На следующий день все были как на иголках. Неудивительно, ведь сегодня состоится собрание между кланами земли и огня, которое определит дальнейшую судьбу статуи Нефритового Льва. Из-за этого обстановка в лагере крайне напряженная с самого рассвета.
Сэм все еще считал себя виновным в обострении конфликта и не хотел отправляться на собрание вовсе. Однако его присутствие, как мага огня было обязательным, несмотря на недавний приезд и незнание всей картины целиком.
Собрание было назначено на четыре часа по полудню. Позавтракав, Сэм потратил немного времени на личную гигиену, вышел на пробежку и самостоятельно потренировался. Затем он полностью дочитал «Книгу вымышленных существ» и даже обнаружил в ней весьма значительные сходства с реальностью.
Некомато в ней была посвящена отдельная глава. Сэм сразу же заметил, что представленный на одной из страниц рисунок не совпадал с реальностью. Чудовище на нем было изображено без рогов и с более вытянутой кошачьей мордой, однако имело схожие черты тела. А вот текст, в отличие от рисунка, был достоверен и рассказывал историю о том, что изначально Некомато были обычными кошками, с возрастом приобретающими мистические способности. На той стадии, когда они могли разговаривать и ходить на задних лапах, их называли Бакенеко.
Далее судьба существ зависела от них самих. Они могли избрать два пути: обратиться к доброй магии и помогать людям, как и положено духам или же предаться демонам и приобрести раздвоенный хвост, оленьи рога и полностью лишиться зрения. Избрав второй путь, они становятся приверженцами черной магии и как следствие, их притягивают места ранее с ней связанные.
«Так вот почему они появились в лагере, – наконец догадался Сэм, – Учуяли черную магию и теперь гнездятся в месте ее проявления. Но почему же они не появились сразу же, в 1954 году, когда все и произошло?»
В голову пришла неприятная мысль. Вдруг они чувствовали грядущий в лагере разлад и потому появились в качестве его предвестников? Это было вполне себе вероятно, учитывая появление в лагере предателя по совместительству закрывавшего лицо черным капюшоном…
Сэм начал собираться на собрание, решив вовсе не думать об этом. Он надел синюю футболку и джинсы, как раз под цвет своего рюкзака, и направился к Хранилищу. По словам директора, здание для принятий коллективных решений и собраний находится чуть поодаль от его кабинета. Он также предложил ему пойти вместе с Эйденом или Мелиссой, которая будет присутствовать от лица старосты всего лагеря, но Сэм предпочитал идти в одиночестве. Слушать чье-то мнение по поводу похищения статуи ему совершенно не хотелось, беря во внимание то, что именно он мог это все предотвратить.
О своем решении жалеть не пришлось. Сэм быстро обнаружил здание, отличающееся сероватым оттенком кирпича и воздвигнутом над крышей флагом лагеря, состоящего из четырех стихий, занимающих четыре отсека круга, отведенных каждой стихии поровну.
Тяжелые дубовые створки дверей не хотели поддаваться. С силой надавив на поручень, Сэм, наконец, открыл их. На удивление, шума от этого не возникло. Однако, юноша сразу понял почему.
В зале для собраний уже царил настолько невыносимый гул возмущенных голосов, что услышать лязг и скрип от дверей в нем было затруднительно. Сам зал представлял собой длинный стол, стоящие полукругом стулья и небольшую возвышенность в начале стола. На возвышенности находились четыре кресла. В крайних креслах угрюмо восседал Эйден и староста клана земли. Ею оказалась молодая девушка с заплетенными в косу каштановыми волосами. В креслах по центру же, выпрямившись и приосанившись, сидели Мелисса и директор Форрест.
Сэм пришел едва ли не последним. Места рядом с Брекеном и Эрлом уже были заняты, зато место рядом с Мэй пустовало. Юноша двинулся к нему. Собрание началось сразу же, стоило ему опуститься на стул.
