И когда надежда на это начала гаснуть вместе с приближающимся окончанием дня, а нервозность Вялки с испуганным волчонком лишь росла, девушка решилась.
Солнце приблизилось к горизонту, удлиняя тени.
«В конце концов, сородичи вряд ли примут моих постояльцев благосклонно, -- решила девушка. – Оба моих зверя уже видели агрессию со стороны соплеменников. И именно моей агрессивной поддержке обязаны жизнью. К тому же новой, пришедшей издалека в «мою Долину» крупной стае полагается иметь уважительное представление обо мне на этих территориях. Кто знает, как переплетутся ещё наши дорожки».
С этими мыслями София поднялась во весь рост с луком в руках.
Сначала она хотела начать стрелять втихую. Но затем решила, что лучше дать хищникам знать, откуда им угрожает настоящая опасность.
Поэтому девушка расставила руки и ноги в стороны, закинула голову назад и издала протяжный полный дикости и ярости боевой клич.
Сказать, что Софии удалось завладеть вниманием абсолютно всей аудитории, значит не сказать ничего. Окончив свой вопль, София подняла лук, выцелила одного из крупных самцов в стае врага и взвела оружие.
Но едва лишь пошёл отсчёт заветных «трёх секунд», как Софи услышала громкий скулёж откуда-то из глубины стаи.
Раздались одновременные свист лука и хлопок тетивы. И нацеленный хищник опрокинулся от удара в снег с простреленной у основания головы шеей.
София зорко высмотрела скандалиста. И удивлённо присвистнула. Это был крупный самец, пытающийся скрыться в чаще. Неловкости его движениям добавляла перебитая, неуклюже торчащая в сторону передняя лапа. Сомнений быть не могло. Это был уцелевший хищник из изгнавшей Вялку стаи.
«Что ж, -- подумала девушка. – Возможно, остальные две самки и осторожный непострадавший самец из той же стаи тоже здесь. Удивительно, что сторонняя стая так легко приняла к себе чужаков. Хотя… В зимние периоды волки на Земле, наоборот, стекаются в стаи, принимая всех, кто уживается в иерархии. Так легче выжить в охоте на крупного зверя. И хоть на Керии волко-олени на порядок крупнее и соизмеримы с размерами своей крупной добычи, но мы видели, что может сотворить со стаей волков хорошо организованное стадо разгневанных капибар»…
Тем временем, стая волков, сначала удивившись боевому кличу своей потенциальной добычи, затем обратила внимание на упреждающий скулёж своих более опытных новых собратьев, влившихся в стаю извне. И в довершение стая получила странное происшествие с одним из своих крепких бойцов, рухнувшего в снег явно со смертельным увечьем. Инстинкты выживания подсказывали зверям, что эти три разных события, произошедшие в рамках ближайших двадцати секунд, никак не могут быть простым совпадением. Животные напряглись. Некоторые взволновано поднялись со своих лежбищ, с беспокойством глядя туда, где бился и хрипел в снегу их соплеменник.
София решила не сбавлять темп. Она снова громко гортанно зарычала и выстрелила во второй раз. Стоящий боком к девушке и ближе всего к нодьям волк хлопнулся в снег, с хрустом получив стрелу, полностью проткнувшую ему грудную клетку ниже лопатки.
В третий раз, не прекращающая издавать яростные звуки и сыпать проклятия, София взяла на прицел рогатую волчицу, находящуюся в отдалении стаи. Та с визгом полетела в снег.
В клане волков началась паника. Даже самые невозмутимые из них поднимались из своих лёжек. Кто-то рысью бежал проведать своих раненных товарищей. Кто-то, кто поумнее, развернулся в сторону леса, явно связывая обрушившуюся опасность с непонятной беснующейся двуногой за линией огненной стены.
София за тридцать секунд успела выпустить ещё четыре стрелы по ближним целям вокруг своего бивака, оставив на снегу ещё четырёх волков.
Софи чувствовала, как опять боевой охотничий раж захватывает её.
