«Лопата мне самому пригодится», - подумал кард, разворачиваясь.
- Где письмо? – он убрал иллюзию и стало заметно, что клыки у него выдаются немного сильнее, чем у обычных людей. Особенно, когда он злобно скалится.
- Ка… какое письмо?
- Письмо, которое вы собирались отправить в Фиори.
- Я не…
«В комнате… его найдут… если он что-то… на столе… и все поймут…».
- Я не желал вам зла, - это прозвучало тихо и грустно. – Я вас даже не знаю…
Сверкнуло в свете луны лезвие ножа и колдун упал с перерезанным горлом.
«Я вас не знаю, - продолжил Лайс про себя, аккуратно снимая лопатой верхний слой земли вместе с травой. – Может, вы не плохой человек. Добрый сын, любящий отец и верный муж. Может быть, единственный проступок за всю вашу жизнь – то злосчастное письмо, которое никто и никогда не найдет. Да для вас это и не было проступком. Для вас это было поступком, почти подвигом! Вы хотели избавить Мир от опасной твари… А я… А я - тварь. Но у меня есть для этого причина. Одна маленькая причина, которую я поклялся защищать даже ценой своей жизни. Или вашей… Так что, сами видите…».
Имран лежал на спине. Его глаза были широко распахнуты, но он уже ничего не видел.
«Я тварь. Но у меня есть на то причины». Лайс слишком устал, чтобы перечислить все эти причины, пусть даже мысленно. Долг перед памятью Кира. Обещание, данное Рошану. Надежда на возвращение в родной Мир. Собственные симпатии, в конце концов.
Он вымылся у стоявшей на заднем дворе бочки. Переоделся в заранее спрятанную за поленницей одежду. Потом поднялся к комнату мага и сжег найденное на столе письмо, адресованное в отделение Ордена города Фиори. Пришел в свою комнату, не раздеваясь растянулся на постели поверх покрывала и приказал себе уснуть…
Отсутствовал Эн-Ферро долго. Наши комнаты были рядом, и я слышала, как он, ненадолго задержавшись у моей двери, прошел к себе. Я подождала еще немного… Или много? Даже попробовала лечь, но сон не шел. Стоило закрыть глаза, и я снова слышала крики и лязг мечей. Встала и пошла в комнату Лайса.
Он спал. Одетый, на не разобранной постели. Хотела окликнуть его, разбудить, но потом решила, что это будет эгоистично с моей стороны, ведь он так устал за этот безумный день. Поэтому я тихонько прилегла рядом. Так было намного спокойнее, хотя, наверно, не совсем прилично. А когда он заворочался во сне, поворачиваясь на бок, и на плечо мне легла теплая ладонь, стало совсем хорошо, и я уснула…
За распахнутым окном уже вовсю светило солнце, щебетали птицы и сквернословили орки. Лайс сидел у стола и так странно смотрел на меня, что захотелось спрятаться под одеяло.
- Ты так больше не делай, - произнес он тихо. – У меня все-таки… реакция…
Я почувствовала, как вспыхнули щеки, и все же осуществила желание укрыться с головой.
- Я ведь мог тебя и… убить.
Что? Я снова высунулась на свет божий.
- Говорю, не подкрадывайся ко мне во сне, - повторил он терпеливо. – Я сплю чутко, а того, кто попытается приблизиться ко мне незаметно, я, как правило…
Он сжал пальцы в кулак и задумчиво поглядел на это орудие. Да, получить в лоб этакой кувалдой – удовольствия мало. Только вот…
- У тебя сон чуткий? Да по тебе вчера кер протопал бы, ты б и не заметил!
- Это вчера. День был тяжелый, и мне нужно было отдохнуть. Вот я и отключился. Или выключился - так будет правильнее.
«Где же у него кнопка?», - вспомнилась фраза из далекого детства.
- Не веришь? – по-своему истолковал мою улыбку кард. – Ладно, потом объясню. А сейчас вставай, нужно успеть позавтракать, пока гости не приехали.
