Я кивнула и направилась в гостиную на первом этаже, где обычно и встречалась со старшими слугами.
Найра Эльвира была крупной высокой дамой с седыми волосами, лет сорока-пятидесяти. Она служила верой и правдой теперь уже моему бывшему супругу лет десять-пятнадцать, знала все плюсы и минусы усадьбы и умело руководила прислугой. Уж не знаю, каким образом она оказалась в усадьбе, и были ли у нее родственники, но работала она не покладая рук и нареканий не имела.
- Крышу надобно перекрывать, ваше сиятельство, - заявила она сразу после поклонов в мою сторону. – Прохудилась она. В господских комнатах еще не видно. А вот у слуг даже на первом этаже заметно.
- Есть, кому работать? – уточнила я.
- Есть, как не быть. Из деревень крестьяне придут. Они умельцы в этом. Прикажите только.
«И денег дайте», - добавила я про себя.
Вот и расходы. Непредвиденные. Сюда и пойдут те самые десять золотых, на которые так хотела наложить руку Ираса.
- Хорошо, приказываю. Деньги я вам выдам. Еще что?
- Так запасы к зиме делать пора. Бортники мед скоро принесут, мельники – муку, травницы – свои сборы. Все это зимой пригодится.
Я, бывшая городская жительница, все покупавшая в супермаркетах, только вздохнула, про себя, правда. Мед, мука, травы… Что-то еще, что точно нужно прикупить. На зиму. И почему я не в столице империи оказалась? Как здесь вообще люди выживают, особенно те, у кого мало золота?
У меня, конечно, золото имелось. В кабинете третьего супруга я на днях нашла документы, в которых перечислялось наследство от всех трех мужей. И там было, гм, прилично. Но, имея неплохой жизненный опыт, я знала, что деньги имеют свойство испаряться, особенно когда нужно закрыть сразу уйму финансовых дыр. Какой бы практичной я ни была, а поступлений в ближайшее время не предвиделось. Совет «тратить меньше» в данном случае, к сожалению, не срабатывал.
И потому все, что мне оставалось прямо сейчас, - это выдать Эльвире деньги. Те же десять золотых. И пригоршню серебра. Эльвира уверила меня, что на все хватит: и на крышу, и на запасы. Я только скептически хмыкнула, опять про себя. Как бы не пришлось повторно монеты выделять.
С поварихой я встречаться не стала – передала Эльвире бумажку с наспех записанными пожеланиями для меню. И хватит. Пока что да, хватит. А то одни траты и расстройства. Вот так зайду на кухню, и окажется, что посуда нужна, продукты нужны, дрова для печки просто необходимы, причем еще вчера. Да и вообще, госпожа, раскошеливайтесь!
Следующие сутки я читала, изучала все справочники, которые могли пригодиться. Нашла в книгохранилище один том по животноводству, один, посвященный рыбам этого региона. Ну и заодно заново пролистала книгу по сельскому хозяйству.
Вроде не так много литературы. Но… Моя голова к концу обучения напоминала чугунный шар. Я, конечно, запомнила не так много, как хотелось, но уже знала, что в моем владении имеются реки, богатые рыбой, и леса, в которых много дичи. А значит, от голода я не помру. Правда, хотелось бы, чтобы и крестьяне выжили. Иначе на следующий год часть деревень опустеет – народ потянется на заработки в город, некому станет землю пахать.
Покончив с чтением справочников, я задумалась над посещением замка и другого поместья. Надо, надо было туда доехать. Следовало и с управляющими увидеться, и с экономками переговорить. Да и вообще, понять, есть ли там экономки и управляющие.
На ловца, как известно, и зверь бежит. В моем случае эта пословица сработала просто превосходно – через сутки после разговора с Джоном появился еще один управляющий, тот, который занимался вторым поместьем и прилегавшими к нему землями.
Служанка объявила о его приезде примерно через час после завтрака. Я как раз сидела в кресле в спальне, у открытого окна. На улице было жарко. Лето снова вступило в свои права.
