Она упала на него и их рты слились. Милена крепко прижала его к себе и ее сильный упругий язык боролся на его территории. Оторвавшись, она приподнялась и села на него верхом, уверенным движением руки направив его в себя. Бедра волнами шли навстречу его движениям, изо рта ее вырывалось хриплое дыхание. Иногда она подобно наезднице приподнималась на нем, будто облегчаясь, позволяя ему почти выйти из ее лона, но все же в последний момент опять резко садилась, нанизываясь на него. Он держал чашечки ее маленьких крепких грудей в обеих руках и в полумраке угадывал лицо за спутанными еще влажными волосами, которое то опускалось на грудь, совсем близко ко нему, то запрокидывалось к темному потолку с пятнами далеких отсветов уличных фонарей. Потом она сказала, что готова кончить и хочет, чтобы он вошел в нее по-собачьи. Перевернулась и, согнув колени, подставила зад. Павел скользнул в знакомые глубины и ее вагина обняла его. Она сжималась и трепетала. Теперь его движения были легки и свободны. Руки лежали на ее бедрах и притягивали их к его в такт движениям. Скоро она часто задышала в подушку, тело ее задрожало, ноги разъехались и он придавил ее к простыне, продолжая накачивать подоспевшим семенем.
- Ты, молодец, - выдохнула она немного погодя, когда дыхание стало тише. Они лежали рядом на влажных простынях и смотрели на игру бликов на потолке. - Но это еще не все на сегодня.
- Конечно Милена, - ответил он, хотя совершенно не был уверен, что будет сейчас на что-то способен. Она улыбнулась, все еще глядя в потолок, и положила ладонь на его обмякший орган, скользкий от семени и ее соков.
- Теперь тебе ничего не нужно делать, я все сделаю за тебя, - с ответила она, продолжая массировать его орган, затем повернулась к нему и легла боком.
Она придвинулась ближе, поднесла руки к его вискам, провела медленно и поцеловала в губы. Раз, другой, все крепче обхватывая его голову и прижимаясь всем телом. Он чувствовал исходящий от нее жар и, обнимая сильное тело, тоже хотел разгореться от него. Но не мог найти в себе силу в блуждающих по нему токах.
Милена оторвалась от него и исчезла в ванной. Она вскоре вернулась, и когда Павел открыл глаза, то в полутьме номера увидел, что силуэт ее изменился - между ног выступал колышащийся член. Кажется, он был похож на его собственный, но это было только мгновение, она быстро скользнула рядом со мной.
- Не бойся, это будет очень приятно, обещаю, - прошептала она мне на ухо. - верь мне, и нам будет очень хорошо.
В руках у нее оказалась баночка, и палец, намазанный кремом раздвинул его ягодицы и легко коснулся ануса. Помедлив у входа, он проник внутрь и стал погружаться все глубже. Она навалилась на него, не переставая целовать, член упирался ему в живот, а ее палец все продолжал массировать и гладить изнутри. Он хотел гладить ее по ее спине и бедрам, но все время натыкался на лямки дилдо.
- А теперь натри его хорошенько, - сказала она оторвавшись и давая ему баночку.
Павел послушался и взял пальцами этот темный отросток, кусок пластика, не твердый, но и не мягкий, слегка пружинящий, не холодный, но и не горячий, не гладкий, но и не шершавый. Она взяла его кисть в свою и медленно провела его пальцами от кончика до основания искусственного фаллоса. Еще и еще раз вместе они натирали его кремом, и он подавался ему навстречу вместе с движением ее бедер. Она улыбалась и целовала его поощрительно, чтобы он захотел эту пластиковую игрушку, но он не мог уговорить себя, что этот кусок пластика ему интересен. Зато он видел, как ей нравится все это, как она раскраснелась и ее движения становились все более уверенными. Она скрылась за его спиной, положив набок и оттуда, прижавшись близко, обняла за грудь, целуя в шею, руки скользнули вниз, лаская его мягкий орган, взялись и провели крепко по бедрам. Дилдо оказался между его ног и щекотал промежность, высовываясь слегка спереди. Она чуть наклонила его вперед, заставив немного развести ноги, шумно дышала ему в затылок, давление ее твердых сосков на его спине вдруг ослабло.
- Приготовься, - прошептала она ему на ухо, - расслабься и пусти меня. Я с тобой, я чувствую тебя, я иду в тебя...
