- Кого еще ждем? – к нам подошел Сергей. – Мам, - даже не глянул в мою сторону. - Дядь Леш, - протянул руку для пожатия отчиму. – Захарка, - махнул рукой брату, повернулся к теще. - Вера Петровна, как Алина?
- Зашел бы сам узнал, - сварливо отозвалась сватья, окинув оценивающим взглядом незнакомца, что пришел с ним.
Сережа скорчил гримасу, поджал губы, сдерживаясь, чтобы не ответить на ее выпад. Он отвернулся к отчиму, забыв представить своего знакомого. Мужчины поздоровались и завели разговор, в котором часто замелькало название авто Сергея.
- Теть Люд, здрасьте, – шатен начал знакомство первым. Я разглядывала смутно знакомого парня, приветливо улыбающегося мне. – Не помните меня? Я Никита. Вы мне еще пуговицу пришивали на рубашку и заставили нитку в зубах зажать. А я ее проглотил.
Я припомнила главного заводилу в компании десятилетних бесенят, подбивавшего Сережку на не всегда безобидные выходки.
- Никита, тети Шуры Шевченко внук! – изумилась я. – Как же ты изменился! Я бы не узнала, если бы встретила где-то.
- Богатым буду, - еще раз улыбнулся парень.
Я засмотрелась на открытое доброжелательное лицо. Уже и не припомню открытых улыбок. Рядом вечно недовольные люди. Разговор с Никитой позволял не отвлекаться на сватью и Сергея.
- Да ты вроде уже… - не договорила я, окинув его взглядом. – Выглядишь преуспевающе, - сделала заслуженный комплимент.
- Спасибо. Вы это маме скажите, а то она… - он не договорил и махнул рукой. – Вас с внучкой поздравить можно. Поздравляю! Вы на бабушку не тяните.
- Можно. Спасибо, - улыбнулась я.- А ты маму и бабулю когда порадуешь?
- Уже. Сын у меня, - не без гордости произнес Никита.- Четыре двести родился, - произнес он так, будто это его заслуга.
- Богатырь! – восхитилась я. – Тьфу, тьфу, чтоб не сглазить. Пусть растет здоровеньким.
Сергей даже головы в нашу сторону не повернул. Сердце сжалось от обиды за внучку, которая не интересна отцу.
- Мы вчера с Серегой встретились. У него с машиной беда. Я вот… по старой памяти выручил, - рассказывал Никита.
На крыльце больницы появилась медсестра с бежевым в кружевах конвертом. Я нервно сглотнула, уже не слушая, что рассказывает Никита. Женщина растерянно оглядела толпу через очки, выискивая родителей.
- Алина Карпова, - крикнула она, обращаясь сразу ко всем.
Несколько голов повернулось на голос. Я не сразу сообразила, что она назвала девичью фамилию невестки. Первым сообразил Никита. Он повернулся к Сергею и окликнул:
- Серег, это твоя принцесса?
- Что? – сын прошелся глазами по… стоящим рядом с нами девушкам с шариками и только потом уставился на медсестру. Секунда на понимание. И лицо еще пару мгновений тому расслабленное напряглось. Он сорвался с места, нехотя двигаясь к крыльцу.
Я смотрела ему в спину, отмечая, как он осторожно взял конверт, сказал какие-то слова женщине и передал пакет с шампанским и конфетами. На дочку даже не взглянул, торопливо спустился по ступенькам, подошел к нам и сразу передал девочку на руки сватье. Вера тут же начала ворковать, глядя на спящую девочку.
- Мне нужно уехать. Дела… срочные, - коротко отрезал Сергей, глядя на Никиту. – Если что надо – звоните. Никит…
Он развернулся и пошел в конец стоянки, не дожидаясь друга.
- До свидания теть Люд, - пробормотал Никита, растерянно глядя вслед Сергею. – Дела, извините.
- До скорого, - машинально произнесла я, глядя уходящему сыну вслед и не понимая, что происходит.
Звонок телефона отвлек от мыслей. Я глянула на экран, машинально отметив городской номер.
- Слушаю…
- Люд, ты? – всхлипнула в трубку женщина голосом соседки Сони. – Наши-то дураки малолетние слышь что учудили… Я в отделении… Подъезжай…
Людмила
- Учудили…- повторила за ней. – Что учудили? Когда?
