Я упрямо молчал. Прощание затягивалось.
- Ну иди уже, иди! – Она сердито махнула рукой. – Не заставляй девочку ждать.
Обнял ее, вдыхая знакомый с детства запах лавандового масла, и коснулся губами седой прядки на виске.
- А если бы все же спросил? – прошептал я, словно надеялся, что она не услышит.
- Я бы сказала, что надо брать! – ответила она так же тихо.
В холле на стене висело большое зеркало. Я остановился перед ним, прежде чем покинуть здание лечебницы, и неприязненно поморщился, взглянув на свое отражение.
Вот он я – мечта тетушкиных подруг и их незамужних дочерей. Молод, богат, недурен собой… Едва разбирающийся в законах правовед и вдоволь отоспавшийся в караулах офицер гвардии. Владелец поместья, которым не управлял ни дня, и где, наверное, уже не помнят, как я выгляжу. Дожил до тридцати лет с нянькой, до сих пор завязывающим мне галстук и утирающим сопли. Своего ума хватало в былые дни лишь на то, чтобы вовремя вставать из-за карточного стола и не разбрасываться перчатками в защиту эфемерной чести прекрасных дам. Я искренне любил родных, но не слишком баловал вниманием. А те, кого считал друзьями, забыли обо мне, как только я уехал из столицы.
Если бы не история с алмазом, я так и остался бы в той жизни, беспечной и бездарной.
Если бы поиски камня не вылились в злоключения с бумагами, мог бы еще несколько лет не появляться в Ро-Андире и не видеться с Улой и семьей Бертрана. Едва ли опять сошелся бы с Риком, за годы светской жизни превратившегося из близкого друга в дальнего приятеля. Наверняка все чаще забывал бы навещать тетушку Мадлен, и могло статься, что не попал бы сюда и на ее похороны.
А еще, не случись всего этого, я вряд ли стал бы менять свои планы, чтобы приехать в Уин-Слитт даже ради такого необычного действа как смотрины.
- Ну и придурок же ты, приятель. - Я показал отражению клыки.
То ощерилось в ответ: сам такой. И пальцем не шевельнул бы, чтобы хоть как то изменить свою жизнь, не отвесь мироздание солидный пинок. Да и после этого мало что сделал, только позволял пинать себя дальше…
Ладно. Я мысленно встряхнул себя за шкирку. Не время выть о загубленной судьбе, да и толку от этого занятия никакого. Лучше подумать, что делать дальше, пока еще можно что-то исправить.
Сана ждала в саду. Поднялась навстречу, заученным движением пригладила собранные в аккуратную прическу волосы. Я никак не мог привыкнуть к их настоящему цвету. Ярко-рыжий, и тот казался более естественным, а этот – что-то нереальное. Теплое мягкое серебро, в которое так и тянуло окунуть пальцы…
- Что-то не так? С дэйни Мадлен совсем плохо?
Представляю, какое у меня было лицо, раз она подумала такое.
- Нет. Напротив, доктор говорит, что у нее отменное здоровье для ее возраста. Память подводит, но возраст опять же. От старости еще не придумали лекарств.
Я подал Лисанне руку, и девушка нерешительно оперлась на нее. Странно, что вообще не отказалась после того, как я вел себя в эти дни.
- Прогуляемся к источникам? – предложил я. – Как можно побывать в Солайс и не выпить хотя бы стакан воды?
Дорогу я помнил. Через сад, по широкой аллее, мимо розария и вниз по пологому спуску. Мы проделали этот путь в полном молчании.
Остановились у рукотворной каменной чаши, в которую стекала вода бившего из-под земли ключа. Дремавший под увитой плющом аркой старик-смотритель приоткрыл глаза, заметил единственных в этот час посетителей, приветливо кивнул и снова погрузился в заслуженную послеобеденную дрему, рассудив, что мы обойдемся и без его помощи.
На бортике фонтана стояли небольшие деревянные ковши. Я взял один из них, зачерпнул солнечные блики с поверхности водного зеркала и подал Сане. Коснулся ее пальцев, на миг задержав в ладони.
- Хотел извиниться за свое поведение. Я вспылил из-за ерунды, прости.
Она недоверчиво покачала головой:
- Разве алмаз – ерунда?
Алмаз – нет. А то, из-за чего я на самом деле взбеленился… Не знаю. Ровно как не знаю, стоит ли заводить сейчас этот разговор.