Услышав о человеке, с которым давно пора было пообщаться, я с готовностью кивнула:
- Передай, я сейчас спущусь.
Служанка убежала.
Я поднялась из кресла и уверенным шагом направилась на встречу.
Этого управляющего звали Норд. Он был ниже Джона и выглядел более щуплым. Но взгляд у него был внимательным и цепким.
- Ваше сиятельство, погорельцы у нас, - сообщил он после того, как поклонился. – Пять домов сгорело в деревне поплоше.
- Почему сгорело? – нахмурилась я.
- Так молния ударила в дерево. А то росло как раз между двух домов. Вот пожар и начался. Пока потушили, с ведрами-то, ночью, пять домов сгорело. Хорошо, люди все живы остались.
Отлично. Просто прекрасно. И? Вот что мне делать в такой ситуации? Деревня, как сказал управляющий, не самая богатая. Без крова осталось пять семей. Впереди – дождливая осень и морозная зима. Как мне быть? Дать денег на постройку домов? А где гарантия, что управляющий их себе не заберет? Или крестьяне не потратят на то, что, по их мнению, нужнее?
Кстати о крестьянах.
- Давно это случилось? – уточнила я.
- Так третьи сутки уже, как раз когда гроза была.
Да, действительно, пару-тройку дней назад была гроза. Я еще лежала в постели и думала, есть ли в усадьбе громоотвод.
- И где сейчас погорельцы?
- Так у родни своей, ваше сиятельство, кто где.
Мне в голову пришла хорошая идея. Ну, это я была уверена, что идея хорошая.
- Мне в усадьбу нужны рукастые люди, - сообщила я. – На осень и зиму ищу швей, ткачих, каменщиков, плотников, в общем, строительный люд. И кузнецов. Строители с кузнецами будут жить в самой крупной деревне этого поместья. Швеи и ткачихи – в самой усадьбе. Принесут клятву на эти месяцы. Весной я щедро заплачу им за работу. И если захотят, вернутся домой, с деньгами и возможностью построить себе дома.
Норд снова поклонился:
- Я передам, ваше сиятельство.
Так, с этим разобрались. Уже легче прожить.
- Как продвигается сбор урожая? – вспомнила я общение с Джоном.
- Справляемся, ваше сиятельство.
- Зерна хватает?
- Да, пока все в порядке.
Ага. То есть у Джона дожди виноваты, в недороде-то, а у Норда все нормально. Интересно, почему? Джон – нерадивый хозяйственник? Или на землях Норда выпало меньше осадков?
Я задала еще несколько вопросов, Норд отвечал четко, прямо, не пряча взгляд, что мне понравилось.
Он ушел, довольно быстро, я осталась. Сидела и думала, правильно ли поступила, выдернув крестьян одного поместья в другое. Все же разные управляющие, разные деревни. Образ жизни, допустим, один и тот же. Но хозяева изначально различались. Теперь, правда, хозяйкой стала я, объединив поместья. Но все равно, так ли было необходимо выдергивать крестьян в другую деревню?
Тем временем в холле хлопнула входная дверь, послышались громкие голоса. Кто-то излишне активный, явно мужского пола, кричал, выражал свое недовольство, явно пытаясь прорваться ко мне.
- Не дом, а проходной двор, - проворчала я себе под нос.
Но с места не встала. Мне было интересно, как закончится эта ситуация, сможет ли визитер дойти до пункта назначения.
Смог.
Дверь в гостиную буквально отлетела, впечатавшись в стену напротив. И на пороге появился высокий широкоплечий детина лет тридцати пяти-сорока. Одет он был во что-то, отдаленно напоминавшее старомодный камзол и штаны, и то, и другое сильно потертое и изношенное. Держался детина уверенно, кланяться не спешил. И я даже заинтересовалась этим появлением непонятной личности в моем доме. Кому это так хочется за свой счет у меня ремонт проводить?
- Аделина! – рыкнул незнакомец.
- С утра была, - кивнула я. – И?
- Не придуривайся!
Очень интересно… Орем, да еще и на «ты»… Мужчина, вы кто? Вам жить надоело?
