- Добрый день, адепты, - он предпочел не заметить нашего измученного вида. – Сегодня мы с вами укрощаем виверн. Конечно же, с защитой, адептка Лиара. Никто вас без амулета внутрь не пустит. Нет, не летаем на них, адепт Урус. Всего лишь укрощаем. Они не дикие, но и не домашние. Представьте себе ситуацию: вам заказали эликсир бодрости. В него входит шерсть виверны. Ее надо аккуратно срезать с животного. Не вырвать, адептка Дариса, а срезать. Аккуратно, да. Отвлекли животное, срезали несколько волосин. И ни одна сторона не пострадала. Не стоит заранее падать в обморок, адептка Лиара. Иначе я поставлю вам незачет и отправлю на пересдачу. Да, сразу же. Еще вопросы есть?
Нет, конечно, больше вопросов не оказалось.
- Отлично, - удовлетворенно кивнул Роаррин. – В таком случае рассредоточьтесь вокруг загончика. Виверна вас не видит – ее магически усыпили. Сейчас я ее разбужу. Напомню: сонная виверна наиболее спокойна, чем давно бодрствующая. Вам нужно будет зайти внутрь, обратить на себя внимание виверны и отвлечь ее. Пока она будет занята тем, что вы ей предложите, вы срежете шерсть теми ножницами, что я дам. И молча, без ора, крика, обморока, покинете помещение. За первым адептом последует второй. И так – пока виверна полностью не проснется. Все ясно?
Да уж куда ясней…
Загончик был небольшим квадратным помещением, в котором животное типа виверны могло только спать, и то свернувшись в клубок.
Проснувшись, виверна выбивала хвостом одну из стен и взлетала в небо в поисках пищи.
Охотились виверны сами, не вылетая из-за магического купола над академией. Мелкие грызуны и небольшие птицы считались отличной пищей для виверн.
Роаррин, не колеблясь, назначил первого мученика. Урус. Именно он должен был срезать клочок шерсти у виверны.
Урус получил защитный амулет, с помощью которого можно было выжить даже после столкновения со злобной и голодной виверной.
Роаррин произнес заклинание. Одна из стен загончика исчезла. И мы все уставились на коричнево-черное создание, отдаленно напоминавшее крупную змею. Тело как у удава, небольшие лапки с острыми когтями, которыми виверна обычно удерживала жертву, гладкие кожистые крылья как у летучей мыши, и голова с несколькими маленькими шипами. Для определенных рас эти шипы были ядовиты. Но уж точно не для троллей. А потому отговорок у Уруса не имелось. Хочешь сдать без проблем предмет? Вперед, за шерстью.
Роаррин произнес еще одно заклинание. И виверна открыла глаза. Взгляд у нее оказался мутным и рассеянным. Ну, это пока. А вот как проснется…
Роаррин многозначительно посмотрел на Уруса. Тот ответил взглядом: «Да я лучше на пересдачу пойду!» Но к виверне нехотя приблизился. И замер. На расстоянии полутора локтей, моих, не Уруса, замер. Стоял и смотрел на виверну. Ну и та смотрела в ответ. На него. И медленно просыпалась.
«Еще несколько минут игры в гляделки, и виверна проснется. Потом можно тренироваться в беге и боевке, но не рвать шерсть», - подумала я с иронией.
Урус, видимо, подумал то же самое, потому что нерешительно позвал:
- Кис, кис, кис…
Народ закашлялся, тщетно пытаясь замаскировать кашлем смех. Так сильно виверну еще не унижали. Сравнение с кошкой вряд ли улучшит ее характер.
Роаррин кашлянул чуть громче остальных, намекая на необходимость действовать.
- Гули, гули, гули, - обреченно произнес Урус.
И сделал два шага вперед. Как осужденный – на плаху. Ничего хорошего от подобной встречи он не ждал.
И правильно делал.
Виверна прищурилась, как по мне, весьма угрожающе.
