-Я доволен вами! - прогрохотал в моем сознании голос Светозара. - Вы и впрямь справляетесь с заданием Золотого Змея. Ма - Рина, спасибо за спасение моего младшего сына, Ярониэла! Его вина искуплена. Проси награду!
-Верни мне ребенка, Пресветлый, - мгновенно ответила я. -Твой Ярониэл - наш Ярик. Я правильно поняла? Пусть он побудет с нами, пока мы не завершим эту часть квеста. Как ты, наверное, успел заметить - у нас еще достаточно работы в этом мире.
Светозар размышлял недолго. Оглянулся на пенящееся вдали болото, на сочащуюся из недр темную жижу, на чахлые деревья.
-Хорошо! Два демиурга всегда лучше, чем один! Остен! Не прячься, малыш! Я вижу - ты в хороших руках, и уже не свернешь с правильной дороги. Поручаю тебе заботу о младшем брате, сынок.
Остен выбрался вперед, склонил голову перед отцом.
-Спасибо... папа!
А потом рывком влетел в распахнутые объятия божественного родителя.
Потом было воскрешение Ярика... Что и как творил Светозар - не знаю. Слишком много было Света - белого, неистово яркого, но почему -то не ослепляющего. Светозар и Остен и сами казались светом... А потом все закончилось. Усталый Ост рухнул на ступеньку кибитки и закрыл глаза. Светозар, сменив облик божества на более человеческий, бережно передал нашего Ярика на руки Ойрика.
-Спит - тут же передал мне мысль Ойрик.
- Ты шаман, Ойрик, - уверенно сказал Светозар. - Ты сможешь удержать нить его жизни в этом теле. Не забывай поить его той водой, которую принесли Ост и Ма -Рина. Я разрешаю вам взять его с собой и в другие миры. Пусть мальчишка сам все увидит и познает. Аншат, доверяю тебе воспитание. Надеюсь, он вернется в Небесный шатер не мальчиком - но мужем.
Он повернулся к Алишшшу, Рэму и Арсену, молча стоящим в стороне от нас.
-Благодарю и вас, внуки моего друга. Предрекаю - каждый из вас найдет то, что ищет.
Парни слаженно склонили головы.
Светозар еще раз окинул взглядом топь. Подумал. Улыбнулся каким-то своим мыслям.
-Хорошо, дети. Эту топь я уберу. Остен, тебе пока ни к чему такие природные богатства - не доросли еще твои создания до подобного. А все остальное ложится на твои плечи, мой мальчик.
Он щелкнул пальцами, болото скрылось в густом тумане, а когда туман рассеялся - перед нами лежала очередная черная проплешина. Помог, маму его через колено, да трехрядкой вдоль хребта! Уж лучше бы просто исчез. И что теперь с этим осушенным торфяником делать? И само божество испарилось вместе с туманом, а мы остались любоваться окружающей природой, так сказать.
6.3
-Мать ты моя гоблинша, какая же длинная выдалась ночь, - простонал Аншат, опускаясь на землю. - Кажется, в моей жизни еще никогда не было таких ночей. Мариночка, может, мы уже пойдем спать? А все остальные вопросы будем решать по мере поступления, но только начиная с завтрашнего утра?
-Поддерживаю, - лениво поднял руку Арсен. - Матушка, как ты на это смотришь?
-Дементий вам раздаст напиток для поддержания сил, - ответила я. - Пейте - и спать. Утро вечера мудренее. Завтра вы мне все расскажете. И покажете. Думаю, что теперь мы все свободно можем переместиться в те самые руины. Кстати - где пленники? Или вы пленных не брали?
-Брали, - так же лениво ответил Алишшш. - Остен их в чурки превратил. Ну, кроме хозяина тех руин. Тот сейчас в стазисе - чтобы не сбежал. Завтра разбираться будем.