Она отстранилась и крепкие пальцы легли на его ягодицы, уверенно раздвинули их и Павел почувствовал вначале легкое, но все возраставшее давление на анус. Все в нем дрогнуло, когда кольцо раскрылось, и он почувствовал, как отросток начал движение, заполняя его все больше, все глубже, все сильнее. Она вновь прильнула ко нему сзади, скребя ему пальцами грудь. Ее бедра продолжали медленно давить, загоняя в него член, пока не дошли до конца, прижавшись плотно к ягодицам. Она замерла на несколько секунд, затем стала медленно выходить, и это освобождающее его движение вдруг оказалось очень приятно. По телу пробежали мурашки возбуждения. Она вновь погрузилась в него и вновь почти вышла. И вновь и вновь, порождая волны стеснения и удовольствия. Пальцы массировали яички и член, слегка сжимая их в такт ее движениям. И Павел наконец почувствовал, как он набухает под ее ласками и обретает силу. И в то же время чувствовал зуд возбуждения там, где входил в него искусственный член, и чувствовал, как и в ней с каждым движением растут волны удовольствия. И возможно, ей это нравилось гораздо больше, чем ему. Уже через несколько минут ее движения стали более резкими, почти конвульсивными. Она все сильнее дышала, прижавшись лицом к его шее, всхлипывала, стонала от удовольствия пока ее не захватила судорога оргазма. Он был очень сильным, она билась прижавшись ко нему всем телом.
Когда ее железная хватка чуть ослабла, он оттолкнул ее от себя и, повернувшись наконец лицом, взялся за ремешки дилдо. Из ее полуоткрытых губ еще шумно вылетало дыхание, темные глаза со слегка раскосыми зрачками смотрели куда-то поверх. Она не помогала стащить с нее аммуницию, но и не мешала. Ремешки разлетелись, и он увидел ее всю, лежащую под ним с раскинутыми руками и ногами и потным треугольником черных волос между ними. Когда он вошел и начал накачивать ее желанием, она вновь застонала и обняла его всеми конечностями. Ее горячая плоть, дрожащая от только что испытанного оргазма, слилась с его. После они долго лежали остывая поверх скомканных простыней бок о бок, рассматривая тени на потолке.
Курс лечения
Она прервала молчание:
- Я в вас не ошиблась. Вы можете быть достойным любовником. Никаких физиологических нарушений нет. Проблемы от того, что вам не достает настоящих сексуальных стимулов. Но с этим можно работать.
- Доктор, вы тоже чудесная любовница. И светоч медицины!
- Я вам понравилась? Надо признаться, и вы мне тоже. Это не профессионально, конечно, но я бы в противном случае не стала бы проводить такую терапию. Да что говорить - вы и сами все видели. А вы бы хотели продолжить?
- Да, доктор. После всего, что я почувствовал, я ваш. Пациент, любовник, подопытный кролик - что хотите.
Он повернулся и положил руку на ее влажный и прохладный лобок, под которым таилась теплая ласковая плоть. Она вздрогнула, сжала ноги и уперлась ему в грудь.
- Нет, нет! На сегодня достаточно. Мы продолжим, если вы этого действительно желаете. Но для этого вы должны познакомить меня со своей женой.
- Это правда необходимо? Она может не понять.
- Посудите сами. Со мной у вас прекрасно получается, а с женой нет. Но я же не буду вечно в вашем распоряжении, так ведь? А она скорее всего останется. И вообще, для кого мы это с вами делаем? Ведь не только для вас, а и для нее тоже. И наконец, вам как супругу, просто нечестно обманывать жену с другой женщиной, пусть даже с медицинскими целями.
- Доктор, мне Валя дорога, и я боюсь, как бы это не кончилось плохо.
- Все зависит от вас. Надо будет объяснить. Мягко, но настойчиво. Надеюсь, у вас есть доверие к друг другу? В конце концов, она должна быть так же заинтересована, как и вы, чтобы ваша сексуальная жизнь была полнокровной. Чтобы она чувствовала вашу любовь. Чтобы она гордилась вами, наконец. Разве этого мало?
- Я, я постараюсь. Но это будет не просто.
- Думаю, получится. Если будет полный отказ, ну тогда терапию придется прервать. Чего бы я очень не хотела. Объясните ей ситуацию. Скажите, что на какие-то большие жертвы ей идти не придется и что она, в сущности, ничем не рискует. А польза может быть значительная
- Так о чем же мне нужно ее просить?