- Мне тетушка рассказала, как ты «добра» к своим племянницам! – между тем продолжал орать детина. – Своих детей нет, так и на родню плевать?! Ты вообще думаешь о будущем?! Их будущем! Да на них никто никогда не посмотрит, если он вот за этих вот… выйдут! Тебе жалко несчастных десяти золотых?! Ты же в золоте купаешься! Три мужа, Аделина! Три! И каждый оставил тебе имущество! Да если ты тот замок продашь, и то сможешь десятки лет жить безбедно! А ты жалеешь десять золотых!
До меня наконец-то дошло. Передо мной стоял и драл глотку Дортас норт Жарский, мой двоюродный братец. Я смотрю, потребительское отношение прет изо всех щелей. И дочерей его мне нужно обеспечить, и об их будущем подумать. И не позволить выйти за безродных. Видимо, и приданным неплохим снабдить, кровиночек. А родители-то на что? Просто на кровати полежать? Или они – придаток к своим детям?
Дортас наконец-то выдохся и замолчал. Что ж, значит, теперь мой черед говорить. Только вряд ли ему понравится то, что я хочу сказать.
- Все сказал? – лениво поинтересовалась я. – Дорогой мой брат, не стоит быть таким требовательным, тем более к тем, кто тебе ничего не должен. Как ты правильно заметил, деньги у меня появились от трех мужей, а не от тебя и не от наших родственников. А значит, и тратить их я могу так, как считаю нужным, не интересуясь твоим мнением. У Динары и Вестаны есть родители. Вот они пусть и обеспечивают своих дочерей. Не нравятся женихи? Найди других. Сам. И приданым тоже обеспечь своих дочерей сам. И, Дортас, предупреждаю: если ты еще раз попытаешься повредить что-то из моего имущества, как ты сделал это с дверью, ремонт здесь будешь оплачивать сам. Я обращусь к главе округа с соответствующей просьбой. А теперь, дом, выставь его отсюда. И не пускай без моего приказа.
Магия в этом мире могла многое, в том числе и выставлять из дома неугодных. Специальные амулеты, дорогие, но очень эффективные, были развешаны в усадьбе по всем комнатам. И я при желании могла приказать убрать непонравившегося мне гостя, из любой точки дома. Миг – и ошарашенный моим поведением Дортас исчез. Напоминанием о нем остались лишь следы от обуви на полу и слетевшая с петель дверь.
- Вот уж правду говорят мудрые люди, - проворчала я устало. – Сила есть – ума не надо. Кому теперь приказать, чтобы дверь назад повесили? Пора, пора нанимать дворецкого и хотя бы пару охранников-мужчин. А то живу здесь в бабьем царстве…
Чтобы повесить на место дверь, пришлось вызывать экономку и приказывать послать за крестьянами из ближайшей деревни. У нее же я спросила насчет охранников и дворецкого.
- Я узнаю, ваше сиятельство, - степенно кивнула она.
До конца дня других происшествий не было. И я провела время в своей спальне, с книгой. Читала о нравах и обычаях этого региона. Узнала, что здесь довольно много сельскохозяйственных праздников. Но отмечают их в основном крестьяне. Аристократия старается отгораживаться от остальных слоев населения и вести свой образ жизни. И хотя действительно богатых дворян тут не так много, каждый, кто имеет даже захудалый титул баронета и пару-тройку деревушек, постоянно задирает нос и делает вид, что принадлежит к высшей касте.
Общих праздников, которые отмечали все сословия, было пять. И все они были связаны со сменой времен года. Сейчас, перед наступлением осени, должны были праздновать Лесанью.
«Лесанья – дни, в которые боги позволяют идти в леса за урожаем, - сообщала книга. – Считается, что в это время можно набрать больше всего ягод, грибов, лечебных трав. Лесанья начинается с утренних ритуалов. Люди собираются на травяных полянах, чтобы провести обряд благодарения лесным духам и богам за урожай. Каждая семья приносит с собой дары, в том числе и сладости, испеченные из муки, собранной еще весной. После обрядов начинается сбор урожая. Люди собираются в группы и отправляются в лес. Звучат песни, слышится смех, и каждый старается помочь друг другу найти самые лучшие места для сбора урожая».