Обеденная зала была слишком мала, чтобы вместить всех одновременно, а потому завтрак нам организовали прямо во дворе, выставив двумя рядами длинные деревянные столы. Совсем как на сельских гулянках. Только настроение было не праздничное. Завтракали молча, событий минувшей ночи не вспоминали. Я до сих пор не знала, скольких мы потеряли и кого именно. Не скажу, что я с кем-то успела сдружиться, но, будучи единственной женщиной в обозе, от недостатка внимания не страдала и успела пообщаться со многими из попутчиков. Некоторых из них я этим утром не увидела.
Мне вдруг показалось немыслимым кощунством то, что мы сейчас, как ни в чем не бывало, набиваем животы, и я отодвинула тарелку с остатками каши и мяса.
- Лайс, - я подождала, пока он до кости обглодает куриную ножку, чтобы не портить аппетит и ему. – А что… что сделали с мертвыми?
- Похоронили. На рассвете пришел служитель Омсты, провел необходимую церемонию.
Омста – местная богиня смерти. Каэтарцы чтят ее, как покровительницу своих ушедших близких. Эн-Ферро успел достаточно натаскать меня в вопросах религии, чтобы я поняла его без дополнительных пояснений.
Удивительная вещь, но я немного пожалела о том, что проспала похороны. Наверное, это было… интересно? Господи, о чем я думаю?!
- Лайс, - я снова дернула карда за рукав. – А тебе не кажется, что я странная?
Он поглядел на меня и вздохнул.
- Мне не кажется. Ты странная. Такая же странная, как и твои вопросы. Поела? Тогда идем.
Мы встали из-за стола и отошли на другой конец широкого двора, туда, где наш разговор никто не мог услышать и удивиться незнакомой речи - с некоторых пор мы стали общаться преимущественно на кассаэл.
- Что ты уже себе придумала?
- Не знаю, - пожала я плечами. - Просто подумалось, что у меня не совсем правильная реакция на все, что со мной случается. Спокойная слишком. Это же ненормально. Сначала я - Открывающая, потом узнаю, что я еще и на половину дракон, потом иду с тобой на Тар. Уже хватит, чтобы крыша поехала. А может, она у меня и поехала, потому что вчера я чуть было от страха не умерла, а сегодня…
Признаться в том, что несколько минут назад я пожалела, что пропустила церемонию погребения, духу не хватило, и я умолкла.
- А сегодня ты уже ничего не боишься и готова продолжать путь? – закончил за меня Лайс. – Так это же здорово!
- И ни капельки не странно?
- Для таких как мы – нет.
- В каком смысле, как мы?
Эн-Ферро внимательно посмотрел на меня, словно пытался уловить шутку в моем вопросе, а потом театрально закатил глаза.
- У-у, как все запущено! Ты чем на станции восемь лет занималась?
- Врата открывала, - пробормотала я.
Еще книжки читала, в игрушки играла, кроссворды разгадывала…
- Разбаловал тебя дядюшка. Элементарных вещей не знаешь. Придется наверстывать. Только сейчас времени мало, объясняю один раз и быстро. Все те, кто привязан к Вратам, то есть Идущие и Открывающие, обладают более гибкой психикой, чем прочие индивидуумы. Мы быстро приспосабливаемся к новым условиям жизни, легко заводим знакомства. Как правило, среди нас нет особ религиозных… Вот ты веришь в бога?
- Ну… Я верю в то, что есть некая высшая сила… Или силы…
- Но не являешься сторонницей конкретного религиозного учения, - магистр Пилаг торопился закончить урок. – Я об этом и говорю. А еще мы смелы, умны и отличаемся тонким чувством юмора и здоровым цинизмом. Я не шучу – последнее здорово облегчает жизнь. Кроме того… Потом закончим. Приехали.
Я обернулась и увидела въезжающих в ворота людей. Наверное, это и были те самые гости, о которых говорил Лайс. Небольшой, частично конный отряд – на полтора десятка керов приходилось три лошади.
- Это вы через пустоши шли? – громко, обращаясь сразу ко всем, спросил сидевший на невысокой мохноногой лошадке мужчина. – Старший кто?
