Гавриил насупился, но промолчал, наблюдая, как Архангел выставляет на поединок троих бойцов. На этот раз соперники были на голову выше Белла. Они окружили его кольцом, вооружившись каждый двумя кинжалами.
Белл замер в центре, чувствуя, как на него накатывает уже знакомое чувство нервного возбуждения и азарта. Неприятная сцена с раненым Рафаэлем была тут же забыта, и юноша сосредоточился на следующем противнике.
Едва Михаил дал команду начать бой, как Белл ощутил уже знакомый сладостный огонь, обжигающим вихрем пробежавший по венам. Дремавшая в нём сила мгновенно пробудилась и внезапно возросла, приумножившись в несколько раз. Сердце заколотилось в груди в предвкушении сражения, и мир мгновенно изменился, замерцав кровавыми всполохами.
Бойцы начали наступление, и время словно остановилось. Как и в поединке с Рафаэлем, Белл отчётливо улавливал каждый вздох, каждое движение нападавших, и мог легко отслеживать их по изменяющемуся выражению лиц и направленным взглядам. Бойцы кружили вокруг, словно голодные хищники, делая молниеносные выпады, которые казались юноше слишком медленными и такими же бессмысленными. От каждого такого выпада Белл просто уклонялся, давая возможность соперникам перейти к более эффективным ударам и раззадоривая их пыл. Но бойцы не желали воспользоваться предоставленной им возможностью. После серии атак они начали нервничать, бить хаотично, как будто единственной их целью стало не сразить противника, а хотя бы попасть по нему. Это веселило и одновременно раздражало Белла. Ему хотелось настоящего сражения, где каждое движение заставляло кипеть кровь и вызывало судороги наслаждения. Где магия боя завораживала, а победа опьяняла, как самое крепкое вино. Сейчас же Белл чувствовал себя котом, играющим с тремя глупыми, хотя и храбрыми мышами, и просто ждал, пока эта игра им надоест. Отчаявшись получить хоть немного удовольствия от битвы, Белл прекратил её сам. Крутанувшись вокруг своей оси, он оставил отметку лезвием на груди сразу у всех троих. Отчётливые стоны возвестили о том, что бой окончен, и, как в прошлый раз, Белл почувствовал, как спадает наваждение. Но теперь перемена реальности не испугала его, а вид раненых ангелов не вызвал смятения, хотя и удовлетворения от такой победы он не испытывал.
Пока раненых забирали на лечение, Белл продолжал стоять на поле боя, ожидая дальнейших указаний Михаила.
Архангел не торопился с решением. Он смотрел на новичка, и в его глазах больше не было того насмешливого огонька, что присутствовал вначале. Теперь они были задумчивы и холодны.
— Мне это не нравится, — угрюмо произнёс Гавриил после напряжённого молчания. — В настоящем бою эти трое были бы уже мертвы, а мальчишка даже не запыхался. Он не так-то прост — теперь я и сам это вижу.
— Сорняки вообще очень живучи, брат, — чуть слышно отозвался Архангел. — Не зря приказано отделять зёрна от плевел.
— Наверное, хорошо, что мы увидели всё это, Михаил, но, оставив мальчишку в Святом воинстве, ты дашь ему возможность оттачивать свои навыки, и совершенствовать себя в способности убивать. А кто может поручиться, что после, эти способности Белл не обратит против своих же братьев, слабые стороны которых будут ему прекрасно известны?
— Да, к сожалению, ты прав, — помолчав, Архангел кивнул. — Но не будем обсуждать это здесь, Гавриил… — Михаил смолк, потом повернулся к ученикам, стоявших группами у края полигона. — Все свободны пока, — скомандовал он. — После ужина вновь соберётесь здесь, и продолжим… Белл-Ориэль, подойди!
Ученики стали быстро расходиться, а Белл приблизился к Архангелам.
