам здесь магов возьмем? — возмутился кто-то из толпы.
— Это да, — подтвердил Яс. — Где вы их возьмете, если они от вас в столицу сбегают?
— Любой свободный может проверить, — обрадовал детину мужик. — Да и снять приворот сможет. Знаете ли, приворот и без мага очень заметная штука. Привороженные вдали от того, кто их приворожил, долго не живут. Они практически перестают есть, начинают бредить, сходить с ума, а потом, чаще всего, вешаются, реже тихо увядают. Девушка, насколько мне известно, живет в столице не первый год. А вы что-то не похожи на повешенного или умершего от голода и тоски.
Льен опять хмыкнул.
— Ну, она по-особому приворожила, — неуверенно сказал детина, пышущий здоровьем и жизнелюбием.
— У него мозги из-за приворота усохли, — подсказал Яс. — По выражению лица видно.
Среди зрителей послышались смешки, а мужик хлопнул ладонью по столу и встал.
— Так, — сказал еще более мрачно, чем вначале разбирательства. — Мне надоела эта чушь. Значит, сделаем все проще. У моих коллег есть камень правды, они с его помощью темного мага допрашивали. Вот и о приворотах все желающие расскажут мне, положив на него ладонь, а также о нападении, разбежавшихся от оборотня лошадях и испорченном меде. И врать мне никто не станет. Тому, кто попробует, будет очень больно.
Льен хмыкнул еще раз, а зрители зашептались.
Камень отправленные за ним воины принесли быстро. Установили его на треноге перед столом, за которым сидел мужик вместе с Йядой и Роаном и позвали добровольца.
— Давайте я! — радостно предложил свою кандидатуру Яс. — Никогда такую штуку не видел и не трогал.
Мужик милостиво махнул рукой.
Яс облапал камень со всех сторон, даже приподнял его и посмотрел, как он выглядит снизу, и рассказывать стал только после напоминания о том, что его не для изучения любопытными студентусами принесли.
— Значит так, — сказал Яс положив ладонь на серый и неприметный с виду камень. — Иду я по ярмарке и слышу, Ольда на кого-то кричит. А она девка смелая, просто так кричать не станет. Вот я и подумал, что она отрезает уши карманнику, который пытался ее ограбить или чем-то не менее интересным занимается. А там воз стоял и медом пах просто зверски, и осы над ним летали. Я даже подумал, что Ольду оса укусила, вот она и разоряется. Поэтому вышел совершенно спокойно, а там три амбала девушек окружили. Ну я и подумал, что неплохо бы на них ос натравить. Взял ведро и нахлобучил на бошку ближайшему. Я за этот мед заплачу, честное слово. У меня деньги еще есть.
— Свободен, — сказал мужик. — Кто следующий?
К камню подошла Шелла. Спокойно сказала, что никого не привораживала, да и вообще с двенадцати лет убегала и пряталась от парней, которые считали, что ее, дикарку и сироту, можно безнаказанно обидеть.
— Понятно, — сказал мужик и перевел взгляд на троицу парней. — Теперь вы. Попробуете доказать, что верили в версию с приворотом или не рискнете?
Они не рискнули.
Мужик разродился длинной лекцией о том, что магов, да и девушек, обижать нельзя, и пообещал, что скоро в бывшую школу Шеллы приедет комиссия. Заодно выяснит, почему обучение детей степняков за столько лет так и не началось, и правда ли, что этих детей сами родители не хотят в ту школу отпускать.
Льен опять хмыкнул, за что был обозван нахалом.
После Льена нахалом был обозван Роан и отправлен в столицу вместе с табором. Причем немедленно. Мужик даже решил лошадей выделить, чтобы маги быстрее доехали к горам и меньше беспокоили местное население. На что жаждущее развлечений местное население протестующее загудело, но его желания учтены не были.
— А как вы их накажете? — спросила любопытная Джульетта.
— Занятие найду, — мрачно пообещал мужик. — Такое, чтобы после него сил ни на что другое не хватало. Да хотя бы канал от Бистрянки до Малого Озера рыть у меня будут. Проток новый сделают, а то старый совсем в болото превратился, озеро мелеет, рыба дохнет.
— Как интересно, — сказал Хэнэ. — Если втроем, то лет за пять управятся.