Следующий праздник будет отмечаться после сбора урожая, поздней осенью, перед подготовкой к зиме.
Ну а потом уже – что-то вроде Нового года на местный манер.
Я тщательно запоминала все прочитанное. В любом случае пригодится, ну или для общего развития.
Ночь прошла спокойно.
А утром, прямо перед завтраком, в моей комнате появился магический вестник.
Письма здесь рассылались двумя способами. Те, кто был победней, писали от руки и отправляли обычной почтой, как на Земле. Такой способ был дешевым, но не особо надежным.
Богатые и именитые пользовались магическими вестниками. Они изготавливались из различных материалов, чаще всего – из ткани, кожи, бумаги. И каждый такой вестник мог за один раз принести в семью до трех писем. Это было дорого, но надежно.
Я никогда ничего подобного не видела. Только читала у Аделины про использование таких вещиц. И вот теперь в моей спальне, на кровати, сидел ворон. Самый натуральный, да. Не живой. Сделанный из кожи. Но очень, очень похожий на настоящего. И держал он в клюве темно-синий конверт.
- Отдай письмо и жди ответ, - вспомнила я, как Аделина действовала в подобных ситуациях.
Конверт упал на одеяло.
Я распаковала его, несколько секунд вглядывалась в написанное, потом от души выругалась, не стесняясь вестника. Все равно не запомнит. Он только бумажные носители передавать способен.
Письмо было от Ирасы. И на хорошего качества бумаге было написано только несколько слов:
«Я нашла тебе четвертого мужа».
Ответ я написала быстро. И коротко. Взяла лист и карандаш со стола в углу комнаты и накатала, в четыре слова:
«Мне не нужен муж».
После этого сложила листок в четыре раза и отдала его вестнику. Тот клюнул листок, прицепил его таким образом к клюву и исчез.
А я пошла в книгохранилище, за сборником законов и информацией. Мне нужно было понять, на каком основании действовала Ираса. Если это законно, то придется подчиниться. Если самодурство с ее стороны, то никаких больше браков. Ну и заодно следовало уточнить еще пару-тройку моментов.
Так что я закопалась в книгах.
Сборник законов Варислава Справедливого, правившего триста двадцать пять лет назад, утверждал, что женщина имеет право отказаться выходить замуж снова, если у нее уже были хотя бы двое мужей. И под «звездочкой» было добавлено уточнение: «И оба умерли своей смертью».
Что ж, логично. Раз боги отвели от двух браков, значит, и третий не нужен.
Но при этом законник Парний Мудрый, выпустивший отдельно книгу с не устаревшими законами, несколько раз подчеркивал, что высокородная аристократка обязана оставить после себя потомство. И писал он это через шестьдесят лет после смерти Варислава Справедливого.
Так что если верить Парнию Мудрому, я должна была родить, в любом случае, неважно, в каком по счету браке.
Наследник должен быть. Всё. Точка. Желательно, конечно, родить больше одного ребенка. Но и один пойдет. Главное, чтобы было, кому оставить наследство.
- Да чтоб вас, - выругалась я устало. – Вот и кому верить?
Мне нужен был законник, хороший и грамотный, желательно еще и преданный. Мне, естественно. Сама я понимала написанное, но выстроить цепочку доказательств и грамотно оспорить чужое мнение не могла.
Я провозилась до вечера и вышла из книгохранилища с гудевшей головой.
В спальне меня ждал уже знакомый вестник. Ираса не принимала отказов. Она была уверена в своей правоте всегда и везде.
Вот и теперь она сообщала, считая, что я подчинюсь:
«Завтра мы с Литой приедем к тебе пить чай. Будь дома. Тогда все и обсудим».
Отлично. Просто прекрасно. То есть мои планы никого не интересовали? Меня просто поставили перед фактом. Еще и приказали: «Будь дома».