— Мне понравилось, как ты держался в первом бою, — заговорил Михаил, растянув губы в холодной улыбке. — Но, похоже, эти поединки были слишком простыми для тебя. Ты быстр и достаточно ловок, Белл-Ориэль, поэтому стоит, я думаю, испытать твои способности в более сложных условиях, чтобы определить присущий тебе потенциал. Этим мы и займёмся вечером. А пока я решил, что ты достоин маленького поощрения… Аврора — твоя подруга — сегодня навещает свою мать. Я разрешил ей провести здесь два часа, но теперь позволяю задержаться до заката. Если хочешь увидеться с ней — отправляйся к Эрэли. Скажи ей, что девочка может остаться до вечера.
— Спасибо, Великий!!! — Белл даже подпрыгнул, задохнувшись от восторга и чувствуя, как от переполнивших его в этот момент эмоций, слегка закружилась голова.
— Можешь идти! — продолжая улыбаться, милостиво разрешил Архангел.
Белл не заставил себя просить дважды и тут же умчался, позабыв про всё остальное.
— А вот теперь давай прогуляемся и поговорим, — мгновенно посерьёзнев и растеряв всю свою доброжелательность, глухо продолжил Михаил, обратившись к брату. Тот хмуро кивнул, и оба отправились по тропе в сторону парка.
* * *
Выполняя задания Тагаса, велевшего приготовить образец напитка из нового сорта винограда, Нигар не переставал думать о том, что сегодня ему открылось. Прогулка в лесу, встреча со змеёй, новые способности… Мысли шли вразброд, и Нигар никак не мог определить, как ко всему этому относиться. Конечно, проявившиеся таланты — это неплохо, но осознание того, что теперь в голове кто-то будет постоянно занудствовать, вызывало протест. Особенно, если этот кто-то начнёт указывать ему, что делать, а тем более — призывать творить зло. Кроме того, поведение Белла тоже вызывало тревогу. Брат как будто не понимал всей опасности затеянной им авантюры. Ну, для чего нужно было переводиться в эту казарму?! Зачем гробить свой талант ради дурацкого стремления познать себя? Ведь прятать такой волшебный голос — настоящее преступление!.. А что теперь? Каждый день сражаться за выживание среди этих громил, величавших себя Святым воинством? Терпеть их издевательства? И ради чего?!..
Нигар вздохнул и поморщился от щемящего чувства тревоги. Страх за брата всё разрастался, не давая сосредоточиться ни на чём другом. Кое-как покончив с заданием Тагаса, парень отнёс сосуды с напитком в подвал и, быстро переодевшись, бросился к полигону, где в это время всегда проводились тренировки бойцов, и где Нигар рассчитывал найти брата.
Он отыскал его в тот момент, когда Белл как раз сражался в поединке с Рафаэлем.
Не желая быть увиденным, Нигардиэль растворился в воздухе и только тогда решился приблизиться к полигону. Замерев в нескольких шагах возле стоявших у края поля Архангелов, он стал наблюдать за братом, время от времени прислушиваясь к их разговору.
Высказывания Великих заставили сердце Нигара болезненно сжаться в предчувствии беды, и, вместо того, чтобы уйти, он дождался, пока все, включая Белла, разойдутся, и незримо последовал за Архангелами в парк.
Те долго шли молча, пока, наконец, не заговорил Михаил.
— И что ты обо всём этом думаешь, брат? — негромко спросил он, убедившись, что поблизости никого больше нет.
— У мальчишки хороший потенциал, — Гавриил неуверенно повёл плечами, — Все задатки охотника. Жаль будет терять такого воина, но выхода нет. Ему только шестнадцать, а что будет, когда Белл-Ориэль войдёт в полную силу?.. Я предупреждал тебя, Михаил. Мы могли избавиться от этой проблемы гораздо раньше, не дожидаясь, пока она себя проявит.
— Ничего ещё не случилось…
— Но случится, если мы будем бездействовать.
— Что ты предлагаешь?
— Нужно устранить угрозу, пока не поздно. Пока она не переросла в настоящее бедствие так же, как это было с отцом этих выродков… Война продолжается, Михаил. Наши братья до сих пор гибнут, сражаясь против Падших, не пожелавших уйти с Люцифером. Земля стала полем боя, и приспешники тьмы дорого продают свою жизнь. Под руководством Афаэлона, который возглавляет мятежников, они сражаются, как безумные, не желая сдаваться. Наши силы на исходе. В авангарде почти не осталось воинов — все измотаны постоянными стычками, а пополнение слишком слабое и неопытное. Рисковать последним оплотом против зла здесь, в Раю, мы не имеем права. Люцифер мстителен и коварен, он будет искать способ вернуться, и тогда мы сто раз пожалеем, что не очистили наши ряды от таких, как Белл и его брат.
