Первое и третье (лицо)

Переписала первый том "Троп" полностью под третье лицо. Изначально хотела всю трилогию написать от первого лица главной героини Лайсве, но... не шмогла, как говорится. Идея писать эпик от одного персонажа была поистине безумной, но большой плюс - я хотя бы скакала по головам не так яростно, как в предыдущем романе "Северный путь", который начинала писать, когда и вовсе не знала, как делать глубокий фокал.
Переделать оказалось довольно просто, куда легче, чем редактировать черновой вариант текста, когда многие эпизоды даются скупым пересказом и ничего толком не описывается.
Еще удалила много рефлексий, что в плюс, учитывая безумное их количество. Мне видно легче первоначальный вариант писать потоком рефлексий, а потом уже выбирать, что из них можно оставить, а что лучше снести, чтобы героев не обвинили в нытье и в слабости. Кажется, причем тут нытье и слабость, когда герой просто много размышляет о себе и окружающем мире в редкие минуты затишья в своей жизни?
Еще эмпирическим путем вывела табу-слова для описания главной героини. С героем-то проще, хоть он там матерится и истерит чуть ли не на каждой странице, он все равно будет няшечкой, в то время как героиня - стерва, истеричка и дура, что бы она не делала. Даже когда оного матерящегося героя раненого с поля битвы на своем горбу тащила... O tempora, o mores!
Итак, героине нельзя:
а) плакать - никогда, ни под каким видом, реветь - уж точно не на страницах книги и вообще, можно только изредка смахнуть скупую женскую слезу, когда жизнь (в смысле автор) совсем заедает
б) падать, никогда, даже зацепившись за сук в ночью в лесу
в) переживать из-за собственных ошибок. Ошиблась? Забудь! Сделай вид, что так и задумано и иди дальше (нам так на всех выступлениях советовали, а я-то думала, что в книжках можно по-другому, искренне, по-настоящему, ан нет, здесь мы тоже перед жюри, быть может, даже более строгим, так что улыбаемся и машем, какой бы ужас ни творился вокруг).
г) ругаться. Не матом даже, а просто когда уже сил нет, сказать: "Как же меня все задолбало!" Нет! Даже если ей наговорили тучу гадостей, посмеялись, обозвали, она обязана мило улыбаться и хихикая говорить "Ну ты и милашка! Сделай мне еще больнее!" На самом деле этот последний пункт я не осилила. Максимум что смогла смягчить реакции на нападки и убрать язвительность. Как-то это... ну не знаю... видимо, не доросла я ни творчески, ни духовно до такого дзэна. Все еще не Гаутама, да.
д)... можно еще долго продолжать в таком духе, но лучше вспомнить: "В моем мире живут только пони. Они питаются радугой и какают бабочками".
Зы. Все это не касается властных бабищ, ассасинок, интриганок и прочих занимательных личностей, про которых лично я писать не могу и не хочу. Остается довольствоваться вот такой вот скудной палитрой для создания героини с нормальной моралью...
Зы 2. Чтоб я еще писала про девушек. Да никогда в жизни!