- Нам нужно встретиться. У вас дома или в гостинице - где она захочет. Мне нужно понять ее сексуальные реакции, что она хочет от секса, что ее возбуждает, а что будет неприятно. Вы когда-либо с ней это обсуждали?
- Пожалуй нет. Так, иногда оральные ласки, позы какие-нибудь...
- Сколько ей лет?
- Ей сорок два, примерно как и вам наверное.
- А как она выглядит?
- Выглядит? Обычно. Не худая и не полная. Достаточно еще стройная и подтянутая для своего возраста. Хотя и не такая спортивная, как вы. Я считаю ее красивой.
- Она рассказывала когда-нибудь о своем сексуальном опыте, не с вами, до вас? Как она вообще реагирует на других мужчин?
- Нет, я никогда этим не интересовался. Да мне были бы пожалуй неприятны такие подробности. А на мужчин мне кажется она не заглядывается, по крайней мере ничего тревожного я не замечал.
- Жаль, что вы так мало знаете о жене. Тогда мне вероятно придется это выяснить самой. Давайте сделаем вот что: попросите ее вначале записаться ко мне на прием. Поговорим без вас. И кстати, пусть сдаст анализ крови на гормональный фон. Я потом напишу, что нужно. Но главное, объясните зачем все это затевается. Но сперва пусть поговорит со мной. Это может облегчить вашу задачу.
Валя вначале просто подняла его на смех.
- Так ты говоришь о гормональных изменениях? Ты прав, они видны без всяких анализов, иначе с чего бы ты захотел стать половым гигантом? А может это не гормоны, а твой рассудок?
- Смейся, смейся. Но к врачу сходи. Разве ты так хорошо в этом разбираешься? У нее наверняка есть много, чего тебе сказать.
- По-твоему я что-то о себе не знаю?
- Вот именно. Я, во всяком случае, многое о себе узнал. Даже почувствовал.
- Это становится интересно. Не только одни разговоры, значит?
- Она расспрашивала о нашей половой жизни. И думает, что ее можно значительно улучшить. Речь идет не о каком-то суперменстве, а о возврате к норме.
- Какой норме, это когда мы с тобой только познакомились? Ночи любви? Не смеши меня, чтобы мне не рассказывали - не поверю в эту чепуху.
- Нет, такого она не говорила. Скажи, а сейчас тебе часто со мной хочется? Только честно.
- Ты же знаешь ответ. Зачем спрашивать? А ты? Что, ты меня часто хочешь? Хорошо, если раз в месяц, да и то, кажется мне, больше из чувства долга. Так?
- Ну нет, не совсем из чувства долга. Но, если честно, то большой остроты чувств не испытываю.
- Мне это очень печально.
- И мне. Но нам уже не двадцать и даже не тридцать лет, не забыл?
- Она сказала, что мой возраст, тем более твой - это время нормальной половой активности. Когда еще много сил и много эмоций. И сказала, что надо этим пользоваться, пока еще оно не ушло.
- Наверное, у нее есть волшебная палочка - какие-нибудь таблетки, порошки или упражнения?
- Пусть она тебе сама об этом расскажет. Что ты упрямишься? Ты же ничем не рискуешь.
- Рискуешь ты. Выпустишь джинна из бутылки, что ты потом будешь делать? Ладно, запиши меня к ней. Хочу познакомиться с обольстительницей.
В тот день она ему показалась молчаливой и даже подавленой. Он надеялся, Тина ему расскажет сама о визите к Милене, но она отмалчивалась и на вопросы отвечала односложно. Ему было не по себе, он боялся взрыва негодования и обвинений если откроется его отношения с врачом. Он уже жалел, что согласился на то, что Милена называла семейной терапией. Но Тина (так он звал жену) вела себя тихо и как-то подчеркнуто спокойно. Только через несколько дней она обронила, что врач ей понравилась, что та считает нужной еще один визит, опять без него, с глазу на глаз.
Это его успокоило, угроза скандала, кажется, миновала. Но ему все же хотелось знать, он не очень себе представлял о чем они могут говорить и в чем доктор хочет убедить его жену.