— Нигардиэль вряд ли представляет угрозу, Гавриил, — Архангел задумчиво качнул головой. — Всё, на что его хватает — это готовить приличное вино, а в остальном — он полная бездарность. В нём от отца нет ничего. И хотя мальчишки близнецы, у младшего нет ни мозгов, ни талантов, в отличие от его брата. Уверен, если устранить Белл-Ориэля, Нигар один долго не продержится.
— А зачем ты позволил Беллу встретиться с этой девчонкой — Авророй?
— Не хочу, чтобы во время моего отсутствия, в казарме произошло какое-нибудь неприятное происшествие, — скривился Михаил. — Вряд ли кому-то из учеников понравился сегодняшний урок, и они так просто спустят новичку своё поражение.
— Так ты решил его защитить? — Гавриил недоумённо поднял брови.
— Скорее их от него, — мрачно поправил Архангел. — Пока я не узнаю всех характеристик Белл-Ориэля, нельзя оставлять его в казарме.
— Куда же ты его поселишь?
— Никуда, — тон Михаила стал небрежно ледяным. — После вечерней тренировки мальчишке жильё уже не понадобится, — с нехорошей усмешкой заметил он и замолчал.
Нигар от неожиданности едва не упал, крепко зажав себе рот, чтобы не закричать. Он застыл, потом рухнул на колени, судорожно хватая ртом воздух, как рыба, выброшенная из воды. Слушать дальше разговор Архангелов не было больше сил. Да и что ещё можно было услышать? Ведь самое страшное уже прозвучало! Белла хотят устранить!.. Его должны убить сегодня вечером! Но за что?!.. Почему?!.. Что он плохого им сделал?!..
Шли минуты, а Нигар всё ещё сидел на дорожке посреди парка, не в силах справиться с охватившим его отчаянием, и не в состоянии унять слёзы, ручьями бегущие по щекам. Первым его порывом было кинуться к брату и рассказать всё, что он сейчас услышал, но осознание бесполезности подобного шага заставило остановиться. Даже, если Белл узнает правду, он не сможет никак защититься. Избежать поединка ему не позволят, а не явиться на вечерний сбор вообще — было сродни дезертирству и наказывалось так же сурово, как предательство. Значит, нужно было искать другой выход. Но какой?..
Нигар стиснул зубы, лихорадочно продумывая ситуацию.
— Змей! — от безысходности выдохнул он, сжав руками виски и изо всех сил стараясь сосредоточиться. — Ты слышишь меня?!
— Я всегда тебя с-с-слышшу! — прошипел в голове знакомый голос.
— Скажи, мой яд способен убить Архангела?
— Архангел с-с-сильнее ангела… Но ты не узнаеш-ш-шь, пока не попробуеш-ш-шь!
— Очень исчерпывающий ответ! — огрызнулся Нигар, задрожав от злости на змея, на себя и на всех на свете. — И что мне теперь делать?.. Как спасти Белла?!
— Зачем его с-спасать?
— Его хотят убить!
— Слиш-шком поз-здно! — прошипел голос с каким-то непонятным удовлетворением.
— Поздно для кого? — у Нигара перехватило дыхание.
Но змей молчал. Он затаился, словно выжидая дальнейших действий хозяина.
— Всё! Мне надоели эти загадки! — Нигар решительно поднялся на ноги. — И что бы Белл ни говорил, пора с ними покончить! Может, хоть тогда я узнаю, что происходит, и почему Великие так нас ненавидят! — он зажмурился и, мысленно представив себе подземный архив Тагаса, где видел вход в потайную библиотеку Михаила, через секунду оказался уже там.