В эту ночь никто не пожелал остаться на улице. Мужчины забрались в кибитку, развесили кучу всяко - разных охранок, маячков и сторожков. А я еще раз порадовалась чуду инженерно -магического таланта. Места в кибитке хватило всем. Аншат, не обращая внимания на просительные взгляды сыновей, подгреб меня поближе к собственной груди, обхватил широкой лапой, облегченно вздохнул, и вскоре уже спал. Я вслушивалась в сонное дыхание моих сыновей и племянников, и думала о том, что сказка уж больно затянулась. Вспоминала когда - то давно читаные истории об индийских царевичах с зубодробительными именами. Были, были там повести о согрешивших небожителях! Их в наказание ссылали на землю, чтобы искупить грех. Вот и жили небожители в человеческих телах, с заблокированной памятью, пока не приходил их срок. Похоже, наш Ярик - как раз один из таких согрешивших. Младший сын божественной четы. Один из тех, что разобрали артефакт на составляющие и разбросали по разным мирам. Ярик искупил свою вину, упав сердцем на осколок, очистив его собственной кровью. И если верить Светозару - запустил процесс исцеления этого мира. Кстати, а осколок кто - нибудь подобрал, или он так и валяется в пыли?
-Его Алишшш подобрал, - донеслась до меня мысль Остена. - Мам - Рина, поговори со мной, пожалуйста! Мне почему - то так тошно, что хоть вой. Почему так - ведь мы правильно поступили? Ну, что в чурки их всех... Они ведь стали плохими, совсем не такими, как я думал...
И что тут скажешь?!
-Малыш, а ты сам - то как думаешь - почему они стали такими? Как получилось, что твои Перворожденные вдруг стали садистами и наркоманами? Почему они стали уничтожать то, что должны были холить и лелеять?
-Я не знаю, Мам - Рин, - печально ответил Остен. -Я не знаю, но мне хочется все исправить, только как это сделать?
-Мы обязательно во всем разберемся, малыш, - пообещала я, совершенно не зная - а сможем ли мы это сделать. - Ты спи, сынок, силы тебе еще понадобятся. Помни - ты уже не один. Нас может, и не так много, но мы справимся.
В кибитке воцарилась сонная тишина...
Утро... Утро началось... Началось, в общем. Как обычно, когда в замкнутом пространстве ночуют представители мужеска полу. То бишь: грохот падающих на пол тел, сдержанная (и не сдержанная) ругань, поминание чьей-то матери, заливистый гогот, шипение (ну, это Алишшш) и громогласный рык главаря:
-Проснулись? Упасть - отжаться сто сорок раз. Ойрик, бери Яра и Остена - марш на улицу. Разведать обстановку вокруг, проверить силовые потоки, набрать дров для костра. Арсен - прикрываешь братьев сверху. С огнем не баловаться! Дементий, что с завтраком? Почти готов? От лица командования объявляю благодарность. Ал, Рэм, кому сказано - упал - отжался!
-Дядя! - сдвоенный возмущенный крик.
-Исполнять!
И уже мне:
-Риночка, тебя не очень утомили эти оболтусы? Хочешь еще подремать?
-Анш, лапочка, костер - то нам зачем? У нас же печка есть.
-А чтоб было, - отмахнулся мой будущий (или уже настоящий?) муж. -Пусть пар спустят, а то перенапряглись вчера. Неблагодарное это дело - жмуриков отлавливать. Я подавилась зевком и вытаращилась на гоблина.
-Они что - уже?!
Аншат поставил передо мной пиалу с травяным настоем и замахал руками.
-Нет, нет, Ри, живые они. Просто в таком состоянии, что от зомби не отличишь. Вот никогда не думал, что из живых существ можно такое сотворить, причем на добровольной основе. Тем более - из эльфов. Они же самые устойчивые к воздействию таких штучек!
-Демиург у них бестолковый, -вздохнула я. -Натворил созданий, а необходимых нравственных и моральных установок не заложил. Вот и результат. Кстати - чем они баловались - то? Опиум, кокаин, гашиш, героин?
-Не поверишь: чум - трава.
-М-м?
Можно подумать - я знаю, что такое эта самая чум - трава.
-Это некая мутировавшая под здешним солнцем травка из одного погибшего мира, - вставил Алишшш, закончивший отжиматься. Легко поднялся на ноги, одновременно подставляя подножку зазевавшемуся Рэму. - На Земле она известна как табак.