Честное слово, я первый раз в жизни видела, как прищуривается дальний родственник драконов. Считалось, что у магических животных или совсем нет разума, или он есть в зачаточном состоянии. И живут они в основном на инстинктах.
В инстинктах виверн не было прищуривания. Никто никогда не рассказывал адептам ни о чем таком. А значит, виверны не могли вести себя, как раздраженные одушевленные существа. Но данной особи об этом забыли сообщить.
Она широко зевнула, открыв пасть, полную длинных острых клыков, и посмотрела на Уруса с видом повара, решавшего, с какой части начать разделывать тушу. По размерам тролль и виверна были примерно равны. И я очень сомневалась, что у нее получится прокусить кожу здоровяка Уруса.
Но главное – психологический прессинг. Надо показать противнику, что ты сильнее его, даже если это не так задавить его сначала морально и только потом уже – физически.
Виверне удалось запугать Уруса. Он дернулся, отступил на шаг. И в следующий миг виверна резко раскрыла крылья, разрушая хлипкие стенки загончика, зашипела, вытянула вперед шею.
Кто-то из адепток вскрикнул от испуга. Нервы им всем надо лечить, вот ей-богу.
Крик подействовал на виверну, словно удар хлыста. Она ринулась вперед, сначала – на Уруса, а затем – и на остальных обидчиков.
Сонная, не выспавшаяся, злая, виверна готова была разделать на части каждого из тех, кто встал бы на ее пути.
Ряды адептов дрогнули.
И так испуганный Урус побежал первым. Остальные – за ним.
Мы с Лиарой последовали за всеми. Просто потому, что плыть против течения невозможно. Снесет волной.
И нашей группе, поддавшейся панике, было уже все равно, что позади, за нашими спинами, что-то кричал Роаррин. Нам даже плевать было на то, что никаких звуков преследования не было слышно. Мы трусливо бежали с поля боя.
В какой-то момент меня толкнули в плечо, уж не знаю, случайно или намеренно. Я дернулась в сторону. Нога зацепилась непонятно за что на земле. Я не удержала равновесия, покачнулась, упала. В голову мгновенно пришелся удар чьим-то ботинком с тупым мысом.
И я потеряла сознание.
Пришла в себя я в местном лазарете, небольшом здании при академии. Высокое и широкое, оно было рассчитано на прием существ разных рас. Здесь могли спокойно поместиться как тролли, так и гномы. Для каждого нашлась бы палата по размеру. Даже кентавров, живущих при академии, и тех лечили в подходящих им палатах. Новейшее оборудование, установленное в лазарете и работающее исключительно на магии, позволяло продиагностировать больного и выявить проблемы с его здоровьем буквально за несколько секунд. Трудились здесь существа всех рас, в основном дриады и эльфийки. Именно они проявляли способности к медицине чаще всего. И попадала я сюда впервые. Нет, пару раз была с мелкими ожогами после боевки. Но тогда пришла и ушла своими ногами. Сейчас же я оказалась на больничной кровати. И понятия не имею, кто меня сюда доставил.
- Магия, адептка, - послышался от окна знакомый голос. Тарр ректор изволил навестить больную адептку. – Вас доставила сюда магия. Как и любого адепта, жизни и здоровью которого угрожает опасность. С вашим преподавателем я еще поговорю. А пока что я хочу услышать от вас, что случилось.
Нортар подошел к больничной кровати, уселся на стул напротив и пытливо посмотрел мне в лицо.
- Предупреждаю, адептка, я умею чувствовать ложь.
Я только вздохнула.
- Мне незачем вам лгать, тарр ректор.
- Очень на это надеюсь. Так почему вы внезапно очутились в лазарете, да еще и после пары с магическими животными? И не надо так смотреть. Да, на вас стоит моя метка. И будет стоять дальше, пока вы не закончите академию. Потом ответственность за вас будут нести другие существа. А пока что этим занимаюсь я, ваш ближайший кровный родственник в этих стенах. Так что произошло, адептка?
