(Книга перемен)
Путешествие проходило неплохо. Более-менее спокойно, а местами даже скучно, чему Роан откровенно радовался. Дважды добрая Йяда поливала поля страждущих без дождя селян, оправдывая это тем, что учит Шеллу работать с ее стихией. Один раз какие-то ненормальные разбойники попытались ограбить путешественников, остановившихся на лесной поляне. Это был самый неудачный день в жизни разбойников. Мало того, что сонная, визжащая и ничего не понимающая Джульетта с перепуга подпалила кому волосы, а кому и одежду. Мало того, что Шелла навсегда останется в памяти сумевших сбежать, как демон в женском обличье со змеями вместо волос. Мало того, что Ольда успела собрать лук и начать стрелять, а полуголые Льен и Янир вообще выскочили с мечами и под защитой криво поставленных амулетных щитов. Мало того, что Тея то ли от неожиданности, то ли по умыслу уронила на улепетывающих разбойников несколько деревьев, а остальные балбесы добавили сверху каждый чем горазд. Мало того, что один из оборотней превратился в здорового лобастого волка и кого-то там покусал. Так еще и Хэнэ вышел из своей одноместной палатки, светло улыбнулся и, решив, что это подходящий случай для испытания очередной маго-механической новинки, устроил всем, кто не успел сбежать, забег от миниатюрных шаровых молний.
Роан и Йяда только и смогли посмотреть на этот бедлам, грустно переглянуться и запретить преследование. Разрешишь им — и от леса вообще ничего не останется.
— Теперь я понимаю, почему маги предпочитают совершать подвиги группами, — поделился со всеми снизошедшим откровением Яс, на чем приключение с разбойниками благополучно закончилось.
И даже лесного пожара каким-то чудом не случилось.
В другой раз детки, пытавшиеся создать шаровые молнии без участия механической начинки перчатки Хэнэ, случайно сожгли стог сена. Хорошо, что прошлогоднего. За свежее безутешный хозяин, намативающий круги вокруг полыхающей собственности, наверняка запросил бы больше. А так, как раз хватило денег, полученных от стражи небольшого городка за истребление разбойников. Парни расстроились, они собирались потратить эти деньги как-то иначе. Все, кто не участвовал в сожжении сена, радовались своей предусмотрительности.
Неизвестно, что бы еще неунывающие студентусы сотворили, если бы группа не доехала до того самого храма.
С виду храм напоминал родного брата Школы Стихий. Такое же нагромождение пристроек вокруг чего-то изначального, что теперь рассмотреть практически невозможно. Самую высокую башню венчал шпиль с чем-то похожим на хрустальный шар на острие. Любительница умных книг Тэя сказала, что это такой накопитель энергии. А Хэнэ уточнил, что копят энергию солнца и что башню строили кикх-хэй. Сразу после войны с тьмапоклонниками, пришедшими откуда-то из-за степей и Великой Пустыни. И эта башня, на самом деле, не одинока. Собственно именно из-за таких башен степняки и пожелали присоединить свои земли к королевству. Потому что в этих башнях копится энергия, которой можно вовремя прижечь ростки тьмы, время от времени появлявшиеся то там, то здесь в степи. Откуда они берутся, ни маги, ни адепты богов понять не смогли. Похоже, их семена разносит сам ветер. Вот и встают мертвецы, а безобидные козы превращаются в чудовищ.
Изначальное королевство Валлис находится далеко, подобное там происходит только в давно известных местах, да и обученных магов хватает, чтобы бороться с этой напастью. А степь после победы над тьмапоклонниками спасалась только благодаря этим башням и шаманам, умевшим энергию взять и направить.
— Изначально, первую башню строили как увеличенную копию шаманского посоха с каким-нибудь бросовым самоцветом в навершии. А потом кикх-хэй стали делать шары из закаленного стекла. Каким-то особым способом, без применения магии. И так получилось лучше, чем с камнями, — сказала Тэя и гордо улыбнулась.
— Какая она умная, — тихонько сказала Джульетта.
Все остальные с интересом рассматривали башню с шаром. Пытались расспрашивать Хэнэ и спорили об истории.
