Быстро размявшись, они приступили к делу. Первый час из шести было необходимо поочередно тренировать и растягивать мышцы. Это далось Сэму без лишних неудобств.
В целом сложностей у юноши пока не возникало. Не то чтобы ему все давалось просто – вовсе нет. Некоторые упражнения требовали крайней степени сосредоточенности, чего Сэму не хватало по жизни в принципе, однако невыполнимыми они ему все равно не казались. Мэй давала хорошую мотивацию, выполняя все вместе с ним и с выражением полной расслабленности на лице. Проигрывать ей отнюдь не хотелось.
Наконец, с подготовительной частью было закончено, и теперь дело переходило к практике.
– Я хочу чтобы вы прочувствовали свою силу, – тренер Пейдж периодически заменяла Джеральда и давала им советы, – Возьмитесь с наставником за руки, вот так.
Она продемонстрировала нужную позицию на своей подопечной по имени Клэр. Сэм также заметил, что большинство наставников имело со своими учениками одну стихию, но упростит ли это задачу или же наоборот усложнит, он не имел понятия. Скорее всего, чем больше сходства, тем лучше выйдет результат.
– Затем сосредоточьтесь и попытайтесь поделиться своим внутренним состоянием с наставником, – продолжила тренер Пейдж, – Для этого будет удобнее закрыть глаза. После этого вы сможете проследить закономерность того, как ваше настроение влияет на вашу силу.
От множества тактильных контактов Сэму сначала было несколько неловко, но затем он собрался, и твердо решил игнорировать данное чувство. Тактика начинала действовать. Они с Мэй сцепили обе руки замком, стоя при этом друг напротив друга и в точности повторяя нужную позицию. Их лица оказались на расстоянии нескольких сантиметров друг от друга. Запах Мэй мешал ему сосредоточиться и путал мысли. От нее пахло корицей и какими-то прянностями.
Спустя пару минут юноша медленно, но верно начинал чувствовать горящую яростным пламенем энергию Мэй. Она была очень сильной и едва не отталкивала юношу назад, но он был к этому готов, так как встречался с мощной аурой девушки еще во время обращения. Окончательно привыкнув к ее энергии, он начал потихоньку открывать свою, представляя при этом, что вокруг него есть защитная оболочка или же вторая кожа, которой он хочет поделиться.
Сначала получалось довольно неплохо, однако в какой-то момент все пошло не по плану. Сэм вдруг почувствовал, как против его воли что-то яростно течет по венам и стремится вырваться наружу. Он не знал, как описать это чувство словами, но точно понимал, что оно бесконтрольно и ему не подвластно.
Его глаза ослепила вспышка. Когда он смог их раскрыть пришлось пару секунд привыкать к яркому свету. Затем, когда глаза полностью сфокусировались, Сэм увидел, что над их руками разгорелось нешуточных размеров пламя. Это не было бы проблемой, ведь у остальных пар магия стихий также высоко поднималась и разрасталась, если бы не одно «но».
Это пламя было вызвано не их усилием и явно отличалось от остальных попыток создания огня. Оно было ярко-красного цвета и имело какой-то отчаянный, безудержный характер. Смотря на него, создавалось ощущение, что слышишь крик боли и одиночества, словно кто-то со стороны пытался достучаться до них. Оно было по-настоящему неистовым.
Затем оно стало разрастаться с утроенной скоростью. Расцепив руки, молодые люди отскочили друг от друга. Чувствуя, как быстро колотится сердце, юноша посмотрел на Мэй. Он подсознательно хотел увидеть на ее лице выражение спокойствия и расслабленности, хотел удостовериться в том, что выдумал себе все ощущения отчаяния и красного огня.
Однако сердце заколотилось еще сильнее, когда его надежды не оправдались. На лице Мэй застыло выражение того же негодования. Она нахмурила брови и склонила голову набок, явно пытаясь понять суть произошедшего.