И быстренько смылся из кибитки. Рэм с ревом ломанулся за ним. Пацаны, одним словом. А я подумала, что встречала в человеческих поселениях курящих людей. И курили они именно тот самый табак. И нюхали. И капустные грядки посыпали едкой пылью - от гусениц.
-На людей действует не так, как на перворожденных? - спросила у Аншата. Тот пожал плечами.
- Ну, людей - то наш демиург спёр у старшего брата. Тот явно подстраховался от подобного.
Я лишь саркастически хмыкнула. Подстраховался, как же! Нет, табак, хоть и вызывает привыкание, и жизнь существенно укорачивает, и болячки провоцирует, но все же меньше вреда приносит, чем другие наркотические вещества. Казалось бы - какой вред от конопли?! Раньше -то из неё и масло давили. Вкусное, кстати. И ткань изготавливали на всякие кули - рогожи; веревки, опять же, вили! Пока какому - то продвинутому не пришло в голову... Все, молчу! Что там с чум - травой?
-Завтракать будете? Или и вам чум - травы подать? - саркастически изогнул бровь Дементий. -Так ведь нетути её в моих запасах! И растёт она только в одном месте. Оттого и люди обычный табак курят, а вовсе не чум - траву.
-Дем, а откуда она в вашем мире - то появилась? -заинтересовался Аншат. - Кто - то из попаданцев занес?
-Не знаю, откуда в нашем мире этакая мерзость завелась, но появилась она лет триста назад, - ответил домовой, присаживаясь вместе с нами за стол. -Помню, хозяйка моя прежняя все хотела хотя бы листочек на опыты добыть, да так и не сумела. Элфы - то наши и раньше с человеческими знахарками дел иметь не желали, а уж как в их лесу этот куст завелся - и вовсе все проходы перекрыли, отгородили лес топями непролазными, дебрями непроходимыми.
Мы переглянулись. А мы-то гадали - в чем причина. А это элфы своей редкостью делиться не хотели.
-Слышь, друг мой Дементий, - задумчиво вопросила я, разглядывая знатока тонких элфячьих душ. - А сколько всего Перворожденных на планете обитает? И в каких местах?
-Дык, это, - почесал затылок домовой. -Дык все они туточки, в Светлом лесу и сидели всегда. Плодились медленно. А уж после чум -травы... Ярик - то наш, поди, последний из детенышей и был. Да и тот, вишь, сыном божественной четы оказался...
-Выходит, мы последних представителей народа в бездушные деревяшки обернули, - так же задумчиво протянул Аншат. -Стоп, брат Дементий, а ты - то откуда об этом знаешь?
-Дык, это, - вновь полез в "потылицю" Дементий. -Дык я уж как - никак, а четыре тысячи лет на белом свете проживаю. Почитай - всю жизнь с учеными людями обитал. К моим хозяйкам - то не только деревенские захаживали, а и аристократы не из последних бывали. А то и домовые с ними вместе в гости заглядывали. Мы ж не просто "мелкая домовая нечисть", как про нас разные бестолковки рассказывают. Мы - Хранители. Правда, силы нашей лишь на дом хватает, но уж о своем мире -то мы все знаем.
На этом разговор сам собой прекратился - ворвалась орда голодных нелюдей. И пока со стола не смели все, что успел приготовить Дементий, о делах никто даже не вспомнил. Даже Ярик, хоть и слаб был после вчерашних событий, уплетал молочную кашу так, что за ушками попискивало.
А вот потом наступило время допроса...
Итак, сцена пыток элфийского главы. А чего?! Чем я хуже всяких там?! Тем, что я пацифист? Не умею я пытать и мучить. Разве что в розовом детстве мухам крылышки... того... Или кусачим оводам соломинку в ...хм... не будем об этом... Не люблю я насилия, ненавижу реки крови. А от искореженной плоти мне становится дурно. Настолько, что я беру в руки автомат, дубинку, на худой конец - скалку, и иду разбираться, кто у меня под окошком котеночка мучает...
-Какие у тебя интересные развлечения в детстве были, - хмыкает в моей голове Аншат. Вот не удается мне полностью от него свои мысли закрыть. - Ты только наших младших этому не учи, ладно?