- Взяли чужой металлоискатель и ходили с ним по пляжам.
- Зачем? – не могла себе представить, зачем сыну металлоискатель.
- Золото искали. Бывает, море выносит, что отдыхающие летом потеряли. Денег хотели заработать.
Из всего ею сказанного, я вычленила «чужой металлоискатель».
- Где они взяли металлоискатель?
- Хороший вопрос, - устало произнесла Соня. – В школе обменялись с одноклассником.
- Захар, - оглянулась в поисках своего непутевого сыночка, влезшего в новую проблему.
Поймала его испуганный взгляд и поманила к себе. Захар мотнул головой и рванул к машине, ища защиты у отца. Отойдя в сторону, Алексей говорил по телефону и хмурился все больше.
Радости от хорошей новости о невестке не осталось и следа. Только одна проблема отпускала, наваливалась новая. Едва Алине стало легче, учудил младший Захар. Жизнь точно вознамерилась испытать меня на прочность – сколько ударов я еще выдержу.
- Куда это зятек побежал? – Вера отвлеклась от внучки. – За машиной? Едва появился ребенок, разбежались все мужики, точно тараканы, - с упреком проговорила она. С неприязнью зыркнула на меня, точно я в этом была виновата. - Чего ты застыла как неживая? Поехали уже. Внучечка скоро проснется и есть захочет.
- Да, скоро поедем. По дороге заедем и заберем детские вещи из квартиры. Бутылочки, кровать и коляску. Смесь, подгузники - все купили уже… - пообещала я сватье и снова посмотрела на сына, что-то объясняющего отцу. – Все дома есть. Не переживай, Вера, всего хватит.
- Так пошли. Чего торчать тут? Мне еще к дочке в больницу. Я ушла только внучку забрать. Хочу сразу предупредить… - она протянула мне шелковый конверт. Забрав девочку, непонимающе глянула на женщину. – Я целый день у дочки. Мне ночью отоспаться нужно. На меня, как на няньку, не рассчитывай. У внучки отец есть. Пусть нянькается. – Ее глаза нехорошо сверкнули, выискивая в толпе зятя. – Зятек-то куда сбежал?
- Я и не рассчитывала, - успокоила ее. – Детские вещи помоги перевести к нам. У Сергея дела. Он… вечером будет. Идем, чего стоять в самом деле.
Снова засобирался дождь, я прикрыла малышку от холодных капель. Сватья Вера вышагивала рядом. Успокоившись, что с внучкой ей не возиться, она включила сорочье раздражающее любопытство.
- А чего звонили? Случилось что? Ты прямо с лица вся спала.
– Захарка учудил что-то, - отмахнулась я. – Леша разберется. А я с Ладой посижу. Ничего серьезного.
- Не умеешь ты с мужиками, Люся. Портишь их своим отношением. – Хотелось спросить каким это таким отношением, но я сдержалась. Еще нам со сватьей мужиков делить. Я и в молодости не бегала за парнями. И когда девица увела парня, отношений не выясняла. Он не баран, чтобы его на веревке уволокли, сам захотел. Значит, свое нашел. И жалеть не о чем. Видела я его спустя двенадцать лет и рада, что этот «принц» проскакал мимо. Даже благодарна той девчонке, что избавила от ненужного балласта. Новые нашлись на выбор – моргнуть не успела. Хороший человек востребован в любом возрасте – это я точно знаю. Благодаря интернету разыскала многих знакомых и друзей, с кем развела жизнь. Нашла и бывших поклонников. Глядя на то, какими они стали, только рада, что мы не вместе. Отвлеклась от мыслей о прошлом, когда сватья продолжила: - Сережка у тебя вроде семейный, а сам себе. Живет одним днем. И не старается жить лучше. Младший сын тоже растет бестолковым. Вон уже проблемы начались. И Лешка…
Сватью несло. Что именно мой Лешка она не успела рассказать, как я закрыла ей рот, вдосталь наслушавшись ее хамоватых откровений.
- Сватья, заимей своего мужа и сыновей и воспитывай. А мне не указывай. И хватит на сегодня твоих откровений.