Постепенно он сумел выведать некоторые подробности. Врач вначале предложила сделать осмотр, как это бывает за ширмой в медицинском кабинете. Тине не хотелось полностью раздеваться, но неудобно было отказаться. Но врач была очень тактична и откровенно похвалила подтянутую фигуру пациентки, ей понравилась высокая красивой формы грудь и она не преминула отметить что бедра и ноги еще сохранили стройность и упругость. Врач расспрашивала, как она поддерживает форму, диета, упражнения и прочее и что-то рассказала о себе. Кажется, это была доверительная женская болтовня, сидя на диване, как он понял. Тина упомянула, что разговор зашел о мужьях и Милена упомянула и о своем прошлом супруге, тоже враче, они работали в одной клинике. Известный хирург, властный начальник, любимец женщин. Он царил у себя в отделении, все они были его, если он захочет. Так что когда они поженились, она стала первой… но среди других. Милена сказала, что мирилась с этим положением вещей, потому что полностью растворилась в его желаниях, он целиком овладел ее волей и смог сделать так, что она стала любить то, что любил и он. Это касалось и женщин, с которыми он встречался. Она призналась, что стала постепенно обращать внимание на женщин, больше ценить их красоту, чувствовать их сексуальность. И потом еще много рассказывала об Индии, где провела несколько лет
- И тут, - заметила Тина, - я поняла, что нравлюсь ей. И, видимо, не только из служебной обязанности она со мной общается, а просто ей приятно со мной поговорить. Она себя держала как-то неформально что-ли.
- А обо мне спрашивала ?
- Конечно, это обязательно. Я ведь затем и пошла.
- И что это было?
- Ну, о многом. О наших отношениях. Интимных, она ведь врач? Правда ты говорил, она уролог, т.е. больше по мужским болезням, а она про это ничего не спрашивала. А все больше о том, что меня в тебе возбуждает или наоборот отталкивает, позы, ласки и прочее. Причем очень подробно просила описать как у нас это бывает, как ты меня целуешь и куда, что за чем следует, в какой момент входишь, какой темп и много еще чего. И конечно что я при этом чувствую, что я хотела бы от тебя и от себя.
- Неужели ты все ей выложила? Ведь даже со мной ты на эти темы не разговаривала!
- Но ты и не спрашивал. Ты знаешь, я не хотела откровенничать об этом, но как начала, не могла остановиться. Какой-то поток, видно копилось, а она все слушала и кивала головой. И даже обняла меня на прощанье. И сказала, что если я готова, то проведет еще один сеанс, чтобы меня раскрыть, это уже не в клинике.
- И ты согласилась?
- Да, кажется, мне это нужно. Да ведь ты и сам мне ее советовал. Она сказала позвонит и назначит встречу.в таком месте, где нам никто не помешает.
- А что это? - он, кажется понял, куда все это клонится.
- Она сказала сеанс. Не знаю.
Вскоре после этого Милена позвонила ему.
- Не хочу ничего делать за вашей спиной, - сказала она. - Валентина наверное говорила, что мы должны встретиться еще раз и наедине.
- Да, и я уверен, что это будут не только разговоры.
- Ты, молодец, - выдохнула она немного погодя, когда дыхание стало тише. Они лежали рядом на влажных простынях и смотрели на игру бликов на потолке. - Но это еще не все на сегодня.
- Конечно Милена, - ответил он, хотя совершенно не был уверен, что будет сейчас на что-то способен. Она улыбнулась, все еще глядя в потолок, и положила ладонь на его обмякший орган, скользкий от семени и ее соков.
- Теперь тебе ничего не нужно делать, я все сделаю за тебя, - с ответила она, продолжая массировать его орган, затем повернулась к нему и легла боком.
Она придвинулась ближе, поднесла руки к его вискам, провела медленно и поцеловала в губы. Раз, другой, все крепче обхватывая его голову и прижимаясь всем телом. Он чувствовал исходящий от нее жар и, обнимая сильное тело, тоже хотел разгореться от него. Но не мог найти в себе силу в блуждающих по нему токах.
Милена оторвалась от него и исчезла в ванной. Она вскоре вернулась, и когда Павел открыл глаза, то в полутьме номера увидел, что силуэт ее изменился - между ног выступал колышащийся член. Кажется, он был похож на его собственный, но это было только мгновение, она быстро скользнула рядом со мной.
- Не бойся, это будет очень приятно, обещаю, - прошептала она мне на ухо. - верь мне, и нам будет очень хорошо.
В руках у нее оказалась баночка, и палец, намазанный кремом раздвинул его ягодицы и легко коснулся ануса. Помедлив у входа, он проник внутрь и стал погружаться все глубже. Она навалилась на него, не переставая целовать, член упирался ему в живот, а ее палец все продолжал массировать и гладить изнутри. Он хотел гладить ее по ее спине и бедрам, но все время натыкался на лямки дилдо.