-Мне и старших вполне хва... Стоп - какие -такие младшие?! -подпрыгнула я. Аншат меня поймал в прыжке, бережно прижал к груди, успокаивающе провел лапой по спинке.
-Какие -нибудь, Риночка. Мне все равно: девочки, мальчики... Можно и тех, и других. И побольше. А чего? Замок у нас большой, места на всех хватит...
-Обломись! - мрачно буркнула я. - Не будет у меня детей. Ни мальчиков, ни девочек. Возраст не тот, да и последствия неисправимы.
-Мы этот вопрос решим, - как-то уж очень спокойно ответил Аншат. - У нас в должниках много кого ходит. Главное -чтобы ты этого хотела. И вообще - рано пока о детях. У нас еще других дел уйма. Пойдем? Или останешься?
Пойдем, конечно. Я понимаю, что ты, друг дорогой, хочешь избавить хрупкое существо от неприглядного зрелища, но испугать меня лицезрением ломки наркомана трудно. В не совсем далеком прошлом пришлось мне одного приятеля из такой ломки вытаскивать. И не введением микродоз, а жестко, если не сказать - жестоко. Правда, я там не одна была, и моя помощь заключалась в своевременном подставлении тазика, вытиранием воды из оторванной батареи, ну, и отправлением озверевшего друга в нокаут путем тычков в строго обусловленные точки. Ломку он пережил. А у меня еще долго стояла в глазах скрюченная фигура мужика в... отходах жизнедеятельности. Так что и это я, пожалуй, смогу пережить. Да и с запойными алкоголиками сталкиваться приходилось. Тоже, знаете ли, та еще картина... Ладно, не будем о грустном.
И о веселом не будем... Перед нами в жухлой траве лежал... лежало в позе эмбриона странное существо. Длинные, когда - то светлые волосы, были сбиты в колтун. Расчесать невозможно. Только состричь под корень, а потом еще и побрить. Бесцветные глаза казались стеклянными. Одежда... хм, это и есть хваленый эльфийский шелк, от которого вся грязь отталкивается? К этому, похоже, грязь притянулась со всего болота. Что еще? А ничего. На разумное существо эта кучка костей в лохмотьях не тянуло ни капли.
-Мам -Рина! Я не знал! Я не хотел, чтобы так! Мам - Рина!
Остен сорвался - таки в истерику. К нему тут же приковылял Ярик. Младший брат нашего демиурга двигался пока с трудом, еще не отойдя от собственной смерти и возрождения, но в ярко -зеленых глазах светилась такая любовь к брату, что у меня защемило сердце. Интересно - что вспомнил из прежней жизни наш Подснежник, и будет ли еще называть меня мамочкой? Или ему дороже настоящая мать? Ша, Марина, это сейчас не главное.
Ярик обнял ревущего в три ручья брата, прижался к нему всем своим худеньким телом, шептал что - то на ухо.
-Остик, ты не плачь, ты не плачь, Остик, - услышала я. - Мама нам поможет, мама у нас хорошая, она и мне помогла, вылечила меня, и тебе поможет. Ты только не плачь, мы же теперь не одни, у нас и братики есть, и батя Аншат. А еще должен Фэль прийти. Ты же помнишь Фэля? Он мамин племянник. Он настоящий эльф. Он тоже нам поможет. Ты же не против, если нам будет помогать настоящий эльф? Он маме рассказывал, что у них тоже есть священные деревья. Только их называют как-то по - другому, не как наши, но похоже... Лиорины, кажется. А у нас иллироны. Ты придумал красивые деревья, Остик. Я помню, какими они были... Высокие такие, листья большие, темно - зеленые, и еще цветы. Они весной всегда цвели. Белые такие, крупные, и запах у них вкусный такой....
Он еще долго что-то бормотал, ласково теребя брата, пока тот не выдохся, и не перестал рыдать. Мы его не утешали. Иногда нужно выплеснуть боль слезами, чтобы принять реальность такой, какая она есть. Мужчины о чем-то совещались, усевшись кружком. Я не прислушивалась, размышляя - что бы я сама сделала в этом случае. Однозначно - оставлять все эти чурки так просто нельзя. Эй! Небесная Госпожа! Ау! Плыви сюда - мне с тобой пообщаться надо! Ау!