Роан считал, что не помешало бы сейчас подопечных уложить спать, потому что лететь придется всю ночь. Но они вряд ли заснут, даже если будут стараться. Хоть бери и сонное зелье вари. Да и в храм девушки обязательно пойдут. Так что проще постучаться в этот храм, попросить отдыха в его стенах. А к кайгарам послать гонца с просьбой взять пассажиров именно здесь. Но гонец должен быть ответственный.
— О чем думаешь? — спросил Хэнэ, которому быстро надоело смотреть на храм.
— О кайгарах. Надо к ним гонца послать. Сам я не поеду, не могу я этот табор оставить. Йяде тем более ехать нельзя, слишком любят погонщики зло шутить над женщинами. А студентусов… боюсь, после этого нам вообще откажут.
— Я пойду, — сказал Хэнэ. — Интересно.
Роан только махнул рукой и стал объяснять, как разговаривать с погонщиками, сколько платить и куда лететь. При этом Роан совершенно забыл рассказать, где погонщики и кайгары находятся, поэтому не сразу понял, почему Хэнэ все еще на него сморит с ожиданием во взгляде.
Джульетта с интересом рассматривала небольшую комнатку, в которой оказалась вместе с Шеллой и Ольдой. Стены комнатки были оббиты тканью. Окно украшала занавеска с бабочками. А три кровати с кружевными покрывалами и дубовый шкаф напоминали о дорогой гостинице.
— Неплохо в этом храме живут, — озвучила мысли Джульетты Ольда.
— Сюда часто приходят узнать определенную судьбу, — объяснила Шелла. — Разные люди ходят. И жертвуют разное. Кто медную монетку. Кто целое состояние, наивно веря, что так их судьба будет выглядеть лучше.
— Ого, — сказала Ольда и плюхнулась на кровать. — Удивительные люди. Что толку знать определенную судьбу, если неопределенная все равно перекрутит жизнь, как захочет?
— Может, им просто интересно, — сказала Джульетта.
— Это тебе просто интересно, потому что ты глупышка, — сказала, как отрубила, Ольда. — А они хотят знать для чего-то. Чтобы что-то получить.
— Да, — подтвердила Шелла. — Всякие неуверенные в своем отцовстве обладатели титулов сюда ездят. Те, кто надеется узнать о богатых и влиятельных родственниках. Еще всякие…
Джульетта громко фыркнула. Если она глупышка, то те, кто ищет родственников, еще глупее. Зачем кому-то богатому и влиятельному еще один незнамо откуда взявшийся родственник?
— Значит, вы не хотите узнать про судьбу? — спросила у девчонок.
— Не хочу! — отрезала Ольда. — Это глупо.
— А я бы о маме спросила, — задумчиво произнесла Шелла. После чего была схвачена деятельной Джульеттой за руку и вытащена в коридор.
— Идем быстрее! — требовала она. — Иначе там очередь будет. Ждать придется. А еще… вдруг что-то интересное подслушаем? В романах всегда что-то интересное подслушивают.
— Сумасшедшая, — восхитилась Шелла, но почему-то пошла дальше, вместо того чтобы попытаться привести подругу в чувство.
А Джульетту это только подзадорило. Быть немного сумасшедшей ей, похоже, нравилось.
— Интересно, как там все устроено? — спрашивала она сама у себя по дороге, при этом ее почему-то не заинтересовало, где именно устроено. Джульетта просто шла, никого по пути не расспрашивая. Видимо, считала, что раз все дороги королевства ведут в столицу, то и все коридоры храма ведут в то место, где рассказывают о судьбе. — Может, там нужно руки положить на камень и все увидишь как в ярком и красочном сне? Или там слепая жрица сидит над котлом, в котором варятся специальные травы? Шелла, ты не знаешь?
— Не знаю.
— Жалко… Хотя так даже интереснее. Главное, чтобы Роан не отправился нас искать. Он может все испортить.
— Помешает тебе узнать о судьбе?
— Нет, помешает нам подслушать. А тайны только так и узнаются. Подслушиванием. А вдруг там сейчас Янир о судьбе спрашивает и мы что-то о нем узнаем?