– Что это только что было? – чуть тише спросил Сэм, оглядываясь на занятых своими заданиями магов.
Мэй покачала головой.
– Не знаю. Но это довольно странно. Никогда раньше не ощущала ничего подобного, словно…
– Отчаяние? – с осторожностью спросил Сэм.
– Нет, скорее жажда. Отчаянная жажда чего-то. Словно что-то находится в заточении и жаждет вырваться наружу.
– Как будто птица Феникс…
Тренировка продолжилась, но никто, кроме них так ничего и не заметил. Сэму потребовалось еще несколько минут, чтобы отойти и встроиться в общий ритм. Спустя полчаса в додзе вернулся Джеральд.
– Остался всего час, – сказал он и прокрутил в руках связку ключей, – Все на арену!
Маги вышли из додзе и направились к боевой арене, где полным ходом шла схватка между магом земли и магом огня. Сердце Сэма снова сжалось в тугой комок, когда он увидел их яростное сопротивление. Сил почти не оставалось у обоих, однако даже не твердо стоя на ногах и покачиваясь из стороны в сторону, они наносили удары и парировали их. Маги настолько сильно возненавидели друг друга, что просто не могли уступить победу в силу своих гордости и принципов.
– Эй, вы! – прикрикнул на них Джеральд, – Заканчивайте уже, смотреть тошно на этот детский сад!
Не пожимая друг другу руки, оба мага разошлись по разным сторонам, напоследок бросив пару едких колкостей. Джеральд завел всех на арену.
– Будете упражняться на практике, – заявил тренер и обратился к старшим – Наставники против учеников. Техника Бодзюцу*. Первый раз со всей силы. Во второй чуть мягче. Затем старайтесь больше учить и давать советы. И постарайтесь не покалечить их в первой же схватке!
Он перекинул им оружие в виде длинных деревянных палок. Мэй схватила свою на лету и заняла боевую позицию, несколько раз прокрутив палку вокруг себя. Сэму повезло меньше: его оружие пролетело несколько футов и приземлилось сбоку. Неуклюже завертевшись на месте, он, наконец, добрался до него и сжал в руке отшлифованное древко.
Выходил против Мэй юноша впервые. Сэм еще ни разу не видел, как она дерется, но то, что у нее это получается прекрасно, знал не понаслышке. Достаточно было заметить уверенность ее позы, ловкие движения и уровень физической подготовки. Все вышеперечисленное говорило само за себя, однако он все же надеялся, что ему удаться выстоять против нее хотя бы несколько минут.
По сигналу Джеральда первый бой начался. Морально приготовившись, Сэм выдохнул и ринулся в схватку, однако стоило ему только замахнуться палкой, и он сам не понял, как оказался на полу перекинутый через плечо девушки. Он то надеялся простоять целых несколько минут, однако куда уж там! Выстоять бы хоть тридцать секунд…
На второй раз дела обстояли не лучше. Он снова оказался побитым и лежащим на полу. А вот в третий он смог хотя бы пару раз отбиться от ее палки. В конце концов, девушка решила, что лучше дать ему шанс нанести хотя бы несколько ударов, поэтому старалась бить не так часто, хоть силы не убавляла.
– Держи руки выше! – командовала она между ударов, – Сжимай древко сильнее, а наконечник наводи как можно выше. Главное преимущество палки – удар можно нанести в самое неожиданное место.
Сэм пытался вспомнить все, чему успел научиться. Он старался изо всех сил, однако явное превосходство в силе в их паре бросалось в глаза. Даже особенно не стараясь, Мэй могла с легкостью избегать его ударов и ловко парировать блоками. При одном только ее желании, он мог запросто оказаться на полу еще раз сто, пока ему надоест мучиться.
Спасительный тренерский свисток прозвучал как раз в тот момент, когда Сэм уже еле стоял на ногах. Ему не хотелось ничего, кроме как отправится в свой домик и завалиться в постель сразу после принятия душа.