— Привет, Сарниэль! — Касиэра, как и всегда, обворожительно улыбаясь, переступила порог сверкающего мраморного зала и грациозно подплыла к хормейстеру. — Зашла тебя проведать и спросить, когда ты наконец позволишь мне услышать самый чарующий голос в Раю? Я до сих пор под впечатлением прошлого выступления Белл-Ориэля и жду не дождусь, когда ты явишь миру его новую сольную программу!.. Или ты его прячешь ото всех, как любимый бесценный бриллиант?
— Увы, Кэс, бриллиант оказался фальшивым, — грустно улыбнулся в ответ хормейстер, восхищённо разглядывая гостью. — Белл-Ориэль не оправдал моих надежд.
— Как это? — Касиэра даже опешила. — О чём ты говоришь, Сарниэль?
— О том, что голос этого мальчика заметно ухудшился и он больше не способен очаровывать своим звучанием так, как это было раньше. Белл-Ориэль уже не поёт в хоре. Он переведён в казарму с сегодняшнего дня.
— В казарму??? — Касиэра нахмурилась и даже побледнела немного. — А Михаил знает?
— Это было его распоряжение.
— Вот как? — женщина помрачнела ещё больше.
Несколько секунд она о чём-то размышляла, прохаживаясь по залу, затем, даже не попрощавшись с Сарниэлем, быстро зашагала к выходу.
* * *
— Кэс? — Михаил слегка удивился, встретив на пороге своего дома подобную гостью. — Не ожидал тебя увидеть в Раю так скоро, но рад, что ты нашла время нас навестить. Как дела, дорогая?
— Ты зачем Белл-Ориэля в казармы перевёл? — не пожелав даже ответить, тут же прошипела та. — Чем он тебе в хоре мешал, Михаил?
— О! Так ты из-за него явилась? — голос Архангела сразу же стал сухим и холодным. — Я бы мог и догадаться…
— Ты не ответил! — упрямо потребовала Касиэра, сверля Михаила потемневшим от ярости взглядом.
— А я и не обязан тебе отвечать, — губы Архангела язвительно изогнулись. — И должен тебе напомнить, милая, что ты имеешь право свободно посещать все миры только при условии сохранения полного нейтралитета. Если начнёшь лезть в чужие дела, Создатель может и пересмотреть ваше с ним соглашение.
— Ты мне угрожаешь? — её зрачки сузились от презрения, взгляд стал насмешливым.
— Что ты, дорогая?! Конечно, нет! — Михаил рассмеялся. — Просто напоминаю одной зарвавшейся демонице, что она не должна совать свой хорошенький носик в дела, которые её не касаются.
— Значит, я не должна предупреждать тебя о том, что кое-кто может сильно разозлиться, если с Белл-Ориэлем и Нигаром что-то случится по твоей вине? — протянула Касиэра ему в тон. — Мне, конечно, всё равно, но вряд ли ты захочешь начинать ещё одну войну, даже не завершив толком первую!
— Я выиграл первую войну, Касиэра! — рявкнул Михаил разозлившись.
— Никто и не сомневается в твоей доблести, Великий, — её тон стал холодным. — Как и в твоём благоразумии. Однако мне кажется, что сейчас тобой движут неуверенность и страх. Ты решил добиться жестокостью того, чего мог бы добиться любовью и милосердием. Будь осторожен, Михаил… Зло порождает Зло — помни об этом! — и, закончив таким образом разговор, Касиэра развернулась и зашагала прочь.
Она направилась было к казармам, с намерением повидать Белла, но передумала, неожиданно увидев перед воротами сына Михаила.
— Ориэль! — окликнула она, махнув рукой ангелу, чтобы тот подошёл.
— Здравствуй, Касиэра, — поприветствовал тот, улыбнувшись демонице. — Ты отца ищешь? Он должен быть у себя в это время.
— Нет, с твоим упрямым отцом я уже имела честь побеседовать, — фыркнула та, качнув головой. — Я хотела поговорить с тобой.
— Я тебя слушаю.
— Ты в курсе, что Архангел перевёл Белл-Ориэля в казарму?
— Да, я знаю об этом, — Ориэль тут же посерьёзнел.
— А для чего он это сделал, ты знаешь?
— Да… Кажется, Белл потерял голос после… того случая, — ангел вздохнул. — Он не может больше петь или… не хочет, — тихо добавил он.