Мир патриархата, чтоб его. «…ответственность за вас будут нести другие существа». И плевать, что я уже совершеннолетняя и сама могу о себе позаботиться. Все равно Нортар, как мужчина, несет за меня ответственность. Попробуй что-то скажи против. Как минимум услышишь лекцию на пару часов. Узнаешь много нового о себе и своем поле, слабом и беззащитном, а также о сильных и мудрых мужчинах, которые должны за мной, безголовой, следить и отвечать за мои поступки.
В общем, проще было проигнорировать не понравившиеся слова и ответить на четко заданный вопрос.
- Я упала, тарр ректор.
Меня пронзили недовольным взглядом.
- Адептка, не заставляйте меня задавать вам подробные вопросы.
Я подавила тяжелый вздох. Он же маг. Ну вот пусть посмотрит «запись» события. Не нужно будет меня допрашивать.
- Нам нужно было ощипать виверну, тарр ректор. Урус отправился к ней, сонной, что-то сделал не так. Она на него напала. Мы испугались и бросились бежать, Меня кто-то толкнул. Я упала. Ну и…
Я выразительно замолчала.
- Я понял все, кроме вашего задания, адептка, - насмешливо произнес Нортар. – Чем вам не угодила виверна? Зачем вам понадобилось ее ощипывать?
- Возможно, я не совсем корректно выразилась, тарр ректор. Нам надо было как можно аккуратней состричь у нее шерсть. Это было нашим заданием, - постаралась я пояснить понятней.
- Вот теперь ясно, - кивнул Нортар. – Сегодняшнюю ночь проведете в лазарете. Завтра отправитесь на занятия отсюда. Вашу форму и учебники я перенесу в палату.
Сказал и исчез.
Я посмотрела ему вслед с тоской во взгляде. Никогда не любила больницы. Не понимала, как люди могут в них отдыхать. Для меня одно нахождение в больничной палате было своего рода стрессом. Тут же не развернешься, не повернешься, вообще не сможешь как-то обустроиться, пусть даже с минимальным комфортом. Какой, блин, отдых, когда все родное и знакомое осталось дома? Да я выла, когда надо было хоть несколько часов провести в палате. Теперь же мне предстояло переночевать здесь. И утром идти отсюда на занятия. Не самое лучшее времяпрепровождение, конечно.
И вот спрашивается, чем тут заняться деятельной мне? У меня вроде бы ничего не болит. И к своей комнате в общаге я смогу попасть без проблем. Ну, наверное. В крайнем случае доползу как-нибудь. Если так сильно беспокоился обо мне, мог бы порталом меня туда перенести, чтобы я не перетруждалась. Зачем оставлять в одиночестве в больничной палате?!
Ответа не было. Мое настроение стремительно портилось. От отметки «как же все достало» оно упало к отметке «всех убью особо изощренными способами, выпустите меня отсюда, гады!» Я лежала, тоскливо смотрела в побеленный потолок и злилась на себя, на Нортара, на Мироздание, на всех вокруг. Мне было скучно, причем скучно до жути. Если бы в палате были учебники или конспекты, я занялась бы повторением материала, любого, сошло бы и зельеварение. Но нет. Нортар не спешил ничего переносить. И это тоже меня бесило. Проведал, увидел, что жива-здорова, и сбежал по своим делам. А мне тут скучать!
Я промучилась до вечера, съела принесенный дриадой-медсестрой скудный ужин, приправленный микстурой, и, грустная, улеглась спать.
Снилась мне какая-то невероятная чушь с многоголовыми монстрами и изощренными магическими ловушками. Проснулась я утром, не выспавшаяся и злая.
Пора было идти на пары.
Я огляделась. Нортар выполнил обещание и доставил в палату мою одежду. И учебники с конспектами. Причем последние были как раз для сегодняшнего расписания. Заботливый дальний родственник.
Тихо матерясь, я все же переоделась, заложила учебники и конспекты в свою сумку и потопала на пары.