Тэр Листек и Каин одновременно поднялись с мест - хозяин обоза и командир охраны. Переглянулись и оба двинулись к прибывшим. Я только сейчас заметила, что у купца перевязана левая рука.
- Маг с вами есть? – так же громко продолжил всадник.
Никто не отозвался.
- Был маг, - Листек удивленно огляделся. – От самого Мискана с нами ехал…
Человек на лошади задумчиво потер заросший рыжей щетиной подбородок и скомандовал:
- Собирайте своих.
Грузного небритого мужика, что так уверенно распоряжался во дворе гостиницы, звали тэр Крайв, и он был старшим судебным дознавателем восточной четверти округа Фиори. Спутников он не представил, но как я поняла, один из них, невысокий шатен лет сорока в строгом и, по-видимому душном костюме, был кем-то вроде секретаря, второй, молчаливый, черноволосый бородач, – командиром отряда ополченцев. Остальные шестнадцать, собственно, и были этими самыми ополченцами. Стоит ли уточнять, что первые трое приехали на лошадях, а остальные – на ящерках? Субординация налицо.
Беседа, именно беседа, а не допрос, как я сперва опасалась, проходила так: Крайв спрашивал, Листек отвечал, Каин дополнял, а секретарь все это записывал. Иногда кто-то из возниц или орков-охранников вставлял от себя несколько слов, предварительно подняв вверх руку, как школьник на уроке. Я узнала, что происходило в то время, пока я лежала на полу фургона и истязала арбалет Лайса. Услышала точное число и имена погибших. А потом добрались и до пропавшего мага.
- Говорите, он пытался сжечь налётчиков, но ничего не вышло? – нахмурился дознаватель.
- Вышло, - не очень уверенно произнес тэр Листе. – Четверых, наверное, подпалил. Может, и пятерых… А затем заслон упал…
- А после?
А после, как выяснилось, колдуна не видели почти до самого окончания боя. Один из орков вспомнил, что тот вроде бы уложил еще двоих грабителей заклинаниями, но эти слова никто больше не подтвердил, и клыкастый здоровяк сам в них усомнился.
- А еще он голубя спрашивал, - вклинился в разговор плюгавый толстячок – хозяин заведения.
Крайв пригладил редкие рыжие волосы.
- Голубя, значит…
Он многозначительно переглянулся с командиром ополченцев, бородач вприщур глянул на Листека, Листек ткнул локтем Каина, орк почесал колено и жестом девочки-первоклашки одернул свою «юбочку».
- Вот как, - протянул Листек, накручивая на указательный палец здоровой руки длинный ус.
- И так бывает, - назидательно выдал дознаватель.
Ополченец промолчал, а Кулак смачно выругался.
Иными словами, все они пришли к выводу, что Имран сдал обоз грабителям, а после их провала сбежал от греха подальше. Странно было, что он оставил вещи в комнате, но денег или каких либо бумаг среди них не нашли, а значит, колдун мог бежать налегке, прихватив только самое ценное.
- Керы ваши все на месте? –– подал голос «секретарь».
Тут выяснилось, что обозники даже не знают, сколько у них керов. Во время налета убили несколько подседельных и тягачей, чтобы убраться с пустошей резали постромки, выпрягали трупы и раненых животных, но поскольку занимались этим разные люди (или орки), теперь никто не мог сказать сколько ящерок погибло, а сколько осталось.
- Сбёг шельмец! – подвел итог Листек.
Сцена с переглядываниями, перемигиваниями, насупленными бровями и непечатной тирадой от Каина повторилась. Затем Крайв еще что-то поспрашивал у Листека, попросил указать на карте место, где на обох напали бандиты и… приказал хозяину подать вина и закуски.
- Они что, не поедут ловить разбойников? – оторопело прошептала я на ухо Лайсу.
- Естественно, нет, - пожал плечами он. – Сразу было понятно: отряд слишком маленький.
- А зачем тогда вообще он нужен, этот отряд?
- Пойди у Крайва спроси! - ни с того, ни с сего оторвался на меня кард. – Может, это его личная охрана.