– Итак! – директор ударил по столу небольшим молоточком, – Предупреждаю сразу: сегодняшнее небольшое собрание устраивается с целью выяснить дальнейшую судьбу статуи, а не найти преступника или же обвинить кого-либо в ее краже. На данный момент, мы лишь решаем, где она теперь будет храниться и что с ней станет.
– Лучше бы она не досталась никому, – тихо пробормотал Сэм, но Мэй все-таки расслышала.
– В ней заключена огромная сила, – произнесла девушка, – И эту силу нельзя оставить без хозяина. А присвоить можно лишь кому-то из этих двух кланов. Таковы были условия сделки, за которую лагерь получил статую.
– Неужели…
Закончить Сэму не дали, ведь в зале вдруг начался настоящий хаос. После слов директора Форреста об открытии голосования, маги начали выкрикивать со своих мест короткие фразы и бунтоваться, оживленно жестикулируя руками, и бросаясь друг в друга чем под руку попадет.
– Она должна достаться нам! – выкрикнул кто-то с заднего ряда.
– Вовсе нет, она будет нашей! – ответили сбоку.
– Статуя наша по праву!
– Нет, наша!
– Лев принадлежит нам!
Какофония голосов продолжилась до тех пор, пока директор не ударил молотком еще несколько раз.
– Тишина! – потребовал он, – Дадим слово старостам.
Эйден поднялся со своего места и окинул собравшихся магов беспристрастным взглядом.
– Я считаю, что статую необходимо вернуть в наш клан, где она находилась до кражи.
– Ее не крали! – перебила какая-то девушка со стороны клана земли, – Это вы все устроили!
– Ну хорошо, – процедил Эйден сквозь зубы, – Пусть ее вернут туда, где она находилась до этого происшествия.
В ответ девушка лишь фыркнула. Ее слова поддержали несколько неуверенных голосов.
– Твое мнение принято, Эйден, – произнес директор, – Мелисса, твой черед.
– Статуя должна оставаться в Хранилище, – произнесла она, на что весь зал отреагировал недовольными выкриками и всполохами, – Я считаю, что она несет слишком много ссор и негатива.
– Принято, – директор обратился к девушке с косой, – Эвелина, ты всегда была миролюбива и дружелюбна. Мы готовы выслушать твое мнение.
Девушка поднялась. Выглядела она довольно взволнованно, часто теребила подол своего летнего платья и нервно вздрагивала.
– Я считаю, что необходима дуэль, – сказала она и сжала кулаки, чтобы не дрожать всем телом, – Это единственное что способно искоренить конфликт навсегда.
– Дуэль? – изумленно переспросил директор, – Но, Эвелина, это совершенно на тебя не похоже.
– Неважно! – вдруг вспылила девушка, чем удивила всех присутствующих, – Извините… Но это мое мнение и оно единственное из всех способно решить этот конфликт. Раз и навсегда. Верно я говорю?
Она окинула зал пристальным взглядом своих леденяще голубых глаз. И вдруг все маги земли, присутствующие в зале начали, как один скандировать:
– Ду-эль! Ду-эль! Ду-эль!
Спустя несколько мгновений к ним присоединились остальные: даже те, кто пришел от имени клана огня. В зале снова поднялся настоящий шум. Все желали одного: жестокой битвы за какую-то ничего незначащую статую. Маги ссорились и обращали гнев друг на друга, совершенно позабыв о всяких приличиях и нормах.
Сэм схватился руками за голову и взъерошил волосы. Смотреть он мог только в пол. Неужели это все действительно происходит сейчас по его вине? Если бы не он, всего этого можно было бы запросто избежать… Вот и что он такого важного в итоге узнал, подслушав тот дурацкий разговор? Ранение часового? Присутствие предателя? Да это и так всем было очевидно!
Продолжая смотреть перед собой невидящим взглядом, Сэм вдруг ощутил на своей руке чье-то легкое прикосновение. Это была Мэй.