Найра Эльвира была крупной высокой дамой с седыми волосами, лет сорока-пятидесяти. Она служила верой и правдой теперь уже моему бывшему супругу лет десять-пятнадцать, знала все плюсы и минусы усадьбы и умело руководила прислугой. Уж не знаю, каким образом она оказалась в усадьбе, и были ли у нее родственники, но работала она не покладая рук и нареканий не имела.
- Крышу надобно перекрывать, ваше сиятельство, - заявила она сразу после поклонов в мою сторону. – Прохудилась она. В господских комнатах еще не видно. А вот у слуг даже на первом этаже заметно.
- Есть, кому работать? – уточнила я.
- Есть, как не быть. Из деревень крестьяне придут. Они умельцы в этом. Прикажите только.
«И денег дайте», - добавила я про себя.
Вот и расходы. Непредвиденные. Сюда и пойдут те самые десять золотых, на которые так хотела наложить руку Ираса.
- Хорошо, приказываю. Деньги я вам выдам. Еще что?
- Так запасы к зиме делать пора. Бортники мед скоро принесут, мельники – муку, травницы – свои сборы. Все это зимой пригодится.
Я, бывшая городская жительница, все покупавшая в супермаркетах, только вздохнула, про себя, правда. Мед, мука, травы… Что-то еще, что точно нужно прикупить. На зиму. И почему я не в столице империи оказалась? Как здесь вообще люди выживают, особенно те, у кого мало золота?
У меня, конечно, золото имелось. В кабинете третьего супруга я на днях нашла документы, в которых перечислялось наследство от всех трех мужей. И там было, гм, прилично. Но, имея неплохой жизненный опыт, я знала, что деньги имеют свойство испаряться, особенно когда нужно закрыть сразу уйму финансовых дыр. Какой бы практичной я ни была, а поступлений в ближайшее время не предвиделось. Совет «тратить меньше» в данном случае, к сожалению, не срабатывал.
И потому все, что мне оставалось прямо сейчас, - это выдать Эльвире деньги. Те же десять золотых. И пригоршню серебра. Эльвира уверила меня, что на все хватит: и на крышу, и на запасы. Я только скептически хмыкнула, опять про себя. Как бы не пришлось повторно монеты выделять.
С поварихой я встречаться не стала – передала Эльвире бумажку с наспех записанными пожеланиями для меню. И хватит. Пока что да, хватит. А то одни траты и расстройства. Вот так зайду на кухню, и окажется, что посуда нужна, продукты нужны, дрова для печки просто необходимы, причем еще вчера. Да и вообще, госпожа, раскошеливайтесь!
Глава 6
Следующие сутки я читала, изучала все справочники, которые могли пригодиться. Нашла в книгохранилище один том по животноводству, один, посвященный рыбам этого региона. Ну и заодно заново пролистала книгу по сельскому хозяйству.
Вроде не так много литературы. Но… Моя голова к концу обучения напоминала чугунный шар. Я, конечно, запомнила не так много, как хотелось, но уже знала, что в моем владении имеются реки, богатые рыбой, и леса, в которых много дичи. А значит, от голода я не помру. Правда, хотелось бы, чтобы и крестьяне выжили. Иначе на следующий год часть деревень опустеет – народ потянется на заработки в город, некому станет землю пахать.
Покончив с чтением справочников, я задумалась над посещением замка и другого поместья. Надо, надо было туда доехать. Следовало и с управляющими увидеться, и с экономками переговорить. Да и вообще, понять, есть ли там экономки и управляющие.
На ловца, как известно, и зверь бежит. В моем случае эта пословица сработала просто превосходно – через сутки после разговора с Джоном появился еще один управляющий, тот, который занимался вторым поместьем и прилегавшими к нему землями.
Служанка объявила о его приезде примерно через час после завтрака. Я как раз сидела в кресле в спальне, у открытого окна. На улице было жарко. Лето снова вступило в свои права.
Услышав о человеке, с которым давно пора было пообщаться, я с готовностью кивнула:
- Передай, я сейчас спущусь.