Сколько мы знакомы? Месяц? Чуть больше? Что нас связывает, кроме бутылочки уксуса, кипки старых бумаг и несостоявшегося поцелуя под андирскими звездами? Разве что общая участь, попадись мы в руки Менно. До вчерашнего дня, пока не увидел их с Риком в саду, у меня и в мыслях не было… Почти не было…
Я зачерпнул себе воды и жадно припал к ковшу. Ключ был ледяной, и челюсти тут же свело – может, и к лучшему, не ляпну какую-нибудь глупость.
- Джед?
- Да, конечно… В смысле – нет. – После холодного питья голос звучал хрипло. – Но это уже неважно. Что случилось, то случилось.
А случилось много чего. Или нет. Возможно, Унго прав, – а он часто бывает прав – и не стоит доверять слухам.
- Нужно возвращаться, - напомнила Сана.
- Да, нас же ждут. Рик… - Я внимательно следил за девушкой, но она никак не отреагировала на прозвучавшее имя. – Мне показалось, вы с ним стали очень близки.
Взгляд в землю, легкий румянец на щеках и неспешный, хорошо обдуманный ответ:
- Наверное, это неудивительно после всего, что нам пришлось пережить вместе. Если бы не Ричард, я погибла бы в том лесу.
Учись, Джед. Пока ты позволял Менно марать перчатки о свою расквашенную физиономию, славный унери Рик, аки рыцарь в сверкающих доспехах, спасал прекрасную даму. А по делам и награда!
- Если бы не Ричард, ты бы вообще там не оказалась. – Ко мне вернулось былое раздражение.
- Мы бы там не оказались, если бы не пытались вам помочь, - с укором выговорила княжна, выделив слово «мы».
- Будто вас кто-то просил, - бросил я зло. – Да и немного толку было от вашей помощи.
Мун семихвостая! Лучше бы еще водички выпил.
Целительница швырнула в фонтан ковшик и, не глядя на меня больше, быстрым шагом пошла по дорожке к лечебнице.
- Сана!
Обернулась: щеки пылают, глаза влажно блестят, губы подрагивают.
- Ты… ты…
Знаю: дурак, грубиян, сволочь неблагодарная. Слабак, которому проще девушку до слез довести, чем признаться, что она ему нравится.
- Прости, я не хотел тебя снова обидеть.
Подойти, обнять, стереть со щеки сорвавшуюся с дрожащих ресниц слезинку, поцеловать, получить пощечину, еще раз поцеловать… По-моему, отличный план.
Нас разделяло лишь несколько шагов, когда резкая боль в груди заставила меня остановиться. Я попытался вдохнуть, но воздух комком застрял в горле. Зелень деревьев перед глазами сменилась лазурью неба, и голова отозвалась на встречу с землей гулким колоколом. Последнее, что я увидел: побледневшее лицо на фоне медленно плывущих облаков и отблеск солнца в серебряных волосах…
Джед
…Боль. Холод. Жар. Боль…
Голоса. Боль. Касания. Боль…
Тишина. Боль. Темнота. Боль…
Боль. Боль. Боль…
Свет…
…яркий настолько, что пробивается даже сквозь опущенные веки.
Я осторожно пошевелился, впервые за минувшую вечность не ощущая боли, открыл глаза и тут же зажмурился. Снег. Сверкающе-белый, искристый. Смотреть невыносимо.
- А ты и не смотри. – Теплая рука легла на загривок, погладила по шерсти. – Не смотри – слушай.
- Нэна? – Разглядел я вприщур и ткнулся мордой в ее колени. – Я… умер?
- И я, выходит, тоже, и встретились мы в чертогах великих предков? – усмехнулась Ула. – Нет, мальчик мой. Ты жив. Пока.
Я осмотрелся, по-прежнему щурясь: мы с ней сидели на заснеженном склоне высокой горы, почти у самой вершины, над нами звенело хрусталем небо, а внизу лениво ползали густые белые облака.
- Это Паруни, - подтвердила мою догадку шаманка.
- Гора Снежного Волка. Значит, не так уж далеко мы от чертогов предков.
- Недалеко. – Нэна задумчиво потрепала меня за ухо. – Но еще не там, хвала Создателю.
- Как я тут оказался? – спросил я, уже начиная догадываться: холода не чувствовалось, а речь в зверином облике давалась на диво легко. – Это сон?