Именно так он и собирался сделать, взяв курс на свой домик и по пути продолжая вспоминать сегодняшний поступок Мэй в кабинете директора. На тренировках она была жесткой и непреклонной, однако за пределами стадиона довольно много раз прикрывала его и всячески старалась помочь. Подобное поведение все еще оставалось для него загадкой.
С этими мыслями он заснул.
***
Следующий день юноша возненавидел сразу после наступления утра. Он заранее знал о том, что будет происходить, но морально оказался совершенно к этому не готов. Едва переступив порог своего домика, он сразу же уловил запахи с приготовленного застолья и услышал серию радостных криков. На перила и домики навесили яркие украшения. Повсюду летали цветы и мелкие кусочки серпантина.
В тот момент мимо как раз проходил Эйден и тут же все понял по выражению лица Сэма.
– Ты можешь не идти на праздник, если тебе этого не хочется, – предложил он, – Другие поймут.
– Но… разве я не должен? – неуверенно произнес Сэм.
– Годовщина не для всех радостна и весела, – его плечи поникли, – Если не хочешь, праздновать не обязательно.
Сэм кивнул. От всеобщего счастья и радостных криков его тянуло сорваться и что-нибудь разбить. Он не понимал и отнюдь не разделял это чувство с другими.
– В общем, я хотел тебе кое-что сказать, – добавил Эйден, – Здесь неподалеку есть старое кладбище. Там похоронены твои родители.
Брови Сэма поползли вверх.
– Как это возможно? – изумился он, – Они ведь были сожжены.
– Та часть праха, где содержалось большое количество их жизненной силы, действительно зарыта на кладбище, – продолжил Эйден, – У магов это тоже считается своего рода захоронением. Но об этом никто не знает, ведь в лагере с давних пор принято отдавать дань мертвым другим способом. Для твоих родителей сделали исключение. То кладбище считается заброшенным. Его давно уже никто не посещал.
Глаза Сэма вдруг зажглись.
– Неважно, – отмахнулся он, – Где оно находится?
– Сверни от Хранилища вправо и дойди до начала озера. Затем поверни налево и выйдешь куда нужно. Я бы пошел с тобой, но у меня слинять не получится. Я же староста.
– Тогда удачи, – искренне пожелал ему Сэм, – И спасибо!
Сделав именно так, как сказал Эйден, Сэм оказался в сени заросших жимолостью и другими травами могил. Надгробия были старыми, некоторые из них едва не валились на землю. Вглядываясь в выцветшие надписи, Сэм всей душой надеялся, что не увидит среди них имена своих родителей. Он боялся увидеть их среди заброшенных, давно забытых и никому не нужных надтреснутых надгробий. Ему не хотелось видеть их неухоженные и заросшие могилы посреди точно таких же других.
Но выбора не оставалось. Он должен был увидеть, должен был найти их. Вдруг среди старых и покрытых грязью могил он увидел довольно таки ухоженную, с растущими цветами и чистыми памятниками. Из любопытства подойдя посмотреть, кто же там лежит, Сэм оказался в полном замешательстве.
На мраморном покрытии золотой краской значились имена Саманты и Паркера Бейкеров. Но это было просто невозможно. Ухаживать за их могилами в лагере было некому, особенно если учесть тот факт, что о существовании этих надгробий никто не знает.
Так или иначе, сейчас это не имело значения. Подумав, что кто-то из проходящих мимо магов мог узнать об их захоронении случайно, Сэм опустился на колени перед памятниками. Фотографий родителей не было, но их образы всплывали из его воспоминаний сами собой. Этого юноше было вполне достаточно.
– Я здесь, – прошептал Сэм, проведя по золотистым надписям большим пальцем, – Я нашел вас… нашел.
Приложив ладони к земле, юноша вдруг что-то почувствовал. Что-то очень теплое и родное, близкое своему сердцу. Несмотря на то, что энергия была совсем слабой, юноша твердо уверился, что ему это не почудилось.