Она хмыкнула, но замолчала, семеня рядом на высоких каблучищах. Влажный ветер раскрутил тщательно уложенные локоны, повисшие неровными прядями. Не шли ей локоны, и пепельный блонд делал кожу сероватой, подчеркивая синеву под глазами. Макияж в стиле девяностых, именно в те года хорошо смотрелся на молодой коже. Сейчас такой даже вечером лучше не красить. Глянула на нее с насмешкой, но промолчала.
Хаять чужое воспитание горазда, а как воспитывать-нянчить - не могу, забирай внучку себе. И не переживает лицемерка, что не так воспитаю ее кровиночку. Вот такие они языкатые, а как до дела, так детей или нет, или бабки нянчат.
Двигатель автомобиля тихо урчал, в стороне Алексей и Захар негромко говорили о чем-то. Я решила, что скажу о звонке соседки по дороге. Я с ребенком села сзади, рядом плюхнулся обиженный Захар. Довольная сватья села впереди.
Я подняла край конверта, освобождая лицо внучки. Бросила взгляд на притихшего Захара. Надо бы поговорить с ним, расспросить, как он додумался и когда успел набедокурить с этим металлоискателем. Я же контролировала все его передвижения после школы. С сомнением глянула на Веру. Начинать разговор при ней не хотелось.
Или близость мужиков на сватью странно действовала, или она не могла долго держать язык за зубами, но ее откровения снова полились в мою сторону. Повернувшись, она разглядывала спящую девочку.
- Хорошенькая какая. Губки бантиком наши. И глазки голубые. Волосики светлые. На Алинку похожа. В нашу породу. – Она зыркнула на молчащего Алексея, проверяя его реакцию на свои слова. – Хорошо ты своим курносым носом и болотными глазами не испортила внучкину внешность.
В изумлении подняла на нее взгляд. Язык без костей молол всякие глупости. Сегодня она себя превзошла. Или уже умом тронулась. Поговаривали, что вирус у некоторых дал осложнение на мозг. Последствия сравнивали с состоянием после инсульта. Похоже, что сватья как раз из таких несчастных.
В салоне воздух быстро нагрелся от работающей печки. Мои ноздри уловили запах алкоголя. Я глянула в зеркало заднего вида на Алексея. Он, точно почувствовал мой взгляд, зыркнул в зеркало и отвернулся, уставившись на дорогу.
Ясный голубой взгляд. Сам сосредоточен. Лицо напряженное и сердитое. Не похоже, чтобы он пил.
- Вер, ты пьяная что ли? – сообразила я, наконец. – Ты серьезно с утра что ли готовая?
- А что я права не имею?! – тут же накинулась на меня сватья. - У меня праздник. Двойной, между прочим. Внучку выписали и доченька моя очнулась. Не тебе меня стыдить.
- Отвернись в сторону. Не дыши на ребенка, - только ответила я, отвернувшись.
- Злая ты, Люська. А злость портит кожу. Я вот с внученькой на руках смотрюсь как девочка. Будто сама родила, а не Алинка, - не унималась Вера. - Вот выложила фото, и мне уже комментарий написали. Скажи, Леш, выгляжу я на двадцать?
Я ждала, что скажет муж. Он глянул на улыбающуюся Веру, выглядящую сейчас точно не моложе своего возраста, потом в зеркало на меня и пожал плечами. Отвернулся и снова уставился на дорогу.
- Молчание - знак согласия, - довольно улыбаясь, проговорила сватья, поправляя растрепанные пряди волос. – Бабий век - сорок лет. А молодые девки сейчас ушлые. Им чужой брак не преграда. Мужик у тебя видный. Смотри, уведут.
Я сожалением глянула на нелепо бравирующую передо мной женщину. Вера, не знавшая женского и семейного счастья, из-за комплекса неполноценности и вредности характера, пыталась поделиться со мной своими же страхами.
Я глянула в окно, пытаясь сориентироваться, где мы едем и скоро ли будем дома. Очень хотелось избавиться скорее от сватьи с ее разговорами.
Что можно сказать человеку, страдающему от кучи комплексов, боящемуся старости, отверженности и одиночества. Вера была как та осенняя муха, чувствующая свою никчемность, близкую смерть и кусающая от безысходности тех, кого достанет. Выглядела она жалко и внешне, и вообще. И не только сейчас.