Служанка убежала.
Я поднялась из кресла и уверенным шагом направилась на встречу.
Этого управляющего звали Норд. Он был ниже Джона и выглядел более щуплым. Но взгляд у него был внимательным и цепким.
- Ваше сиятельство, погорельцы у нас, - сообщил он после того, как поклонился. – Пять домов сгорело в деревне поплоше.
- Почему сгорело? – нахмурилась я.
- Так молния ударила в дерево. А то росло как раз между двух домов. Вот пожар и начался. Пока потушили, с ведрами-то, ночью, пять домов сгорело. Хорошо, люди все живы остались.
Отлично. Просто прекрасно. И? Вот что мне делать в такой ситуации? Деревня, как сказал управляющий, не самая богатая. Без крова осталось пять семей. Впереди – дождливая осень и морозная зима. Как мне быть? Дать денег на постройку домов? А где гарантия, что управляющий их себе не заберет? Или крестьяне не потратят на то, что, по их мнению, нужнее?
Кстати о крестьянах.
- Давно это случилось? – уточнила я.
- Так третьи сутки уже, как раз когда гроза была.
Да, действительно, пару-тройку дней назад была гроза. Я еще лежала в постели и думала, есть ли в усадьбе громоотвод.
- И где сейчас погорельцы?
- Так у родни своей, ваше сиятельство, кто где.
Мне в голову пришла хорошая идея. Ну, это я была уверена, что идея хорошая.
- Мне в усадьбу нужны рукастые люди, - сообщила я. – На осень и зиму ищу швей, ткачих, каменщиков, плотников, в общем, строительный люд. И кузнецов. Строители с кузнецами будут жить в самой крупной деревне этого поместья. Швеи и ткачихи – в самой усадьбе. Принесут клятву на эти месяцы. Весной я щедро заплачу им за работу. И если захотят, вернутся домой, с деньгами и возможностью построить себе дома.
Норд снова поклонился:
- Я передам, ваше сиятельство.
Так, с этим разобрались. Уже легче прожить.
- Как продвигается сбор урожая? – вспомнила я общение с Джоном.
- Справляемся, ваше сиятельство.
- Зерна хватает?
- Да, пока все в порядке.
Ага. То есть у Джона дожди виноваты, в недороде-то, а у Норда все нормально. Интересно, почему? Джон – нерадивый хозяйственник? Или на землях Норда выпало меньше осадков?
Я задала еще несколько вопросов, Норд отвечал четко, прямо, не пряча взгляд, что мне понравилось.
Он ушел, довольно быстро, я осталась. Сидела и думала, правильно ли поступила, выдернув крестьян одного поместья в другое. Все же разные управляющие, разные деревни. Образ жизни, допустим, один и тот же. Но хозяева изначально различались. Теперь, правда, хозяйкой стала я, объединив поместья. Но все равно, так ли было необходимо выдергивать крестьян в другую деревню?
Тем временем в холле хлопнула входная дверь, послышались громкие голоса. Кто-то излишне активный, явно мужского пола, кричал, выражал свое недовольство, явно пытаясь прорваться ко мне.
- Не дом, а проходной двор, - проворчала я себе под нос.
Но с места не встала. Мне было интересно, как закончится эта ситуация, сможет ли визитер дойти до пункта назначения.
Смог.
Дверь в гостиную буквально отлетела, впечатавшись в стену напротив. И на пороге появился высокий широкоплечий детина лет тридцати пяти-сорока. Одет он был во что-то, отдаленно напоминавшее старомодный камзол и штаны, и то, и другое сильно потертое и изношенное. Держался детина уверенно, кланяться не спешил. И я даже заинтересовалась этим появлением непонятной личности в моем доме. Кому это так хочется за свой счет у меня ремонт проводить?
- Аделина! – рыкнул незнакомец.
- С утра была, - кивнула я. – И?
- Не придуривайся!
Очень интересно… Орем, да еще и на «ты»… Мужчина, вы кто? Вам жить надоело?