— Не станет он спрашивать о судьбе, не захочет, — уверенно сказала Шелла.
И почти не ошиблась. Янир действительно не хотел расспрашивать. Но был вынужден. Потому что проиграл, и ржущий, как молодой конь, Яс загадал именно такое желание.
— Кажется, мы заблудились, — печально сказала Джульетта и посмотрела в окно, словно пейзаж за ним мог помочь ей сориентироваться в лабиринте коридоров храма Определенной Судьбы.
Шелла села на подоконник и тоже полюбовалась пейзажем. Красивым, надо сказать, пейзажем.
Сравнительно недалеко от храма начинались горы. Вот так вот сразу. Равнина, даже холмов нет, узкая речка виляет, как ползущая змея, опять равнина. А потом, словно драконьи клыки, вырастают горы. Зеленые, украшенные пеной из деревьев и черные, настолько крутые, что почве там негде задержаться, только изредка из щели над пропастью висит какой-то невезучий куст или скрученное деревце. Нет, этих одиноких кустов и деревьев Шелла не видела, просто знала, что так оно должно быть. Над горами, словно зацепившись за самые высокие пики, висели белые облака. И казалось, что там находится граница мира, что за этими горами уже начинается мир другой, возможно даже тот, откуда случайно перенеслись кикх-хэй.
— Что будем делать? — спросила Шелла.
— Может, спросим у кого-то? — предложила Джульетта.
Спрашивать, как назло, было не у кого. Обитатели храма словно вымерли. Ну, или попрятались от желающей их расспросить Джульетты.
— Давай за двери позаглядываем, может, кого-то найдем, — выдала следующее предложение Джульетта и радостно бросилась к первой попавшейся двери. Приоткрыв ее, там она и застыла.
— Что? — шепотом спросила Шелла, подойдя к ней.
— Слушай, — выдохнула Джульетта.
Девушки замерли и стали слушать. Голоса звучали откуда-то сверху, возможно, под потолком были какие-то хитро устроенные воздуховоды, и раньше в этой комнате сидел писарь и старательно записывал разговоры гостей храма. Сейчас никакого писаря не было. Комната вообще выглядела пустой и запущенной, хоть и была чистой. Даже занавесей на окне не было.
Джульетта, приложив палец к губам, прокралась в комнату. Наверное, вообразила, что судьба к ней благоволит и сейчас она услышит желанный разговор Янира с тем, кто рассказывает о судьбе. Шелла останавливать ее не стала, хотя голоса узнала — разговаривали трое оборотней, которые с ними ехали. А потом вообще прокралась следом. Любопытство одолело.
Под стенкой действительно оказалось слушать удобнее. И голоса звучали разборчивее.
— Это все бесполезно. Зря мы с ними едем. От белобрысого даже не пахнет оборотнем, — говорила девушка.
— От него и не должно, он не умеет обращаться, — спокойно говорил один из парней. — Но если это действительно он… Ты ведь понимаешь, чем больше необученному оборотню лет, тем больше он будет сходить с ума. Хочешь, чтобы в полнолуние он убил всю группу?
— Не убьет, — рассерженно возразила девушка. — Скорее этот рыжий преподаватель его убьет.
— Он слабак, — проворчал второй парень.
— Сам ты слабак! — еще сердитее возразила девушка. — На силу смотришь, болван? Зря! Его Леска взял из-за умения концентрироваться, понял? Это его умение, даже этого старого хрыча, до сих пор избегавшего аспирантов, убедило. Представляешь, что там за уровень? И знаешь, что такое воздушный кулак и от чего умение им пользоваться зависит? Не от силы, балбес, а как раз от концентрации.
— Да уймитесь вы! — потребовал первый парень. — Неужели не понимаете, что мы не можем позволить белобрысого убить, если это он?
— Ага, прекрасное решение, — сказала девушка. — Тогда нас либо спятивший неполный оборотень убьет, либо преподаватель. Ты какую смерть предпочитаешь?