– Успокойся, – ее голос тонул в сотне кричащих магов вокруг, но он понял сказанное по ее губам, – Это вовсе не твоя вина.
Директору вновь пришлось всех успокаивать.
– Успокойтесь все! – прикрикнул он, – Вы ведете себя хуже маленьких детей! Нельзя постоянно обвинять друг друга в том, чему нет совершенно никаких доказательств.
– Они будут, – ухмыльнулась Эвелина. Ухмылка это была злорадная и совершенно не вязалась с ее мягким женственным образом, – Но позже. А сейчас необходимо назначить только дату дуэли. Пусть это случится завтра в два часа дня.
Со всех сторон внезапно посыпались одобрительные выкрики. Сэм был шокирован таким ярым сопротивлением и жаждой крови от своих знакомых и друзей. Это совершенно не было на них похоже, создавалось впечатление, словно кто-то управляет ими, ловко манипулирует, используя давно похороненные, глубоко зарытые обиды друг на друга.
В замешательстве посмотрев на Мэй, юноша заметил, что ее взгляд прикован к одному человеку в зале. Когда до Сэма, наконец, дошло, он скрипнул зубами.
– Эвелина, – процедил он, но его голос тут же утонул во множестве криков.
Девушка самодовольно ухмылялась, ставя директора в безвыходное положение. Он явно не хотел уступать ей, но правила собрания гласили, что решение должно быть общим. А сейчас, благодаря Эвелине, больше половины находящихся в зале мечтали о кровожадной схватке за статую.
Когда директор поднял руку в жесте, означающем провозглашение окончательного вердикта, все замерли и затихли. Воцарилась тишина, с непривычки режущая слух.
– Если вы все настолько наивны, что считаете, будто схватка и нанесение друг другу излишних увечий все решит, то мне нечего вам сказать, – он осуждающе осмотрел весь зал, – Дуэли быть. Но запомните, ответственность за ее исход лежит только на ваших плечах.
С этими словами он поднялся. Видя выражение его лица, никто не осмелился победно вскрикнуть.
– Заседание окончено!
Толпе магов наконец-то надоело спорить. Решив выяснить отношения на дуэли, они высказали друг другу еще несколько колкостей и постепенно разбрелись, скучковавшись у входа. Сэм в нетерпении отбивал ногой по полу своеобразный ритм, складывающийся в своего рода, музыку. Напряженную, ритмичную музыку.
Взгляд юноши был направлен к входной двери. Он ожидал, когда толпа рассосется и можно будет спокойно выйти, не пихаясь локтями и не пуская в ход свое умение протискиваться. Когда удалились практически все, он поднялся и уже сам собирался уходить, однако твердое прикосновение остановило юношу. На его плечо вдруг легла чья-то сильная рука.
Оглянувшись, юноша заметил директора Форреста.
– Погоди, – сказал он, – Я бы хотел обсудить с тобой кое-что важное.
Сэм вопросительно посмотрел в направлении ожидавшей его Мэй. Девушка кивнула в сторону Эвелины, отчаянно пытавшейся вжать голову в плечи и казаться как можно менее заметной. Между ней и Сэмом будто бы произошел мысленный разговор, в результате которого он понял, что она хочет проследить за Эвелиной. Сэм согласно кивнул, полностью одобряя эту затею и направился вслед за высоким силуэтом директора Форреста. Тот не стал ждать, сразу направившись к двери, уходящей за сцену.
Народ уже полностью покинул место для собраний, но главе лагеря этого было явно не достаточно. Для того, чтобы начать разговор, Сэму пришлось пройти за ним в отдельную комнату, открывающуюся отпечатком ладони директора. Сэм напряженно вдохнул. Подобной секретности посреди диких гор и лесных массивов явно было не место.
Плотно закрыв дверь изнутри, директор вновь создал защитный барьер. Полупрозрачное марево тут же накрыло дверной проем серебристой пленкой.