— А ты понимаешь, что твоего брата могут убить в казарме, Ориэль?.. Что он может пострадать при тренировках, к которым совсем не готов?
Белл замер в центре, чувствуя, как на него накатывает уже знакомое чувство нервного возбуждения и азарта. Неприятная сцена с раненым Рафаэлем была тут же забыта, и юноша сосредоточился на следующем противнике.
Едва Михаил дал команду начать бой, как Белл ощутил уже знакомый сладостный огонь, обжигающим вихрем пробежавший по венам. Дремавшая в нём сила мгновенно пробудилась и внезапно возросла, приумножившись в несколько раз. Сердце заколотилось в груди в предвкушении сражения, и мир мгновенно изменился, замерцав кровавыми всполохами.
Бойцы начали наступление, и время словно остановилось. Как и в поединке с Рафаэлем, Белл отчётливо улавливал каждый вздох, каждое движение нападавших, и мог легко отслеживать их по изменяющемуся выражению лиц и направленным взглядам. Бойцы кружили вокруг, словно голодные хищники, делая молниеносные выпады, которые казались юноше слишком медленными и такими же бессмысленными. От каждого такого выпада Белл просто уклонялся, давая возможность соперникам перейти к более эффективным ударам и раззадоривая их пыл. Но бойцы не желали воспользоваться предоставленной им возможностью. После серии атак они начали нервничать, бить хаотично, как будто единственной их целью стало не сразить противника, а хотя бы попасть по нему. Это веселило и одновременно раздражало Белла. Ему хотелось настоящего сражения, где каждое движение заставляло кипеть кровь и вызывало судороги наслаждения. Где магия боя завораживала, а победа опьяняла, как самое крепкое вино. Сейчас же Белл чувствовал себя котом, играющим с тремя глупыми, хотя и храбрыми мышами, и просто ждал, пока эта игра им надоест. Отчаявшись получить хоть немного удовольствия от битвы, Белл прекратил её сам. Крутанувшись вокруг своей оси, он оставил отметку лезвием на груди сразу у всех троих. Отчётливые стоны возвестили о том, что бой окончен, и, как в прошлый раз, Белл почувствовал, как спадает наваждение. Но теперь перемена реальности не испугала его, а вид раненых ангелов не вызвал смятения, хотя и удовлетворения от такой победы он не испытывал.
Пока раненых забирали на лечение, Белл продолжал стоять на поле боя, ожидая дальнейших указаний Михаила.
Архангел не торопился с решением. Он смотрел на новичка, и в его глазах больше не было того насмешливого огонька, что присутствовал вначале. Теперь они были задумчивы и холодны.
— Мне это не нравится, — угрюмо произнёс Гавриил после напряжённого молчания. — В настоящем бою эти трое были бы уже мертвы, а мальчишка даже не запыхался. Он не так-то прост — теперь я и сам это вижу.
— Сорняки вообще очень живучи, брат, — чуть слышно отозвался Архангел. — Не зря приказано отделять зёрна от плевел.
— Наверное, хорошо, что мы увидели всё это, Михаил, но, оставив мальчишку в Святом воинстве, ты дашь ему возможность оттачивать свои навыки, и совершенствовать себя в способности убивать. А кто может поручиться, что после, эти способности Белл не обратит против своих же братьев, слабые стороны которых будут ему прекрасно известны?
— Да, к сожалению, ты прав, — помолчав, Архангел кивнул. — Но не будем обсуждать это здесь, Гавриил… — Михаил смолк, потом повернулся к ученикам, стоявших группами у края полигона. — Все свободны пока, — скомандовал он. — После ужина вновь соберётесь здесь, и продолжим… Белл-Ориэль, подойди!
Ученики стали быстро расходиться, а Белл приблизился к Архангелам.
— Мне понравилось, как ты держался в первом бою, — заговорил Михаил, растянув губы в холодной улыбке. — Но, похоже, эти поединки были слишком простыми для тебя. Ты быстр и достаточно ловок, Белл-Ориэль, поэтому стоит, я думаю, испытать твои способности в более сложных условиях, чтобы определить присущий тебе потенциал. Этим мы и займёмся вечером. А пока я решил, что ты достоин маленького поощрения… Аврора — твоя подруга — сегодня навещает свою мать. Я разрешил ей провести здесь два часа, но теперь позволяю задержаться до заката. Если хочешь увидеться с ней — отправляйся к Эрэли. Скажи ей, что девочка может остаться до вечера.