-Верни мне ребенка, Пресветлый, - мгновенно ответила я. -Твой Ярониэл - наш Ярик. Я правильно поняла? Пусть он побудет с нами, пока мы не завершим эту часть квеста. Как ты, наверное, успел заметить - у нас еще достаточно работы в этом мире.
Светозар размышлял недолго. Оглянулся на пенящееся вдали болото, на сочащуюся из недр темную жижу, на чахлые деревья.
-Хорошо! Два демиурга всегда лучше, чем один! Остен! Не прячься, малыш! Я вижу - ты в хороших руках, и уже не свернешь с правильной дороги. Поручаю тебе заботу о младшем брате, сынок.
Остен выбрался вперед, склонил голову перед отцом.
-Спасибо... папа!
А потом рывком влетел в распахнутые объятия божественного родителя.
Потом было воскрешение Ярика... Что и как творил Светозар - не знаю. Слишком много было Света - белого, неистово яркого, но почему -то не ослепляющего. Светозар и Остен и сами казались светом... А потом все закончилось. Усталый Ост рухнул на ступеньку кибитки и закрыл глаза. Светозар, сменив облик божества на более человеческий, бережно передал нашего Ярика на руки Ойрика.
-Спит - тут же передал мне мысль Ойрик.
- Ты шаман, Ойрик, - уверенно сказал Светозар. - Ты сможешь удержать нить его жизни в этом теле. Не забывай поить его той водой, которую принесли Ост и Ма -Рина. Я разрешаю вам взять его с собой и в другие миры. Пусть мальчишка сам все увидит и познает. Аншат, доверяю тебе воспитание. Надеюсь, он вернется в Небесный шатер не мальчиком - но мужем.
Он повернулся к Алишшшу, Рэму и Арсену, молча стоящим в стороне от нас.
-Благодарю и вас, внуки моего друга. Предрекаю - каждый из вас найдет то, что ищет.
Парни слаженно склонили головы.
Светозар еще раз окинул взглядом топь. Подумал. Улыбнулся каким-то своим мыслям.
-Хорошо, дети. Эту топь я уберу. Остен, тебе пока ни к чему такие природные богатства - не доросли еще твои создания до подобного. А все остальное ложится на твои плечи, мой мальчик.
Он щелкнул пальцами, болото скрылось в густом тумане, а когда туман рассеялся - перед нами лежала очередная черная проплешина. Помог, маму его через колено, да трехрядкой вдоль хребта! Уж лучше бы просто исчез. И что теперь с этим осушенным торфяником делать? И само божество испарилось вместе с туманом, а мы остались любоваться окружающей природой, так сказать.
6.3
-Мать ты моя гоблинша, какая же длинная выдалась ночь, - простонал Аншат, опускаясь на землю. - Кажется, в моей жизни еще никогда не было таких ночей. Мариночка, может, мы уже пойдем спать? А все остальные вопросы будем решать по мере поступления, но только начиная с завтрашнего утра?
-Поддерживаю, - лениво поднял руку Арсен. - Матушка, как ты на это смотришь?
-Дементий вам раздаст напиток для поддержания сил, - ответила я. - Пейте - и спать. Утро вечера мудренее. Завтра вы мне все расскажете. И покажете. Думаю, что теперь мы все свободно можем переместиться в те самые руины. Кстати - где пленники? Или вы пленных не брали?
-Брали, - так же лениво ответил Алишшш. - Остен их в чурки превратил. Ну, кроме хозяина тех руин. Тот сейчас в стазисе - чтобы не сбежал. Завтра разбираться будем.