Саму комнату юноша расценил как допросную. Внешне она напоминала именно помещение для содержания преступников. Снаружи она ограждалась бетонными стенами, а внутри не было никаких предметов мебели, кроме прямоугольного стола и трех металлических стульев. В углу располагался небольшой деревянный ящик с неизвестным содержимым. Бетонные стены явно не пропускали наружу ни единого звука.
– В этом месте мы обычно проводим более конфиденциальные встречи, – пояснил директор, вероятно уловив напряжение в движениях Сэма, – Помещение скрыто от посторонних, как магией, так и обыкновенной звукоизоляцией.
– Вы очень предусмотрительны, – заметил Сэм и прочистил горло, – Так о чем нам нужно поговорить?
– Секунду.
Директор сел за одну сторону стола и кивнул Сэму на обтянутый кожей стул напротив. Юноша медленно опустился на него и почувствовал, что начинает нервничать. К чему столько защитных мер и методов? Он подозревает его в чем-то? Или может быть, он узнал о том, как все было в храме магов земли на самом деле?
Сэм поежился и сложил руки замком, дабы не выдать дрожь своих пальцев. Каждая мышца его тела была напряжена до предела, носки кроссовок намертво прижались к полу.
– Это касается завтрашней дуэли, – после этих слов юноша мысленно выдохнул, – Многие считают, что предатель желает углубить распри и усугубить внутренний конфликт между огневиками и магами земли. Однако. меня не покидает мысль о том, что истинная цель предателя вовсе не рассорить два клана окончательно.
– Но разве все не к этому идет на протяжении нескольких недель? – засомневался Сэм, – Завтра оба клана должны серьезно пострадать и возненавидеть друг друга еще сильнее. Мотив вполне подходящий, судя по мышлению черных магов, разве нет?
Директор сделал глубокий вдох.
– Это, безусловно, в их стиле. Однако, мне кажется, что теперь мы имеем дело с более подготовленным противником, нежели раньше. На этот раз, черные маги действуют группой и их планы явно долгосрочны, что отличается от типичного мышления одержимых демонами магов.
– Выходит, они не одержимы? – удивился Сэм, – И могут контролировать своего демона?
Директор вздохнул и ответил на вопрос медленным кивком.
– Тогда нужно что-то делать! – воскликнул Сэм, – Завтра они могут напасть или поубивать нас всех!
– Я уверен, что завтра все пройдет не настолько плохо нам как кажется на первый взгляд, – он обратил на него взгляд льдисто голубых глаз, – А гораздо хуже. Однако, противник не преследует цели убить нас. Для ее появления подходящий момент еще не настал.
По спине Сэма прошел неприятный холодок.
– Думаете, что сейчас противник хочет чего-то иного? Возможно, с помощью предателя…
– Начнем с того, что им является Эвелина, – твердо заверил директор и продолжил, – Она однозначно связана с черной магией и разница в ее поведении бросается в глаза, однако есть и другая проблема. Она лишь марионетка в руках тех, кто прячется в ее тени. Настроить кланы друг против друга, устроить дуэль, развязать конфликт… все это не ее желания. Это лишь цели, заданные ей кем-то со стороны.
Сэм вспомнил как староста клана земли занервничала и как поправляла свое платье. На первый взгляд девушка казалась доброй и застенчивой, однако ее губы произносили слова, совершенно не соответствующие данному образу. Это насторожило юношу еще в самом начале собрания.
– Они хотят явиться на дуэль, – произнес директор, прислонившись спиной к стулу, – Я не знаю, чего именно они хотят. Возможно, их интересует статуя, а дуэль назначена ради отвлечения от нее внимания. Возможно, они хотят расшатать оборону или проверить в каком состоянии наша защита, выведать информацию, в конце концов.
Руки юноши, находясь под столом, нервно смяли край его футболки.
– Но кто «они» такие?