— Я еще привороженных найду, — мрачно пообещал мужик и хлопнул ладонью по столу. — Как же они мне надоели. У них темные маги под носом бегают, а они, в какое село не приеду, красивых баб ко мне таскают. И все, как одна, только приворотами и живут.
И. Питание
Эта гексаграмма похожа на широко открытый рот. Она символизирует период активной подготовки. В верхнем ряду линия сплошная (это период наивысшего проявления силы), далее следуют линии прерывистые (периоды слабости). Раскрытый рот означает, что требуется хорошая «подпитка» (и энергетическая, и физиологическая), чтобы набраться сил в это переходное время и быть готовым к действию, когда настанет нужный момент.
(Книга Перемен)
Янир то отставал от табора, то вырывался вперед. Джульетта даже заподозрила, что для того, чтобы не ехать рядом с ней, и страшно обиделась. Правильные мужчины так не поступают, это слишком невежливо. Вон папенька от тети Эбиль не сбегает. Он терпеливо ее слушает, дает советы и благодарит за те, которые дала она. Да он однажды даже вредную тетку через большую лужу переносил, потому что она была в легких туфельках, а он в офицерских сапогах. И это притом, что папенька счастливо женат на маменьке и не обязан быть вежливым со всякими приставучими тетками. Неженатые же мужчины должны быть гораздо терпеливее, иначе прослывут неприятными типами и хорошую жену уже не найдут.
Так говорили учительницы в школе для девиц. И не то чтобы Джульетта сильно верила в их правоту, но что-то в этом утверждении точно было. Что-то правильное и полезное.
— И сладости мы так и не попробовали, — сказала Джульетта и печально вздохнула.
Купить сладости им не разрешил тот мрачный мужик. Сказал, что ярмарка после этого вряд ли устоит. Еще и посмеялся обидно. Зато лошадей привели очень быстро, видимо, сильно хотели, чтобы студентусы немедленно отправились к горам. Вот и пришлось ехать, любуясь сомнительными красотами степи.
Джульетта опять вздохнула.
Если честно, красоты вовсе не были сомнительны. Девушка до сих пор даже не подозревала, что заросшие бурьянами земли могут выглядеть так по-разному. И целого поля алых маков ни разу не видела. И заросшего желтыми и фиолетовыми цветами — тоже. А еще из бурьянов выпархивали какие-то мелкие птички и, красиво чирикая, взлетали высоко-высоко, настолько высоко, что их даже видно не было. И бабочек было много. Не каких-то невзрачных капустниц. Бабочки были желтые и синие, с круглыми глазами на крыльх и полосатые, будто осы. Однажды Джульетта даже заметила крупную бабочку, зеленую, с красивым узором на вытянутых крыльях. А еще на луку седла нахально сел большой, переливающийся из синевы в зелень жук и ехал там довольно долго. Джульетта его даже погладила, потому что жук был красивый и не противный. Не то что мрачный мужик и Янир.
— Держи.
Задумавшаяся Джульетта моргнула и удивленно посмотрела на оказавшегося рядом Льена.
— Что?
— Не знаю, как оно называется. Такая штука из слоев теста, залитых медом и посыпанных земляным орехом. Ты же о них вздыхаешь.
— Ой, — сказала Джульетта.
— Я их на всех купил, — серьезно сказа Льен. — На привале раздам, думаю остальные потерпят. Мы скоро доедем до первого селения, в которое нам разрешено заходить.
— Благодарю, — пошептала Джульетта, чувствуя, что покраснела.
Теперь он будет думать, что она обжора. Или сладкоежка. Второе, конечно, лучше.
Сладость Джульетта взяла осторожно, боясь уронить и обидеть такого доброго Льена. Аккуратно развернула промасленную бумагу и первым делом понюхала золотисто-коричневый и липкий кусочек чего-то непонятного. Пах он медом, жареными орехами и какими-то специями. Не попробовать его было просто невозможно.
Льен улыбнулся, кивнул и направил лошадь поближе к хмурящему брови Малаку. А Джульетта осторожно откусила. Золотисто-коричневое нечто оказалось очень сладким, даже с горчинкой, как у хорошего меда. Орехи тоже напитались медом и стали мягкими. А коржи почему-то не размокли и даже немного хрустели. Очень странная сладость оказалась. Необычная и вкусная, хотя много ее не съешь.