- Сон. Только не вздумай себя кусать.
- Почему?
- Проснешься, - пояснила очевидное шаманка. – А нам еще нужно поговорить.
- Ты специально это сделала? Я и не знал, что ты так умеешь.
- А зачем тебе было знать?
- Ну-у… Могли бы видеться чаще.
Рука, секунду назад ласково теребившая мое ухо, с силой стукнула по лбу.
- Хотел чаще видеться, нужно было чаще приходить!
- Нэна… - Я виновато зарылся носом в складки цветастой юбки.
- Будет уже, не до того сейчас. – Она обхватила руками мою голову и подняла, заставив взглянуть ей в глаза. – Плохо дело. Совсем плохо.
Сердце кольнуло, теперь не болью – тревогой.
- Это камень, - продолжила Ула. – Сам уже, наверное, понял. И у кого он сейчас, тоже понял.
- Не поймешь тут, - проворчал я, пряча от нее страх в глазах. Значит, Эван все-таки сказал.
- Не знаю, что он с ним делает. То ли другим алмазом царапает, то ли режет уже.
- Я умру?
- Все умрем однажды, - согласилась нэна. – Но ты еще нескоро… Если успеешь. Три дня тебе дам – больше не сумею. На это время жизнь твоя не в камне, а здесь, на Паруни. Волк сторожить станет.
- Какой волк?
- Твой волк, Джед. Твой. Зверь здесь побудет, человек там останется. – Она махнула рукою вниз, на облепившие склон облака. – Три дня вы еще друг без друга продержитесь, а на четвертый зови его, иначе быть беде. Нельзя нам себя надолго делить.
До этого дня я вообще не подозревал о том, что себя можно делить, а от мысли остаться без своей волчьей половины встопорщилась шерсть вдоль хребта. Три дня прожить обычным человеком? Как в том ошейнике?
- Не просто прожить, мальчик. Камень верни. С бумагами разберись. В себе самом разберись.
- За три дня? – Я удрученно вздохнул: не успею.
- Не один, чай. Помогут. С Риком поговори, расскажи – ему можно. Девочек не бросайте: им без вас трудно придется, но и вам без них не легче. Про Унго твоего молчу – этот, гнать будешь, не уйдет.
- Нэна, а… хм, девочки-то нам зачем? Может, хоть Яру домой вернуть? Пусть бы Рик на Тропу ее вывел…
- Яру не отпускай, - строго прервала меня Ула. – Она – ваша защита. И не спрашивай, сама не знаю. Слышу так.
- Что слышишь?
- Что духи между собой говорят. Неспроста она с вами пошла. Все, что сталось уже, и все, что станется, - неспроста. Рик вот случайно с вами увязался, а гляди, какой гадюшник разворошил. Стало быть, судьба ему была такая. А от судьбы…
- Не уйдешь, - закончил я хмуро. – Помню.
Знать бы еще, от какой судьбы.
- Узнаешь со временем, - пообещала нэна. – А сейчас тебе пора.
Она обняла меня, поцеловала в лоб и вдруг резко дернула вверх, заставляя человеком подняться на ноги.
- Иди.
Я сделал шаг и остановился. Куда идти? Обернулся к Уле, но не смог ничего спросить, уставившись на оставшегося сидеть подле шаманки волка. Это… Это я такой?
Волк так же внимательно рассматривал меня…
- Иди уже!
Ула сердито толкнула меня в плечо, и, не удержавшись на узком выступе, я полетел вниз, прямо в пушистое облако…
Падение было недолгим.
Приземлился я в аккурат на кровать в незнакомой комнате – гостиничном номере, судя по всему. За единственным окном было еще достаточно светло, и значит, я недолго пробыл на Паруни, или, что больше соответствует реальности, без сознания.
- Как вы себя чувствуете, дэй Джед?
Унго. Даже не сомневался, что увижу его, открыв глаза. Хотя, признаться, надеялся, что рядом будет еще кто-нибудь.
- Уже неплохо. – Я сел на неразобранной постели. Уложили меня поверх покрывала, сняв только туфли, и это здорово экономило время. – Где мы?
- В гостинице неподалеку от пансиона, где живет дэйни Мадлен. Дэй Ричард что-то почувствовал, когда вам стало нехорошо, и мы очень скоро оказались на месте. Служащие лечебницы предлагали оставить вас там, но мы решили, что не стоит этого делать… Это ведь как тогда? Алмаз?