– Черные маги, – без промедления ответил директор, – Те, кто тянут за ниточки, и вынуждают Эвелину развязывать конфликт, привлекать внимание к дуэли.
Сэм все еще считал себя виновным в обострении конфликта и не хотел отправляться на собрание вовсе. Однако его присутствие, как мага огня было обязательным, несмотря на недавний приезд и незнание всей картины целиком.
Собрание было назначено на четыре часа по полудню. Позавтракав, Сэм потратил немного времени на личную гигиену, вышел на пробежку и самостоятельно потренировался. Затем он полностью дочитал «Книгу вымышленных существ» и даже обнаружил в ней весьма значительные сходства с реальностью.
Некомато в ней была посвящена отдельная глава. Сэм сразу же заметил, что представленный на одной из страниц рисунок не совпадал с реальностью. Чудовище на нем было изображено без рогов и с более вытянутой кошачьей мордой, однако имело схожие черты тела. А вот текст, в отличие от рисунка, был достоверен и рассказывал историю о том, что изначально Некомато были обычными кошками, с возрастом приобретающими мистические способности. На той стадии, когда они могли разговаривать и ходить на задних лапах, их называли Бакенеко.
Далее судьба существ зависела от них самих. Они могли избрать два пути: обратиться к доброй магии и помогать людям, как и положено духам или же предаться демонам и приобрести раздвоенный хвост, оленьи рога и полностью лишиться зрения. Избрав второй путь, они становятся приверженцами черной магии и как следствие, их притягивают места ранее с ней связанные.
«Так вот почему они появились в лагере, – наконец догадался Сэм, – Учуяли черную магию и теперь гнездятся в месте ее проявления. Но почему же они не появились сразу же, в 1954 году, когда все и произошло?»
В голову пришла неприятная мысль. Вдруг они чувствовали грядущий в лагере разлад и потому появились в качестве его предвестников? Это было вполне себе вероятно, учитывая появление в лагере предателя по совместительству закрывавшего лицо черным капюшоном…
Сэм начал собираться на собрание, решив вовсе не думать об этом. Он надел синюю футболку и джинсы, как раз под цвет своего рюкзака, и направился к Хранилищу. По словам директора, здание для принятий коллективных решений и собраний находится чуть поодаль от его кабинета. Он также предложил ему пойти вместе с Эйденом или Мелиссой, которая будет присутствовать от лица старосты всего лагеря, но Сэм предпочитал идти в одиночестве. Слушать чье-то мнение по поводу похищения статуи ему совершенно не хотелось, беря во внимание то, что именно он мог это все предотвратить.
О своем решении жалеть не пришлось. Сэм быстро обнаружил здание, отличающееся сероватым оттенком кирпича и воздвигнутом над крышей флагом лагеря, состоящего из четырех стихий, занимающих четыре отсека круга, отведенных каждой стихии поровну.
Тяжелые дубовые створки дверей не хотели поддаваться. С силой надавив на поручень, Сэм, наконец, открыл их. На удивление, шума от этого не возникло. Однако, юноша сразу понял почему.
В зале для собраний уже царил настолько невыносимый гул возмущенных голосов, что услышать лязг и скрип от дверей в нем было затруднительно. Сам зал представлял собой длинный стол, стоящие полукругом стулья и небольшую возвышенность в начале стола. На возвышенности находились четыре кресла. В крайних креслах угрюмо восседал Эйден и староста клана земли. Ею оказалась молодая девушка с заплетенными в косу каштановыми волосами. В креслах по центру же, выпрямившись и приосанившись, сидели Мелисса и директор Форрест.
Сэм пришел едва ли не последним. Места рядом с Брекеном и Эрлом уже были заняты, зато место рядом с Мэй пустовало. Юноша двинулся к нему. Собрание началось сразу же, стоило ему опуститься на стул.