— Наверное, поэтому их такими маленькими кусочками нарезают, — сказала сама себе Джульетта и украдкой облизала пальцы, представляя, как бы ругала за это тетя Эбиль.
Да, тетя Эбиль бы эту вкуснятину вытерла платочком, намочив его розовой водой. И это было бы очень скучно, хотя и правильно.
Жители селения почему-то приезду магов не обрадовались. Роан подозревал, что замороченный мрачный мужик с непонятными полномочиями решил за что-то мстить и послал сюда сокола с запиской. В которой написал, что связываться с юными магами не следует.
Несмотря на это, гнать их никто не стал, лошадей отвели в загон, пообещав завтра дать других, а трактир с гостевыми комнатами оказался довольно чистым и тихим местом. То ли был не сезон для посетителей, то ли гостевые комнаты ждали случайных гостей, а ходили в трактир местные жители.
Пока маги ужинали, в окна трактира заглядывали дети, а иногда и взрослые.
— А платить кто будет?! — не менее громко завопил хозяин меда и бросился спасать свой товар, а заодно и пытавшегося снять с головы ведро рябого.
— Это все она! Приворожила! Всех приворожила! — подключился к крикам детина, указывая пальцем на Шеллу.
— Да заткнись ты! — требовала Ольда.
Люди, до этого спокойно ходившие между рядами, останавливались, а потом шли на шум, смотреть, что там случилось. Хозяин меда причитал над попорченным товаром и требовал, чтобы рябой за него заплатил. Требовать что-то от Яса он почему-то не решился. Яс же вручил Джульетте корзину, скрестил на груди руки и стоял с видом адмирала, чья армада должна была вот-вот отправиться искать неведомые земли.
— Приворожила! — продолжал надрываться детина.
Через воз с медом перепрыгнула оборотниха, ловко просочилась между людьми и первым делом двинула оказавшегося на пути рябого под дых. Он засипел и улегся у ног хозяина меда.
— Кого бьют?! — рявкнула Ратая.
— На девчонок напали, — величественно нажаловался Яс.
— Ах, напали, — как-то слишком сильно впечатлилась новостью девушка-оборотень и тихонько зарычала.
Лошадь, стоявшая рядом с возом и меланхолично что-то жевавшая, насторожила уши, замерла статуей, а потом, осознав, что же она услышала, тоненько заржала и рванула в просвет между палатками с кухонной утварью. Палатки задребезжали содержимым, но устояли, зато за ними кто-то явно не успел убраться с лошадиного пути, и вопить стали уже там.
— Приворожила! — с энтузиазмом поддержал вопли детина и наконец сообразил, что от злобной ведьмы лучше отойти.
Коротышка со сломанным носом попытался последовать примеру лошади и сбежать по ее пути, но оттуда появился мужик, похлопывающий по ладони большим половником, и парень заметался, как моль, вспугнутая из шкафа.
Рябой странно хихикал и облизывал запачканную медом ладонь.
Толпа шепталась и строила предположения. Расходиться никто не собирался, видимо, рассчитывали на продолжение представления. Но Льена и Малака люди пропустили.
— Что случилось? — спросил Льен.
— На нас напали, — жизнерадостно похвасталась Джульетта, видимо вспомнившая сюжет очередного романа.
— Ах, напали, — повторил слова оборотнихи Малак и недобро прищурился.
Янир появился как раз вовремя для того, чтобы Джульетта смогла броситься ему на грудь и фальшиво возрыдать, утверждая, что смертельно испугалась. На нее удивленно смотрели все присутствующие, даже продолжавший хихикать рябой, но почему-то никто не стал вмешиваться и рассказывать, как трепетная дева пугала нападавших огнем. Льен негромко хмыкнул и оборвал очередной вопль детины, врезав ему по физиономии.
А вот Роан с Йядой, Хэнэ верхом на кайгаре и охранники с топорами появились практически одновременно. И Шелла поняла, что про сладости можно забыть. Охранники, может, всех бы и отпустили, ограничившись подзатыльниками и обещанием кое-что отрубить нетрезвой троице. Хэнэ вообще ограничился бы вопросами. А Роан будет воспитывать.
К сожалению, Шелла ошиблась. На место событий пришел еще и мужик, которому они отдали темного мага, и решил все взять в свои руки.