— Никакую! И никто никого не убьет! У нас есть еще год или даже два на поиски. И ищем не только мы, если вы забыли.
— В этом и проблема, мы не знаем, кого ищем, — опять стал ворчать второй парень. — Это может быть и этот белобрысый. И кто-то из девчонок. И вообще кто угодно, у кого невозможно проследить родословную. Да и те, у кого ее якобы проследить возможно, тоже под подозрением. Он только один раз себя проявил, видимо, испугался и больше такого не сделает. Пока не спятит и не начнет всех рвать. Понимаете? В какое-то из полнолуний мы можем просто не успеть среагировать. Я все еще считаю, что мы должны были поставить в известность совет школы.
— Старшие считают иначе! — отрезала девушка. — Пошли, еще у местных оракулов спросим. Может, случится чудо, и они нам скажут, кого мы ищем.
— Не верю я в такие чудеса, — опять проворчал второй парень.
Из комнаты Джульетта и Шелла выходили на цыпочках, а потом долго шли по коридору, прежде чем, прислонившись к стене, переглянуться и заговорить.
— Вот и узнали интересное, — сказала Шелла, которой это интересное совсем не понравилось. — Помнишь, Ринка говорила, что какие-то преподаватели разговаривали о том, что у нас в школе есть оборотень, который не умеет оборачиваться? Похоже, им известно о поисках.
— Да, — выдохнула Джульетта. — Шелла, а ты не оборотень?
— Нет, — не шибко уверенно сказала степнячка, которая знала, что многие оборотни даже не подозревают о том, кто они, пока в какое-то из полнолуний не превращаются в зверя. — А ты?
— Я тоже не оборотень, — столь же неуверенно сказала Джульетта. — Знаешь, давай расскажем Роану. Он умный.
— Здравая мысль, — согласилась Шелла, которой очень хотелось переложить узнанную тайну на чужие плечи, желательно на сильные и способные ее выдержать.
Девушки дружно вздохнули и посмотрели в разные концы коридора. Ни с одной, ни с другой стороны разницы особой не было. И людей тоже не было. Так что вопрос о том, куда теперь идти, оставался открытым.
— Может «ау!» покричим? — предложила Джульетта и нервно хихикнула.
— Лучше «пожар!», тогда точно кто-то прибежит, — сказала Шелла и, подумав, добавила: — И побьет нас.
— Лучше «ау!», — решила Джульетта, которую ни разу в жизни никто не бил, и приобретать такой опыт ей не хотелось.
— Хорошего здоровья, — сказал Янир, войдя в небольшую светлую комнату, куда его направили после того, как он выявил желание поговорить о судьбе.
Причем, что странно, даже не уточнили о чьей судьбе. Как и Яс. Поэтому о своей судьбе Янир разговаривать не собирался. Ясу оно интересно, о нем и надо спрашивать.
Худенькая старушка кокетливо поправила седую прядь и скептически посмотрела на юного мага. В ее возрасте пожелания здоровья являются чуть ли не насмешкой.
— Так, так, — сказала старушка. — Пришел не по своей воле. Хитрец. Обмануть кого-то хочешь?
— Переиграть, — не согласился Янир.
— Ну-ну.
Старушка опять наградила посетителя скептическим взглядом.
Янир попытался ответить ей твердым, а потом почему-то улыбнулся.
— Игрок, — проворчала старушка. — Такие, как ты, всегда доигрываются. Если не остановишься, окажешься там, где тебе быть не хочется. Или сделаешь то, о чем потом будешь очень жалеть, если останется на это время и жизнь.
— Я не о себе пришел спрашивать, — сказал Янир, которому меньше всего хотелось выслушивать очередную лекцию о недостойном поведении.
Старушка вздохнула. Потом кивнула и сказала:
— Думай о нем. Можешь даже глаза закрыть. Так думается легче.
Янир послушно закрыл глаза и стал думать о Ясе. Долго думал, прежде чем опять услышал голос старушки.
— Интересные у тебя друзья, — удивленно сказала она. — Можешь открывать глаза. Сейчас расскажу. Ты садись, не стой.
Янир сел на предложенный табурет. Низкий и неудобный.