В эту ночь никто не пожелал остаться на улице. Мужчины забрались в кибитку, развесили кучу всяко - разных охранок, маячков и сторожков. А я еще раз порадовалась чуду инженерно -магического таланта. Места в кибитке хватило всем. Аншат, не обращая внимания на просительные взгляды сыновей, подгреб меня поближе к собственной груди, обхватил широкой лапой, облегченно вздохнул, и вскоре уже спал. Я вслушивалась в сонное дыхание моих сыновей и племянников, и думала о том, что сказка уж больно затянулась. Вспоминала когда - то давно читаные истории об индийских царевичах с зубодробительными именами. Были, были там повести о согрешивших небожителях! Их в наказание ссылали на землю, чтобы искупить грех. Вот и жили небожители в человеческих телах, с заблокированной памятью, пока не приходил их срок. Похоже, наш Ярик - как раз один из таких согрешивших. Младший сын божественной четы. Один из тех, что разобрали артефакт на составляющие и разбросали по разным мирам. Ярик искупил свою вину, упав сердцем на осколок, очистив его собственной кровью. И если верить Светозару - запустил процесс исцеления этого мира. Кстати, а осколок кто - нибудь подобрал, или он так и валяется в пыли?
-Его Алишшш подобрал, - донеслась до меня мысль Остена. - Мам - Рина, поговори со мной, пожалуйста! Мне почему - то так тошно, что хоть вой. Почему так - ведь мы правильно поступили? Ну, что в чурки их всех... Они ведь стали плохими, совсем не такими, как я думал...
И что тут скажешь?!
-Малыш, а ты сам - то как думаешь - почему они стали такими? Как получилось, что твои Перворожденные вдруг стали садистами и наркоманами? Почему они стали уничтожать то, что должны были холить и лелеять?
-Я не знаю, Мам - Рин, - печально ответил Остен. -Я не знаю, но мне хочется все исправить, только как это сделать?
-Мы обязательно во всем разберемся, малыш, - пообещала я, совершенно не зная - а сможем ли мы это сделать. - Ты спи, сынок, силы тебе еще понадобятся. Помни - ты уже не один. Нас может, и не так много, но мы справимся.
В кибитке воцарилась сонная тишина...
Утро... Утро началось... Началось, в общем. Как обычно, когда в замкнутом пространстве ночуют представители мужеска полу. То бишь: грохот падающих на пол тел, сдержанная (и не сдержанная) ругань, поминание чьей-то матери, заливистый гогот, шипение (ну, это Алишшш) и громогласный рык главаря:
-Проснулись? Упасть - отжаться сто сорок раз. Ойрик, бери Яра и Остена - марш на улицу. Разведать обстановку вокруг, проверить силовые потоки, набрать дров для костра. Арсен - прикрываешь братьев сверху. С огнем не баловаться! Дементий, что с завтраком? Почти готов? От лица командования объявляю благодарность. Ал, Рэм, кому сказано - упал - отжался!
-Дядя! - сдвоенный возмущенный крик.
-Исполнять!
И уже мне:
-Риночка, тебя не очень утомили эти оболтусы? Хочешь еще подремать?
-Анш, лапочка, костер - то нам зачем? У нас же печка есть.
-А чтоб было, - отмахнулся мой будущий (или уже настоящий?) муж. -Пусть пар спустят, а то перенапряглись вчера. Неблагодарное это дело - жмуриков отлавливать. Я подавилась зевком и вытаращилась на гоблина.
-Они что - уже?!
Аншат поставил передо мной пиалу с травяным настоем и замахал руками.
-Нет, нет, Ри, живые они. Просто в таком состоянии, что от зомби не отличишь. Вот никогда не думал, что из живых существ можно такое сотворить, причем на добровольной основе. Тем более - из эльфов. Они же самые устойчивые к воздействию таких штучек!
-Демиург у них бестолковый, -вздохнула я. -Натворил созданий, а необходимых нравственных и моральных установок не заложил. Вот и результат. Кстати - чем они баловались - то? Опиум, кокаин, гашиш, героин?
-Не поверишь: чум - трава.
-М-м?
Можно подумать - я знаю, что такое эта самая чум - трава.
-Это некая мутировавшая под здешним солнцем травка из одного погибшего мира, - вставил Алишшш, закончивший отжиматься. Легко поднялся на ноги, одновременно подставляя подножку зазевавшемуся Рэму. - На Земле она известна как табак.
И быстренько смылся из кибитки. Рэм с ревом ломанулся за ним. Пацаны, одним словом. А я подумала, что встречала в человеческих поселениях курящих людей. И курили они именно тот самый табак. И нюхали. И капустные грядки посыпали едкой пылью - от гусениц.