Комната, в которой велось разбирательство, была большой и светлой, но все равно не рассчитанной на ту толпу людей, которая в нее набилась. Детина, кривоносый и рябой боязливо стояли под стеной и тоскливо смотрели на родственников, которые были в первых рядах зрителей. Роан и Йяда сидели за столом с двух сторон от мрачного и, похоже, вообще безымянного мужика с судейскими полномочиями. Зачем они ему понадобились, маги и сами не знали, возможно, для большей представительности. Все, что хотел им сказать, мужик уже сказал наедине, попутно восхитившись красотой Йяды и уверив Роана, что запомнил его.
Маги-недоучки стояли около противоположной от троицы стены и тихо переговаривались. А Хэнэ, как ни в чем не бывало, сидел на кайгаре рядом с ними и раздавал всем улыбки.
У двери и окон, как положено, стояли воины с мечами, на случай, если кто-то захочет сбежать, в чем даже сами воины сильно сомневались.
— Для начала я выслушаю обе стороны, — мрачно сказал мужик. — Кто начнет?
Обе стороны переглянулись, а потом вперед смело шагнула Джульетта.
— Они на нас напали! — звонко сказала она и одарила нападавших полным негодования взглядом.
— Подробнее, — потребовал мужик.
— Я шляпку покупала, Ольда нож, Шелла и Тея просто стояли. И тут пришли эти и начали кричать на всю ярмарку, что Шелла сбежала от них в веселый дом!
Сообщив об этом, Джульетта покраснела и гордо вскинула голову.
Шелла вздохнула и тоже отошла от стены.
— Это мои бывшие одноклассники, — сказала тихо. — Они на меня напали в школе, я отбивалась, не сумела сдержать дар и поломала им руки-ноги. Даже думала, что кого-то убила, но обошлось. После этого я отправилась поступать в Школу Стихий.
— Спонтанное открытие дара? — уточнил мужик.
— Нет, просто мне не у кого было учиться, у нас магических школ нет. Пришлось учиться писать, читать…
— Понятно. Помню этот случай. Искатели талантливую девочку пороглядели, и ребенку пришлось самому добираться до школы. На ярмарке вы встретили бывших одноклассников и…
— И они повели себя точно так же, как и тогда, когда я их покалечила, — сказала Шелла. — И Джульетту хватать стали.
— Понятно, — сказал мужик. — Так, вы пока вернитесь на место, а вы расскажите свою версию.
И он выжидательно уставился на парней.
Те замялись, а потом вытолкали вперед детину.
— Она нас приворожила! — рявкнул он и попытался вернуться к стене.
— Подробнее, — потребовал мужик.
— Ну, как ведьмам полагается. Красоту навела, пришла и приворожила.
— Какие глупости, — печально сказала Йяда. — В этом можно обвинить любую мало-мальски симпатичную девушку. А привороты сложное дело и запрещенное.
— Так она умеет! — уверенно сказал детина.
Льен громко хмыкнул.
— Значит, вы обвиняете девушку в привороте? — мрачно уточнил мужик.
— Да, — упрямо сказал детина и торжественно улыбнулся, видимо вообразив, что в этот же миг превратился из нападавшего в пострадавшего.
— Отлично, — обрадовался мужик и нехорошо улыбнулся. — Обвинение тяжелое. Прежде, чем такое выдвигать, нужно провериться у мага. Надеюсь, вы это сделали.
— Да где мы вам здесь магов возьмем? — возмутился кто-то из толпы.
— Это да, — подтвердил Яс. — Где вы их возьмете, если они от вас в столицу сбегают?
— Любой свободный может проверить, — обрадовал детину мужик. — Да и снять приворот сможет. Знаете ли, приворот и без мага очень заметная штука. Привороженные вдали от того, кто их приворожил, долго не живут. Они практически перестают есть, начинают бредить, сходить с ума, а потом, чаще всего, вешаются, реже тихо увядают. Девушка, насколько мне известно, живет в столице не первый год. А вы что-то не похожи на повешенного или умершего от голода и тоски.
Льен опять хмыкнул.
— Ну, она по-особому приворожила, — неуверенно сказал детина, пышущий здоровьем и жизнелюбием.
— У него мозги из-за приворота усохли, — подсказал Яс. — По выражению лица видно.
Среди зрителей послышались смешки, а мужик хлопнул ладонью по столу и встал.