Путешествие проходило неплохо. Более-менее спокойно, а местами даже скучно, чему Роан откровенно радовался. Дважды добрая Йяда поливала поля страждущих без дождя селян, оправдывая это тем, что учит Шеллу работать с ее стихией. Один раз какие-то ненормальные разбойники попытались ограбить путешественников, остановившихся на лесной поляне. Это был самый неудачный день в жизни разбойников. Мало того, что сонная, визжащая и ничего не понимающая Джульетта с перепуга подпалила кому волосы, а кому и одежду. Мало того, что Шелла навсегда останется в памяти сумевших сбежать, как демон в женском обличье со змеями вместо волос. Мало того, что Ольда успела собрать лук и начать стрелять, а полуголые Льен и Янир вообще выскочили с мечами и под защитой криво поставленных амулетных щитов. Мало того, что Тея то ли от неожиданности, то ли по умыслу уронила на улепетывающих разбойников несколько деревьев, а остальные балбесы добавили сверху каждый чем горазд. Мало того, что один из оборотней превратился в здорового лобастого волка и кого-то там покусал. Так еще и Хэнэ вышел из своей одноместной палатки, светло улыбнулся и, решив, что это подходящий случай для испытания очередной маго-механической новинки, устроил всем, кто не успел сбежать, забег от миниатюрных шаровых молний.
Роан и Йяда только и смогли посмотреть на этот бедлам, грустно переглянуться и запретить преследование. Разрешишь им — и от леса вообще ничего не останется.
— Теперь я понимаю, почему маги предпочитают совершать подвиги группами, — поделился со всеми снизошедшим откровением Яс, на чем приключение с разбойниками благополучно закончилось.
И даже лесного пожара каким-то чудом не случилось.
В другой раз детки, пытавшиеся создать шаровые молнии без участия механической начинки перчатки Хэнэ, случайно сожгли стог сена. Хорошо, что прошлогоднего. За свежее безутешный хозяин, намативающий круги вокруг полыхающей собственности, наверняка запросил бы больше. А так, как раз хватило денег, полученных от стражи небольшого городка за истребление разбойников. Парни расстроились, они собирались потратить эти деньги как-то иначе. Все, кто не участвовал в сожжении сена, радовались своей предусмотрительности.
Неизвестно, что бы еще неунывающие студентусы сотворили, если бы группа не доехала до того самого храма.
С виду храм напоминал родного брата Школы Стихий. Такое же нагромождение пристроек вокруг чего-то изначального, что теперь рассмотреть практически невозможно. Самую высокую башню венчал шпиль с чем-то похожим на хрустальный шар на острие. Любительница умных книг Тэя сказала, что это такой накопитель энергии. А Хэнэ уточнил, что копят энергию солнца и что башню строили кикх-хэй. Сразу после войны с тьмапоклонниками, пришедшими откуда-то из-за степей и Великой Пустыни. И эта башня, на самом деле, не одинока. Собственно именно из-за таких башен степняки и пожелали присоединить свои земли к королевству. Потому что в этих башнях копится энергия, которой можно вовремя прижечь ростки тьмы, время от времени появлявшиеся то там, то здесь в степи. Откуда они берутся, ни маги, ни адепты богов понять не смогли. Похоже, их семена разносит сам ветер. Вот и встают мертвецы, а безобидные козы превращаются в чудовищ.
Изначальное королевство Валлис находится далеко, подобное там происходит только в давно известных местах, да и обученных магов хватает, чтобы бороться с этой напастью. А степь после победы над тьмапоклонниками спасалась только благодаря этим башням и шаманам, умевшим энергию взять и направить.
— Изначально, первую башню строили как увеличенную копию шаманского посоха с каким-нибудь бросовым самоцветом в навершии. А потом кикх-хэй стали делать шары из закаленного стекла. Каким-то особым способом, без применения магии. И так получилось лучше, чем с камнями, — сказала Тэя и гордо улыбнулась.
— Какая она умная, — тихонько сказала Джульетта.
Все остальные с интересом рассматривали башню с шаром. Пытались расспрашивать Хэнэ и спорили об истории.