Из глаз сами собой полились слезы. Он больше не мог себя сдерживать. Он плакал из-за своего глупого поступка, из-за того, что был слаб и просто из-за того, что не чувствовал рядом их поддержки. Как бы сильно он ни пытался отвлечься или проигнорировать эту мысль, но она все равно была в его сознании. Ему их не хватало. Не хватало настолько сильно, что он готов был сделать все что угодно.
Все, что угодно лишь бы снова почувствовать исходящий от мамы аромат цветочных духов и папин парфюм. Все, что угодно, лишь бы снова съездить с отцом на море и поговорить с ним по душам, не опасаясь косых взглядов и царящей вокруг несправедливости – там ей их не найти! Все, что угодно, лишь бы встретить маму с работы и крепко-крепко обнять ее. Он готов был отдать и сделать все, что угодно лишь бы просто увидеть их. Хотя бы раз. Еще один раз.
В таком положении он провел около получаса, затем успокоился и выпрямился. Он почувствовал облегчение. Кончики пальцев все еще дрожали после ощущения их энергии под землей. Внезапно услышав сзади чьи-то шаги, юноша обернулся.
– Мэй?
Перед ним действительно стояла именно она. Сегодня девушка надела черную футболку и кожаные штаны, накинув поверх них кожаную куртку. Ее волосы свободно развевались на ветру. Серебристый браслет обтягивал левое запястье.
– Почему ты не на празднике? – спросил он.
– Я же говорила, что для некоторых годовщина вовсе не так прекрасна и весела, как для других, – сухо пояснила она, – Мне нужно было найти место для уединения.
–Я почти закончил, – произнес Сэм и взялся за рюкзак.
– Можешь остаться, – произнесла Мэй, усевшись на невысокий камень, – Тебе тоже находится там не в радость, я это прекрасно знаю.
– По-моему это логично, – сказал Сэм, – Не хочу собирать вокруг себя множество любопытных вопросов и косых взглядов. Тем более, что все обязательно начнут меня жалеть.
Они помолчали пару секунд.
– У тебя здесь тоже кто-то похоронен? – нарушил тишину Сэм.
– Нет, – ответила она, – Мои родственники погибли очень давно, еще в Англии. Сейчас от их могил мало что уцелело.
Сэм невольно глянул на ухоженную могилу своих родителей. От нее за двенадцать лет тоже мало что должно было остаться, однако она отличалась от остальных порядком и свежестью. За ней явно кто-то очень долго следил.
– Тот сон, что я видел, – осторожно произнес Сэм, – Ты тогда покидала Херефордшир и бежала от какого-то преследователя…
Девушка опустила взгляд в пол. Сэм боялся ее реакции и вообще не хотел спрашивать о прошлом, но, на удивление, она решила поделиться с ним этим.
– Я бежала от Юлия, – пояснила она, – Он охотиться на всю нашу семью испокон веков. После становления черным магом, он желал лишь одного: моих страданий. Долгие годы я скрывалась от него. Я бежала. Голодала. Мерзла. В конце концов, эти догонялки настолько выбили меня из колеи, что мне не хотелось больше жить.
– Но ты справилась, – подметил Сэм.
– Все потому, что нашлись маги, готовые мне помочь, – она сжала губы в тонкую полоску, – Благодаря им я обрела силу и уверенность в себе. Стала бороться с Юлием, не позволила ему овладеть ни собой, ни своими страхами.
Сэм присел на камень рядом с ней.
– Я все-таки рад, что встретил тебя, – произнес он, – Это многое дало мне понять.
Они просидели так до конца праздника, и Сэм осознал, что Годовщина не настолько ужасна. Все-таки ему удалось расслабиться и отдать дань уважения погибшим. Просто он сделал это другим способом. Сделал это человеческим способом. И был доволен, что отказался от праздника. В присутствии Мэй он чувствовал себя гораздо лучше. Должно быть, потому что она действительно могла его понять.