Глава 7
- Мне тетушка рассказала, как ты «добра» к своим племянницам! – между тем продолжал орать детина. – Своих детей нет, так и на родню плевать?! Ты вообще думаешь о будущем?! Их будущем! Да на них никто никогда не посмотрит, если он вот за этих вот… выйдут! Тебе жалко несчастных десяти золотых?! Ты же в золоте купаешься! Три мужа, Аделина! Три! И каждый оставил тебе имущество! Да если ты тот замок продашь, и то сможешь десятки лет жить безбедно! А ты жалеешь десять золотых!
До меня наконец-то дошло. Передо мной стоял и драл глотку Дортас норт Жарский, мой двоюродный братец. Я смотрю, потребительское отношение прет изо всех щелей. И дочерей его мне нужно обеспечить, и об их будущем подумать. И не позволить выйти за безродных. Видимо, и приданным неплохим снабдить, кровиночек. А родители-то на что? Просто на кровати полежать? Или они – придаток к своим детям?
Дортас наконец-то выдохся и замолчал. Что ж, значит, теперь мой черед говорить. Только вряд ли ему понравится то, что я хочу сказать.
- Все сказал? – лениво поинтересовалась я. – Дорогой мой брат, не стоит быть таким требовательным, тем более к тем, кто тебе ничего не должен. Как ты правильно заметил, деньги у меня появились от трех мужей, а не от тебя и не от наших родственников. А значит, и тратить их я могу так, как считаю нужным, не интересуясь твоим мнением. У Динары и Вестаны есть родители. Вот они пусть и обеспечивают своих дочерей. Не нравятся женихи? Найди других. Сам. И приданым тоже обеспечь своих дочерей сам. И, Дортас, предупреждаю: если ты еще раз попытаешься повредить что-то из моего имущества, как ты сделал это с дверью, ремонт здесь будешь оплачивать сам. Я обращусь к главе округа с соответствующей просьбой. А теперь, дом, выставь его отсюда. И не пускай без моего приказа.
Магия в этом мире могла многое, в том числе и выставлять из дома неугодных. Специальные амулеты, дорогие, но очень эффективные, были развешаны в усадьбе по всем комнатам. И я при желании могла приказать убрать непонравившегося мне гостя, из любой точки дома. Миг – и ошарашенный моим поведением Дортас исчез. Напоминанием о нем остались лишь следы от обуви на полу и слетевшая с петель дверь.
- Вот уж правду говорят мудрые люди, - проворчала я устало. – Сила есть – ума не надо. Кому теперь приказать, чтобы дверь назад повесили? Пора, пора нанимать дворецкого и хотя бы пару охранников-мужчин. А то живу здесь в бабьем царстве…
Чтобы повесить на место дверь, пришлось вызывать экономку и приказывать послать за крестьянами из ближайшей деревни. У нее же я спросила насчет охранников и дворецкого.
- Я узнаю, ваше сиятельство, - степенно кивнула она.
До конца дня других происшествий не было. И я провела время в своей спальне, с книгой. Читала о нравах и обычаях этого региона. Узнала, что здесь довольно много сельскохозяйственных праздников. Но отмечают их в основном крестьяне. Аристократия старается отгораживаться от остальных слоев населения и вести свой образ жизни. И хотя действительно богатых дворян тут не так много, каждый, кто имеет даже захудалый титул баронета и пару-тройку деревушек, постоянно задирает нос и делает вид, что принадлежит к высшей касте.
Общих праздников, которые отмечали все сословия, было пять. И все они были связаны со сменой времен года. Сейчас, перед наступлением осени, должны были праздновать Лесанью.
«Лесанья – дни, в которые боги позволяют идти в леса за урожаем, - сообщала книга. – Считается, что в это время можно набрать больше всего ягод, грибов, лечебных трав. Лесанья начинается с утренних ритуалов. Люди собираются на травяных полянах, чтобы провести обряд благодарения лесным духам и богам за урожай. Каждая семья приносит с собой дары, в том числе и сладости, испеченные из муки, собранной еще весной. После обрядов начинается сбор урожая. Люди собираются в группы и отправляются в лес. Звучат песни, слышится смех, и каждый старается помочь друг другу найти самые лучшие места для сбора урожая».