— Спасибо, Великий!!! — Белл даже подпрыгнул, задохнувшись от восторга и чувствуя, как от переполнивших его в этот момент эмоций, слегка закружилась голова.
— Можешь идти! — продолжая улыбаться, милостиво разрешил Архангел.
Белл не заставил себя просить дважды и тут же умчался, позабыв про всё остальное.
— А вот теперь давай прогуляемся и поговорим, — мгновенно посерьёзнев и растеряв всю свою доброжелательность, глухо продолжил Михаил, обратившись к брату. Тот хмуро кивнул, и оба отправились по тропе в сторону парка.
* * *
Выполняя задания Тагаса, велевшего приготовить образец напитка из нового сорта винограда, Нигар не переставал думать о том, что сегодня ему открылось. Прогулка в лесу, встреча со змеёй, новые способности… Мысли шли вразброд, и Нигар никак не мог определить, как ко всему этому относиться. Конечно, проявившиеся таланты — это неплохо, но осознание того, что теперь в голове кто-то будет постоянно занудствовать, вызывало протест. Особенно, если этот кто-то начнёт указывать ему, что делать, а тем более — призывать творить зло. Кроме того, поведение Белла тоже вызывало тревогу. Брат как будто не понимал всей опасности затеянной им авантюры. Ну, для чего нужно было переводиться в эту казарму?! Зачем гробить свой талант ради дурацкого стремления познать себя? Ведь прятать такой волшебный голос — настоящее преступление!.. А что теперь? Каждый день сражаться за выживание среди этих громил, величавших себя Святым воинством? Терпеть их издевательства? И ради чего?!..
Нигар вздохнул и поморщился от щемящего чувства тревоги. Страх за брата всё разрастался, не давая сосредоточиться ни на чём другом. Кое-как покончив с заданием Тагаса, парень отнёс сосуды с напитком в подвал и, быстро переодевшись, бросился к полигону, где в это время всегда проводились тренировки бойцов, и где Нигар рассчитывал найти брата.
Он отыскал его в тот момент, когда Белл как раз сражался в поединке с Рафаэлем.
Не желая быть увиденным, Нигардиэль растворился в воздухе и только тогда решился приблизиться к полигону. Замерев в нескольких шагах возле стоявших у края поля Архангелов, он стал наблюдать за братом, время от времени прислушиваясь к их разговору.
Высказывания Великих заставили сердце Нигара болезненно сжаться в предчувствии беды, и, вместо того, чтобы уйти, он дождался, пока все, включая Белла, разойдутся, и незримо последовал за Архангелами в парк.
Те долго шли молча, пока, наконец, не заговорил Михаил.
— И что ты обо всём этом думаешь, брат? — негромко спросил он, убедившись, что поблизости никого больше нет.
— У мальчишки хороший потенциал, — Гавриил неуверенно повёл плечами, — Все задатки охотника. Жаль будет терять такого воина, но выхода нет. Ему только шестнадцать, а что будет, когда Белл-Ориэль войдёт в полную силу?.. Я предупреждал тебя, Михаил. Мы могли избавиться от этой проблемы гораздо раньше, не дожидаясь, пока она себя проявит.
— Ничего ещё не случилось…
— Но случится, если мы будем бездействовать.
— Что ты предлагаешь?
— Нужно устранить угрозу, пока не поздно. Пока она не переросла в настоящее бедствие так же, как это было с отцом этих выродков… Война продолжается, Михаил. Наши братья до сих пор гибнут, сражаясь против Падших, не пожелавших уйти с Люцифером. Земля стала полем боя, и приспешники тьмы дорого продают свою жизнь. Под руководством Афаэлона, который возглавляет мятежников, они сражаются, как безумные, не желая сдаваться. Наши силы на исходе. В авангарде почти не осталось воинов — все измотаны постоянными стычками, а пополнение слишком слабое и неопытное. Рисковать последним оплотом против зла здесь, в Раю, мы не имеем права. Люцифер мстителен и коварен, он будет искать способ вернуться, и тогда мы сто раз пожалеем, что не очистили наши ряды от таких, как Белл и его брат.