Надо отдать должное волкам. Они не потеряли голову. Большинство зверей, как заметила София, следили взглядом за действиями вожака, который стоял в отдалении и оценивал ситуацию. Вожак зорко смотрел на Софию и следил за её действиями.
Девушка не стала разочаровывать хищника и показательно свалила ещё одного самца прямо под ноги предводителя. Вожак спешно исследовал корчащегося на снегу собрата, обнюхал стрелу, почти полностью увязшую в груди волка. Почуял запах Софии. Секунды десять он ещё раз мрачно сверлил взглядом девушку, которая успела за это время положить ещё кого-то по другую сторону огненного кольца. Затем вожак поднял голову и трубно, как бык, издал странный звук, не то рёв, не то вой. Это решило все сомнения у оставшихся в стае зверей. Животные все как один развернулись в сторону главаря и торопливой рысцой бросились за ним в лесную чащу.
С криками ликования София пустила под хвост очередному отступающему хищнику смертельный снаряд, в надежде, чтобы урок стаей был запомнен навсегда. Прекрасно осознавая, что данная безжалостность -- всего лишь стоящий остро вопрос выживания.
Она больше не собиралась стрелять по отступающим врагам. Битва была выиграна. Цели достигнуты.
Но внезапно что-то случилось. Вся стая разом прямо сходу легла в снег, словно по команде. Причём девушка готова была поклясться, что это не было сигналом со стороны вожака.
Что-то произошло, на что среагировали все, как единый организм. И нехорошее предчувствие мгновенно охолодило спину Софи.
Она стояла непонимающе с наложенной на тетиву стрелой, не осознавая, откуда движется опасность.
Растерянно девушка оглянулась на Вялку с Бэмби.
Вялка вовсю смотрела на Софи снизу-вверх. Её подобострастные глаза и прижатые уши были очень красноречивы. Вне всякого сомнения, хищница понимала, что только что учинила здесь София в одиночку. И это явно прибавило неизгладимое чувство уважения от волчицы к девушке.
Но сейчас происходило что-то другое. Олениха лежала в снегу, положив морду на лапы и стараясь максимально вжаться в утоптанный снег лагеря. Рядом, замерев и прижавшись к матери, притаился Бемби.
Вялка, глядя на Софи умоляющими глазами, тихо заскулила.
«Да что, чёрт возьми, происходит?!» – воскликнула девушка, переводя взгляд с Вялки на так и не успевшую скрыться и залёгшую в сугробы на полпути к спасению стаю волков-оленей.
Вдруг загудели наверху ветви деревьев. Уже понимая, что сейчас будет, София плюхнулась наземь, и распласталась по снегу. И тут накатил шквал.
Ветер завыл в лесу, вздымая и поднимая с сугробов целые тонны снега. Мгновенно при ясном небе, весь лагерь Софии погрузился в пелену снежного воющего бурана.
Первые электрические разряды ударились и с грохотом рассыпались голубыми искрами где-то высоко в ветвях. София видела только вспышки.
И тут началось.
Молнии сверкали по всему лесу. Росчерки голубых электрических паутин – змеями ползали по воздуху, изгибаясь трещащими дугами от ствола к стволу.
Испуганная София сначала хотела ползти к тенту и укрыться под шкурой. Но вскоре изменила решение.
Добравшись по-пластунски до Вялки, девушка вытянулась рядом, прижавшись к меховому пышному боку, и обняла волчицу за шею. Вялка никак не отреагировала на действия Софи. По другую сторону волчицы подпирал мать Бемби.
Грохот стоял в лесу, как будто разом взрывались как одновременно, так и друг за другом целые арсеналы снарядов. Причём наряду с грохотом в воздухе слышался беспрерывный треск электричества и шипение, которые не в силах были заглушить даже вой ветра и поднятый снизу снежный буран. София чувствовала, как их заносит снегом. И уже жалела, что не поползла в сторону тента к одеялу. Боясь теперь замёрзнуть на снегу.
Но внезапно испуганная девушка открыла для себя, что лежащая рядом Вялка излучает такую массу тепла, словно оставленная на морозе подключённая батарея.