Ни врачи, ни охранник в лазарете мне не препятствовали.
Настроение мое было боевым. Хотелось выпустить пар и показать всем вокруг, что отдыхала я недаром.
Первой у нас была медицина. И Нортог явно постарается выжать из адептов все соки. Что ж, там и попробую сбросить напряжение.
Лиара, увидев меня перед аудиторией, повисла на моей шее в буквальном смысле слова.
- Задушишь, - прохрипела я, не делая попытки отбиться.
Бесполезно.
- Живая, - заявила довольно Лиара, наконец-то отпуская мою многострадальную шею. – Мы тут уже успели поспорить, как долго ты в лазарете проваляешься и когда выйдешь. Я ставила на сегодняшний день.
- Иди забирай выигрыш, - хмыкнула я.
Поспорила она. На меня. Зараза.
Нортог сегодня читал лекцию по новому материалу. Заговоры и их влияние на лечение больного.
- Магические заговоры существуют на протяжении многих веков и играют значительную роль в области лечения больных, - вещал он с трибуны, пока мы все дружно записывали лекцию в тетрадь. – Эти древние ритуалы основаны на вере в силу слов и могут помочь восстановить здоровье, вызывая внутренние силы пациента и активизируя процессы исцеления. Магические заговоры используются в различных культурах и народных традициях по всему миру. Они основаны на идее, что слова имеют энергию и способны влиять на окружающую среду. Когда заговор произносится с верой и интенсивностью, он создает особую возможность, которой и пользуется больной. Один из наиболее известных типов заговоров нужно произносить при лечении физических болезней. В таких случаях часто применяются заговоры, которые наделяют пациента силой самоисцеления. Уникальные словесные формулы, применяемые в этих ритуалах, помогают активизировать жизненные силы организма. К заговорам надо относиться с осторожностью. Это тоже магия, только, если так можно выразиться, низовая, доступная всем слоям населения, вне зависимости от их магических способностей. Считается, что навести порчу или сглаз на дипломированного мага нельзя. Как и заговорить кровь у того, кто ранен магическим оружием. В ответ я обычно предлагаю таким умникам прийти в столичный лазарет и поработать там хотя бы недельку, в любом статусе. После этого их мнение насчет заговоров сильно изменится. Наши предки были не глупее нас. И если они утверждали, что можно навести порчу или сглаз на кого угодно, то так оно и есть.
Нортог нехорошо улыбнулся. И я сразу же заподозрила неладное.
Не то чтобы я сильно верила в сглаз или порчу. Но моя земная бабушка, оказавшаяся и не бабушкой вовсе, всегда твердила мне, что лучше один раз перестраховаться, чем потом сто раз о чем-то жалеть. И потому, едва поступив в магическую академию, я запаслась амулетом от порчи и сглаза. Так, на всякий пожарный. Висел он у меня на груди, на простой веревочке. Но срабатывал только дважды, и то на экзаменах, когда кто-то из однокурсников пытался завидовать моей оценке. Оба раза он немного теплел, отводя от меня злые наветы и всякие гадости.
Сегодня он сработал третий раз. Только теперь чуть не обжег меня. Но это того стоило. Пока вся группа кашляла, чихала и вытирала слезившиеся глаза, я сидела и недоуменно смотрела на Нортога. Он что, правда это сделал?!
- Вот так вот, дорогие адепты, - злорадно усмехнулся между тем Нортог. Он явно был доволен тем, что сделал. – Я навел на вас простейший сглаз. Он будет действовать ровно минуту. Но его влияние на ваш организм, надеюсь, запомнится надолго. И из всей группы была готова к чему-то подобному только одна адептка, и та – из немагического мира. Плохо, адепты. Просто отвратительно. Ни подготовки, ни реакции, ни умения предотвратить влияние на себя. Ничего. И это будущие квалифицированные маги.
«Будущие квалифицированные маги» молчали, не пытаясь оправдаться. Им было не до того.