— Нигардиэль вряд ли представляет угрозу, Гавриил, — Архангел задумчиво качнул головой. — Всё, на что его хватает — это готовить приличное вино, а в остальном — он полная бездарность. В нём от отца нет ничего. И хотя мальчишки близнецы, у младшего нет ни мозгов, ни талантов, в отличие от его брата. Уверен, если устранить Белл-Ориэля, Нигар один долго не продержится.
— А зачем ты позволил Беллу встретиться с этой девчонкой — Авророй?
— Не хочу, чтобы во время моего отсутствия, в казарме произошло какое-нибудь неприятное происшествие, — скривился Михаил. — Вряд ли кому-то из учеников понравился сегодняшний урок, и они так просто спустят новичку своё поражение.
— Так ты решил его защитить? — Гавриил недоумённо поднял брови.
— Скорее их от него, — мрачно поправил Архангел. — Пока я не узнаю всех характеристик Белл-Ориэля, нельзя оставлять его в казарме.
— Куда же ты его поселишь?
— Никуда, — тон Михаила стал небрежно ледяным. — После вечерней тренировки мальчишке жильё уже не понадобится, — с нехорошей усмешкой заметил он и замолчал.
Нигар от неожиданности едва не упал, крепко зажав себе рот, чтобы не закричать. Он застыл, потом рухнул на колени, судорожно хватая ртом воздух, как рыба, выброшенная из воды. Слушать дальше разговор Архангелов не было больше сил. Да и что ещё можно было услышать? Ведь самое страшное уже прозвучало! Белла хотят устранить!.. Его должны убить сегодня вечером! Но за что?!.. Почему?!.. Что он плохого им сделал?!..
Шли минуты, а Нигар всё ещё сидел на дорожке посреди парка, не в силах справиться с охватившим его отчаянием, и не в состоянии унять слёзы, ручьями бегущие по щекам. Первым его порывом было кинуться к брату и рассказать всё, что он сейчас услышал, но осознание бесполезности подобного шага заставило остановиться. Даже, если Белл узнает правду, он не сможет никак защититься. Избежать поединка ему не позволят, а не явиться на вечерний сбор вообще — было сродни дезертирству и наказывалось так же сурово, как предательство. Значит, нужно было искать другой выход. Но какой?..
Нигар стиснул зубы, лихорадочно продумывая ситуацию.
— Змей! — от безысходности выдохнул он, сжав руками виски и изо всех сил стараясь сосредоточиться. — Ты слышишь меня?!
— Я всегда тебя с-с-слышшу! — прошипел в голове знакомый голос.
— Скажи, мой яд способен убить Архангела?
— Архангел с-с-сильнее ангела… Но ты не узнаеш-ш-шь, пока не попробуеш-ш-шь!
— Очень исчерпывающий ответ! — огрызнулся Нигар, задрожав от злости на змея, на себя и на всех на свете. — И что мне теперь делать?.. Как спасти Белла?!
— Зачем его с-спасать?
— Его хотят убить!
— Слиш-шком поз-здно! — прошипел голос с каким-то непонятным удовлетворением.
— Поздно для кого? — у Нигара перехватило дыхание.
Но змей молчал. Он затаился, словно выжидая дальнейших действий хозяина.
— Всё! Мне надоели эти загадки! — Нигар решительно поднялся на ноги. — И что бы Белл ни говорил, пора с ними покончить! Может, хоть тогда я узнаю, что происходит, и почему Великие так нас ненавидят! — он зажмурился и, мысленно представив себе подземный архив Тагаса, где видел вход в потайную библиотеку Михаила, через секунду оказался уже там.
Глава 6. Встреча
— Привет, Сарниэль! — Касиэра, как и всегда, обворожительно улыбаясь, переступила порог сверкающего мраморного зала и грациозно подплыла к хормейстеру. — Зашла тебя проведать и спросить, когда ты наконец позволишь мне услышать самый чарующий голос в Раю? Я до сих пор под впечатлением прошлого выступления Белл-Ориэля и жду не дождусь, когда ты явишь миру его новую сольную программу!.. Или ты его прячешь ото всех, как любимый бесценный бриллиант?