Я растянула губы в равнодушной улыбке и склонилась над внучкой, поправляя кружева отделки.
Боялась ли я измены Алексея - нет. Того убийственного чувства, как при уходе бывшего мужа не было. Тогда я осталась одна с маленьким сыном на руках. Без поддержки родных и близких. Сейчас мне казалось, будь тогда рядом со мной семья, любящие и заботливые родные, я бы не сразу заметила, что он ушел. Пустой человек. Как и Вера еще одна никчемная фигура. За все эти годы я так и не почувствовала, что потеряла что-то ценное, без чего не обойдусь, что не заменить никем. Жаль было потраченного на него времени и сил.
- Вер, ты когда пьяная совсем дура, - вдруг подал голос Алексей. – За языком последи. Не на базаре.
- Защищаешь ее! – вскинула выщипанные брови сватья. – Надо же. А говорил…
- Я тебе ничего не говорил, - прервал хабалистую сватью Алексей. – Не придумывай. Не забывайся! И уважительнее к моей жене.
- Или что? – Вера нехорошо сощурилась. – Отшлепаешь меня? Накажешь? Как ты любишь…
Последнее она добавила совсем тихо, но я поняла по губам. Ее быстрый вороватый взгляд в мою сторону заставил замереть, ожидая его ответа.
- Я тебе сказал еще тогда, а ты не поняла, - ровно и спокойно произнес Алексей. Только побелевшие костяшки пальцев, сжимающих руль, выдали, как он зол. - Я потаскух знаю хорошо. У меня первая жена была такая. Глупый был и совсем молодой, когда женился. Мне шалавистые не нравятся. Не старайся.
- Да сдался ты мне! – обиженно прошипела Вера, обернулась, поймав мой взгляд, презрительно скривилась: - Занятный разговор получился, да? Дошло? Хоть теперь перестанешь из себя корчить королеву, победительницу по жизни. Вот так-то…
Закусив губу, только поняла, что не дышу. Выдохнула и сглотнула вмиг пересохшим горлом. Опустила глаза, обдумывая услышанное.
Значит, сватья Вера сама подкатывала к Лешке, а он, похоже, ее отшил. Она ему не простила удара по самолюбию. Потому грызет и меня, и Сережку, и Лешку покусывает. Но, кажется, надежды не теряет затащить его в койку… когда-нибудь.
Слов приличных не находилось. Хотелось вытолкать Веру из машины и из нашей жизни… ногами под ее тощий зад.
Раздумывая, не заметила, как машина свернула к обочине и остановилась. Удивленно посмотрела по сторонам, подозревая поломку. Вера тяжелым взглядом уставилась на Алексея.
- Выходи, - приказал муж. – Дальше доберешься сама. Тут автобус ходит. А за детскими вещами я пришлю людей.
Вскинулась на вновь удивившего меня Алексея. Мы с ним встретились глазами в зеркале, и я улыбнулась мужу, благодаря за поддержку и защиту. Вера достала конкретно, отравив своим ядом эти последние и без того нелегкие дни, едва не рассорив нас. Пора было поставить ее на место. У меня не получилось. А вот муж справился.
- Х*р с вами, чистоплюи! – Вера смерила мужа и меня полным ненависти взглядом. – Пошли вы… Знать вас не хочу!
Она неловко выбралась и, пошатываясь на каблуках, потопала к маячившей неподалеку автобусной остановке. Отвернулась, про себя пожелав провалиться сватье под землю и благодаря Сережу за такой подарочек.
С ее уходом в салоне точно светлее стало. Леша перегнулся, закрыл распахнутую дверь, и машина двинулась в сторону дома. Чуть царапнуло беспокойство о подвыпившей женщине, которую мы бросили одну, но быстро прошло.
- Не хочешь ничего спросить? – начал разговор муж.
- Давно она и ты?
- Нет никаких «она и я». А лезет с Сержкиной свадьбы. Я ее тогда послал, вот она и… - он раздраженно цыкнул языком, - не успокоится никак. Жалкая… дура, не понимает, что противно, когда баба цепляется за ширинки как репей.