Роан считал, что не помешало бы сейчас подопечных уложить спать, потому что лететь придется всю ночь. Но они вряд ли заснут, даже если будут стараться. Хоть бери и сонное зелье вари. Да и в храм девушки обязательно пойдут. Так что проще постучаться в этот храм, попросить отдыха в его стенах. А к кайгарам послать гонца с просьбой взять пассажиров именно здесь. Но гонец должен быть ответственный.
— О чем думаешь? — спросил Хэнэ, которому быстро надоело смотреть на храм.
— О кайгарах. Надо к ним гонца послать. Сам я не поеду, не могу я этот табор оставить. Йяде тем более ехать нельзя, слишком любят погонщики зло шутить над женщинами. А студентусов… боюсь, после этого нам вообще откажут.
— Я пойду, — сказал Хэнэ. — Интересно.
Роан только махнул рукой и стал объяснять, как разговаривать с погонщиками, сколько платить и куда лететь. При этом Роан совершенно забыл рассказать, где погонщики и кайгары находятся, поэтому не сразу понял, почему Хэнэ все еще на него сморит с ожиданием во взгляде.
Джульетта с интересом рассматривала небольшую комнатку, в которой оказалась вместе с Шеллой и Ольдой. Стены комнатки были оббиты тканью. Окно украшала занавеска с бабочками. А три кровати с кружевными покрывалами и дубовый шкаф напоминали о дорогой гостинице.
— Неплохо в этом храме живут, — озвучила мысли Джульетты Ольда.
— Сюда часто приходят узнать определенную судьбу, — объяснила Шелла. — Разные люди ходят. И жертвуют разное. Кто медную монетку. Кто целое состояние, наивно веря, что так их судьба будет выглядеть лучше.
— Ого, — сказала Ольда и плюхнулась на кровать. — Удивительные люди. Что толку знать определенную судьбу, если неопределенная все равно перекрутит жизнь, как захочет?
— Может, им просто интересно, — сказала Джульетта.
— Это тебе просто интересно, потому что ты глупышка, — сказала, как отрубила, Ольда. — А они хотят знать для чего-то. Чтобы что-то получить.
— Да, — подтвердила Шелла. — Всякие неуверенные в своем отцовстве обладатели титулов сюда ездят. Те, кто надеется узнать о богатых и влиятельных родственниках. Еще всякие…
Джульетта громко фыркнула. Если она глупышка, то те, кто ищет родственников, еще глупее. Зачем кому-то богатому и влиятельному еще один незнамо откуда взявшийся родственник?
— Значит, вы не хотите узнать про судьбу? — спросила у девчонок.
— Не хочу! — отрезала Ольда. — Это глупо.
— А я бы о маме спросила, — задумчиво произнесла Шелла. После чего была схвачена деятельной Джульеттой за руку и вытащена в коридор.
— Идем быстрее! — требовала она. — Иначе там очередь будет. Ждать придется. А еще… вдруг что-то интересное подслушаем? В романах всегда что-то интересное подслушивают.
— Сумасшедшая, — восхитилась Шелла, но почему-то пошла дальше, вместо того чтобы попытаться привести подругу в чувство.
А Джульетту это только подзадорило. Быть немного сумасшедшей ей, похоже, нравилось.
— Интересно, как там все устроено? — спрашивала она сама у себя по дороге, при этом ее почему-то не заинтересовало, где именно устроено. Джульетта просто шла, никого по пути не расспрашивая. Видимо, считала, что раз все дороги королевства ведут в столицу, то и все коридоры храма ведут в то место, где рассказывают о судьбе. — Может, там нужно руки положить на камень и все увидишь как в ярком и красочном сне? Или там слепая жрица сидит над котлом, в котором варятся специальные травы? Шелла, ты не знаешь?
— Не знаю.
— Жалко… Хотя так даже интереснее. Главное, чтобы Роан не отправился нас искать. Он может все испортить.
— Помешает тебе узнать о судьбе?
— Нет, помешает нам подслушать. А тайны только так и узнаются. Подслушиванием. А вдруг там сейчас Янир о судьбе спрашивает и мы что-то о нем узнаем?