-На людей действует не так, как на перворожденных? - спросила у Аншата. Тот пожал плечами.
- Ну, людей - то наш демиург спёр у старшего брата. Тот явно подстраховался от подобного.
Я лишь саркастически хмыкнула. Подстраховался, как же! Нет, табак, хоть и вызывает привыкание, и жизнь существенно укорачивает, и болячки провоцирует, но все же меньше вреда приносит, чем другие наркотические вещества. Казалось бы - какой вред от конопли?! Раньше -то из неё и масло давили. Вкусное, кстати. И ткань изготавливали на всякие кули - рогожи; веревки, опять же, вили! Пока какому - то продвинутому не пришло в голову... Все, молчу! Что там с чум - травой?
-Завтракать будете? Или и вам чум - травы подать? - саркастически изогнул бровь Дементий. -Так ведь нетути её в моих запасах! И растёт она только в одном месте. Оттого и люди обычный табак курят, а вовсе не чум - траву.
-Дем, а откуда она в вашем мире - то появилась? -заинтересовался Аншат. - Кто - то из попаданцев занес?
-Не знаю, откуда в нашем мире этакая мерзость завелась, но появилась она лет триста назад, - ответил домовой, присаживаясь вместе с нами за стол. -Помню, хозяйка моя прежняя все хотела хотя бы листочек на опыты добыть, да так и не сумела. Элфы - то наши и раньше с человеческими знахарками дел иметь не желали, а уж как в их лесу этот куст завелся - и вовсе все проходы перекрыли, отгородили лес топями непролазными, дебрями непроходимыми.
Мы переглянулись. А мы-то гадали - в чем причина. А это элфы своей редкостью делиться не хотели.
-Слышь, друг мой Дементий, - задумчиво вопросила я, разглядывая знатока тонких элфячьих душ. - А сколько всего Перворожденных на планете обитает? И в каких местах?
-Дык, это, - почесал затылок домовой. -Дык все они туточки, в Светлом лесу и сидели всегда. Плодились медленно. А уж после чум -травы... Ярик - то наш, поди, последний из детенышей и был. Да и тот, вишь, сыном божественной четы оказался...
-Выходит, мы последних представителей народа в бездушные деревяшки обернули, - так же задумчиво протянул Аншат. -Стоп, брат Дементий, а ты - то откуда об этом знаешь?
-Дык, это, - вновь полез в "потылицю" Дементий. -Дык я уж как - никак, а четыре тысячи лет на белом свете проживаю. Почитай - всю жизнь с учеными людями обитал. К моим хозяйкам - то не только деревенские захаживали, а и аристократы не из последних бывали. А то и домовые с ними вместе в гости заглядывали. Мы ж не просто "мелкая домовая нечисть", как про нас разные бестолковки рассказывают. Мы - Хранители. Правда, силы нашей лишь на дом хватает, но уж о своем мире -то мы все знаем.
На этом разговор сам собой прекратился - ворвалась орда голодных нелюдей. И пока со стола не смели все, что успел приготовить Дементий, о делах никто даже не вспомнил. Даже Ярик, хоть и слаб был после вчерашних событий, уплетал молочную кашу так, что за ушками попискивало.
А вот потом наступило время допроса...
Итак, сцена пыток элфийского главы. А чего?! Чем я хуже всяких там?! Тем, что я пацифист? Не умею я пытать и мучить. Разве что в розовом детстве мухам крылышки... того... Или кусачим оводам соломинку в ...хм... не будем об этом... Не люблю я насилия, ненавижу реки крови. А от искореженной плоти мне становится дурно. Настолько, что я беру в руки автомат, дубинку, на худой конец - скалку, и иду разбираться, кто у меня под окошком котеночка мучает...
-Какие у тебя интересные развлечения в детстве были, - хмыкает в моей голове Аншат. Вот не удается мне полностью от него свои мысли закрыть. - Ты только наших младших этому не учи, ладно?
-Мне и старших вполне хва... Стоп - какие -такие младшие?! -подпрыгнула я. Аншат меня поймал в прыжке, бережно прижал к груди, успокаивающе провел лапой по спинке.