Шерсть волчицы, вставшая дыбом от накопившейся статики, нежно обволакивала лучше тёплого одеяла с одной стороны. С противоположной стороны снежная шуба, почти сразу образовавшаяся поверх меховой шубы Софии, не слишком-то и холодила. А даже, наоборот, как отметила девушка – работала прекрасным термоизолятором, помогающим удерживать и сохранять тепло, столь щедро излучаемое животным.
София пригрелась, ощущая, как где-то рядом внутри этого огромного жаркого мехового тела бьётся сердце волчицы.
По мере как их заносило снегом, звуки разрядов становились чуть глуше. Но всё равно, когда совсем рядом с ними что-то грохнуло, ударив прямо внутри лагеря, Софи с волками вздрогнули одновременно.
Сколько продолжалось буйство стихии, София не знала. Она готова была поклясться, что разряд молнии как минимум два раза попадал в их тесно обнявшуюся компанию. В эти мгновения их озаряла нестерпимая вспышка, треск и шипение рвали барабанные перепонки, и становилось на доли секунды невозможно холодно. Но, очевидно, оплетая всю затаившуюся группу сетчатым голубым сверкающим саванном, электрический разряд пробегал снаружи по поверхности прижатых друг к другу и к земле тел. И тут же с хлопком, отдающимся болезненным звоном в ушах, гасился в землю, не причиняя прочего вреда схоронившимся.
* * *
София открыла глаза. Оказалось, она заснула во время ненастья. Разбудило девушку то, что Вялка, очевидно, уже долго терпящая вцепившуюся в её шерсть Софию и не смеющая ту тревожить, наконец, нетерпеливо пошевелилась.
Сначала София не поняла, почему темно. Но как только она начала ворочаться, то догадалась, что лежит внутри наметённого снежного сугроба.
Как только голова Софии показалась на поверхности, на неё набросился Бемби, радостно вылизывая девушке лицо и неудержимо виляя хвостом. Оленёнок не имел терпения продолжать валяться в снегу, когда опасность миновала.
На воздухе было и впрямь темно. Оказывается, уже наступила ночь. Небо явно заволокло тучами и сверху не спеша кружились и падали крупные хлопья на сей раз настоящего небесного снегопада. Костёр по центру был засыпан снегом. Свет давали только горящие по периметру три бревенчатые постройки. Ни снежный буран, ни электрический шторм не в силах были погасить нодьи. Возможно, сильный ветер, наоборот, помогал и раздувал бревенчатые угли, не позволяя снегу задушить жар оборонительных сооружений вокруг лагеря.
София, чуть побарахтавшись в снегу, смогла, наконец, подняться на ноги. Морщась и уворачиваясь от неулюжих ласк неугомонного Бемби, Софи принялась обивать себя рукавицами от налипшего снега, в котором она вся вывалилась. Оказалось, что девушка вся вспотела – настолько жарко было под снежным покрывалом в обнимку под боком у волчицы.
Рядом сугроб, из которого вылезла София, зашевелился и из него поднялась огромная туша Вялки. Животное шумно отряхнулось, чуть кряхтя от ещё не прошедших ран. Во все стороны полетели комья и брызги снега, срывающиеся с пышной распушённой шерсти зверя.
Девушка зажмурилась на миг от снега и рассмеялась.
-- Ну ты даёшь, подруга! -- хохоча воскликнула она, нежно обнимая Вялку за необхватную шею и зарываясь руками в мех. – Спасибо тебе, -- добавила Софи благодарно.
Но, видя, что Вялка подобострастно прижимает уши, отпустила волчицу. Видно было, что давешней бойней София сильно изменила отношение оленихи к себе.
Девушка оглядела лагерь. Всё было занесено снегом. София порадовалась, что избрала в последний момент, руководствуясь призывами Вялки, общество последней с щенком, вместо того, чтобы спрятаться под тент.
Спальное место Софи было всё в снегу. А в тенте прямо посередине зияла прожжённая дыра. Девушка с досадой раскопала свои пожитки, вычистила снег. Оказалось, что кроме прожжённого тента из кожи бегемота, ничего больше не пострадало.