– Итак! – директор ударил по столу небольшим молоточком, – Предупреждаю сразу: сегодняшнее небольшое собрание устраивается с целью выяснить дальнейшую судьбу статуи, а не найти преступника или же обвинить кого-либо в ее краже. На данный момент, мы лишь решаем, где она теперь будет храниться и что с ней станет.
– Лучше бы она не досталась никому, – тихо пробормотал Сэм, но Мэй все-таки расслышала.
– В ней заключена огромная сила, – произнесла девушка, – И эту силу нельзя оставить без хозяина. А присвоить можно лишь кому-то из этих двух кланов. Таковы были условия сделки, за которую лагерь получил статую.
– Неужели…
Закончить Сэму не дали, ведь в зале вдруг начался настоящий хаос. После слов директора Форреста об открытии голосования, маги начали выкрикивать со своих мест короткие фразы и бунтоваться, оживленно жестикулируя руками, и бросаясь друг в друга чем под руку попадет.
– Она должна достаться нам! – выкрикнул кто-то с заднего ряда.
– Вовсе нет, она будет нашей! – ответили сбоку.
– Статуя наша по праву!
– Нет, наша!
– Лев принадлежит нам!
Какофония голосов продолжилась до тех пор, пока директор не ударил молотком еще несколько раз.
– Тишина! – потребовал он, – Дадим слово старостам.
Эйден поднялся со своего места и окинул собравшихся магов беспристрастным взглядом.
– Я считаю, что статую необходимо вернуть в наш клан, где она находилась до кражи.
– Ее не крали! – перебила какая-то девушка со стороны клана земли, – Это вы все устроили!
– Ну хорошо, – процедил Эйден сквозь зубы, – Пусть ее вернут туда, где она находилась до этого происшествия.
В ответ девушка лишь фыркнула. Ее слова поддержали несколько неуверенных голосов.
– Твое мнение принято, Эйден, – произнес директор, – Мелисса, твой черед.
– Статуя должна оставаться в Хранилище, – произнесла она, на что весь зал отреагировал недовольными выкриками и всполохами, – Я считаю, что она несет слишком много ссор и негатива.
– Принято, – директор обратился к девушке с косой, – Эвелина, ты всегда была миролюбива и дружелюбна. Мы готовы выслушать твое мнение.
Девушка поднялась. Выглядела она довольно взволнованно, часто теребила подол своего летнего платья и нервно вздрагивала.
– Я считаю, что необходима дуэль, – сказала она и сжала кулаки, чтобы не дрожать всем телом, – Это единственное что способно искоренить конфликт навсегда.
– Дуэль? – изумленно переспросил директор, – Но, Эвелина, это совершенно на тебя не похоже.
– Неважно! – вдруг вспылила девушка, чем удивила всех присутствующих, – Извините… Но это мое мнение и оно единственное из всех способно решить этот конфликт. Раз и навсегда. Верно я говорю?
Она окинула зал пристальным взглядом своих леденяще голубых глаз. И вдруг все маги земли, присутствующие в зале начали, как один скандировать:
– Ду-эль! Ду-эль! Ду-эль!
Спустя несколько мгновений к ним присоединились остальные: даже те, кто пришел от имени клана огня. В зале снова поднялся настоящий шум. Все желали одного: жестокой битвы за какую-то ничего незначащую статую. Маги ссорились и обращали гнев друг на друга, совершенно позабыв о всяких приличиях и нормах.
Сэм схватился руками за голову и взъерошил волосы. Смотреть он мог только в пол. Неужели это все действительно происходит сейчас по его вине? Если бы не он, всего этого можно было бы запросто избежать… Вот и что он такого важного в итоге узнал, подслушав тот дурацкий разговор? Ранение часового? Присутствие предателя? Да это и так всем было очевидно!
Продолжая смотреть перед собой невидящим взглядом, Сэм вдруг ощутил на своей руке чье-то легкое прикосновение. Это была Мэй.
– Успокойся, – ее голос тонул в сотне кричащих магов вокруг, но он понял сказанное по ее губам, – Это вовсе не твоя вина.