- Он. – Я пятерней зачесал назад растрепавшиеся волосы. Связывавшая их лента, должно быть, осталась в траве у источников Солайс. – Что сказал Верлан? Он успел перепродать камень или его украли?
- Ни то, ни другое. Дэй Верлан вообще не помнит, чтобы покупал у маркиза ожерелье. Может быть, это сделал кто-то другой под его личиной?
- Вряд ли. Иллюзионистом был покойный Тисби, а Менно, как я знаю, специализируется на магии крови и ментальном воздействии. Полезные умения для ищейки и палача… А Верлана ждет неприятный сюрприз, когда он проверит свой банковский счет.
Интересно, чем руководствуется дэй Людвиг, решая, кого из случайных участников и свидетелей убить, как Марту и Эвана, кого – лишь покалечить, как Лен-Леррона, а кому милостиво стереть память?
– Рик здесь? – узнал я у тайлубийца.
- Конечно. Дэй виконт снял еще два номера: рассчитывал, что придется провести тут ночь. А сейчас повел дэйни Лисанну и дэйни Корделию поужинать.
- Я бы тоже не отказался, - сказал я, прислушавшись к себе. Заодно попытался понять, ощущаю ли я отсутствие волка, - пока ничего.
- Подать вам ужин сюда?
- Давай, - кивнул я. – И Рика заодно. Но пусть сначала вернет ключи от комнат, на ночь мы тут не останемся.
Ула дала мне слишком мало времени, и я не собирался тратить его впустую.
- Сана испугалась и очень расстроилась из-за того, что не смогла ничего для тебя сделать, - первым делом сообщил мне унери.
- Уксуса под рукой не оказалось? – буркнул я, вгрызаясь в принесенное Унго мясо. Меньше всего сейчас хотелось говорить о Лисанне. Тем более – с виконтом Энсоре.
Уловив мое настроение, Ричард не стал продолжать эту тему, дождался, пока я дожую, и осторожно поинтересовался:
- И как? Не скучаешь по зверю?
Шаман.
- Нет. И надеюсь, соскучиться не успею.
Куда я подевал своего волка, он не спрашивал и вообще не задавал больше вопросов, позволив мне рассказать то, что я сочту нужным. А я счел нужным выложить ему все, включая не лучшим образом характеризующие меня подробности своего знакомства с княжной Дманевской и проклятыми бумагами.
- Три дня, - глядя сквозь меня, проговорил унери. – Слишком много.
- Ты хотел сказать - мало?
- Много, - покачал головой он. – Нельзя надолго разлучаться со зверем, виери должна была тебя предупредить. Ты продержишься, а волк…
Я почувствовал, как рубашка прилипла к спине. Не из-за волка – представил, что случится через три дня, если выяснится, что Менно за это время распилил алмаз на десяток мелких камней.
- Ты должен решить, чего хочешь, - копируя в интонациях Улу, потребовал Рик.
- Не поверишь, - я нашел в себе силы усмехнуться, - жить хочу.
Где сейчас Менно, Мун бы его побрала? Здесь? Вряд ли. Иначе уже встретились бы. Забрал камень и вернулся в тот дом, к запертым в подвале олухам и немой служанке? Увидел, что нас нет, и принялся разделывать камень? Или наоборот – узнал, что мы сбежали, и стал искать алмаз. И нашел же! Хотя, чему удивляться, когда весь королевский сыск к его услугам? Мне бы его возможности, не влип бы во все это…
- К озеру не поедем, - сказал я то, о чем Рик сам должен был уже догадаться. – После отдохнем. А сейчас… В Драмлин.
- На пепелище? – уточнил шаман.
- Нужно же с чего-то начинать? Но на поездку уйдет время. Вот если бы ты Тропу открыл…
- Хорошо, - согласился он, даже не дослушав. – Дай мне карту и полчаса – сделаю. А потом?
- А потом видно будет.
Лисанна
Он меня пугает. Все больше и больше походит на волка из моего кошмара.
У источников мне показалось… Да нет, глупости. Но он странно вел себя. Может, уже чувствовал, что алмаз попал в недобрые руки. Хорошо, что Рик с Унго вовремя подоспели и помогли увезти его оттуда. Лишь бы никто не рассказал дэйни Мадлен, что у ее гостя случился приступ…
- Ну иди уже, иди! – Она сердито махнула рукой. – Не заставляй девочку ждать.