***
В целом сложностей у юноши пока не возникало. Не то чтобы ему все давалось просто – вовсе нет. Некоторые упражнения требовали крайней степени сосредоточенности, чего Сэму не хватало по жизни в принципе, однако невыполнимыми они ему все равно не казались. Мэй давала хорошую мотивацию, выполняя все вместе с ним и с выражением полной расслабленности на лице. Проигрывать ей отнюдь не хотелось.
Наконец, с подготовительной частью было закончено, и теперь дело переходило к практике.
– Я хочу чтобы вы прочувствовали свою силу, – тренер Пейдж периодически заменяла Джеральда и давала им советы, – Возьмитесь с наставником за руки, вот так.
Она продемонстрировала нужную позицию на своей подопечной по имени Клэр. Сэм также заметил, что большинство наставников имело со своими учениками одну стихию, но упростит ли это задачу или же наоборот усложнит, он не имел понятия. Скорее всего, чем больше сходства, тем лучше выйдет результат.
– Затем сосредоточьтесь и попытайтесь поделиться своим внутренним состоянием с наставником, – продолжила тренер Пейдж, – Для этого будет удобнее закрыть глаза. После этого вы сможете проследить закономерность того, как ваше настроение влияет на вашу силу.
От множества тактильных контактов Сэму сначала было несколько неловко, но затем он собрался, и твердо решил игнорировать данное чувство. Тактика начинала действовать. Они с Мэй сцепили обе руки замком, стоя при этом друг напротив друга и в точности повторяя нужную позицию. Их лица оказались на расстоянии нескольких сантиметров друг от друга. Запах Мэй мешал ему сосредоточиться и путал мысли. От нее пахло корицей и какими-то прянностями.
Спустя пару минут юноша медленно, но верно начинал чувствовать горящую яростным пламенем энергию Мэй. Она была очень сильной и едва не отталкивала юношу назад, но он был к этому готов, так как встречался с мощной аурой девушки еще во время обращения. Окончательно привыкнув к ее энергии, он начал потихоньку открывать свою, представляя при этом, что вокруг него есть защитная оболочка или же вторая кожа, которой он хочет поделиться.
Сначала получалось довольно неплохо, однако в какой-то момент все пошло не по плану. Сэм вдруг почувствовал, как против его воли что-то яростно течет по венам и стремится вырваться наружу. Он не знал, как описать это чувство словами, но точно понимал, что оно бесконтрольно и ему не подвластно.
Его глаза ослепила вспышка. Когда он смог их раскрыть пришлось пару секунд привыкать к яркому свету. Затем, когда глаза полностью сфокусировались, Сэм увидел, что над их руками разгорелось нешуточных размеров пламя. Это не было бы проблемой, ведь у остальных пар магия стихий также высоко поднималась и разрасталась, если бы не одно «но».
Это пламя было вызвано не их усилием и явно отличалось от остальных попыток создания огня. Оно было ярко-красного цвета и имело какой-то отчаянный, безудержный характер. Смотря на него, создавалось ощущение, что слышишь крик боли и одиночества, словно кто-то со стороны пытался достучаться до них. Оно было по-настоящему неистовым.
Затем оно стало разрастаться с утроенной скоростью. Расцепив руки, молодые люди отскочили друг от друга. Чувствуя, как быстро колотится сердце, юноша посмотрел на Мэй. Он подсознательно хотел увидеть на ее лице выражение спокойствия и расслабленности, хотел удостовериться в том, что выдумал себе все ощущения отчаяния и красного огня.
Однако сердце заколотилось еще сильнее, когда его надежды не оправдались. На лице Мэй застыло выражение того же негодования. Она нахмурила брови и склонила голову набок, явно пытаясь понять суть произошедшего.
– Что это только что было? – чуть тише спросил Сэм, оглядываясь на занятых своими заданиями магов.