Директору вновь пришлось всех успокаивать.
– Успокойтесь все! – прикрикнул он, – Вы ведете себя хуже маленьких детей! Нельзя постоянно обвинять друг друга в том, чему нет совершенно никаких доказательств.
– Они будут, – ухмыльнулась Эвелина. Ухмылка это была злорадная и совершенно не вязалась с ее мягким женственным образом, – Но позже. А сейчас необходимо назначить только дату дуэли. Пусть это случится завтра в два часа дня.
Со всех сторон внезапно посыпались одобрительные выкрики. Сэм был шокирован таким ярым сопротивлением и жаждой крови от своих знакомых и друзей. Это совершенно не было на них похоже, создавалось впечатление, словно кто-то управляет ими, ловко манипулирует, используя давно похороненные, глубоко зарытые обиды друг на друга.
В замешательстве посмотрев на Мэй, юноша заметил, что ее взгляд прикован к одному человеку в зале. Когда до Сэма, наконец, дошло, он скрипнул зубами.
– Эвелина, – процедил он, но его голос тут же утонул во множестве криков.
Девушка самодовольно ухмылялась, ставя директора в безвыходное положение. Он явно не хотел уступать ей, но правила собрания гласили, что решение должно быть общим. А сейчас, благодаря Эвелине, больше половины находящихся в зале мечтали о кровожадной схватке за статую.
Когда директор поднял руку в жесте, означающем провозглашение окончательного вердикта, все замерли и затихли. Воцарилась тишина, с непривычки режущая слух.
– Если вы все настолько наивны, что считаете, будто схватка и нанесение друг другу излишних увечий все решит, то мне нечего вам сказать, – он осуждающе осмотрел весь зал, – Дуэли быть. Но запомните, ответственность за ее исход лежит только на ваших плечах.
С этими словами он поднялся. Видя выражение его лица, никто не осмелился победно вскрикнуть.
– Заседание окончено!
Глава 11. Проклятое оружие
Толпе магов наконец-то надоело спорить. Решив выяснить отношения на дуэли, они высказали друг другу еще несколько колкостей и постепенно разбрелись, скучковавшись у входа. Сэм в нетерпении отбивал ногой по полу своеобразный ритм, складывающийся в своего рода, музыку. Напряженную, ритмичную музыку.
Взгляд юноши был направлен к входной двери. Он ожидал, когда толпа рассосется и можно будет спокойно выйти, не пихаясь локтями и не пуская в ход свое умение протискиваться. Когда удалились практически все, он поднялся и уже сам собирался уходить, однако твердое прикосновение остановило юношу. На его плечо вдруг легла чья-то сильная рука.
Оглянувшись, юноша заметил директора Форреста.
– Погоди, – сказал он, – Я бы хотел обсудить с тобой кое-что важное.
Сэм вопросительно посмотрел в направлении ожидавшей его Мэй. Девушка кивнула в сторону Эвелины, отчаянно пытавшейся вжать голову в плечи и казаться как можно менее заметной. Между ней и Сэмом будто бы произошел мысленный разговор, в результате которого он понял, что она хочет проследить за Эвелиной. Сэм согласно кивнул, полностью одобряя эту затею и направился вслед за высоким силуэтом директора Форреста. Тот не стал ждать, сразу направившись к двери, уходящей за сцену.
Народ уже полностью покинул место для собраний, но главе лагеря этого было явно не достаточно. Для того, чтобы начать разговор, Сэму пришлось пройти за ним в отдельную комнату, открывающуюся отпечатком ладони директора. Сэм напряженно вдохнул. Подобной секретности посреди диких гор и лесных массивов явно было не место.
Плотно закрыв дверь изнутри, директор вновь создал защитный барьер. Полупрозрачное марево тут же накрыло дверной проем серебристой пленкой.