София достала из рюкзака мясо и накормила Вялку с нахлебником.
Приготовила и поела сама. После начала пытаться перетянуть тент так, чтобы дыра не очень мешала во время ночлега. Но прореха была по центру. Поэтому София достала из тюка шкуру капибары, которой укрывала груз при транспортировке. Шкуру Софи натянула поверх тента так, чтобы снег не попадал в отверстие. Покончив со всем этим, девушка, вооружившись глефой, житом и факелом, пошла на разведку вокруг лагеря.
Волчья стая ушла. Очевидно, сразу же, как закончилось ненастье. София видела следы волчьих лёжек и уже слегка занесённые цепочки отпечатков лап. Было видно, что звери целенаправленно максимально спешно покинули место рядом с биваком Софи. Следы ног вели сразу же от лёжек в лес. Никто и не думал возвращаться, чтобы побродить вновь вокруг лагеря.
«Ну что ж… Полагаю, уроки извлечены, -- удовлетворённо подумала София. – Во всяком случае, надеюсь, что вожак проследит и не допустит, чтобы наши интересы в будущем пересекались.
Она обошла лагерь по кругу. Прикончила глефой смертельно раненного волка, удивительно долго цепляющегося за свою жизнь. Отметила, что для обновления брёвен в нодьях ей к запасу не хватает двух четырёхметровых обрубков. За пятнадцать минут София восстановила недостающее количество топлива и вернулась в лагерь, сопровождаемая веселящимся Бемби.
Подоив Вялку, София легла спать.
* * *
Наутро лагерь опять засыпало снегом. Ветра не было. Сверху падал неспешный снежок почти такой же, какой падал перед ночным сном Софии.
Девушка потянулась и увидела, что Вялка стоит перед нодьёй в напряжённой стойке. И шерсть на загривке волчицы топорщится во все стороны. София проследила взгляд оленихи, но ничего не смогла разглядеть.
«Ну начинается, -- вздохнула София. – Неужели, очередная стая? Сомневаюсь, что это вчерашняя решила вернуться».
София опять разложила своё оружие на снегу для полной боевой готовности. Но так как кроме насторожённого вида Вялки, ничего нового так и не происходило, Софи принялась готовить себе завтрак. Она не сомневалась, что волчица, которая так и не покинула своего сторожевого поста и даже не поменяла за всё это время позы, не ошибается. Но и причин волноваться после вчерашнего девушка тоже не видела.
София покормила Бемби мясом, но не смогла дозваться Вялки, которая – не слыханное дело, не соблазнилась мороженной вырезкой.
Девушка доканчивала завтрак, когда Вялка зарычала, делая попытки отправиться за периметр лагеря для выяснения отношений. И только жар от нодей не позволил волчице себя пересилить, к облегчению Софи.
София встала в полный рост, силясь понять, какая новая опасность надвигается на их лагерь. И вначале никого не обнаружила.
Но вид реакции Вялки красноречиво говорил об обратном. И девушка всматривалась и всматривалась.
Наконец, Софии показалось, что она видит какое-то шевеление между деревьями.
Зрение не обмануло её. Уже вскоре к своему облегчению Софи поняла, что это были старые знакомые – шакальи волчки. Животные, внешне очень сильно: и размерами, и внешне напоминающие земных койотов. По первости София с лёгкой руки окрестила их «шакальими волчками». Так дальше и повелось.
Девушка помнила, что волко-олени на дух не переносят рядом располагающихся шакальих волчков. Очевидно, как возможных конкурентов при поиске пищи. Поэтому реакция Вялки была более, чем объяснима.
-- Оставь их, Вялка, -- равнодушно посоветовала София, радуясь, что Вялка со своей больной лапой и незажившей грудью пока не освоила самостоятельный выход за пределы периметра нодей. – Эти мелкие бандиты тебе не нужны.
Тем временем волчки, которые, явно чувствовали присутствие Вялки, не приближались ближе к лагерю. Число зверей, топчущихся на границе видимости среди деревьев, увеличивалось.