— Не станет он спрашивать о судьбе, не захочет, — уверенно сказала Шелла.
И почти не ошиблась. Янир действительно не хотел расспрашивать. Но был вынужден. Потому что проиграл, и ржущий, как молодой конь, Яс загадал именно такое желание.
— Кажется, мы заблудились, — печально сказала Джульетта и посмотрела в окно, словно пейзаж за ним мог помочь ей сориентироваться в лабиринте коридоров храма Определенной Судьбы.
Шелла села на подоконник и тоже полюбовалась пейзажем. Красивым, надо сказать, пейзажем.
Сравнительно недалеко от храма начинались горы. Вот так вот сразу. Равнина, даже холмов нет, узкая речка виляет, как ползущая змея, опять равнина. А потом, словно драконьи клыки, вырастают горы. Зеленые, украшенные пеной из деревьев и черные, настолько крутые, что почве там негде задержаться, только изредка из щели над пропастью висит какой-то невезучий куст или скрученное деревце. Нет, этих одиноких кустов и деревьев Шелла не видела, просто знала, что так оно должно быть. Над горами, словно зацепившись за самые высокие пики, висели белые облака. И казалось, что там находится граница мира, что за этими горами уже начинается мир другой, возможно даже тот, откуда случайно перенеслись кикх-хэй.
— Что будем делать? — спросила Шелла.
— Может, спросим у кого-то? — предложила Джульетта.
Спрашивать, как назло, было не у кого. Обитатели храма словно вымерли. Ну, или попрятались от желающей их расспросить Джульетты.
— Давай за двери позаглядываем, может, кого-то найдем, — выдала следующее предложение Джульетта и радостно бросилась к первой попавшейся двери. Приоткрыв ее, там она и застыла.
— Что? — шепотом спросила Шелла, подойдя к ней.
— Слушай, — выдохнула Джульетта.
Девушки замерли и стали слушать. Голоса звучали откуда-то сверху, возможно, под потолком были какие-то хитро устроенные воздуховоды, и раньше в этой комнате сидел писарь и старательно записывал разговоры гостей храма. Сейчас никакого писаря не было. Комната вообще выглядела пустой и запущенной, хоть и была чистой. Даже занавесей на окне не было.
Джульетта, приложив палец к губам, прокралась в комнату. Наверное, вообразила, что судьба к ней благоволит и сейчас она услышит желанный разговор Янира с тем, кто рассказывает о судьбе. Шелла останавливать ее не стала, хотя голоса узнала — разговаривали трое оборотней, которые с ними ехали. А потом вообще прокралась следом. Любопытство одолело.
Под стенкой действительно оказалось слушать удобнее. И голоса звучали разборчивее.
— Это все бесполезно. Зря мы с ними едем. От белобрысого даже не пахнет оборотнем, — говорила девушка.
— От него и не должно, он не умеет обращаться, — спокойно говорил один из парней. — Но если это действительно он… Ты ведь понимаешь, чем больше необученному оборотню лет, тем больше он будет сходить с ума. Хочешь, чтобы в полнолуние он убил всю группу?
— Не убьет, — рассерженно возразила девушка. — Скорее этот рыжий преподаватель его убьет.
— Он слабак, — проворчал второй парень.
— Сам ты слабак! — еще сердитее возразила девушка. — На силу смотришь, болван? Зря! Его Леска взял из-за умения концентрироваться, понял? Это его умение, даже этого старого хрыча, до сих пор избегавшего аспирантов, убедило. Представляешь, что там за уровень? И знаешь, что такое воздушный кулак и от чего умение им пользоваться зависит? Не от силы, балбес, а как раз от концентрации.
— Да уймитесь вы! — потребовал первый парень. — Неужели не понимаете, что мы не можем позволить белобрысого убить, если это он?
— Ага, прекрасное решение, — сказала девушка. — Тогда нас либо спятивший неполный оборотень убьет, либо преподаватель. Ты какую смерть предпочитаешь?
— Никакую! И никто никого не убьет! У нас есть еще год или даже два на поиски. И ищем не только мы, если вы забыли.