Обнял ее, вдыхая знакомый с детства запах лавандового масла, и коснулся губами седой прядки на виске.
- А если бы все же спросил? – прошептал я, словно надеялся, что она не услышит.
- Я бы сказала, что надо брать! – ответила она так же тихо.
В холле на стене висело большое зеркало. Я остановился перед ним, прежде чем покинуть здание лечебницы, и неприязненно поморщился, взглянув на свое отражение.
Вот он я – мечта тетушкиных подруг и их незамужних дочерей. Молод, богат, недурен собой… Едва разбирающийся в законах правовед и вдоволь отоспавшийся в караулах офицер гвардии. Владелец поместья, которым не управлял ни дня, и где, наверное, уже не помнят, как я выгляжу. Дожил до тридцати лет с нянькой, до сих пор завязывающим мне галстук и утирающим сопли. Своего ума хватало в былые дни лишь на то, чтобы вовремя вставать из-за карточного стола и не разбрасываться перчатками в защиту эфемерной чести прекрасных дам. Я искренне любил родных, но не слишком баловал вниманием. А те, кого считал друзьями, забыли обо мне, как только я уехал из столицы.
Если бы не история с алмазом, я так и остался бы в той жизни, беспечной и бездарной.
Если бы поиски камня не вылились в злоключения с бумагами, мог бы еще несколько лет не появляться в Ро-Андире и не видеться с Улой и семьей Бертрана. Едва ли опять сошелся бы с Риком, за годы светской жизни превратившегося из близкого друга в дальнего приятеля. Наверняка все чаще забывал бы навещать тетушку Мадлен, и могло статься, что не попал бы сюда и на ее похороны.
А еще, не случись всего этого, я вряд ли стал бы менять свои планы, чтобы приехать в Уин-Слитт даже ради такого необычного действа как смотрины.
- Ну и придурок же ты, приятель. - Я показал отражению клыки.
То ощерилось в ответ: сам такой. И пальцем не шевельнул бы, чтобы хоть как то изменить свою жизнь, не отвесь мироздание солидный пинок. Да и после этого мало что сделал, только позволял пинать себя дальше…
Ладно. Я мысленно встряхнул себя за шкирку. Не время выть о загубленной судьбе, да и толку от этого занятия никакого. Лучше подумать, что делать дальше, пока еще можно что-то исправить.
Сана ждала в саду. Поднялась навстречу, заученным движением пригладила собранные в аккуратную прическу волосы. Я никак не мог привыкнуть к их настоящему цвету. Ярко-рыжий, и тот казался более естественным, а этот – что-то нереальное. Теплое мягкое серебро, в которое так и тянуло окунуть пальцы…
- Что-то не так? С дэйни Мадлен совсем плохо?
Представляю, какое у меня было лицо, раз она подумала такое.
- Нет. Напротив, доктор говорит, что у нее отменное здоровье для ее возраста. Память подводит, но возраст опять же. От старости еще не придумали лекарств.
Я подал Лисанне руку, и девушка нерешительно оперлась на нее. Странно, что вообще не отказалась после того, как я вел себя в эти дни.
- Прогуляемся к источникам? – предложил я. – Как можно побывать в Солайс и не выпить хотя бы стакан воды?
Дорогу я помнил. Через сад, по широкой аллее, мимо розария и вниз по пологому спуску. Мы проделали этот путь в полном молчании.
Остановились у рукотворной каменной чаши, в которую стекала вода бившего из-под земли ключа. Дремавший под увитой плющом аркой старик-смотритель приоткрыл глаза, заметил единственных в этот час посетителей, приветливо кивнул и снова погрузился в заслуженную послеобеденную дрему, рассудив, что мы обойдемся и без его помощи.
На бортике фонтана стояли небольшие деревянные ковши. Я взял один из них, зачерпнул солнечные блики с поверхности водного зеркала и подал Сане. Коснулся ее пальцев, на миг задержав в ладони.
- Хотел извиниться за свое поведение. Я вспылил из-за ерунды, прости.
Она недоверчиво покачала головой:
- Разве алмаз – ерунда?
Алмаз – нет. А то, из-за чего я на самом деле взбеленился… Не знаю. Ровно как не знаю, стоит ли заводить сейчас этот разговор.