Он резко развернулся и зашагал прочь, туда, где над зелеными кронами деревьев виднелась конусовидная крыша какого-то строения.
- Молельня это, - пояснил мне один из орков. - Пятибожик .
А еще среди нас нет особ религиозных… М-да…
Поселок назывался Веасторатери. В переводе с одного из диалектов каэрро – место, где растет трава. Видимо, по аналогии с пустошами, где трава не растет. Словечко, конечно, еще то, но волей-неволей запомнилось, так как провели мы в этом заросшем травой месте целых три дня: обозники залечивали раны и ремонтировали поврежденные повозки. А затем мы снова отправились в путь и уже к концу длани благополучно достигли Желтой Косы - небольшого портового городка, частично расположившегося на уходящей далеко в море широкой песчаной косе, действительно имевшей ярко-желтый цвет.
Здесь дорога разветвлялась на две: одна уходила на восток, в центр Империи, туда и направился обоз тэра Листе, а вторая продолжала свой путь вдоль побережья далеко на север, и, проведя день в городе, мы с Эн-Ферро двинулись по ней.
Наверстывая упущенное, Лайс выдавал столько информации, что я начала подозревать, что и язык ему генетически улучшили. Мой наверняка не смог бы болтать несколько часов сряду и, хоть говорят, что без костей, сломался бы от обилия труднопроизносимых слов. Но когда Эн-Ферро умолкал, было еще хуже: это означало, что теперь я должна либо отвечать на его вопрос, либо искать ответ в одной из купленных по дороге книг.
«История Тара» легла на дно сумки, а на смену ей пришли приобретенные в Мискане «Часы Империи» и «Народы Восточных земель». Первая была серьезным трудом и повествовала обо всех вехах в истории государства с момента основания и до наших дней, а вторая – детской иллюстрированной книжкой, призванной научить меня называть негров рейланцами, а китайцев – шеирцами, ибо, если верить цветным картинкам, по внешнему виду народы Каэтара не слишком отличались от народов Земли. О том, что обе книги были написаны на каэрро, говорить, я думаю, излишне.
Преодолев языковой барьер, я вполне успешно усвоила названия стран и народов, сдала Эн-Ферро импровизированный зачет, после чего углубилась в дебри имперской истории.
- А зачем мне вообще Империя, если мы в Кармол едем? – спохватилась я на четвертой странице нуднейшего трактата.
- Затем, что Кармол только на бумаге независимое королевство, а по сути - имперская провинция. Каждый новый правитель приносит вассальную клятву Императору, подписывает кипу договоров и выставляет свою армию в случае войны. Взамен Империя усмиряет свои аппетиты, не замахивается на плодородные земли и рудоносные горы и терпит «причуды» королевской семьи в отношении нелюдей. Так что читай, пригодится.
Пришлось читать. А заодно и учить.
Каэтарская Империя образовалась чуть больше тысячелетия назад, и как следовало из названия, основатели видели конечной целью экспансию всего восточного материка. Причем практически в этом преуспели. Поначалу объединение под властью единого правителя было осознанной необходимостью трех небольших стран защититься от воинственных соседей и подтянуть экономику. Потом к ним присоединилась еще парочка ранее независимых королевств, еще кого-то успешно завоевали, кого-то соблазнили «временным» союзом. В общем, так продолжалось, покуда имперские границы не уперлись в Северные горы, Илимскую пустыню и в полудиких рейланских шаманов. Завоевывать Кармол и отделенные от него горной грядой холодные края Северных баронов, в то время как с ними можно было успешно торговать, было глупо. Вешать себе на шею голодную орду пустынных кочевников – еще глупее. Пытались было сунуться в джунгли Рейланы, но те, кого не проткнули копьями и не изжарили на кострах, умирали от тропической лихорадки и укусов змей и прочих гадов, так что и от этой идеи отказались. И двинули на Саатар, благо, мореплаванье на тот момент было развито уже неплохо. Начали с севера. Льдистые земли снежных орков завоевателей не прельстили. Охотиться за гномами в их же горах оказалось чревато, и с горняками тут же подписали несколько взаимовыгодных контрактов.