Мэй покачала головой.
– Не знаю. Но это довольно странно. Никогда раньше не ощущала ничего подобного, словно…
– Отчаяние? – с осторожностью спросил Сэм.
– Нет, скорее жажда. Отчаянная жажда чего-то. Словно что-то находится в заточении и жаждет вырваться наружу.
– Как будто птица Феникс…
Тренировка продолжилась, но никто, кроме них так ничего и не заметил. Сэму потребовалось еще несколько минут, чтобы отойти и встроиться в общий ритм. Спустя полчаса в додзе вернулся Джеральд.
– Остался всего час, – сказал он и прокрутил в руках связку ключей, – Все на арену!
Маги вышли из додзе и направились к боевой арене, где полным ходом шла схватка между магом земли и магом огня. Сердце Сэма снова сжалось в тугой комок, когда он увидел их яростное сопротивление. Сил почти не оставалось у обоих, однако даже не твердо стоя на ногах и покачиваясь из стороны в сторону, они наносили удары и парировали их. Маги настолько сильно возненавидели друг друга, что просто не могли уступить победу в силу своих гордости и принципов.
– Эй, вы! – прикрикнул на них Джеральд, – Заканчивайте уже, смотреть тошно на этот детский сад!
Не пожимая друг другу руки, оба мага разошлись по разным сторонам, напоследок бросив пару едких колкостей. Джеральд завел всех на арену.
– Будете упражняться на практике, – заявил тренер и обратился к старшим – Наставники против учеников. Техника Бодзюцу*. Первый раз со всей силы. Во второй чуть мягче. Затем старайтесь больше учить и давать советы. И постарайтесь не покалечить их в первой же схватке!
Он перекинул им оружие в виде длинных деревянных палок. Мэй схватила свою на лету и заняла боевую позицию, несколько раз прокрутив палку вокруг себя. Сэму повезло меньше: его оружие пролетело несколько футов и приземлилось сбоку. Неуклюже завертевшись на месте, он, наконец, добрался до него и сжал в руке отшлифованное древко.
Выходил против Мэй юноша впервые. Сэм еще ни разу не видел, как она дерется, но то, что у нее это получается прекрасно, знал не понаслышке. Достаточно было заметить уверенность ее позы, ловкие движения и уровень физической подготовки. Все вышеперечисленное говорило само за себя, однако он все же надеялся, что ему удаться выстоять против нее хотя бы несколько минут.
По сигналу Джеральда первый бой начался. Морально приготовившись, Сэм выдохнул и ринулся в схватку, однако стоило ему только замахнуться палкой, и он сам не понял, как оказался на полу перекинутый через плечо девушки. Он то надеялся простоять целых несколько минут, однако куда уж там! Выстоять бы хоть тридцать секунд…
На второй раз дела обстояли не лучше. Он снова оказался побитым и лежащим на полу. А вот в третий он смог хотя бы пару раз отбиться от ее палки. В конце концов, девушка решила, что лучше дать ему шанс нанести хотя бы несколько ударов, поэтому старалась бить не так часто, хоть силы не убавляла.
– Держи руки выше! – командовала она между ударов, – Сжимай древко сильнее, а наконечник наводи как можно выше. Главное преимущество палки – удар можно нанести в самое неожиданное место.
Сэм пытался вспомнить все, чему успел научиться. Он старался изо всех сил, однако явное превосходство в силе в их паре бросалось в глаза. Даже особенно не стараясь, Мэй могла с легкостью избегать его ударов и ловко парировать блоками. При одном только ее желании, он мог запросто оказаться на полу еще раз сто, пока ему надоест мучиться.
Спасительный тренерский свисток прозвучал как раз в тот момент, когда Сэм уже еле стоял на ногах. Ему не хотелось ничего, кроме как отправится в свой домик и завалиться в постель сразу после принятия душа.