Солнце приблизилось к горизонту, удлиняя тени.
«В конце концов, сородичи вряд ли примут моих постояльцев благосклонно, -- решила девушка. – Оба моих зверя уже видели агрессию со стороны соплеменников. И именно моей агрессивной поддержке обязаны жизнью. К тому же новой, пришедшей издалека в «мою Долину» крупной стае полагается иметь уважительное представление обо мне на этих территориях. Кто знает, как переплетутся ещё наши дорожки».
С этими мыслями София поднялась во весь рост с луком в руках.
Сначала она хотела начать стрелять втихую. Но затем решила, что лучше дать хищникам знать, откуда им угрожает настоящая опасность.
Поэтому девушка расставила руки и ноги в стороны, закинула голову назад и издала протяжный полный дикости и ярости боевой клич.
Сказать, что Софии удалось завладеть вниманием абсолютно всей аудитории, значит не сказать ничего. Окончив свой вопль, София подняла лук, выцелила одного из крупных самцов в стае врага и взвела оружие.
Но едва лишь пошёл отсчёт заветных «трёх секунд», как Софи услышала громкий скулёж откуда-то из глубины стаи.
Раздались одновременные свист лука и хлопок тетивы. И нацеленный хищник опрокинулся от удара в снег с простреленной у основания головы шеей.
София зорко высмотрела скандалиста. И удивлённо присвистнула. Это был крупный самец, пытающийся скрыться в чаще. Неловкости его движениям добавляла перебитая, неуклюже торчащая в сторону передняя лапа. Сомнений быть не могло. Это был уцелевший хищник из изгнавшей Вялку стаи.
«Что ж, -- подумала девушка. – Возможно, остальные две самки и осторожный непострадавший самец из той же стаи тоже здесь. Удивительно, что сторонняя стая так легко приняла к себе чужаков. Хотя… В зимние периоды волки на Земле, наоборот, стекаются в стаи, принимая всех, кто уживается в иерархии. Так легче выжить в охоте на крупного зверя. И хоть на Керии волко-олени на порядок крупнее и соизмеримы с размерами своей крупной добычи, но мы видели, что может сотворить со стаей волков хорошо организованное стадо разгневанных капибар»…
Тем временем, стая волков, сначала удивившись боевому кличу своей потенциальной добычи, затем обратила внимание на упреждающий скулёж своих более опытных новых собратьев, влившихся в стаю извне. И в довершение стая получила странное происшествие с одним из своих крепких бойцов, рухнувшего в снег явно со смертельным увечьем. Инстинкты выживания подсказывали зверям, что эти три разных события, произошедшие в рамках ближайших двадцати секунд, никак не могут быть простым совпадением. Животные напряглись. Некоторые взволновано поднялись со своих лежбищ, с беспокойством глядя туда, где бился и хрипел в снегу их соплеменник.
София решила не сбавлять темп. Она снова громко гортанно зарычала и выстрелила во второй раз. Стоящий боком к девушке и ближе всего к нодьям волк хлопнулся в снег, с хрустом получив стрелу, полностью проткнувшую ему грудную клетку ниже лопатки.
В третий раз, не прекращающая издавать яростные звуки и сыпать проклятия, София взяла на прицел рогатую волчицу, находящуюся в отдалении стаи. Та с визгом полетела в снег.
В клане волков началась паника. Даже самые невозмутимые из них поднимались из своих лёжек. Кто-то рысью бежал проведать своих раненных товарищей. Кто-то, кто поумнее, развернулся в сторону леса, явно связывая обрушившуюся опасность с непонятной беснующейся двуногой за линией огненной стены.
София за тридцать секунд успела выпустить ещё четыре стрелы по ближним целям вокруг своего бивака, оставив на снегу ещё четырёх волков.
Софи чувствовала, как опять боевой охотничий раж захватывает её.
Надо отдать должное волкам. Они не потеряли голову. Большинство зверей, как заметила София, следили взглядом за действиями вожака, который стоял в отдалении и оценивал ситуацию. Вожак зорко смотрел на Софию и следил за её действиями.