- Где письмо? – он убрал иллюзию и стало заметно, что клыки у него выдаются немного сильнее, чем у обычных людей. Особенно, когда он злобно скалится.
- Ка… какое письмо?
- Письмо, которое вы собирались отправить в Фиори.
- Я не…
«В комнате… его найдут… если он что-то… на столе… и все поймут…».
- Я не желал вам зла, - это прозвучало тихо и грустно. – Я вас даже не знаю…
Сверкнуло в свете луны лезвие ножа и колдун упал с перерезанным горлом.
«Я вас не знаю, - продолжил Лайс про себя, аккуратно снимая лопатой верхний слой земли вместе с травой. – Может, вы не плохой человек. Добрый сын, любящий отец и верный муж. Может быть, единственный проступок за всю вашу жизнь – то злосчастное письмо, которое никто и никогда не найдет. Да для вас это и не было проступком. Для вас это было поступком, почти подвигом! Вы хотели избавить Мир от опасной твари… А я… А я - тварь. Но у меня есть для этого причина. Одна маленькая причина, которую я поклялся защищать даже ценой своей жизни. Или вашей… Так что, сами видите…».
Имран лежал на спине. Его глаза были широко распахнуты, но он уже ничего не видел.
«Я тварь. Но у меня есть на то причины». Лайс слишком устал, чтобы перечислить все эти причины, пусть даже мысленно. Долг перед памятью Кира. Обещание, данное Рошану. Надежда на возвращение в родной Мир. Собственные симпатии, в конце концов.
Он вымылся у стоявшей на заднем дворе бочки. Переоделся в заранее спрятанную за поленницей одежду. Потом поднялся к комнату мага и сжег найденное на столе письмо, адресованное в отделение Ордена города Фиори. Пришел в свою комнату, не раздеваясь растянулся на постели поверх покрывала и приказал себе уснуть…
***
Отсутствовал Эн-Ферро долго. Наши комнаты были рядом, и я слышала, как он, ненадолго задержавшись у моей двери, прошел к себе. Я подождала еще немного… Или много? Даже попробовала лечь, но сон не шел. Стоило закрыть глаза, и я снова слышала крики и лязг мечей. Встала и пошла в комнату Лайса.
Он спал. Одетый, на не разобранной постели. Хотела окликнуть его, разбудить, но потом решила, что это будет эгоистично с моей стороны, ведь он так устал за этот безумный день. Поэтому я тихонько прилегла рядом. Так было намного спокойнее, хотя, наверно, не совсем прилично. А когда он заворочался во сне, поворачиваясь на бок, и на плечо мне легла теплая ладонь, стало совсем хорошо, и я уснула…
Глава 11
За распахнутым окном уже вовсю светило солнце, щебетали птицы и сквернословили орки. Лайс сидел у стола и так странно смотрел на меня, что захотелось спрятаться под одеяло.
- Ты так больше не делай, - произнес он тихо. – У меня все-таки… реакция…
Я почувствовала, как вспыхнули щеки, и все же осуществила желание укрыться с головой.
- Я ведь мог тебя и… убить.
Что? Я снова высунулась на свет божий.
- Говорю, не подкрадывайся ко мне во сне, - повторил он терпеливо. – Я сплю чутко, а того, кто попытается приблизиться ко мне незаметно, я, как правило…
Он сжал пальцы в кулак и задумчиво поглядел на это орудие. Да, получить в лоб этакой кувалдой – удовольствия мало. Только вот…
- У тебя сон чуткий? Да по тебе вчера кер протопал бы, ты б и не заметил!
- Это вчера. День был тяжелый, и мне нужно было отдохнуть. Вот я и отключился. Или выключился - так будет правильнее.
«Где же у него кнопка?», - вспомнилась фраза из далекого детства.
- Не веришь? – по-своему истолковал мою улыбку кард. – Ладно, потом объясню. А сейчас вставай, нужно успеть позавтракать, пока гости не приехали.