Понимаю, как тебя и других мужиков пугает такая маньячная зацикленность женщины на мужчине, на ерундовой обидке отвергнутой. На мужика ей плевать, она бы так любого другого доставала.
- Зашел бы сам узнал, - сварливо отозвалась сватья, окинув оценивающим взглядом незнакомца, что пришел с ним.
Сережа скорчил гримасу, поджал губы, сдерживаясь, чтобы не ответить на ее выпад. Он отвернулся к отчиму, забыв представить своего знакомого. Мужчины поздоровались и завели разговор, в котором часто замелькало название авто Сергея.
- Теть Люд, здрасьте, – шатен начал знакомство первым. Я разглядывала смутно знакомого парня, приветливо улыбающегося мне. – Не помните меня? Я Никита. Вы мне еще пуговицу пришивали на рубашку и заставили нитку в зубах зажать. А я ее проглотил.
Я припомнила главного заводилу в компании десятилетних бесенят, подбивавшего Сережку на не всегда безобидные выходки.
- Никита, тети Шуры Шевченко внук! – изумилась я. – Как же ты изменился! Я бы не узнала, если бы встретила где-то.
- Богатым буду, - еще раз улыбнулся парень.
Я засмотрелась на открытое доброжелательное лицо. Уже и не припомню открытых улыбок. Рядом вечно недовольные люди. Разговор с Никитой позволял не отвлекаться на сватью и Сергея.
- Да ты вроде уже… - не договорила я, окинув его взглядом. – Выглядишь преуспевающе, - сделала заслуженный комплимент.
- Спасибо. Вы это маме скажите, а то она… - он не договорил и махнул рукой. – Вас с внучкой поздравить можно. Поздравляю! Вы на бабушку не тяните.
- Можно. Спасибо, - улыбнулась я.- А ты маму и бабулю когда порадуешь?
- Уже. Сын у меня, - не без гордости произнес Никита.- Четыре двести родился, - произнес он так, будто это его заслуга.
- Богатырь! – восхитилась я. – Тьфу, тьфу, чтоб не сглазить. Пусть растет здоровеньким.
Сергей даже головы в нашу сторону не повернул. Сердце сжалось от обиды за внучку, которая не интересна отцу.
- Мы вчера с Серегой встретились. У него с машиной беда. Я вот… по старой памяти выручил, - рассказывал Никита.
На крыльце больницы появилась медсестра с бежевым в кружевах конвертом. Я нервно сглотнула, уже не слушая, что рассказывает Никита. Женщина растерянно оглядела толпу через очки, выискивая родителей.
- Алина Карпова, - крикнула она, обращаясь сразу ко всем.
Несколько голов повернулось на голос. Я не сразу сообразила, что она назвала девичью фамилию невестки. Первым сообразил Никита. Он повернулся к Сергею и окликнул:
- Серег, это твоя принцесса?
- Что? – сын прошелся глазами по… стоящим рядом с нами девушкам с шариками и только потом уставился на медсестру. Секунда на понимание. И лицо еще пару мгновений тому расслабленное напряглось. Он сорвался с места, нехотя двигаясь к крыльцу.
Я смотрела ему в спину, отмечая, как он осторожно взял конверт, сказал какие-то слова женщине и передал пакет с шампанским и конфетами. На дочку даже не взглянул, торопливо спустился по ступенькам, подошел к нам и сразу передал девочку на руки сватье. Вера тут же начала ворковать, глядя на спящую девочку.
- Мне нужно уехать. Дела… срочные, - коротко отрезал Сергей, глядя на Никиту. – Если что надо – звоните. Никит…
Он развернулся и пошел в конец стоянки, не дожидаясь друга.
- До свидания теть Люд, - пробормотал Никита, растерянно глядя вслед Сергею. – Дела, извините.
- До скорого, - машинально произнесла я, глядя уходящему сыну вслед и не понимая, что происходит.
Звонок телефона отвлек от мыслей. Я глянула на экран, машинально отметив городской номер.
- Слушаю…
- Люд, ты? – всхлипнула в трубку женщина голосом соседки Сони. – Наши-то дураки малолетние слышь что учудили… Я в отделении… Подъезжай…
Глава 11.1.
Людмила
- Учудили…- повторила за ней. – Что учудили? Когда?