- А теперь натри его хорошенько, - сказала она оторвавшись и давая ему баночку.
Павел послушался и взял пальцами этот темный отросток, кусок пластика, не твердый, но и не мягкий, слегка пружинящий, не холодный, но и не горячий, не гладкий, но и не шершавый. Она взяла его кисть в свою и медленно провела его пальцами от кончика до основания искусственного фаллоса. Еще и еще раз вместе они натирали его кремом, и он подавался ему навстречу вместе с движением ее бедер. Она улыбалась и целовала его поощрительно, чтобы он захотел эту пластиковую игрушку, но он не мог уговорить себя, что этот кусок пластика ему интересен. Зато он видел, как ей нравится все это, как она раскраснелась и ее движения становились все более уверенными. Она скрылась за его спиной, положив набок и оттуда, прижавшись близко, обняла за грудь, целуя в шею, руки скользнули вниз, лаская его мягкий орган, взялись и провели крепко по бедрам. Дилдо оказался между его ног и щекотал промежность, высовываясь слегка спереди. Она чуть наклонила его вперед, заставив немного развести ноги, шумно дышала ему в затылок, давление ее твердых сосков на его спине вдруг ослабло.
- Приготовься, - прошептала она ему на ухо, - расслабься и пусти меня. Я с тобой, я чувствую тебя, я иду в тебя...
Она отстранилась и крепкие пальцы легли на его ягодицы, уверенно раздвинули их и Павел почувствовал вначале легкое, но все возраставшее давление на анус. Все в нем дрогнуло, когда кольцо раскрылось, и он почувствовал, как отросток начал движение, заполняя его все больше, все глубже, все сильнее. Она вновь прильнула ко нему сзади, скребя ему пальцами грудь. Ее бедра продолжали медленно давить, загоняя в него член, пока не дошли до конца, прижавшись плотно к ягодицам. Она замерла на несколько секунд, затем стала медленно выходить, и это освобождающее его движение вдруг оказалось очень приятно. По телу пробежали мурашки возбуждения. Она вновь погрузилась в него и вновь почти вышла. И вновь и вновь, порождая волны стеснения и удовольствия. Пальцы массировали яички и член, слегка сжимая их в такт ее движениям. И Павел наконец почувствовал, как он набухает под ее ласками и обретает силу. И в то же время чувствовал зуд возбуждения там, где входил в него искусственный член, и чувствовал, как и в ней с каждым движением растут волны удовольствия. И возможно, ей это нравилось гораздо больше, чем ему. Уже через несколько минут ее движения стали более резкими, почти конвульсивными. Она все сильнее дышала, прижавшись лицом к его шее, всхлипывала, стонала от удовольствия пока ее не захватила судорога оргазма. Он был очень сильным, она билась прижавшись ко нему всем телом.
Когда ее железная хватка чуть ослабла, он оттолкнул ее от себя и, повернувшись наконец лицом, взялся за ремешки дилдо. Из ее полуоткрытых губ еще шумно вылетало дыхание, темные глаза со слегка раскосыми зрачками смотрели куда-то поверх. Она не помогала стащить с нее аммуницию, но и не мешала. Ремешки разлетелись, и он увидел ее всю, лежащую под ним с раскинутыми руками и ногами и потным треугольником черных волос между ними. Когда он вошел и начал накачивать ее желанием, она вновь застонала и обняла его всеми конечностями. Ее горячая плоть, дрожащая от только что испытанного оргазма, слилась с его. После они долго лежали остывая поверх скомканных простыней бок о бок, рассматривая тени на потолке.
Курс лечения
Она прервала молчание:
- Я в вас не ошиблась. Вы можете быть достойным любовником. Никаких физиологических нарушений нет. Проблемы от того, что вам не достает настоящих сексуальных стимулов. Но с этим можно работать.
- Доктор, вы тоже чудесная любовница. И светоч медицины!
- Я вам понравилась? Надо признаться, и вы мне тоже. Это не профессионально, конечно, но я бы в противном случае не стала бы проводить такую терапию. Да что говорить - вы и сами все видели. А вы бы хотели продолжить?
- Да, доктор. После всего, что я почувствовал, я ваш. Пациент, любовник, подопытный кролик - что хотите.