Обеденная зала была слишком мала, чтобы вместить всех одновременно, а потому завтрак нам организовали прямо во дворе, выставив двумя рядами длинные деревянные столы. Совсем как на сельских гулянках. Только настроение было не праздничное. Завтракали молча, событий минувшей ночи не вспоминали. Я до сих пор не знала, скольких мы потеряли и кого именно. Не скажу, что я с кем-то успела сдружиться, но, будучи единственной женщиной в обозе, от недостатка внимания не страдала и успела пообщаться со многими из попутчиков. Некоторых из них я этим утром не увидела.
Мне вдруг показалось немыслимым кощунством то, что мы сейчас, как ни в чем не бывало, набиваем животы, и я отодвинула тарелку с остатками каши и мяса.
- Лайс, - я подождала, пока он до кости обглодает куриную ножку, чтобы не портить аппетит и ему. – А что… что сделали с мертвыми?
- Похоронили. На рассвете пришел служитель Омсты, провел необходимую церемонию.
Омста – местная богиня смерти. Каэтарцы чтят ее, как покровительницу своих ушедших близких. Эн-Ферро успел достаточно натаскать меня в вопросах религии, чтобы я поняла его без дополнительных пояснений.
Удивительная вещь, но я немного пожалела о том, что проспала похороны. Наверное, это было… интересно? Господи, о чем я думаю?!
- Лайс, - я снова дернула карда за рукав. – А тебе не кажется, что я странная?
Он поглядел на меня и вздохнул.
- Мне не кажется. Ты странная. Такая же странная, как и твои вопросы. Поела? Тогда идем.
Мы встали из-за стола и отошли на другой конец широкого двора, туда, где наш разговор никто не мог услышать и удивиться незнакомой речи - с некоторых пор мы стали общаться преимущественно на кассаэл.
- Что ты уже себе придумала?
- Не знаю, - пожала я плечами. - Просто подумалось, что у меня не совсем правильная реакция на все, что со мной случается. Спокойная слишком. Это же ненормально. Сначала я - Открывающая, потом узнаю, что я еще и на половину дракон, потом иду с тобой на Тар. Уже хватит, чтобы крыша поехала. А может, она у меня и поехала, потому что вчера я чуть было от страха не умерла, а сегодня…
Признаться в том, что несколько минут назад я пожалела, что пропустила церемонию погребения, духу не хватило, и я умолкла.
- А сегодня ты уже ничего не боишься и готова продолжать путь? – закончил за меня Лайс. – Так это же здорово!
- И ни капельки не странно?
- Для таких как мы – нет.
- В каком смысле, как мы?
Эн-Ферро внимательно посмотрел на меня, словно пытался уловить шутку в моем вопросе, а потом театрально закатил глаза.
- У-у, как все запущено! Ты чем на станции восемь лет занималась?
- Врата открывала, - пробормотала я.
Еще книжки читала, в игрушки играла, кроссворды разгадывала…
- Разбаловал тебя дядюшка. Элементарных вещей не знаешь. Придется наверстывать. Только сейчас времени мало, объясняю один раз и быстро. Все те, кто привязан к Вратам, то есть Идущие и Открывающие, обладают более гибкой психикой, чем прочие индивидуумы. Мы быстро приспосабливаемся к новым условиям жизни, легко заводим знакомства. Как правило, среди нас нет особ религиозных… Вот ты веришь в бога?
- Ну… Я верю в то, что есть некая высшая сила… Или силы…
- Но не являешься сторонницей конкретного религиозного учения, - магистр Пилаг торопился закончить урок. – Я об этом и говорю. А еще мы смелы, умны и отличаемся тонким чувством юмора и здоровым цинизмом. Я не шучу – последнее здорово облегчает жизнь. Кроме того… Потом закончим. Приехали.
Я обернулась и увидела въезжающих в ворота людей. Наверное, это и были те самые гости, о которых говорил Лайс. Небольшой, частично конный отряд – на полтора десятка керов приходилось три лошади.
- Это вы через пустоши шли? – громко, обращаясь сразу ко всем, спросил сидевший на невысокой мохноногой лошадке мужчина. – Старший кто?