Сколько мы знакомы? Месяц? Чуть больше? Что нас связывает, кроме бутылочки уксуса, кипки старых бумаг и несостоявшегося поцелуя под андирскими звездами? Разве что общая участь, попадись мы в руки Менно. До вчерашнего дня, пока не увидел их с Риком в саду, у меня и в мыслях не было… Почти не было…
Я зачерпнул себе воды и жадно припал к ковшу. Ключ был ледяной, и челюсти тут же свело – может, и к лучшему, не ляпну какую-нибудь глупость.
- Джед?
- Да, конечно… В смысле – нет. – После холодного питья голос звучал хрипло. – Но это уже неважно. Что случилось, то случилось.
А случилось много чего. Или нет. Возможно, Унго прав, – а он часто бывает прав – и не стоит доверять слухам.
- Нужно возвращаться, - напомнила Сана.
- Да, нас же ждут. Рик… - Я внимательно следил за девушкой, но она никак не отреагировала на прозвучавшее имя. – Мне показалось, вы с ним стали очень близки.
Взгляд в землю, легкий румянец на щеках и неспешный, хорошо обдуманный ответ:
- Наверное, это неудивительно после всего, что нам пришлось пережить вместе. Если бы не Ричард, я погибла бы в том лесу.
Учись, Джед. Пока ты позволял Менно марать перчатки о свою расквашенную физиономию, славный унери Рик, аки рыцарь в сверкающих доспехах, спасал прекрасную даму. А по делам и награда!
- Если бы не Ричард, ты бы вообще там не оказалась. – Ко мне вернулось былое раздражение.
- Мы бы там не оказались, если бы не пытались вам помочь, - с укором выговорила княжна, выделив слово «мы».
- Будто вас кто-то просил, - бросил я зло. – Да и немного толку было от вашей помощи.
Мун семихвостая! Лучше бы еще водички выпил.
Целительница швырнула в фонтан ковшик и, не глядя на меня больше, быстрым шагом пошла по дорожке к лечебнице.
- Сана!
Обернулась: щеки пылают, глаза влажно блестят, губы подрагивают.
- Ты… ты…
Знаю: дурак, грубиян, сволочь неблагодарная. Слабак, которому проще девушку до слез довести, чем признаться, что она ему нравится.
- Прости, я не хотел тебя снова обидеть.
Подойти, обнять, стереть со щеки сорвавшуюся с дрожащих ресниц слезинку, поцеловать, получить пощечину, еще раз поцеловать… По-моему, отличный план.
Нас разделяло лишь несколько шагов, когда резкая боль в груди заставила меня остановиться. Я попытался вдохнуть, но воздух комком застрял в горле. Зелень деревьев перед глазами сменилась лазурью неба, и голова отозвалась на встречу с землей гулким колоколом. Последнее, что я увидел: побледневшее лицо на фоне медленно плывущих облаков и отблеск солнца в серебряных волосах…
Глава 20
Джед
…Боль. Холод. Жар. Боль…
Голоса. Боль. Касания. Боль…
Тишина. Боль. Темнота. Боль…
Боль. Боль. Боль…
Свет…
…яркий настолько, что пробивается даже сквозь опущенные веки.
Я осторожно пошевелился, впервые за минувшую вечность не ощущая боли, открыл глаза и тут же зажмурился. Снег. Сверкающе-белый, искристый. Смотреть невыносимо.
- А ты и не смотри. – Теплая рука легла на загривок, погладила по шерсти. – Не смотри – слушай.
- Нэна? – Разглядел я вприщур и ткнулся мордой в ее колени. – Я… умер?
- И я, выходит, тоже, и встретились мы в чертогах великих предков? – усмехнулась Ула. – Нет, мальчик мой. Ты жив. Пока.
Я осмотрелся, по-прежнему щурясь: мы с ней сидели на заснеженном склоне высокой горы, почти у самой вершины, над нами звенело хрусталем небо, а внизу лениво ползали густые белые облака.
- Это Паруни, - подтвердила мою догадку шаманка.
- Гора Снежного Волка. Значит, не так уж далеко мы от чертогов предков.
- Недалеко. – Нэна задумчиво потрепала меня за ухо. – Но еще не там, хвала Создателю.
- Как я тут оказался? – спросил я, уже начиная догадываться: холода не чувствовалось, а речь в зверином облике давалась на диво легко. – Это сон?