Следующий праздник будет отмечаться после сбора урожая, поздней осенью, перед подготовкой к зиме.
Ну а потом уже – что-то вроде Нового года на местный манер.
Я тщательно запоминала все прочитанное. В любом случае пригодится, ну или для общего развития.
Ночь прошла спокойно.
А утром, прямо перед завтраком, в моей комнате появился магический вестник.
Письма здесь рассылались двумя способами. Те, кто был победней, писали от руки и отправляли обычной почтой, как на Земле. Такой способ был дешевым, но не особо надежным.
Богатые и именитые пользовались магическими вестниками. Они изготавливались из различных материалов, чаще всего – из ткани, кожи, бумаги. И каждый такой вестник мог за один раз принести в семью до трех писем. Это было дорого, но надежно.
Я никогда ничего подобного не видела. Только читала у Аделины про использование таких вещиц. И вот теперь в моей спальне, на кровати, сидел ворон. Самый натуральный, да. Не живой. Сделанный из кожи. Но очень, очень похожий на настоящего. И держал он в клюве темно-синий конверт.
- Отдай письмо и жди ответ, - вспомнила я, как Аделина действовала в подобных ситуациях.
Конверт упал на одеяло.
Я распаковала его, несколько секунд вглядывалась в написанное, потом от души выругалась, не стесняясь вестника. Все равно не запомнит. Он только бумажные носители передавать способен.
Письмо было от Ирасы. И на хорошего качества бумаге было написано только несколько слов:
«Я нашла тебе четвертого мужа».
Глава 8
Ответ я написала быстро. И коротко. Взяла лист и карандаш со стола в углу комнаты и накатала, в четыре слова:
«Мне не нужен муж».
После этого сложила листок в четыре раза и отдала его вестнику. Тот клюнул листок, прицепил его таким образом к клюву и исчез.
А я пошла в книгохранилище, за сборником законов и информацией. Мне нужно было понять, на каком основании действовала Ираса. Если это законно, то придется подчиниться. Если самодурство с ее стороны, то никаких больше браков. Ну и заодно следовало уточнить еще пару-тройку моментов.
Так что я закопалась в книгах.
Сборник законов Варислава Справедливого, правившего триста двадцать пять лет назад, утверждал, что женщина имеет право отказаться выходить замуж снова, если у нее уже были хотя бы двое мужей. И под «звездочкой» было добавлено уточнение: «И оба умерли своей смертью».
Что ж, логично. Раз боги отвели от двух браков, значит, и третий не нужен.
Но при этом законник Парний Мудрый, выпустивший отдельно книгу с не устаревшими законами, несколько раз подчеркивал, что высокородная аристократка обязана оставить после себя потомство. И писал он это через шестьдесят лет после смерти Варислава Справедливого.
Так что если верить Парнию Мудрому, я должна была родить, в любом случае, неважно, в каком по счету браке.
Наследник должен быть. Всё. Точка. Желательно, конечно, родить больше одного ребенка. Но и один пойдет. Главное, чтобы было, кому оставить наследство.
- Да чтоб вас, - выругалась я устало. – Вот и кому верить?
Мне нужен был законник, хороший и грамотный, желательно еще и преданный. Мне, естественно. Сама я понимала написанное, но выстроить цепочку доказательств и грамотно оспорить чужое мнение не могла.
Я провозилась до вечера и вышла из книгохранилища с гудевшей головой.
В спальне меня ждал уже знакомый вестник. Ираса не принимала отказов. Она была уверена в своей правоте всегда и везде.
Вот и теперь она сообщала, считая, что я подчинюсь:
«Завтра мы с Литой приедем к тебе пить чай. Будь дома. Тогда все и обсудим».
Отлично. Просто прекрасно. То есть мои планы никого не интересовали? Меня просто поставили перед фактом. Еще и приказали: «Будь дома».