Тэр Листек и Каин одновременно поднялись с мест - хозяин обоза и командир охраны. Переглянулись и оба двинулись к прибывшим. Я только сейчас заметила, что у купца перевязана левая рука.
- Маг с вами есть? – так же громко продолжил всадник.
Никто не отозвался.
- Был маг, - Листек удивленно огляделся. – От самого Мискана с нами ехал…
Человек на лошади задумчиво потер заросший рыжей щетиной подбородок и скомандовал:
- Собирайте своих.
Грузного небритого мужика, что так уверенно распоряжался во дворе гостиницы, звали тэр Крайв, и он был старшим судебным дознавателем восточной четверти округа Фиори. Спутников он не представил, но как я поняла, один из них, невысокий шатен лет сорока в строгом и, по-видимому душном костюме, был кем-то вроде секретаря, второй, молчаливый, черноволосый бородач, – командиром отряда ополченцев. Остальные шестнадцать, собственно, и были этими самыми ополченцами. Стоит ли уточнять, что первые трое приехали на лошадях, а остальные – на ящерках? Субординация налицо.
Беседа, именно беседа, а не допрос, как я сперва опасалась, проходила так: Крайв спрашивал, Листек отвечал, Каин дополнял, а секретарь все это записывал. Иногда кто-то из возниц или орков-охранников вставлял от себя несколько слов, предварительно подняв вверх руку, как школьник на уроке. Я узнала, что происходило в то время, пока я лежала на полу фургона и истязала арбалет Лайса. Услышала точное число и имена погибших. А потом добрались и до пропавшего мага.
- Говорите, он пытался сжечь налётчиков, но ничего не вышло? – нахмурился дознаватель.
- Вышло, - не очень уверенно произнес тэр Листе. – Четверых, наверное, подпалил. Может, и пятерых… А затем заслон упал…
- А после?
А после, как выяснилось, колдуна не видели почти до самого окончания боя. Один из орков вспомнил, что тот вроде бы уложил еще двоих грабителей заклинаниями, но эти слова никто больше не подтвердил, и клыкастый здоровяк сам в них усомнился.
- А еще он голубя спрашивал, - вклинился в разговор плюгавый толстячок – хозяин заведения.
Крайв пригладил редкие рыжие волосы.
- Голубя, значит…
Он многозначительно переглянулся с командиром ополченцев, бородач вприщур глянул на Листека, Листек ткнул локтем Каина, орк почесал колено и жестом девочки-первоклашки одернул свою «юбочку».
- Вот как, - протянул Листек, накручивая на указательный палец здоровой руки длинный ус.
- И так бывает, - назидательно выдал дознаватель.
Ополченец промолчал, а Кулак смачно выругался.
Иными словами, все они пришли к выводу, что Имран сдал обоз грабителям, а после их провала сбежал от греха подальше. Странно было, что он оставил вещи в комнате, но денег или каких либо бумаг среди них не нашли, а значит, колдун мог бежать налегке, прихватив только самое ценное.
- Керы ваши все на месте? –– подал голос «секретарь».
Тут выяснилось, что обозники даже не знают, сколько у них керов. Во время налета убили несколько подседельных и тягачей, чтобы убраться с пустошей резали постромки, выпрягали трупы и раненых животных, но поскольку занимались этим разные люди (или орки), теперь никто не мог сказать сколько ящерок погибло, а сколько осталось.
- Сбёг шельмец! – подвел итог Листек.
Сцена с переглядываниями, перемигиваниями, насупленными бровями и непечатной тирадой от Каина повторилась. Затем Крайв еще что-то поспрашивал у Листека, попросил указать на карте место, где на обох напали бандиты и… приказал хозяину подать вина и закуски.
- Они что, не поедут ловить разбойников? – оторопело прошептала я на ухо Лайсу.
- Естественно, нет, - пожал плечами он. – Сразу было понятно: отряд слишком маленький.
- А зачем тогда вообще он нужен, этот отряд?
- Пойди у Крайва спроси! - ни с того, ни с сего оторвался на меня кард. – Может, это его личная охрана.