- Взяли чужой металлоискатель и ходили с ним по пляжам.
- Зачем? – не могла себе представить, зачем сыну металлоискатель.
- Золото искали. Бывает, море выносит, что отдыхающие летом потеряли. Денег хотели заработать.
Из всего ею сказанного, я вычленила «чужой металлоискатель».
- Где они взяли металлоискатель?
- Хороший вопрос, - устало произнесла Соня. – В школе обменялись с одноклассником.
- Захар, - оглянулась в поисках своего непутевого сыночка, влезшего в новую проблему.
Поймала его испуганный взгляд и поманила к себе. Захар мотнул головой и рванул к машине, ища защиты у отца. Отойдя в сторону, Алексей говорил по телефону и хмурился все больше.
Радости от хорошей новости о невестке не осталось и следа. Только одна проблема отпускала, наваливалась новая. Едва Алине стало легче, учудил младший Захар. Жизнь точно вознамерилась испытать меня на прочность – сколько ударов я еще выдержу.
- Куда это зятек побежал? – Вера отвлеклась от внучки. – За машиной? Едва появился ребенок, разбежались все мужики, точно тараканы, - с упреком проговорила она. С неприязнью зыркнула на меня, точно я в этом была виновата. - Чего ты застыла как неживая? Поехали уже. Внучечка скоро проснется и есть захочет.
- Да, скоро поедем. По дороге заедем и заберем детские вещи из квартиры. Бутылочки, кровать и коляску. Смесь, подгузники - все купили уже… - пообещала я сватье и снова посмотрела на сына, что-то объясняющего отцу. – Все дома есть. Не переживай, Вера, всего хватит.
- Так пошли. Чего торчать тут? Мне еще к дочке в больницу. Я ушла только внучку забрать. Хочу сразу предупредить… - она протянула мне шелковый конверт. Забрав девочку, непонимающе глянула на женщину. – Я целый день у дочки. Мне ночью отоспаться нужно. На меня, как на няньку, не рассчитывай. У внучки отец есть. Пусть нянькается. – Ее глаза нехорошо сверкнули, выискивая в толпе зятя. – Зятек-то куда сбежал?
- Я и не рассчитывала, - успокоила ее. – Детские вещи помоги перевести к нам. У Сергея дела. Он… вечером будет. Идем, чего стоять в самом деле.
Снова засобирался дождь, я прикрыла малышку от холодных капель. Сватья Вера вышагивала рядом. Успокоившись, что с внучкой ей не возиться, она включила сорочье раздражающее любопытство.
- А чего звонили? Случилось что? Ты прямо с лица вся спала.
– Захарка учудил что-то, - отмахнулась я. – Леша разберется. А я с Ладой посижу. Ничего серьезного.
- Не умеешь ты с мужиками, Люся. Портишь их своим отношением. – Хотелось спросить каким это таким отношением, но я сдержалась. Еще нам со сватьей мужиков делить. Я и в молодости не бегала за парнями. И когда девица увела парня, отношений не выясняла. Он не баран, чтобы его на веревке уволокли, сам захотел. Значит, свое нашел. И жалеть не о чем. Видела я его спустя двенадцать лет и рада, что этот «принц» проскакал мимо. Даже благодарна той девчонке, что избавила от ненужного балласта. Новые нашлись на выбор – моргнуть не успела. Хороший человек востребован в любом возрасте – это я точно знаю. Благодаря интернету разыскала многих знакомых и друзей, с кем развела жизнь. Нашла и бывших поклонников. Глядя на то, какими они стали, только рада, что мы не вместе. Отвлеклась от мыслей о прошлом, когда сватья продолжила: - Сережка у тебя вроде семейный, а сам себе. Живет одним днем. И не старается жить лучше. Младший сын тоже растет бестолковым. Вон уже проблемы начались. И Лешка…
Сватью несло. Что именно мой Лешка она не успела рассказать, как я закрыла ей рот, вдосталь наслушавшись ее хамоватых откровений.
- Сватья, заимей своего мужа и сыновей и воспитывай. А мне не указывай. И хватит на сегодня твоих откровений.