Девушка не стала разочаровывать хищника и показательно свалила ещё одного самца прямо под ноги предводителя. Вожак спешно исследовал корчащегося на снегу собрата, обнюхал стрелу, почти полностью увязшую в груди волка. Почуял запах Софии. Секунды десять он ещё раз мрачно сверлил взглядом девушку, которая успела за это время положить ещё кого-то по другую сторону огненного кольца. Затем вожак поднял голову и трубно, как бык, издал странный звук, не то рёв, не то вой. Это решило все сомнения у оставшихся в стае зверей. Животные все как один развернулись в сторону главаря и торопливой рысцой бросились за ним в лесную чащу.
С криками ликования София пустила под хвост очередному отступающему хищнику смертельный снаряд, в надежде, чтобы урок стаей был запомнен навсегда. Прекрасно осознавая, что данная безжалостность -- всего лишь стоящий остро вопрос выживания.
Она больше не собиралась стрелять по отступающим врагам. Битва была выиграна. Цели достигнуты.
Но внезапно что-то случилось. Вся стая разом прямо сходу легла в снег, словно по команде. Причём девушка готова была поклясться, что это не было сигналом со стороны вожака.
Что-то произошло, на что среагировали все, как единый организм. И нехорошее предчувствие мгновенно охолодило спину Софи.
Она стояла непонимающе с наложенной на тетиву стрелой, не осознавая, откуда движется опасность.
Растерянно девушка оглянулась на Вялку с Бэмби.
Вялка вовсю смотрела на Софи снизу-вверх. Её подобострастные глаза и прижатые уши были очень красноречивы. Вне всякого сомнения, хищница понимала, что только что учинила здесь София в одиночку. И это явно прибавило неизгладимое чувство уважения от волчицы к девушке.
Но сейчас происходило что-то другое. Олениха лежала в снегу, положив морду на лапы и стараясь максимально вжаться в утоптанный снег лагеря. Рядом, замерев и прижавшись к матери, притаился Бемби.
Вялка, глядя на Софи умоляющими глазами, тихо заскулила.
«Да что, чёрт возьми, происходит?!» – воскликнула девушка, переводя взгляд с Вялки на так и не успевшую скрыться и залёгшую в сугробы на полпути к спасению стаю волков-оленей.
Вдруг загудели наверху ветви деревьев. Уже понимая, что сейчас будет, София плюхнулась наземь, и распласталась по снегу. И тут накатил шквал.
Ветер завыл в лесу, вздымая и поднимая с сугробов целые тонны снега. Мгновенно при ясном небе, весь лагерь Софии погрузился в пелену снежного воющего бурана.
Первые электрические разряды ударились и с грохотом рассыпались голубыми искрами где-то высоко в ветвях. София видела только вспышки.
И тут началось.
Молнии сверкали по всему лесу. Росчерки голубых электрических паутин – змеями ползали по воздуху, изгибаясь трещащими дугами от ствола к стволу.
Испуганная София сначала хотела ползти к тенту и укрыться под шкурой. Но вскоре изменила решение.
Добравшись по-пластунски до Вялки, девушка вытянулась рядом, прижавшись к меховому пышному боку, и обняла волчицу за шею. Вялка никак не отреагировала на действия Софи. По другую сторону волчицы подпирал мать Бемби.
Грохот стоял в лесу, как будто разом взрывались как одновременно, так и друг за другом целые арсеналы снарядов. Причём наряду с грохотом в воздухе слышался беспрерывный треск электричества и шипение, которые не в силах были заглушить даже вой ветра и поднятый снизу снежный буран. София чувствовала, как их заносит снегом. И уже жалела, что не поползла в сторону тента к одеялу. Боясь теперь замёрзнуть на снегу.
Но внезапно испуганная девушка открыла для себя, что лежащая рядом Вялка излучает такую массу тепла, словно оставленная на морозе подключённая батарея.