— Увы, Кэс, бриллиант оказался фальшивым, — грустно улыбнулся в ответ хормейстер, восхищённо разглядывая гостью. — Белл-Ориэль не оправдал моих надежд.
— Как это? — Касиэра даже опешила. — О чём ты говоришь, Сарниэль?
— О том, что голос этого мальчика заметно ухудшился и он больше не способен очаровывать своим звучанием так, как это было раньше. Белл-Ориэль уже не поёт в хоре. Он переведён в казарму с сегодняшнего дня.
— В казарму??? — Касиэра нахмурилась и даже побледнела немного. — А Михаил знает?
— Это было его распоряжение.
— Вот как? — женщина помрачнела ещё больше.
Несколько секунд она о чём-то размышляла, прохаживаясь по залу, затем, даже не попрощавшись с Сарниэлем, быстро зашагала к выходу.
* * *
— Кэс? — Михаил слегка удивился, встретив на пороге своего дома подобную гостью. — Не ожидал тебя увидеть в Раю так скоро, но рад, что ты нашла время нас навестить. Как дела, дорогая?
— Ты зачем Белл-Ориэля в казармы перевёл? — не пожелав даже ответить, тут же прошипела та. — Чем он тебе в хоре мешал, Михаил?
— О! Так ты из-за него явилась? — голос Архангела сразу же стал сухим и холодным. — Я бы мог и догадаться…
— Ты не ответил! — упрямо потребовала Касиэра, сверля Михаила потемневшим от ярости взглядом.
— А я и не обязан тебе отвечать, — губы Архангела язвительно изогнулись. — И должен тебе напомнить, милая, что ты имеешь право свободно посещать все миры только при условии сохранения полного нейтралитета. Если начнёшь лезть в чужие дела, Создатель может и пересмотреть ваше с ним соглашение.
— Ты мне угрожаешь? — её зрачки сузились от презрения, взгляд стал насмешливым.
— Что ты, дорогая?! Конечно, нет! — Михаил рассмеялся. — Просто напоминаю одной зарвавшейся демонице, что она не должна совать свой хорошенький носик в дела, которые её не касаются.
— Значит, я не должна предупреждать тебя о том, что кое-кто может сильно разозлиться, если с Белл-Ориэлем и Нигаром что-то случится по твоей вине? — протянула Касиэра ему в тон. — Мне, конечно, всё равно, но вряд ли ты захочешь начинать ещё одну войну, даже не завершив толком первую!
— Я выиграл первую войну, Касиэра! — рявкнул Михаил разозлившись.
— Никто и не сомневается в твоей доблести, Великий, — её тон стал холодным. — Как и в твоём благоразумии. Однако мне кажется, что сейчас тобой движут неуверенность и страх. Ты решил добиться жестокостью того, чего мог бы добиться любовью и милосердием. Будь осторожен, Михаил… Зло порождает Зло — помни об этом! — и, закончив таким образом разговор, Касиэра развернулась и зашагала прочь.
Она направилась было к казармам, с намерением повидать Белла, но передумала, неожиданно увидев перед воротами сына Михаила.
— Ориэль! — окликнула она, махнув рукой ангелу, чтобы тот подошёл.
— Здравствуй, Касиэра, — поприветствовал тот, улыбнувшись демонице. — Ты отца ищешь? Он должен быть у себя в это время.
— Нет, с твоим упрямым отцом я уже имела честь побеседовать, — фыркнула та, качнув головой. — Я хотела поговорить с тобой.
— Я тебя слушаю.
— Ты в курсе, что Архангел перевёл Белл-Ориэля в казарму?
— Да, я знаю об этом, — Ориэль тут же посерьёзнел.
— А для чего он это сделал, ты знаешь?
— Да… Кажется, Белл потерял голос после… того случая, — ангел вздохнул. — Он не может больше петь или… не хочет, — тихо добавил он.
— А ты понимаешь, что твоего брата могут убить в казарме, Ориэль?.. Что он может пострадать при тренировках, к которым совсем не готов?