-Какие -нибудь, Риночка. Мне все равно: девочки, мальчики... Можно и тех, и других. И побольше. А чего? Замок у нас большой, места на всех хватит...
-Обломись! - мрачно буркнула я. - Не будет у меня детей. Ни мальчиков, ни девочек. Возраст не тот, да и последствия неисправимы.
-Мы этот вопрос решим, - как-то уж очень спокойно ответил Аншат. - У нас в должниках много кого ходит. Главное -чтобы ты этого хотела. И вообще - рано пока о детях. У нас еще других дел уйма. Пойдем? Или останешься?
Пойдем, конечно. Я понимаю, что ты, друг дорогой, хочешь избавить хрупкое существо от неприглядного зрелища, но испугать меня лицезрением ломки наркомана трудно. В не совсем далеком прошлом пришлось мне одного приятеля из такой ломки вытаскивать. И не введением микродоз, а жестко, если не сказать - жестоко. Правда, я там не одна была, и моя помощь заключалась в своевременном подставлении тазика, вытиранием воды из оторванной батареи, ну, и отправлением озверевшего друга в нокаут путем тычков в строго обусловленные точки. Ломку он пережил. А у меня еще долго стояла в глазах скрюченная фигура мужика в... отходах жизнедеятельности. Так что и это я, пожалуй, смогу пережить. Да и с запойными алкоголиками сталкиваться приходилось. Тоже, знаете ли, та еще картина... Ладно, не будем о грустном.
И о веселом не будем... Перед нами в жухлой траве лежал... лежало в позе эмбриона странное существо. Длинные, когда - то светлые волосы, были сбиты в колтун. Расчесать невозможно. Только состричь под корень, а потом еще и побрить. Бесцветные глаза казались стеклянными. Одежда... хм, это и есть хваленый эльфийский шелк, от которого вся грязь отталкивается? К этому, похоже, грязь притянулась со всего болота. Что еще? А ничего. На разумное существо эта кучка костей в лохмотьях не тянуло ни капли.
-Мам -Рина! Я не знал! Я не хотел, чтобы так! Мам - Рина!
Остен сорвался - таки в истерику. К нему тут же приковылял Ярик. Младший брат нашего демиурга двигался пока с трудом, еще не отойдя от собственной смерти и возрождения, но в ярко -зеленых глазах светилась такая любовь к брату, что у меня защемило сердце. Интересно - что вспомнил из прежней жизни наш Подснежник, и будет ли еще называть меня мамочкой? Или ему дороже настоящая мать? Ша, Марина, это сейчас не главное.
Ярик обнял ревущего в три ручья брата, прижался к нему всем своим худеньким телом, шептал что - то на ухо.
-Остик, ты не плачь, ты не плачь, Остик, - услышала я. - Мама нам поможет, мама у нас хорошая, она и мне помогла, вылечила меня, и тебе поможет. Ты только не плачь, мы же теперь не одни, у нас и братики есть, и батя Аншат. А еще должен Фэль прийти. Ты же помнишь Фэля? Он мамин племянник. Он настоящий эльф. Он тоже нам поможет. Ты же не против, если нам будет помогать настоящий эльф? Он маме рассказывал, что у них тоже есть священные деревья. Только их называют как-то по - другому, не как наши, но похоже... Лиорины, кажется. А у нас иллироны. Ты придумал красивые деревья, Остик. Я помню, какими они были... Высокие такие, листья большие, темно - зеленые, и еще цветы. Они весной всегда цвели. Белые такие, крупные, и запах у них вкусный такой....
Он еще долго что-то бормотал, ласково теребя брата, пока тот не выдохся, и не перестал рыдать. Мы его не утешали. Иногда нужно выплеснуть боль слезами, чтобы принять реальность такой, какая она есть. Мужчины о чем-то совещались, усевшись кружком. Я не прислушивалась, размышляя - что бы я сама сделала в этом случае. Однозначно - оставлять все эти чурки так просто нельзя. Эй! Небесная Госпожа! Ау! Плыви сюда - мне с тобой пообщаться надо! Ау!