До конца занятия народ сидел тише воды ниже травы, периодически испуганно косился на препода и подробно конспектировал все, что тот диктовал.
Следующие пары, рунология и боевка, прошли быстро, как и не было их. Затем мы плотно поели и потащились на предсказания.
Оригана уже сидела в кабинете и смотрела на нас с радостью аллигатора, к которому прямо в пасть пожаловал сытный ужин.
Нет, конечно, больше вопросов не оказалось.
- Отлично, - удовлетворенно кивнул Роаррин. – В таком случае рассредоточьтесь вокруг загончика. Виверна вас не видит – ее магически усыпили. Сейчас я ее разбужу. Напомню: сонная виверна наиболее спокойна, чем давно бодрствующая. Вам нужно будет зайти внутрь, обратить на себя внимание виверны и отвлечь ее. Пока она будет занята тем, что вы ей предложите, вы срежете шерсть теми ножницами, что я дам. И молча, без ора, крика, обморока, покинете помещение. За первым адептом последует второй. И так – пока виверна полностью не проснется. Все ясно?
Да уж куда ясней…
Глава 25
Загончик был небольшим квадратным помещением, в котором животное типа виверны могло только спать, и то свернувшись в клубок.
Проснувшись, виверна выбивала хвостом одну из стен и взлетала в небо в поисках пищи.
Охотились виверны сами, не вылетая из-за магического купола над академией. Мелкие грызуны и небольшие птицы считались отличной пищей для виверн.
Роаррин, не колеблясь, назначил первого мученика. Урус. Именно он должен был срезать клочок шерсти у виверны.
Урус получил защитный амулет, с помощью которого можно было выжить даже после столкновения со злобной и голодной виверной.
Роаррин произнес заклинание. Одна из стен загончика исчезла. И мы все уставились на коричнево-черное создание, отдаленно напоминавшее крупную змею. Тело как у удава, небольшие лапки с острыми когтями, которыми виверна обычно удерживала жертву, гладкие кожистые крылья как у летучей мыши, и голова с несколькими маленькими шипами. Для определенных рас эти шипы были ядовиты. Но уж точно не для троллей. А потому отговорок у Уруса не имелось. Хочешь сдать без проблем предмет? Вперед, за шерстью.
Роаррин произнес еще одно заклинание. И виверна открыла глаза. Взгляд у нее оказался мутным и рассеянным. Ну, это пока. А вот как проснется…
Роаррин многозначительно посмотрел на Уруса. Тот ответил взглядом: «Да я лучше на пересдачу пойду!» Но к виверне нехотя приблизился. И замер. На расстоянии полутора локтей, моих, не Уруса, замер. Стоял и смотрел на виверну. Ну и та смотрела в ответ. На него. И медленно просыпалась.
«Еще несколько минут игры в гляделки, и виверна проснется. Потом можно тренироваться в беге и боевке, но не рвать шерсть», - подумала я с иронией.
Урус, видимо, подумал то же самое, потому что нерешительно позвал:
- Кис, кис, кис…
Народ закашлялся, тщетно пытаясь замаскировать кашлем смех. Так сильно виверну еще не унижали. Сравнение с кошкой вряд ли улучшит ее характер.
Роаррин кашлянул чуть громче остальных, намекая на необходимость действовать.
- Гули, гули, гули, - обреченно произнес Урус.
И сделал два шага вперед. Как осужденный – на плаху. Ничего хорошего от подобной встречи он не ждал.
И правильно делал.
Виверна прищурилась, как по мне, весьма угрожающе.
Честное слово, я первый раз в жизни видела, как прищуривается дальний родственник драконов. Считалось, что у магических животных или совсем нет разума, или он есть в зачаточном состоянии. И живут они в основном на инстинктах.
В инстинктах виверн не было прищуривания. Никто никогда не рассказывал адептам ни о чем таком. А значит, виверны не могли вести себя, как раздраженные одушевленные существа. Но данной особи об этом забыли сообщить.