Он повернулся и положил руку на ее влажный и прохладный лобок, под которым таилась теплая ласковая плоть. Она вздрогнула, сжала ноги и уперлась ему в грудь.
- Нет, нет! На сегодня достаточно. Мы продолжим, если вы этого действительно желаете. Но для этого вы должны познакомить меня со своей женой.
- Это правда необходимо? Она может не понять.
- Посудите сами. Со мной у вас прекрасно получается, а с женой нет. Но я же не буду вечно в вашем распоряжении, так ведь? А она скорее всего останется. И вообще, для кого мы это с вами делаем? Ведь не только для вас, а и для нее тоже. И наконец, вам как супругу, просто нечестно обманывать жену с другой женщиной, пусть даже с медицинскими целями.
- Доктор, мне Валя дорога, и я боюсь, как бы это не кончилось плохо.
- Все зависит от вас. Надо будет объяснить. Мягко, но настойчиво. Надеюсь, у вас есть доверие к друг другу? В конце концов, она должна быть так же заинтересована, как и вы, чтобы ваша сексуальная жизнь была полнокровной. Чтобы она чувствовала вашу любовь. Чтобы она гордилась вами, наконец. Разве этого мало?
- Я, я постараюсь. Но это будет не просто.
- Думаю, получится. Если будет полный отказ, ну тогда терапию придется прервать. Чего бы я очень не хотела. Объясните ей ситуацию. Скажите, что на какие-то большие жертвы ей идти не придется и что она, в сущности, ничем не рискует. А польза может быть значительная
- Так о чем же мне нужно ее просить?
- Нам нужно встретиться. У вас дома или в гостинице - где она захочет. Мне нужно понять ее сексуальные реакции, что она хочет от секса, что ее возбуждает, а что будет неприятно. Вы когда-либо с ней это обсуждали?
- Пожалуй нет. Так, иногда оральные ласки, позы какие-нибудь...
- Сколько ей лет?
- Ей сорок два, примерно как и вам наверное.
- А как она выглядит?
- Выглядит? Обычно. Не худая и не полная. Достаточно еще стройная и подтянутая для своего возраста. Хотя и не такая спортивная, как вы. Я считаю ее красивой.
- Она рассказывала когда-нибудь о своем сексуальном опыте, не с вами, до вас? Как она вообще реагирует на других мужчин?
- Нет, я никогда этим не интересовался. Да мне были бы пожалуй неприятны такие подробности. А на мужчин мне кажется она не заглядывается, по крайней мере ничего тревожного я не замечал.
- Жаль, что вы так мало знаете о жене. Тогда мне вероятно придется это выяснить самой. Давайте сделаем вот что: попросите ее вначале записаться ко мне на прием. Поговорим без вас. И кстати, пусть сдаст анализ крови на гормональный фон. Я потом напишу, что нужно. Но главное, объясните зачем все это затевается. Но сперва пусть поговорит со мной. Это может облегчить вашу задачу.
Валя вначале просто подняла его на смех.
- Так ты говоришь о гормональных изменениях? Ты прав, они видны без всяких анализов, иначе с чего бы ты захотел стать половым гигантом? А может это не гормоны, а твой рассудок?
- Смейся, смейся. Но к врачу сходи. Разве ты так хорошо в этом разбираешься? У нее наверняка есть много, чего тебе сказать.
- По-твоему я что-то о себе не знаю?
- Вот именно. Я, во всяком случае, многое о себе узнал. Даже почувствовал.
- Это становится интересно. Не только одни разговоры, значит?
- Она расспрашивала о нашей половой жизни. И думает, что ее можно значительно улучшить. Речь идет не о каком-то суперменстве, а о возврате к норме.
- Какой норме, это когда мы с тобой только познакомились? Ночи любви? Не смеши меня, чтобы мне не рассказывали - не поверю в эту чепуху.
- Нет, такого она не говорила. Скажи, а сейчас тебе часто со мной хочется? Только честно.
- Ты же знаешь ответ. Зачем спрашивать? А ты? Что, ты меня часто хочешь? Хорошо, если раз в месяц, да и то, кажется мне, больше из чувства долга. Так?
- Ну нет, не совсем из чувства долга. Но, если честно, то большой остроты чувств не испытываю.
- Мне это очень печально.
- И мне. Но нам уже не двадцать и даже не тридцать лет, не забыл?