Шерсть волчицы, вставшая дыбом от накопившейся статики, нежно обволакивала лучше тёплого одеяла с одной стороны. С противоположной стороны снежная шуба, почти сразу образовавшаяся поверх меховой шубы Софии, не слишком-то и холодила. А даже, наоборот, как отметила девушка – работала прекрасным термоизолятором, помогающим удерживать и сохранять тепло, столь щедро излучаемое животным.
София пригрелась, ощущая, как где-то рядом внутри этого огромного жаркого мехового тела бьётся сердце волчицы.
По мере как их заносило снегом, звуки разрядов становились чуть глуше. Но всё равно, когда совсем рядом с ними что-то грохнуло, ударив прямо внутри лагеря, Софи с волками вздрогнули одновременно.
Сколько продолжалось буйство стихии, София не знала. Она готова была поклясться, что разряд молнии как минимум два раза попадал в их тесно обнявшуюся компанию. В эти мгновения их озаряла нестерпимая вспышка, треск и шипение рвали барабанные перепонки, и становилось на доли секунды невозможно холодно. Но, очевидно, оплетая всю затаившуюся группу сетчатым голубым сверкающим саванном, электрический разряд пробегал снаружи по поверхности прижатых друг к другу и к земле тел. И тут же с хлопком, отдающимся болезненным звоном в ушах, гасился в землю, не причиняя прочего вреда схоронившимся.
* * *
София открыла глаза. Оказалось, она заснула во время ненастья. Разбудило девушку то, что Вялка, очевидно, уже долго терпящая вцепившуюся в её шерсть Софию и не смеющая ту тревожить, наконец, нетерпеливо пошевелилась.
Сначала София не поняла, почему темно. Но как только она начала ворочаться, то догадалась, что лежит внутри наметённого снежного сугроба.
Как только голова Софии показалась на поверхности, на неё набросился Бемби, радостно вылизывая девушке лицо и неудержимо виляя хвостом. Оленёнок не имел терпения продолжать валяться в снегу, когда опасность миновала.
На воздухе было и впрямь темно. Оказывается, уже наступила ночь. Небо явно заволокло тучами и сверху не спеша кружились и падали крупные хлопья на сей раз настоящего небесного снегопада. Костёр по центру был засыпан снегом. Свет давали только горящие по периметру три бревенчатые постройки. Ни снежный буран, ни электрический шторм не в силах были погасить нодьи. Возможно, сильный ветер, наоборот, помогал и раздувал бревенчатые угли, не позволяя снегу задушить жар оборонительных сооружений вокруг лагеря.
София, чуть побарахтавшись в снегу, смогла, наконец, подняться на ноги. Морщась и уворачиваясь от неулюжих ласк неугомонного Бемби, Софи принялась обивать себя рукавицами от налипшего снега, в котором она вся вывалилась. Оказалось, что девушка вся вспотела – настолько жарко было под снежным покрывалом в обнимку под боком у волчицы.
Рядом сугроб, из которого вылезла София, зашевелился и из него поднялась огромная туша Вялки. Животное шумно отряхнулось, чуть кряхтя от ещё не прошедших ран. Во все стороны полетели комья и брызги снега, срывающиеся с пышной распушённой шерсти зверя.
Девушка зажмурилась на миг от снега и рассмеялась.
-- Ну ты даёшь, подруга! -- хохоча воскликнула она, нежно обнимая Вялку за необхватную шею и зарываясь руками в мех. – Спасибо тебе, -- добавила Софи благодарно.
Но, видя, что Вялка подобострастно прижимает уши, отпустила волчицу. Видно было, что давешней бойней София сильно изменила отношение оленихи к себе.
Девушка оглядела лагерь. Всё было занесено снегом. София порадовалась, что избрала в последний момент, руководствуясь призывами Вялки, общество последней с щенком, вместо того, чтобы спрятаться под тент.
Спальное место Софи было всё в снегу. А в тенте прямо посередине зияла прожжённая дыра. Девушка с досадой раскопала свои пожитки, вычистила снег. Оказалось, что кроме прожжённого тента из кожи бегемота, ничего больше не пострадало.