Саму комнату юноша расценил как допросную. Внешне она напоминала именно помещение для содержания преступников. Снаружи она ограждалась бетонными стенами, а внутри не было никаких предметов мебели, кроме прямоугольного стола и трех металлических стульев. В углу располагался небольшой деревянный ящик с неизвестным содержимым. Бетонные стены явно не пропускали наружу ни единого звука.
– В этом месте мы обычно проводим более конфиденциальные встречи, – пояснил директор, вероятно уловив напряжение в движениях Сэма, – Помещение скрыто от посторонних, как магией, так и обыкновенной звукоизоляцией.
– Вы очень предусмотрительны, – заметил Сэм и прочистил горло, – Так о чем нам нужно поговорить?
– Секунду.
Директор сел за одну сторону стола и кивнул Сэму на обтянутый кожей стул напротив. Юноша медленно опустился на него и почувствовал, что начинает нервничать. К чему столько защитных мер и методов? Он подозревает его в чем-то? Или может быть, он узнал о том, как все было в храме магов земли на самом деле?
Сэм поежился и сложил руки замком, дабы не выдать дрожь своих пальцев. Каждая мышца его тела была напряжена до предела, носки кроссовок намертво прижались к полу.
– Это касается завтрашней дуэли, – после этих слов юноша мысленно выдохнул, – Многие считают, что предатель желает углубить распри и усугубить внутренний конфликт между огневиками и магами земли. Однако. меня не покидает мысль о том, что истинная цель предателя вовсе не рассорить два клана окончательно.
– Но разве все не к этому идет на протяжении нескольких недель? – засомневался Сэм, – Завтра оба клана должны серьезно пострадать и возненавидеть друг друга еще сильнее. Мотив вполне подходящий, судя по мышлению черных магов, разве нет?
Директор сделал глубокий вдох.
– Это, безусловно, в их стиле. Однако, мне кажется, что теперь мы имеем дело с более подготовленным противником, нежели раньше. На этот раз, черные маги действуют группой и их планы явно долгосрочны, что отличается от типичного мышления одержимых демонами магов.
– Выходит, они не одержимы? – удивился Сэм, – И могут контролировать своего демона?
Директор вздохнул и ответил на вопрос медленным кивком.
– Тогда нужно что-то делать! – воскликнул Сэм, – Завтра они могут напасть или поубивать нас всех!
– Я уверен, что завтра все пройдет не настолько плохо нам как кажется на первый взгляд, – он обратил на него взгляд льдисто голубых глаз, – А гораздо хуже. Однако, противник не преследует цели убить нас. Для ее появления подходящий момент еще не настал.
По спине Сэма прошел неприятный холодок.
– Думаете, что сейчас противник хочет чего-то иного? Возможно, с помощью предателя…
– Начнем с того, что им является Эвелина, – твердо заверил директор и продолжил, – Она однозначно связана с черной магией и разница в ее поведении бросается в глаза, однако есть и другая проблема. Она лишь марионетка в руках тех, кто прячется в ее тени. Настроить кланы друг против друга, устроить дуэль, развязать конфликт… все это не ее желания. Это лишь цели, заданные ей кем-то со стороны.
Сэм вспомнил как староста клана земли занервничала и как поправляла свое платье. На первый взгляд девушка казалась доброй и застенчивой, однако ее губы произносили слова, совершенно не соответствующие данному образу. Это насторожило юношу еще в самом начале собрания.
– Они хотят явиться на дуэль, – произнес директор, прислонившись спиной к стулу, – Я не знаю, чего именно они хотят. Возможно, их интересует статуя, а дуэль назначена ради отвлечения от нее внимания. Возможно, они хотят расшатать оборону или проверить в каком состоянии наша защита, выведать информацию, в конце концов.
Руки юноши, находясь под столом, нервно смяли край его футболки.
– Но кто «они» такие?
– Черные маги, – без промедления ответил директор, – Те, кто тянут за ниточки, и вынуждают Эвелину развязывать конфликт, привлекать внимание к дуэли.