- Сон. Только не вздумай себя кусать.
- Почему?
- Проснешься, - пояснила очевидное шаманка. – А нам еще нужно поговорить.
- Ты специально это сделала? Я и не знал, что ты так умеешь.
- А зачем тебе было знать?
- Ну-у… Могли бы видеться чаще.
Рука, секунду назад ласково теребившая мое ухо, с силой стукнула по лбу.
- Хотел чаще видеться, нужно было чаще приходить!
- Нэна… - Я виновато зарылся носом в складки цветастой юбки.
- Будет уже, не до того сейчас. – Она обхватила руками мою голову и подняла, заставив взглянуть ей в глаза. – Плохо дело. Совсем плохо.
Сердце кольнуло, теперь не болью – тревогой.
- Это камень, - продолжила Ула. – Сам уже, наверное, понял. И у кого он сейчас, тоже понял.
- Не поймешь тут, - проворчал я, пряча от нее страх в глазах. Значит, Эван все-таки сказал.
- Не знаю, что он с ним делает. То ли другим алмазом царапает, то ли режет уже.
- Я умру?
- Все умрем однажды, - согласилась нэна. – Но ты еще нескоро… Если успеешь. Три дня тебе дам – больше не сумею. На это время жизнь твоя не в камне, а здесь, на Паруни. Волк сторожить станет.
- Какой волк?
- Твой волк, Джед. Твой. Зверь здесь побудет, человек там останется. – Она махнула рукою вниз, на облепившие склон облака. – Три дня вы еще друг без друга продержитесь, а на четвертый зови его, иначе быть беде. Нельзя нам себя надолго делить.
До этого дня я вообще не подозревал о том, что себя можно делить, а от мысли остаться без своей волчьей половины встопорщилась шерсть вдоль хребта. Три дня прожить обычным человеком? Как в том ошейнике?
- Не просто прожить, мальчик. Камень верни. С бумагами разберись. В себе самом разберись.
- За три дня? – Я удрученно вздохнул: не успею.
- Не один, чай. Помогут. С Риком поговори, расскажи – ему можно. Девочек не бросайте: им без вас трудно придется, но и вам без них не легче. Про Унго твоего молчу – этот, гнать будешь, не уйдет.
- Нэна, а… хм, девочки-то нам зачем? Может, хоть Яру домой вернуть? Пусть бы Рик на Тропу ее вывел…
- Яру не отпускай, - строго прервала меня Ула. – Она – ваша защита. И не спрашивай, сама не знаю. Слышу так.
- Что слышишь?
- Что духи между собой говорят. Неспроста она с вами пошла. Все, что сталось уже, и все, что станется, - неспроста. Рик вот случайно с вами увязался, а гляди, какой гадюшник разворошил. Стало быть, судьба ему была такая. А от судьбы…
- Не уйдешь, - закончил я хмуро. – Помню.
Знать бы еще, от какой судьбы.
- Узнаешь со временем, - пообещала нэна. – А сейчас тебе пора.
Она обняла меня, поцеловала в лоб и вдруг резко дернула вверх, заставляя человеком подняться на ноги.
- Иди.
Я сделал шаг и остановился. Куда идти? Обернулся к Уле, но не смог ничего спросить, уставившись на оставшегося сидеть подле шаманки волка. Это… Это я такой?
Волк так же внимательно рассматривал меня…
- Иди уже!
Ула сердито толкнула меня в плечо, и, не удержавшись на узком выступе, я полетел вниз, прямо в пушистое облако…
Падение было недолгим.
Приземлился я в аккурат на кровать в незнакомой комнате – гостиничном номере, судя по всему. За единственным окном было еще достаточно светло, и значит, я недолго пробыл на Паруни, или, что больше соответствует реальности, без сознания.
- Как вы себя чувствуете, дэй Джед?
Унго. Даже не сомневался, что увижу его, открыв глаза. Хотя, признаться, надеялся, что рядом будет еще кто-нибудь.
- Уже неплохо. – Я сел на неразобранной постели. Уложили меня поверх покрывала, сняв только туфли, и это здорово экономило время. – Где мы?
- В гостинице неподалеку от пансиона, где живет дэйни Мадлен. Дэй Ричард что-то почувствовал, когда вам стало нехорошо, и мы очень скоро оказались на месте. Служащие лечебницы предлагали оставить вас там, но мы решили, что не стоит этого делать… Это ведь как тогда? Алмаз?