- Она сказала, что мой возраст, тем более твой - это время нормальной половой активности. Когда еще много сил и много эмоций. И сказала, что надо этим пользоваться, пока еще оно не ушло.
- Наверное, у нее есть волшебная палочка - какие-нибудь таблетки, порошки или упражнения?
- Пусть она тебе сама об этом расскажет. Что ты упрямишься? Ты же ничем не рискуешь.
- Рискуешь ты. Выпустишь джинна из бутылки, что ты потом будешь делать? Ладно, запиши меня к ней. Хочу познакомиться с обольстительницей.
В тот день она ему показалась молчаливой и даже подавленой. Он надеялся, Тина ему расскажет сама о визите к Милене, но она отмалчивалась и на вопросы отвечала односложно. Ему было не по себе, он боялся взрыва негодования и обвинений если откроется его отношения с врачом. Он уже жалел, что согласился на то, что Милена называла семейной терапией. Но Тина (так он звал жену) вела себя тихо и как-то подчеркнуто спокойно. Только через несколько дней она обронила, что врач ей понравилась, что та считает нужной еще один визит, опять без него, с глазу на глаз.
Это его успокоило, угроза скандала, кажется, миновала. Но ему все же хотелось знать, он не очень себе представлял о чем они могут говорить и в чем доктор хочет убедить его жену.
Постепенно он сумел выведать некоторые подробности. Врач вначале предложила сделать осмотр, как это бывает за ширмой в медицинском кабинете. Тине не хотелось полностью раздеваться, но неудобно было отказаться. Но врач была очень тактична и откровенно похвалила подтянутую фигуру пациентки, ей понравилась высокая красивой формы грудь и она не преминула отметить что бедра и ноги еще сохранили стройность и упругость. Врач расспрашивала, как она поддерживает форму, диета, упражнения и прочее и что-то рассказала о себе. Кажется, это была доверительная женская болтовня, сидя на диване, как он понял. Тина упомянула, что разговор зашел о мужьях и Милена упомянула и о своем прошлом супруге, тоже враче, они работали в одной клинике. Известный хирург, властный начальник, любимец женщин. Он царил у себя в отделении, все они были его, если он захочет. Так что когда они поженились, она стала первой… но среди других. Милена сказала, что мирилась с этим положением вещей, потому что полностью растворилась в его желаниях, он целиком овладел ее волей и смог сделать так, что она стала любить то, что любил и он. Это касалось и женщин, с которыми он встречался. Она призналась, что стала постепенно обращать внимание на женщин, больше ценить их красоту, чувствовать их сексуальность. И потом еще много рассказывала об Индии, где провела несколько лет
- И тут, - заметила Тина, - я поняла, что нравлюсь ей. И, видимо, не только из служебной обязанности она со мной общается, а просто ей приятно со мной поговорить. Она себя держала как-то неформально что-ли.
- А обо мне спрашивала ?
- Конечно, это обязательно. Я ведь затем и пошла.
- И что это было?
- Ну, о многом. О наших отношениях. Интимных, она ведь врач? Правда ты говорил, она уролог, т.е. больше по мужским болезням, а она про это ничего не спрашивала. А все больше о том, что меня в тебе возбуждает или наоборот отталкивает, позы, ласки и прочее. Причем очень подробно просила описать как у нас это бывает, как ты меня целуешь и куда, что за чем следует, в какой момент входишь, какой темп и много еще чего. И конечно что я при этом чувствую, что я хотела бы от тебя и от себя.
- Неужели ты все ей выложила? Ведь даже со мной ты на эти темы не разговаривала!
- Но ты и не спрашивал. Ты знаешь, я не хотела откровенничать об этом, но как начала, не могла остановиться. Какой-то поток, видно копилось, а она все слушала и кивала головой. И даже обняла меня на прощанье. И сказала, что если я готова, то проведет еще один сеанс, чтобы меня раскрыть, это уже не в клинике.
- И ты согласилась?
- Да, кажется, мне это нужно. Да ведь ты и сам мне ее советовал. Она сказала позвонит и назначит встречу.в таком месте, где нам никто не помешает.
- А что это? - он, кажется понял, куда все это клонится.
- Она сказала сеанс. Не знаю.
Вскоре после этого Милена позвонила ему.
- Не хочу ничего делать за вашей спиной, - сказала она. - Валентина наверное говорила, что мы должны встретиться еще раз и наедине.
- Да, и я уверен, что это будут не только разговоры.