Она хмыкнула, но замолчала, семеня рядом на высоких каблучищах. Влажный ветер раскрутил тщательно уложенные локоны, повисшие неровными прядями. Не шли ей локоны, и пепельный блонд делал кожу сероватой, подчеркивая синеву под глазами. Макияж в стиле девяностых, именно в те года хорошо смотрелся на молодой коже. Сейчас такой даже вечером лучше не красить. Глянула на нее с насмешкой, но промолчала.
Хаять чужое воспитание горазда, а как воспитывать-нянчить - не могу, забирай внучку себе. И не переживает лицемерка, что не так воспитаю ее кровиночку. Вот такие они языкатые, а как до дела, так детей или нет, или бабки нянчат.
Двигатель автомобиля тихо урчал, в стороне Алексей и Захар негромко говорили о чем-то. Я решила, что скажу о звонке соседки по дороге. Я с ребенком села сзади, рядом плюхнулся обиженный Захар. Довольная сватья села впереди.
Я подняла край конверта, освобождая лицо внучки. Бросила взгляд на притихшего Захара. Надо бы поговорить с ним, расспросить, как он додумался и когда успел набедокурить с этим металлоискателем. Я же контролировала все его передвижения после школы. С сомнением глянула на Веру. Начинать разговор при ней не хотелось.
Или близость мужиков на сватью странно действовала, или она не могла долго держать язык за зубами, но ее откровения снова полились в мою сторону. Повернувшись, она разглядывала спящую девочку.
- Хорошенькая какая. Губки бантиком наши. И глазки голубые. Волосики светлые. На Алинку похожа. В нашу породу. – Она зыркнула на молчащего Алексея, проверяя его реакцию на свои слова. – Хорошо ты своим курносым носом и болотными глазами не испортила внучкину внешность.
В изумлении подняла на нее взгляд. Язык без костей молол всякие глупости. Сегодня она себя превзошла. Или уже умом тронулась. Поговаривали, что вирус у некоторых дал осложнение на мозг. Последствия сравнивали с состоянием после инсульта. Похоже, что сватья как раз из таких несчастных.
В салоне воздух быстро нагрелся от работающей печки. Мои ноздри уловили запах алкоголя. Я глянула в зеркало заднего вида на Алексея. Он, точно почувствовал мой взгляд, зыркнул в зеркало и отвернулся, уставившись на дорогу.
Ясный голубой взгляд. Сам сосредоточен. Лицо напряженное и сердитое. Не похоже, чтобы он пил.
- Вер, ты пьяная что ли? – сообразила я, наконец. – Ты серьезно с утра что ли готовая?
- А что я права не имею?! – тут же накинулась на меня сватья. - У меня праздник. Двойной, между прочим. Внучку выписали и доченька моя очнулась. Не тебе меня стыдить.
- Отвернись в сторону. Не дыши на ребенка, - только ответила я, отвернувшись.
- Злая ты, Люська. А злость портит кожу. Я вот с внученькой на руках смотрюсь как девочка. Будто сама родила, а не Алинка, - не унималась Вера. - Вот выложила фото, и мне уже комментарий написали. Скажи, Леш, выгляжу я на двадцать?
Я ждала, что скажет муж. Он глянул на улыбающуюся Веру, выглядящую сейчас точно не моложе своего возраста, потом в зеркало на меня и пожал плечами. Отвернулся и снова уставился на дорогу.
- Молчание - знак согласия, - довольно улыбаясь, проговорила сватья, поправляя растрепанные пряди волос. – Бабий век - сорок лет. А молодые девки сейчас ушлые. Им чужой брак не преграда. Мужик у тебя видный. Смотри, уведут.
Я сожалением глянула на нелепо бравирующую передо мной женщину. Вера, не знавшая женского и семейного счастья, из-за комплекса неполноценности и вредности характера, пыталась поделиться со мной своими же страхами.
Я глянула в окно, пытаясь сориентироваться, где мы едем и скоро ли будем дома. Очень хотелось избавиться скорее от сватьи с ее разговорами.
Что можно сказать человеку, страдающему от кучи комплексов, боящемуся старости, отверженности и одиночества. Вера была как та осенняя муха, чувствующая свою никчемность, близкую смерть и кусающая от безысходности тех, кого достанет. Выглядела она жалко и внешне, и вообще. И не только сейчас.
Я растянула губы в равнодушной улыбке и склонилась над внучкой, поправляя кружева отделки.