София достала из рюкзака мясо и накормила Вялку с нахлебником.
Приготовила и поела сама. После начала пытаться перетянуть тент так, чтобы дыра не очень мешала во время ночлега. Но прореха была по центру. Поэтому София достала из тюка шкуру капибары, которой укрывала груз при транспортировке. Шкуру Софи натянула поверх тента так, чтобы снег не попадал в отверстие. Покончив со всем этим, девушка, вооружившись глефой, житом и факелом, пошла на разведку вокруг лагеря.
Волчья стая ушла. Очевидно, сразу же, как закончилось ненастье. София видела следы волчьих лёжек и уже слегка занесённые цепочки отпечатков лап. Было видно, что звери целенаправленно максимально спешно покинули место рядом с биваком Софи. Следы ног вели сразу же от лёжек в лес. Никто и не думал возвращаться, чтобы побродить вновь вокруг лагеря.
«Ну что ж… Полагаю, уроки извлечены, -- удовлетворённо подумала София. – Во всяком случае, надеюсь, что вожак проследит и не допустит, чтобы наши интересы в будущем пересекались.
Она обошла лагерь по кругу. Прикончила глефой смертельно раненного волка, удивительно долго цепляющегося за свою жизнь. Отметила, что для обновления брёвен в нодьях ей к запасу не хватает двух четырёхметровых обрубков. За пятнадцать минут София восстановила недостающее количество топлива и вернулась в лагерь, сопровождаемая веселящимся Бемби.
Подоив Вялку, София легла спать.
* * *
Наутро лагерь опять засыпало снегом. Ветра не было. Сверху падал неспешный снежок почти такой же, какой падал перед ночным сном Софии.
Девушка потянулась и увидела, что Вялка стоит перед нодьёй в напряжённой стойке. И шерсть на загривке волчицы топорщится во все стороны. София проследила взгляд оленихи, но ничего не смогла разглядеть.
«Ну начинается, -- вздохнула София. – Неужели, очередная стая? Сомневаюсь, что это вчерашняя решила вернуться».
София опять разложила своё оружие на снегу для полной боевой готовности. Но так как кроме насторожённого вида Вялки, ничего нового так и не происходило, Софи принялась готовить себе завтрак. Она не сомневалась, что волчица, которая так и не покинула своего сторожевого поста и даже не поменяла за всё это время позы, не ошибается. Но и причин волноваться после вчерашнего девушка тоже не видела.
София покормила Бемби мясом, но не смогла дозваться Вялки, которая – не слыханное дело, не соблазнилась мороженной вырезкой.
Девушка доканчивала завтрак, когда Вялка зарычала, делая попытки отправиться за периметр лагеря для выяснения отношений. И только жар от нодей не позволил волчице себя пересилить, к облегчению Софи.
София встала в полный рост, силясь понять, какая новая опасность надвигается на их лагерь. И вначале никого не обнаружила.
Но вид реакции Вялки красноречиво говорил об обратном. И девушка всматривалась и всматривалась.
Наконец, Софии показалось, что она видит какое-то шевеление между деревьями.
Зрение не обмануло её. Уже вскоре к своему облегчению Софи поняла, что это были старые знакомые – шакальи волчки. Животные, внешне очень сильно: и размерами, и внешне напоминающие земных койотов. По первости София с лёгкой руки окрестила их «шакальими волчками». Так дальше и повелось.
Девушка помнила, что волко-олени на дух не переносят рядом располагающихся шакальих волчков. Очевидно, как возможных конкурентов при поиске пищи. Поэтому реакция Вялки была более, чем объяснима.
-- Оставь их, Вялка, -- равнодушно посоветовала София, радуясь, что Вялка со своей больной лапой и незажившей грудью пока не освоила самостоятельный выход за пределы периметра нодей. – Эти мелкие бандиты тебе не нужны.
Тем временем волчки, которые, явно чувствовали присутствие Вялки, не приближались ближе к лагерю. Число зверей, топчущихся на границе видимости среди деревьев, увеличивалось.