Он резко развернулся и зашагал прочь, туда, где над зелеными кронами деревьев виднелась конусовидная крыша какого-то строения.
- Молельня это, - пояснил мне один из орков. - Пятибожик .
А еще среди нас нет особ религиозных… М-да…
Поселок назывался Веасторатери. В переводе с одного из диалектов каэрро – место, где растет трава. Видимо, по аналогии с пустошами, где трава не растет. Словечко, конечно, еще то, но волей-неволей запомнилось, так как провели мы в этом заросшем травой месте целых три дня: обозники залечивали раны и ремонтировали поврежденные повозки. А затем мы снова отправились в путь и уже к концу длани благополучно достигли Желтой Косы - небольшого портового городка, частично расположившегося на уходящей далеко в море широкой песчаной косе, действительно имевшей ярко-желтый цвет.
Здесь дорога разветвлялась на две: одна уходила на восток, в центр Империи, туда и направился обоз тэра Листе, а вторая продолжала свой путь вдоль побережья далеко на север, и, проведя день в городе, мы с Эн-Ферро двинулись по ней.
Наверстывая упущенное, Лайс выдавал столько информации, что я начала подозревать, что и язык ему генетически улучшили. Мой наверняка не смог бы болтать несколько часов сряду и, хоть говорят, что без костей, сломался бы от обилия труднопроизносимых слов. Но когда Эн-Ферро умолкал, было еще хуже: это означало, что теперь я должна либо отвечать на его вопрос, либо искать ответ в одной из купленных по дороге книг.
«История Тара» легла на дно сумки, а на смену ей пришли приобретенные в Мискане «Часы Империи» и «Народы Восточных земель». Первая была серьезным трудом и повествовала обо всех вехах в истории государства с момента основания и до наших дней, а вторая – детской иллюстрированной книжкой, призванной научить меня называть негров рейланцами, а китайцев – шеирцами, ибо, если верить цветным картинкам, по внешнему виду народы Каэтара не слишком отличались от народов Земли. О том, что обе книги были написаны на каэрро, говорить, я думаю, излишне.
Преодолев языковой барьер, я вполне успешно усвоила названия стран и народов, сдала Эн-Ферро импровизированный зачет, после чего углубилась в дебри имперской истории.
- А зачем мне вообще Империя, если мы в Кармол едем? – спохватилась я на четвертой странице нуднейшего трактата.
- Затем, что Кармол только на бумаге независимое королевство, а по сути - имперская провинция. Каждый новый правитель приносит вассальную клятву Императору, подписывает кипу договоров и выставляет свою армию в случае войны. Взамен Империя усмиряет свои аппетиты, не замахивается на плодородные земли и рудоносные горы и терпит «причуды» королевской семьи в отношении нелюдей. Так что читай, пригодится.
Пришлось читать. А заодно и учить.
Каэтарская Империя образовалась чуть больше тысячелетия назад, и как следовало из названия, основатели видели конечной целью экспансию всего восточного материка. Причем практически в этом преуспели. Поначалу объединение под властью единого правителя было осознанной необходимостью трех небольших стран защититься от воинственных соседей и подтянуть экономику. Потом к ним присоединилась еще парочка ранее независимых королевств, еще кого-то успешно завоевали, кого-то соблазнили «временным» союзом. В общем, так продолжалось, покуда имперские границы не уперлись в Северные горы, Илимскую пустыню и в полудиких рейланских шаманов. Завоевывать Кармол и отделенные от него горной грядой холодные края Северных баронов, в то время как с ними можно было успешно торговать, было глупо. Вешать себе на шею голодную орду пустынных кочевников – еще глупее. Пытались было сунуться в джунгли Рейланы, но те, кого не проткнули копьями и не изжарили на кострах, умирали от тропической лихорадки и укусов змей и прочих гадов, так что и от этой идеи отказались. И двинули на Саатар, благо, мореплаванье на тот момент было развито уже неплохо. Начали с севера. Льдистые земли снежных орков завоевателей не прельстили. Охотиться за гномами в их же горах оказалось чревато, и с горняками тут же подписали несколько взаимовыгодных контрактов.