Она широко зевнула, открыв пасть, полную длинных острых клыков, и посмотрела на Уруса с видом повара, решавшего, с какой части начать разделывать тушу. По размерам тролль и виверна были примерно равны. И я очень сомневалась, что у нее получится прокусить кожу здоровяка Уруса.
Но главное – психологический прессинг. Надо показать противнику, что ты сильнее его, даже если это не так задавить его сначала морально и только потом уже – физически.
Виверне удалось запугать Уруса. Он дернулся, отступил на шаг. И в следующий миг виверна резко раскрыла крылья, разрушая хлипкие стенки загончика, зашипела, вытянула вперед шею.
Кто-то из адепток вскрикнул от испуга. Нервы им всем надо лечить, вот ей-богу.
Крик подействовал на виверну, словно удар хлыста. Она ринулась вперед, сначала – на Уруса, а затем – и на остальных обидчиков.
Сонная, не выспавшаяся, злая, виверна готова была разделать на части каждого из тех, кто встал бы на ее пути.
Ряды адептов дрогнули.
И так испуганный Урус побежал первым. Остальные – за ним.
Мы с Лиарой последовали за всеми. Просто потому, что плыть против течения невозможно. Снесет волной.
И нашей группе, поддавшейся панике, было уже все равно, что позади, за нашими спинами, что-то кричал Роаррин. Нам даже плевать было на то, что никаких звуков преследования не было слышно. Мы трусливо бежали с поля боя.
В какой-то момент меня толкнули в плечо, уж не знаю, случайно или намеренно. Я дернулась в сторону. Нога зацепилась непонятно за что на земле. Я не удержала равновесия, покачнулась, упала. В голову мгновенно пришелся удар чьим-то ботинком с тупым мысом.
И я потеряла сознание.
Глава 26
Пришла в себя я в местном лазарете, небольшом здании при академии. Высокое и широкое, оно было рассчитано на прием существ разных рас. Здесь могли спокойно поместиться как тролли, так и гномы. Для каждого нашлась бы палата по размеру. Даже кентавров, живущих при академии, и тех лечили в подходящих им палатах. Новейшее оборудование, установленное в лазарете и работающее исключительно на магии, позволяло продиагностировать больного и выявить проблемы с его здоровьем буквально за несколько секунд. Трудились здесь существа всех рас, в основном дриады и эльфийки. Именно они проявляли способности к медицине чаще всего. И попадала я сюда впервые. Нет, пару раз была с мелкими ожогами после боевки. Но тогда пришла и ушла своими ногами. Сейчас же я оказалась на больничной кровати. И понятия не имею, кто меня сюда доставил.
- Магия, адептка, - послышался от окна знакомый голос. Тарр ректор изволил навестить больную адептку. – Вас доставила сюда магия. Как и любого адепта, жизни и здоровью которого угрожает опасность. С вашим преподавателем я еще поговорю. А пока что я хочу услышать от вас, что случилось.
Нортар подошел к больничной кровати, уселся на стул напротив и пытливо посмотрел мне в лицо.
- Предупреждаю, адептка, я умею чувствовать ложь.
Я только вздохнула.
- Мне незачем вам лгать, тарр ректор.
- Очень на это надеюсь. Так почему вы внезапно очутились в лазарете, да еще и после пары с магическими животными? И не надо так смотреть. Да, на вас стоит моя метка. И будет стоять дальше, пока вы не закончите академию. Потом ответственность за вас будут нести другие существа. А пока что этим занимаюсь я, ваш ближайший кровный родственник в этих стенах. Так что произошло, адептка?
Мир патриархата, чтоб его. «…ответственность за вас будут нести другие существа». И плевать, что я уже совершеннолетняя и сама могу о себе позаботиться. Все равно Нортар, как мужчина, несет за меня ответственность. Попробуй что-то скажи против. Как минимум услышишь лекцию на пару часов. Узнаешь много нового о себе и своем поле, слабом и беззащитном, а также о сильных и мудрых мужчинах, которые должны за мной, безголовой, следить и отвечать за мои поступки.