- Он. – Я пятерней зачесал назад растрепавшиеся волосы. Связывавшая их лента, должно быть, осталась в траве у источников Солайс. – Что сказал Верлан? Он успел перепродать камень или его украли?
- Ни то, ни другое. Дэй Верлан вообще не помнит, чтобы покупал у маркиза ожерелье. Может быть, это сделал кто-то другой под его личиной?
- Вряд ли. Иллюзионистом был покойный Тисби, а Менно, как я знаю, специализируется на магии крови и ментальном воздействии. Полезные умения для ищейки и палача… А Верлана ждет неприятный сюрприз, когда он проверит свой банковский счет.
Интересно, чем руководствуется дэй Людвиг, решая, кого из случайных участников и свидетелей убить, как Марту и Эвана, кого – лишь покалечить, как Лен-Леррона, а кому милостиво стереть память?
– Рик здесь? – узнал я у тайлубийца.
- Конечно. Дэй виконт снял еще два номера: рассчитывал, что придется провести тут ночь. А сейчас повел дэйни Лисанну и дэйни Корделию поужинать.
- Я бы тоже не отказался, - сказал я, прислушавшись к себе. Заодно попытался понять, ощущаю ли я отсутствие волка, - пока ничего.
- Подать вам ужин сюда?
- Давай, - кивнул я. – И Рика заодно. Но пусть сначала вернет ключи от комнат, на ночь мы тут не останемся.
Ула дала мне слишком мало времени, и я не собирался тратить его впустую.
- Сана испугалась и очень расстроилась из-за того, что не смогла ничего для тебя сделать, - первым делом сообщил мне унери.
- Уксуса под рукой не оказалось? – буркнул я, вгрызаясь в принесенное Унго мясо. Меньше всего сейчас хотелось говорить о Лисанне. Тем более – с виконтом Энсоре.
Уловив мое настроение, Ричард не стал продолжать эту тему, дождался, пока я дожую, и осторожно поинтересовался:
- И как? Не скучаешь по зверю?
Шаман.
- Нет. И надеюсь, соскучиться не успею.
Куда я подевал своего волка, он не спрашивал и вообще не задавал больше вопросов, позволив мне рассказать то, что я сочту нужным. А я счел нужным выложить ему все, включая не лучшим образом характеризующие меня подробности своего знакомства с княжной Дманевской и проклятыми бумагами.
- Три дня, - глядя сквозь меня, проговорил унери. – Слишком много.
- Ты хотел сказать - мало?
- Много, - покачал головой он. – Нельзя надолго разлучаться со зверем, виери должна была тебя предупредить. Ты продержишься, а волк…
Я почувствовал, как рубашка прилипла к спине. Не из-за волка – представил, что случится через три дня, если выяснится, что Менно за это время распилил алмаз на десяток мелких камней.
- Ты должен решить, чего хочешь, - копируя в интонациях Улу, потребовал Рик.
- Не поверишь, - я нашел в себе силы усмехнуться, - жить хочу.
Где сейчас Менно, Мун бы его побрала? Здесь? Вряд ли. Иначе уже встретились бы. Забрал камень и вернулся в тот дом, к запертым в подвале олухам и немой служанке? Увидел, что нас нет, и принялся разделывать камень? Или наоборот – узнал, что мы сбежали, и стал искать алмаз. И нашел же! Хотя, чему удивляться, когда весь королевский сыск к его услугам? Мне бы его возможности, не влип бы во все это…
- К озеру не поедем, - сказал я то, о чем Рик сам должен был уже догадаться. – После отдохнем. А сейчас… В Драмлин.
- На пепелище? – уточнил шаман.
- Нужно же с чего-то начинать? Но на поездку уйдет время. Вот если бы ты Тропу открыл…
- Хорошо, - согласился он, даже не дослушав. – Дай мне карту и полчаса – сделаю. А потом?
- А потом видно будет.
Лисанна
Он меня пугает. Все больше и больше походит на волка из моего кошмара.
У источников мне показалось… Да нет, глупости. Но он странно вел себя. Может, уже чувствовал, что алмаз попал в недобрые руки. Хорошо, что Рик с Унго вовремя подоспели и помогли увезти его оттуда. Лишь бы никто не рассказал дэйни Мадлен, что у ее гостя случился приступ…