— Так, — сказал еще более мрачно, чем вначале разбирательства. — Мне надоела эта чушь. Значит, сделаем все проще. У моих коллег есть камень правды, они с его помощью темного мага допрашивали. Вот и о приворотах все желающие расскажут мне, положив на него ладонь, а также о нападении, разбежавшихся от оборотня лошадях и испорченном меде. И врать мне никто не станет. Тому, кто попробует, будет очень больно.
Льен хмыкнул еще раз, а зрители зашептались.
Камень отправленные за ним воины принесли быстро. Установили его на треноге перед столом, за которым сидел мужик вместе с Йядой и Роаном и позвали добровольца.
— Давайте я! — радостно предложил свою кандидатуру Яс. — Никогда такую штуку не видел и не трогал.
Мужик милостиво махнул рукой.
Яс облапал камень со всех сторон, даже приподнял его и посмотрел, как он выглядит снизу, и рассказывать стал только после напоминания о том, что его не для изучения любопытными студентусами принесли.
— Значит так, — сказал Яс положив ладонь на серый и неприметный с виду камень. — Иду я по ярмарке и слышу, Ольда на кого-то кричит. А она девка смелая, просто так кричать не станет. Вот я и подумал, что она отрезает уши карманнику, который пытался ее ограбить или чем-то не менее интересным занимается. А там воз стоял и медом пах просто зверски, и осы над ним летали. Я даже подумал, что Ольду оса укусила, вот она и разоряется. Поэтому вышел совершенно спокойно, а там три амбала девушек окружили. Ну я и подумал, что неплохо бы на них ос натравить. Взял ведро и нахлобучил на бошку ближайшему. Я за этот мед заплачу, честное слово. У меня деньги еще есть.
— Свободен, — сказал мужик. — Кто следующий?
К камню подошла Шелла. Спокойно сказала, что никого не привораживала, да и вообще с двенадцати лет убегала и пряталась от парней, которые считали, что ее, дикарку и сироту, можно безнаказанно обидеть.
— Понятно, — сказал мужик и перевел взгляд на троицу парней. — Теперь вы. Попробуете доказать, что верили в версию с приворотом или не рискнете?
Они не рискнули.
Мужик разродился длинной лекцией о том, что магов, да и девушек, обижать нельзя, и пообещал, что скоро в бывшую школу Шеллы приедет комиссия. Заодно выяснит, почему обучение детей степняков за столько лет так и не началось, и правда ли, что этих детей сами родители не хотят в ту школу отпускать.
Льен опять хмыкнул, за что был обозван нахалом.
После Льена нахалом был обозван Роан и отправлен в столицу вместе с табором. Причем немедленно. Мужик даже решил лошадей выделить, чтобы маги быстрее доехали к горам и меньше беспокоили местное население. На что жаждущее развлечений местное население протестующее загудело, но его желания учтены не были.
— А как вы их накажете? — спросила любопытная Джульетта.
— Занятие найду, — мрачно пообещал мужик. — Такое, чтобы после него сил ни на что другое не хватало. Да хотя бы канал от Бистрянки до Малого Озера рыть у меня будут. Проток новый сделают, а то старый совсем в болото превратился, озеро мелеет, рыба дохнет.
— Как интересно, — сказал Хэнэ. — Если втроем, то лет за пять управятся.
— Я еще привороженных найду, — мрачно пообещал мужик и хлопнул ладонью по столу. — Как же они мне надоели. У них темные маги под носом бегают, а они, в какое село не приеду, красивых баб ко мне таскают. И все, как одна, только приворотами и живут.
Глава 15
И. Питание
Эта гексаграмма похожа на широко открытый рот. Она символизирует период активной подготовки. В верхнем ряду линия сплошная (это период наивысшего проявления силы), далее следуют линии прерывистые (периоды слабости). Раскрытый рот означает, что требуется хорошая «подпитка» (и энергетическая, и физиологическая), чтобы набраться сил в это переходное время и быть готовым к действию, когда настанет нужный момент.