Боялась ли я измены Алексея - нет. Того убийственного чувства, как при уходе бывшего мужа не было. Тогда я осталась одна с маленьким сыном на руках. Без поддержки родных и близких. Сейчас мне казалось, будь тогда рядом со мной семья, любящие и заботливые родные, я бы не сразу заметила, что он ушел. Пустой человек. Как и Вера еще одна никчемная фигура. За все эти годы я так и не почувствовала, что потеряла что-то ценное, без чего не обойдусь, что не заменить никем. Жаль было потраченного на него времени и сил.
- Вер, ты когда пьяная совсем дура, - вдруг подал голос Алексей. – За языком последи. Не на базаре.
- Защищаешь ее! – вскинула выщипанные брови сватья. – Надо же. А говорил…
- Я тебе ничего не говорил, - прервал хабалистую сватью Алексей. – Не придумывай. Не забывайся! И уважительнее к моей жене.
- Или что? – Вера нехорошо сощурилась. – Отшлепаешь меня? Накажешь? Как ты любишь…
Последнее она добавила совсем тихо, но я поняла по губам. Ее быстрый вороватый взгляд в мою сторону заставил замереть, ожидая его ответа.
- Я тебе сказал еще тогда, а ты не поняла, - ровно и спокойно произнес Алексей. Только побелевшие костяшки пальцев, сжимающих руль, выдали, как он зол. - Я потаскух знаю хорошо. У меня первая жена была такая. Глупый был и совсем молодой, когда женился. Мне шалавистые не нравятся. Не старайся.
- Да сдался ты мне! – обиженно прошипела Вера, обернулась, поймав мой взгляд, презрительно скривилась: - Занятный разговор получился, да? Дошло? Хоть теперь перестанешь из себя корчить королеву, победительницу по жизни. Вот так-то…
Закусив губу, только поняла, что не дышу. Выдохнула и сглотнула вмиг пересохшим горлом. Опустила глаза, обдумывая услышанное.
Значит, сватья Вера сама подкатывала к Лешке, а он, похоже, ее отшил. Она ему не простила удара по самолюбию. Потому грызет и меня, и Сережку, и Лешку покусывает. Но, кажется, надежды не теряет затащить его в койку… когда-нибудь.
Слов приличных не находилось. Хотелось вытолкать Веру из машины и из нашей жизни… ногами под ее тощий зад.
Раздумывая, не заметила, как машина свернула к обочине и остановилась. Удивленно посмотрела по сторонам, подозревая поломку. Вера тяжелым взглядом уставилась на Алексея.
- Выходи, - приказал муж. – Дальше доберешься сама. Тут автобус ходит. А за детскими вещами я пришлю людей.
Вскинулась на вновь удивившего меня Алексея. Мы с ним встретились глазами в зеркале, и я улыбнулась мужу, благодаря за поддержку и защиту. Вера достала конкретно, отравив своим ядом эти последние и без того нелегкие дни, едва не рассорив нас. Пора было поставить ее на место. У меня не получилось. А вот муж справился.
- Х*р с вами, чистоплюи! – Вера смерила мужа и меня полным ненависти взглядом. – Пошли вы… Знать вас не хочу!
Она неловко выбралась и, пошатываясь на каблуках, потопала к маячившей неподалеку автобусной остановке. Отвернулась, про себя пожелав провалиться сватье под землю и благодаря Сережу за такой подарочек.
С ее уходом в салоне точно светлее стало. Леша перегнулся, закрыл распахнутую дверь, и машина двинулась в сторону дома. Чуть царапнуло беспокойство о подвыпившей женщине, которую мы бросили одну, но быстро прошло.
- Не хочешь ничего спросить? – начал разговор муж.
- Давно она и ты?
- Нет никаких «она и я». А лезет с Сержкиной свадьбы. Я ее тогда послал, вот она и… - он раздраженно цыкнул языком, - не успокоится никак. Жалкая… дура, не понимает, что противно, когда баба цепляется за ширинки как репей.
Понимаю, как тебя и других мужиков пугает такая маньячная зацикленность женщины на мужчине, на ерундовой обидке отвергнутой. На мужика ей плевать, она бы так любого другого доставала.