В общем, проще было проигнорировать не понравившиеся слова и ответить на четко заданный вопрос.
- Я упала, тарр ректор.
Меня пронзили недовольным взглядом.
- Адептка, не заставляйте меня задавать вам подробные вопросы.
Я подавила тяжелый вздох. Он же маг. Ну вот пусть посмотрит «запись» события. Не нужно будет меня допрашивать.
- Нам нужно было ощипать виверну, тарр ректор. Урус отправился к ней, сонной, что-то сделал не так. Она на него напала. Мы испугались и бросились бежать, Меня кто-то толкнул. Я упала. Ну и…
Я выразительно замолчала.
- Я понял все, кроме вашего задания, адептка, - насмешливо произнес Нортар. – Чем вам не угодила виверна? Зачем вам понадобилось ее ощипывать?
- Возможно, я не совсем корректно выразилась, тарр ректор. Нам надо было как можно аккуратней состричь у нее шерсть. Это было нашим заданием, - постаралась я пояснить понятней.
- Вот теперь ясно, - кивнул Нортар. – Сегодняшнюю ночь проведете в лазарете. Завтра отправитесь на занятия отсюда. Вашу форму и учебники я перенесу в палату.
Сказал и исчез.
Я посмотрела ему вслед с тоской во взгляде. Никогда не любила больницы. Не понимала, как люди могут в них отдыхать. Для меня одно нахождение в больничной палате было своего рода стрессом. Тут же не развернешься, не повернешься, вообще не сможешь как-то обустроиться, пусть даже с минимальным комфортом. Какой, блин, отдых, когда все родное и знакомое осталось дома? Да я выла, когда надо было хоть несколько часов провести в палате. Теперь же мне предстояло переночевать здесь. И утром идти отсюда на занятия. Не самое лучшее времяпрепровождение, конечно.
И вот спрашивается, чем тут заняться деятельной мне? У меня вроде бы ничего не болит. И к своей комнате в общаге я смогу попасть без проблем. Ну, наверное. В крайнем случае доползу как-нибудь. Если так сильно беспокоился обо мне, мог бы порталом меня туда перенести, чтобы я не перетруждалась. Зачем оставлять в одиночестве в больничной палате?!
Ответа не было. Мое настроение стремительно портилось. От отметки «как же все достало» оно упало к отметке «всех убью особо изощренными способами, выпустите меня отсюда, гады!» Я лежала, тоскливо смотрела в побеленный потолок и злилась на себя, на Нортара, на Мироздание, на всех вокруг. Мне было скучно, причем скучно до жути. Если бы в палате были учебники или конспекты, я занялась бы повторением материала, любого, сошло бы и зельеварение. Но нет. Нортар не спешил ничего переносить. И это тоже меня бесило. Проведал, увидел, что жива-здорова, и сбежал по своим делам. А мне тут скучать!
Я промучилась до вечера, съела принесенный дриадой-медсестрой скудный ужин, приправленный микстурой, и, грустная, улеглась спать.
Снилась мне какая-то невероятная чушь с многоголовыми монстрами и изощренными магическими ловушками. Проснулась я утром, не выспавшаяся и злая.
Пора было идти на пары.
Я огляделась. Нортар выполнил обещание и доставил в палату мою одежду. И учебники с конспектами. Причем последние были как раз для сегодняшнего расписания. Заботливый дальний родственник.
Тихо матерясь, я все же переоделась, заложила учебники и конспекты в свою сумку и потопала на пары.
Ни врачи, ни охранник в лазарете мне не препятствовали.
Настроение мое было боевым. Хотелось выпустить пар и показать всем вокруг, что отдыхала я недаром.
Первой у нас была медицина. И Нортог явно постарается выжать из адептов все соки. Что ж, там и попробую сбросить напряжение.
Лиара, увидев меня перед аудиторией, повисла на моей шее в буквальном смысле слова.