(Книга Перемен)
Янир то отставал от табора, то вырывался вперед. Джульетта даже заподозрила, что для того, чтобы не ехать рядом с ней, и страшно обиделась. Правильные мужчины так не поступают, это слишком невежливо. Вон папенька от тети Эбиль не сбегает. Он терпеливо ее слушает, дает советы и благодарит за те, которые дала она. Да он однажды даже вредную тетку через большую лужу переносил, потому что она была в легких туфельках, а он в офицерских сапогах. И это притом, что папенька счастливо женат на маменьке и не обязан быть вежливым со всякими приставучими тетками. Неженатые же мужчины должны быть гораздо терпеливее, иначе прослывут неприятными типами и хорошую жену уже не найдут.
Так говорили учительницы в школе для девиц. И не то чтобы Джульетта сильно верила в их правоту, но что-то в этом утверждении точно было. Что-то правильное и полезное.
— И сладости мы так и не попробовали, — сказала Джульетта и печально вздохнула.
Купить сладости им не разрешил тот мрачный мужик. Сказал, что ярмарка после этого вряд ли устоит. Еще и посмеялся обидно. Зато лошадей привели очень быстро, видимо, сильно хотели, чтобы студентусы немедленно отправились к горам. Вот и пришлось ехать, любуясь сомнительными красотами степи.
Джульетта опять вздохнула.
Если честно, красоты вовсе не были сомнительны. Девушка до сих пор даже не подозревала, что заросшие бурьянами земли могут выглядеть так по-разному. И целого поля алых маков ни разу не видела. И заросшего желтыми и фиолетовыми цветами — тоже. А еще из бурьянов выпархивали какие-то мелкие птички и, красиво чирикая, взлетали высоко-высоко, настолько высоко, что их даже видно не было. И бабочек было много. Не каких-то невзрачных капустниц. Бабочки были желтые и синие, с круглыми глазами на крыльх и полосатые, будто осы. Однажды Джульетта даже заметила крупную бабочку, зеленую, с красивым узором на вытянутых крыльях. А еще на луку седла нахально сел большой, переливающийся из синевы в зелень жук и ехал там довольно долго. Джульетта его даже погладила, потому что жук был красивый и не противный. Не то что мрачный мужик и Янир.
— Держи.
Задумавшаяся Джульетта моргнула и удивленно посмотрела на оказавшегося рядом Льена.
— Что?
— Не знаю, как оно называется. Такая штука из слоев теста, залитых медом и посыпанных земляным орехом. Ты же о них вздыхаешь.
— Ой, — сказала Джульетта.
— Я их на всех купил, — серьезно сказа Льен. — На привале раздам, думаю остальные потерпят. Мы скоро доедем до первого селения, в которое нам разрешено заходить.
— Благодарю, — пошептала Джульетта, чувствуя, что покраснела.
Теперь он будет думать, что она обжора. Или сладкоежка. Второе, конечно, лучше.
Сладость Джульетта взяла осторожно, боясь уронить и обидеть такого доброго Льена. Аккуратно развернула промасленную бумагу и первым делом понюхала золотисто-коричневый и липкий кусочек чего-то непонятного. Пах он медом, жареными орехами и какими-то специями. Не попробовать его было просто невозможно.
Льен улыбнулся, кивнул и направил лошадь поближе к хмурящему брови Малаку. А Джульетта осторожно откусила. Золотисто-коричневое нечто оказалось очень сладким, даже с горчинкой, как у хорошего меда. Орехи тоже напитались медом и стали мягкими. А коржи почему-то не размокли и даже немного хрустели. Очень странная сладость оказалась. Необычная и вкусная, хотя много ее не съешь.
— Наверное, поэтому их такими маленькими кусочками нарезают, — сказала сама себе Джульетта и украдкой облизала пальцы, представляя, как бы ругала за это тетя Эбиль.
Да, тетя Эбиль бы эту вкуснятину вытерла платочком, намочив его розовой водой. И это было бы очень скучно, хотя и правильно.
Жители селения почему-то приезду магов не обрадовались. Роан подозревал, что замороченный мрачный мужик с непонятными полномочиями решил за что-то мстить и послал сюда сокола с запиской. В которой написал, что связываться с юными магами не следует.
Несмотря на это, гнать их никто не стал, лошадей отвели в загон, пообещав завтра дать других, а трактир с гостевыми комнатами оказался довольно чистым и тихим местом. То ли был не сезон для посетителей, то ли гостевые комнаты ждали случайных гостей, а ходили в трактир местные жители.
Пока маги ужинали, в окна трактира заглядывали дети, а иногда и взрослые.