Именно так он и собирался сделать, взяв курс на свой домик и по пути продолжая вспоминать сегодняшний поступок Мэй в кабинете директора. На тренировках она была жесткой и непреклонной, однако за пределами стадиона довольно много раз прикрывала его и всячески старалась помочь. Подобное поведение все еще оставалось для него загадкой.
С этими мыслями он заснул.
***
Следующий день юноша возненавидел сразу после наступления утра. Он заранее знал о том, что будет происходить, но морально оказался совершенно к этому не готов. Едва переступив порог своего домика, он сразу же уловил запахи с приготовленного застолья и услышал серию радостных криков. На перила и домики навесили яркие украшения. Повсюду летали цветы и мелкие кусочки серпантина.
В тот момент мимо как раз проходил Эйден и тут же все понял по выражению лица Сэма.
– Ты можешь не идти на праздник, если тебе этого не хочется, – предложил он, – Другие поймут.
– Но… разве я не должен? – неуверенно произнес Сэм.
– Годовщина не для всех радостна и весела, – его плечи поникли, – Если не хочешь, праздновать не обязательно.
Сэм кивнул. От всеобщего счастья и радостных криков его тянуло сорваться и что-нибудь разбить. Он не понимал и отнюдь не разделял это чувство с другими.
– В общем, я хотел тебе кое-что сказать, – добавил Эйден, – Здесь неподалеку есть старое кладбище. Там похоронены твои родители.
Брови Сэма поползли вверх.
– Как это возможно? – изумился он, – Они ведь были сожжены.
– Та часть праха, где содержалось большое количество их жизненной силы, действительно зарыта на кладбище, – продолжил Эйден, – У магов это тоже считается своего рода захоронением. Но об этом никто не знает, ведь в лагере с давних пор принято отдавать дань мертвым другим способом. Для твоих родителей сделали исключение. То кладбище считается заброшенным. Его давно уже никто не посещал.
Глаза Сэма вдруг зажглись.
– Неважно, – отмахнулся он, – Где оно находится?
– Сверни от Хранилища вправо и дойди до начала озера. Затем поверни налево и выйдешь куда нужно. Я бы пошел с тобой, но у меня слинять не получится. Я же староста.
– Тогда удачи, – искренне пожелал ему Сэм, – И спасибо!
Сделав именно так, как сказал Эйден, Сэм оказался в сени заросших жимолостью и другими травами могил. Надгробия были старыми, некоторые из них едва не валились на землю. Вглядываясь в выцветшие надписи, Сэм всей душой надеялся, что не увидит среди них имена своих родителей. Он боялся увидеть их среди заброшенных, давно забытых и никому не нужных надтреснутых надгробий. Ему не хотелось видеть их неухоженные и заросшие могилы посреди точно таких же других.
Но выбора не оставалось. Он должен был увидеть, должен был найти их. Вдруг среди старых и покрытых грязью могил он увидел довольно таки ухоженную, с растущими цветами и чистыми памятниками. Из любопытства подойдя посмотреть, кто же там лежит, Сэм оказался в полном замешательстве.
На мраморном покрытии золотой краской значились имена Саманты и Паркера Бейкеров. Но это было просто невозможно. Ухаживать за их могилами в лагере было некому, особенно если учесть тот факт, что о существовании этих надгробий никто не знает.
Так или иначе, сейчас это не имело значения. Подумав, что кто-то из проходящих мимо магов мог узнать об их захоронении случайно, Сэм опустился на колени перед памятниками. Фотографий родителей не было, но их образы всплывали из его воспоминаний сами собой. Этого юноше было вполне достаточно.
– Я здесь, – прошептал Сэм, проведя по золотистым надписям большим пальцем, – Я нашел вас… нашел.
Приложив ладони к земле, юноша вдруг что-то почувствовал. Что-то очень теплое и родное, близкое своему сердцу. Несмотря на то, что энергия была совсем слабой, юноша твердо уверился, что ему это не почудилось.