— В этом и проблема, мы не знаем, кого ищем, — опять стал ворчать второй парень. — Это может быть и этот белобрысый. И кто-то из девчонок. И вообще кто угодно, у кого невозможно проследить родословную. Да и те, у кого ее якобы проследить возможно, тоже под подозрением. Он только один раз себя проявил, видимо, испугался и больше такого не сделает. Пока не спятит и не начнет всех рвать. Понимаете? В какое-то из полнолуний мы можем просто не успеть среагировать. Я все еще считаю, что мы должны были поставить в известность совет школы.
— Старшие считают иначе! — отрезала девушка. — Пошли, еще у местных оракулов спросим. Может, случится чудо, и они нам скажут, кого мы ищем.
— Не верю я в такие чудеса, — опять проворчал второй парень.
Из комнаты Джульетта и Шелла выходили на цыпочках, а потом долго шли по коридору, прежде чем, прислонившись к стене, переглянуться и заговорить.
— Вот и узнали интересное, — сказала Шелла, которой это интересное совсем не понравилось. — Помнишь, Ринка говорила, что какие-то преподаватели разговаривали о том, что у нас в школе есть оборотень, который не умеет оборачиваться? Похоже, им известно о поисках.
— Да, — выдохнула Джульетта. — Шелла, а ты не оборотень?
— Нет, — не шибко уверенно сказала степнячка, которая знала, что многие оборотни даже не подозревают о том, кто они, пока в какое-то из полнолуний не превращаются в зверя. — А ты?
— Я тоже не оборотень, — столь же неуверенно сказала Джульетта. — Знаешь, давай расскажем Роану. Он умный.
— Здравая мысль, — согласилась Шелла, которой очень хотелось переложить узнанную тайну на чужие плечи, желательно на сильные и способные ее выдержать.
Девушки дружно вздохнули и посмотрели в разные концы коридора. Ни с одной, ни с другой стороны разницы особой не было. И людей тоже не было. Так что вопрос о том, куда теперь идти, оставался открытым.
— Может «ау!» покричим? — предложила Джульетта и нервно хихикнула.
— Лучше «пожар!», тогда точно кто-то прибежит, — сказала Шелла и, подумав, добавила: — И побьет нас.
— Лучше «ау!», — решила Джульетта, которую ни разу в жизни никто не бил, и приобретать такой опыт ей не хотелось.
— Хорошего здоровья, — сказал Янир, войдя в небольшую светлую комнату, куда его направили после того, как он выявил желание поговорить о судьбе.
Причем, что странно, даже не уточнили о чьей судьбе. Как и Яс. Поэтому о своей судьбе Янир разговаривать не собирался. Ясу оно интересно, о нем и надо спрашивать.
Худенькая старушка кокетливо поправила седую прядь и скептически посмотрела на юного мага. В ее возрасте пожелания здоровья являются чуть ли не насмешкой.
— Так, так, — сказала старушка. — Пришел не по своей воле. Хитрец. Обмануть кого-то хочешь?
— Переиграть, — не согласился Янир.
— Ну-ну.
Старушка опять наградила посетителя скептическим взглядом.
Янир попытался ответить ей твердым, а потом почему-то улыбнулся.
— Игрок, — проворчала старушка. — Такие, как ты, всегда доигрываются. Если не остановишься, окажешься там, где тебе быть не хочется. Или сделаешь то, о чем потом будешь очень жалеть, если останется на это время и жизнь.
— Я не о себе пришел спрашивать, — сказал Янир, которому меньше всего хотелось выслушивать очередную лекцию о недостойном поведении.
Старушка вздохнула. Потом кивнула и сказала:
— Думай о нем. Можешь даже глаза закрыть. Так думается легче.
Янир послушно закрыл глаза и стал думать о Ясе. Долго думал, прежде чем опять услышал голос старушки.
— Интересные у тебя друзья, — удивленно сказала она. — Можешь открывать глаза. Сейчас расскажу. Ты садись, не стой.
Янир сел на предложенный табурет. Низкий и неудобный.