- Задушишь, - прохрипела я, не делая попытки отбиться.
Бесполезно.
- Живая, - заявила довольно Лиара, наконец-то отпуская мою многострадальную шею. – Мы тут уже успели поспорить, как долго ты в лазарете проваляешься и когда выйдешь. Я ставила на сегодняшний день.
- Иди забирай выигрыш, - хмыкнула я.
Поспорила она. На меня. Зараза.
Глава 27
Нортог сегодня читал лекцию по новому материалу. Заговоры и их влияние на лечение больного.
- Магические заговоры существуют на протяжении многих веков и играют значительную роль в области лечения больных, - вещал он с трибуны, пока мы все дружно записывали лекцию в тетрадь. – Эти древние ритуалы основаны на вере в силу слов и могут помочь восстановить здоровье, вызывая внутренние силы пациента и активизируя процессы исцеления. Магические заговоры используются в различных культурах и народных традициях по всему миру. Они основаны на идее, что слова имеют энергию и способны влиять на окружающую среду. Когда заговор произносится с верой и интенсивностью, он создает особую возможность, которой и пользуется больной. Один из наиболее известных типов заговоров нужно произносить при лечении физических болезней. В таких случаях часто применяются заговоры, которые наделяют пациента силой самоисцеления. Уникальные словесные формулы, применяемые в этих ритуалах, помогают активизировать жизненные силы организма. К заговорам надо относиться с осторожностью. Это тоже магия, только, если так можно выразиться, низовая, доступная всем слоям населения, вне зависимости от их магических способностей. Считается, что навести порчу или сглаз на дипломированного мага нельзя. Как и заговорить кровь у того, кто ранен магическим оружием. В ответ я обычно предлагаю таким умникам прийти в столичный лазарет и поработать там хотя бы недельку, в любом статусе. После этого их мнение насчет заговоров сильно изменится. Наши предки были не глупее нас. И если они утверждали, что можно навести порчу или сглаз на кого угодно, то так оно и есть.
Нортог нехорошо улыбнулся. И я сразу же заподозрила неладное.
Не то чтобы я сильно верила в сглаз или порчу. Но моя земная бабушка, оказавшаяся и не бабушкой вовсе, всегда твердила мне, что лучше один раз перестраховаться, чем потом сто раз о чем-то жалеть. И потому, едва поступив в магическую академию, я запаслась амулетом от порчи и сглаза. Так, на всякий пожарный. Висел он у меня на груди, на простой веревочке. Но срабатывал только дважды, и то на экзаменах, когда кто-то из однокурсников пытался завидовать моей оценке. Оба раза он немного теплел, отводя от меня злые наветы и всякие гадости.
Сегодня он сработал третий раз. Только теперь чуть не обжег меня. Но это того стоило. Пока вся группа кашляла, чихала и вытирала слезившиеся глаза, я сидела и недоуменно смотрела на Нортога. Он что, правда это сделал?!
- Вот так вот, дорогие адепты, - злорадно усмехнулся между тем Нортог. Он явно был доволен тем, что сделал. – Я навел на вас простейший сглаз. Он будет действовать ровно минуту. Но его влияние на ваш организм, надеюсь, запомнится надолго. И из всей группы была готова к чему-то подобному только одна адептка, и та – из немагического мира. Плохо, адепты. Просто отвратительно. Ни подготовки, ни реакции, ни умения предотвратить влияние на себя. Ничего. И это будущие квалифицированные маги.
«Будущие квалифицированные маги» молчали, не пытаясь оправдаться. Им было не до того.
До конца занятия народ сидел тише воды ниже травы, периодически испуганно косился на препода и подробно конспектировал все, что тот диктовал.
Следующие пары, рунология и боевка, прошли быстро, как и не было их. Затем мы плотно поели и потащились на предсказания.
Оригана уже сидела в кабинете и смотрела на нас с радостью аллигатора, к которому прямо в пасть пожаловал сытный ужин.