Из глаз сами собой полились слезы. Он больше не мог себя сдерживать. Он плакал из-за своего глупого поступка, из-за того, что был слаб и просто из-за того, что не чувствовал рядом их поддержки. Как бы сильно он ни пытался отвлечься или проигнорировать эту мысль, но она все равно была в его сознании. Ему их не хватало. Не хватало настолько сильно, что он готов был сделать все что угодно.
Все, что угодно лишь бы снова почувствовать исходящий от мамы аромат цветочных духов и папин парфюм. Все, что угодно, лишь бы снова съездить с отцом на море и поговорить с ним по душам, не опасаясь косых взглядов и царящей вокруг несправедливости – там ей их не найти! Все, что угодно, лишь бы встретить маму с работы и крепко-крепко обнять ее. Он готов был отдать и сделать все, что угодно лишь бы просто увидеть их. Хотя бы раз. Еще один раз.
В таком положении он провел около получаса, затем успокоился и выпрямился. Он почувствовал облегчение. Кончики пальцев все еще дрожали после ощущения их энергии под землей. Внезапно услышав сзади чьи-то шаги, юноша обернулся.
– Мэй?
Перед ним действительно стояла именно она. Сегодня девушка надела черную футболку и кожаные штаны, накинув поверх них кожаную куртку. Ее волосы свободно развевались на ветру. Серебристый браслет обтягивал левое запястье.
– Почему ты не на празднике? – спросил он.
– Я же говорила, что для некоторых годовщина вовсе не так прекрасна и весела, как для других, – сухо пояснила она, – Мне нужно было найти место для уединения.
–Я почти закончил, – произнес Сэм и взялся за рюкзак.
– Можешь остаться, – произнесла Мэй, усевшись на невысокий камень, – Тебе тоже находится там не в радость, я это прекрасно знаю.
– По-моему это логично, – сказал Сэм, – Не хочу собирать вокруг себя множество любопытных вопросов и косых взглядов. Тем более, что все обязательно начнут меня жалеть.
Они помолчали пару секунд.
– У тебя здесь тоже кто-то похоронен? – нарушил тишину Сэм.
– Нет, – ответила она, – Мои родственники погибли очень давно, еще в Англии. Сейчас от их могил мало что уцелело.
Сэм невольно глянул на ухоженную могилу своих родителей. От нее за двенадцать лет тоже мало что должно было остаться, однако она отличалась от остальных порядком и свежестью. За ней явно кто-то очень долго следил.
– Тот сон, что я видел, – осторожно произнес Сэм, – Ты тогда покидала Херефордшир и бежала от какого-то преследователя…
Девушка опустила взгляд в пол. Сэм боялся ее реакции и вообще не хотел спрашивать о прошлом, но, на удивление, она решила поделиться с ним этим.
– Я бежала от Юлия, – пояснила она, – Он охотиться на всю нашу семью испокон веков. После становления черным магом, он желал лишь одного: моих страданий. Долгие годы я скрывалась от него. Я бежала. Голодала. Мерзла. В конце концов, эти догонялки настолько выбили меня из колеи, что мне не хотелось больше жить.
– Но ты справилась, – подметил Сэм.
– Все потому, что нашлись маги, готовые мне помочь, – она сжала губы в тонкую полоску, – Благодаря им я обрела силу и уверенность в себе. Стала бороться с Юлием, не позволила ему овладеть ни собой, ни своими страхами.
Сэм присел на камень рядом с ней.
– Я все-таки рад, что встретил тебя, – произнес он, – Это многое дало мне понять.
Они просидели так до конца праздника, и Сэм осознал, что Годовщина не настолько ужасна. Все-таки ему удалось расслабиться и отдать дань уважения погибшим. Просто он сделал это другим способом. Сделал это человеческим способом. И был доволен, что отказался от праздника. В присутствии Мэй он чувствовал себя гораздо лучше. Должно быть, потому что она действительно могла его понять.
***
